Жанр: Любовные романы
Рай - техас
...скочила:
- Вы безумны? Я не могу поверить, что все это происходит в действительности. Вам нужен не
компаньон - вы говорите о любовнице.
Он поднял одну бровь, и она подумала, что никогда еще не встречала такого холодного человека,
начисто лишенного каких-либо эмоций.
- Разве? Не припоминаю, чтобы использовал это слово.
- Прекратите играть со мной!
- Мне известно, что вы ведете активную жизнь, и я не жду, что вы с ней покончите, но иногда,
когда мне понадобится, я хотел бы, чтобы вы шли на уступки.
Кровь стучала у нее в ушах, и ее голос, казалось, шел откуда-то издалека:
- Зачем вы так обращаетесь со мной?
- Как?
- Шантажируете меня! Ведь это прямой шантаж, не так ли? Если я буду спать с вами, вы оставите
"Розатек" в Теларозе? Если я не буду этого делать, вы переведете компанию.
Он ничего не сказал, и она не смогла подавить симптомов пробудившейся в ней истерии.
- Мне пятьдесят два года! Если вы ищете для себя любовницу, почему бы вам не поступить
подобно другим мужчинам вашего возраста и не найти кого-нибудь помоложе?
- Молодые женщины меня не интересуют. Она повернулась к нему спиной, ее ногти впились в
ладони.
- Неужели вы так сильно ненавидите меня?
- Я вовсе не ненавижу вас.
- Я знаю, что вы делаете. Вы осуществляете своего рода вендетту, запоздавшую на тридцать лет.
- Моя вендетта касается города, а не вас.
- Но я - одна из тех, кто будет наказан.
- Если вы расцениваете это таким образом, мне трудно изменить ваше мнение.
- Я не собираюсь... идти на уступки.
- Понимаю.
Она повернулась снова:
- Вы не можете заставить меня.
- Я никогда бы не стал заставлять вас. Все целиком зависит от вас самой.
Отсутствие эмоций в его словах делало ситуацию почти нереальной. Он безумен, подумала она. Но
его темные глаза смотрели спокойно.
Молящая нотка, которую она не смогла подавить, закралась в ее голос:
- Пообещайте мне, что вы не переведете "Розатек"!
Впервые он заколебался, было почти очевидно, что в нем происходит нелегкая внутренняя борьба.
- Я не буду давать никаких обещаний до той поры, пока вы не обдумаете наш разговор.
Она шумно вздохнула:
- Теперь я хочу уехать домой.
- Хорошо.
- Я оставила в доме сумочку.
- Я принесу ее вам.
Она стояла в саду одна, пытаясь осмыслить то, что произошло, но ситуация явно выходила за рамки
ее личного жизненного опыта. Она попыталась подумать о чем-нибудь другом, и кровь застыла у нее в
жилах. Если Бобби Том узнает об этом, он убьет Уэя Сойера.
- Вы готовы?
Она вздрогнула, когда он прикоснулся к ее плечу.
Он мгновенно убрал руку и подал ей сумочку.
- Машина ждет вас.
Он кивнул в сторону кирпичной дорожки, которая огибала дом, и она направилась к ней прежде, чем
он успел взять ее под руку.
На подъездной аллее стоял "БМВ", и она поняла, что Уэй собирается сам отвезти ее домой. Он
открыл дверцу, и Сузи покорно скользнула на сиденье, но не произнесла ни слова. Она закрыла глаза и
попыталась представить, что рядом с ней Хойт, но на этот вечер, похоже, он взял выходной.
"Почему ты оставил меня? Как мне выдержать это в одиночку?"
Через пятнадцать минут он остановил машину и, глядя поверх ее головы, спокойно сказал:
- Я собираюсь уехать из страны примерно на три недели. Когда я вернусь...
- Пожалуйста, - прошептала она. - Не заставляйте меня мучиться.
Его голос был холоден и ровен:
- Когда я вернусь, я позвоню, чтобы узнать ваше решение.
Она выпрыгнула из машины и бросилась по пешеходной дорожке к своему дому; 'она так бежала,
словно все призраки ада мчались за ней по пятам.
Сидя за рулем своей машины, самый кошмарный человек в Теларозе следил за тем, как она
удаляется. Как только захлопнулась дверь, его лицо исказилось от гнева и боли.
Глава 12
Впервые за весь вечер никто не совал салфетку ему под нос, чтобы заполучить автограф, не тащил
танцевать и не приставал с вопросами об устройстве соревнований по гольфу. Наконец-то у него
выдалась свободная минутка, и он прислонился спиной к доскам перегородки. Этот кабачок был
любимым местом развлечения жителей Теларозы, и в эту субботу народ оттягивался здесь вовсю, тем
более что Бобби Том оплачивал всем выпивку.
Он поставил бутылку пива на обшарпанный стол и обрезал одну из тонких сигар, он время от
времени позволял себе побаловаться ими. Грейси дурачилась в центре зала, пытаясь освоить мелодию
новой песенки "Брукс-энд-Данн".
Несмотря на все ухищрения, она не тянула на высший класс. Она, конечно, была миловидной -
этого нельзя отрицать. Даже хорошенькой. В краю, где в ходу длинные волосы, эта короткая
разлетающаяся стрижка производила неотразимое впечатление и была, по всей видимости, последним
писком искусства Ширли, и он невольно восхитился, когда соблазнительные завитки внезапно
распушились вокруг ее личика, поблескивая всеми теплыми тонами меди. Но он предпочитал, чтобы
его женщины были ослепительными блондинками с ногами, растущими из-под мышек, и с грудью как
два мяча.
Они являлись достойной наградой за кровь, пролитую на полях НФЛ, за изнурительные, по два раза
на дню, тренировки, за выдержку, с которой он принимал на себя такие жестокие удары соперников,
после которых трудненько бывало вспомнить даже свое собственное имя. Отказаться от них значило
отказаться от самого себя.
Он сделал большой глоток "Шайнера", но пиво, скользнув в желудок, не заполнило пустоты в душе.
Ему следовало бы сейчас идти в атаку с мячом под рев стадиона и вопли Кэйлбоу, но вместо этого он
выламывается перед кинокамерой, словно какая-нибудь затраханная "кисуля", и притворяется
обрученным с леди, которую трудно принять даже за утешительный приз.
Впрочем, нельзя сказать, что маленькая фигурка Грейси не смотрелась соблазнительно в этих
веселеньких джинсах, настолько узких, что сам Лен Браун вот уже десять минут пялится на ее зад.
Бобби Том, конечно, велел своей матери проследить, чтобы у Грейси имелась пара джинсов, но речь,
естественно, шла не о таких штанцах, где промежность подтягивается к пупку.
Проблема, связанная с дурацкой щепетильностью Грейси, заставила его нахмуриться. Он не поверил
своим ушам, когда мать сообщила ему, что эта упрямица решила сама платить за свои тряпки, и обе
курицы не придумали ничего умнее, чем отправиться на дешевую распродажу. Ему следовало
присмотреть за ними. Он, черт побери, не беден, и женщина, на которой ему предстоит жениться,
должна одеваться во все лучшее! Он молча проглотил эту пилюлю и дал выход своему гневу только
после того, как Ширли вернула ему деньги за прическу и макияж. Они крепко поцапались с Грейси.
Черт возьми, ох, как она упряма! Она заявила, что не только не возьмет у него ни пенни, но даже
заплатит ему за жилье, как только подкопит деньжат.
Несмотря на все это, он собирался обставить ее в следующем забеге. Вчера он заскочил в лавочку
Милли и отхватил там великолепное черное платье.
Милли обещала выкинуть лозунг "Товар обратно не принимается", если Грейси вздумает вернуть его
ей. Так или иначе он намерен в этом вопросе навести флотский порядок.
Он откупорил бутылку ногтем большого пальца. Может быть, ему стоит еще раз потолковать с
Уиллоу? Ему начинало приходить в голову, что дело запахнет керосином, если Грейси выяснит, кто
фондирует ее жалкую зарплату. Впрочем, прошло уже две недели, а дна, кажется, так ни о чем и не
подозревает. О чем, черт возьми, думала его мать, когда советовала ей надеть этот парчовый жилет с
перламутровыми застежками? Дураку ясно, что под ним ничего нет, кроме ее хилей грудной клетки.
Забойная песенка "Брукс-энд-Данн" кончилась, ее сменил медленный блюз. Он не собирался
изображать из себя джентльмена, однако встал, чтобы оказаться рядом с ней до того, как она останется
без кавалера. Он не успел сделать и трех шагов, как Джонни Петтибоун оттащил ее от прежнего
партнера, и они начали танцевать. Бобби Том остановился, чувствуя себя одураченным, а затем
приказал себе улыбнуться Джонни. Нет ничего дурного в том, что этот парень захотел немножко
развлечь ее. Здесь все относились к Грейси доброжелательно. И вовсе не потому, что она невероятно
мила. Сам факт, что она принадлежит Бобби Тому Дэнтону, гарантировал, что всякий будет обращаться
с ней как с королевой.
Когда Джонни крепко прижал Грейси к себе, он ощутил острый укол раздражения. Она как-никак
обручена, и этому франту не следовало бы так забываться, впрочем, Бобби Том не заметил и с ее
стороны ни малейшего признака сопротивления. Более того, она вскинула свое личико вверх, как
головку подсолнуха, внимая каждому слову Джонни. Для существа, которое постоянно смущается и
чувствует себя не в своей тарелке, она, определенно, вела себя слишком свободно.
Он вспомнил о проблеме Грейси, связанной с ее сексуальными аппетитами, и вновь нахмурился. Что,
если она потеряет самоконтроль, переходя из объятий в объятия, разгоряченная танцами и атмосферой
всеобщего возбуждения? Эта мысль до чертиков обеспокоила его. Он не мог осуждать ее за
естественную тягу к существам противоположного пола, но ей не следует пускаться во все тяжкие
сейчас, когда вся Телароза знает, что она обручена с ним. В Теларозе не существует тайн, и, случись
что, люди тут же начнут шептаться, что эта милашка Грейси Сноу совсем не прочь натянуть своему
жениху нос.
Он подавил стон отчаяния, но все же нашел в себе силы улыбнуться, когда Конни Кэмерон ленивой
походкой подошла к нему.
- Эй, Би Ти, хочешь потанцевать со мной?
Она покачала бедрами в такт мелодии и чуть задела его грудь кончиками своих грудей. То
обстоятельство, что она тоже была помолвлена, казалось, совершенно не смущало ее.
- С удовольствием бы, Конни, но дело в том, что Грейси становится сама не своя, если я танцую
больше одного раза с какой-нибудь красавицей, поэтому мне приходится следить за собой.
Конни откинула с лица прядь своих темных волос, которая оплела ее длинную серебряную сережку.
- Я не думала, что доживу до того дня, когда ты позволишь кому-нибудь приручить себя.
- Я тоже так думал, пока не встретился с Грейси.
- Если тебя беспокоит Джим, то сегодня он на дежурстве. Он даже и не узнает, что мы танцевали.
Она подчеркнула последние слова, слегка вывернув губы, явно намекая на то, что танец - это
далеко не все, что она может ему предложить.
Бобби Том знал, что Джимбо неотступно следит за Конни, но он сторонился ее отнюдь не по этой
причине. Просто с недавних пор он обнаружил, что больше не может скрывать своей неприязни к
назойливым леди ее типа.
- Я не слишком беспокоюсь насчет Джимбо. Я забочусь о Грейси. Она действительно очень
чувствительна.
Конни посмотрела на танцующих и критическим взглядом окинула Грейси:
- Она стала выглядеть гораздо лучше с тех пор, как ты разрешил ей пристроиться к тебе. Но даже
если это и так, она все равно не тянет на твою женщину. Все в Теларозе считали, что ты женишься на
какой-нибудь известной фотомодели или кинозвезде.
- Загадочные пути любви не поддаются расчетам.
- Согласна и снимаю свою кандидатуру с повестки дня. Однако не затруднит ли тебя оказать мне
услугу, БиТи?
Волна усталости окатила его с головы до пят. Опять какие-то услуги. Он как проклятый торчал на
съемочной площадке по двенадцать часов в сутки, а последние дни стали для него сущим наказанием.
Обычно в кино ему нравились динамичные сцены погонь или драк, но только не такие, в которых герой
поколачивал женщин. Он боялся и пальцем дотронуться до Натали и не раз предлагал Уиллоу заменить
его дублером.
Когда он возвращался домой, его начинали доставать беспрестанные звонки, а в дверь стучались
настырные сборщики пожертвований. Измученный суетой, он спал не более четырех часов в сутки.
Прошлой ночью ему пришлось слетать на своем "Бароне" в приют Кристи, чтобы открыть там
благотворительный банкет, а за день до того его изнасиловали в прямом эфире - в "Для тех, кто не
спит". Он улыбнулся темноволосой красотке:
- Все что угодно, Конни!
- Не мог бы ты заехать ко мне как-нибудь вечером и поставить автограф на паре футбольных мячей,
которые я купила для своих племянников?
- Буду только рад, милая.
Он, естественно, заедет. С Грейси под ручку.
Мелодия наконец угасла, и он, извинившись, кинулся к танцующим, чтобы отлепить Грейси от
Джонни Петтибоуна. Лен Браун успел туда раньше, но он не позволил ему открыть рот:
- Привет, ребята. Как думаете, имею я право на танец с моей разлюбезной малышкой?
- Ну конечно же, Бобби Том.
Недовольство, прозвучавшее в голосе Лена, вызвало у него прилив раздражения. Грейси тем
временем бросила на него убийственный взгляд - за "разлюбезную малышку". То, что ему удалось
разозлить ее, восстановило его душевное равновесие.
Последнее время они были так заняты, что им почти не удавалось побыть вместе. Кроме того, они до
сегодняшнего дня ни разу не появлялись на людях вдвоем, что стало вызывать нежелательные
разговоры. Надо сказать, эта девушка добавила ему головной боли. Она была так чертовски деятельна,
что у него не хватало фантазии, чем бы ее занять. Поболтавшись туда-сюда, она превратила себя в
девочку на посылках для всей компании и заботливую нянюшку для ребенка Натали.
Он посмотрел на ее сияющее личико и не мог удержаться от улыбки. У нее была самая нежная кожа
на свете и невероятно притягательные глаза. Была в них некая чертовщинка, которая всегда поднимала
ему настроение.
- Они запускают новый танец, Грейси. Попробуем выйти в круг?
Она с сомнением посмотрела на танцоров, которые выделывали ногами невесть что:
- Боюсь, я для этого не совсем пластична! Может быть, нам лучше переждать?
- И лишить себя удовольствия? - Он вытащил ее на площадку, приглядываясь к молодежи.
Через секунду-другую он подстроился к танцующим, считая шаги и делая правильные остановки.
Грейси же, наоборот, никак не могла попасть в такт и таскалась за Бобби Томом, как кукла. Впрочем,
она беспечно встряхивала волосами и сама смеялась своим ошибкам, словно ей было совершенно
безразлично, что она двигается хуже всех.
Влажные, медного цвета пряди волос прилипли к ее щекам и затылку. Она поворачивалась всегда
невпопад, верхняя пуговка ее жилета расстегнулась, обнажив изгибы ее очаровательных маленьких
штучек, которые совсем порозовели и покрылись капельками пота. Еще одна петелька соскочит - и
все, что скрывается там, будет выставлено напоказ. Эта мысль страшно возмутила его. Ради всего
святого - она ведь воспитывает малыша! Ей следовало бы вести себя скромнее!
Она слишком расшалилась, чтобы заметить его раздражение, которое усиливалось с каждым
мгновением, особенно когда он услышал, как незнакомые парни стали подбадривать ее:
- Давай, Грейси. У тебя все получится!
- Шевели ножками, Грейси!
Какой-то студент колледжа с большими бицепсами, оказавшийся рядом с ней, вызвал у Бобби Тома
неприязнь уже тем, что был одет в футболку команды "Уэйлор". Когда же этот малый ухватил Грейси
за бедра и крутанул ее, как ему хотелось, Бобби Том прищурил глаза, чтобы не выдать свое
недовольство.
Она рассмеялась, тряхнув кудряшками:
- Я никогда не смогу танцевать так!
- Уверен, что сумеешь. Хлебни-ка для бодрости! - Малый поднес бутылку пива прямо к ее губам.
Она сделала глоток и закашлялась. Парень рассмеялся и попытался заставить ее сделать еще один
глоток, но тут Бобби Том решил, что пора вмешаться. Он круто повернулся и смерил нахала тяжелым
взглядом.
Юнец вспыхнул:
- Прошу прощения, мистер Дэнтон!
Мистер Дэнтон! Вот оно, значит, теперь как?! Он схватил Грейси за руку и потянул сквозь толпу
веселящихся людей к запасному выходу в конце зала.
Она пару раз споткнулась.
- Что случилось? Куда мы идем?
- У меня колет в боку. Мне нужно на свежий воздух.
Он ударил по задвижке ребром ладони и вытащил ее во двор, на усыпанную гравием площадку, где
парковалось несколько автомобилей, освещенных тусклым светом единственного фонаря. Это был
задний двор кабачка, и пахло здесь только бензином, чипсами и пылью, но Грейси с удовольствием
втянула в себя воздух, удовлетворенно вздохнув.
- Ах, какой аромат! Спасибо огромное за то, что привез меня сюда. Я не знаю, когда еще я так
хорошо проводила время. Все здесь так милы со мной.
Глаза ее сияли, как лампочки в Рождество. Воздухозаборник кондиционера грохотал рядом, но не
настолько, чтобы заглушить музыку, несущуюся из зала. Она откинула прядку волос со щеки, затем
медленно завела руки за голову и прислонилась спиной к грубой деревянной обшивке здания. Груди ее
подпрыгнули вверх и замерли.
Где она выучилась такому трюку?
Ему тут же захотелось вернуть назад свою прежнюю Грейси, с ее полосатым бесформенным платьем
и вечно встрепанными волосами. Ему было покойно с ней - с той, а эту ведьму он начинал ненавидеть
и злился еще больше, сознавая, что сам повинен в ее трансформации.
- Тебе разве не кажется, что мне может не понравиться, что моя невеста демонстрирует свою грудь
всем и каждому в Теларозе?
Она опустила глаза, и ее рука метнулась к расстегнутой пуговице.
- О-у, Боже мой!
- Я не знаю, какая муха тебя укусила, но тебе лучше успокоиться и начать вести себя более или
менее пристойно.
Она резко вскинула лицо и посмотрела на него пристальным взглядом, потом сжала зубы и
расстегнула вторую пуговицу.
Он был так удивлен ее вызывающим поведением, что ему потребовалось несколько секунд, чтобы
вновь обрести голос.
- Грейси, подумай, что же ты вытворяешь?
- Тут никого нет. Мне жарко, а у тебя на меня иммунитет, поэтому - какая разница?
От нее действительно веяло жаром. Он не понимал, что с ней творится, но твердо знал, что надо
положить этому конец.
- Я никогда не утверждал, что равнодушен к тебе, - терпеливым тоном возразил он. - Ты ведь
все-таки женщина? Или это не так?
Ее глаза широко раскрылись. Это была неудачная шутка, и ему сразу же сделалось стыдно за свои
слова. Это чувство усугубилось, когда она неожиданно произнесла озабоченным тоном:
- Тебя беспокоит твое колено, Бобби Том! Вот почему ты так мрачен сегодня. Ты должен был сразу
сказать мне об этом.
Этого еще не хватало! Грейси, вместо того чтобы закатить ему пару оплеух, сама ищет оправдание
его грубости. Он смалодушничал, потянулся к своей злополучной ноге и, морщась, помассировал
мениск.
- Бывало и хуже.
Она взяла его за руку:
- Я чувствую себя самовлюбленной дрянью. Поедем домой и обложим больную ногу льдом.
- Думаю, что мне сейчас следует больше двигаться. Давай лучше потанцуем.
- Ты уверен?
- Конечно, уверен. Они поставили пласт Джорджа Сгрейта, не так ли?
- Разве?
Он схватил ее за плечи и притянул к себе:
- Ты хочешь сказать, что не узнаешь песенку старины Джорджа?
- Я не очень хорошо знаю исполнителей кантри.
- В Техасе он больше значит, чем сам Санта-Клаус.
Вместо того чтобы вернуться в зал, он крепко обнял Грейси и сделал шаг с поворотом. Потом другой.
Потом еще и еще. Они танцевали между стареньким "фейрлейном" и "тойотой", и ее волосы пахли
персиками.
Как только ее сапожки зашуршали по гравию, он не удержался и сунул руку ей под жилет. Его
пальцы побежали по твердым, как камешки, позвонкам. Она с такой готовностью откликнулась на его
ласку, что у него исчезли последние сомнения в том, что ей грозит непосредственная опасность пасть
жертвой первого попавшегося на ее пути ублюдка.
Эта мысль привела его в бешенство. Ему не стыдно признаться в своей симпатии к Грейси кому
угодно, даже самому себе. Он совсем не хочет, чтобы она подарила цветок своей девственности тому,
кто не сможет быть с ней ласков и нежен в эту ответственную минуту. Ей может подвернуться один из
молодых самовлюбленных недоносков, которые больше болтают, чем делают, неспособные
удовлетворить ее страсть. Или какой-нибудь маньяк грубо натешится с ней и бросит подыхать гденибудь
в придорожной канаве, и она, если выживет, навсегда лишится возможности получать
наслаждение от физической близости с мужчиной. В этом мире таких дурех вроде Грейси поджидают
одни неприятности и ловушки.
Он слишком долго играл в прятки с правдой, но момент истины наконец наступил. Если он и дальше
намеревается без отвращения поглядывать на себя в зеркало, ему придется самому взяться за то, что
должно быть сделано. Грейси стала его другом, а Бобби Том никогда не поворачивался спиной к
друзьям. Раз уж ситуация для нее складывается не очень приглядным образом, он взвалит на себя эту
заботу и станет первым в ее жизни мужчиной.
Впервые за весь вечер его мрачное настроение улетучилось. Он почувствовал себя так, словно только
что выписал пятизначный чек на какое-нибудь благое дело. И, не давая себе труда обдумать все
сложности, которые определенно мог повлечь за собой этот шаг, ринулся в бой.
- Грейси, мы всегда обходили стороной эту тему, но мне кажется, пришла пора кое-что уладить.
Помнишь, в ту ночь, когда ты вдрызг напилась, ты кое-что мне сказала?
Он ощутил, как она напряглась.
- Я была бы очень признательна тебе, если бы мы оба забыли о той ночи.
- Это трудно сделать. Ты вела себя довольно-таки агрессивно.
- Как ты уже сказал, я была пьяна.
Он сказал "вдрызг пьяна", но сейчас не стоило поправлять ее.
- Спиртное иногда действует так, что правда выходит наружу. Мы оба знаем о твоем маленьком
секрете и не должны ходить вокруг да около этой темы. - Он передвинул руку немного выше и
ласково погладил один из ее позвонков указательным пальцем. - Ты напоминаешь мне пороховую
бочку, набитую до отказа взрывчатым веществом. Почему в тебе скопился такой заряд энергии -
потому что ты постоянно отказываешь себе в одном из самых сладких удовольствий в жизни.
- Я не отказываю. Просто у меня никогда не появлялось такой возможности.
- Судя по тому, что я сейчас видел, такая возможность может возникнуть в любую минуту. Эти
мальчики отнюдь не святоши, а ты только что выставляла им себя напоказ.
- Я никому не выставляла себя напоказ.
- Ну хорошо. Давай скажем так: ты с ними кокетничала без меры.
- Я кокетничала? Неужели?
Ее глаза округлились от изумления, смешанного с восторгом, и он понял, что допустил тактическую
ошибку. С типичной для нее непредсказуемостью она восприняла его замечание не как критику, а как
дорогой комплимент. Не давая ей утвердиться в мысли, что она теперь первая красавица юга, он
поспешил продолжить:
- Мне думается, настало время совместно пошевелить мозгами и разработать план, который будет
выгоден нам обоим.
Мелодия подошла к концу. Он неохотно вытащил свою руку из-под жилетки Грейси и отпустил ее.
Прислонившись спиной к дверце "фейрлейна", он скрестил руки на груди.
- Мне кажется, у нас обоих назрели определенные проблемы. У тебя двойка по сексу, но, коль скоро
мы считаемся помолвленными, ты не можешь брать уроки у кого попало. Я же, со своей стороны, с
давних лет привык вести регулярную сексуальную жизнь, но, поскольку мы живем в маленьком
городке, мне нельзя позволить себе позвонить своим старым приятельницам и что-то предпринять, как
ты считаешь?
Грейси покусывала нижнюю губу.
- Да, я, гм... Что ж, это, определенно, проблемы.
- Но их не должно быть. Ведь так?
Ее грудь заходила ходуном, словно она только что сделала забег на короткую дистанцию.
- Полагаю, что да.
- Мы с тобой - взрослые люди, и нет никаких препятствий к тому, чтобы мы не смогли помочь
друг другу в этом вопросе.
- Помочь друг другу? - переспросила она тихо.
- Конечно. Я мог бы дать тебе наставления, в которых ты пока что нуждаешься, а ты могла бы
удержать меня от тайных визитов в известный квартал. Я считаю, что такой план сработает
великолепно.
Она нервно облизнула губы:
- Да, пожалуй, сработает... мм... все очень логично.
- И практично.
- И это тоже.
Он услышал в ее голосе нотку разочарования и понял, в чем дело. Женщинам, даже самым с цепи
сорвавшимся, нужна романтика перед тем, как созреет момент для волшебной "работы ногами", как
говорят футболисты.
- Видишь ли, секс не доставляет большого удовольствия, если партнеры рассматривают его только
как некое физиологическое отправление.
Она опять закусила губу.
- Да, конечно, в этом, наверное, удовольствия мало.
- Итак, если мы пришли к согласию в этом вопросе, пойдем дальше. Мы должны с самого начала
отбросить все, что идет от нашего сознания, и прислушаться к своим чувствам.
- А как это можно - прислушаться к чувствам?
Он мотнул головой, словно отгоняя назойливую муху.
- Это не значит, что мы не должны установить некоторые основные правила. Я думаю,
предварительная договоренность еще никогда никому не вредила.
- Я знаю, что ты очень предусмотрителен.
Голос Грейси подрагивал, но малышка находила в себе силы шутить. Он внутренне усмехнулся, но
тут же приосанился, как евангелист на телевидении, и с мрачным видом оглядел ее:
- Очевидно, что для меня все это будет тяжелой психологической нагрузкой.
Малышка была так поражена, что он еле сумел удержаться от смеха.
- Почему для тебя?
Он сделал вид, что его оскорблявшее непонятливость.
- Дорогая, но это же элементарно. Я обладаю колоссальным опытом, в то время как в твоем активе
ничего нет, кроме целительного поцелуя в пятку. Ты сейчас представляешь собой чистый лист, и мне
придется крепко поломать голову, прежде чем вывести первое слово. Существует опасность, правда,
теоретическая, что я могу все испортить, и ты будешь травмирована на всю оставшуюся жизнь. Бремя
ответственности целиком и полностью ложится на мои плечи. Я могу гарантировать, что все пойдет
хорошо, только в том случае, если возьму наши отношения под строгий контроль.
Она настороженно посмотрела на него:
- Что ты имеешь в виду?
- Боюсь, это настолько шокирует тебя, что ты откажешься от всего прежде, чем мы начнем.
- Прошу тебя, говори!
Она напоминала игрока в лотерею, у которого совпало пять номеров и которому не терпится открыть
последнюю цифру.
Большим пальцем он поправил поля своего стетсона.
- Мне
...Закладка в соц.сетях
