Жанр: Любовные романы
Желание моего сердца
...ине, которая носит под сердцем
его ребенка.
Роджер подошел к кровати и сел на краешек.
— Наслаждайся придворной жизнью, — сказал он, прервав размышления
Блайд, — потому что это твой последний приезд сюда. Через несколько
недель мы вернемся в замок Дебре, и ты останешься там.
— Я не понимаю... — недоуменно произнесла Блайд.
— Ты не вернешься во дворец.
— Я поняла твои слова, но не причину, по которой ты так решил.
— Я не хочу дважды совершать одну и ту же ошибку.
— Какую ошибку?
В ответ Роджер лишь махнул рукой.
— Я хочу знать, за что ты наказываешь меня, — настаивала Блайд.
— Пока что ты ничего не совершила, — ответил Роджер. — Но я
не дам тебе флиртовать с придворными кавалерами.
— Флиртовать! Да как ты смеешь говорить мне такие вещи! —
возмутилась Блайд. — Если помнишь, я хотела остаться с Мирандой, Это ты
настоял, чтобы я сопровождала тебя.
Роджер резко поднялся с кровати и, пристально глядя на Блайд, сказал:
— Дитя, которое ты носишь, будет твоим единственным ребенком.
Тут в комнату вошла Дейзи с подносом. Блайд с наслаждением выпила бульон.
Уходя, Роджер сказал:
— Ложись спать. Скоро ты почувствуешь себя гораздо лучше. И не забудь о
встрече с королевой.
— Разбуди меня через два часа, — приказала Блайд фрейлине. —
Мне нужно будет принять ванну. Проследи, чтобы все было готово к тому
моменту, когда я проснусь.
Дейзи кивнула и задернула полог кровати.
После ночи, проведенной в кресле, Блайд чувствовала себя разбитой, но
тревожные мысли не давали ей заснуть. Странное поведение мужа и его
необоснованные упреки беспокоили ее. Что же произошло в его браке с Дарнел,
если из доброго, улыбчивого молодого человека он превратился в мрачного и
подозрительного мужчину, которого Блайд видела теперь?
Через несколько часов Блайд стояла перед зеркалом, заканчивая свой туалет.
Она нервничала перед встречей с королевой. О чем они будут говорить? Хорошо,
если там будет бабушка Чесси, у которой был настоящий талант поддерживать
беседу.
Кто-то постучал в дверь, и Дейзи открыла. На пороге стоял двенадцатилетний
паж, одетый в синий с белым камзол.
— Мисс Блисс послала меня к леди Дебре, чтобы сопровождать ее в
королевские покои, — сказал мальчик.
Блайд приветливо улыбнулась. Мальчик был очень хорош собой. Ярко-голубые
глаза контрастировали с черными волосами. Его не портил даже огромный синяк
под глазом.
— Как тебя зовут? — спросила Блайд, когда они шли по коридору.
— Брендон Монтгомери, — ответил паж. Он шел так уверенно, словно
королевский дворец был его собственным домом.
— Где ты получил этот синяк?
— На конюшне. Блайд сдержала улыбку.
— Я хотела спросить, как это произошло?
— Мои враги объединились и напали на меня, — ответил мальчик.
— А кто твои враги?
— Гримзи, Спеннимур и Кокермаут.
— Трое на одного — не самый честный поединок, — заметила Блайд.
— Вот именно, — усмехнулся мальчик, замедляя шаг. — Однако у
них у всех тоже есть по такому же синяку. Так что, думаю, я победил.
— Драться совершенно не обязательно, — заметила Блайд. — Есть
другие способы уладить недоразумение.
— Скажите это Гримзи, Спеннимуру и Кокермауту.
— Из-за чего вы поссорились?
Мальчик замялся.
— Из-за моей семьи.
— А что с ней такое?
Брендон вдруг остановился и посмотрел Блайд прямо в глаза.
— Я — наследник Стратфорда.
Видимо, он ждал определенной реакции на свои слова, но Блайд не была в курсе
светских сплетен.
— И что?
— Вы ничего не знаете? — удивился паж. — Моего дедушку, графа
Стратфордского, казнили за предательство.
— Раз ты стал пажом, значит, королева не имеет ничего против
тебя, — сказала Блайд.
— Я сирота. Мой отец оставил королеве все, чтобы она взяла меня во
дворец, — объяснил Брендон. — Но я не могу оставаться пажом всю
жизнь, а меня, никто не собирается брать в свой дом.
— Из-за твоего деда? — спросила Блайд. — А что случилось с
твоими родителями?
— Мой отец задушил мою мать, а потом утопился, — обыденно произнес
паж, пристально глядя на Блайд.
— О, прошу простить меня, — извиняющимся тоном сказала Блайд и
погладила его по плечу. Гордое выражение лица мальчика и его голубые глаза
напомнили ей Роджера. — Ты знаешь моего мужа?
— Все знают королевского орла.
— Он тебе нравится?
— Я им восхищаюсь, — ответил Брендон и за все время разговора
впервые улыбнулся.
— Можешь жить с нами в замке Дебре. Ты получишь образование и
воспитание.
— Со всем уважением, леди Дебре, но вам бы следовало поговорить с
мужем, прежде чем делать мне такое предложение.
— Не беспокойся об этом. — Блайд беспечно взмахнула рукой. —
Я сама поговорю с королевой.
В этот момент они подошли к королевской галерее, и Блайд испуганно
остановилась. Брендон вопросительно посмотрел на нее, но тут из галереи
выбежала Блисс.
— Вот и вы, — улыбнулась она. — Дальше ты пойдешь со мной.
Блайд достала из кармана золотой и протянула его мальчику. Тот отрицательно
покачал головой.
— Это было удовольствием для меня, леди Дебре.
— Но тебе нужны карманные деньги.
— Да, — улыбнулся он, — но не ваши.
— Тогда я пущу этот золотой в дело от твоего имени, — предложила
Блайд.
— Леди Дебре, надеюсь еще послужить вам, — с поклоном произнес
Брендон и ушел.
— У Монтгомери очень печальная история, — прошептала Блисс. —
Как Роджер?
— Намного лучше.
Сестры взялись за руки, переглянулись и вошли в галерею. Быстрым шагом, не
обмолвившись ни словом, они миновали ее и остановились перед дверью, ведущей
в королевские апартаменты. Блайд прислонилась к стене, постояла минуту,
закрыв глаза, и лишь потом кивнула сестре, давая понять, что готова идти
дальше.
— А вот и королевские апартаменты, — объявила Блисс, вводя сестру
в богато убранную комнату.
Здесь было только одно окно, а воздух казался пропитанным ароматами духов.
Сестры подошли к королеве, рядом с которой сидели бабушка Чесси и леди
Тесси, и присели в реверансе.
— Добрый день, леди Дебре, — поздоровалась Елизавета. —
Присаживайтесь.
— Для меня это большая честь, ваше величество, — ответила Блайд
так тихо, что ее почти не было слышно.
— Как поживают твои родители? — спросила королева.
— Они здоровы и благополучны.
— Это хорошо. — Елизавета повернулась к сидящей рядом с ней леди
Тесси. — Закончи свою историю, Тесси.
— Я велела мужу заплатить торговцам пятьсот фунтов, — продолжила свой рассказ леди Тесси.
Бабушка Чесси рассмеялась и спросила:
— И что он ответил?
— Спросил, за что, а я ответила, что негоже вести такие разговоры
накануне Рождества.
— И что было дальше? — поинтересовалась королева.
— Он вышел из комнаты и вернулся через полчаса, — продолжала
Тесси. — Когда я спросила, заплатил ли он, он ответил, что дело улажено
и ему не хочется говорить об этом. Однако мне кажется, что он все заплатил.
Елизавета и бабушка Чесси улыбнулись.
— Ты выбрала себе в подарок ту самую брошь? — спросила Чесси.
— Да, и я ее получу, если муж хочет в следующем году хоть раз
побарахтаться со мной в кровати, — ответила леди Тесси.
Все рассмеялись, а Блайд покраснела. Ей и в голову не приходило, что
королеву может рассмешить такая вульгарная шутка.
— Дамы, благодарю вас за компанию, — объявила королева. — А
теперь я хочу поговорить с моей дорогой Блисс и ее сестрой.
Обе женщины встали и сделали реверанс.
— Увидимся позже, мои дорогие, — сказала леди Чесси, обращаясь к
внучкам.
Как только дверь за дамами закрылась, королева обратила все свое внимание на
сестер.
— Надеюсь, сегодня ты чувствуешь себя лучше? — спросила она у
Блайд.
— Да, гораздо лучше, ваше величество.
— Ты не принесла с собой никакого рукоделия.
— Я не люблю вышивать.
— И моя дорогая Блисс это не любит, — заметила Елизавета. —
Расскажи мне о твоей торговой компании. Она приносит доход?
— Моя сестра устроила ценовую войну с мужем, — встряла в разговор
Блисс.
— И кто победил? — улыбнувшись, спросила королева.
— Я, — ответила Блайд, — но потом мы заключили перемирие.
Елизавета рассмеялась:
— О, как я рада, что могу поговорить с дочерьми моего любимого Мидаса.
А вы знаете, что ваш отец однажды похитил вашу мать из моего сада и в этом
ему помог Роджер?
Сестры переглянулись и улыбнулись.
— Когда Роджер был пажом, то все время попадал в разные истории, —
продолжала королева. — Однажды он придумал показывать другим пажам
несуществующее привидение в моей галерее и брал за это по одному золотому.
Блайд многозначительно посмотрела на сестру.
— Ваша мать сказала ему, что в галерее живет призрак, и Роджер решил
заработать на этом. Конечно же, никакого призрака там никогда и не было.
— Кстати, о пажах, ваше величество, — вставила Блайд. — Может
ли Брендон Монтгомери пожить у нас в замке Дебре?
— Зачем тебе это нужно? — удивленно спросила королева.
— Он мне очень понравился.
— У мальчика нет наследства, — сказала Елизавета.
— Я достаточно богата и не нуждаюсь в деньгах, — ответила
Блайд. — У него есть качества, которые восхищают меня.
— Какие? — Елизавета внимательно смотрела на Блайд.
— Смелость, гордость и доброе сердце.
— Ты же разговаривала с ним всего десять минут! — воскликнула
Блисс.
— Смелость и гордость — качества, которые трудно скрыть.
— Я не возражаю, чтобы он жил в вашем замке, — ответила
королева. — Если только Роджер не будет возражать.
— Мой муж поддержит меня.
— А если нет? — спросила королева.
— Тогда я разорю его еще до Пасхи.
— Леди Блайд, я восхищаюсь твоей силой духа, — улыбнулась
Елизавета. — А теперь мне нужно принять несколько послов. Пришлите ко
мне моих фрейлин.
Сестры присели в реверансе и вышли. Блисс сделала знак нескольким фрейлинам,
ожидавшим снаружи, и те тут же поспешили к королеве.
Блайд и Блисс решили выйти в сад, чтобы немного подышать воздухом. Там они
встретили Седрика Дебре и Эдварда де Вера, которые сражались на шпагах.
— Здравствуй, Седрик, — приветствовала Седрика Блайд, когда он
заметил их.
Странно, подумала она, что Седрик общается с врагом своего брата.
Оба мужчины отсалютовали своими шпагами.
— Ты знаком с моей сестрой? — спросила у деверя Блайд.
— Вы так же прекрасны, как и ваша сестра, — произнес Седрик,
кланяясь Блисс.
— Благодарю вас, милорд.
— А вы уже встречались с любовницами вашего мужа? — бесцеремонно
спросил Оксфорд.
Блайд почувствовала жгучее желание залепить ему пощечину.
— Посмотрите направо, — продолжал де Вер, — и вы увидите его в обществе одной из них.
Не в силах удержаться, Блайд обернулась и увидела, как Роджер прогуливается
под руку с Родой Беллоуз. Только слепой мог не заметить огненных локонов
леди Уроды.
Блайд сделала глубокий вздох, чтобы немного успокоиться: прогулку под руку у
всех на глазах вряд ли можно было назвать любовным приключением.
— Нам пора возвращаться, — сказала Блайд сестре и, посмотрев на
небо, которое начало затягиваться тучами, добавила: — Кажется, погода
меняется.
Блисс кивнула и увлекла Блайд за собой.
— Как ты себя чувствуешь?
— Не слишком хорошо.
— Не позволяй Оксфорду обижать тебя, — сказала Блисс, когда сестры
вернулись в комнату Блайд. — Хочешь, я посижу с тобой?
Блайд отказалась. Оставшись одна, она подошла к окну, но Роджера и леди Роды
нигде не было видно.
Горячая ванна могла бы улучшить настроение, но Блайд уже принимала ее.
Придворные сочтут такое поведение странным, если она будет принимать по две
ванны в день, ведь многие мылись не чаще раза в год.
Воздух так же приятен, как вода, подумала Блайд и распахнула окна. Затем она
разделась догола и, стоя перед окном, с наслаждением почувствовала, как
прохладный воздух ласкает ее тело.
Блайд закрыла глаза и представила, что летит среди облаков. В этот момент
дверь в комнату распахнулась, и, обернувшись, Блайд увидела мужа. Его одежда
была совершенно мокрой. Взглянув на жену, Роджер раскрыл от удивления рот.
— Святые угодники, да ты же голая! — воскликнул он. —
Прикройся!
— Почему жена не может предстать обнаженной перед, мужем? —
спросила Блайд.
Роджер молча кинул ей плащ и направился к гардеробу, чтобы переодеться.
— Не трать время и силы, — сказал он. — На меня это не
действует.
— Что именно?
— Твои попытки соблазнить меня, — ответил Роджер, натягивая на
себя рубашку. — У меня большой опыт общения с женщинами, и я знаю, что
вы часто используете свое тело, чтобы повлиять на нас, мужчин. Но меня не
соблазнить.
Блайд знала, что он хочет рассердить ее, поэтому лишь улыбнулась в ответ.
— Ты хочешь убедить в этом меня или себя? — спросила она.
Роджер не ответил и, налив себе виски, сел в кресло перед камином. Блайд
взяла второе кресло и подтащила его, чтобы сесть рядом.
— Я хочу обсудить с тобой одно дело, — сказала она.
— Зерно или шерсть?
— Я хочу взять на воспитание Брендона Монтгомери. Пусть он живет у нас
в замке Дебре.
— Но зачем? — удивленно спросил Роджер.
— Мальчик должен где-то жить, — пожала плечами Блайд.
— Послушай, обычно воспитанников берут для того, чтобы получить за это деньги из их наследства.
— И что?
— У Брендона Монтгомери нет ни гроша, а его имя опозорено.
— Опозорено? — переспросила она.
— Его дед примкнул к мятежникам и был казнен, — объяснил
Роджер. — Отец убил его мать, а потом сам утопился. В жилах этого
мальчика течет дурная кровь.
— Ты ошибаешься, — возразила Блайд. — В Брендоне больше чести
и достоинства, чем в дюжине придворных хлыщей.
— Сначала мы покупаем слепого пони, потом берем на воспитание
отщепенца, — возмутился Роджер. — Сколько еще убогих ты
собираешься одарить своей милостью?
Блайд сузила глаза, что было плохим предзнаменованием.
— Вы ошибаетесь, милорд. Сначала я одарила своей милостью вас, потом
Миранду. Слепой пони был третьим... Роджер, если мы возьмем Брендона на
воспитание, он сможет войти в общество.
— А мои желания уже никого не интересуют? — попытался
сопротивляться Роджер.
— Прости меня за жестокие слова. Конечно, твои желания очень важны. Ты
будешь приемным отцом мальчика, будешь заниматься его образованием. Брендон
так одинок, — чуть мягче добавила Блайд. — Разве ты не хотел бы,
чтобы у Миранды был преданный друг, который позаботится о ней, если она
вдруг останется одна?
Роджер глубоко вздохнул и уставился на огонь в камине.
— Хорошо. Возьмем мальчика с собой, когда поедем домой.
— Спасибо, — поблагодарила Блайд и дотронулась до руки
мужа. — В следующей жизни ты будешь вознагражден за это... А что ты
делал сегодня с леди Родой? — неожиданно спросила она.
Роджер медленно повернулся в ее сторону.
— Ты следила за мной? — с возмущением спросил он.
— Следила? — Глаза Блайд снова начали превращаться в узкие щелки.
— Ты моя жена, ни больше ни меньше. То, чем я занимаюсь с Родой
Беллоуз, Сарой Ситуэлл или кем-то другим, тебя не касается.
— Что за глупости! — воскликнула Блайд. — Ты поклялся хранить
мне верность.
— Верность? Странное слово для женщины. Помни, не я выбрал тебя в жены.
Меня подтолкнули к этому обстоятельства.
Блайд отпрянула назад, как от удара.
— Вижу, ты выровнял счет, — тихо сказала она. — Сначала я
причинила тебе боль, потом ты ответил мне тем же.
Пропасть, возникшая между ними, увеличивалась с каждым мгновением.
— Мне послать за Дейзи? — спросил Роджер после минутного молчания.
— Сегодня у меня нет настроения веселиться.
— Ты должна быть на приеме.
— Я никому ничего не должна, — решительно произнес Блайд, не глядя
на мужа. — Отправляйся и танцуй со своими шлюхами. Но предупреждаю,
если ты вернешься пьяным, я не открою тебе дверь.
— Тогда, вероятно, я буду спать в другом месте.
— Тогда, вероятно, это будет твоя последняя ночь на этом свете.
Глава 14
Роджер вернулся довольно рано и совершенно трезвый, так что рассвет нового
дня он встретил живым и здоровым. Хотя теперь супруги спали в одной кровати,
это не решило их проблем. Роджер продолжал игнорировать спавшую рядом с ним
Блайд.
Каждое утро он просыпался, съедал принесенный слугами завтрак и уходил. Днем
он возвращался, чтобы переодеться для вечерних развлечений. Хотя он говорил,
что занимается расследованием убийства Дарнел, Блайд чувствовала, что
трещина, возникшая между ними, превратилась в настоящую пропасть,
наполненную недоверием. Они с мужем с каждым днем все более отдалялись друг
от друга.
Блайд проводила дни в обществе сестры или бабушки, на вечерних приемах у
королевы не появлялась, ссылаясь на беременность и плохое самочувствие, хотя
на самом деле ей было нестерпимо видеть мужа в обществе его любовниц.
Будучи существом света и солнца, Блайд с нетерпением ждала дня зимнего
равноденствия, после которого у нее всегда прибавлялось сил. Самая длинная
ночь в году ознаменует собой окончание всех тревог и неопределенностей.
Может быть, тогда она поймет, что такое
темное солнце
. Блайд поднялась с
кресла и подошла к окну. Утро давно прошло, а она все еще была в ночной
рубашке.
На Темзе шла разгрузка барж и лодок, на которых прибыли актеры, участвующие
в вечернем представлении Шекспира. Блайд ни разу не была в театре и с
нетерпением ждала наступления ночи. К сожалению, она не сможет посмотреть
пьесу до конца. Пока все будут на представлении, они с Блисс собирались
тайком пробраться в королевскую галерею и помочь обрести покой обитающей там
заблудшей душе.
Блайд тяжело вздохнула и подумала, что в ее жизни еще будет возможность
посмотреть спектакль. Раздавшийся стук в дверь встревожил ее: рано утром она
отпустила Дейзи, а сестра должна была прийти часом позже.
— Кто там? — спросила Блайд, вспомнив наставление ужа.
— Брендон Монтгомери.
Блайд открыла дверь и встретила мальчика ласковой улыбкой. Он посмотрел на
нее своими бездонными голубыми глазами, в которых читалось искреннее
обожание. Господи, как он похож на ее парящего орла! Возможно, это
объяснялось одинаковым цветом глаз.
— Последние пять дней я ждал возможности поговорить с вами, —
сказал мальчик, сделав глубокий поклон. — Мне хотелось поблагодарить
вас за то, что вы попросили королеву разрешить мне воспитываться в замке
Дебре.
— Значит, мой муж говорил с тобой об этом?
— Да, миледи.
— Брендом, никогда не забывай, что чудеса случаются постоянно, —
сказала Блайд. — Если хочешь, можешь побыть со мной, пока не придет моя
сестра.
— Я сделаю это с огромным удовольствием.
Блайд впустила пажа в комнату и закрыла за ним дверь. Затем села в кресло и
с удивлением посмотрела на мальчика, который опустился перед ней на одно
колено.
— Леди Дебре, я ваш вечный должник, — с чувством произнес
Брендом. — Хочу принести клятву моей вечной преданности вам. Обещаю
защищать вас и ваших близких даже ценой собственной жизни.
— Я принимаю твою клятву, но нет надобности жертвовать ради меня
жизнью, — с серьезным видом ответила Блайд. Такое искреннее проявление
чувства вызвало у нее улыбку, но она погасила ее, чтобы не оскорблять
благородный порыв. Подражая королеве, она торжественно объявила: — Встаньте,
мой верный рыцарь, и сядьте в это кресло.
Брендон поспешил выполнить приказ.
— Называй меня леди Блайд.
Мальчик радостно улыбнулся и, потупив взгляд, произнес:
— Хорошо, леди Блайд.
— Всегда смотри людям в глаза, когда разговариваешь с ними.
Брендон открыто посмотрел на Блайд и засмеялся.
— Хотя репутация считается весьма важной, не трать время на то, чтобы
отвечать недоброжелателям, — продолжила наставления Блайд. — Не
обращай внимания на глупцов вроде Гримзи, Спеннимура и Кокермаута.
— Со всем уважением к вам, леди Блайд, но мое понятие о чести требует
возмездия, когда оскорбляют мое доброе имя, — ответил Брендон.
Мальчик говорит в точности как мой муж, — подумала Блайд. —
Видимо, все мужчины, независимо от возраста, ведут себя одинаково, когда
дело касается их чести
.
— Я имела в виду, что ты должен более аккуратно выбирать средства
борьбы, — улыбнулась Блайд. — А теперь скажи мне, ты хочешь
узнать, как вырос твой капитал?
Мальчик удивленно посмотрел на Блайд:
— Какой капитал?
— Тот золотой, который я пустила в дело от твоего имени.
Брендон кивнул.
Блайд поднялась с кресла, подошла к письменному столу и вернулась на место,
держа в руках одну из бухгалтерских книг.
— А, вот это где, — пробормотала она, перелистывая
страницы. — Твой золотой превратился в пять монет.
— Пять золотых? — переспросил удивленно Брендон.
— Именно так. Ты хочешь потратить их или снова пустить в дело?
Мальчик нервно облизнул пересохшие губы: он не мог решить, как поступить с
неожиданно свалившимся на него богатством.
— А что бы вы посоветовали, леди Блайд?
По выражению лица Брендона Блайд поняла, что его самым жгучим желанием было
схватить деньги, покинуть эту комнату и изобразить настоящего богача перед
Гримзи, Спеннимуром и Кокермаутом. Однако мальчику нужно было объяснить, как
правильно обращаться с деньгами.
— Я бы взяла один золотой, а оставшиеся четыре снова пустила в
оборот, — ответила Блайд.
— А есть вероятность, что я потеряю вложенные деньги?
— Нет.
— Тогда я сделаю именно так, как вы советуете.
— Очень мудрое решение. — Блайд отнесла книгу на место, достала из
сумочки золотой и отдала его мальчику. — Брендон, а ты слышал о темном
солнце? — спросила она.
— Нет, миледи. Почему вы об этом спрашиваете?
— Да так, не обращай внимания. Пойдем, я провожу тебя до двери.
Блайд открыла дверь и вдруг спросила:
— Брендон, если мне понадобится твоя помощь, могу я рассчитывать на то,
что ты сохранишь мою просьбу в секрете?
— Я только что поклялся в преданности вам.
— Хорошо. Тогда вот какая просьба: когда все будут смотреть пьесу
Шекспира сегодня вечером, я хочу уйти и встретиться с моей сестрой в
королевской галерее. Ты сможешь отвести меня туда так, чтобы никто не узнал
об этом?
— Конечно, но зачем вам идти в галерею? — спросил Брендон.
— Сейчас я не могу тебе этого сказать, но...
На лице мальчика появилось выражение глубочайшего разочарования. Видимо, он
не раз испытывал это чувство, и Блайд по
...Закладка в соц.сетях
