Жанр: Любовные романы
Надежная опора
...ей и Бартоном, можно считать отношениями. Она
была у него, когда он завершил свое изобретение. Мгновение восторга вызвало
у обоих взрыв страсти. Но это совсем не то, на чем можно строить будущее.
В ее воображении возник Клей с его сногсшибательной улыбкой и Молли у
него на руках. Тоби тряхнула головой. Нет. Лучше успокоиться. Если уж, по
мнению матери, Эдвард ей не подходил, то про Клея Бартона и говорить нечего.
Он непостоянен, безответствен и взрывоопасен, как нитроглицерин. Женщина,
которая решится вступить с ним в связь, рискует остаться с разбитым сердцем.
Но он так хорош с детьми
, — шептал коварный внутренний голосок.
— Я думаю, ты правильно сделала, что порвала с Эдвардом. Ну, а как
насчет того, чтобы встретиться и поужинать в понедельник вечером? Убирая на
чердаке, я нашла коробку, принадлежавшую твоему отцу, и хотела бы кое-что
показать тебе.
— А что это?
— Да, там есть интересные бумаги. Я должна проконсультироваться с
адвокатом, но полагаю, это может оказаться доброй новостью.
— Перестань темнить, мама. О чем ты?
— Я не готова сказать сейчас. Увидимся в понедельник вечером.
— Хорошо, мама.
Тоби повесила трубку и уставилась на телефон. Уклончивость матери
разожгла ее любопытство. На что это мать намекает?
В дверь постучалась Лилли и вывела ее из раздумий.
— К вам пациент, — объявила она и исчезла.
Утро пролетело быстро. Тоби приняла с дюжину больных. В основном с
весенней аллергией. Пока она выписывала рецепты, мысли ее постоянно
крутились вокруг Клея и его изобретения. Этой ночью, когда они поняли, что
преобразователь действительно работает, от восторга они просто упали в
объятия друг другу. Пьянящее зелье успеха, вот и все.
Лжешь. Кого ты обманываешь? Стараешься внушить себе, что в твоих
чувствах нет глубины? Надо что-то решать
.
Во время перерыва на ленч Тоби попыталась выбросить Клея из головы.
Хватит фантазировать. Все, что она о нем знает, — это любовь к детям и
страсть к хитроумным изобретениям. Развитие отношений требует взаимности. И
прежде всего она должна узнать настоящего Клея Бартона. Услышать о его
надеждах и мечтах. Какое детство сформировало его независимый характер? Тоби
чувствовала, что, если поймет Клея, это поможет ей простить отца.
— К вам посетитель, — объявила Лилли по интеркому, когда Тоби мыла
руки после последнего пациента.
Сердце у Тоби подпрыгнуло: Клей. Он сказал, что, возможно, заберет ее
и Молли на ленч.
Тоби вытерла руки, откашлялась и нажала кнопку интеркома.
— Пригласите его.
Она нагнулась к своему столу, вынула из нижнего ящика сумочку,
быстренько причесалась и намазала губы. Затем выпрямилась и улыбнулась.
— В этом не было никакой необходимости, ты и так прекрасна.
— Эдвард? — Улыбка застыла на ее лице. — Зачем ты здесь?
Бывший жених явился с огромным букетом желтых роз. Как всегда, в
костюме за тысячу долларов и с укладкой.
— Я пришел, чтобы вернуть себе твою привязанность, — заявил он,
направляясь к ней.
Тоби стояла за столом, сжав руки. Он остановился перед ней и протянул букет. Она приняла его.
— Я, вероятно, сошел с ума, когда отпустил тебя вчера вечером.
— Мне кажется, здесь не место и не время обсуждать наши отношения.
— Ради Бога, дорогая. Я понимаю, что пренебрегал тобой. Давай сядем и
все обсудим.
Тоби села на свой вращающийся стул с цветами в руках.
— Не имеет смысла...
— Шшш... выслушай меня.
Тоби вздохнула.
— Ладно.
— После того как ты ушла, я много размышлял над нашими отношениями.
— Да?
— Особенно когда прибыли гости и всем не хватало твоего присутствия.
Ага, вот где собака зарыта. Эдварду не хватало ее, потому что ее
отсутствие заметили его приятели. Он не выносит любого рода недоразумений,
особенно публичных. Прием гостей без нее нарушил этикет. Странно, как ясно
она теперь видит его мотивы.
— Послушай, Эдвард, я ценю...
— Нет, нет, — снова прервал ее Эдвард. — Позволь мне продолжить.
Тоби закрыла рот и положила цветы на стол.
— Тоби, ты исключительное сокровище, и ты должна быть моей невестой.
Если для тебя это так важно, я согласен на твое условие.
— Ты предлагаешь завести детей?
— Совершенно верно.
Он заложил руки за спину и ждал, не отводя взгляда от ее лица.
— Извини, Эдвард, все равно — нет.
На его лице проскользнуло удивление, словно он не ожидал отказа.
— Что?
— Я сказала — нет.
Искушенный в дебатах господин доктор вдруг не смог найтись.
— Хмм... ну, может, ты передумаешь?
— Я не люблю тебя. Мне казалось, что люблю, но теперь я знаю, что это
не так. Я лишь хотела иметь обеспеченное положение. Любовь и обеспеченность
— не одно и то же.
Эдвард выглядел так, словно ему только что дали под дых.
— Тогда мое первоначальное предположение, очевидно, справедливо.
— То есть?
— Что ты нашла другого.
— И вы чертовски правы!
Тоби и Эдвард одновременно повернули головы и увидели стоящего в
дверях Клея Бартона. Молли засунула палец в рот и обнимала его за шею. При
виде их у Тоби запело сердце.
Глаза у Эдварда сузились. Мужчины смерили друг друга взглядом, как
два борца перед боем.
Разница между ними была разительная. Эдвард — официальный, в
безупречном костюме и дорогих итальянских туфлях. Клей — в выцветших,
потертых на коленках джинсах, обтрепанных кроссовках и обтягивающей футболке
с какой-то надписью. Эдвард держался с королевским достоинством, а Клей
изображал непутевого парня.
Они оба были перед ней, сравнивать не имело смысла. При виде Клея
Бартона ее сердце билось чаще, а Эдвард оставлял ее равнодушной.
Эдвард представлял собой символ материального благополучия,
надежности и стабильности. Клей олицетворял простоту, непосредственность и
свободу. Всю жизнь Тоби уверяла себя, что хочет того, что может предложить
Эдвард, а в глубине души отчаянно нуждалась в том, что мог ей дать только
Клей.
Как она могла так долго заблуждаться?
С рассчитанной бесцеремонностью хищника, преследующего добычу, Клей
встал между Тоби и Эдвардом. Вид у него был угрожающий, несмотря на малютку,
которую он держал на руках.
— Тоби со мной, — заявил он.
У нее не было желания возражать.
— Мы с вами знакомы?
— Не думаю.
— Я несомненно где-то вас видел.
— Вы ошибаетесь, — твердо возразил Клей. Эдвард перевел взгляд с Клея
на Тоби.
— Это правда? Теперь ты с ним?
— Да, — неожиданно для самой себя ответила Тоби.
Это было правдой. То, что они вместе пережили, бесповоротно изменило
ее.
— Между нами все кончено, Эдвард. Извини за причиненную обиду.
— Ты уверена, Тоби?
— Вы слышали, что сказала леди? — прорычал Клей.
Верный своему характеру, Эдвард не стал вступать в бой. Он подхватил
розы и с важным видом удалился.
— Итак, это доктор Беннет, — констатировал Клей, как только соперник
скрылся из виду.
— Да, но я предпочла бы справиться с ситуацией сама.
— Что, черт возьми, вы в нем нашли?
Его петушиный наскок раздражал Тоби. Да, она покончила с Эдвардом, но
это вовсе не означает, что она уже все решила с Клеем.
— В отличие от некоторых других Эдвард очень организованный и
надежный человек.
Тоби выдержала его холодный взгляд.
— О-хо-хо. Это камешек в мой огород?
— Понимайте, как знаете.
— Посмотрите правде в глаза, Тоби. Вас привлекало его высокое
положение, вот и все.
— Это неправда.
— Ладно, не важно. Все это древняя история. Пойдемте. — Клей протянул
ей руку.
Тоби колебалась.
— Я не уверена, что хочу куда-нибудь идти с вами.
Клей наклонился над столом, Молли пристроилась у него на правом
бедре. Он протянул руку и коснулся Тоби, Она могла бы уклониться, но не
уклонилась.
— Я могу поцеловать вас, доктор Тоби Эвери, прямо сейчас, — глухо
сказал он.
Какая-то часть Тоби была готова уступить его мужскому напору, но
другая, более благоразумная, продолжала сопротивляться. Слишком многое
случилось за последние минуты. Ей надо было побыть одной и переосмыслить
свои возможности.
Она уже собиралась высокомерно отказать ему, но Молли улыбнулась ей и
протянула ручонки. Малышке она отказать не могла.
Она встала и взяла Молли, Клей обнял ее за плечи. Она увернулась. Он
обиженно промолчал.
Лилли удивленно посмотрела на них. Тоби с Молли на руках пошла
впереди, Клей плелся за ней.
— Вы многое обо мне узнали, и я хотела бы знать побольше о вас, Клей
Бартон.
— Мне казалось, что после вчерашней ночи мы пришли к взаимопониманию.
— С чего вы это взяли? Если девушка целуется с парнем, это еще не
значит, что она принадлежит ему.
Клей открыл ей дверцу машины. Он стоял так близко, что его запах,
терпкий, мускусный, действовал на нее как электрический ток.
— У нас было намного больше, чем поцелуй, и вы это знаете. Именно
поэтому вы испуганно сбежали.
Глаза их встретились, и Клей чуть нагнулся. Тоби подавила дрожь
приятного предчувствия. Он собирается снова ее поцеловать?
— Но я еще не ваша, Клей, — покачала она головой.
Он протянул руку и убрал прядь волос с ее щеки. Тоби подпрыгнула, как
ужаленная.
— Мне кажется, мы знаем друг друга всю свою жизнь, — продолжал Клей.
— Но это вовсе не так. Вы что-то скрываете от меня. Я рассказала вам
о своем детстве, своих надеждах, мечтах, ошибках, но не услышала ничего в
ответ. Вы хотите, чтобы я доверилась вам, но не осмеливаетесь довериться
мне. А здесь движение должно быть двухсторонним.
— Ничего я не скрываю. — Клей пытался ухмыльнуться, но получилось
неубедительно. Это только укрепляло подозрения Тоби о том, что в его жизни
есть нечто такое, о чем, по его мнению, ей лучше не знать.
— Пойдемте, Тоби, не заводитесь.
Усевшись в машину, Тоби заметила плетеную корзину для пикника.
— Что это?
— Сегодня такой прелестный весенний день, что я подумал устроить ленч
в парке. Мне казалось, так лучше всего праздновать весну, — заявил Клей с
очаровательной улыбкой, против которой Тоби была бессильна.
Пока они ехали к маленькому парку, Тоби изучала его профиль. Клей
такой разный. Сильный и напористый, как, например, при встрече с Эдвардом. И
в то же время мягкий и нежный, как вчера ночью, когда он обнимал ее или
ухаживал за Молли.
— Вот и приехали, — объявил Клей, останавливая машину в Уинстон-
парке.
Они выгрузили Молли и все, что было приготовлено для пикника, и
прошли по влажной зеленой полянке к тенистому дубу, который уже распускал
листочки.
Чистое голубое небо, нарциссы, порхающие с цветка на цветок бабочки —
картина первозданной весенней природы.
Тоби держала малышку, а Клей расстилал на холодной земле одеяло.
Потом с они Молли устроились на нем. Малышка пускала пузыри, радостно
повизгивала и дрыгала босыми ножками.
Клей поднял крышку корзины и вытащил сэндвичи.
— Ветчину и сыр или салат из цыпленка? — спросил Клей.
— Салат. Вы сами делали сэндвичи?
— Да.
При его напряженном бюджете Клей, вероятно, не может делать заказы.
— Шампанского? — спросил Клей, вынимая бутылку пенистого напитка.
— Совсем капельку. Мне надо будет вернуться на работу.
Клей снял фольгу и начал вынимать пробку. Шампанское искрилось у него
в руке. Вид шампанского пробудил в Тоби воспоминания. Сколько ночей она
мечтала о тех днях, когда сможет пить шампанское и есть икру на Французской
Ривьере! Она улыбнулась причуде своего детства. Приготовленный дома салат из
цыпленка и сэндвичи в парке с Клеем и Молли в тысячу раз вкуснее.
Тоби глянула на марку шампанского. Весьма дорогое, как ему удалось
купить такое?
— Я несколько лет хранил его в холодильнике... — пояснил Клей, словно
угадав ее мысли. Он вытер руки бумажной салфеткой, налил до половины два
пластиковых стаканчика и один из них протянул Тоби. — ...на случай вроде
этого. Празднование рециклера, весны, Молли и вас.
Тоби опустила голову, чтобы он не догадался, как ей это приятно, и
отхлебнула пьянящего напитка.
— А тост?
Клей поднял стаканчик и чокнулся с ней:
— За Тоби Эвери, женщину, которая оказалась там, где она всего
нужнее.
Чувство, с каким он это произнес, вызвало у Тоби слезы. Она с трудом сглотнула и покраснела.
— Да я не заслужила этого, — запротестовала Тоби.
— Вы были Божьим даром для Молли, — твердо заявил Клей. — И мы еще
разделим радость многих других изобретений.
Он снова чокнулся с ней.
Что он сказал? Боже, она тоже этого хочет!
— Да, мы надеемся, что доктор Тоби еще долгое время останется с нами,
не так ли, душка Молли Мэлони?
Малютка безмятежно грызла крекер и улыбалась.
Они потягивали шампанское и ели сэндвичи с салатом. Мысли у Тоби
вертелись вихрем. Рассудок приказывал ей быть крайне осторожной с Клеем и
выбираться из водоворота противоречивых эмоций.
— Это лучшее празднование, какое у меня когда-либо было, — заявил
Клей.
— Ой ли? — поддразнила Тоби. — Вы, вероятно, привыкли к триумфальным
шествиям?
— Да, — кивнул Клей. — Вы бы видели, какой праздник закатили мои
родители, когда я запатентовал непротекающий кран. Они пригласили самых
видных... — Клей вдруг осекся.
— Что? — оживилась Тоби. — Я хочу услышать. Если сэндвичи с салатом и
мы с Молли в качестве гостей — лучшее празднование, то каковы же худшие?
— Предки пригласили всех своих друзей и организовали барбекю во
дворе, — закончил рассказ Клей, поняв, что чуть не проболтался.
Он не мог сказать, что среди гостей были сенатор, звезды кино и
всемирно известный адвокат. Или что этот банкет обошелся в шесть тысяч
долларов. Но, несмотря на весь шум и список почетных гостей, он не врал,
когда говорил, что нынешнее празднование в тесном кругу дороже для него, чем
все изыски, которые могут позволить себе его родители.
Клей понимал, что рано или поздно ему придется открыть правду о своих
родителях. Но только не сейчас, не раньше, чем он запатентует свой
преобразователь и докажет, что стоит чего-то сам по себе, а не только как
сын своего отца. Кроме того, если он скажет ей правду сейчас, она может
разозлиться на то, что он обманом заставил ее провести уикенд с ним и Молли.
Он не мог рисковать.
Пересмешники пели свои песенки. Малиновки и сойки порхали между
ветвями. По полянке пробежала белка. Клей заметил, что Тоби краем глаза
рассматривает его.
— Идите сюда.
Поколебавшись немного, Тоби устроилась рядом с Клеем, и они смотрели,
как Молли ползает по одеялу.
Клей был счастлив и совершенно спокоен. Через два дня он съездит в
Хьюстон и зарегистрирует изобретение. Он уже приблизился к осуществлению
своей мечты — преобразователь в каждом доме. А в его доме жена. Жена?
Неужели он зашел так далеко в своих мыслях о Тоби?
— Посмотрите на облака, — прошептал Клей. — Видите, вон ковбой скачет
на лошади.
— Это игра мечтателей, — проговорила Тоби.
— Что вы имеете в виду?
— Мой отец так играл со мной. Он видел львов, замки и драконов, а я
видела только облака.
— О, постарайтесь еще. Чуть-чуть скосите глаза. Разве оно не похоже
на лошадь? Видите гордую голову? А это звонкие копыта.
— Извините, Клей, но я не отношусь к типу мечтателей.
— Ну что ж, — прошептал он. — Кто-то должен твердо стоять на земле.
Интересно, что она чувствует к нему?
Вопрос застрял у него в горле. Он знал, что Тоби его хочет. Но о ее
чувствах помимо физического влечения он не знал практически ничего. Однако
она здесь, с ним, а не с Эдвардом Беннетом. Клей попытался представить этого
надутого пластического хирурга лежащим на одеяле и младенца, лепечущего
рядом с ним. Не получилось. Он явно не подходит для этой роли.
И все же его беспокоило, что Эдвард Беннет явился в кабинет доктора
Эвери и сделал попытку примирения. Не попытается ли он еще раз? Не уступила
бы Тоби, если бы они с Молли замешкались?
— Ленч был просто замечательный, Клей, но мне надо возвращаться на
работу, — заявила Тоби, нарушая чары весеннего дня. Она села и разгладила
юбку.
— Вы вернетесь сегодня ко мне?
Клей встал и стал собирать остатки пикника. Тоби колебалась, и сердце
его трепетало.
— Я не уверена, что надо, — пробормотала наконец Тоби.
— Но почему?
— Я боюсь, что мы натворим что-нибудь, о чем потом пожалеем.
— Тоби, пожалуйста. Вы нужны мне, вы нужны Молли.
— Вовсе нет, вы прекрасно справляетесь с ней.
И словно в ответ Молли завизжала и потащила в рот траву. Тоби едва
удалось отнять ее.
— Вот видите, с девятимесячной крохой лишних рук никогда не будет.
Останьтесь, пожалуйста.
Он увидел на ее лице борьбу и решил чуть нажать.
— Помните, мы договорились завтра выбирать машину. Что же, мне ехать
за вами в Кендлридж?
— Пожалуй, нет, — улыбнулась Тоби.
— Я буду безупречным джентльменом. Честное скаутское!
— А вы были бойскаутом?
— Нет.
— Вот что, Клей, я останусь у вас на уикенд, но с одним условием.
— И какое же это условие?
— Вы расскажете о том, что скрываете от меня.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Он обещал.
Вернувшись домой, Клей сменил Молли подгузник и стал решать дилемму.
Если он скажет Тоби, она, несомненно, возмутится и уйдет. Если не скажет,
она не останется.
А что, если он скажет ей правду, а она не возмутится из-за его
обмана? Что, если она польстится на его богатство? Учитывая ее прошлое, то,
что она росла в нищете и была помолвлена с доктором Беннетом, возможно, его
деньги взволнуют ее больше, чем его любовь. Он не раз попадался на крючок
девицам, охотящимся за семейными состояниями.
Клей не видел выхода. Он знал, что должен в конце концов все
рассказать ей. Это только вопрос времени. Но надо подождать, пока он
запатентует рециклер. Тогда он докажет, что сможет содержать семью сам,
независимо от своего отца. Что его безумные фантазии не так уж безумны. Но
как обойти обещание, данное Тоби в парке?
— Ты меня все время будешь ставить в тупик, мисс Молли Мэлони?
Клей поднял девочку над головой. Она смеялась легко и весело и
трогала его нос.
Его грудь наполнилась любовью к племяннице. Как хорошо было бы иметь
собственного вот такого очаровательного ребенка. Как Молли. Они с Тоби
заведут красивых ребятишек.
— Ставишь телегу впереди лошади, Бартон, — вслух сказал Клей.
Уложив Молли спать, Клей занялся уборкой, вымыл посуду, оставшуюся с
утра, пропылесосил, убрал постель, но мысли его крутились, как лопасти
вертолета. Если ему удастся занять Тоби делами, он может избежать рассказа о
своем секрете. Но он понимал, что проблема вновь возникнет, когда Молли
заснет и дела закончатся. Тогда Тоби потребует ответа, а он не знает, с чего
начать.
— Черт, — проворчал он. — И как меня угораздило во все это вляпаться?
Он вовсе не собирался обманывать Тоби. Он жил весьма умеренно, потому
что его это устраивало, а вовсе не потому, что вынашивал какие-то изощренные
планы обольщения. Но Тоби может увидеть все это в ином свете.
Клей не стыдился признаться, что совершенно запутался. Он любит Тоби,
она любит его, и все вроде бы просто. Ан, все не так. Человеческие эмоции
отказываются работать по законам науки и техники. Но он намерен проявить
себя в действии, а не в нудных душевных раскопках.
До пяти часов время еле ползло, беспокойство перемежалось с
возбуждением. Раза два просто забавы ради он пропустил несколько вещиц через
рециклер. Процесс переработки не переставал его удивлять. А ведь он его
создатель. Всякий раз, как он осознавал, что закончил многолетний труд, на
лице его расплывалась широкая улыбка. Свершилось!
К тому времени, когда в дверь постучалась Тоби, на плите у него
благоухал соус для спагетти, в холодильнике стоял салат, и ванна была
наполнена теплой водой с ароматной пеной. Клей планировал разнежить Тоби,
чтобы облегчить себе путь к правде.
Клей распахнул дверь со стаканом ледяного чая в руке.
— Добро пожаловать домой, доктор, — улыбнулся он.
Тоби выглядела удивленной и усталой. Прическа опала, плечи опустились
под тяжестью сумки. Войдя, она сразу же скинула туфли на высоких каблуках и
отшвырнула их в угол. Этот жест понравился Клею: она действительно чувствует
себя здесь дома.
— Для вас. — Он протянул ей чай.
— Спасибо!
Тоби вознаградила его улыбкой и бросила сумку и сумочку на диван.
— Я приготовил вам ванну. Поплавайте, пока я кончу готовить обед.
Ему показалось, или у нее действительно мелькнула слезинка?
— Где Молли? — озабоченно спросила она, как вернувшаяся с работы
мать.
Клей быстро оглядел комнату.
— Минуту назад была здесь.
В ответ они услышали детский плач. Переглянулись и бросились на кухню, откуда доносился звук.
— Молли! — позвал Клей, заглядывая под стол.
Еще один душераздирающий крик.
Тоби распахнула дверцу буфета и увидела Молли, которая сидела среди
консервных банок. Малышка широко улыбнулась им и протянула ручки. Клей
схватился за сердце, а Тоби взяла Молли на руки.
— Малявка, за четыре дня ты состарила меня на десять лет. Это никуда
не годится. Сегодня же поставлю защелки на все дверцы! — заявил Клей.
— Но через день-другой она уже переедет отсюда. Зачем же возиться с
защелками? — возразила Тоби.
Она усадила девочку себе на колени, и обе выглядели очень довольными.
Когда-нибудь Тоби станет отличной матерью.
— Потому что я не хочу никаких эксцессов со своей племянницей, и к
тому же в будущем, вероятно, обзаведусь собственными детьми. Давайте ее мне,
а сами идите в ванну.
Тоби отдала ему девочку.
— Вы очень любезны, — застенчиво пробормотала Тоби. Глаза ее смотрели
в пол.
— Всегда вам рады. А теперь идите.
Кухню наполнял аппетитный чесночный запах. Клей с Молли на руках
помешивал соус для спагетти, Тоби наслаждалась свежеприготовленным чаем. А
что, если бы она вышла за Клея замуж? Обед на столе, чистый дом, счастливый
ребенок, заботливый муж...
Все эти годы она считала, что только престижная, высокооплачиваемая
работа может обеспечить ей стабильность существования. И вот пожалуйста:
Клей Бартон — воплощение стабильности. Он добр, работящ и любит детей. Что
из того, что он не торчит по девять часов ежедневно в конторе? Он проявил
себя как талантливый изобретатель. Посадить его в офис и одеть в деловой
костюм все равно что запереть льва в клетке — жестоко и несправедливо.
Усевшись в ванну, Тоби закрыла глаза и дала полную свободу своим
мыслям. Теперь многие мужчины соглашаются играть роль домашней хозяйки. Но
ей надо время, чтобы свыкнуться с этим. Долгие годы она верила, что ей нужен
зрелый, хорошо устроившийся в жизни муж. А теперь, если она хочет жить с
Клеем, ей придется пересмотреть свои взгляды.
Если бы только он открылся и рассказал ей, что за секреты таятся в
его прошлом. Что-то тревожит его, она это видит и сначала хотела было нажать
на него. Но если он не готов раскрыться, то, вероятно, лучше подождать.
Возможно, он боится, что его секрет шокирует ее.
Тоби потягивала чай и растиралась полотенцем. А зачем вообще лезть в
прошлое? Она знает его как замечательного человека, каким он сейчас
является, а не такого, каким он, возможно, когда-то был. Ответственно ли его
прошлое за некоторую необузданность, которую она в нем чувствует, за
...Закладка в соц.сетях
