Жанр: Любовные романы
Влюбленный сказочник
Мелинда возвращается в родной городок, откуда сбежала семь лет назад с
любимым человеком. Позади у нее неудачный брак, а на руках — трое детей-
близняшек. Теперь о любви она и не мечтает, а зря...
— Ну, и долго еще ты собираешься притворяться, будто не знаешь, что
она вернулась?
Карл Катлер выглянул из-за стопки свежих листовок
Разыскивается
,
которые собирался нести к доске объявлений, и безразлично (по крайней мере,
так ему казалось) посмотрел на своего босса и одновременно кузена. А еще
Квинт был шерифом одного процветающего, хотя и маленького городка
Серендипити, штат Монтана.
— Кто?
Квинт подумал, что обычно Карлу такая рассеянность несвойственна. Но
за последние две недели поведение его младшего двоюродного брата заметно
изменилось. Пора прекратить блуждать вокруг да около, ожидая, пока все
решится естественным путем. Нужно как следует встряхнуть своего упрямого
помощника.
— Мелинда Морроу, — пояснил Квинт.
Карл взял одну из листовок и четыре кнопки. Он сделал все возможное,
чтобы его голос звучал безразлично.
— Она же сейчас живет с Гринвудом.
— Жила. — Сложно понять, о чем думает человек, если видишь только его
затылок. — Она сбежала из той дыры сразу же, как бросила Гринвуда, который
увез ее отсюда.
Карл пожал плечами, делая вид, что за последние семь лет вообще не
вспоминал о Мелинде Морроу. Даже несмотря на то, что она покинула город ради
чудесной и удивительной жизни
со Стивеном Гринвудом. Ей было все равно,
куда ехать, лишь бы не оставаться в Серендипити.
Этот город как большая деревня. Здесь все так предсказуемо! Я хочу
почувствовать вкус жизни. Разве тебе этого никогда не хотелось, Карли?
Он не смог тогда ответить, что чувствует в себе неведомую жизненную
силу только рядом с ней. Эта девушка была единственной, кто заставлял Карла
чувствовать жизнь во всей ее остроте. Но он промолчал.
Мелинда воспринимала его как лучшего друга, которому могла доверить
все, что угодно. Например, то, что безумно влюблена в Стивена Гринвуда и что
они хотят
вдвоем запрыгнуть на Луну
. Для Мелинды это означало
уехать из
Серендипити
.
Но не из его сердца.
Карл пытался забыть о ней, вычеркнуть ее из своей жизни. Так же
легко, как вычеркнул последнюю букву из своего имени. Имя Карл помощнику
шерифа подходило куда больше.
Черт! Мужчина не должен так тосковать о женщине, которую он даже ни
разу не поцеловал. Стоило Карлу вспомнить ее имя, как снова волной
накатывали воспоминания...
Он, разумеется, позволял своей большой и не в меру заботливой семье
знакомить его с другими женщинами, надеясь, что внезапно возникнет та самая
магия, которая заставила пятерых его кузенов пойти к алтарю. Но из этого
ничего путного не выходило. Не было ни любви, ни вообще каких-либо чувств.
Лишь ряд милых, ничего не значащих свиданий.
И теперь Мелинда возвращается. Вместе со своими детьми — тремя
замечательными малышами (двумя девочками и мальчиком).
Тройняшки. И все похожи на свою светловолосую мамочку. По крайней
мере, так рассказывал Вилли Пруитт. Он постоянно околачивался возле
центрального универмага и исправно снабжал население новостями. Слушать его
было куда интереснее, чем читать газету.
— Я знаю, что она вернулась Квинт.
— Ты слишком долго молчал.
Карл поднял взгляд.
— А что я мог сказать?
Квинт лишь вздохнул и покачал головой. Из трех братьев и одной сестры
только ему Карл говорил о своих чувствах к Мелинде.
— Ну, например, что собираешься пойти навестить ее, —
предположил Квинт.
Подавив непривычное чувство раздражения, Карл мягко произнес:
— Мелинде не нужно, чтобы я ходил к ней в гости. Здесь и без
меня хватает желающих.
— Хватит прикидываться дураком, Карл. Ты же прекрасно
понимаешь, что я имею в виду. Мне кажется, она нуждается в друге.
Когда-то он хотел быть для Мелинды всем. Достаточно было сказать
всего лишь одно слово. Но теперь те времена остались позади...
— Если ей понадобится друг, это будет Морган, — сказал он, вспомнив о
своей младшей кузине. — Они всегда были довольно близки.
— Это будешь ты, — поправил Квинт. — Ты был к ней ближе.
Карл закрыл пустую папку и положил ее на свой стол.
- И все же недостаточно близко. Иначе...
Не было смысла говорить, что Мелинда не делилась с ним своими планами
об отъезде до последнего момента. Стив всегда казался Карлу слишком
поверхностным и зацикленным на себе. Он не был подходящей парой для Мелинды.
Конечно, он был красив, как кинозвезда, но его душа... В сердце
Стивена Гринвуда было место лишь для его собственных эгоистичных интересов.
Карл собрал всю свою смелость и сказал об этом Мелинде. А она,
презрительно фыркнув, заявила, что он говорит точь-в-точь как ее папочка,
стремившийся удержать дочь в этой дыре на всю жизнь.
Такой была их последняя встреча.
Потом Карл случайно узнал (подслушав разговор матери с его тетушкой
Зои), что Мелинда уехала. Ее отец был вне себя от ярости, говоря, что всегда
предчувствовал, что она, как и ее мать, рано или поздно сбежит с каким-
нибудь кретином. Правда, в глазах Карла девушку оправдывал тот факт, что
сбежала она не от мужа и ребенка, как когда-то сделала ее мать.
Квинт откинулся на спинку стула, прищурив глаза.
- Никогда не думал, что ты можешь затаить на кого-то злобу.
— Это не злоба! — Ответ был слишком резким. Карл понял это и сбавил
тон. — Прошло семь лет. Что я могу ей сказать?
— Можешь последовать моему примеру и сказать ей:
Привет,
Мелинда
, — Карл посмотрел на Квинта. — Ну ладно, тогда:
Добро пожаловать
домой
. Или:
Рад тебя видеть
.
Нет смысла продолжать этот дурацкий разговор. Карл не намеревался
разыскивать Мелинду, как пропавшего щенка. Если ей что-то от него нужно,
пусть найдет его сама.
— Да, может быть, — пробормотал Карл, пытаясь отыскать в ящике своего
стола отчет. Однако его там не было. Раздраженный, он толкнул ящик и встал.
— Но у меня слишком много дел.
Поднявшись на ноги, Квинт подошел к брату и положил руку ему на
плечо.
Он всегда чувствовал, что Карлу кто-то нужен, потому что его родители
были довольно безразличными людьми. Поэтому он и взял кузена под свою опеку.
В конце концов, примеру сына последовали и мать с отцом, заботясь о Карле
так, словно он был их собственным чадом, а не племянником.
— Мы очень ценим твою помощь и твою работу, благодаря которой мы
можем спать спокойно, но ты должен уделять хоть какое-то время себе самому.
Сделай хоть раз что-то для себя! — Квинт знал, что, приходя к его родителям
на ужин, Карл потом допоздна работает на их ранчо.
— Я и так делаю. Мне просто нравится помогать дядюшке Джеку и
тете Зои. У вас всех давно свои семьи, и им не хватает кого-то, с кем можно
понянчиться. Да и я ничего не имею против. Наоборот, никто никогда не был
так добр ко мне, как твои родители.
— В таком случае ты отлично знаешь, что значит чувствовать
чужое тепло. Не хочешь для разнообразия поделиться и своим?
Карл нахмурился. Он знал, к чему ведет его кузен.
— С чего ты взял, что Мелинде нужна чья-то доброта?
— Она вернулась домой с тремя детьми — без мужа — и живет
с отцом. Что еще, по-твоему, ей нужно?
— Ссуда в банке? — пошутил Карл.
— Она уже взяла ее.
Да, шутка не удалась...
— Зачем? Стив оставил ее с кучей долгов?
Квинт покачал головой и налил себе чашку кофе из автомата.
— Она хочет открыть новый детский сад. Пытается найти
применение своему образованию, а заодно и позаботиться о своих детях.
Детский сад? Морган упоминала что-то про Мелинду, написав, что та
собирается стать учительницей. Но почему тогда она не устроилась на работу в
местную школу?
— Кажется, ты прекрасно осведомлен о ее делах.
Квинт расправил плечи.
— Я все-таки шериф. Мне полагается знать кое-что о людях в моем
городе. — Его глаза сузились. — И, в качестве моего подчиненного, ты тоже
должен знать эти вещи.
Карл подумал, что ему известно и так слишком многое. Например, запах
ее волос, когда ими играл утренний ветер... То, как ее улыбка разгоняла даже
сгущавшуюся темноту...
— Тебе не кажется, что это уже перебор? — спросил Карл с
выражением скуки на лице, но Квинт только рассмеялся.
— Пошли парня в колледж, и после трех лет он возомнит себя
Аристотелем. Ты все время уходишь от темы.
— Никакой определенной темы нет. Нечего обсуждать. То, что я
говорил тебе семь лет назад, осталось в прошлом.
В этот момент зазвонил телефон, и Карл облегченно перевел дух. Квинт
поднял трубку.
— Офис шерифа.
Карл решил, что ему пора перекусить. Может, к его возвращению тема о
приезде Мелинды умрет сама собой?
И все же любопытство заставило его задержаться в дверях.
— Ага, — протянул Квинт. — Х-мм... Ясно.
Он повесил трубку в тот самый миг, когда Карл взялся за дверную
ручку.
— Постой, Карл. Это дело для тебя, — произнес Квинт, что-то быстро царапая на клочке бумаги.
— Домашняя драка?
— Не-а, — отозвался Квинт, дописав и подняв глаза.
— Но и не ограбление, так ведь? — Конечно, Карлу очень нравился
их тихий городок, но иногда все-таки хотелось какой-нибудь встряски. — Их не
было с тех пор, как Билли Вессон украл машину своего отца, чтобы покататься,
а старикан подал в суд.
Ухмыльнувшись, Квинт снова покачал головой. Карл нахмурился.
— Может, хотя бы намекнешь?
— Тебе нужен намек? Пожалуйста: кошка, — сказал Квинт и
показал ему бумажку с адресом.
Карл сразу же узнал и улицу, и дом.
— Поезжай сам.
Откинувшись на спинку стула, Квинт положил ногу на стол.
— Не могу.
Интересно, откуда у меня столько терпения? — подумал Карл.
— Почему?
— Я занят.
— И чем же?
Ухмылка Квинта стала еще шире.
— Отправляю подчиненного на службу.
— Тот парень, которого ты отправляешь, не имеет ни малейшего
желания ехать по этому вызову, к тому же ему пора на обед. Поезжай сам, а я
возьму следующий. Даже два, — упрямо добавил Карл.
Но Квинт покачал головой и указал на свой значок.
— Не стоит торговаться с начальством. Вот эта мелкая штучка
дает мне право приказать тебе взяться за этот вызов. Или я тебя уволю.
Карл посмотрел на адрес на бумаге. В этом месте он был несчетное
количество раз. Ее дом.
— Это грязный трюк.
— Нет, это кот, который не может слезть с дерева. Его зовут
Мистер Вискерз, если хочешь обратиться к котяре по всем правилам.
— Я бы обратился сейчас к тебе, только боюсь, мои слова нарушат
субординацию.
Квинт рассмеялся.
— Все про тебя маме расскажу.
Родители Карла уже умерли, и, честно говоря, он не испытывал по ним
особой тоски. У них вообще были сложные отношения. Но тетушка Зои — совсем
другое дело.
И теперь ему придется поехать в дом былых надежд снимать с дерева
кошку. Мир — чертовски странное место.
— Кстати, если тебе доведется переговорить с тетушкой Зои до
меня, передай ей, что ее средний сын вырос настоящим садистом.
— Такой садизм она вполне одобрит. Кстати, будь с помягче с
кисой. Это кот редкой норвежской породы.
— Ага.
Кот редкой норвежской породы. Интересно, что это означает? Кошки не
были его страстью, как, впрочем, и другие представители фауны. Карла
привлекали люди, а не животные.
Мелинда Морроу чувствовала себя разбитой.
У нее было слишком много дел, когда пришло время начать новую жизнь с
нуля, и с тех пор, казалось, ей некогда даже вздохнуть. Правда, начинала она
не совсем с нуля. Тогда она была бы совсем одна, а сейчас у нее были Молли,
Мэтью и Мэгги. Она ничуть не сомневалась в том, что только тройняшки еще
заставляли ее на что-то надеяться.
Мелинда никогда не подозревала, что может любить кого-то так сильно,
как этих малышей, которых она называла про себя
полусироты
, — их отец,
которому она подарила свое сердце, не хотел иметь ничего общего с
собственными детьми.
Они твои
, — сказал он ей на прощание.
Какое унижение, думала она, кружа вокруг огромного дуба. Она всем
говорила, что сама решила уехать от мужа, что Стив отказался взрослеть -и
отчасти это было так. Но на самом деле именно он уничтожил их брак. Вся
совместная жизнь с ним была чем-то ненадежным, ненастоящим, и в ней не было
места для троих детей...
Стив все время хотел отдать малышей или своим родителям, или ее отцу.
Ему было все равно, будут ли их там любить и заботиться. А когда Мелинда
заявила, что ни за что на свете не расстанется с детьми, Стив решил
расстаться с ней.
— И точка, — пробормотала женщина, глядя вверх на вцепившегося
в ветку Мистера Вискерза, любимца ее детишек.
Потеряв Стива, Мелинда вернулась домой, потому что больше ей некуда
было идти. К тому же она точно знала, что в этом маленьком городке ее дети
будут расти в безопасности. Она хотела, чтобы они чувствовали себя
защищенными.
У нее уже были планы насчет своей работы. Открыв в Серендипити
детский сад, она могла бы снова встать на ноги. По крайней мере, здесь бы
пригодился ее учительский опыт.
— Мама, там Вискерз! — вскрикнула Молли, показывая
пальчиком на вершину дерева. — Заставь его спуститься сейчас же!
Мелинда погладила девочку по светлым волосам.
— У тебя замашки настоящего диктатора, моя милая, — сказала она, нежно целуя старшую из
тройняшек. — Мы уговорим его спуститься, я тебе обещаю.
Правда, пока не знаю, как именно, растерянно подытожила Мелинда. Ну
почему кошки с такой легкостью забираются на дерево, а потом громко орут, не
зная, как слезть?!
Прикусив нижнюю губу, она засунула руки в карманы и пустилась в
очередной обход дуба. Мелинда уже позвонила шерифу, но если в ближайшее
время никто не появится, придется лезть на дерево самой.
Совсем как в старые добрые времена, подумала Мелинда, улыбнувшись.
Когда она была молода и ничего не боялась, ни один день не проходил без какого-
нибудь приключения. Вот она, пора взросления. Ты начинаешь осознавать
последствия своих поступков. Если она свалится с дерева, кто позаботится о
детях?
— Вот что я тебе скажу: давай-ка ляжем немножко поспать, и когда вы
проснетесь, Мистер Вискерз уже будет дома.
Она нежно подтолкнула возмущенную девочку к дому.
Мелинда купила Мистера Вискерза, когда Мэгги и остальные дети
отказались отойти от него в приюте для животных. Всем детям нужен любимец,
пусть даже и с такой родословной.
Нужно было завести механическую кошку, запоздало подумала Мелинда.
Игрушка не устроит никакого беспорядка в доме и уж никогда не залезет на
дерево. Но теперь слишком поздно.
Она выключила телевизор под возмущенный хор детских голосов.
- Пора спать! — объявила женщина, и возмущение тройняшек
усилилось.
Отгородившись от всех чувств, кроме тех, что приличествовали
помощнику шерифа, Карл позвонил в дверь. Ему пришлось повторить это нехитрое
действие еще два раза, прежде чем он решил, что шум в доме заглушает звонок.
Тогда он постучал кулаком в дверь, решив, что не будет отступать. И
про себя наградил Квинта несколькими неласковыми прозвищами.
Через несколько секунд дверь распахнулась — и Карл сразу же напрочь
забыл о той роли, которую собирался играть.
Восемнадцатилетняя Мелинда, покинувшая Серендипити, была красива.
Женщина, открывшая дверь, ошеломляла.
Наконец обретя дар речи, Карл ляпнул первое, что пришло на ум:
— Я пришел из-за кота.
Она словно опять превратилась в восемнадцатилетнюю девчонку, глядя на
мужчину, которому доверяла больше, чем кому-либо на всем белом свете.
Ей с трудом удалось вспомнить о настоящем — о своих детях, которые
столпились вокруг, как цыплята под крылышком наседки, и о том, что человек,
стоящий напротив нее, тоже сильно изменился.
И в лучшую сторону. Он стал выше. И крепче. Когда-то она проигрывала
ему лишь несколько сантиметров, теперь Карл был выше ее почти на голову.
Некогда худые плечи теперь стали широкими и мускулистыми.
Это не может быть тот самый человек... И все же это Карли. Карли
Катлер.
Мелинда моргнула, пытаясь вернуть себе самообладание.
— Карли?
Это было просто нечестно. Должен быть закон, предусматривающий
наказание для женщин, разбивших чье-то сердце и ставших через несколько лет
еще красивее. Было бы куда проще, если бы Мелинда вернулась истаскавшейся и
утомленной. Но увы... Она просто сияла красотой. Только в глазах поселились
глубокая грусть и мудрость, полученные, видимо, слишком дорогой ценой.
Карл сурово посмотрел ей в глаза, напомнив себе, что тонуть в них он
не имеет права.
— Теперь Карл.
— Карл, — послушно повторила женщина. Карл. В нем не осталось
ничего мальчишеского.
Годы закалили его тело, а лицо сделали жестче. Внезапно Мелинду
охватила тоска по тому юноше, которого она когда-то знала. Она улыбнулась,
но Карл не ответил на ее улыбку.
— Даже не скажешь
здравствуй
?
— Здравствуй, — вежливо произнес Карл и более уверенным голосом
повторил то, что сказал ранее: — Я пришел из-за кота.
— Ты? Но ведь я звонила в офис шерифа.
Карли. Она часто думала о нем в последнее время, гадала, не
стоит ли снова встретиться с ним... Он был единственным человеком, на
которого Мелинда всегда могла положиться. Она даже отыскала его имя в
телефонном справочнике. Он по-прежнему жил в городе, и номер не изменился...
Очевидно, только эти две вещи остались прежними.
Каждый раз, уже начав набирать его номер, она поспешно бросала
трубку, боясь того, что он может ей сказать. И того, что ее чувства,
внезапно ожившие, могут вспыхнуть с утроенной силой.
А теперь она могла только глазеть на него, как глупая школьница.
— Все верно. Меня и послал шериф.
Его ответы были отрывистыми, голос стал совсем другим. Наверное, она
заслуживала этой перемены в обращении. И все же ей было больно слышать
слова, произносимые таким тоном. Особенно в тот момент, когда ей больше
всего на свете было нужно надежное мужское плечо.
— И когда ты стал помощником шерифа?
Прежде чем ответить, Карл окинул взглядом дружное трио, прильнувшее к
матери. Три пары почти одинаковых голубых глаз изучающе смотрели на него.
Черт, какие симпатичные... Карл с трудом подавил желание присесть и
погладить тройняшек по кудряшкам.
— Когда Квинт стал шерифом.
— Квинт — шериф?! — Глаза Мелинды расширились от удивления. Ей
показалось, что голос, ответивший на ее звонок, знаком, но она никак не
предполагала, что это Квинт. Теперь все стало на свои места.
— Квинт Катлер?
— Он самый.
Карл хотел прекратить этот разговор, не зная, как долго еще сможет
просто стоять здесь, на расстоянии вытянутой руки от Мелинды. Он кивком
указал на дерево на заднем дворе.
— Кот там?
Раскаяние и раздражение причудливо переплелись в душе Мелинды. Ей
вовсе не хотелось беседовать с ним о коте, застрявшем на дереве.
— Поговори со мной, Карли... Карл, — поспешно поправилась
женщина, с трудом удержавшись от откровенной мольбы. Если бы она добавила
слово
пожалуйста
, а Карл снова посмотрел бы на нее с тем же холодом, ее
сердце бы этого не вынесло. Даже странно: размолвка, а затем и развод со
Стивом не ранили ее так сильно, как пренебрежение, которое демонстрировал
старый друг.
Карлу потребовалось изрядное усилие воли, чтобы остаться
непоколебимым. Сейчас Мелинда была здесь, но завтра ею может завладеть новое
увлечение, и она снова исчезнет. Он не хотел сочувствовать человеку, который
не удосужился прислать ему ни одной открытки за последние семь лет.
Девушка, в которую он был романтически влюблен, существовала только в
прошлом. Нужно научиться жить с этим знанием.
— Я и так разговариваю, — бросил он холодно, правда, при этом
не удержался и подмигнул очаровательной девчушке, которая смотрела на него
во все глаза. — Так где кот? Ты сказала по телефону, что кот застрял на
дереве, — он произносил слова неторопливо, словно читая их на огромном табло
где-то за спиной женщины. — Где именно?
— На заднем дворе, — сдалась Мелинда.
Она развернулась было, чтобы проводить помощника шерифа, но детишки
не пожелали оставаться без внимания и поспешили за мамой, а в результате
мальчик потерял равновесие и упал. Карл быстро подхватил его. Девочки тихо
хихикали, вцепившись в подол платья Мелинды.
— Поосторожней на поворотах, дружище, — Карл поставил мальчишку
на ноги и был вознагражден сияющей улыбкой, которая так походила на улыбку
его мамы. — Как тебя зовут?
Мальчик, смущаясь, засунул палец в рот и предпочел промолчать.
— Это Мэтью. Мэтью Карли Гринвуд.
Карл недобро посмотрел на Мелинду.
— Я назвала его так в честь своего лучшего друга, —
спокойно добавила она. — Это Молли Энн и Маргарет Мэй, — улыбнулась женщина,
взглянув на девочек и снова переведя взгляд на Карла. — Мэгги Мэй, как
пелось в одной старой песне.
Он прекрасно помнил эту песню.
Мэгги Мэй
была одной из любимых
вещей Мелинды.
Девочки не сводили глаз с Карла, и он, склонив голову, посмотрел на
них куда мягче.
— Очень рад знакомству с вами, юные леди, и с тобой, Мэтью. Это ваш
кот застрял на дереве?
Светлые кудряшки взметнулись вверх, когда три детские головки
кивнули, с надеждой глядя на помощника шерифа. Не в силах больше сохранять
холодность, Карл присел на корточки.
— И кто из вас его туда загнал? — (Дети, не сговариваясь,
показали пальцами друг на друга.) — Понятно, значит,
коллективными усилиями... Посмотрим, удастся ли нам уговорить его
спуститься. Покажи, на каком именно дереве он сидит.
Глубоко вздохнув, Мелинда направилась на задний двор.
— Сюда. — она изо всех сил пыталась говорить ровно и небрежно,
словно обращалась к дружелюбно настроенному незнакомцу, а не к другу
детства. — Не могу понять, почему кошки залезают на деревья, если потом не
могут спуститься вниз.
— Наверное, дело в инстинктивном стремлении укрыться от
опасности. Или им хочется понять, как высоко они могут залезть, испытать
прилив адреналина. А потом смотрят вниз, запоздало раскаиваются и начинают
осознавать, что может случиться, если они попытаются спуститься, — он
многозначительно взглянул на Мелинду. — Это их парализует.
Она открыто посмотрела ему в глаза.
— Ты это о кошках?
Карл невинно пожал плечами.
— Разумеется. Кого еще я могу иметь в виду?
Не было смысла продолжать.
— Никого.
Они подошли к огромному дубу, явно ровеснику этого дома.
— Мистер Вискерз наверху.
Карл шагнул назад, пытаясь получше рассмотреть верхние ветви.
— Ты уверена, что он там? Я никого не вижу. Возможно, кот все-таки
отважился спуститься... Посмотрев вверх, Мелинда указала на развилку ветвей,
склонив рукой голову Карла в нужном направлении.
— Вон он. Видишь? Меховой комочек, бело-серый.
Карл попытался проигнорировать чувства, которые вызвало в нем
прикосновение ее нежной руки. Он пришел спасать этого кота, а не
восстанавливать старые дружеские чувств
...Закладка в соц.сетях
