Жанр: Любовные романы
Дочь волшебника
...глаза сверкают, как огонь. Просто великолепно. Надеюсь, моя принцесса будет такой же
прелестной.
Внезапно он подошел ближе и схватил ее за руки, не грубо, как делал это раньше, но
нежно, словно она была хрупкой, способной разбиться.
- Ты говоришь о любви. Из этого я делаю вывод, что ты молода и глупа. И невинна. Раз
веришь в такие вещи, - сказал он с коротким смешком.
- Глупы те, кто не верит в любовь.
Одна темная бровь поднялась вверх. Он насмешливо улыбнулся.
- Кого же ты любила, чертенок?
Она почувствовала, как горячая краска залила ей лицо.
- Отпусти меня.
- Когда ответишь на мой вопрос.
Образ Адриана промелькнул у нее в голове. Она увидела его таким, каким он был в тот
день, когда уехал на войну, - с взъерошенными ветром волосами, непринужденной, уверенной
и доброй улыбкой. Он поцеловал ее руку... о, так нежно. И умолял ее заботиться - о себе и
своем отце.
У Уиллоу словно комок застрял в горле. Она не могла говорить.
Глядя на лицо девушки, на котором отразились ее видения, Блейн сжал челюсти. О ком,
черт возьми, она думает? - спрашивал он себя. Он нахмурился, сердитый на самого себя.
Какое это имело значение? Она была помехой, преградой, глупой девчонкой, которая верит в
то, чего, как он хорошо знал, не существует. Девчонка, которая попытается помешать ему, если
он ее не отпугнет.
Но все же в ней было что-то, заставляющее его колебаться. В своих скитаниях Блейн
повидал немало красивых женщин, и почти все они, позже или раньше, бросались к нему в
объятия и просили ощутить вкус их губ - и гораздо больше. Но в этой девушке было что-то
особенно привлекательное, что-то, отличающее ее от остальных. Под громоздкой одеждой,
укрывавшей ее, он не мог увидеть формы ее тела, но у нее было нежное лицо, похожее на
сердце, и очаровательные глаза. И под сажей на лице он разглядел, что нос и щеки были чуть
веснушчатыми. Очаровательно.
Но она еще и причиняет беспокойство, напомнил он себе мрачно.
- Неважно. - Блейн вдруг отпустил ее руки. - Мне безразлично, кого ты любила. Мне
вся ты безразлична - кроме одного: не стой у меня на пути.
- С огромным удовольствием, - резко ответила Уиллоу. - До тех пор, пока ты не
встанешь у меня на пути.
Блейн хмуро посмотрел на нее сверху вниз.
- Будешь полной дурой, если хоть ногой ступишь в этот лес. И не жди, что я буду
тратить свое драгоценное время, чтобы помочь тебе, когда у тебя возникнут проблемы.
- К тому времени, как ты въедешь в Гиблый лес, я уже буду возвращаться назад -
причем с ожерельем! - выпалила она.
Он покачал головой, не в силах подавить улыбку. Его глаза блуждали по ней с
нарастающим интересом, пытаясь разглядеть, действительно ли у нее соблазнительные формы
под этой проклятой накидкой и курткой.
- Ты либо самая глупая, либо самая решительная женщина, которую я встречал. Но я дал
бы десять золотых монет, чтобы посмотреть, как ты выглядишь под всей этой сажей и
шерстью, - пробормотал он.
Я скорее съем жабу, чем сделаю по-твоему, подумала Уиллоу, но вслух сказала:
- У меня есть чистое платье в мешке, который привязан к моей лошади. Мне взять его и
переодеться? Мы могли бы выпить немного вина, и ты... ты бы мне рассказал еще что-нибудь о
своем желании жениться на принцессе.
Он откинул голову и захохотал.
- Ты действительно думаешь, что я такой дурак? Я не собираюсь упускать тебя из виду
до самого утра.
- Это нелепо. - Уиллоу говорила резко. - Ты что же, думаешь, что я останусь здесь на
всю ночь?
- Почему бы и нет? Это может быть приятно для нас обоих. Я отделаюсь от тебя на
рассвете, когда буду готов отправиться в лес.
- Я просто поеду за тобой.
- Я оторвусь от тебя еще до первой развилки на дороге.
- Тогда посмотрим, ладно?
Но Уиллоу знала, что должна выбраться отсюда сегодня вечером - она обязана обставить
этого невыносимого мужчину. Повернувшись, она подошла к окну и внезапно подняла руку ко
лбу.
- Мне действительно... нужно выпить... немного вина, - слабо пробормотала она.
- Снова собираешься чем-то отравить меня? Это не вышло у тебя в первый раз... - Он
замолк, когда она покачнулась. - Что такое? - спросил он, приблизившись к ней одним
большим шагом и схватив ее за руку. - Это что, шутка?
Уиллоу закрыла глаза и покачала головой.
- Никаких шуток, - прошептала она. - Пожалуйста... немного воздуха. Окно. Я
сейчас... потеряю сознание.
Тихо выругавшись, Блейн подхватил девушку. Колени ее подкосились, и она осела ему на
руки. Он поднял ее, отнес к кровати, мягко положил. Он подозрительно смотрел на вытянутое
неподвижное лицо. Черт, она была очаровательна, казалась такой маленькой и хрупкой на
грубой соломенной постели. И, похоже, она была в глубоком обмороке.
- Девушка... девушка? - Он даже не знал ее имени. - Очнись.
Блейн нахмурился, вспомнив, как он отшвырнул ее к сараю, ударил кулаком. Правда, бил
несильно, думая, что целится в нахального тощего мальчишку, но все же...
Она казалась красивее, чем прежде, лежа с разбросанными по подушке золотисто-рыжими
волосами. Длинные ресницы чуть подрагивали.
Он снова выругался и подошел к окну, открыл его настежь, впустив прохладный свежий
воздух. Потом вернулся и увидел, что она наконец зашевелилась.
- Пить... - Это был слабый, едва слышный шепот. Она прикоснулась рукой к горлу.
Ее невероятные темно-синие глаза открылись, остановившись на нем. Мольба, которую
он увидел в их светящейся глубине, разбудила в нем нечто такое, чем он, по его мнению, не
обладал.
- Немного... вина...
Он направился к двери, распахнул ее. Шум снизу ворвался через коридор в сырую узкую
комнату.
- Эй, хозяин! - закричал Блейн.
Из пивного зала доносились смех, пение, крики вместе с запахом дыма, жира и эля.
- Хозяин! - рявкнул он.
Ответа не было. Бесполезно. Никто ни черта не слышал.
Он еще раз бросил взгляд на лежавшую на кровати девушку. Она не сдвинулась ни на
йоту; более того, глаза ее снова закрылись.
Блейн зашагал к началу лестницы.
- Проклятье... хозяин! - снова закричал он, и на этот раз красное жирное лицо
трактирщика возникло у подножия лестницы.
- Принеси мне вина. Побольше. Да поживее!
Он повернулся и вошел в комнату.
- Все в порядке, сейчас принесут...
Он замолчал. Кровать была пуста, если не считать старого серого покрывала. Такой же
пустой была и комната. Он был наедине с бедной мебелью да ставнями, хлопающими на ветру.
Блейн бросился к окну и успел заметить стройную фигурку, скачущую на белой лошади
сквозь мрак. Слишком поздно он увидел дерево, толстые ветви которого расположились на
расстоянии прыжка из окна комнаты постоялого двора.
- Маленькая лгунишка. - Блейн заскрежетал зубами и перекинул ногу через
подоконник, чтобы погнаться за ней. Никто не должен взять верх над Волком из Кендрика.
Никто.
Затем он пожал плечами и залез внутрь. Даже лучше, что она убежала, мрачно решил он.
Что-то в этой девушке завораживало, и ему это не нравилось. Она заставила его отвлечься от
той задачи, которая стояла перед ним. Он должен думать только о лесе и ожерелье Ниссы. И о
сне, который был его проводником к заветной добыче.
Он не мог позволить, чтобы его внимание занимала какая-то маленькая упрямая девчонка
с розовым чувственным ртом и глазами, сияющими ярче любых драгоценных камней, которые
он когда-либо видел. Пускай едет в лес сегодня ночью, если она так решила. Можно не
сомневаться, что завтра он натолкнется на ее безжизненное тело.
И винить она должна только себя.
Блейн из Кендрика отвернулся от окна, и когда принесли вино, и выпил его сам - до
последней капли. Но когда он наконец упал на узкую кровать, где совсем недавно лежала
упрямая девчонка, он не мог не думать о ней.
Думать о том, увидит ли он ее еще когда-нибудь.
Думай про ожерелье, сказал он себе. И про принцессу.
А еще лучше, представь, как будешь целовать принцессу. И лежать с ней в постели.
Ему никогда не доводилось целовать принцесс, и он с нетерпением ждал этого момента.
Думай об этом.
Но когда ночь начала переползать в утро и холодный осенний воздух наполнил комнату,
он вдруг осознал, что представляет, как целует огневолосую девушку с веснушками на
прекрасном лице, девушку, которая отказалась даже назвать свое имя.
Глава 4
Высоко над деревьями забрезжила бледная перламутровая заря, когда Уиллоу оседлала
Мунбим и снова отправилась в путь. Прошлой ночью она въехала в Гиблый лес после
полуночи, в самый темный час, и даже она, которая гордилась своей отвагой и здравым
смыслом, чувствовала тревожное покалывание в затылке, когда ее кобылица шла рысью под
зловещими узловатыми ветвями огромных черных деревьев. Ни единый лучик луны не освещал
дорогу, но Уиллоу продвигалась вперед медленно и настойчиво, не обращая внимания на
ухающую сову, которая металась между ветвями и, казалось, преследовала ее, на горящие
красные глаза призрачных ночных существ, которые время от времени бросали на нее взгляды
и снова исчезали в густых кустах.
Через несколько часов девушка беззвучно разбила лагерь и позволила себе поспать до тех
пор, пока небо не окрасили первые проблески зари. Мысль о том, что она одна находится в
лесу, пользующемся зловещей славой и кишащем злодеями, не помешала ей заснуть, ибо она
знала, что должна отдыхать, чтобы выжить. Времени на страхи не оставалось. Ей нужно было
спать, есть и ехать - и каким-то образом найти логово Тролля, где было спрятано ожерелье
Ниссы. Она не позволяла страху остановить или замедлить ее продвижения, потому что отцу не
на кого положиться, кроме нее, и она не хотела подвести его.
И если на пути Уиллоу попался какой-то смазливый, наглый, тупой забияка, одержимый
идеей жениться на принцессе, то она обязательно оставит его далеко позади.
На ее губах заиграла улыбка, когда солнце высоко над головой пробилось сквозь облака и
кобылица ускорила шаг. Уиллоу была очень довольна тем, как она прошлым вечером обставила
Блейна из Кендрика. Представив себе его ярость, когда он вернулся в комнату и обнаружил, что
ее нет, она улыбнулась.
Но, вспомнив безжалостную решимость, неоднократно подмеченную в его глазах, она
внезапно почувствовала холодок, надеясь, что он не догонит ее. Более того, она будет очень
рада, если больше никогда не увидит и не вспомнит Волка из Кендрика.
Проблема заключалась в том, что она продолжала думать о нем, вспоминая сильную
хватку его рук, блеск этих черных как уголь глаз - и то, как он с тревогой смотрел на нее,
думая, что она потеряла сознание. Это доказывало, что этот мужчина все же мог испытывать
какое-то сострадание - хотя не очень большое, решила она. Блейк хотел жениться на какой-то
принцессе только для того, чтобы выиграть состязание. Он не верил в любовь, а возможно,
также и в дружбу, верность, честность или ответственность. Или в любую другую, добродетель,
какую она могла припомнить.
Он был мужчиной как раз такого типа, от которого ее всегда предостерегал отец, - и
полной противоположностью Адриану.
Она успокоилась, думая об Адриане. Знакомая боль в сердце заставила вздохнуть, но тут
она неожиданно достигла развилки на дороге и поняла, что не может выбрать между двумя
тропинками.
Прямо перед ней деревья росли еще гуще. В воздухе висел зловещий тяжелый запах,
похожий на запах гниющих цветов. Направо уходил более открытый путь, где пустили побеги
зеленые кусты, а на ветке дерева сидела маленькая певчая птичка. Тропинка тянулась до
крутого вала, затем исчезала.
Какая же дорога к логову Тролля более безопасна?
От запаха гниющих цветов, который, казалось, исходил от первой тропинки, она
сморщила нос и предпочла второй путь.
- Сюда, Мунбим - и пусть это будет правильный выбор, - прошептала она лошади,
пришпорив ее и послав вперед быстрым шагом.
В этом месте что-то казалось ей знакомым. И вдруг Уиллоу вспомнила. Она была здесь
раньше - во сне.
Именно во сне она видела эти ряды зеленых кустов и... да, этот вал. Птичка устремилась
вперед, и это она тоже вспомнила.
Иди за птицей. Голос отца, каким она слышала его во сне. Так часто бывало со снами,
которые он посылал, - образы, подробности приходили к человеку, видевшему сон, позже, по
мере продвижения по указанному во сне пути.
С учащенным пульсом она последовала за яркими крыльями птички.
Но в тот момент, когда она пришпорила лошадь вдогонку, она почувствовала, как вокруг
ее плеч быстро, как змея, обвилась веревка и скользнула вниз, стягиваясь на руках. Уиллоу
вскрикнула, когда веревка вонзилась в тело и приковала бесполезные теперь руки к бокам.
Затем раздались звуки продирающихся сквозь кустарник лошадей, и она внезапно
оказалась окруженной тремя вооруженными всадниками отвратительного вида.
- Что это? Мальчишка едет один по Гиблому лесу? - Самый низкий из трех, толстый
разбойник, черная борода которого была такая же нечесаная, как и его сальная грива до плеч,
подъехал прямо к ней и раскатисто расхохотался, разглядывая ее беспомощную позу.
Второй - тощий, с рыжеватыми волосами, который держал другой конец стянувшей ее
веревки, - заговорил из седла своего мускулистого серого коня:
- Ты, парень, либо тупой, либо совсем безмозглый. Ты разве не знаешь, что из этого леса
никто не выходит живым?
- Вот и ты не выйдешь, - сказал третий с издевкой таким низким и хриплым голосом,
что она едва поняла его слова. Но все же она разобрала их достаточно хорошо, и кровь застыла
у нее в жилах, потому что слова эти были так же неприятны, как и его худое лицо грызуна и
жестокие глаза.
- Я... не хотела сделать ничего дурного, сэр. - Уиллоу облизала губы, стараясь
сдержать слезы боли, которую причиняла врезавшаяся в тело веревка. - Я только... проезжал
мимо. Если вы меня отпустите...
- Отпустим? Ха! С какой стати мы должны отпустить тебя? - Фыркнул худощавый,
который держал веревку, но вдруг Чернонобородый прищурил свои карие, как навоз глаза, и
стал рассматривать ее внимательнее.
- Так, так, в этом мальчишке есть что-то странное, - пробормотал он, когда его
безжалостный взгляд перешел с бледного лица Уиллоу на ее туго стянутое веревкой туловище.
Тут она поняла, что веревка выделила рельеф ее груди, контур которой проступил под
накидкой. У нее заколотилось сердце, когда Чернобородый со свирепой улыбкой схватил
лошадь под уздцы.
- Сними-ка веревку, Лайам. Похоже, мы поймали больше, чем ожидали.
- Что ты имеешь в виду? - Грызун тоже подъехал поближе, чтобы лучше рассмотреть
ее, но как только он сделал это, Чернобородый сорвал с головы девушки шапку, и ее яркие
прекрасные волосы упали на грязно-коричневую накидку.
- Девчонка? - Лайам слез с коня, по-прежнему держа веревку. Он свистнул и пошел
вперед. Не предупреждая, дернул за веревку, и Уиллоу беспомощно свалилась с лошади.
Тяжело дыша, она оказалась вдруг в центре группы. Лайам развязал веревку.
- Давай-ка снимем эту накидку да посмотрим, насколько ты хороша, леди, - приказал
Чернобородый, но когда он потянулся к ней, Уиллоу заговорила жестким уверенным тоном:
- Если прикоснешься ко мне, умрешь.
Тот на мгновение остолбенел, разинув рот. Затем откинул темные сальные волосы.
- И что ты хочешь этим сказать?
Уиллоу вздохнула. Она заставила себя посмотреть в эти жестокие лица, переводя взгляд с
одного на другое. Девушка не знала, кто они, но знала, что это за люди. Их рваная одежда,
откормленные лошади и грубые манеры сказали ей все, что нужно. Разбойники. Жестокие
люди, которые жили, как звери, убивая и грабя шайками, не признавая никакого закона, кроме
своего собственного.
- Я нахожусь здесь по заданию Лиши-колдуньи, - сказала она спокойно, как могла. -
Если вы причините мне вред или задержите, она отомстит вам.
Она замерла, пока они таращили на нее глаза. Мужчины медленно обменялись взглядами.
Чернобородый первый встряхнул головой.
- Думаю, ты врешь, леди. Чем докажешь?
- Вы получите все необходимые доказательства, когда Лиша обратит вас в камень, -
ответила она веско и сурово посмотрела на него. - Вы и так уже задержали меня. Если вам
дороги ваши жизни...
- Слушайте, давайте отвезем ее к Идрику, пусть он разбирается. - Пронзительные
блестящие глазки Грызуна бегали по ней. - У Идрика Ужасного есть правило: все, кто
проезжает через его лес, должны заплатить ему пошлину. Всякий, кого мы найдем в лесу,
должен быть доставлен к нему, чтобы он решил, какая будет пошлина.
- Но Лиша - колдунья...
- Уж. лучше я буду иметь дело с разгневанной колдуньей, чем с Идриком, когда он
рассержен! - Худощавый схватил ее за волосы. - А ну, идем со мной.
Уиллоу обуял ужас, когда он потащил ее к своему коню. Она попыталась вырваться из рук
разбойника, но тот вдруг подтолкнул ее к коню с такой силой, что она упала в грязь. Пока
остальные разбойники смеялись, он нагнулся, чтобы поднять ее. В этот момент Уиллоу
схватила пригоршню грязи и швырнула в лицо бандита. Худощавый завопил, когда грязь
заслепила ему глаза, а Уиллоу вскочила быстрее молнии и выхватила меч у него из ножен.
- Не подходить, - приказала она, кружась, чтобы видеть их всех. Она покачивала мечом
в руке, глядя на врагов.
Когда Чернобородый и Грызун вытащили свои мечи и стали медленно приближаться к
ней, Уиллоу не дрогнула. Лайам, пошатываясь, пошел к кустам, ругаясь и пытаясь прочистить
глаза.
- Ты совершила ошибку, девушка, - пробормотал Чернобородый. - Сама напросилась.
- Женщина ты или нет, мы порежем тебя на куски, а потом отнесем к Идрику, -
прорычал Грызун.
Когда они одновременно кинулись на нее, Уиллоу взмахнула мечом. Она отчаянно
парировала удар Чернобородого, затем метнулась в сторону, чтобы ударить Грызуна. Ее меч
окрасил кровью его руку, но в грудь не попал; она вела с ними обоими бой не на жизнь, а на
смерть, стараясь удерживать их на расстоянии и при малейшей возможности наносить удары.
Хотя она была хорошо обучена, но ее противниками были бывшие солдаты, ставшие
грабителями. Они прошли через множество боев - боев против мужчин более крупных и
сильных, чем она. Она обладала ловкостью и быстротой, но знала, что в длительном бою
против двоих долго не выдержит. Ей нужно ранить или убить одного из них, чтобы направить
все свои силы против оставшегося - и она могла лишь молиться о том, чтобы Лайам как
можно дольше не смог прийти в себя и не вступил в драку.
Внезапно Чернобородый прыгнул вперед и сделал опасный выпад, достав ее плечо, и она
почувствовала, как тело опалил горячий огонь. Затем она ощутила струйку теплой крови.
На мгновение мир закружился, но Уиллоу лишь крепче сжала меч, несмотря на
обжигающую боль в плече, и отразила еще один опасный удар.
- Попалась! - возликовал Грызун, и тут раздался свистящий звук и громкий стук копыт.
Она взглянула вверх и увидела нечто, похожее на опускающееся темное облако. Из ее горла
вырвался крик, когда Чернобородый ринулся на нее, делая выпад мечом... еще один...
Его полный боли вопль еще долго отзывался эхом в лесу после того, как он упал замертво.
Черноглазый воин на коне, срубив Чернобородого одним ударом, выпрыгнул из седла и
приземлился точно между Уиллоу и вторым разбойником, но прежде чем девушка увидела
решительное лицо Блейна из Кендрика, его глаза встретились с глазами противника, и в них
сквозила смертельная угроза.
- Отойди, чертенок, - холодно приказал он, не глянув на нее, но как только воин
произнес эти слова, Уиллоу сделала шаг вперед. Она будет вести свое сражение. Ей не нужна
помощь.
Но с каждым мгновением мир становился все темнее. Рука горела адским пламенем.
Сквозь серую дымку она видела, как лезвие меча рассекает воздух с головокружительным
серебряным блеском, видела быстрые выпады и отражения атаки, пока Блейн из Кендрика
сражался с ее врагом. Она услышала ворчание, ругань - и то и другое доносилось из кустов
справа от нее, - и вдруг увидела Лайама, который несся к Блейну с дубиной в руках. Занятый
сражением с Грызуном, тот оставил спину незащищенной.
Рот Уиллоу раскрылся - она закричала, чтобы предупредить Блейна, но слова застряли у
нее в горле, а земля поднялась навстречу. Потом была лишь темнота, тишина и холод.
Нe пытайся двигаться.
Уиллоу слышала низкий мужской голос словно с большого расстояния.
- Дай мне встать, - прошептала она, но почувствовала, что у нее совершенно нет сил.
Она плыла, плыла по морю воздуха, руки и ноги были налиты тяжестью.
- Делай, что тебе говорят, чертенок. И вот выпей. Это поможет.
Голос. Он казался знакомым. Он звучал, как...
Блейн из Кендрика.
Память вернулась, и, вздрогнув, девушка заставила себя открыть глаза. Она лежала у
Блейна на руках, прижавшись головой к его груди. Ее накидка... пропала. Ее куртка...
Ткань была разорвана, плечо обнажено, если не считать повязки на нем.
- Что ты... Как ты смеешь...
- Мне же нужно было посмотреть, не смертельна ли рана. Оказалось, не смертельна,
чертенок. Просто царапина. Жить будешь - хотя этого и не заслуживаешь, - угрюмо сказал
Блейн. - Moжешь сказать мне спасибо, если есть такое желание. Я промыл и перевязал рану,
пока ты спала.
- И что еще ты сделал? - Она глядела на него снизу вверх, ее охватила паника, но он
лишь покачал головой. Заинтересованная улыбка тронула его губы.
- Ничего такого, чего бы ты сама не захотела. Я убил этих разбойников. За это
благодарить не надо. И... нет! - добавил он резко, когда она начала поворачивать голову. -
Не смотри туда, иначе снова упадешь в обморок. - Его руки крепче схватили ее. - Зрелище
не очень приятное. Но я подумал, ты будешь довольна.
- Я... в восторге. И я бы... не упала в обморок. - Уиллоу пыталась сесть, но Блейн
удерживал ее прижатой к себе.
- Ты можешь хоть когда-нибудь делать то, что тебе говорят? - Он раздраженно
нахмурился. - Я сказал, не двигайся.
Она почувствовала, как он пошевелился, потянулся за чем-то, хотя по-прежнему крепко
держал ее.
- Вот, выпей из фляги. Это придаст тебе силы.
- Я не хочу пить ничего из твоего отвратительного... О-о-оххх! - Она задохнулась и
начала фыркать, когда он прижал к ее губам флягу и крепкий напиток полился ей в горло. Он
обжигал почти так же, как рана на руке, но когда Блейн наконец убрал флягу, она
почувствовала себя лучше. Боль, казалось, несколько утихла, и головокружение тоже. В голове
прояснилось.
Прошло несколько секунд, пока Уиллоу смотрела на высокие облака, проплывающие в
ярком небе. Не самые неприятные секунды, подумала она, лежа, словно в колыбели, на руках у
этого человека, который был так силен и держал ее так осторожно.
Но вдруг она вспомнила свою задачу - и необходимость торопиться - и пробудилась от
этого убаюкивающего чувства комфорта, которое овладело ею.
- Дай мне встать.
Его хватка не ослабевала.
- В свое время. Ты пока не в форме, чтобы прямо сейчас ехать верхом дальше в лес.
- Это уж я сама буду решать, - огрызнулась Уиллоу, пытаясь встать и вырваться из его
рук. Но мир бешено качнулся, и она быстро закрыла глаза, снова падая. Блейн подхватил ее,
прежде чем девушка успела соскользнуть на землю,
- Я предупреждал тебя! - рявкнул он.
В отчаянии Уиллоу еще раз заставила себя открыть глаза и непокорно посмотрела на
мужчину.
- А я... предупреждала тебя... не ехать за мной в этот лес.
- Тебе повезло, что я все-таки поехал и случайно оказался рядом.
- У меня все... под контролем. - Оттого, что она знала, что это не так и что он спас ей
жизнь, она только еще больше сердилась, и ее глаза горели от раздражения.
- Не понимаю, как ты догнал меня. Я почти не спала и ехала очень быстро.
- Ты до сих пор не поняла? - Блейн сдержал порыв встряхнуть ее. - Ничто не
помешает мне найти и захватить ожерелье. Даже ты, - добавил он мрачно. - И мне наплевать
на то, что ты так красива.
Красивая? Он считает ее красивой?
Внезапно ее глаза расширились. Блейн почувствовал себя так, словно его ударили в живот
и перехватило дыхание. Когда ему пришлось разорвать одежду у нее на плече, чтобы
обработать рану, вернее, царапину, он увидел нежное, бледное тело - даже обольстительный
изгиб груди. Он позволил себе только беглый взгляд, но заметил достаточно, чтобы понять, что
под невзрачной одеждой находятся соблазнительные и прекрасные женские формы. Это знание,
а также искристое обаяние ее широко посаженных глаз и роскошные волосы производили на
него сильное впечатление. У него уже и так ныло в паху. А сейчас от этого сверкающего синего
взгляда у него кровь закипела в жилах.
Тщетно пытался он вызвать в воображении образ принцессы Мэйдин, про которую
говорили, что она высокая красавица с волосами цвета золотой нити. Но его переполняли
чувства к этому изящному стройному чертенку с восхитительными золотисто-рыжими кудрями
и губами, созданными для поцелуев.
- Держись подальше от этого ожерелья - и убирайся из этого леса - тогда с тобой
будет все в порядке, - сказал он хриплым голосом.
- Могу тебе посоветовать то же самое! - Уиллоу наконец высвободилась из его рук, на
этот раз ей с трудом удалось стать на ноги. Быть может, не так грациозно, как бы этого
хотелось, потому что ее немного пошатывало, но все же она посмотрела ему прямо в лицо,
одной рукой придерживая разорванную куртку.
Он тоже встал, их взгляды встретились. Блейн возвышался над ней - высокий, грозный,
нахмуренный. Стоял, широко расставив ноги, и смотрел на девушку со смесью раздражения и
восхищения. Он казался Уиллоу более красивым - и почему-то более интригующим, чем
прежде, и это встревожило ее. В ней бурлили странные чувства, чувства, которые она никогда
прежде не испытывала. Она заставила себя вспомнить, что у них одинаковая цель - у нее и у
Блейна из Кендрика.
И что ее отцу нужна она... и ожерелье.
- Не думай, что я не благодарна тебе за то, что ты сделал для меня. Я знаю, что в долгу
перед тобой, - сказала она торопливо, - но ты не понимаешь. Я должна получить это
ожерелье, и неважно, что для этого потребуется, я не могу позволить тебе добраться до него
первым.
Он кивнул.
- То же самое я думаю о тебе.
В ней поднималось отчаяние, которое она читала и в его лице тоже.
- Если ты вернешься и оставишь ожерелье мне, я позабочусь о том, чтобы ты получил
сумку золота, д
...Закладка в соц.сетях
