Жанр: Любовные романы
Тайна
...о ни один из них не отодвинулся в сторону.
- Йан, теперь, когда мы одни... Его смех не дал ей закончить.
- Почему вы смеетесь?
- Мы не одни, - ответил он. - Держу пари, что по крайней мере двадцать
человек из моего клана наблюдают сейчас за
нами.
Джудит оглянулась, но не увидела ни души.
- Вы уверены в этом?
- Да, - ответил он глухо.
- А зачем они за нами наблюдают?
- Из любопытства.
- Йан, за что вы на меня сердитесь? Я ведь уже извинилась за то, что
пыталась рассердить вас.
Йану показалось, что у нее огорченный голос, и он вздохнул. Не собирается
он объяснять ей причины своего гнева! Черт,
ее близость представляет опасность для его душевного спокойствия. Ему хотелось
прикоснуться к ней. Но он боялся себе в
этом признаться.
- Я на вас не сержусь. Вы придаете себе слишком большое значение, если
полагаете, будто, заботясь о вас, я испытываю
какие-то иные чувства, помимо долга перед братом.
Джудит почувствовала себя так, словно Йан ее ударил, и не нашла, что
ответить на это жестокое откровение.
Она понимала, что Йан прав: ей не следует придавать себе слишком большого
значения. Одно дело - легкое влечение; и
совсем другое дело - любовь.
Глаза ее наполнились слезами. К счастью, в угасающем свете солнца Йан не
мог видеть выражение ее лица. Она низко
наклонила голову и постепенно стала отодвигаться от него и продолжала делать это
до тех пор, пока между ними не
образовалось пространство, в которое протиснулась бы добрая пара лошадей.
Йану казалось, что он подл как змея. Воин проклинал себя за грубость и
желал от всего сердца, чтобы Джудит поскорее
забыла нанесенную ей обиду.
Поначалу он хотел было даже извиниться, но вскоре отбросил эту идею, будучи
уверен, что только все испортит, и, кроме
того, воины не просят прощения. Это удел женщин.
- Джудит...
Девушка не отвечала.
Йан не стал предпринимать второй попытки. Никогда и никому - будь то
мужчина или женщина - он не признавался еще,
что сожалеет о каком-либо своем поступке. И видит Бог, не собирается делать
этого и сейчас...
- Я не хотел вас обидеть.
Йану не верилось, что он все-таки произнес эти слова. Воин покачал головой,
изумляясь самому себе.
Джудит приняла его извинения, но виду не подала, и Йан мысленно
поблагодарил ее за чуткость. Наверное, она
догадалась по его сдавленному голосу, с каким трудом ему далось это извинение.
Однако в глубине души Джудит не поверила ни единому его слову. "Все равно,
- говорила она себе, - мне не за что его
прощать". Да, он сделал ей больно, но ведь ему хотелось всего лишь точно
определить свои чувства.
Йан почувствовал огромное облегчение, когда они добрались наконец до места
назначения. Однако у входа в дом он
заколебался, услышав, как рыдает за дверью Изабелла. Слышался также и голос
Уинслоу, однако слов разобрать было
нельзя.
Джудит подумала, что лучше им вернуться сюда утром, но, прежде чем она
успела сказать это Йану, тот поднял руку и
постучал в дверь.
Им открыл Уинслоу. Недовольное выражение его лица говорило о том, что он не
слишком-то рад непрошеной гостье. Но
стоило ему только увидеть Йана, как выражение недовольства сразу же исчезло с
его лица.
Уинслоу не был похож на своего брата. Разве что только цветом глаз: они
были такими же ярко-голубыми, как и у Бродика.
Ростом он был чуть пониже и не отличался особой красотой. Его русые волосы
имели более темный, нежели у брата,
оттенок и так же вились непокорными кудрями.
Йан коротко изложил цель их визита. Уинслоу пожал плечами и широко
распахнул перед ними дверь.
Дом его по размерам напоминал дом Патрика, но был завален грудами всякого
тряпья. На столе громоздились стопки
грязной посуды.
Изабеллу нельзя было назвать прилежной хозяйкой. Эта хорошенькая женщина
лежала сейчас в постели, опираясь спиной
на горку подушек, с глазами, опухшими от слез.
Джудит решила, что она больна. Каштановые волосы рассыпались по плечам
Изабеллы, а цвет лица напоминал цвет
бледной луны.
- Не хочу вас беспокоить, - начала Джудит и, взяв у Йана сумку, хотела было
поставить ее на стол, но увидела, что на нем
нет свободного места. Поскольку оба табурета были заняты одеждой, она решила
поставить сумку прямо на пол.
- Изабелла, ваша мать прислала вам небольшой гостинец и еще велела передать
кое-что на словах, но я с радостью зайду,
когда вы будете чувствовать себя лучше.
- Она не больна, - заметил Уинслоу.
- Тогда почему же она средь бела дня лежит в постели? - удивилась Джудит.
Ей показалось, что Уинслоу смутился. "Видимо, я задала нескромный вопрос",
- решила она.
- Изабелла вот-вот должна родить мне сына, - объяснил хозяин дома.
Джудит снова повернулась к Изабелле и увидела в ее глазах слезы.
- Значит, у вас начались схватки?
Изабелла отчаянно замотала головой. Джудит нахмурилась.
- Тогда почему же вы в постели? - снова спросила она. Уинслоу никак не мог
понять, почему эта англичанка задает такие
глупые вопросы.
- Она лежит в постели, чтобы сберечь силы, - терпеливо ответил он.
Повитуха, которой так верила Джудит, наверняка упала бы в обморок, услышав
подобное объяснение. Джудит улыбнулась
Изабелле и снова повернулась к ее мужу.
- Тогда почему же воины не берегут силы перед тем, как отправиться на
битву?
Уинслоу удивленно поднял брови и посмотрел на Йана. Тот стоял и улыбался,
глядя на всю эту сцену.
- Воин должен постоянно тренироваться перед боем, - пояснил Уинслоу, вновь
посмотрев на Джудит. - Без постоянных
упражнений он становится слабым и немощным. Разве англичане не соблюдают это
правило?
Девушка пожала плечами. Ее внимание уже переключилось на другой объект -
она только что заметила стоящее в углу
сиденье для родов и подошла поближе, чтобы как можно лучше рассмотреть это
приспособление.
Наблюдая за ней, Уинслоу вспомнил о деле, которое ему нужно было закончить.
- Йан, не поможешь ли ты мне вынести во двор это сиденье? Оно расстраивает
Изабеллу, - тихо прошептал он. - Утром я
отнесу его обратно к Агнес.
Джудит заинтересовалась и конструкцией сиденья, и его искусной отделкой.
Сиденье для родов представляло собой стул в
форме подковы, с высокой круглой спинкой. И деревянные ручки, и боковины его
были отделаны золотом. По бокам
красовались изображения ангелов.
Джудит подумала, что ей следует обуздать свое любопытство.
- Изабелла, не хотите ли взглянуть, что вам прислала мать? - спросила она.
- Да, пожалуйста, - чуть слышно отозвалась девушка.
Джудит поднесла к кровати сумку, а сама встала рядом, с облегчением
наблюдая,, как радуется Изабелла полученным
гостинцам.
- Ваши отец и мать чувствуют себя хорошо, - сказала она. - Маргарет велела
мне передать, что ваша двоюродная сестра
Ребекка осенью выходит замуж за одного из Стюартов.
Изабелла промокнула утолки глаз полотняным квадратиком ткани. Лицо ее
скривилось, она вцепилась обеими руками в
одеяло и тихо вздохнула. На лбу ее выступили капельки пота. Джудит подняла
оброненный Изабеллой кусочек ткани и,
нагнувшись над кроватью, вытерла им выступивший пот.
- Вы плохо себя чувствуете? - шепотом спросила она. Изабелла покачала
головой.
- Просто я съела слишком много того, что Уинслоу приготовил мне на ужин, -
прошептала она в ответ. - Я была так
голодна! Если бы он только позволил мне встать с постели. Зачем вы здесь?
Этот вопрос, заданный мимоходом, застал Джудит врасплох.
- Чтобы передать вам подарки от матери и сообщить новости из дому.
- Нет, я хотела спросить, зачем вы приехали в горную Шотландию, - уточнила
Изабелла.
- Меня попросила приехать сюда моя подруга Фрэнсис Кэтрин, - объяснила
Джудит. - А почему вы говорите шепотом?
Девушка улыбнулась и хотела уже что-то ответить, как вдруг Уинслоу нечаянно
испортил ей то хорошее настроение, в
которое она начала было приходить.
Йан открыл дверь, и мужчины понесли во двор родильное сиденье. Глаза
Изабеллы тотчас же налились слезами.
Подождав, пока Йан снова закроет дверь, она сказала:
- Фрэнсис Кэтрин тоже боится, да?
- Изабелла, любая женщина время от времени испытывает небольшой страх перед
родами. Этот стул вас расстраивает?
Изабелла кивнула.
- Я на него не сяду. - Она волновалась не меньше, чем Фрэнсис Кэтрин.
Джудит почти не знала Изабеллу, но ей почему-то
стало ее ужасно жаль. Ее страх был столь откровенным...
- Но это ведь не стул для пыток, - попыталась возразить Джудит. - Мод
говорит, что роженицы рады такому удобству. Вам
повезло, что у вас есть такое сиденье.
- Удобству?
- Да, - подтвердила Джудит. - Этот стул сделан так, что спина и ноги
женщины обретают надежную опору в минуту родов.
- Кто такая эта Мод? - поинтересовалась Изабелла.
- Одна знакомая повитуха, - ответила Джудит.
- Что еще она говорила? - Изабелла перестала мять край пледа.
- Мод жила у нас добрых шесть недель и за это время дала мне немало
полезных советов относительно Фрэнсис Кэтрин.
Беспорядок в доме не давал Джудит покоя, поэтому, пересказывая некоторые
советы повитухи, она попутно собирала
одежду и складывала ее аккуратной стопкой у изголовья кровати.
- Вам следует вставать и выходить во двор, - сказала Джудит, принимаясь за
уборку стола. - Свежий воздух и долгие
прогулки так же важны для рожениц, как и спокойное состояние духа.
- Уинслоу боится, что я упаду, - призналась Изабелла.
- Тогда попросите его погулять вместе с вами, - предложила Джудит. - Если
бы меня заперли в доме на целый день, я бы,
наверное, сошла с ума.
Звонкий смех Изабеллы как ветерок пронесся по комнате.
- Я тоже от этого схожу с ума, - призналась она и, откинув одеяла, свесила
ноги с кровати. - А в Англии вы тоже были
повитухой?
- Боже упаси, - замахала руками Джудит. - Я ведь даже не замужем. Просто я
поставила себе целью узнать как можно
больше всего у опытных повитух, чтобы помочь потом Фрэнсис Кэтрин.
- Вы хотите сказать, что в Англии незамужняя женщина имеет право открыто
обсуждать столь интимную тему? -
поразилась Изабелла.
Джудит рассмеялась в ответ:
- Вообще-то нет. Моя мать, наверное, была бы очень недовольна, если бы
узнала, что именно я изучаю.
- Она бы вас наказала?
-Да.
- Вы пошли на большой риск ради подруги.
- Ради меня она сделала бы то же самое, - заверила Изабеллу Джудит.
Та добрую минуту смотрела на свою гостью, после чего нерешительно кивнула.
- Я не понимаю дружбы между женщинами, но тем не менее завидую вашему
доверию к Фрэнсис Кэтрин. Вы рисковали
ради нее и говорите, что она сделала бы то же самое ради вас. Да, я завидую
такой преданности.
- Разве у вас в детстве не было друзей?
- Нет, только родственники, - вздохнула Изабелла. - И, конечно же, моя
мать. Иногда мы были с ней как подруги, в
особенности когда я повзрослела и стала больше помогать ей в хозяйстве.
Она привстала и потянулась за пледом. Ее макушка едва доходила Джудит до
подбородка, зато живот казался вдвое
больше, чем у Фрэнсис Кэтрин.
- У вас здесь есть друзья? - поинтересовалась Джудит.
- Уинслоу - мой самый близкий друг, - ответила Изабелла. - Местные женщины
добры ко мне, но они заняты своей
работой, и на разговоры у них действительно нет времени.
Джудит с изумлением наблюдала, как ловко эта женщина оборачивала длинную и
узкую полосу ткани вокруг своего тела.
По завершении этой процедуры она оказалась завернутой в плед от шеи до
щиколоток.
- С вами очень легко разговаривать, - застенчиво прошептала Изабелла. -
Должно быть, Фрэнсис Кэтрин рада вашему
обществу. Ей необходим кто-нибудь, кроме Патрика, с кем можно поговорить, -
прибавила она. - Мне кажется, ей было
довольно трудно здесь прижиться.
- Почему вы так считаете? - спросила Джудит.
- Некоторые из пожилых женщин и поныне считают ее высокомерной.
- Почему?
- Потому что она держится особняком, - пояснила Изабелла. - Думаю, Фрэнсис
Кэтрин скучает по своей семье.
- А вы скучаете по своей семье?
- Иногда, - вздохнула Изабелла. - Хотя, конечно, тетки Уинслоу очень добры
ко мне... А расскажите мне, пожалуйста, -
попросила она вдруг, - какие еще советы давала вам эта повитуха? Она допускала
применение родильного крючка? - Задав
этот вопрос, Изабелла отвернулась и принялась расправлять покрывала на кровати,
но Джудит успела заметить в ее глазах
страх.
- Кто вам рассказал о крючке?
- Агнес мне его показывала.
- Боже милостивый, - прошептала Джудит и сделала глубокий вдох, чтобы
подавить гнев. Она здесь не для того, чтобы
сеять смуту, а значит, негоже ей критиковать методы, используемые при родах
местными повитухами. - Мод не признает
родильного крючка, - ответила Джудит, стараясь произносить слова ровным, почти
любезным голосом. - Она считает его
отголоском варварства.
Изабелла никак не отреагировала на это объяснение. Она продолжала задавать
Джудит вопросы, время от времени
закусывая нижнюю губу и покрываясь потом. Джудит видела, что их разговор не
оставляет девушку равнодушной. Мужчины
все не возвращались, и, когда Джудит спросила у Изабеллы почему, та лишь тихо
рассмеялась.
- Вероятно, мой муж стоит на улице и наслаждается покоем. Со мной ведь в
последнее время очень нелегко поладить...
Джудит рассмеялась в ответ:
- Должно быть, у вас это довольно распространенная болезнь. Час тому назад
Фрэнсис Кэтрин сказала мне то же самое.
- Она боится Агнес?
- А вы?
- Боюсь.
Джудит устало вздохнула. Видит Бог, она и сама уже начала бояться этой
женщины. По-видимому, Агнес и в самом деле
была каким-то исчадием ада. Неужели в ее сердце не осталось ни капли
сострадания?
- У вас еще достаточно времени до начала схваток? - спросила она.
- Неделя или две, - ответила Изабелла, не глядя в ее сторону.
- Завтра мы еще вернемся к этому вопросу. Может быть, вы придете к Фрэнсис
Кэтрин? Вероятно, втроем мы быстрее
сможем решить, что нам делать с Агнес. Жаль, что у меня нет никакого опыта в
этой области! Но, несмотря на то что сама я
никогда не присутствовала при родах, мне кажется, чем больше нам будет известно,
тем меньше вероятность того, что страх
возьмет верх. Разве не правда?
- Вы мне поможете? - с надеждой в голосе спросила девушка.
- Конечно, - уверенно ответила Джудит. - А теперь почему бы нам наконец не
выйти из дома? Свежий воздух пойдет вам
на пользу.
Изабелла была совершенно с ней согласна. Джудит как раз собиралась открыть
дверь, когда в дом вошел Уинслоу. Он
кивнул Джудит, затем повернулся к жене и нахмурился.
- Почему ты встала с постели?
- Мне нужно подышать свежим воздухом, - ответила та. - Ты еще не отнес
родильное сиденье обратно к Агнес? Он
отрицательно покачал головой.
- Завтра отнесу.
- Пожалуйста, внеси его обратно в дом. Мне будет спокойнее рядом с ним.
Сказав это, Изабелла робко улыбнулась. На лице Уинслоу застыло выражение
растерянности.
- Но ты же раньше видеть его не могла, - напомнил он. - Ты говорила...
- Я передумала, - перебила она мужа. - И вспомнила о правилах приличия.
Добрый вечер, лаэрд Йан! - крикнула она
стоявшему на крыльце лаэрду.
Джудит также вышла на крыльцо и встала рядом. Затем, поклонившись Изабелле
и Уинслоу, она зашагала обратно к дому
Фрэнсис Кэтрин.
Йан догнал ее у гребня холма.
- Уинслоу с Изабеллой хотели сказать, что они благодарны вам за подарки от
Маргарет. Вы прибрали у них в доме, да?
-Да.
- Почему?
- Потому что там просто необходима была уборка. - Ответы Джудит были
краткими и холодными. Йан заложил руки за
спину.
- Джудит, не усложняйте то, что на самом деле проще простого, - произнес он
хриплым шепотом. Джудит шла быстро,
почти бежала.
- Я и не собираюсь ничего усложнять, - ответила она, не останавливаясь. -
Просто буду держаться от вас на приличном
расстоянии, а вы, в свою очередь, держитесь подальше от меня. Я уже преодолела в
себе свое слабое, неуместное влечение к
вам и теперь даже не помню ваших поцелуев.
Они уже почти подошли к дому Фрэнсис Кэтрин, когда Джудит произнесла эту
наглую ложь.
- Черта с два вы их забыли, - прошептал Йан и, схватив Джудит за плечи,
заставил ее повернуться к нему лицом.
- Что это вы такое делаете? - возмутилась она.
- Помогаю вам вспомнить.
Его губы впились в ее губы так резко, будто хотели сказать: "Любое
сопротивление бесполезно". И - Господи! - как он
целовал ее в этот раз. Его рот был горячим и жадным. Его язык настойчиво и нежно
ощупывал ее рот. У Джудит подогнулись
колени, но она не упала, а прильнула к груди Йана, который тотчас же обвил
руками ее талию и крепко прижал к себе. Его
губы снова и снова приникали к ее губам, - казалось, что он никак не может ею
насытиться. Она отвечала на его поцелуи с
тем же, а может быть, даже еще и с большим пылом. Последней связной ее мыслью,
прежде чем его поцелуи окончательно
лишили ее способности думать, была мысль о том, что Йан, несомненно, знает, как
развеять ее гнев.
Патрик открыл дверь и при виде открывшейся перед ним сцены громко
рассмеялся. Йан не обратил на брата никакого
внимания, а Джудит также не замечала никого, кроме мужчины, который так нежно
сейчас обнимал ее за плечи.
Наконец Йан повернул голову и с нескрываемым удовольствием посмотрел на
прекрасную женщину в своих объятиях.
Губы у Джудит распухли и порозовели, а глаза все еще туманились страстью.
Внезапно ему захотелось снова поцеловать ее.
- А теперь идите в дом, Джудит, пока я еще храню в себе остаток
самообладания, чтобы позволить вам это сделать.
Джудит не поняла, что он хочет этим сказать. И почему хмурится, тоже не
поняла.
- Если вам так не нравится целовать меня, то почему же тогда вы это
делаете? - спросила она, будучи совершенно сбитой с
толку. Йан рассмеялся.
Это возмутило Джудит.
- Теперь отпустите меня, - приказала она.
- Я уже отпустил, - пожал плечами воин. Только теперь Джудит поняла, что
все еще прижимается к нему. Она немедленно
отстранилась и, пригладив волосы, повернулась, чтобы войти в дом. Заметив в
открытых дверях Патрика, она почувствовала,
как наливается огнем ее лицо.
- Вы не должны придавать большого значения тому, что только что видели, -
заявила она. - Мы с Йаном друг другу даже
не нравимся.
- Вы меня чуть было не провели, - усмехнулся Патрик. Было бы невежливо
наградить пощечиной хозяина дома, поэтому
Джудит просто нахмурилась и прошла мимо. Но Патрик на этом не остановился.
- Да-а, а мне показалось, что вы очень даже нравитесь друг другу, -
протянул он.
Йан собрался уж было спускаться вниз с холма, но, услышав замечание брата,
тотчас же обернулся.
- Оставь это, Патрик.
- Погоди, не уходи. Мне надо с тобой кое-что обсудить, - отозвался тот и
прикрыл дверь снаружи.
Джудит была благодарна Патрику за предоставленную ей возможность побыть
одной. Фрэнсис Кэтрин уже крепко спала,
что также явилось большой радостью для Джудит. Подруга наверняка забросала бы ее
вопросами, если бы бодрствовала и
видела, как они с Йаном целовались, а Джудит просто бы не смогла на них
ответить.
В углу комнаты была установлена высокая ширма. За ней стояла узкая кровать,
накрытая красивым темно-зеленым
пледом. Ее сумки были аккуратно сложены у стены, рядом с небольшим шкафчиком.
Белый фарфоровый кувшин и такого же
цвета миска стояли на шкафчике, рядом с деревянной вазой, полной свежесорванных
полевых цветов.
К благоустройству этой временной спальни явно приложила руку Фрэнсис
Кэтрин. Патрик никогда бы не додумался
поставить в вазу цветы. Он вряд ли распаковал бы ее щетку и зеркало - а они
лежали теперь на краешке скамьи, по другую
сторону кровати. Джудит улыбнулась и мысленно поблагодарила подругу за
заботливость. Она попыталась расстегнуть
застежки на вороте платья, как вдруг заметила, что у нее дрожат руки. "Это все
из-за Йана, - подумала девушка, - Боже мой,
что же мне делать?" После того как Фрэнсис Кэтрин рассказала ей о ненависти
между Мэйтлендами и Маклинами, Джудит
не сомневалась, что Йан не притронулся бы к ней, если бы знал, что она - родная
дочь его врага.
Девушка вспомнила, как убеждала подругу в том, что в случае необходимости
Йан ее защитит. Теперь же она отчаянно
нуждалась в защите от него самого. Ей не хотелось его любить. О, как чертовски
сложно разобраться во всем этом! Ей
хотелось просто расплакаться, но она понимала, что слезы не решат ни одной из ее
проблем.
Джудит настолько устала после долгого путешествия и бурно проведенного дня,
что была уже не в состоянии логически
осмыслить свое положение. И потом, проблемы ведь всегда лучше решать при свете
солнца, не так ли?
Однако сон долго не шел к ней. Когда она наконец смогла унять беспокойство
по поводу своего растущего день ото дня
влечения к Йану, ее мысли тут же вернулись к Фрэнсис Кэтрин и предстоящим родам.
Джудит вспомнила глаза Изабеллы, вспыхнувшие страхом при одном только
упоминании имени повитухи... Вскоре
девушка уснула, и ей приснился кошмарный сон, в котором она видела родильные
крючки и слышала женские вопли.
Ее разбудили глубокой ночью. Открыв глаза, она увидела Йана, опустившегося
на одно колено у ее постели. Джудит
протянула руку и, прикоснувшись кончиками пальцев к его щеке, снова закрыла
глаза. "Какой правдоподобный сон!" -
подумала она, решив, что все это ей только снится.
Йан продолжал расталкивать спящую. Вновь открыв глаза, Джудит увидела, что
рядом с Йаном стоит Патрик, а рядом с
Патриком- Фрэнсис Кэтрин.
Девушка посмотрела на Йана:
- Вы сейчас повезете меня домой?
Вопрос этот был настолько же лишен смысла, насколько было лишено смысла
присутствие Йана в ее комнате.
- Уинслоу попросил меня пойти и привести вас, - объяснил лаэрд.
Джудит медленно села на кровати.
- Зачем? - спросила она сонным голосом, после чего привалилась к его груди
и вновь закрыла глаза.
- Джудит, постарайтесь проснуться, - приказал Йан уже гораздо громче.
- Она выбилась из сил, - встала на защиту подруги Фрэнсис Кэтрин.
Джудит покачала головой и, натянув одеяло до подбородка, вцепилась в него
обеими руками.
- Йан, это неприлично, - прошептала она воину. - Что Уинслоу от меня нужно?
- Вас просит прийти Изабелла. У нее начались схватки. Уинслоу сказал, что
время пока еще терпит: боли не очень
сильные... С Джудит мигом слетел сон.
- А повитухи уже там? Йан покачал головой.
- Она не хочет, чтобы они принимали у нее роды.
- Она хочет, чтобы это сделала ты, Джудит, - объяснила Фрэнсис Кэтрин.
- Я же не повитуха.
Улыбка Йана была исполнена нежности:
- Вероятно, теперь вы - повитуха...
Глава 7
Йану показалось, что Джудит сейчас потеряет сознание. Кровь отхлынула от ее
лица, и в считанные секунды оно стало
белым как ночная сорочка. Девушка отбросила одеяло, вскочила с кровати, но тут у
нее подогнулись колени, и, если бы не
Йан, подхвативший ее за плечи, она наверняка бы рухнула на пол.
Джудит возмутило заявление Йана, что, дескать, она совершенно забыла о том,
что раздета. Плед упал на пол, и на ней
осталась лишь тонкая ночная сорочка с глубоким вырезом на груди, который хотя и
не слишком многое открывал взору,
Йану тем не менее казался весьма и весьма соблазнительным. Дьявол, эта женщина
могла бы надеть на себя и мешок для
зерна, а он все равно считал бы ее привлекательной. Йан устыдился своих
собственных мыслей. Но будь все проклято! В
конце концов он мужчина, а она - красивая женщина. Ее выпуклая грудь мешала ему
сосредоточиться, и с единственной
целью - попытаться отвлечься от мыслей о ее теле - он протянул руку к цепочке,
поблескивавшей на ее шее.
Приподняв ее, он целую минуту вглядывался в золотое кольцо с рубином. Узор
кольца показался ему знакомым, но Йан
не мог припомнить, когда и при каких обстоятельствах оно встречалось ему прежде.
Лишь в одном он был уверен твердо: это
мужское кольцо. А Джудит носит его у себя на груди.
- Это кольцо воина, - тихо прошептал он.
- Что... - Джудит никак не могла сосредоточиться на смысле сказанного. Ее
слишком потрясло его предыдущее заявление
о том, что теперь она - повитуха. Этот человек явно свихнулся! Джудит решила,
что пора объяснить ему, насколько
ограниченны ее познания в этой области.
- Йан, я не могу...
- Это кольцо воина, Джудит, - перебил ее Йан. И тут до нее дошло, что он
держит в руке кольцо ее отца. Она быстро
выхватила у него украшение и спрятала его под сорочку.
- Боже мой, кому сейчас есть дело до этого кольца? Послушайте, пожалуйста,
то, что я хочу вам сказать. Я не могу быть
повитухой Изабеллы. У меня нет совершенно никакого опыта в этом деле!
Она так отчаянно пыталась заставить Йана выслушать ее, что ухватилась за
край его пледа и принялась дергать его изо
всех сил.
- Кто дал вам это кольцо? - не унимался Йан.
Господи, вот прицепился! Джудит вдруг захотелось встряхнуть его хорошенько,
чтобы он наконец опомнился. Однако
через мгновение до нее дошло, что именно этим и занимается. Джудит сдалась и,
отпустив его плед, отступила на шаг.
- Вы же говорили мне, что ни с кем не обручены! Откуда же тогда у вас это
кольцо?
Он снова схватился за цепочку и намотал ее на палец, задев при этом
костяшками ее грудь. Джудит попыталась
оттолкнуть его руку, но ей это не удалось.
- Отвечайте! - приказал Йан. Он был в ярости.
- Кольцо это дал мне дядя Текел, - объяснила она. - Раньше оно принадлежало
моему отцу.
Судя по всему, воин ей не поверил: брови его по-прежнему оставались
сдвинутыми к переносице.
Джудит покачала головой.
- Это кольцо не от молодого человека, желающего жениться на мне. Я говорю
правду, поэтому прекратите так смотреть на
меня.
Джудит не чувствовала себя виноватой. Она не сказала всей правды, но Текел
действительно дал ей это кольцо. А Йану
незачем знать, что он держит в руке драгоценность лаэрда Маклинов.
- Тогда можете его оставить, - снисходительным голосом произнес воин.
Джудит поразила его самонадеянность.
- Я не нуждаюсь в вашем разрешении! - гордо заявила она.
- Нет, нуждаетесь. - Притянув ее к себе за цепочку, он нагнулся и приник к
ее губам... Когда он снова поднял голову и
посмотрел на Джудит, та казалась совершенно одурманенной. Ему это понравилось.
Насмешливая искорка, промелькнувшая в его глазах, смутила Джудит больше,
чем все эти смехотворные расспросы
насчет кольца.
- Я же предупреждала, что нель
...Закладка в соц.сетях
