Жанр: Любовные романы
Ненависть и любовь
... в замок.
Неконтролируемая вспышка гнева вынудила Карлоса задержаться на мгновение. Он
не привык получать оскорбления от женщины, тем более от такой, с которой
переспал всего несколько часов назад... Хотя она не стоит того, чтобы на нее
сердиться. Маленькая лгунья, достойная дочь своей матери. Однако, как
хороша! — невольно отметил Карлос, наблюдая за Стеллой. Нет, она нужна ему
только в постели, и ничего большего.
Он видел, что Стелла безуспешно пытается открыть дверь. Лицо ее было
красным, она пребывала в гневе... Хотя нет, по напряженной позе и трясущимся
рукам стало ясно, что это просто сильное волнение.
— Позволь мне. — Взяв из дрожащих пальцев ключ, Карлос открыл дверь и вошел
вслед за Стеллой.
— Я же сказала, чтобы ты уходил! — повернулась к нему она.
Он взял ее за плечи.
— Ты действительно этого хочешь? — Заглянув в ее удивительные изумрудные
глаза и заметив в них нечто похожее на страх, Карлос ощутил укол совести.
Обвинив Стеллу в мошенничестве, он безо всяких обиняков сообщил, что хочет
уложить ее в свою постель. Затем, когда она еще не отошла от переживаний
этой ночи, он, разозлившись на нее за ложь относительно времени завтрака,
намеренно поставил Стеллу в неловкое положение перед друзьями, дав понять об
их связи.
— А почему бы нам обоим не убраться отсюда? — предложил Карлос с кривой
усмешкой. — Мы можем неплохо провести день. — При виде болезненной гримасы,
появившейся на лице Стеллы, его совесть вновь дала о себе знать. Но это не
удержало Карлоса от поцелуя.
— Перестань! — воскликнула она.
Поначалу Стелла пыталась сопротивляться, уклоняясь от его губ. Однако он был
настойчив, на удивление нежен и не отставал до тех пор, пока не добился
полной ее капитуляции.
Оторвавшись от губ Стеллы, он взял ее за подбородок и взглянул в
раскрасневшееся лицо.
— Проведи этот день со мной. Тебе же этого хочется.
Ей действительно этого хотелось... Но, уловив в его голосе тень насмешки,
она тотчас же вернулась к реальности.
— Мне надо работать. — Стелла решительно отстранилась. — Не забывай, что
теперь я осталась одна. В конце концов, ты отныне тоже имеешь свои интересы
в
Фокси
, и чем усерднее я буду трудиться, тем большую прибыль ты получишь.
Карлос издевательски рассмеялся.
— Рад, что ты это понимаешь. Однако, учитывая мою особую заинтересованность
в успехе твоего предприятия, первоочередность твоих дел теперь решаю я.
И он многозначительно покосился на диван в гостиной, виднеющийся сквозь
открытую дверь холла.
— Мне нужно идти... У меня... назначена, встреча с новой закройщицей, — с
ходу придумала она, направляясь к двери.
— Я пойду с тобой.
Крайне удивленная Стелла обернулась.
— Ты? Однако...
— Как ты только что заметила, у меня есть свой интерес в этом бизнесе.
Стелле ничего не оставалось, как с ходу придумать план действий. Пройдя по
галерее, они оказались в соседнем доме, где только что нанятой молоденькой
закройщице прошлось снова выслушивать лекцию о ее обязанностях. Совершенно
неожиданно в разговор вмешался Карлос. Он настолько очаровал девушку, что та
вскоре перестала обращать на Стеллу какое-либо внимание.
— Какого черта тебе понадобилось вмешиваться? — раздраженно бросила она,
выходя на залитую солнечным светом улицу. — Я вполне в состоянии
проинструктировать персонал. Совсем ни к чему лебезить перед этими
женщинами.
Уловив в ее взгляде гневную искру, Карлос понимающе усмехнулся. Это
возмутило Стеллу еще больше.
— Что в этом смешного?
Он обнял ее за плечи и притянул к себе.
— Ты ревнуешь, дорогая.
— Еще чего! Ты на редкость самодовольный тип! — вскипела Стелла.
После секундной паузы Карлос расхохотался.
— Что ж, самодовольный тип намного лучше, чем гад ползучий. Я расту в твоих
глазах. Но почему бы тебе не признать очевидное, Стелла? Я ведь тоже не
безгрешен.
Не успев выговорить эти слова, он понял, что совершил ошибку: она может
подумать невесть что. Стелла обладала удивительной способностью заставлять
его забывать, что она собой представляет, и это не нравилось Карлосу.
Хотя, какого черта! — подумал он. Неужели нельзя на один день забыть обо
всем и просто насладиться жизнью... Сняв руку с ее плеча, Карлос обвел
вокруг.
— Посмотри, Стелла. Светит солнце, мы с тобой вдвоем, о делах можно забыть.
Перестань хмуриться и покажи мне свой город. Я бываю здесь наездом, по
делам. А ведь Бостон довольно привлекательный город, с множеством
достопримечательностей и с богатой историей. Мне же известно лишь о
пресловутом Бостонском чаепитии тысяча семьсот семьдесят третьего года.
Его горящий взгляд гипнотизировал. Он протянул ей загорелую руку. Стелла с
кривой усмешкой всмотрелась в его лицо. Но, похоже, Карлос действительно
настроился на познавательную прогулку, что говорило в его пользу.
— Хорошо, — кивнула она, вздрагивая от его прикосновения как от
электрического разряда. — Тогда первым делом мы пройдем по набережной. Ты не
против?
— Разве я смею возражать столь красивой женщине, — улыбнулся он и взял
Стеллу под руку.
Они долго любовались искрящимися на солнце водами Бостонского залива,
медленно прогуливаясь. Стелла что-то машинально рассказывала. Но присутствие
рядом этого мужчины волновало ее настолько сильно, что она не слышала ни
своих слов, ни его ответов. В какой-то момент испытываемое ею напряжение
стало поистине невыносимым, и от него закружилась голова. Стелла замолчала и
изо всех сил вцепилась в руку Карлоса.
Взглянув на ее побледневшее лицо и по-своему истолковав ее состояние, он
обнял Стеллу.
— Надо было предупредить меня, что ты устала.
Карлос не отпускал ее до тех пор, пока она не пришла в себя и не смогла
благодарно улыбнуться ему.
Тут же красивое лицо его неуловимо изменилось. И на глазах у сотен людей,
при свете дня он жадно поцеловал Стеллу.
— Карлос, — сказала она после того, как он отстранился, — на нас же смотрят.
— Ну и что? Ты моя женщина, — возразил он, тяжело дыша. — Хотя твоя правда,
у меня нет привычки целоваться на людях. Но ты сводишь меня с ума. — Карлос
оглянулся вокруг. — Пойдем отсюда, найдем какое-нибудь кафе и передохнем.
Они зашли в первое попавшее кафе, оказавшееся на редкость уютным. Несмотря
на множество посетителей, им удалось отыскать свободный столик у окна,
откуда открывался замечательный вид на город. Стелла предложила заказать
кофе и знаменитый бостонский пирог с прослойками из крема и взбитых сливок.
Неизвестно, что послужило тому причиной, но она наслаждалась моментом.
Карлос был прекрасным собеседником, он умел не только занимательно
рассказывать, но и внимательно слушать, к тому же по обоюдному молчаливому
согласию они избегали щекотливых тем. Умиротворенная Стелла допила кофе и с
удивлением взглянула на Карлоса, знаком подзывающего официанта.
— Разве мы уже уходим? — спросила она. — Знаешь, я так давно не позволяла
себе бездельничать, что сейчас чувствую себя туристом в собственном городе,
и мне очень нравится наблюдать за тем, что творится вокруг.
А мне нравится наблюдать за тобой, подумал Карлос. Я еще не встречал
женщины, которая волновала бы меня так, как ты.
— Да, уходим, — подтвердил он, поднимаясь.
— Ну что ж, тогда предлагаю посетить Музей изобразительных искусств. Его
экспозиция считается одной из лучших в стране... — начала Стелла тоном
заправского экскурсовода.
— Никаких музеев! — Крепко сжав ее руку, он окинул Стеллу жадным взглядом. —
Разве интересно смотреть на древности, когда держишь в руках истинное
произведение искусства, — произнес он с явным нетерпением. Едем ко мне!
Окружающие их люди куда-то исчезли. И Стелла словно утонула в бездонной
глубине черных глаз Карлоса...
Еще утром ее возмутило бы слишком уж откровенно и беззастенчиво высказанное
желание. Но сейчас, после неспешной прогулки и милой беседы за чашкой кофе,
когда оказались забыты все взаимные обиды, она тоже не могла без вожделения
вспоминать о чувственных губах Карлоса, о его обнаженном, мускулистом теле.
Поэтому, когда, схватив за руку, он потянул Стеллу за собой, она и не
подумала сопротивляться...
В лифте Карлос не выдержал и, прижав к стене, страстно поцеловал Стеллу.
— Черт побери, и зачем я только выбрал верхний этаж? — пожаловался он,
подняв голову.
И вот Стелла оказалась там, где уже бывала не единожды. На сей раз Карлос,
ни минуты не медля, направился прямо в спальню. Не дав времени на раздумья,
он чуть ли не швырнул женщину на кровать и дрожащими от нетерпения пальцами
начал расстегивать пуговицы ее блузки. Когда блузка оказалась на полу,
Стелла сама помогла ему избавиться от всего остального.
Не прошло и секунды, как Карлос, сорвав с себя одежду, оказался на ней,
такой большой и восхитительно возбужденный! Очарованная его мужественной
красотой, она отдалась на волю его сильным рукам, пальцы которых уже
блуждали по всему ее телу, тогда как губы ласково терзали ноющую от
нетерпения грудь. Достигнув холмика шелковистых рыжих волос у соединения
бедер, Карлос начал дразнить нежную, чувствительную плоть, одними этими
ласками доводя Стеллу до пика блаженства.
— Больше не могу, — наконец пробормотал он и вошел в горячую, влажную
глубину ее тела.
Вцепившись что было сил в волосы на затылке Карлоса, Стелла целиком отдалась
наслаждению бурного, почти животного совокупления, только понуждая его
двигаться еще быстрее, еще мощнее, пока не почувствовала, как он словно
взорвался внутри нее и обессиленно затих.
Опустошенная, она лежала, крепко прижавшись к нему. Тяжело дыша, Карлос
заглянул в затуманенные зеленые глаза и осторожно отстранился, окинув
восторженным взглядом распростертую рядом с ним женщину.
— Восхитительно, — пробормотал он. — Я никогда не видел тебя обнаженной при
свете дня.
Только теперь до Стеллы дошло, что, судя по льющимся из окна ярким солнечным
лучам, сейчас не позже трех дня, и что она лежит совершенно обнаженная в
постели с мужчиной, являющимся ее врагом. Природная стыдливость заставила ее
прикрыть грудь руками. Карлос расхохотался.
— Что тут смешного? — сердито спросила Стелла.
— Немного поздно, дорогая, — ответил он, пытаясь сдержать смех. — Особенно
после того, что мы только что делали.
Взглянув в его смеющиеся глаза, она прыснула.
— Что делать, я застенчива.
— Да, тебе удается казаться застенчивой, — согласился он, кончиком пальца
прослеживая соблазнительную линию ее губ. — К счастью, в постели ты
превращаешься в самую чувственную и сексуальную женщину, какую я только
встречал. Я никак не могу тобой насытиться.
Пораженная подобной откровенностью, ощущая на себе гипнотизирующий взгляд
Карлоса, Стелла отвела глаза. Поверить ему было бы безумием... Однако стоило
Карлосу вновь накрыть ее губы своими, как все благие намерения куда-то
исчезли и, прогнувшись, она подалась ему навстречу.
— Ты такая горячая, такая соблазнительная... — прошептал Карлос.
Стелла на какое-то мгновение вспомнила их самую первую ночь. Как все
похоже... Хотя нет, тогда ей казалось, что их объединяет любовь, сейчас же
все было иначе...
Поцеловав бронзовую от загара грудь и вдохнув запах разгоряченного мужского
тела, Стелла заглянула в полусонные темно-карие глаза.
— Мне нужно в ванную, — сказала она и выскользнула из его объятий.
Встав под горячий душ, она попыталась немного расслабиться и привести хотя
бы в относительный порядок обуревающие ее эмоции. Но буквально через минуту
дверь отворилась и на пороге появился Карлос, высокий, широкоплечий и
необыкновенно красивый.
— Позволь мне, — вкрадчиво произнес он, беря из ее онемевших пальцев кусок
мыла...
8
Застонав, Стелла перевернулась на бок и открыла глаза. Было темно, и она не
сразу поняла, где находится. Но быстро все вспомнила и огляделась вокруг. В
спальне никого не было.
Одевшись и кое-как пригладив волосы, она вошла в гостиную. Карлос сидел за
столом и, по всей видимости, работал.
Интересно, что полагается говорить мужчине после того, как провела с ним в
постели чуть ли не весь день? — с беспокойством подумала Стелла.
— Наверное, мне пора домой. — Ничего лучшего в голову ей не пришло.
— Никуда ты не поедешь. — Поднявшись из-за стола, он подошел к ней. — Я
попросил миссис Спенсер собрать необходимые тебе вещи и переслать сюда. Я
объяснил ей, что после удачной презентации твоей коллекции ты нуждаешься в
отдыхе не меньше, чем Энн и Родни, а посему намерен предоставить в твое
распоряжение мою виллу на Средиземном море.
Проследив за его рукой, Стелла посмотрела на пол, где стоял ее чемодан.
— И Мэг тебе поверила? — удивилась Стелла.
— Не только поверила, но и сказала, что я не мог поступить лучше, — сообщил
он и наклонил голову, явно собираясь ее поцеловать.
Вне себя от ярости, Стелла уклонилась от его губ.
— Да как ты посмел! — взорвалась она. — Ведь теперь я даже не могу появиться
дома, чтобы не выставить себя в глупом положении!
— Я рад, что ты это понимаешь, — ухмыльнулся Карлос. — Только представь:
целая неделя, принадлежащая нам двоим!
— Кто дал тебе право распоряжаться мною? — не унималась взбешенная Стелла.
Карлос окинул ее взглядом исподлобья.
— Ты дала, Стелла, вчера, когда согласилась на мои условия.
Напоминание о злосчастной сделке заставило ее побледнеть.
— Ясно. — Действительно, ясно. Все козыри были на руках у этого человека. —
Но что я скажу Энн? — пробормотала она, но Карлос ее услышал.
— О Энн и Родни не беспокойся, — небрежно отмахнулся он. — Если они будут
звонить, то миссис Спенсер расскажет им мою версию событий.
— Да, ты все предусмотрел, — протянула она, мысленно восхитившись его
умением просчитывать ситуацию намного дней вперед. — А что, если миссис
Спенсер положила в чемодан совсем не те вещи, что мне потребуются? —
спросила Стелла.
У него хватило наглости весело рассмеяться.
— Вот что мне больше всего в тебе нравится, Стелла! Даже проигрывая, ты
борешься до конца.
— Свинья! — бросила она.
Однако позднее, вечером, когда она опять лежала с Карлосом в его постели, на
ум приходили совсем другие сравнения. Надо было стискивать зубы, чтобы
удержать рвущиеся с языка слова любви, и приказывать себе вновь и вновь:
Только не поддавайся чувствам!
— Давно у тебя эти апартаменты? — нашла Стелла нейтральный вопрос и
удивленно покосилась на Карлоса, услышав его тихий смех. — Над чем ты
смеешься?
— Над тобой, дорогая. Только что мы с тобой предавались сумасшедшей любви, и
вдруг ты спрашиваешь такое!
— Извини, — обиделась она. — Я не знала, что темы для разговоров тоже
выбираешь ты.
Карлос вздохнул.
— Ладно, что тебя интересует? Давно ли я купил эти апартаменты? —
Перевернувшись на спину, он ответил: — Нет, недавно. Да будет тебе известно,
мой отец всегда занимался гостиничным бизнесом и весьма преуспел в этом. Но
сферой его деятельности была Европа. Когда я вознамерился разыскать твою
мать, то след привел меня в Бостон. Сначала я просто забронировал номер в
этом отеле, а потом подумал, что не плохо бы продолжить дело отца, и
приобрел вес отель целиком, вместе с этими апартаментами, которые переделал
по-своему вкусу.
Вот так размах! — поразилась Стелла и вслух сказала:
— Да, и подружек есть куда привести.
Карлос хмыкнул.
— Когда ты со мной, дорогая, я не могу думать о других женщинах. Я всегда к
твоим услугам.
— К услугам мошенницы? — спросила она и, заметив гнев, загоревшийся в его
глазах, тут же пожалела о своих словах.
— Забудь об этом! Будь моей женщиной, и я тоже забуду о том, что было
раньше, — сказал Карлос. — Заключенное нами соглашение не должно влиять на
наши личные отношения. — Он улыбнулся. — Если хочешь, объявим перемирие.
Сделать вид, будто соглашения не существует вовсе? Это казалось невозможным,
но сейчас, лежа с ним в постели, Стелла хотела рискнуть. Так, по крайней
мере, у нее мог появиться шанс уверить Карлоса в своей невиновности.
— Хорошо, — согласилась она.
— Выглядит многообещающе, — заявила стоящая за ее спиной Энн, глядя на
чертежную доску. — Очень впечатляет. Вот что делает любовь настоящего
мужчины, — беззлобно поддразнила подруга.
Стелла поморщилась. Если бы это было действительно так! Однако намерения
Карлоса ой как далеки от благородства!
— Кстати, где он? — спросила Энн. — Мы не видели его уже несколько дней.
— Занят, — ответила Стелла. — У него офисы по всему миру, однако штаб-
квартира находится в Мадриде. Послушай, если мы очень постараемся, то
закончим осеннюю коллекцию даже раньше, чем намеревались. — И, желая
перевести разговор на менее щекотливую тему, она принялась расспрашивать Энн
о последних продажах своих моделей.
С тех пор как Стелла якобы вернулась после отдыха на вилле Карлоса, прошел
уже месяц. Проведенная с ним неделя явилась для нее настоящим откровением,
хотя она до сих пор краснела, воспоминая о ней. Никаких экскурсий по городу!
Почти все время они предавались любовным утехам на огромной кровати Карлоса.
Лишь изредка выбирались куда-нибудь поесть или шли в магазины, где он
потратил целое состояние на одежду и драгоценности для нее. Стелла пыталась
протестовать, говоря, что пошутила, но Карлос лишь напоминал о заключенном
между ними перемирии.
По прошествии недели он привез ее домой, как если бы Стелла действительно
вернулась из-за границы. Так что ее лицо перед сотрудниками фирмы и
возвратившимися накануне Энн и Родни было сохранено.
Позвонив на следующий день, Карлос пригласил ее в ресторан. Но вместо этого
они опять очутились в его спальне, а на ужин ограничились сандвичами с
сыром.
С Энн и Родни он вел себя так, что супруги вскоре начали воспринимать его
как лучшего друга. Карлос был внимательным и заботливым, а его помощь в
бизнесе оказалась поистине неоценимой. Он также обладал незаурядным чувством
юмора. И когда они все — Стелла, Энн, Родни, Питер и миссис Спенсер —
обедали вместе, неизменно выступал душой компании. В общем, все считали его
прекрасным человеком.
Стелле приходилось постоянно напоминать себе, что он манипулятор и
порядочная свинья. Однако с каждой ночью, проведенной в его постели, после
страстных и нежных ласк, было все труднее сдерживать рвущиеся наружу слова
любви.
Внешне их отношения развивались вполне благопристойно. Карлос водил ее на
премьеры спектаклей и вернисажи, после чего их фотографии появлялись на
страницах светской хроники ежедневных газет. Это пугало Стеллу, живущую в
постоянном страхе, что рано или поздно кто-нибудь начнет копаться в ее
прошлом. Она попыталась откровенно поговорить с ним по этому поводу. И надо
отдать Карлосу должное, он прислушался к ее словам и стал отдавать
предпочтение менее фешенебельным ресторанам и светским мероприятиям, не
привлекающим особого внимания прессы.
По прошествии времени Стелла неожиданно обнаружила, что начинает
воспринимать Карлоса как самого настоящего своего возлюбленного. Сам он
отнюдь не старался развеять ее иллюзию. Заключенное между ними перемирие
строго соблюдалось. Они вели милые беседы, смеялись, занимались любовью, а в
те редкие дни, когда Карлос не мог с ней встретиться, он присылал цветы и
непременно звонил...
— Мечтания среди белого дня плохо сказываются на работе. — Голос Энн отвлек
Стеллу от размышлений. — Хотя, по правде говоря, тебя трудно в этом винить.
Уж на что я люблю Родни, но устоять перед Карлосом просто невозможно. Если
будешь играть правильно, у тебя есть шанс удержать его... Свадебные колокола
и все такое прочее...
Стелла сухо рассмеялась.
— Не думаю.
Однако в глубине души ей хотелось, чтобы слова Энн оказались пророческими.
Становилось все труднее и труднее сдерживать признания в любви, а
необходимость лгать подруге угнетала Стеллу. Она все время боролась с
искушением рассказать ей все. Лишь боязнь того, что последует за ее словами,
останавливала.
Между нами нет никакой любви. Карлос с помощью шантажа
заставил меня стать на год его любовницей, обещав за это не разорять
нас...
. Да Энн просто убьет мерзавца!
— А что касается первого твоего вопроса, то он сейчас в Мадриде и пробудет
там некоторое время. Зная Карлоса, не думаю, что он будет скучать обо мне. В
мире масса красивых женщин, всегда готовых утешить его.
— Главная твоя беда в том, что ты сама не представляешь, насколько красива
внешне и привлекательна по своим душевным качествам. Но Карлос это понимает,
я уверена.
— Спасибо за комплимент, Энн. Остается только надеяться, что ты права. —
Деланно улыбнувшись, Стелла повернулась к кульману. — Однако пока что мне
лучше заняться работой.
Странная вещь свобода, думала она на вторую неделю отсутствия Карлоса, идя
безо всякой видимой цели по улице.
Отвлекись, пройдись по магазинам
, —
сказала Энн, выгоняя ее из дому.
Однако сколько бы ни пыталась Стелла уверить себя в том, как это
замечательно вновь принадлежать самой себе и распоряжаться временем по
собственному усмотрению, в действительности ей недоставало Карлоса, его
любви — даже если это был чистый секс. Она скучала по нему...
Срок их договоренности ограничивался годом. И прошлым вечером, к своему
ужасу, Стелла поймала себя на том, что считает месяцы, которые им осталось
провести вместе. К тому же Карлос был необыкновенно привлекателен, а, судя
по ее сведениям, Мадрид полон остроумных и очень красивых женщин. Терзаемая
ревностью, она боялась, что он не дотерпит даже до окончания годичного
срока...
Стелла прекрасно понимала, что его совершенно не интересуют деньги, которые
она ему должна. Да и как могло быть иначе, если он потратил состояние,
приобретая ей наряды и делая дорогие подарки. Оставалось утешать себя
надеждой на то, что первоначальный гнев Карлоса утих. К тому же в последнее
время Стелле все чаще и чаще казалось, что его чувства к ней становятся
более глубокими и серьезными. Об этом говорило многое — и великолепные
цветы, и редкостные по красоте серьги из изумрудов с бриллиантами. Она
пыталась отказаться от них, но он не пожелал ее слушать, сказав, что это на
память о неделе, проведенной вместе.
Иногда подарки были совсем небольшими, вроде одной-единственной розы. Иногда
смешными. Например, улетая в Мадрид, Карлос подарил ей крохотного уродливого
керамического гнома, потребовав при этом:
— Поклянись, что он будет единственным мужчиной, на которого ты взглянешь во время моего отсутствия!
Рассмеявшись, Стелла поклялась, и они по обыкновению занялись любовью.
Он звонил ей в Бостон каждое утро, хотя в Мадриде в это время была уже
глубокая ночь. Это было трогательно и позволяло Стелле надеяться на то, что
ее мечты могут сбыться...
Она вспомнила, что Карлос обещал вернуться в следующую среду, и тут же ее
прогулка обрела цель. Войдя в магазин, Стелла улыбнулась возникшей у нее
идее. Роскошное новое белье должно ему понравиться, решила она. Но сначала
Стелла остановилась у прилавка с парфюмерией, где купила флакончик духов.
Едва она собралась брызнуть очень дорогой жидкости на запястье, как услышала
позади себя мужской голос:
— Стелла. Как поживаете?
Уронив от неожиданности флакончик на прилавок, она обернулась.
— Томас Рамфорд! У меня к вам не слишком приятный разговор, — без обиняков
заявила она.
— Каюсь, — виновато произнес он. — Знаю, о чем вы хотите со мной говорить,
но, если позволите угостить вас обедом, я все объясню.
Был теплый летний день, впереди предстоял долгий и одинокий вечер. Почему бы и нет, подумала Стелла.
— Хорошо, я согласна. — И она подождала, пока Томас купит флакон духов.
— В субботу вечером мне предстоит многообещающее свидание, — признался он со
смешком. — А теперь пойдемте поищем, где можно чего-нибудь выпить и поесть,
и я исповедуюсь вам в моих грехах.
Томас привел ее в прекрасный итальянский ресторан и заказал бутылку кьянти и
спагетти. Не зная с чего начать, Стелла медлила.
— У Карлоса, кажется, создалось впечатление, что мы с вами... — Смутившись,
она замолчала.
— Я понимаю, что вы хотите сказать, — произнес Томас. — И знаю, что мне не
следовало лгать. Но постарайтесь взглянуть на ситуацию моими глазами,
Стелла.
— Я вас слушаю, — спокойно сказала она.
— Карлос Рамирес гораздо м
...Закладка в соц.сетях
