Жанр: Любовные романы
Крутой парень
...ная. Я всегда это подозревал, но теперь я абсолютно в этом
уверен.
- Джон, я делюсь с тобой секретами, за которые другие мужчины дорого бы заплатили.
Именно это девушки обсуждают в дамских комнатах, когда собираются вместе. С этими
знаниями ты сможешь соблазнить и бросить всех красивых девушек страны. Или даже мира, -
убеждала Трейси.
- Значит, я должен нарочно делать им больно?
- Ты не понимаешь, Джон. Это только часть большой картины, - объяснила она. - Это
то, чего они хотят. Но в один прекрасный день девушка вырастает из этого и понимает, что ей
нужен мужчина, который будет с ней хорошо обращаться.
Трейси хотелось бы знать, когда этот момент наступит в ее жизни. Потом вспомнила о
том, что нужно еще обсудить тонкие сексуальные вопросы, к которым она никак не могла
приступить. Ну нет, с нее хватит. И кто знает? Может быть, Джон вполне хорош в постели?
Хотя скорее всего он потерял невинность не так давно. Может быть, она должна спросить его
об этом? Трейси решительно положила в рот последний кусочек мяса.
- Скажи, пожалуйста, - сказала она, прожевав и проглотив мясо, - кто была твоя
первая девушка?
- Ты имеешь в виду первую любовь или первую женщину?
- Первую любовницу, - терпеливо объяснила Трейси.
- Майра Фишер.
Теперь пришла ее очередь удивленно переспрашивать:
- Майра Фишер? Но я не помню никакой Майры Фишер.
- Но мы с тобой тогда не были знакомы. Майра была давно, в восьмом классе .
Трейси от удивления широко раскрыла рот.
- В восьмом классе! - Джон, наверное, все-таки ее не понял. - Да нет, я имела в виду,
кто была первая девушка, с которой ты спал.
- Ну, спали вместе мы с ней в первый раз, когда в девятом классе ездили на экскурсию.
Но мы занимались любовью у нее дома весь восьмой класс, а потом летом на каникулах.
- Ты мне никогда об этом не рассказывал!
- Понимаешь, я считал неэтичным рассказывать кому-нибудь о моих, как ты это
называешь, победах, - спокойно объяснил Джон. - Это очень интимные вещи. Я вообще
никому об этом не говорил.
- Неужели никому? - спросил Трейси.
- Да нет. Я думаю, ты тоже никому не рассказываешь?
- Ну, в общем, нет.
Трейси надеялась, что не покраснела. Она посмотрела на Джона новыми глазами.
- Подожди-ка, - сказала она. - А эта очень высокая девушка в колледже, с длинными
волосами...
- Хейзел, - подсказал Джон. - Хейзел Флейглер.
- Да, а ты и она...
- Конечно, - ответил Джон.
- Ты мне никогда не говорил!
Теперь Трейси была по-настоящему потрясена.
- А что, ты думала, я с ней делал? Она не играла в шахматы!
- Ты мне никогда не говорил, - повторила она.
Трейси задумалась, прикидывая, с кем еще у Джона были близкие отношения, о которых
он ей не рассказывал.
- Трейси, я вырос, слушая жалобы женщин на то, как плохо обращаются с ними
мужчины. Я видел, как ведет себя с ними мой отец. И после этого ты ждешь, чтобы я трезвонил
о своих победах?
- Трезвонил о своих победах? Джон, ты живешь не во времена королевы Виктории. Ты
что, никогда не смотрел телевизор? На дворе двадцать первый век. О чем же тогда еще
говорить?
- Мне есть о чем говорить и без этого, - сказал Джон с достоинством.
В первый раз в жизни Трейси подумала, что очень мало знает своего самого близкого
друга.
Глава 19
В среду на следующей неделе они встретились, чтобы вместе пойти в парикмахерскую и
наконец сделать ему стильную прическу. Когда они открыли дверь салона, его оглушила
музыка и он инстинктивно отшатнулся.
- Пошли, - сказала Трейси. - Современные прически не для слабонервных.
Она взяла Джона за руку и потянула за собой.
- Не волнуйся, - успокоила его Трейси. - Стефан позаботится о тебе.
В первый раз в жизни Джон усомнился в ее словах. Это ощущение возникло, когда она
употребила мафиозный оборот "позаботится о тебе". Что за черт. Он уже чувствовал себя
полумертвым.
Неужели все это необходимо, чтобы завоевать женщину? На это уходила масса времени и
сил. Ему всегда казалось, что для близких отношений нужны чувства, а не одежда и прическа.
Проходя на буксире по вибрирующему от технорока холлу, освещенному яркими лампами
и напоминающему телестудию для чудовищно бездарной игры, он почувствовал, что
решимость со скоростью света покидает его. Но в этот момент мимо прошла длинноногая
девушка с золотистыми волосами до талии. Она кивнула Трейси и улыбнулась - на самом деле
улыбнулась - ему. Самая красивая девушка из всех, каких ему приходилось когда-либо
видеть.
- Привет, Эллен, - небрежно бросила Трейси, как будто мимо них прошла не сама
богиня любви, а обыкновенная женщина.
- Кто это? - прошептал Джон.
- Что? - спросила Трейси, перекрикивая музыку и продолжая тащить его за собой.
- Кто это? - На этот раз Джон кричал.
Он влюбился. Она была прекрасна как мечта. Если бы не адская музыка, Джон бы
представил, что они в раю.
- Кто? - снова закричал он.
- Эллен? Это Эллен, - повторила Трейси, словно это что-то объясняло.
Они пересекли холл, прошли через полный суеты зал с креслами и зеркалами, а затем
Трейси повела его дальше по коридору, в котором продолжала греметь музыка. Каждый шаг
отдалял его от возлюбленной богини. Еще две девушки прошли им навстречу. Ни одна из них
не могла сравниться с Эллен, но обе были красивы. Они кивнули то ли Трейси, то ли ему, и на
всякий случай, если на него распространялось это приветствие, Джон кивнул в ответ. Ни одна
из них не хихикнула и не покрутила пальцем у виска, приняв его жест как должное. "Может
быть, Трейси знает, что делает", - подумал он. Но Эллен не выходила у него из головы.
- Кто такая Эллен? - переспросил он, когда обе нимфы отошли на безопасное
расстояние.
- Жена Стефана, - равнодушно прокричала Трей-си, как будто не разрушила этим все
его мечты и надежды.
Они миновали еще несколько дверей, пока Трейси не открыла заветную, ведущую в
святая святых этого храма красоты.
- Разве Стефан не голубой? - Джон продолжал перекрикивать оглушительную музыку,
но дверь уже закрылась за ними, отрезая все посторонние шумы, и его вопрос прозвучал в
абсолютной тишине.
Они оказались в маленькой квадратной белой комнате с единственным парикмахерским
креслом в середине, напоминающим кресла в космическом корабле из "Звездных войн". У
кресла стоял высокий мужчина и смотрел прямо на Джона.
Он выглядел очень внушительно: баскетбольный рост, очень короткие вьющиеся волосы
и шрам, пересекающий светлую бровь. Жесткий и властный. Джон отважился нарушить
молчание.
- Привет, - сказал он, его голос чуть не сорвался. - Вы, наверное, Стефан.
- Ты даже представить себе не можешь, чем я жертвую для тебя, - говорила Трейси,
усаживая Джона в кресло. - Только посмотри на меня. Это мне смертельно нужно
подстричься. Так что помни: ты у меня в неоплатном долгу.
Она отошла и облокотилась на рабочий столик. После этого к Джону приблизился Стефан
и принялся щелкать ножницами, притоптывая ногами и подпрыгивая. Джон беспокоился,
безопасны ли такие упражнения для самого парикмахера: можно ли прыгать с ножницами,
которые так близко к глазам, но он надеялся, что Стефан знал, что делает.
В конце концов, Трейси бы вмешалась, если бы кому-то из них угрожала травма. Она же
тихо сидела, наблюдая все эти щелчки и прыжки, и не обращала внимания на отсутствие
зеркала, шума и людей. Только Стефан и его тяжелое дыхание и дикие скачки вокруг. Самая
странная стрижка в жизни Джона.
Джон почти час просидел в кресле у человека, которого оскорбил. Тем временем Трейси,
которая, казалось, не сознавала, какой ужасной опасности подвергается ее друг, сидела на
крошечной табуретке у его ног, непрерывно болтая.
Джон хотел только одного: удрать с этого кресла, из этой комнаты, пулей пронестись
мимо роковой Эллен, жены этого балканского сумасшедшего, и лучше всего покинуть Сиэтл
навсегда. Но Джон боялся даже пошевелиться из-за острых ножниц, которые продолжали
летать вокруг его головы.
- ...и его велосипед, - донесся до его сознания голос Трейси. О чем это она?
Джон побоялся повернуть голову к Трейси, поэтому только повел зрачками в ее сторону.
- А что такого с моим велосипедом? - спросил он.
Джону очень хотелось поднять руку к голове, но он был уверен, что в этом случае Стефан
отхватит ему палец. Клочки его волос летали по всей комнате.
- Я сказала, что мы должны что-то сделать с твоим рюкзаком и велосипедом, -
спокойно повторила Трейси.
- А что с моим рюкзаком? - удивился Джон. - И с моим велосипедом все нормально.
Что ты имеешь в виду, говоря "мы должны что-то сделать"?
- Просто велосипед - это несексуально, - объяснила Трейси. - И как ты собираешься
везти девушку к себе домой? Посадив ее на багажник?
- Я думал, что не должен возить их к себе домой, - вспомнил Джон один из ее
предыдущих уроков.
- Хорошо-хорошо, а как ты собираешься везти ее к ней домой?
Неужели они должны обсуждать это в присутствии Стефана?
- В ее машине? - с надеждой спросил Джон.
- А как ты доберешься оттуда к себе домой? - Трейси покачала головой. - Свидание
без машины практически невозможно.
- Мы можем поехать на ее машине, - сказал Джон. Он вынужден был признать, что
начинает понимать, в чем проблема, но продолжал настаивать на своем. - Или взять такси? -
спросил он, сознавая, что это плохое предложение.
В ответ Джон услышал за своей спиной насмешливое фырканье. Как ему хотелось, чтобы
в этот момент ножницы оказались в его руках!
- Трейси! Ты отлично знаешь, что я об этом думаю. Велосипед безопасен, удобен и не
загрязняет окружающую среду. Если я пользуюсь велосипедом, мне не нужно горючее,
которое, с одной стороны, является невосстановимым природным ресурсом, а с другой
стороны, его сгорание портит экологию. И я независимо от автозаправок могу ехать куда
захочу.
- Но на этом ты далеко не уедешь. По крайней мере, с женщинами. - Стефан заговорил
в первый раз за все время.
Джон чуть не заскрипел зубами. В фильмах "Бунтовщик без причины" и "На восток от
Эдема" Джеймс Дин именно так сжимал челюсти, когда бесился. Но Джон не хотел, чтобы
убийца-парикмахер покончил с ним. Стефан не колеблясь перережет ему сонную артерию.
Джон решил не обращать на него никакого внимания.
- Ты хочешь сказать, что я должен купить машину, чтобы встречаться с женщинами? -
спросил он раздраженно.
Трейси знала, как он относится к автомобилям. Они отравляют атмосферу и убивают
окружающую среду. Как ей в голову пришло предложить ему такое?
- Тогда, может быть, подумаем о мотоцикле? - спросила Трейси с оптимизмом.
- Мотоцикл? Я же говорил тебе, что не хочу становиться опасным ни для себя, ни для
окружающих.
- Но это так сексуально, - сказала Трейси, от возбуждения едва не перевернув свою
табуретку. - И девушкам нравятся парни, которые гоняют на мотоцикле.
- А что они чувствуют к парням, которые оставляют полголовы на асфальте? -
дернулся Джон.
- Спокойно! - прикрикнул Стефан.
- Мы еще об этом поговорим, - сказала Трейси.
- Нет, мы не будем это больше обсуждать, - мрачно отозвался Джон и почувствовал,
что его вместе с креслом разворачивает лицом к Стефану.
В руке парикмахера сверкнула опасная бритва. На секунду Джон решил, что этот
сумасшедший собирается ею воспользоваться, но тут заметил зеркало.
Джон посмотрелся в него. О господи! На него смотрел настоящий дикобраз. Его волосы
торчали кверху как иголки. "Лучше бы он убил меня", - подумал Джон и в ужасе попытался
обхватить голову руками. Но Стефан, этот блондинистый вариант человека-ножниц, срезал еще
несколько клоков волос с неузнаваемой головы Джона.
- Потрясающе! - ахнула Трейси.
- Это настоящая метаморфоза, - самодовольно заявил Стефан. - Волшебное
превращение.
Джон понимал, что превращение произошло с ним, но во что его превратили?
Он продолжал смотреть в зеркало. Он видел за своей спиной отражение Трейси,
обнимающее отражение Стефана. Затем счастливое отражение Трейси пустилось в пляс вокруг
его кресла. Что ж, она настоящий друг. Может быть, ей нравятся дикобразы.
- Фантастика! - пропела она и вытащила Джона из кресла.
Может быть, это было не так плохо, как он думал? Трейси вынула у Джона из заднего
кармана брюк бумажник, достала кредитную карточку и передала Стефану.
- Ты еще никогда не тратил двести долларов с большей пользой! - довольно сказала
Трейси.
- Двести долларов! - выдохнул Джон.
Затем он посмотрел на Стефана и его бритву и судорожно сглотнул. Все-таки это лучше,
чем ограбление, хотя денежные потери не меньше.
Трейси и Джон подъехали к спортмагазину "РЕЙ". Всю дорогу он пытался выпытать у
нее, куда они направляются, но она не ответила ни на один вопрос.
Не обращая внимания на Джона, Трейси повернула направо, забыв включить сигнал, и
чуть не столкнулась с "Саабом", но все обошлось.
- Пошли, Джон.
Он вышел из машины и споткнулся о бордюр, пытаясь прочитать вывеску на двери.
- Ну нет! Только не сюда! - запротестовал Джон.
"РЕЙ" - самый большой магазин спортивных товаров во всем мире - был местом
тусовки всех задвинутых на спорте индивидов. Его уникальная архитектура и огромные окна
поражали глаз. От самого входа тянулись ряды с оборудованием для альпинизма, сияющего,
как и сотни симпатичных молодых людей и девушек, покупающих эти вещи.
- Попытайся познакомиться с приятной девушкой, - наставляла его Трейси. - Одной
из этих.
Она показала на целую стайку одиноких симпатичных девушек со сверкающими зубами,
глазами и волосами. В этом окружении Джон почувствовал себя маленьким и невзрачным,
Трейси слегка подтолкнула его.
- Не подходи к ним, а просто встань рядом. Ты должен казаться неприступным. Заставь
их интересоваться тобой, - давала последние наставления Трейси. Они подошли к концу ряда
и оказались перед огромной - высотой не меньше шести этажей - искусственной скалой,
расположенной за стеклянной перегородкой. По ее почти отвесной поверхности на глазах у
посетителей магазина карабкались люди.
- О черт! - ужаснулся Джон.
Он боялся высоты. Когда-то он рассказывал Трейси, что боится выходить на балкон на
верхних этажах.
- Занятия начинаются. Сейчас ты выглядишь крутым, посмотрим, сможешь ли ты так же
действовать.
- Как? Влезть на скалу? Даже не надейся!
Трейси знала, что с ним будет трудно, и была готова к этому.
- Давай, Джон. Альпинизм - это супер. Спорт для одиночек. Девушки обожают
одиночек. Вспомни Джеймса Дина. Вспомни Тома Кортнея в "Одиночестве бегуна на длинную
дистанцию".
- Слушай, но этот парень всего-навсего забрался в булочную и взял деньги. А потом
уехал с девушкой в Лондон. Это и я могу. Я просто боюсь высоты.
- Джон, только представь, тысячи девушек мечтают полюбить альпиниста.
- А я думал, что они мечтают о рок-певцах, - проворчал он. - У тебя рок-музыкант, а
не скалолаз. Не заставляй меня.
Трейси решила не обращать внимания на его нытье. Она взяла с полки моток веревки и
передала ему вместе с карабином.
- Проверь его. По крайней мере ты будешь выглядеть как альпинист, - велела она.
Джон показал на пол у скалы:
- Или как труп на этом полу. Трейси, я видел все эти фильмы. Джеймс Дин только
хандрил и подпирал стенки. Я тоже могу хандрить. Я могу стоять в углу с унылым видом.
Джеймс Дин никогда не лазил по скалам.
- Не будь таким буквалистом. Меняйся вместе со временем, - сказала Трейси. - Я не
требую, чтобы ты лазил по скалам. Я просто хочу, чтобы ты говорил об этом.
Она незаметно толкнула его в бок. Мимо прошла очень хорошенькая блондинка, и Трейси
обратила внимание, что она посмотрела на Джона с интересом. Хороший признак.
- В любом случае тебе ничего не придется делать. Просто постоишь с карабином в руке
и поговоришь с девушкой.
Джон в ужасе закатил глаза.
- О чем я с ней поговорю? - Он посмотрел на скалу. - Я совсем ничего об этом не
знаю.
- Думай конструктивно. Они тоже скорее всего ничего не знают. Если они спросят о
чем-нибудь, скажи, что предпочитаешь снаряжение "Черный бриллиант". Оно самое лучшее.
- А ты откуда знаешь?
- Я об этом писала.
Это была неправда, но совсем необязательно рассказывать ему о Дэне. Трейси записала на
своем желтом листочке: "Черный бриллиант", оторвала его и приклеила Джону на подбородок.
Даже с этой бумажной желтой бородкой он классно выглядел. Джон отклеил листочек,
продолжая смотреть на возвышающуюся перед ним скалу, по которой лазили люди. Это был
подходящий момент, чтобы бросить его в воду в надежде, что он научится плавать, и Трейси
незаметно отошла.
- Эта скала напоминает мне мультфильм о койоте. Тот, в котором он заказывает
взрывчатку...
Джон повернулся к Трейси, но она исчезла. Вместо нее его слушала длинноногая
брюнетка.
- А разве теперь используют взрывчатку? - спросила она.
Ее голос был таким же гладким, как поверхность скалы перед ними.
Джон старался сохранять спокойствие. Смятый желтый листочек в руке напомнил ему о
последнем совете, который дала Трейси.
- Да. "Черный бриллиант". Но я придерживаюсь классики, а вы?
- Я тоже, - согласилась она. - Вы давно занимаетесь альпинизмом?
- Да, с раннего детства.
Боже! На что только не пойдет мужчина, чтобы добиться женщины. Однажды отец взял
Джона на свидание с одной женщиной, которую пытался соблазнить, и заставил его целый день
хромать. В конце дня, когда они прощались, женщина сказала: "Ты очень мужественный
мальчик". Потом Джон спросил Чака, почему она так сказала. Отец рассмеялся и объяснил: "Я
ей рассказал, что у тебя был рак и тебе ампутировали ногу". А этот парень, с которым Трейси
встречалась в последнем классе школы...
Джон заставил себя вернуться к настоящему, вернее, к возможному будущему, которое
стояло рядом с ним на двух стройных ножках. Он повернулся, чтобы взглянуть на эту девушку,
которая, похоже, всерьез обратила на него внимание. У нее были длинные волосы, заплетенные
в косу. Появившаяся за ее спиной Трейси делала ему одобрительные знаки. Он только не понял,
что именно она одобряет: брюнетку, или его вранье, или...
- Я начала только в прошлом году, но скалолазанье - это как стиль жизни, - прервала
она его душевные терзания.
- Да, - согласился Джон, так же гладко, как его отец в лучшие дни. - Мне это
необходимо, как кислород. Мне нужно быть одному и ни от кого не зависеть. Быть тенью на
сверкающей скале.
Он принял лучшую позу Джеймса Дина. Джон надеялся, что брюнетка оценит это и что
она, по несчастливому совпадению, не смотрела накануне "На восток от Эдема".
Видимо, все-таки не смотрела.
- Я понимаю, что вы имеете в виду, - сказала она с энтузиазмом.
Затем, словно передумав, она отвернулась. Джон немедленно почувствовал холодок в
животе. Что он не так сказал? Неужели он опять все испортил, как тогда в аэропорту? Но она
снова повернулась к нему.
- Я хотела сказать, что не могу себе точно это представить, потому что никогда не
ходила в горы одна, но я бы хотела. А вы участвуете в командных восхождениях?
Джон смутно представлял себе, о чем она говорит.
- Постоянно. - "Какого черта", - решил он.
Она остановилась у секции с альпинистскими крюками.
- Для этого требуется столько всякого снаряжения. И все так дорого!..
Просто поразительно: чем больше он лгал, тем легче у него это получалось. Неужели он
такой же, как его отец?
На самом деле он совсем не такой. Джон смотрел на эту девушку, и она ему нравилась.
Хотя он и не ходил в горы, но любил природу, всюду ездил на велосипеде. Джон был уверен,
что эту девушку так же волнуют проблемы экологии, как и его самого. Может, она и ест мясо
- животный протеин необходим тем, кто занимается альпинизмом, - но ему захотелось
познакомиться с ней поближе.
- А какую марку вы предпочитаете? - спросила она.
- "Черный бриллиант", - ответил Джон и положил руку на полку за ее спиной, стараясь
держаться непринужденно.
Но потерял равновесие и чуть не упал. К счастью, она не заметила, как Джон покачнулся,
потому что выбирала какие-то штуки на нижней полке. Джон представления не имел, что это
могло быть. На его взгляд, было похоже на орудия пыток времен Великой инквизиции.
- А что вы скажете о крюках "Пика"? - спросила она.
Джон не забыл наказ Трейси, но все равно ему очень хотелось прикоснуться к этой
девушке. Ее кожа напоминала цветом сливочное мороженое, с легким намеком на розовый
румянец. А ее губы были такими нежными... Джон осознал, что она ждет ответа на свой
вопрос.
- Нормально. То есть не "Черный бриллиант", но...
"Сейчас или никогда", - сказал он себе. Он должен дотронуться до нее. Джон взял ее за
руки, как будто хотел посмотреть на выбранное ею снаряжение.
- О, у вас потрясающая форма ногтей.
Он заметил, что брюнетка слегка смутилась. Она покраснела и не отрывала глаз от своих
рук, лежащих в его руках.
- Правда? Спасибо. Меня, кстати, зовут Рут.
- Вы англичанка?
Рут привела его к какой-то очереди и встала в ее конец. Джон стал за ней, чтобы
продолжить разговор.
- Вы знаете, у меня крепление "Эделрид", - говорила она.
На секунду Джону показалось, что все это розыгрыш, который устроила Трейси. Крюки,
карабины, тросики. Это спорт или цирк? Но хотя Джон и потерял из виду Трейси, мозги он не
потерял. Эта девушка очень симпатичная, и он должен попытать с ней счастья.
- Я надеюсь, это сойдет. Я не хотела бы сейчас покупать новое.
Джон обратил внимание на очередь. Он уже понял, что придется купить веревку и
страховочный пояс. Он мысленно записал это в графу сопутствующих расходов. Но тут он
заметил, что перед ними нет кассы. Зачем же они здесь стоят? Вдруг, к его возрастающему
ужасу, он увидел, что парень, стоявший первым, забросил наверх конец своей веревки и полез
на скалу, в то время как несколько других спускались с большой высоты.
- Разве это не очередь в кассу?
- Нет. Это очередь на проверку. Я всегда проверяю оснащение, прежде чем купить. А вы
разве нет? - удивилась Рут.
- Каждый раз, когда я что-нибудь покупаю, - в первый раз не соврал Джон.
Его мать всегда учила его, что врать нехорошо. Как все это могло произойти с ним, думал
он, с ужасом наблюдая за людьми, стоящими в очереди перед ними. Один за другим они
карабкались на скалу, как будто это не было заведомым самоубийством.
Еще двое забросили вверх свои веревки. Джон слышал, как его сердце гулко стучит в
груди. Все это глупый розыгрыш, думал он, когда они с Рут оказались перед продавцом. Джона
почти трясло от страха: он ужасно боялся высоты.
- Мне не нужно проверять эту веревку, - сказал он так небрежно, как только сумел.
- Нет, конечно. Понятно, что вы хотите проверить карабин.
К Джону подошел консультант.
- Вы не новичок?
Прежде чем Джон успел придумать, как ему сбежать, вмешалась Рут.
- Нет, он участвовал в командных восхождениях, - заверила она консультанта.
- Тогда вы сможете сами завязать узел, - сказал он Джону.
"Ага, на своей шее, - подумал Джон. - Или на шее Трейси". Джон повертел головой,
надеясь на спасение. Собравшиеся вокруг люди показались ему зеваками около гильотины. К
своему ужасу, он заметил среди них Трейси. Джон послал ей полный отчаяния взгляд. Она
только пожала в ответ плечами. Джон посмотрел на Рут, вспомнил ее нежно-сливочную кожу,
затем глубоко вдохнул и забросил веревку.
- Почему вы выбрали такой сложный маршрут? - спросила Рут.
Джону нечего было на это ответить. Он схватился за веревку и полез на скалу.
- Не волнуйтесь, - как сквозь вату услышал он голос Рут. - Я вас подстрахую.
Джон неожиданно возненавидел ее от всего сердца. До этого момента он не понимал, что
она безумная садистка, жаждущая его смерти.
- О, я совсем не волнуюсь, - крикнул он в ответ и заставил себя взобраться по скале
еще чуть выше.
Джон посмотрел через плечо вниз и так испугался, что у него задрожали руки и он чуть не
упал. Чтобы избежать этого, он принялся отчаянно карабкаться, прижимаясь к скале. Здесь не
было места для отдыха, только вертикальная поверхность. Наконец он достиг ступени
примерно в шести метрах над толпой и намертво вцепился в нее. Он прильнул к скале, как
лишайник.
Консультант взял мегафон и крикнул Джону:
- У вас все нормально?
Все, кто был в огромном магазине, задрали головы кверху. Толпа у скалы росла. Вот как
выглядят люди с потолка Музея воздухоплавания. Джон смотрел, как Трейси пробивалась в
первые ряды толпы. Он хорошо ее видел, но вместо того, чтобы подбодрить его, она достала
фотоаппарат и начала снимать. "Как бы долго ты ни был знаком с человеком, ты не сможешь
предсказать его реакцию в той или иной ситуации", - бесстрастно подумал Джон. Вряд ли это
облегчило его положение, но Джоном овладело безразличие, все равно он погибнет прямо здесь
и сейчас.
- Ответьте, - взывал парень с мегафоном. - У вас все нормально?
Джон не мог ни кивнуть головой, ни пошевелить губами.
- Нештатная ситуация! У нас нештатная ситуация! Просим всех срочно спуститься со
скалы, - заревел мегафон.
Включились сирены безопасности. Отовсюду бежали люди, чтобы посмотреть, что
происходит. А Джон усиленно старался слиться со скалой.
После того как врачи "Скорой помощи" прекратили мучить свою жертву, Трейси и
растрепанный Джон вышли из магазина и направились к ее машине, сопровождаемые
взглядами любопытных зевак.
Он абсолютно безнадежен, думала Трейси, открывая дверцу машины. Она проиграет пари
с Филом, и, что еще хуже, из этого не выйдет никакой статьи. Она не сможет переделать
Джона. Хуже всего ему самому. Он всегда был отверженным и ему придется смириться с
положением вечного холостяка.
Полдороги до его дома в машине царило молчание, наконец Джон заговорил:
- Ты не видела, куда ушла Рут? Я рисковал из-за нее своей жизнью. А она просто ушла.
Трейси молчала, чтобы не взорваться и не наговорить ему гадостей.
- Я дал ей свой телефон. Как ты думаешь, она позвонит?
Он что, серьезно?
- Не думаю, что она позвонит после того, как видела тебя в кислородной маске, -
ответила Трейси.
- Мне она совершенно не требовалась: я глубоко дышал, - объяснил Джон. - Мне
нужен был только бумажный пакет.
- Ну да. Чтобы надеть его тебе на голову.
Трейси глубоко вздохнула. Нет, он не Эдмунд Хиллари , но хуже всего то, что Джон
...Закладка в соц.сетях
