Жанр: Любовные романы
Что я сделал ради любви
...отеху, но оставь нас одних на
несколько минут. Умоляю. Потом я все тебе расскажу. Уж я-то знаю, как ты
любишь посмеяться над хорошим анекдотом!
Мег пронзила Ланса яростным взглядом и взяла Брэма под руку:
— Пойдем, приятель. Я налью тебе выпить.
В последнем он совсем не нуждался, но у Мег были добрые намерения.
Брэм оценивающе оглядел Джорджи, и она ясно увидела как он пытается решить,
насколько долгим и крепким должен быть поцелуй. Однако у него хватило
выдержки не переиграть. И поэтому он просто коснулся ее руки:
— Я буду рядом, если понадоблюсь.
Она намеревалась остаться в холле, но у Ланса, очевидно, были другие
соображения и он повел ее в гостиную. Его страсть к пустым поверхностям и
жестким современным линиям, должно быть, помешала по достоинству оценить
чудесную комнату с деревцами кумквата, тибетскими покрывалами и индийскими
подушками, расшитыми крошечными зеркальцами. Хотя дом Брэма был просторным,
все же мог поместиться в одном углу гигантского сооружения, в котором
Джорджи жила когда-то с Лансом.
И тут она вспомнила то, о чем должна была подумать раньше.
— Мне очень жаль малыша. Правда.
Ланс остановился перед камином, так что лоза, обвивавшая каминную доску,
казалось, росла из его головы.
— Да, тяжелая потеря. Но срок был совсем маленьким, а Джейд так легко
беременеет, что мы не позволили себе слишком уж расстраиваться. Ничто не
происходит без причины...
Джорджи этому не верила. И считала, что беда иногда приходит, потому что
жизнь очень жестока.
— И все же мне жаль.
Судя по тому, как безразлично пожал плечами Ланс, она вдруг поняла, что
втайне он не испытывает ничего, кроме облегчения.
Откуда-то издалека донесся раскат грома.
Джорджи смотрела на Ланса и поражалась себе самой. Как она могла любить
этого ограниченного человека с мелкой душонкой и поверхностными эмоциями!
Она была покорной женой, угадывавшей все желания мужа, но ни разу не
осмелилась излить на него свой гнев. И сейчас самое время это сделать!
Она шагнула к нему:
— Я никогда не прощу тебя за вранье, которое ты распространил по всему
городу! Как ты смел лгать, что это я не хотела детей? Как мог быть таким
трусом?!
Он был застигнут врасплох ее атакой: недаром потупил глаза и принялся теребить браслет на запястье.
— Это... это все мой пиар-агент. Его инициатива.
— Еще одна наглая ложь.
Ее гнев вырвался на свободу вместе со вспышкой молнии.
— Ты вообще не мужчина! У тебя был миллион возможностей исправить
содеянное и сказать правду. Но ты предпочел отсиживаться в кустах!
— Почему ты так враждебно настроена? И что я должен был сказать?
— Правду, — отрезала Джорджи, подступая еще ближе. Они были почти
одного роста, так что она могла прямо смотреть ему в глаза. — Но ведь в
этом случае ты выглядел бы в глазах публики еще большим подлецом, а вынести
это было невозможно.
Ланс растерялся так, что стал заикаться.
— Не тебе говорить о подлецах. Как ты могла выйти за эту задницу?
— Легко. В постели он бог и обожает меня.
Ложь и правда в одном флаконе.
— Но ты всегда его ненавидела! Не понимаю, как это могло
произойти! — возмутился Ланс.
— От ненависти до великой страсти один шаг, — отрезала Джорджи.
— Так все дело в этом? В сексе?!
— Определенно. Во всяком случае, отчасти. И часть эта весьма велика.
Очень велика.
А вот это уже удар ниже пояса. Тот факт, что Ланс был не слишком одарен
природой, никогда особенно ее не беспокоил. Зато беспокоил его, и ей
следовало бы устыдиться. Но не тут-то было!
— Брэм просто ненасытен. Последнее время я почти целые дни провожу
голой, не говоря уж о ночах. Наверное, скоро вообще забуду о необходимости
одеваться.
Ланс всегда отказывался признать существование проблем в их интимной жизни.
Вот и сейчас отвернулся, старательно изучая мавританскую резьбу на каминной
доске.
— Джорджи, я не хочу ссориться с тобой. Мы не враги.
— Подумай хорошенько, прежде чем утверждать подобные вещи.
— Если бы ты только перезвонила мне... я и так не знаю, куда деваться
от сознания собственной вины. Не представляю, как ему это удалось, но он
сумел уговорить тебя. Я хочу помочь. Помочь тебе выбраться из всего этого.
— Интересная мысль. Да только я не нуждаюсь в помощи.
— Но факт заключается в том, что ты вышла за него... — Он
стремительно повернулся лицом к Джорджи. — Разве не понимаешь? Этот
брак не только унижает тебя, но и обесценивает то, что было между нами.
От потрясения Джорджи на несколько мгновений лишилась дара речи. Немного
придя в себя, она рассмеялась.
Ланс напыжился: воплощение оскорбленного достоинства.
— Это не смешно! Будь на его месте порядочный человек... Наши отношения
были честными и искренними. И пусть не продлились долго, но в то время
казались чем-то настоящим.
Он отошел от камина и направился к ней.
— Если ты вышла за Брэма по собственной воле — а мне очень трудно в это
поверить, — значит, запятнала наши отношения и уронила собственное
достоинство.
— Ладно, боюсь, твое присутствие в этом доме чересчур затянулось.
Однако Ланс слышал только самого себя.
— Он игрок! Ленивый, влачащий бесцельное существование никчемный тип.
Он не только пьяница, но еще и наркоман! Полнейшее ничтожество!
— Немедленно убирайся!
— Ты не скажешь мне правду? Все еще слишком злишься. Тогда объясни: что
бы ты сделала на моем месте? Что, если бы, будучи замужем, встретила любовь
всей своей жизни? Как бы поступила?
— Ну прежде всего я никогда бы не вышла замуж за человека, которого не
посчитала бы любовью всей своей жизни.
Ланс съежился и словно обмяк.
— Я знаю, ты думаешь, что я совершил непростительное предательство, но
прошу посмотреть на это с другой стороны. Попытайся понять, что между мной и
Джейд никогда бы ничего не было, не покажи ты мне, что это такое — без
памяти любить кого-то. Всей душой.
От такой наглости Джорджи захотелось смеяться и кричать одновременно, но она
только головой покачала. Ланс дернул себя за клочковатую бородку.
— Сознаюсь, это трудно понять, но, не будь тебя, я никогда не узнал бы,
на что способно мое сердце.
Он потянулся к Джорджи, но, должно быть, увидел что-то в ее глазах, потому что мгновенно передумал.
— Джорджи, ты дала мне мужество любить Джейд такой любовью, которой она
достойна. И я заслужил право на эту любовь.
Нечто вроде нездорового любопытства завладело Джорджи.
— Ты это серьезно?
— Я уже говорил, как раскаиваюсь в том, что ранил тебя. И вовсе не
хотел причинить тебе столько боли.
Она не раз наблюдала все то же скорбное выражение лица, с которым он смотрел
телевизионные новости, читал особенно трогательную книгу или навещал приют
для животных. Ланс всегда был сентиментален. Однажды она видела, как он
прослезился над рекламным роликом пива.
— Ты не представляешь, как много отваги мне понадобилось, чтобы уйти от
тебя, — продолжал он. — Но мои чувства к Джейд... чувства Джейд ко
мне... были сильнее нас обоих.
— Ты сказал
сильнее
?
— Не знаю, как еще объяснить. Ты показала мне дорогу к любви, и я
обязан тебе всем. Если не хочешь, можешь не рассказывать, как попала в этот
переплет. Но я все равно помогу тебе. Позволь мне сделать это для тебя.
Пожалуйста, Джорджи, разреши помочь тебе.
— Но я не хочу искать выход из этой ситуации.
Новый громовой раскат, уже гораздо ближе, сотряс окна.
— Мы с Джейд говорили о тебе. У нее есть дом на Ланай. Очень
уединенный. Там всегда тихо и спокойно. Брось его, Джорджи. Поезжай туда на
пару недель отдохнуть, а потом...
Он поднял руку, хотя Джорджи не произнесла ни слова.
— Выслушай меня! Я знаю, сначала это может показаться странным. Но
обещай, что выслушаешь.
— Да я не пропустила бы этого за все сокровища мира, — заверила
Джорджи.
— Думаю, мы нашли способ сделать так, чтобы мы трое подружились. И эти
отношения помогут восстановить твою репутацию.
— Не знала, что моя репутация так сильно пострадала.
— Скажем так: это поможет людям забыть, что ты вообще была замужем за
Брэмом Шепардом.
Он снова дернул браслет.
— Ты, Джейд и я... У нас появился шанс делать добро. Нечто такое, что
станет примером всему миру. Пообещай, что не станешь отказываться, пока не
обдумаешь все самым серьезным образом. Больше я ни о чем не прошу.
— Неизвестность просто меня убивает.
— Мы, Джейд и я, хотим, чтобы ты вернулась в Таиланд вместе с нами.
Стены снова задрожали от грохота.
— Поехать с вами?
— Понимаю, это кажется чистым безумием. Сначала я тоже так посчитал. Но
чем больше мы обсуждали это, тем яснее сознавали, что нам подвернулся
идеальный шанс показать миру, как люди, которые предположительно должны быть
врагами, могут жить вместе в мире и гармонии.
Джорджи затошнило. Сейчас ее вырвет! Где бы взять бутылку коки?
В окна барабанил дождь.
— Пресса с ума сойдет, — уговаривал он. — Ты будешь выглядеть
святой в глазах публики: все забудут о твоем безумном замужестве. Дело, за
которое боремся мы с Джейд, правое дело, привлечет больше внимания. Но лучше
всего то, что люди по всему миру будут вынуждены пересмотреть причины своих
личных и религиозных распрей. Может, мы не изменим мир, но положим начало
новым отношениям.
— Я... у меня нет слов.
Двери распахнулись, и в комнату ввалились гости. Очевидно, Брэм и Мег не
поделились новостью о приезде Ланса, потому что все разом замолчали и
уставились на них. Наконец Рори прервала молчание:
— Ничего себе! Вы, друзья мои, устраиваете весьма интересные вечеринки!
— Да уж... — пробормотала Лора, не в силах оторвать глаз от Ланса,
который расплылся в улыбке при виде Пола.
— Пол, как я рад снова тебя видеть! — воскликнул он и, раскинув
руки, направился к нему. — Я скучал по тебе.
— Ланс...
Джорджи была потрясена, увидев, что Пол просто пожал руку ее бывшему мужу,
вместо того чтобы упасть на колени и умолять Ланса принять ее обратно.
Из кухни появилась раскрасневшаяся Чаз с подносом, на котором стояли чашки и
тарелка домашних шоколадных трюфелей. За ней следовал Эрон с кофейником. Чаз
так таращилась на Ланса, что потеряла равновесие и едва не упала.
— Т-там в машине кто-то сидит, — пролепетала она.
— Это Джейд, — спохватился Ланс. — Мне нужно идти.
— Ты привез сюда Джейд? — ахнула Джорджи. Ей вдруг стало нехорошо.
В голове словно жужжал рой пчел.
— Я же говорил, что приехал прямо из аэропорта, — напомнил
Ланс. — И стекла в машине тонированные. Никто ее не увидит.
Неловкое молчание вновь воцарилось в комнате. Вперед выступил Брэм.
— Позор на вашу голову, Ланселот! Заставить жену ждать в машине! —
Его глаза зловеще сузились. — Найди мне зонтик, Чаз, и я приглашу ее в
дом.
Джорджи оцепенела. Должно быть, она ослышалась! Но она не ослышалась. Брэм
зол и ведет себя как упертый болван!
— Немедленно прекрати! — прошипел Пол. Брэм упрямо выдвинул
челюсть.
— Это вечеринка. Чем больше народу, тем веселее.
Джорджи ненавидела его, но для окружающих они любят друг друга. И здесь
столько свидетелей, что она не может позволить им увидеть ее истинные
чувства. Нужно показать, как женщина, счастливая во втором браке, среагирует
на особу, укравшую ее идиота-мужа.
— Чаз, ты что, не слышала? Принеси Брэму зонтик, а мне пистолет, чтобы
я покончила с собой у всех на глазах.
Очевидно, она нашла правильный тон, потому что Рори ухмыльнулась:
— Лучшая вечеринка за все мои последние годы.
— Самая лучшая, — поддакнула Лора.
— Поправь волосы, — прошипела Мег Джорджи, когда Брэм, Чаз и Ланс
исчезли. — И подкрась губы. Быстро!
— Не смей! — велела Рори, выбрасывая вперед руку. — Ты и так
хороша!
— Рори права, — согласилась подлиза-агент. — Джейд Джентри не
выдерживает сравнения с тобой.
Мег красноречиво закатила глаза:
— Да, если не считать самого прекрасного во всей Вселенной лица, тела,
за которое можно все отдать, и экс-мужа Джорджи.
— Действительно, — простонала Джорджи, — рухнув на
диван. — Все, что мне требуется, — это пистолет.
Пол поспешил подойти к дочери.
— Пойдем со мной, Джорджи, — велел он — Тебе нельзя оставаться
здесь.
Опять он ей приказывает, забыв, что она здесь хозяйка! Неуместная выходка
побудила Джорджи пойти наперекор отцу.
— Конечно, можно. Джейд для меня ничего не значит.
Ложь. И если Джорджи разлюбила Ланса, это еще не значит, что когда-нибудь
простит его или Джейд. Она хотела отомстить.
Через несколько минут в гостиной появилась Джейд, и тут же словно включился
невидимый
солнечный
прожектор, освещая ее необыкновенное лицо. Ну почему
Джейд так прекрасна? Какая ирония судьбы... Большинство мужчин-звезд
выглядели лучше на экране, чем в жизни, зато женщины казались жертвами
энцефалита: головы слишком большие в сравнении с их истощенными телами. Но
только не Джейд. Она была неотразима. Изысканное дитя старого Голливуда:
огромные оленьи глаза, как у Одри Хепберн, скулы Кэтрин Хепберн и сливочно-
белая кожа Грейс Келли. Блестящие прямые темные волосы обрамляли идеальное
лицо словно сошедшее с Валентинки. И ни капли макияжа! Груди немаленькие, но
не вульгарно огромные. Тоненькая талия и длинные ноги. Она была не так
высока, как Джорджи, но держалась с такой властной уверенностью, что Джорджи
с трудом отделалась от странного желания грохнуться на колени. Ей казалось,
что она начинает усыхать и уменьшаться в размерах, как шагреневая кожа! Ланс
стоял слева от Джейд, а Брэм — справа. Пол выступил вперед, чтобы
поздороваться, загородив собой Джорджи. Случайно или намеренно — кто знает?
— Я Пол Йорк. Насколько я понял, вы только что с самолета.
— Этот полет, казалось, никогда не кончится.
Как и Ланс, она выглядела усталой, но черные слаксы прямого покроя и черный
топ без рукавов выглядели шикарно. Ничто не выдавало в ней женщину, которая
меньше месяца назад потеряла ребенка.
Джейд переминалась с ноги на ногу, стараясь заглянуть за спину Пола и,
очевидно, пытаясь отыскать взглядом Джорджи, обнять и сделать вид, будто
очень рада встрече. К счастью, в этот момент зазвонил ее мобильник.
— Простите, мне нужно ответить. Двое наших людей заболели в самолете.
Она сняла с плеча сумку-торбу, вытащила телефон и отошла. Лора налила себе
кофе, а Мег стащила с тарелки трюфель. Брэм направился к Джорджи. Она очень
надеялась, что он не подойдет слишком близко, потому что тогда она точно не
устоит от искушения пнуть его.
Рори делала все, чтобы ослабить напряжение.
— Лора, я слышала, что вы стараетесь пристроить Джорджи в проект
Гринберга? Оригинальный сценарий. Жаль, что не достался нашей студии.
— Картина о бимбо-вампирше?
Мег наморщила нос.
— Мама мне что-то говорила.
— Джорджи идеально подходит на эту роль, — вставил Пол.
— Джорджи не будет сниматься. Ей надоели комедии, — объявил Брэм.
Он был прав, однако Джорджи очень разозлилась: чего ради он отвечает за нее?
— Лора устроила для меня встречу с Гринбергом.
Джейд явно разволновалась, хотя никто из присутствующих не мог разобрать ни
единого слова. Наконец она закрыла телефон и, мрачно хмурясь, вернулась к
Лансу.
— У меня плохие новости насчет Дэри и Элен. Помнишь ту вспышку
атипичной пневмонии на Филиппинах? Врачи боятся, что они подхватили именно
эту гадость.
— Атипичная пневмония? О Господи!
Ланс взял ее за руку: двое против всего остального мира.
— Они поправятся?
— Не знаю. Сейчас их изолировали и накачали антибиотиками.
— Нужно немедленно ехать в больницу.
— Это невозможно.
— Разумеется, возможно. Проберемся черным ходом.
— Проблема не в этом.
Она сунула телефон в сумку и откинула волосы на спину.
— Мы никуда не можем ехать.
Ланс погладил жену по руке:
— О чем ты?
— Со мной говорил директор окружного департамента здравоохранения. Ему
звонили из больницы. Анализы Элен и Дэри будут готовы только через двое
суток, и пока они не узнают точно, атипичная это пневмония или нет, всех,
кто был на борту, отправляют в карантин, — сообщила Джейд, встревоженно
оглядывая комнату. — Заодно с теми, с кем мы за это время были в
контакте.
В гостиной воцарилась мертвая тишина. У Джорджи голова пошла кругом. Брэм
словно окаменел.
— Но вы не имеете в виду нас? — робко спросил Пол.
— Боюсь, что именно так и есть.
Брэм не шевельнулся.
— Хотите сказать, что следующие двое суток нам придется оставаться в
этом доме? — уточнил он. — Но мы практически не были в контакте ни
с кем из вас.
— До утра вторника, — сдержанно подчеркнула Джейд, глядя при этом
на Джорджи.
— Невозможно! В понедельник у меня несколько встреч, —
всполошилась Лора.
— Завтра мы с мамой едем кататься верхом, — вскинулась Мег.
— Я по крайней мере могу выдерживать карантин и в своем доме, —
отмахнулась Рори. — Пройду через заднюю калитку.
— Сначала лучше проконсультироваться с департаментом
здравоохранения, — предупредила Джейд. — Эти парни не шутят.
Уверена, что сначала вам придется отослать всех слуг.
Чаз взяла кофейник у Эрона и обратилась к Брэму:
— Что такое
атипичная пневмония
? Никогда о ней не слышала.
— Она еще называется
тяжелый острый респираторный синдром
, —
ответил за него Эрон. — Серьезное заболевание и заразное. Несколько лет
назад в Азии разразилась пандемия, которая убила сотни людей, а заболели
тысячи. Пандемия — все равно что эпидемия, только большего масштаба.
— Я знаю, что такое эпидемия, — буркнула Чаз с такой неприязнью,
что Джорджи сразу поняла: девчонка лжет.
— Все это чушь собачья, — отрезал Брэм. — Ланс не пробыл в
доме и четверти часа. И всем известно, что никто с ним не целовался.
— Все это я объяснила директору департамента, но он и слушать ничего не
пожелал, — вздохнула Джейд.
Лора выхватила из кармана телефон.
— Дайте мне номер. Я заставлю его слушать!
Но не одна она была настроена так решительно: мобильники уже были в руках
Брэма, Пола и Рори. Эрон посмотрел на Джорджи и тоже взялся за мобильник.
Ланс растерянно огляделся:
— Не могут же звонить все сразу?
— Давайте я, — вызвалась Рори. — У меня связи...
Следующие полчаса все вслушивались в разговор Рори с чиновниками
департамента здравоохранения, а потом и с самим мэром. Наконец даже она
признала поражение.
— Здесь никакие связи не помогут. Это политическое дело, и поскольку в
нем замешаны знаменитости, никто не хочет брать на себя ответственность,
если ситуация выйдет из-под контроля. Конечно, они перестраховщики, но,
похоже, мы застряли здесь до вторника.
Присутствующие стали многозначительно посматривать на Джорджи, пытаясь
определить ее реакцию на необходимость двое суток прожить в одном доме со
своим бывшим и его новой женой. Скутер Браун наверняка знала, как разрулить
ситуацию. Вот и прекрасно. Пусть эта маленькая стервочка решает, как быть.
— Придется как-то выходить из положения. Давайте устроим большую
домашнюю вечеринку. Повеселимся! — предложила Джорджи.
— У меня в морозилке тонна продуктов, — поддакнула Чаз, — так
что это не проблема.
— Мне нужно выпить, — почти простонал Брэм.
— Ну конечно, еще бы не выпить, — процедила Джорджи, прежде чем
успела прикусить язык. А это означало, что нужно срочно звать на помощь
Скутер. — Прекрасная мысль, милый. Открой пару бутылок.
— А где все будут спать? — вмешалась Чаз.
Джорджи следовало бы предложить Полу разделить комнату с Лансом. Пусть
насладится общением со своим любимым бывшим зятем.
Постепенно все уладилось. Мег настояла на ночлеге в офисе Брэма, предоставив
спальню гостевого домика в распоряжение Рори и Лоры. Полу предстояло спать в
офисе Джорджи. Гостевую комнату, где спала Джорджи, отвели Лансу и Джейд,
что вынудило Джорджи объяснить, что она пользуется этой комнатой как
гардеробной и должна взять оттуда свои вещи. Чаз и Эрон долго спорили
шепотом, после чего Чаз согласилась пустить Эрона в свою гостиную. Все это
означало, что Джорджи придется проводить ночи в постели мужа. Сама это мысль
так расстроила ее, что Скутер вновь была вынуждена прийти на помощь.
— По-моему, ветер стихает, — прочирикала она. — Давайте
зажжем огонь на веранде. Мы могли бы даже сделать с'морес.
— Но можем и не делать, — протянул Скип.
Рори позвонила своей домоправительнице и попросила уложить туалетные
принадлежности и одежду в пластиковый мешок и оставить у задней калитки. Мег
одолжила Лоре просторную ночнушку. Чаз и Эрон раздавали полотенца, мочалки,
постельное белье и зубные щетки. Все это время Джорджи боролась с ощущением
нереальности происходящего.
Когда гроза перестала бушевать, Мег повела Рори и Лору в гостевой дом, а
Брэм, поеживаясь под мелким дождиком, побежал к калитке за вещами Рори. Пол
налил себе бренди и уселся на веранде. Ланс и Джейд изъявили желание
помыться после долгого путешествия, и Эрон повел их наверх.
Джорджи принялась помогать ничуть не признательной за это Чаз убирать со
стола. Вскоре она услышала шум душа в своей комнате. Через двадцать минут
все стихло.
Один душ на двоих. Как мило!
В ней все кипело. Достаточно противно сознавать, что Ланс снова, пусть и
временно, живет с ней под одной крышей, но присутствие Джейд делало ситуацию
абсолютно невыносимой. И во всем виноват Брэм!
Джорджи закрылась в его спальне, обустроив для себя уютный уголок в дальнем
конце комнаты, за инкрустированным деревянным столиком и парой легких
кресел. Торшер с тяжелым бронзовым основанием освещал шезлонг, на котором
умещался только один человек. Здесь она и будет спать. Кровать Брэма
предназначена для секса, не для ночной близости.
Джорджи подошла к окну и взглянула на политую дождем подъездную дорожку.
Хотя было уже далеко за полночь, перед воротами были припаркованы две
машины. Это папарацци несли вечную вахту, молясь о выигрышном снимке,
который принесет им состояние.
Поскольку в департаменте здравоохранения знали имена тех, кто по глупой
случайности попал в карантин, утечка произойдет очень быстро. Им придется
выпустить пресс-релиз.
Старые проблемы забыты. Отныне все мы — одна большая счастливая семья
.
Ланс наконец получит то, чего добивался: видимость того, что Джорджи его
простила.
Джорджи прислонилась щекой к оконной раме, гадая, каково это — всю жизнь
говорить только правду. Но для этого она выбрала неправильный город.
Голливуд построен на иллюзиях, фальшивых фасадах и улицах, ведущих в никуда.
За спиной хлопнула дверь. Джорджи услышала привычное позвякиванье кубиков
льда и уловила запах дождя.
— Послушай, я не хотел, чтобы так обернулось, когда приглашал ее в дом. Прости. Мне очень жаль.
Искреннее извинение Брэма немного охладило ее гнев.
— А чего ты, собственно, ожидал?
— Да пойми же, я был зол.
Он говорил тихо, поглядывая на стену, отделявшую их от незваных гостей в
соседней комнате.
— С чего это вдруг ему взбрело в голову вломиться сюда! И меня так
достала вся эта идея с Джейд, сидящей в машине и картинно жалеющей тебя,
потому что ты, по ее мнению, так убита и уничтожена их великой любовью, что
не находишь мужества глянуть ей в гребаные глаза!
Что же, в такой интерпретации...
Но его властность, так похожая на отцовскую манеру командовать, выводила
Джорджи из себя.
— И все равно решение принимать должна была я, не находишь?
— Но ты же не собиралась его принимать. — Он стал расстегивать
влажную белую рубашку. — Мне надоело видеть, как ты пасуешь каждый
...Поділитися у соцмережах
