Жанр: Любовные романы
Дочь волшебника
...кушка. Но впервые в жизни, -
медленно произнес он, - я не знаю, смогу ли я его добиться.
Когда мраморный пол под ними задрожал снова, Блейн резко оглянулся вокруг, потом
схватил Уиллоу.
- А сейчас пойдем со мной, пока...
. Чудовищный грохот прокатился по крепости. Блейн прижал Уиллоу к себе, защищая ее
своим телом, словно щитом, пол закачался под ними еще сильнее и на этот раз уже не
останавливался.
- Блейн, пол проваливается! Крепость - она рушится!
Он уже тащил ее к двери. Пошатываясь, они вместе добрались до лестницы, а пол
раскачивался все сильнее. Высоко наверху оборвался канделябр, полный свечей, и с грохотом
полетел вниз через Большой зал. Сырые каменные стены и потолок начали трескаться.
- Бежим! - Блейн обхватил рукой ее талию, и они ринулись вниз по раскачивающимся
ступеням.
Как только они спустились в Большой зал, одна из стен с грохотом обрушилась. Повсюду
носились летучие мыши, встревоженные шумом и гамом с насиженных стропил. Внезапно
Уиллоу почувствовала запах дыма, и через мгновение беглецы увидели кружащиеся языки
пламени.
Страх терзал Уиллоу, когда они бежали к дверям. Одной рукой она сжимала ожерелье, а
другой - сильные пальцы Блейна. Она мчалась быстрыми отчаянными прыжками, почти не
отставая от гигантских шагов Блейна.
Они стрелой вылетели из крепости, словно преследуемые демоном, в некотором смысле
так и было, так как Король троллей жаждал отмщения, разрушая самое свое логово, в котором
его дух обитал столетиями. Лошади ржали и становились на дыбы, но конь Блейна успокоился,
когда тот посадил Уиллоу в седло, а затем вскочил позади нее.
- Мунбим! - закричала Уиллоу. Через мгновение Блейн уже отвязал кобылу и тащил
охваченное ужасом животное за повод, пришпоривая своего коня и направляя его через болото.
Чувствуя себя в безопасности в седле перед Блейном, чье сильное тело прижималось к
ней, Уиллоу оглянулась и увидела, как башни крепости проваливаются внутрь и к небу
вздымаются огромные клубы черного дыма и оранжевые языки пламени.
Потом они галопом скакали через болота, убегая от обреченной крепости, и Уиллоу
больше не смотрела назад.
Она прислонилась к Блейну, предоставив тому управлять своим конем и ее кобылой, и
засунула драгоценное ожерелье глубоко в карман своей накидки. Девушка уже думала о том,
что будет после их обратного путешествия через Гиблый лес, что уготовило ей будущее.
Глава 8
- Посмотри на нее, - прошептал Артемус, наливая Лише бокал вина на кухне своего
уютного дома. Колдунья, сидевшая на скамье у камина, глянула на девушку, свернувшуюся в
бархатном кресле у окна темной комнаты. Лишь свет огня от камина освещал ее бледное лицо,
пока она пристально вглядывалась в холодную зимнюю тьму.
- Она только это и делает каждую ночь и большинство дней тоже. Смотрит в окно. Его
высматривает, - фыркнул Артемус. - Я поклялся ей, что не буду вмешиваться, но клянусь
всеми святыми, Лиша, я пошлю этому мерзавцу такой кошмар, который он никогда не забудет.
- Ты этого не сделаешь. - Лиша взяла бокал, который он подал ей, и пригубила, потом
улыбнулась ему.
- Сядь, дорогой. Обрати внимание на меня. Все проблемы Уиллоу уладятся сами собой,
вот увидишь.
Он позволил ей усадить себя на скамью рядом с собой и задумчиво глотнул вина.
- Это подсказывает твоя интуиция колдуньи, или ты что-то видела в своем зеркале?
- Я что-то видела, - промурлыкала она и улыбнулась, когда его лицо прояснилось.
- Блейна из Кендрика? Он умрет какой-нибудь ужасной смертью? Его съест дракон,
разорвет вепрь или...
- Нет, не будь глупым. Это не сделает Уиллоу счастливой.
- Это сделает меня счастливым, - проворчал Артемус.
Лиша вздохнула.
- Если бы я знала, что ты будешь так переживать из-за всего, я бы вообще не начинала
эту цепь событий. - Она поставила бокалы на маленький столик с серебряной окантовкой и
взяла Артемуса за обе руки.
- Ты меня прощаешь?
- Я женился на тебе, разве не так? - Он поцеловал ее в кончик курносого носа. Лиша
улыбнулась и придвинулась к нему поближе.
Много событий произошло с тех пор, как дочь волшебника и Волк из Кендрика похитили
ожерелье Ниссы из логова Тролля. Увидав это в своем волшебном зеркале, Лиша поняла, что
так или иначе выпустит Артемуса из заточения, и тут же отправилась к нему.
Во время разговора между ними многое прояснилось. Артемус искренне признался ей, что
после бала в Мелвосе он собирался прийти к ней, что он хотел прийти к ней, но боялся, что она
целовала его так на балу только оттого, что была пьяна от избытка крепкого вина, которым они
наслаждались в тот вечер. Он думал, что она будет смеяться, если он, простой волшебник с
ограниченной силой, не очень известный и богатый, придет к такой замечательной красавице, к
такой сильной женщине, как Лиша-колдунья.
Он признался, что после смерти матери Уиллоу около десяти лет тому назад у него не
было ни прогулок под луной, ни даже невинного летнего пикника с женщинами, и он, ну, э-э,
стеснялся, признал он наконец, - во всяком случае, когда не был под воздействием
горячительных напитков.
По его лицу Лиша поняла, что он говорит правду, и ей стало стыдно за свою горячность.
У нее всегда был характер, заслуживающий сожаления. Когда Артемус не пришел к ней через
несколько недель после их чудесного танца и этого божественного поцелуя в саду, она
подумала, что он такой же капризный и ненадежный, как и все остальные мужчины в ее
жизни, - и обиделась, потому что она думала, она надеялась, что в Артемусе есть какая-то
особенная искорка.
Поэтому, пытаясь заставить его ревновать, она завела молодого любовника и не скрывала
этого, пока Артемус не превратил бедного парня в жабу, а потом произошел этот прискорбный
случай с ястребом.
Да, она слишком остро отреагировала. Она признала это в темнице в тот день, когда
Уиллоу и Блейн скакали сломя голову прочь от логова Тролля, возвращаясь через Гиблый лес.
Она принесла извинения. И освободила его.
Артемус настаивал, чтобы колдунья перенесла их обоих на постоялый двор "Белый
боров" на окраине леса к тому времени, когда туда прибудут Уиллоу и Блейн, чтобы он мог как
можно быстрее сообщить дочери, что свободен.
Лиша согласилась. Они оказались на постоялом дворе как раз в тот момент, когда
подъехали Уиллоу и Блейн. Была суматоха, и приветствия, и возгласы облегчения, и Уиллоу
плакала от счастья, оттого что с Артемусом все хорошо, а отец радостно благодарил за то, что
дочь выжила в этом опасном путешествии и вернулась к нему, и Уиллоу смеялась и предлагала
Лише ожерелье, а Лиша отказывалась взять его, потому что ожерелье не было тем, чего она на
самом деле хотела. И во всей этой неразберихе никто и не заметил, когда ускользнул Блейн из
Кендрика, пока все не обратили внимания, что он и его черный боевой конь попросту исчезли.
Артемус видел боль и опустошенность Уиллоу, когда Волка нигде не смогли найти,
видела это и Лиша. Они обменялись виноватыми взглядами, понимая, что их ошибки
обернулись серьезными последствиями для девушки, которая из-за их глупости рисковала
жизнью.
Это было несколько недель назад, и с тех пор о Волке из Кендрика ничего не было
слышно. За это время Артемус и Лиша тихо поженились, отпраздновали свадьбу при дворе
короля Феликса и начали семейную жизнь в доме волшебника.
Но хотя Уиллоу радовалась их счастью, танцевала на свадьбе с несколькими пылкими
молодыми рыцарями и весьма обходительными титулованными особами, они оба видели
печаль, которая лежала у нее на сердце, печаль, которая росла с каждым днем.
А сегодня по деревне проскакал глашатай с известием о свадьбе принцессы Мэйдин и
отважного молодого рыцаря, который превзошел всех остальных и завоевал ее руку.
К сожалению, никто не расслышал имени рыцаря, совершившего этот подвиг.
Вся деревня гудела, но Уиллоу не произнесла ни слова.
Она только открыла ларец, где хранила ожерелье Ниссы, смотрела на него некоторое
время и потом осторожно закрыла ларец.
Сразу после ужина она села, свернувшись, в бархатное кресло, и с тех пор смотрела, не
отрываясь, в пустую зимнюю ночь.
- Невыносимо видеть ее такой несчастной, - Артемус откинулся на скамье с
подушками, а Лиша гладила его по щеке. - Даже когда молодой Адриан уехал на битву и
погиб, она не была такой печальной.
- Я знаю, милый, но...
- Она переживет это, забудет его, да, Лиша? Ты же женщина. Ты должна знать такие
вещи.
- Я бы тебя никогда не забыла, - нежно сказала колдунья и улыбнулась ему. - Ну
ладно, пойдем спать. Утром все будет не таким мрачным.
- Да, конечно. Солнце взойдет. И правда, Лиша, - какое это отношение имеет...
Голос Артемуса затих, когда жена увела его в их комнату.
Уиллоу не слышала, как они пожелали ей спокойной ночи. Все ее внимание было
приковано к деревьям, окаймлявшим дорожку у дома, потому что ей показалось, что она
заметила там какое-то движение.
Да. Что-то... или кто-то... был там.
Она замерла, когда увидела всадника, подъезжающего к дорожке у дома. Лунный свет
осветил знакомую фигуру, высокую и мускулистую. Когда он приблизился, она разглядела его
лицо - сильное, ястребиное, неулыбчивое, с темным взглядом, прикованным к дому.
Сердце ее чуть не выскочило из груди, и в течение нескольких мгновений она была
уверена, что не сможет встать с кресла. Но тут же метнулась к двери и распахнула ее в тот
момент, когда он поднял кулак, чтобы постучать.
Некоторое время они оба молчали. Просто смотрели друг другу в глаза. Уиллоу могла
поклясться, что он стал еще красивее с тех пор, как она видела его в последний раз.
С того дня, когда он исчез, не сказав ей ни единого слова.
- Что привело вас сюда в этот час, сэр? - промолвила она со всей холодностью,
которую смогла найти в себе. - Уже поздно, чтобы ходить в гости.
Он улыбнулся, и сердце ее перевернулось в груди.
- Ты прекрасно знаешь, что привело меня сюда, Уиллоу. - Он вошел внутрь и потянул
ее за собой. - Почему ты сидишь в темноте? - спросил он.
- Почему ты думаешь, что имеешь право запросто заходить в мой дом и спрашивать
меня... о!
Последовал долгий жадный поцелуй.
- Вот почему, - сказал Волк из Кендрика нежным голосом.
- О! - Все еще разгоряченная и потрясенная поцелуем, Уиллоу пыталась понять. -
Но... принцесса...
- Она вышла замуж. За Рольфа из Корнхолла.
На мгновение Уиллоу почувствовала потрясающее облегчение, но потом пришло
понимание, которое вернуло ее на землю.
- Понимаю. Ты проиграл... потому что у тебя не было ожерелья. - Ее нижняя губа
дрожала. - Сожалею. Я бы отдала его тебе. Можешь забрать, если хочешь. Мне оно не нужно.
- И мне тоже. У меня нет желания дарить его ни принцессе Мэйдин, ни кому-то еще. По
правде говоря, я не стал участвовать в этом соревновании - стоял в стороне и смотрел, как все
они изображали из себя ослов. Если бы я не был так озабочен, то мог бы насладиться
зрелищем. - Он сосредоточенно смотрел на нее. - Но я вдруг понял, что это состязание -
или награда - и близко не интересует меня так, как мне это казалось.
Его руки сжимались вокруг нее, отчего ей было трудно соображать. От него пахло кожей,
лошадьми и пряностями. Он казался усталым, но при этом красивее всех мужчин, которых она
когда-либо видела, - и неизмеримо более милым. Она осознала с легким потрясением, что
абсолютно не может вспомнить ни единой черты лица Адриана.
- Не... интересует тебя? - спросила она тихо. - Почему?
- У меня было другое на уме. Другие вещи, которым нужно уделить внимание.
- О, понимаю.
Но она не понимала. Не понимала, почему он здесь, почему поцеловал ее так, что у нее
закружилась голова и онемели пальцы, почему смотрит так, словно запоминает, чтобы не
забыть никогда. Возможно, он уезжает куда-то и приехал, чтобы исчезнуть навсегда.
- Ты даже не попрощался.
Он улыбнулся и прикоснулся к ее волосам, проводя пальцами по все длине кудрей.
- Ты имеешь в виду там, в "Белом борове"? Так это потому, что прощания не было.
- Ты говоришь бессмыслицу.
- На самом деле я не оставлял тебя, Уиллоу. Я просто... ездил по делу. А теперь я готов
отправиться в новое путешествие.
Ее сердце остановилось.
- И какое отношение это имеет ко мне? - спросила она тихо и высвободилась из его
рук. Она почувствовала разочарование, когда он позволил ей отстраниться. Уиллоу зажгла
несколько свечей на маленьком столике возле кресла, бесцельно переложила с места на место
подушку с кисточками на низкой фиолетовой софе и снова повернулась к нему, ее руки слегка
дрожали, когда она разгладила юбку.
- Я только во второй раз вижу тебя в платье. - В глазах Блейна сверкнуло одобрение,
когда он осматривал ее светло-желтый наряд с вышитыми зелеными цветами на рукавах. - Ты
почти так же прекрасна, как тогда, когда на тебе ничего не было.
- Тихо! - Она покраснела и бросила быстрый взгляд в сторону комнаты, где спали
Артемус и Лиша. - Думаю, пора тебе открыть тайну и рассказать мне про свое дело. А потом
можешь дальше идти своим путем.
Улыбаясь, он подошел к ней. В его черных глазах появился веселый блеск - и возможно,
отметила она с удивлением, некоторая напряженность.
- Я согласен, мой прекрасный чертенок.
- Я не...
- Ты согласна?
- Прошу прощения?
Блейн из Кендрика сделал глотающее движение.
- Ты согласна быть моим прекрасным чертенком? Моей. Моей женщиной, моей
невестой, моей женой. - Внезапно, к полному изумлению Уиллоу, он опустился на одно
колено и взял ее руку, так бережно, словно та была стеклянная.
- Я люблю тебя, Уиллоу из Бринхейвена. Ты согласна стать моей женой и жить со мной?
Прежде чем ответить, позволь сказать тебе, - торопливо продолжил он, - что король Феликс
даровал мне изрядный участок земли за мою службу ему во время Войны двух зим. - Он
говорил быстро, как будто опасаясь, что она откажет ему, прежде чем он закончит свою
просьбу. - Раньше я не находил ему применения, но так случилось, что он расположен не
больше чем в шести часах езды отсюда, и там есть красивый особняк, и у тебя будут слуги, как
и подобает жене сэра Блейна из Кендрика, и...
- Меня не интересует земля - или особняк, - прошептала Уиллоу. Она притянула
Блейна к себе, и ее глаза засияли от радости. - Сэр Блейн из Кендрика, я тоже люблю тебя. Я
согласна жить с тобой в той маленькой хижине в Гиблом лесу, если ты меня попросишь. Я
согласна жить с тобой даже на дереве.
- Ну, в этом не будет необходимости, - заверил он и снова поцеловал ее.
Спустя немалое время, когда они снова могли говорить и думать более или менее ясно,
они сидели бок о бок на скамье у камина, обсуждали все, что было у них на сердце.
И планировали свое будущее - вместе.
- Мне кажется, что я вижу сон, - изумленно пробормотала Уиллоу. Ее голова лежала на
плече Блейна. - Я думала, что потеряла тебя навсегда, а теперь...
- Если ты видишь сон, то я вижу точно такой же. - Он повернул ее к себе лицом и взял
его в руки.
- Надеюсь, на этот раз это не проделки твоего отца? - усмехнулся он.
- Нет, боюсь, ты ему не очень нравишься.
- Я завоюю его расположение, - сказал он, и это снова был голос уверенного в себе
дерзкого солдата, которого она впервые увидела в пивной постоялого двора "Белый боров". -
Я завоевал тебя и твою любовь, и это единственная достойная награда. Единственное
состязание, которое стоит того, чтобы победить в нем, - прошептал он ей, и когда прикоснулся
губами к ее губам, это был самый нежный поцелуй на свете. - У меня нет никаких сомнений,
Уиллоу, что всю оставшуюся жизнь у нас с тобой будут одинаковые сны.
- Дом, - прошептала она, и в ее глазах отражалось ее сердце, - и дети.
- Много детей, - поправил он, усаживая ее к себе на колени.
- И много смеха - и много любви, - добавила она просто, поднимая руку, чтобы
прикоснуться к его лицу.
Блейн думал о собственном детстве, лишенном любви, о доме, из которого его
вышвырнули в раннем возрасте, о своих одиноких скитаниях, о борьбе и отчаянии. Он смотрел
в прекрасное лицо женщины, которая обещала ему все, чего он когда-либо желал, все, чего он
никогда не имел.
- Много смеха, много любви, - повторил он почти ошеломленно. - И я сделаю все,
любимая Уиллоу, клянусь жизнью, чтобы твои мечты сбылись.
И они, конечно, сбылись - сбылись прекрасно - все до единой.
Джил Грегори: "Дочь волшебника"
Библиотека Альдебаран: http://lib.aldebaran.ru
Закладка в соц.сетях
