Жанр: Любовные романы
Искушение соблазном
...н, сделав первый глоток.
Еще пять или шесть таких чашек, и он почувствует себя человеком. Даже
квартира, в которой он никогда не ощущал себя уютно, показалась ему родной.
Квартиру нашла Клара. Дизайнер, которого Ной в глаза не видел, оформил ее.
Особенно он постарался в спальне, которая была сделана в подчеркнуто
сексуальном стиле. Вначале в ней висели даже две картины соответствующего
содержания. Ной их выкинул. А кровать походила на футбольное поле и пугала
его. Но он решил во всем положиться на Клару. Наверное, она с этим
дизайнером тоже изменяла ему, потому что пропадала здесь днями и ночами.
— Знаешь, что? У тебя красивые ноги.
— Ты пытаешься ухаживать за мной? — спросила Грейс.
— Ну в общем, да, — признался Ной. — А то вчера как-то не
получилось.
Он рассматривал ее, пока она пила кофе.
— На мой взгляд, ты сложена, как греческая богиня.
Грейс зарделась.
— Мне никто этого никогда не говорил.
— Значит, я буду первым.
Ной не решался спросить. Он прочистил горло. Грейс с любопытством наблюдала
за его потугами.
— Насколько я понимаю... — начал Ной, — мы вместе провели
ночь...
— Да... — кивнула Грейс.
Он снова прочистил горло.
— Понимаешь...
Грейс улыбнулась так, что слова застряли у него в горле.
— В общем... если тебе нужно почистить зубы, ты можешь воспользоваться
моей зубной щеткой.
Грейс засмеялась:
— Я нашла зубную пасту и почистила зубы пальцем.
— Ах... ну да... я очень рад... — совсем растерялся Ной. Он
собрался с духом и произнес: — Грейс, что касается этой ночи...
— Ничего страшного. Тебе неудобно?
— В общем, да... — признался Ной.
Его отвлекали ее ноги, и он ничего не мог с собой поделать.
— Тебе уже лучше? — спросила она, видя, что он покраснел и
замолчал.
Господи! Какой у нее голос, — думал Ной. Он сводит меня с ума. Самое
отвратительное заключается в том, что я не помню, как обнимал ее. Нет, этого
не может быть, — подумал, — в который раз глядя на ее ноги
.
Грейс попыталась натянуть на них футболку. И разумеется, у нее ничего не
вышло.
— Я открою тайну, — наклонился он к ней, — у меня очень
хорошая печень, и я быстро трезвею.
— Особенно заметно это было вчера, — не удержалась вставить Грейс.
Он снова покраснел.
— Вчера я свалял дурака, — признался он, чувствуя, что его
неудержимо влечет к Грейс.
Лучший выход из положения — заняться любовью. Ему бы сразу полегчало. Но он
и думать не смел об этом.
— Знаешь, — Ной допил кофе и поставил чашку на стол. — Мне
надо перед тобой извиниться.
— За что? — удивилась она.
— Ну... — он замялся, — за мои ухаживания.
— Не стоит, — она улыбнулась. — Я не возражала. Я
даже... — Грейс невольно вспыхнула. — Мне даже понравилось.
Ной с удивлением взглянул на нее. Весь его опыт общения с женщинами говорил,
что прелюдия — это игра, кто больше соблюдет приличия. Грейс была искренна.
Не ханжа, как Клара. И если ей что-то нравилось, она открыто говорила об
этом. Значит, ей понравилось заниматься с ним любовью.
— Слава Богу! — вздохнул он.
— Почему? — удивилась она.
Теперь пришла его очередь быть искренним.
— Я был пьян, и не мог себя сдержать...
У него вдруг мелькнула мысль, что Грейс осталась неудовлетворенной, а теперь
тихонько издевается над ним. К сожалению, он ничего не мог вспомнить. Такого
с ним еще не бывало.
Грейс сказала:
— У тебя была веская причина.
Кровь ударила Ною в голову. Она издевается над ним.
— Я не должен был даже касаться тебя, Грейс. Пьяный ли, нет,
понравилось тебе это или нет, это было неправильно. Ты должна была ударить
меня, и ничего бы не случилось.
Она улыбнулась и очень спокойно произнесла:
— Ной!
— Да... — он готов был провалиться от стыда сквозь землю.
— А ничего и не было... — сказала Грейс, — если ты это имеешь
в виду.
Грудь ее колыхнулась.
— Как это не было? — спросил Ной, хотя мысли его были
сконцентрированы на ее груди.
— Не было того, о чем ты подумал, — она развела руками.
— Как это так! — воскликнул он. — Я хорошо помню... — и
прикусил язык.
Он свалял дурака. Такого случая больше не представится. Проспать всю ночь
рядом с такой шикарной женщиной и не притронуться к ней. Нет, так мог
поступить только пьяница. Ной уже готов был заявить, что виноват, но едва не
проглотил язык. Раз ничего не было, то нет смысла и извиняться.
Он разочарованно произнес:
— Ну что ж... Это... тоже неплохо...
— Ты расстроился? — с иронией спросила она.
— Не то что бы да и не то чтобы нет... — задумчиво ответил он,
разглядывая ее тело, в которому его неудержимо влекло.
— Ной, ты действительно ничего не помнишь?
— А что я должен помнить?
— Ты не желал меня?
Это был очень странный вопрос. Ной задумался. С одной стороны, он желал ее
всегда и не понимал, как мог просто так уснуть возле этой красавицы, с
другой — он не хотел заводить интрижку с Грейс. С кем угодно, но только не с
ней. Он слишком уважал Грейс и считал, что Клара — исключение из правил.
Вдруг он неожиданно для себя выпалил:
— Я хочу тебя!
— Ты хорошо подумал? — спросила Грейс.
— Абсолютно!
— Тогда... — она посмотрела на него, — я согласна...
Ему стало дурно. Так просто. Наверное, Грейс хочет его смерти. Он привстал.
— Согласна?
— Я не менее благородна, чем ты.
— Что ты этим хочешь сказать?
— Я не могла воспользоваться вчера твоей беспомощностью и соблазнить
тебя.
— Не могла... — как эхо повторил Ной.
Удар был слишком силен. Самолюбие Ноя было задето.
— О своей репутации я позабочусь сам, — заметил он.
— Ой ли? — покачала Грейс головой.
— Да, я согласен. Я влюбчив и имел глупость хотеть жениться на
неразборчивой женщине. Но я учусь. Очень быстро. К тому же к тебе я
испытываю странное чувство...
— Какое же? — наивно удивилась она.
— Мне очень хочется прикоснуться к тебе. Сорвать эту футболку и
погрузиться с твое великолепное тело.
— Мне тоже оно нравится, — призналась Грейс. — Ты кажется
сожалеешь.
— Да, — сказал он. — Ты говоришь, что между нами ничего не
было. Я тебе верю, иначе бы я что-то помнил. Но целоваться мы с тобой
целовались?
— Ты действительно ничего не помнишь?
— Ничего.
— Жаль, — в ее голосе прозвучало разочарование. — Вообще-то
один раз...
— И как?
— Было приятно...
— Я могу исправиться, — сказал он, ерзая в кресле.
Она протянула руку. Казалось, между ними проскочила искра. Через мгновение
они застыли в долгом поцелуе. Правда, Ной Харпер был несколько невнимателен
и поглощен своими чувствами, что не заметил, что в течение всего того
времени, пока они целовались, Грейс пришлось простоять на цыпочках.
— Грейс... — сказал он.
Он с жаром целовал ее в шею, волосы, упиваясь ароматом ее кожи.
— Ты сказал, что желаешь меня. — Она прижалась к нему, наклонив
голову, и он целовал ее в лицо. — Я не хочу, чтобы ты потом сказал, что
я воспользовалась ситуацией. Я не хочу, чтобы ты хотел сделал что-нибудь, о
чем будешь потом сожалеть.
Ной с трудом понял, о чем говорит Грейс. Он разжал руки и отпустил ее. Если
он не прикоснулся к ней ночью, то почему хочет сделать это сейчас? Нет, у
него есть веские причины сдержать свои эмоции. Ной сделал шаг назад.
— Извини, Грейс...
Она молчала.
Ной готов был убить себя. Он самонадеянный болван, который решил, что ему
все дозволено. Грейс, прежде всего — секретарь Агаты. Этим все сказано. Он
не должен прикасаться к ней. И вдруг он увидел на ее лице боль и отчаяние.
Грейс была опустошена и уничтожена. Лицо ее побледнело. Меньше всего Ной
хотел обидеть ее.
— Грейси... — сказал он, — я ничего не понимаю...
— Я тоже ничего не понимаю. — Ее глаза стали влажными, но она не
заплакала, а рассмеялась. Смех вышел ломким и ненатуральным. — Я сама
не знаю, что делаю, — призналась Грейс.
Ной чувствовал себя опустошенным. Это не было связано ни с Агатой, ни с
Кларой. Виной всему была Грейс. Неужели она подозревает его в бесчестности?
Да, он не хочет на ней жениться. Он хочет просто переспать с ней.
— Ты меня в чем-то подозреваешь?
— Мне двадцать пять, — рассмеялась она, — и я не спала с
мужчинами. Я хочу, чтобы первым мужчиной был ты.
До шестнадцати лет Ной жил совершенно в другом мире: приемные родители так и
не стали родными людьми; школа приучила полагаться только на самого себя, а
приятели так и не стали друзьями. По сути, он был эгоистом. Брал от жизни
то, что она преподносила, и не особенно задумывался, правильно ли поступает.
Но теперь Грейс заставила его по-иному взглянуть на себя и почувствовать,
что надо быть мягче и внимательнее к людям.
— Мне уже кажется, что я не подхожу тебе, — признался он.
— Почему? — удивилась она. — Потому что ты передумал?
— Ты хочешь увидеть мой член?!
— Я не знаю, — ответила она. — Хочу, но одновременно и боюсь.
— Потому что никогда не спала с мужчинами?
У него было тысяча и одна причина не заходить слишком далеко в отношениях с
Грейс. Но ни одна из них не имела значения в этот момент.
— Грейси, разве ты слепая? Я напряжен в течение всего утра. А ты
рассуждаешь о высоких материях — любишь ты меня или не любишь. Мне кажется,
мы это выясним потом.
— Когда? — спросила она.
— Потом... — загадочно сказал он.
Она покачала головой, ее волосы рассыпались по плечам, и на Ноя это
произвело такое впечатление, что он сделал шаг вперед и обнял Грейс.
— Неужели ты не понимаешь, что ты мне нужна — сейчас, немедленно, а не
потом.
— Мне кажется, — сказала она, глядя ему в лицо, — что мы с
тобой обсудили эту проблему. Я сама пришла и сама сделала выбор.
Но подобное объяснение показалось Ною недостаточно честным. Он испытывал
двоякое чувство: желание овладеть ею и одновременно боязнь обидеть.
— Во мне все смешалось, — признался он. — Честно говоря, я не
могу поддерживать серьезных отношений с женщиной и не хочу. Мне нужен только
секс.
— Я согласна... — сказала Грейс.
Его глаза стали походить на ястребиные.
— Меня интересует грубый секс...
— Похоже, наши желания совпали, — сказала Грейс, пристально глядя
на него.
Он вдруг понял, что она желает того же, что и он, и вся его агрессивность
вмиг испарилась. Мало того, Грейс явно возбудилась. Ее крупные, темные соски
набухли и просвечивали сквозь футболку, а сама она стала глубоко дышать.
— Ты самый лучший мужчина в мире, — тихо призналась Грейс.
— Нет! Ты разжалобишь меня и тогда ничего не получится. Я воспитывался
на улице, я груб и невоспитан.
— Я знаю, — сказала Грейс терпеливо — Твое тело точно так же
влечет меня... Ты просто великолепный.
Руки Харпера сжались в кулаки. Грейс — или простушка или ведьма. Может быть,
она не понимает его слов?
— У меня много работы, и с женщинами я...
Ее губы приоткрылись.
— Я понимаю тебя, милый...
— Я могу быть жестким, когда это нужно, и Агата не сможет ничего со
мной сделать.
— Я принимаю твой мир таким, какой он есть.
Ной еще крепче обнял ее за талию.
— Не нужно защищать меня, а просто слушай, что я говорю.
Грейс положила руки ему на плечи и кивнула.
— Ты права, то, что произошло вчерашней ночью, случилось из-за того,
что я был пьян. Нет, пожалуйста, не надо смущаться снова. Если бы я не желал
тебя... Но я желал... Пришла ты... Я слишком много выпил и не мог думать о
том, что мне не следует делать. Вместо этого я думал о том, чего мне
хотелось, — он совсем запутался в своих объяснениях.
— Ной, — ее губы касались его руки. — Мы оба хотим этого.
Он сильнее прижал руку к ее губам.
— Мне нужен секс. Горячий, всепоглощающий секс. Мне нужна женщина,
которая захочет отдать мне свое тело так, как я этого захочу. Это все.
Никаких обязательств. И Бог его знает, как долго мне это будет нужно.
Она утвердительно кивнула. Харпер вдохнул запах ее волос.
— Грейс, ты сама не знаешь, что предлагаешь мне...
Она взяла его за запястье и мягко отстранила его руку от своих губ.
— Я предлагаю тебе все, что ты захочешь. Все.
Волна страстного желания охватила его. Желание это было столь сильным, что у
Ноя не было сил сдерживать себя.
— И если я скажу тебе раздеться и лечь на кровать, ты сделаешь это?
Она побледнела, несколько секунд подождала и сказала:
— Если ты уверен, что это то, чего ты хочешь, то да.
— А если я скажу раздвинуть ноги, чтобы я мог тебя поцеловать?
Горячая краска залила ее, когда она поняла смысл его слов.
— Но ты же не хочешь сказать что... — прошептала она срывающимся
голосом.
— Да, именно это я и хочу сказать. Я хочу целовать тебя всю, Грейс,
особенно между ног, и я хочу, чтобы и ты целовала меня везде.
Казалось, Грейс была заинтригована.
— Я же говорил, что не играю с сексом, — напомнил Ной.
Часто и тяжело дыша, она сказала:
— Я приму любые правила твоей игры.
Пот выступил на его лбу, на спине. Мышцы напряглись. Он почти прорычал
сквозь зубы:
— Мы не будем делать это в темноте под одеялом. Мы сделаем это на
свету. Мне недостаточного одного раза в неделю, и даже одного раза в день.
Когда я возьму тебя... — Боже, что он говорит? — Грейс, я хочу
слышать твои стоны и видеть твои движения, чувствовать тебя руками, губами,
языком, всю тебя и внутри, и снаружи. И я хочу, чтобы после ты просила еще,
до тех пор, пока мы оба не устанем настолько, что не сможем двигаться и даже
дышать.
Она прильнула к нему, поцеловала его подбородок, шею, грудь.
— Ной!
Харпер крепко сжал ее и они направились к кровати, чувствуя, что готовы
сгореть от страсти. Грейс ласкала его, воспламененная его желанием. Они
упали на кровать. Ной поцеловал ее — долго, так, как он умел. Его руки
сжимали грудь Грейс. Девушка застонала. Этого оказалось достаточно —
футболка слетела на пол.
Харпер ласкал ее напряженный, упругий сосок. Ее спина напряглась и
приподнялась. И вдруг... зазвонил телефон. Но, воспламененный страстью, Ной
не обращал на него внимания, пока не сработал автоответчик. Они услышали
резкий голос Агаты.
— Ной, тебе лучше приехать. Что-то случилось с Грейс.
— Чертова старуха, — проворчал Ной.
Голос Агаты продолжал:
— Мы поспорили вчера из-за тебя, она не пришла на работу, и никто не
может ее разыскать. Ты знаешь, Дженкинс никогда не опаздывает и никогда не
пропускает работу без предупреждения. Пожалуйста, позвони мне. Если она не
появится в ближайшее время, я обращусь в полицию.
Связь прекратилась. Ной Харпер почувствовал, как напряглась под ним Грейс, и
медленно приподнялся.
— Это всего навсего звонок.
— Боже! Который час? — она посмотрела на часы и вскочила с
постели. — Я должна была быть на встрече час назад!
— Плюнь на все! — Ной лежал на подушках и с жадностью разглядывал
лицо Грейс.
— Я не могу! — она откинула длинные волосы с лица и поспешно стала
собирать вещи. — Ты слышал, что сказала Агата! Она позвонит в полицию.
— Ну и что?
Грейс посмотрела на него с удивлением.
— Я просто умру, если из-за меня поднимется такая суета!
Она прикрыла грудь. Ной отвел ее руки. С минуту они боролись в постели.
Харпер проиграл. Он это сразу понял.
Грейс поднялась и, не стесняясь, стала одеваться. Куда-то запропастились
колготки. Она нашла их под подушкой. Блузка и юбка оказались мятыми. Но
Грейс было все равно, она чувствовала, что должна предстать перед очами
Агаты, а не заниматься любовью с Ноем.
— Я умру, — сказал Ной.
— Ной... — она застегивала блузку. В ее глазах отражалась душевная
боль и глубокая искренность. — Извини. Но я не могу иначе.
Дженкинс расправила юбку на коленях и села на край кровати, но когда Ной
приблизился к ней, приложила палец к губам в знак молчания и подняла
телефонную трубку. Ной схватил телефон готов был треснуть им о стену.
— Что ты делаешь, Грейс?
— У меня вчера сломалась машина, помнишь?
— Дорогая, я не очень ясно помню, как снимал с тебя одежду, так что уж
точно не помню, что с твоей машиной.
— Да. Но моя машина вчера сломалась, и поэтому я пришла к тебе насквозь
промокшая, и поэтому ты снял с меня одежду.
Ной медленно кивнул, вспоминая вчерашние события.
— Да, действительно, — сдался он.
Грейс подняла брови от удивления — ее версия чем-то не устраивала Ноя.
— Что ты этим хочешь сказать?
— Только то, что ты промокла и переоделась в футболку.
— Забудь футболку, — сказала она.
— Я не могу, — сказал он. — Ты слишком красивая.
Грейс смущенно улыбнулась. Она наклонилась и поцеловала Ноя.
— Мне понравится заниматься с тобой любовью.
Ной застонал, испытывая неудовлетворенность.
— Ты неотразима...
— Мне нужно вызвать такси.
— К черту такси, — Ной крепко обнял Грейс. — Я отвезу тебя.
— Но... — она покачала головой. — Ной, я еду к твоей бабушке.
— Я догадываюсь, — с иронией сказал он.
— Там могут быть Клара и ее родители.
— Ты полагаешь?
— Скандал еще не затих. Агата просто так не отступится от своей затеи.
— Вот поэтому я с тобой и еду, — сказал Ной. — Вы поссорились
из-за меня. Теперь мой долг разобраться во всей этой истории.
— Ной, — вздохнула Грейс. — Я справлюсь. Будет хуже, если ты
явишься со мной.
— Я отвезу тебя, черт возьми!
Грейс обиделась.
— Не говори со мной таким тоном! Я согласилась делать все, что ты
скажешь, в спальне, но никогда не обещала, что ты сможешь руководить мной в
других местах.
Натягивая джинсы, Ной усмехнулся. Она согласилась делать все, что он скажет,
в спальне. Жизнь вдруг показалась ему светлой и яркой.
— Моя маленькая раба любви, — поддразнил он ее, наблюдая, как лицо
девушки залила краска. — Грейси, спальня — единственное место, где я
хочу руководить тобой.
Она посмотрела на него подозрительно, но потом кивнула:
— Хорошо.
— Но, — сказал он, не собираясь оставлять последнее слово за
ней, — после того, как я отвезу тебя к бабушке, я привезу тебя обратно
сюда. И тогда мы посмотрим, какой ты можешь быть послушной в постели.
Грейс кивнула. В ее глазах зажглось ожидание.
— Обещаю постараться.
— Хорошо.
Все-таки она оставила за собой последнее слово. Ной слишком был занят, чтобы
спорить. Он старался дышать медленно и спокойно.
Глава 4
Агата мерила кабинет большими шагами. Заплаканная Клара стояла у кресла.
Чита Калленсов сидела в креслах. Ресницы Клары были влажными от недавно
пролитых слез. А Агата не выносила слез — особенно женских. Плачь она
считала верхом глупости. Конечно, у Клары были на то причины. Ной перешел
все границы — разрыв отношений за месяц до свадьбы! Но не все потеряно.
Агата намеревалась заставить его изменить свое решение. Так будет лучше для
всех, и особенно для Ноя. Надо что-то делать. Но что именно?
Забавно, что когда она заговорила об этом с Кларой и ее родителями, Клара
начинала рыдать еще сильнее. Глупая девочка! Она, конечно, решила, что
свадьбе действительно не бывать. И все из-за характера Ноя. Ведь знала же,
что Ной непреклонен в своем решении. Это лишний раз убеждало Агату, что Ной
— истинный Харпер. Есть чем гордиться. Самое интересное, что он умел ладить
со своими сотрудниками.
Бистро Хамбера
! Громко звучит. Но лишь на первый
взгляд. Сколько труда Агата вложила в него, чтобы дело закрутилось. Ной
пришел на все готовенькое. Надо было только ничего не испортить. К его чести
он справился со всеми трудностями. Очень быстро Агата поняла, что к мнению
Ноя прислушиваются. Конечно, ей было лестно иметь такого внука. Но самое
важное заключалось в том, что Агата видела в Ной своего приемника.
Рассуждая таким образом, Агата ходила по кабинету в ожидании Грейс, без
которой чувствовала себя как без рук. Кроме этого Грейс всегда действовала
на Агату успокаивающе. У девчонки было развито чувство ответственности за
порученное ей дело. И еще она была прекрасным секретарем. Правда, ее
деятельность была несколько шире — Агата постепенно вводила ее в бизнес,
поручая то организовать переговоры с новыми партнерами, то исследовать
возникшую проблему и найти решение. Все чаще Агата сожалела, что Грейс — не
ее внучка. Тогда бы решались многие проблемы, например, кто будет владеть
компаниями. А компаний у Агаты было три.
После ссоры с Ноем Грейс куда-то пропала. Агата обратила внимание, что Грейс
страшно обиделась за Ноя, когда Агата назвала его поверхностным человеком.
Между тем, родители Клары Хиллари и Джордж, сидели молча в ожидании, когда
Агата примет окончательное решение в отношении свадьбы. Их тоже не устраивал
скоропалительный разрыв между женихом и невестой. И хотя Агата любила
Хиллари и Джорджа и считала их своими близкими друзьями, существовала тонкая
грань, за которую они перейти не смели. В глубине души Агата считала их
глуповатыми. Если Ной говорил, что он ни в чем не виноват, значит, так оно и
есть. Значит, есть причина разрыва, о которой он предпочитает не говорить.
Родители считали Клару жертвой необузданного Ноя. Нет чтобы разобраться с
Кларой самим, они переложили проблему на Агату. Хотя ей-то в ее годы энергии
не занимать. Зачем, спрашивается, Ною за месяц до свадьбы учинять скандал?
Это была тайной. И Агата должна была эту тайну узнать, даже если тайна и
будет кому-то неприятна. Не могла же она в самом деле связать Ноя и силком
привести к алтарю. Правда, такой вариант не исключался. Агата рассчитывала,
что у нее есть рычаги воздействия на Ноя. В конце концов он слишком похож на
нее, а это значило, что у него развита интуиция. Поэтому Агата сомневалась и
не могла принять окончательного решения.
Агата пробормотала:
— Черт побери, Грейс, где же ты?
Джордж прокашлялся и спросил:
— Ты действительно переживаешь за нее?
— Конечно, переживаю. Она самый ответственный человек, которого я когда-
либо встречала. Раз ее здесь нет, значит, что-то с ней произошло.
Таким образом Агата показывала причину своей нерешительности. На самом деле,
она пыталась выиграть время и дать возможность Грейс воздействовать на Ноя.
Вдруг из этого что-то выйдет. В том, что Грейс вчера направилась к нему,
Агата уже не сомневалась. Но если Ной приударил за девчонкой, то ему не
сносить головы.
Клара демонстративно рыдала. Она стала некрасивой. Глаза ее набухли, а губы
без косметики стали тонкими. Как раньше Агата не замечала, что Клара не
слишком хороша. Кажется, она ошиблась — такие женщины не нравятся мужчинам.
Без косметики они выглядят, как курицы. Хиллари протянула дочери новый
платок — третий по счету за утро. Она, очевидно, не могла ждать, и спросила:
— Ты говорила, что вы поспорили. Может, она просто сердится.
— Я и сама не знаю... — недоуменно ответила Агата. Обычно Грейс
звонит. Она отходчивая девочка.
Джордж изумленно поднял брови.
— Выходит, ты позволяешь панибратство?
Ах, вот в чем дело!
— подумала Агата. Они хотят унизить Гр
...Закладка в соц.сетях
