Жанр: Любовные романы
Хранитель смерти
...nbsp;Взрослая женщина, возраст — от восемнадцати до тридцати пяти.
Великолепные зубы, ортодонтия. — Он поднял взгляд. — Я очень
удивлюсь, если об ее исчезновении никто не заявил. Метод консервации должен
подсказать, в какой части страны ее убили. В каких штатах есть торфяные
болота?
— На самом деле во многих, — отозвался Фрост. — Так что это
особенно не сужает границы поиска.
— Приготовьтесь, — с улыбкой предупредила Джейн. — Детектив
Фрост теперь — официальный эксперт по болотам в Бостонском полицейском
управлении.
— Я беседовал с доктором Джудит Уэлш, биологом из Массачусетского
университета, — начал Фрост. Вынув блокнот, он перелистнул несколько
страниц, чтобы добраться до нужного места. — И вот что она мне сказала.
Торфяные болота можно найти в Новой Англии, в Канаде, возле Великих озер и
на Аляске. Во всех местах с умеренным и влажным климатом. Даже во Флориде
есть торфяные болота. — Фрост поднял взгляд. — Кстати, болотные
тела там нашли неподалеку от парка
Дисней уорлд
.
— Серьезно? — рассмеялся детектив Кроу.
— Более сотни тел, и, возможно, им восемь тысяч лет. Это называется
Уиндоверское захоронение. Но эти трупы не законсервировались. От них
остались только скелеты. Честно говоря, никакого сравнения с нашей Болотной
леди. Там климат жаркий, так что они разложились, даже несмотря на то, что
лежали в торфе.
— Это означает, что южные болота можно исключить? — осведомился
Цукер.
Фрост кивнул.
— Наша жертва слишком хорошо законсервирована. В момент ее погружения
вода наверняка была холодной, четыре градуса или даже ниже. Только в этих
условиях она могла сохраниться так хорошо.
— В таком случае, речь надо вести о северных штатах. Или о Канаде.
— В Канаде нашему преступнику грозили бы неприятности, — заметила
Джейн. — Ему пришлось бы перевозить труп через границу.
— Думаю, Аляску тоже можно исключить, — подхватил Фрост. —
Там пришлось бы пересекать другую границу. Не говоря уж о долгой дороге.
— Все равно возможных мест достаточно, — проговорил Цукер. —
Остается много штатов с болотистой местностью, где можно было припрятать
тело.
— Фактически, поиски можно сузить до омброгенных болот, — сказал
Фрост.
Все присутствующие обратили на него взгляды.
— Что? — обалдел детектив Трипп.
— Болота — очень клевая вещь, — с энтузиазмом пустился в
объяснения Фрост. — Чем больше о них узнаешь, тем интересней
становится. Начать хотя бы с органического перегноя, погруженного в стоячую
воду. Вода настолько холодная и в ней так мало кислорода, что торф просто
лежит там, не разлагаясь и накапливаясь год от года, пока его толщина не
достигнет полуметра. Если вода застойная, значит, болото — омброгенное.
— Знание — вещь опасная, даже в небольших количествах, — сухо
заметил Кроу, глянув на Триппа.
— Это вообще имеет отношение к делу? — осведомился Трипп.
Фрост вспыхнул.
— Да. И если ты послушаешь немного, возможно, что-нибудь узнаешь.
Джейн с удивлением обернулась к своему напарнику. Фрост редко проявлял
раздражительность, и она совершенно не ожидала, что разговор о торфяном
болоте может вызвать у него такое недовольство.
— Пожалуйста, продолжайте, детектив Фрост, — попросил
Цукер. — Мне интересно узнать, отчего болото становится омброгенным.
Сделав глубокий вдох, Фрост выпрямился на стуле.
— Здесь имеется в виду источник воды. Омброгенное — значит, в него не
попадает вода из рек и подземных ключей. Следовательно, болото не получает
дополнительно кислорода и питательных веществ. В него попадает только
дождевая вода, оно застойное, а потому там повышенная кислотность. Вот эти
самые черты и делают его настоящим болотом.
— Значит, это не просто топкая местность.
— Нет. В болото должна поступать только дождевая вода. Иначе оно
называлось бы топью или трясиной.
— Насколько это важно?
— Только в настоящем болоте создаются условия, которые могут
понадобится для консервации тела. Мы говорим о совершенно конкретной
болотистой местности.
— И это поможет нам определить территорию, на которой было
законсервировано тело?
Фрост кивнул.
— На северо-востоке тысячи гектаров покрыты трясиной, однако настоящие
болота занимают лишь небольшую часть этой площади. Их обнаружили в районе
гор Адирондак, в Вермонте, на севере штата Мэн и на его побережье.
Детектив Трипп покачал головой.
— Я однажды ходил на охоту в глубь северного Мэна. Кроме деревьев и
оленей, там ничего нет. Если у нашего парнишки есть тайничок в этих местах —
ищи его свищи.
— Биолог, я имею в виду доктора Уэлш, — снова заговорил
Фрост, — сказала, что, вероятно, она смогла бы сузить территорию
поиска, если бы у нее было больше информации. Так что мы отправили ей
несколько кусочков растительного материала, которые доктор Айлз вынула из
волос убитой.
— Очень важный момент, — заметил Цукер. — Это дает
дополнительные сведения для географического профиля убийцы. Знаете, как
говорят специалисты по психологии преступников?
Идешь, куда знаешь, и
знаешь, куда идешь
. Люди обычно выбирают места, где им уютно, знакомую
местность. Вероятно, наш субъект ездил в летний лагерь в горы Адирондак. А
может, он охотник вроде вас, детектив Трипп, и знает все дорожки, все
потайные стоянки в Мэне. Для того, что он сделал с болотной жертвой,
требовалась предварительная подготовка. Как он ознакомился с этой
местностью? Есть ли у него там какой-нибудь домишко? Доступен ли он в нужное
время года, когда вода уже холодная, но еще не замерзла, и жертву можно
быстро поместить в болото?
— Нам известно о нем и кое-что другое, — сказала Джейн.
— Что же это?
— Он знал, как именно законсервировать ее. Он представлял себе
необходимые условия и нужную температуру воды. Это особые знания, такая
информация недоступна большинству людей.
— Если, конечно, эти люди не археологи, — заметил Цукер.
Джейн кивнула.
— Мы снова возвращаемся к этой теме, верно?
Откинувшись на спинку стула, Цукер задумчиво сощурил глаза.
— Убийца, знакомый со старинными похоронными практиками. Его жертвой в
Нью-Мексико была молодая женщина, работавшая на месте раскопок. Теперь,
похоже, он зациклился на другой молодой особе, служащей в музее. Как он
нашел этих женщин? Как встретился с ними? — Доктор поглядел на
Джейн. — У вас есть список друзей и знакомых госпожи Пульчилло?
— Этот список достаточно краток. Там только служащие музея и люди,
живущие в ее многоквартирном доме.
— И никаких джентльменов? Вы говорили, что она достаточно
привлекательная молодая женщина.
— По ее словам, с тех пор как она переехала в Бостон пять месяцев
назад, у нее не было ни единого свидания. — Джейн умолкла. — На
самом деле она какая-то странноватая.
— Что вы имеете в виду?
Помедлив, Джейн посмотрела на Фроста, который постоянно избегал ее взгляда.
— Есть в ней что-то... не то. Я не могу объяснить.
— У вас такое же отношение к ней, детектив Фрост?
— Нет, — отозвался Барри, поджав губы. — Думаю, Джозефина
просто очень напугана, вот и все.
Цукер бросил взгляд сначала на него, потом на его напарницу, и брови
психолога поползли вверх.
— Мнения не совпали.
— Риццоли слишком многое в этом усматривает, — добавил Фрост.
— Я улавливаю от нее странные сигналы, — призналась Джейн. —
Словно она боится нас больше, чем преступника.
— Тебя — может быть, — отозвался Фрост.
— А кто не боялся бы? — засмеялся детектив Кроу.
Некоторое время Цукер молчал; Джейн не нравилось то, как он разглядывал их с
Фростом — словно прощупывал, насколько глубока пропасть, образовавшаяся
между ними.
— Эта женщина — одиночка, вот я о чем, — сказала Джейн. — Она
идет на работу, потом возвращается домой. Создается впечатление, что вся ее
жизнь проходит в музее.
— А как насчет коллег?
— В музее есть куратор, Николас Робинсон. Сорок лет, холост, судимости
не имеет.
— Холост?
— Да, меня это тоже насторожило, но я так и не обнаружила, что именно
меня грызет. Кроме того, он-то и нашел Госпожу Икс в цокольном этаже.
Остальные работают на общественных началах, их средний возраст — лет сто. Я
даже представить себе не могу, что такие стариканы способны вытащить тело из
болота.
— Значит, дееспособных подозреваемых у вас нет.
— Зато есть три жертвы, убитые, возможно, не только вне нашей
территории, но и вовсе за пределами Массачусетса, — констатировал Кроу.
— Что ж, теперь они на нашей территории, — возразил Фрост. —
Мы обыскали все ящики в цокольном этаже музея и других жертв не обнаружили.
Но разве разберешь, где еще за стенами могут оказаться тайники. —
Бросив взгляд на свой зазвонивший мобильный телефон, Фрост внезапно
поднялся. — Прошу прощения, мне нужно ответить на этот вызов.
Когда Фрост вышел из зала, Цукер снова устремил взгляд на Джейн.
— Мне интересно то, что вы говорили ранее о госпоже Пульчилло.
— Что именно?
— Вы сказали, она странноватая. Однако детектив Фрост ничего такого не
заметил.
— Да. Что ж, мнения у нас не совпали.
— Насколько сильно не совпали?
Она что, должна высказать все начистоту? То, что Фрост не может трезво
мыслить, так как его жена уехала в другой город и ему одиноко, а у Джозефины
Пульчилло большие карие глаза?
— В этой женщине есть что-то такое, из-за чего вы относитесь к ней с
предубеждением?
— Что? — Джейн изумленно усмехнулась. — Вы считаете, это я...
— Почему вы нервничаете из-за нее?
— Я не нервничаю. Просто она скрытная. Будто пытается опередить...
— Вас? Или убийцу? Насколько я понимаю, эта женщина имеет полное право
быть испуганной. В ее машину подкинули труп. Очень похоже, что это подарок
убийцы, подношение, если хотите. Подарок очередной спутнице.
Очередной спутнице
. От этой фразы руки Джейн покрылись гусиной кожей.
— Я так понимаю, она в безопасном месте? — спросил Цукер. Ему
никто не ответил, и он оглядел всех сидевших за столом. — Уверен, что
все согласятся — ей может угрожать опасность. Где она?
— Как раз этот вопрос мы и пытаемся прояснить, — призналась Джейн.
— Вы не знаете, где она?
— Она сказала, что собирается погостить у своей тетки по имени Конни
Пульчилло в Берлингтоне, штат Вермонт, однако это имя нигде не
зарегистрировано. Мы оставляли сообщения на голосовой почте Джозефины, но
она так и не ответила.
Цукер покачал головой.
— Это очень нехорошо. Вы наведывались в ее бостонскую квартиру?
— Ее там нет. Сосед по дому видел, как в пятницу утром она уехала с
двумя чемоданами.
— Даже покинув Бостон, она может оказаться в опасности, — заметил
Цукер. — Этот неизвестный явно не испытывает трудностей, действуя на
территории разных штатов. Похоже, географических пределов для него не
существует. Возможно, он последовал за ней.
— Если он знает, где она. Даже мы не способны ее обнаружить.
— Но он сконцентрирован на ней одной. Возможно, он уже некоторое время
на ней зациклен. Если он наблюдал за ней, ходил за ней, он наверняка точно
знает, где ее искать. — Цукер снова откинулся на спинку стула. Он явно
был встревожен. — Почему она не отвечает на звонки? Может, потому что
не может?
Не успела Джейн отреагировать, как дверь открылась и в зал снова вошел
Фрост. Стоило ей глянуть в лицо напарнику, и сразу стало ясно: что-то не
так.
— Что случилось?
— Джозефина Пульчилло погибла, — объявил он.
Это резкое сообщение потрясло всех присутствовавших, словно заряд
электрошокера.
— Погибла? — Джейн вскочила со стула. — Как? Что случилось,
черт возьми?
— Автокатастрофа. Но...
— Значит, это не наш убийца.
— Нет. Это определенно не наш преступник, — подтвердил Фрост.
Джейн слышала ярость в его голосе, видела ее в сощуренных глазах напарника,
в его поджатых губах.
— Она погибла в Сан-Диего, — сказал Фрост. — Двадцать четыре
года назад.
17
Они ехали в машине уже полчаса, когда Джейн в конце концов подняла тягостную
тему — до этого момента, во время полета из Бостона в Альбукерке, им
удавалось избежать ее.
— А ты ведь запал на нее, верно? — спросила Риццоли.
Фрост даже не взглянул на Джейн. Он по-прежнему сосредоточенно вел машину,
не отрывая взгляда от дороги, поверхность которой, раскаленная, словно
сковорода, поблескивала под жарким солнцем Нью-Мексико. За все время их
совместной работы Джейн впервые почувствовала, что между ними выросла стена,
этакий непроницаемый барьер, сквозь который, казалось, ей не удастся
пробиться. Сейчас рядом с Риццоли сидел не хорошо знакомый добряга Барри
Фрост, а его злобный близнец, который не ровен час заговорит на неведомом
языке или начнет вращать головой, словно демон.
— Знаешь, нам и вправду надо обсудить это, — с настойчивостью
сказала Джейн.
— Почему ты не можешь оставить эту тему, а?
— Нельзя же постоянно изводить себя. Она красивая девица, и ей удалось
охмурить тебя. С парнями такое случается.
— Только не со мной. — Наконец он взглянул на Джейн, но с такой
неукротимой яростью, что Риццоли затихла. — Понять не могу, как я этого
не заметил, — добавил Фрост, снова переводя взгляд на дорогу.
Наступившую затем тишину некоторое время нарушали только шум кондиционера да
звук рассекавшего жару автомобиля.
Джейн еще ни разу не бывала в Нью-Мексико. И никогда в жизни не видела
пустыню. Но сейчас она лишь мельком отмечала пролетавшие мимо пейзажи — ее
волновало только одно: нужно было заделать трещину, возникшую между ней и
напарником, а единственный способ справится с этим — обсудить ситуацию,
хочет этого Фрост или нет.
— Это сюрприз не только для тебя, — снова начала Джейн. —
Доктор Робинсон не имел об этом ни малейшего понятия. Видел бы ты его лицо,
когда я объявила, что Джозефина — мошенница. А раз уж она даже имя
использовала чужое, представляешь, сколько еще она наврала? Эта женщина
надула массу людей, в том числе и преподавателей в колледже.
— Но не тебя. Ты ее раскусила.
— Просто я почувствовала в ней что-то странное, вот и все.
— Полицейский инстинкт.
— Ага. Типа того.
— Так что же тогда случилось с моим?
Джейн усмехнулась.
— Тут действовал другой инстинкт. Она красива, запугана, все такое
прочее. И наш бойскаут решил спасти ее.
— Не разобравшись, кто это.
Личность мошенницы еще не установили, наверняка было ясно только одно — она
не настоящая Джозефина Пульчилло, поскольку та погибла двадцать четыре года
назад в возрасте двух лет. Спустя годы юная покойница умудрилась поступить в
колледж и даже закончить его. Ей удалось открыть счет в банке, получить
права и устроиться на работу в малоизвестный бостонский музей. Воскреснув,
девочка перевоплотилась в женщину, чье происхождение по-прежнему оставалось
загадкой.
— Не могу поверить, что я был таким идиотом, — проговорил Фрост.
— Хочешь, дам тебе совет?
— Вообще-то не очень.
— Позвони Элис. Попроси ее вернуться домой. Знаешь, ведь проблема и в
этом тоже. Твоя жена уехала, и ты почувствовал себя одиноким. Уязвимым. А
когда на горизонте появилась красивая женщина, ты начал думать другим
местом.
— Я же не могу просто взять и приказать ей вернуться.
— Но она ведь твоя жена, или как?
Фрост фыркнул.
— Хотел бы я посмотреть, как Габриэль диктует тебе, что делать. Сцена
будет — не обрадуешься.
— Но меня можно уговорить, и Элис тоже. Она слишком долго пробыла у
родителей, а ты нуждаешься в ней. Возьми и позвони ей.
Фрост вздохнул.
— Все гораздо сложнее.
— Что ты имеешь в виду?
— У нас с Элис... ну, кое-какие проблемы. С тех пор как она пошла в
юридическую школу, нам, похоже, стало не о чем разговаривать. Будто бы я
всякую ерунду несу, которую и слушать не стоит. Целый день она проводит с
этими умниками-профессорами, а когда приходит домой, о чем с ней беседовать-
то?
— Может быть, о своей работе?
— Ага, я рассказываю, как мы проводили арест, а она спрашивает, имели
ли место проявления жестокости со стороны полиции.
— О Господи! Элис перешла на сторону врага?
— Она считает, что вражеская сторона — это мы. — Фрост поглядел на
Джейн. — А знаешь, тебе повезло. Габриэль — один из нас. Он врубается в
то, что мы делаем.
Да, Джейн повезло — она вышла замуж за человека, понимающего, насколько
сложно защищать закон. Однако Риццоли знала, как быстро порой распадаются
даже самые счастливые браки. Во время прошлогоднего рождественского ужина
Джейн стала свидетелем того, как развалился брак ее родителей. Она видела,
как совершенно чужая блондинка разрушила их семью. И понимала: Барри Фрост
оказался на пороге супружеской катастрофы.
— Скоро будет барбекю — мама каждый год устраивает его для соседей.
Туда явится Винс Корсак, так что получится встреча бывших коллег. Может,
придешь?
— Ты меня, что ли, из жалости приглашаешь?
— Я так и так хотела тебя позвать. Да я и раньше тебя приглашала,
только ты никогда не приходил.
Фрост вздохнул.
— Это из-за Элис.
— Что-что?
— Она ненавидит полицейские тусовки.
— А ты ходишь на ее юридические вечеринки?
— Ага.
— Ну и что за фигня?
Фрост пожал плечами.
— Понимаешь, мне просто нужно, чтобы она была счастлива.
— Мне очень не хочется говорить это...
— Тогда и не говори, ладно?
— Элис — порядочная сучка, да?
— О боже! Обязательно было обзывать ее?
— Прости. Но она действительно сучка.
Барри покачал головой.
— Неужели все против меня?
— Я за тебя. Я тебя оберегаю. Потому и говорила, что от этой Джозефины
нужно держаться за миллион километров. Я очень рада, что ты наконец понял,
почему я так сказала.
Фрост еще сильнее вцепился в руль.
— Я все думаю, кто она на самом деле. И что, черт возьми, она скрывает.
— Завтра нам должны сообщить хоть что-нибудь об отпечатках ее пальцев.
— А вдруг она прячется от бывшего мужа? Может, все из-за этого?
— Если бы Джозефина скрывалась от какого-нибудь психа, она наверняка
сказала бы нам об этом, как думаешь? Мы же вроде как хорошие. Зачем убегать
от полиции, если ты ни в чем не виновата?
Фрост продолжал смотреть на дорогу. До поворота на каньон Чако оставалось еще пятьдесят километров.
— Мне очень хочется это понять, — признался он.
Проведя всего лишь десять минут под местным солнцем, Джейн поклялась, что
больше не станет жаловаться на бостонское лето. Через несколько секунд после
того, как они с Фростом вышли из взятой напрокат машины с кондиционером, у
нее на лице тут же выступил пот, а песок был таким горячим, что, казалось,
обжигал ступни сквозь туфли. Солнце пустыни сияло так ярко, что Джейн
щурилась даже под темными очками, которые приобрела на одной из попавшихся
по пути заправочных станций. Фрост купил такие же, и в сочетании с костюмом
и галстуком они наверняка придали бы ему сходство с агентом секретной службы
или персонажем из
Людей в черном
, если бы его лицо не приобрело такой
тревожно красный оттенок. Создавалось впечатление, что у него вот-вот
прихватит сердце.
Как же этот старикан умудряется работать?
— удивилась про себя Риццоли.
Заслуженному профессору Алану Куигли было семьдесят восемь лет, однако это
не мешало ему, преклонив колени, сидеть на самом дне раскопа и терпеливо
ковырять совком в каменистой земле. Его изношенная грязная панама с
загнутыми по бокам полями казалась такой же старой, как и он сам. Профессор
трудился в тени брезентового полога, однако даже в этом случае здешняя жара
запросто могла свалить и куда более молодого человека. Действительно,
студенты из его бригады уже закончили работу и теперь дремали в тени
неподалеку, но старый профессор продолжал откалывать камни и собирать в
ведро рыхлую землю.
— Появляется определенный ритм, — пояснил Куигли. — Дзен-
раскопки, так я это называю. Молодые ребята выкладываются полностью,
выплескивают всю нервную энергию. Они считают, что мы ищем клад, а потому
торопятся найти золото быстрее других. Или хотя бы до конца семестра — если
он приходит раньше. Они либо полностью истощаются, либо, обнаруживая лишь
землю и камни, теряют интерес. Так или иначе, но это случается с
большинством. Однако серьезные ребята — те редкие личности, которые
продолжают работать, — понимают, что человеческая жизнь проходит в
мгновение ока. За один сезон невозможно раскопать то, что копилось веками.
Сняв солнечные очки, Фрост вытер со лба пот.
— Так что же... э-э... что вы откапываете там, профессор?
— Мусор.
— Как?
— Это мусорная куча. Место, куда сваливали отходы. Мы ищем битую
посуду, кости животных. Изучая то, что считали нужным выбросить, можно
многое узнать о том или ином обществе. А здешняя община была крайне
интересной. — Куигли натужно крякнул и поднялся на ноги, вытирая
рукавом обветренный лоб. — Эти старые колени уже давным-давно пора
заменить. Первое, что портишь, занимаясь нашей профессией, — это
проклятые колени. — По приставной лестнице он выбрался из
раскопа. — Роскошное место, правда? — проговорил профессор,
окидывая взглядом пейзаж — долину, усеянную древними развалинами. — Когда-
то этот каньон был обрядовым местом, здесь совершали священные ритуалы. Вы
уже посмотрели парк?
— Боюсь, что нет, — ответила Джейн. — Мы только сегодня
прилетели в Альбукерк.
— Вы так долго добирались из Бостона и не хотите посмотреть на каньон
Чако? Одно из лучших мест раскопок в стране?
— У нас мало времени, профессор. Мы приехали, чтобы поговорить с вами.
Он фыркнул.
— Тогда вам придется оглядеться, ведь это место и есть моя жизнь. Я
провел в этом каньоне сорок сезонов — во всяком случае, все то время, когда
не нужно было читать лекции в университете. А теперь я ушел на пенсию и могу
полностью посвятить себя раскопкам.
— Поискам мусора, — добавила Джейн.
Куигли рассмеялся.
— Да. Полагаю, можно сказать и так.
— А Лорейн Эджертон работала в этом же месте?
— Нет, мы стояли вон там, по другую сторону каньона. — Профессор
указал на скопище каменных руин, видневшихся вдали. — Со мной работала
бригада студентов — старшекурсники и аспиранты. Обычная смесь. Некоторые из
них и в самом деле интересовались археологией, а иные приехали, только чтобы
получить диплом. Или повеселиться всласть, а может, даже потрахаться.
Джейн не ожидала услышать грязное словцо из уст семидесятивосьмилетнего
старика, однако этот человек большую часть жизни провел, работая бок о бок с
сексуально озабоченными студентами.
— Вы помните Лорейн Эджертон?
— О да. После того происшествия я конечно же не забыл о ней. Эта
девушка была моей аспиранткой. Весьма целеустремленной и крепкой, как скала.
Во всем том, что случилось с Лорейн, разумеется, хотели обвинить меня, хотя
она сама прекрас
...Закладка в соц.сетях
