Жанр: Любовные романы
Ложь, опасность и любовь
...енные,
на ней была белая блузка с вышитым Микки-Маусом, выглядывающим из кармана.
Обе были очень худенькими, и обеим было под пятьдесят.
Куинн достал из записной книжки фотографии Чарлза Уилсона, Дейва Андерсена и
Лоренса Крейга и показал Джен Брайт:
— Вы не припоминаете этих людей?
Джен покачала головой и протянула фотографии Синтии Пул.
— Да, кажется, я их припоминаю. Особенно вот этого, — сказала
Синтия и указала на вторую жертву, Дейва Андерсена. — Он часто приходил
по пятницам под вечер. — Она оглянулась и сморщила нос. — Он был
одним их этих, знаете?
— Поясните.
— Одним из одиноких мужчин, которые приходят в ночной бар в поисках
женщин, — объяснила Синтия. — В наших магазинах сейчас работают
ночные бары. Так вот одинокие мужчины приходят сюда по пятницам и субботам
специально, чтобы найти себе подружку.
Куинн и Курт переглянулись. Они достаточно давно работали вместе, чтобы
понимать друг друга без слов. То, что они услышали, было ценной информацией.
— А вы не припомните, кто-нибудь из этих мужчин уходил отсюда с женщиной? — спросил Курт.
— Честно говоря, не помню. Ты не помнишь, Джен?
— Нет, я не слежу, кто с кем встречается. — Она скрестила руки на
груди и уставилась в одну точку. — Это так раздражает.
Синтия пожала плечами и протянула фотографии:
— Так это те, кого убили?
— Да. — Куинн убрал снимки в записную книжку. Они с Куртом
синхронно протянули свои визитки. — Если вы вспомните что-нибудь,
позвоните нам. — Синтия взяла карточки, а Джен пришлось практически
всовывать визитки в руку.
Когда детективы проходили мимо бара на пути к выходу, они заметили плакат, а
на нем Люси. За плакатом была стойка с ее книгами, а сам плакат приглашал на
встречу с известной писательницей детективного жанра Люси Ротшильд.
Курт ткнул пальцем в плакат:
— Это же в субботу.
— Интересно, что творится на этих встречах?
— Может, нам стоит проверить?
— Может быть. — Куинн взял одну из книжек Люси и пролистал
несколько страниц. — Но сейчас мне куда интереснее, что еще могут
вспомнить Джен и Синтия о знакомствах в ночных барах книжных магазинов.
— Ты думаешь
бездыханные
приходили сюда и убийца выбирал их прямо в
магазине?
— Не исключено. — Куинн положил книгу на место и посмотрел на бар
слева от них. За одним столиком сидела пара, а за самым дальним сидел
мужчина с ноутбуком. Куинн представил, как выглядит бар, когда он забит
посетителями. Идеальное место для охоты.
— Нужно, чтобы здесь работал кто-то из наших под прикрытием. Но не ты и
не я. Служащие не должны знать этого человека. — Он снова посмотрел на
стойку с книгами Люси. — Кто-то, кого не знают подозреваемые, —
добавил он, и детективы пошли к дверям.
Полуденное солнце ослепило Куинна, и он достал из нагрудного кармана рубашки
солнцезащитные очки.
Когда они подходили к машине, припаркованной на стоянке у магазина, он
сдвинул очки на кончик носа. Он все еще не был убежден, что Люси причастна к
делу о
бездыханных
. Да, она приврала пару раз, и ее можно привязать к двум
жертвам из трех. Но она не казалась ему... агрессивной или сумасшедшей. Она
ответила на его поцелуй, и в его объятиях она была страстной и полной
желания. Не походила она на женщину, способную прийти в дом к мужчине после
нескольких свиданий, приковать его к постели и лишить жизни. Скорее она
походила на женщину, которая, приковав мужчину к постели, найдет, чем
заняться с ним.
Хотя, конечно, его чувствами мог руководить инстинкт самца.
— Ты шутишь? — спросила Мэдди, вилкой отодвигая мексиканский рис
на край тарелки.
— Нет. Он схватил меня и поцеловал.
— Ну и как оно? — спросила Адель и взяла кувшин с
Маргаритой
с
середины стола.
Люси прикусила нижнюю губу, но уголки губ все же предательски поползли
вверх.
— Изумительно. — Она заметила, как улыбнулась Клер.
Из трех подружек только Клер полностью поддерживала ее. Клер на самом деле
верила в то, о чем писала. В любовь, слияние душ и долгую счастливую жизнь
после свадьбы. А кроме того, Клер была самой беспечной из них, когда речь
шла о мужчинах.
— И как давно ты знакома с этим парнем, с Куинном? —
поинтересовалась Мэдди. — Неделю?
— Чуть больше недели. Сегодня у нас третье свидание, — ответила
Люси, что пусть с натяжкой, но было правдой. Свиданий было два, если считать
их первую встречу в
Старбаксе
. Хотя она сама ее за свидание не считала. Да
и выпитые в баре коктейли можно не считать свиданием до той самой минуты,
пока он не поцеловал ее. Вот поцелуй был самым настоящим.
Адель налила
Маргариту
в стакан и поставила кувшин на место.
— И ты позволила ему поцеловать себя на первом свидании? Это на тебя не
похоже.
Пусть так. Как только его губы коснулись ее губ, все остальное перестало
иметь смысл.
— Надо быть осторожнее, Люси, — сказала Мэдди, будто приходилась
ей матерью, хотя была всего-то на год старше.
— Он обычный парень, и при этом милый. Он водопроводчик, и у него свой
бизнес.
— А я считаю, ты все правильно делаешь, — убежденно сказала Клер,
подлила себе
Маргариты
и добавила: — Я знаю, никто из вас не верит в
любовь с первого взгляда, но она существует. Посмотрите вокруг, ведь полно
примеров.
Люси улыбнулась своим мыслям. Уж что-что, а вожделение с первого поцелуя
точно существует. Адель нахмурилась:
— Ну не знаю, Люси. Я как-то встречалась с водопроводчиком. Он был какой-
то странный.
— А где ты с ним встречалась? — спросила Люси, чтобы отвлечь
внимание от своей персоны.
— В клубе любителей истории. — Адель пожала плечами и принялась за
салат в пшеничной лепешке.
Мэдди не донесла вилку до рта.
— Ну ты даешь!
Адель покачала головой:
— Да все просто. Я писала книгу о путешествиях во времени и
Средневековье и проводила кое-какие исследования. А эти парни встречались в
парке за крепостью, в нескольких кварталах от моего дома и дрались на мечах.
Ну я и решила порасспросить их и посмотреть.
— Так твой дружок что, был сэром Ланселотом? — спросила Мэдди.
— Это не с него ты писала своего сэра Ланса Любвеобильного? —
спросила Люси и подмигнула Клер.
Клер улыбнулась, ее голубые глаза светились юмором. — По-моему,
персонажа звали сэр Стальное Копье Любви.
— Очень смешно. — Губы Адель дрогнули; как ни пыталась она
изобразить обиду, у нее ничего не вышло. — Ею звали сэр Ричард
Великолепный.
— И не выговоришь, да, Мэдди? — спросила Люси и потянулась за
Маргаритой
. — Но как же его действительно звали?
Адель покачала головой:
— Его настоящее имя было Декстер Поттер. И он действительно очень
неплохо смотрелся в средневековом костюме.
— А-а-а, ну тогда все понятно.
Люси рассмеялась и сменила тему.
— Ты все еще на диете Аткинса? — спросила она Мэдди.
— Ага, — вздохнула та. — Такая гадость. Я уже устала питаться
свиными отбивными.
— Что-то не похоже на здоровое питание. — Адель потянулась за
перцем и едва не угодила грудью в салат. — А как выглядит твой
goryachiymuzhik? — спросила она Люси.
— Он высокий, смуглый и очень симпатичный. —
А еще он целуется
так, что забываешь обо всем на свете
. — Он любит охотиться на дичь с
собакой и смотрит
Час суда
. Его родственники живут здесь, в городе, а отец
умер пару лет назад. —
А еще у него голос, от которого мурашки бегут
по коже
. — У него жена умерла в прошлом году, и теперь ему одиноко.
— Хм! — Адель поставила на место перец.
— Что
хм
? — спросила Люси, хотя заранее знала ответ.
— Ты решила попытаться спасти его, как и всех остальных?
— Вовсе нет.
— Ты всегда так говоришь, — напомнила ей Клер. — И каждый раз
ты остаешься с разбитым сердцем. — Она покачала головой. — Если
решишь крутить с ним роман, то следи, чтобы он обращался с тобой хорошо. Как
мой Лонни. Он — любовь моей жизни.
Клер занялась обедом, а подружки обменялись красноречивыми взглядами.
Бойфренд Клер, Лонни, был милым парнем и действительно обращался с ней
хорошо. Он не забывал о ее дне рождения и других праздниках, не ревновал ее
и не был собственником. Он мог бы быть идеальным парнем, если б не был геем.
Все это знали. Все, кроме разве что Клер. Либо она была не так умна, как
предполагали ее ученые степени, либо она отрицала очевидное. Люси и другие
подружки предпочитали ссылаться на последнее. Клер была сильной личностью и
прекрасным другом, но она словно была защищена силовым полем, и все
неприятное отскакивало от нее. Они с ужасом ждали, что случится, когда Клер
узнает, что
любовь ее жизни
за ее спиной посещает гей-бары.
— Нет, вы не правы. Куинн нравится мне не потому, что я испытываю к
нему жалость. Или потому, что его нужно спасти. Он мне нравится, потому
что... — Она подумала о его изумительных карих глазах и длинных
ресницах. О его небритых скулах и чувственных губах. — Потому что,
когда он смотрит на меня, он смотрит только на меня. Когда он спрашивает что-
то обо мне, я чувствую, что ему действительно интересно. А не для того,
чтобы потом рассказывать только о себе. Когда мы вместе, я чувствую, что он
понимает меня. — Она принялась за еду, но заметила, что подруги
изумленно смотрят на нее. — Что?
— Ты говоришь так, будто влюбилась в него, — заметила Мэдди.
— Вот-вот, — поддакнула Адель.
Клер кивнула:
— Именно так и звучит.
— И вовсе нет. Мне надо книгу писать. У меня нет времени на
парней. — Люси потянулась за бокалом. — А кроме того, я
недостаточно хорошо его знаю, чтобы влюбиться. Порой я не понимаю, пугает он
меня или заводит.
Мэдди нахмурила черные брови.
— А чего ты боишься? Он что, псих? Что он сделал?
— Ничего. Наверное,
пугает
слишком сильно сказано. — Люси
замолчала и наклонила голову. — Пожалуй, сказать
приводит в
замешательство
будет правильнее.
— Так ты в замешательстве?
— Он хочет встречаться. Он хочет перезваниваться, ходить со мной по
ресторанам...
— Он добивается тебя, — помогла Клер.
— Пожалуй. — Люси снова замолчала, собираясь с мыслями. — Я
еще не встречалась с мужчинами, которые так часто хотели бы меня видеть. Вы
же знаете, какие они, современные парни. Выведут тебя в бар, ну позвонят
через неделю или две, а то и вовсе не позвонят. Но Куинн, похоже, и не
подозревает, что остальные ведут себя именно так. Он не ждет, пока я сойду с
ума, гадая, позвонит он или нет.
— Погоди-ка. — Адель подняла вилку. — Ты не хочешь
встречаться с ним, потому что он проявляет к тебе интерес? Да ты
ненормальная.
Люси пожала плечами. Но было в нем что-то, что она сама еще не могла понять.
Он был слишком хорош, чтобы это могло быть правдой. А опыт подсказывал ей,
что если мужчина слишком хорош, чтобы это было правдой, то это неправда.
— Наверное, я не верю в историю с его женой. Хотя и оснований думать,
что он врет, у меня тоже нет. Я не могу понять, что с ним не так, и потому
не доверяю ему. — Она покачала головой. — Может, у меня приступ
подозрительности?
Адель оторвалась от салата.
— Пусть он пригласит тебя к себе домой. Если он не согласится, значит,
его жена вовсе не мертва.
— Ты что, обкурилась? Именно так и становятся жертвами маньяков.
Помнишь Ричарда Франко? — Мэдди напомнила о серийном убийце, о котором
писали газеты несколько лет назад. — Он приглашал их домой, а они шли,
словно овцы на скотобойню. Ты хочешь, чтобы жизнь Люси стала кошмаром?
Неудивительно, что Мэдди ни с кем не встречалась. Она всех мужчин считала
психопатами и маньяками.
— Он не убийца. Просто я не уверена, что он так хорош, как кажется.
— Адель подкинула интересную идею, — сказала Клер. — Если ты
посмотришь его дом, то сразу поймешь, есть у него жена или он обустроил себе
любовное гнездышко. Если он пригласит тебя домой...
— Это будет значить, что он хочет секса, — прервала ее Мэдди.
— Это верно. — Мысль о сексе с Куинном вовсе не тревожила ее. Но
не так скоро. Об этом не могло быть и речи.
— Если ты такая дура, чтобы идти к нему домой, — заявила
Мэдди, — то хотя бы захвати оружие, которое я тебе дала.
— Захвачу, — пообещала Люси. В прошлом году на Рождество Мэдди
подарила ей газовый баллончик с перечным газом, полицейский свисток,
электрошокер и кастет. — И я поеду на своей машине, — добавила
она, хотя вовсе не была уверена, что окажется дома у Куинна. — Чтобы
можно было сбежать, если что.
— Даже не знаю, что опаснее, — сказала Адель. — Оказаться
дома у парня, которого ты едва знаешь, или ездить на собственной машине.
— Я превосходный водитель, — убежденно сказала Люси.
— Да, Человек Дождя тоже так говорил, — заметила Клер.
Люси знала, что подруги считали ее плохим водителем, но это было не так. Да,
она гоняла быстро и порой кричала непристойности в адрес других водителей,
но она не попадала в аварии более пяти лет.
— А как у вас у всех на личном фронте? — спросила она, намеренно
меняя тему разговора.
— Не существует в природе, — пожаловалась Мэд
ди. — В этом городе
нет мужчин.
Адель потянулась за
Маргаритой
.
— Вчера на крыльце я обнаружила глиняный горшок с каким-то кустом в
нем.
— Дауэйн, — сказали подруги хором.
Рослое ничтожество, Дауэйн Ларкин, работал каменщиком. Два года Адель
думала, что он и есть ее суженый. Она закрывала глаза на его отвратительные
привычки, хотя он клал вставную челюсть прямо на обеденный стол и нюхал
подмышки своих рубашек, прежде чем надевать их. А все потому, что он походил
на Витто Мортинсена. Адель прощала ему все, пока он не сказал, что у нее
толстая задница. Никто не смеет критиковать задницу Адель, поэтому она
послала его на все четыре стороны. Но беда в том, что Дауэйн так и не ушел
совсем. Раз или два в месяц Адель находила на крыльце что-либо из вещей,
которые оставила в его доме. Ни записки, ни Дауэйна. Только вещи.
— Ух! Никак не отстанет.
— Как будто он твои вещи в заложниках держит, — прокомментировала
Люси. — Присылает, словно части тела.
— В дрожь бросает.
— А много у него еще осталось?
Адель пожата плечами:
— Я не знаю. Мы вместе были два года, и я долго жила в его доме.
Наверное, есть еще.
— Если я пока не убила Дауэйна в
Выстреле любви
, — сказала Люси,
припоминая свою третью книгу, — то обязательно это сделаю ради тебя.
— Спасибо.
Разговор с мужчин перешел на книги, и к моменту, когда Люси расплачивалась
за себя, они уже надавали Адель кучу советов, что делать с Дауэйном, и
помогли Клер продумать три главы ее новой книги.
Люси распечатала первые шесть глав своей рукописи, чтобы дать Мэдди на
проверку. Да, порой она бывала странной и не всегда отличалась трезвыми
взглядами на жизнь, но она была блестящим филологом и превосходным критиком.
Люси тоже помогала Мэдди, когда та обращалась к ней.
Мэдди проводила Люси до машины. — Обещай, что будешь осторожной с этим
Куинном. Люси протянула подруге рукопись и посмотрела в ее карие глаза.
Иногда ей казалось, что Мэдди прячется от чего-то. От чего-то, что скрывает
в себе. От чего-то, про что никому не рассказывает. Люси была не из тех, кто
во что бы то ни стало хочет докопаться до истины, но если Мэдди захочет
поделиться своими проблемами, то Люси будет рядом, чтобы выслушать подругу.
— Обещаю, — сказала она. — А ты пообещай не быть такой
злюкой.
Мэдди попрощалась, но так ничего и не пообещала. Люси села в машину. По пути
домой она думала о Куинне. Может, Адель и Клер правы? Может, он просто
нормальный парень, который добивается ее? Может, она навыдумывала лишнего?
Люси пробиралась сквозь пробку, используя для обгона любую возможность, а на
углу Тринадцатой и Форт-авеню проскочила на желтый. Она решила, что это
гораздо безопаснее, чем давить на тормоз. Проезжая мимо школы, куда она
ходила, Люси в который раз задала себе вопрос: может ли нормальный парень
искать себе подружку в чатах? Нет, не может. Только если что-то с ним не
так. Или... ему нужен один лишь секс.
Еще несколько поворотов, и она свернула на аллею, ведущую к дому. С Куинном
она не чувствовала себя неловко, он никогда не бросал на нее вожделенные
взгляды. Напротив. От него исходила легкая сексуальная вибрация. Она
вынуждена была признать, что Куинн завораживал ее.
Она нажала на кнопку автоматического открывания дверей гаража, и старая
деревянная дверь поползла вверх. Многие дома в районе Норт-Энд города Бойсе
были построены на рубеже двадцатого века, и у их тротуаров до сих пор стояли
каретные тали. Но стоило на улицах города появиться
паккарду
, как
бойсеанцы забросили свои кареты и построили компактные гаражи на задних
дворах. Многие одноместные гаражи все еще были в ходу, как у Люси, потому
что на что-то большее места просто не хватало.
Люси въехала в гараж и закрыла деревянную дверь. Затем зашла через кухню в
дом, поставила на разделочный стол сумку и бросила взгляд в окно, на
соседский двор. Миссис Райли была в саду. Она выкапывала пластиковый молочай
и заменяла его на тюльпаны. Пластиковые, разумеется. Миссис Райли повторит
процедуру летом и осенью. Люси спросила ее как-то, зачем она сажает каждый
сезон пластиковые цветы, на что соседка ответила, ничуть не смутившись:
Как
зачем, милочка? Я люблю красоту!
Правда, это объясняло, почему она
раскрасила дом в ярко-желтый, голубой и зеленый цвета.
Люси смотрела, как миссис Райли работала в саду, а мысли ее были о Куинне и
их свидании этим вечером. Она не хотела признавать, что с нетерпением ждет
встречи. Что неразумно, ведь она почти не знает его.
Вполне возможно, что он действительно водопроводчик, который пытается
наладить жизнь после смерти жены. Но не менее вероятно, что он лишь один из
семидесяти процентов ее интернет-статистики и хочет только быстрого секса.
Однако Люси беспокоил совсем другой вопрос, и ответить на него было куда
сложнее: почему она готова выдумать любой предлог, лишь бы найти повод для
встречи с ним? Почему она так запала на парня, которого совсем не знает?
Глава 6
Neznakomka: ищу порядочного парня... Гвалт на трибунах ледовой арены стоял невообразимый.
Готовьтесь к зрелищу!
— воскликнул комментатор. Капитаны
Айдахо стинхедз
и
Сан-Диего галз
сошлись в центре льда. Музыка смолкла, центральный арбитр бросил шайбу, и
клацнули клюшки. Игра началась.
Куинн посмотрел на Люси. Она была в красно-черном свитере цветов
Стинхедз
и с огромным поролоновым большим пальцем в руках. Сложно было представить
себе человека, менее подходящего на роль серийного убийцы.
— Так их! — закричала Люси, когда одного из игроков
Сан-Диего
галз
сбили на лед.
Ладно, она немного кровожадна, но отчего-то поджилки у него от страха не
тряслись.
Куинн откинулся на спинку сиденья, и маленький черный корпус записывающего
устройства впился ему в позвоночник. Курт был на другом конце города, на
свидании с другой подозреваемой, kareglazka, а Анита сидела в фургоне и
записывала его встречу на аппаратуру. Сегодня Куинн был сам по себе, но это
его вовсе не беспокоило. Причиной тому было в первую очередь место, ведь они
сидели на спортивной арене, и вокруг было двадцать тысяч фанатов. Не станет
же она убивать его прямо здесь. Но даже будь они сейчас в его постели,
вспотевшие от страстных объятий, он все равно был бы спокоен. Не могла она
быть серийным убийцей. Он нутром это чувствовал. Чувствовал он нутром и
совсем другое, когда смотрел на ее пухлые губы. Но только потому, что
интуиция ничего не подсказывала ему, он не собирался снимать ее кандидатуру.
— Ах ты, козел! — крикнул парень двумя рядами ниже, когда игрок
Сан-Диего
силовым приемом отобрал у игрока
Стинхедз
шайбу.
Куинн не особо разбирался в хоккее. Он больше любил американский футбол. Он
сам играл с десяти до восемнадцати лет и правила знал. А хоккей для Куинна
был хаосом на льду. Со стороны казалось, что парни просто гоняются за
шайбой, вышибая друг из друга дух.
— Ух! — Куинн поморщился, когда двое хоккеистов врезались друг в
друга, как два товарных поезда, но умудрились остаться на коньках. Люси
смеялась, и глаза ее горели, как у ребенка в Рождество.
— Боже, обожаю эту игру, — сказала она, широко улыбаясь. —
Особенно
плей оф
, когда команды готовы убить друг друга.
Ладно, возможно, она чрезмерно кровожадна, но она не выходит за рамки и
вписывается в окружающую ее толпу.
— Я стараюсь ни одной игры не пропускать. А ты?
— До этого дня я ни разу не был на хоккее.
Люси посмотрела на него, и их взгляды встретились. Она моргала, словно не
могла разглядеть его. Как будто он был пришельцем.
— Ни разу? Шутишь?
— Нет. Я американский футбол люблю.
— Ну, футбол тоже ничего, Только хоккей смотреть веселее.
— По мне, так это сплошной хаос.
— Это организованный хаос. — Люси вернулась к игре, но
придвинулась поближе к Куинну. — Хоккеисты спереди — это форварды и
центровой. — Она указала рукой. Ногти ее были покрашены в ярко-красный
цвет. — Парни сзади — это защитники и, конечно, вратарь. — Она
опустила руку. — В хоккее много правил, и я не помню их все. Кроме
того, стоит мне их понять, как они меняются.
Куинну всегда нравились блестящие красные ногти. Он обожал наблюдать, как
женщина проводит красными ноготочками по его животу.
— Видишь игрока с шайбой? Это форвард, и он собирается отдать пасс
центровому. — Люси придвинулась еще ближе, и их плечи
соприкоснулись. — Вот, видишь. Сейчас он сделает бросок по воротам.
Вокруг пахло пивом и потом, но Куинн все же почувствовал запах ее волос. В
Красном пере
ее волосы пахли так же хорошо. Тогда этот запах напомнил ему
о солнце и саде. Люси была так близко, что ее волосы разметались по его
кожаной куртке. Если нагнуться совсем чуть-чуть, то он уткнется носом в ее
затылок.
— Черт!
— Что такое? — Взгляд Куинна соскользнул вниз, к ее лицу.
— Вратарь поймал шайбу. — Люси повернула голову и посмотрела на
него.
Ее нос скользнул по его подбородку. Если она поднимет голову, то ее губы
соприкоснутся с его губами. Он ощутил прилив крови к своему братцу. Какая
глупость! Он же на работе. Не дело возбуждаться от одних мыслей о поцелуе.
Их взгляды снова встретились, и Куинн увидел в глазах Люси то же
возбуждение, что терзало его. Интересно, что она сделает, если он поцелует
ее в присутствии всех этих людей? А если она ответит на поцелуй, как тогда,
на улице?
Люси выпрямилась и устремила взгляд на лед. Но Куинн был уверен, что
правильно растолковал ее чувства. Оттого, что она хотела его так же, как и
он ее, его братец ожил окончательно. И не важно, согласен он был с ним или
нет. А он был совершенно не согласен. Не во время хоккейного матча и не с
подозреваемой. Если бы под свитером не было записывающего устройства, Куинн
бы снял его и прикрыл бесстыдство.
Он тоже стал смотреть на лед. Потом нагнулся вперед и положил локти на
колени. Рефери свистнул, и игра остановилась. В паузу загремела музыка, и
Куинн почувствовал пульсацию ритма через ботинки.
Он не мог понять, чем Люси Ротшильд так возбуждает его. Спору
...Закладка в соц.сетях
