Жанр: Любовные романы
Неудержимое желание
...ь так и будет. Она
больше не ускользнет от него или из-за его безрассудства, или из-за своего упрямства. А слухи лишь увеличат его шансы.
- Не заблуждайся, Люси. Ему нужны только мои деньги.
Люсинда побледнела и испуганно посмотрела в его сторону.
- Джорджи, ты не должна говорить такие вещи.
Тристан скрыл охвативший его гнев. Конечно, он и раньше слышал такие разговоры. Однажды несколько дам обсуждали,
нельзя ли купить за деньги его интимные услуги. Он никогда не забудет этого вечера.
Но, насколько ему было известно, Джорджиана никогда и ни с кем не говорила о его финансах, и, даже если она
пошутила, он, черт побери, не оценил ее шутку.
Тристан осторожно высвободил свою руку.
- Мисс Баррет, не присмотрите ли за леди Джорджианой, я обещал танец мисс Джонс.
Он небрежно поклонился.
Виконт не успел сделать и шага, как Джорджи схватила его за рукав.
- Дэр.
Он остановился и холодно посмотрел на нее:
- Да?
- Люси, отойди, - шепнула Джорджиана.
Мисс Баррет подчинилась, довольная, что ускользнула живой и невредимой. Шепот вокруг них становился все громче, но
ему было совершенно на это наплевать. Люди всегда будут сплетничать. Единственное, что он мог сделать, - это убедить
их, что между ними произошла обычная ссора.
- Прости меня, - прошептала она. - Я не хотела так сказать, это было нечестно.
Он с деланным равнодушием пожал плечами:
- Это правда, отчасти. Но деньги - это не все, чего я хочу от тебя, Джорджиана, и ты это знаешь.
- Я помню, ты говорил мне об этом, но я не знаю, чему верить. Ты уже обманывал меня.
- Но и ты обманула меня, разве не так? - тихо возразил он. - Как я могу убедить тебя?
Он вдруг подумал: не этого ли она ждала - заставить его при всех объявить о своих намерениях и своей любви к ней, а
затем посмеяться над ним и публично унизить. И оттого, что он не мог скрыть свое желание быть рядом с ней, Тристану
показалось, что он угодил прямо в расставленную ею ловушку.
Она вздохнула:
- Иногда я не знаю, что и думать.
- Не надо много думать. Это вредно, - пошутил Тристан.
Она коротко рассмеялась:
- Черт, я не взяла веер. Если бы не боль ниже спины, я бы ударила тебя ногой.
На его лице медленно появлялась улыбка.
- Если бы у тебя там не болело, я бы предложил заняться более приятными делами. - Глядя на нее, он с трудом
сдерживался, чтобы не провести пальцем по ее щеке. - Я хочу тебя, - чуть слышно прошептал он. - Очень.
Джорджиана нервно сглотнула.
- Ты пытаешься вогнать меня в краску. Ничего не получится, поэтому перестань.
- Я не хочу, чтобы ты краснела, - все так же тихо продолжал он. - Я хочу, чтобы ты произносила мое имя и сгорала от
страсти в моих объятиях.
- Замолчи, - дрогнувшим голосом произнесла она. - Ты с ума сошел.
Он улыбнулся. Казалось, все шло как надо, хотя он начинал ощущать некоторое физическое неудобство.
- Обещай, что завтра ты пойдешь со мной на прогулку, и я замолчу.
- Я приглашена на чай с Лю...
- Я хочу касаться твоей теплой кожи и чувствовать под своим телом твое тело, моя Джорджи...
- Ладно! - Густо покраснев, она потащила его к накрытым столам. - Будь ровно в десять, иначе я ударю тебя, когда
увижу в следующий раз.
- Вполне справедливо, - кивнул он.
Вечер в общем прошел неплохо. Он понял, как ему следует вести себя. Она хотела его, и это облегчало его следующий
шаг.
Джорджиана не собиралась удерживать Тристана, но в тот момент, когда он отпустил ее, она была не в состоянии с ним
расстаться. И он не ушел, а она дала согласие на совместную прогулку. Она все еще как бы опасалась, что может упасть, но
на самом деле жаждала ощутить жар в крови и желание, которое он пробуждал в ней.
Хуже того, все общество, собравшееся в "Олмэксе", наблюдало, как они долгое время были увлечены разговором, как она
улыбалась, и как он улыбался, и как она краснела и словно таяла перед ним. Но Джорджиана была убеждена, что, если бы она
не согласилась на эту прогулку, он затащил бы ее в ближайшую нишу, сорвал с нее платье, и она, несмотря на больной
копчик, получила бы такое наслаждение, которое просто невозможно перенести.
За последние два года ей делали предложение двенадцать мужчин, но ни один не вызывал в ней тех чувств, которые
возбуждал Тристан. После второй проведенной с ним безумной ночи она даже попыталась представить себя обнаженной и
охваченной страстью с одним из своих женихов. Ведь если бы она вышла замуж за кого-то из них, ей пришлось бы делить с
ним постель. Но все эти воображаемые сцены вызывали у нее почти отвращение. Несколько джентльменов имели приятный
вид, а некоторые, как Лаксли и Уэстбрук, были очень красивы. Однако, сколько она ни старалась, ничего не получалось.
Невыносима была сама мысль, что один из них будет касаться ее и целовать, не говоря уже о...
- Миледи, - сказал, подходя к ней эрл Драстен, - прошу вас подарить мне этот танец.
Стоявший рядом с ней Тристан настороженно распрямился, мышцы его руки напряглись. Она изобразила вежливую
улыбку. Никто не посмеет устраивать скандал из-за нее, и, уж конечно, не в "Олмэксе". Иначе ей навсегда запретят
появляться здесь.
- Сегодня я не танцую, милорд.
- Это слишком жестоко, - возразил темноволосый эрл, бросив на Дэра неприязненный взгляд. - Вы не можете лишать
нас своего общества ради этого распутника.
Она всем своим существом ощутила угрожающую силу вспыхнувшего в Тристане гнева.
- Вы что, оглохли, Др...
- Лорд Драстен, - перебила она Тристана, чтобы он не успел вызвать этого идиота эрла на дуэль, - два дня назад, во
время прогулки верхом, со мной произошел несчастный случай, и сегодня я еще не могу танцевать. Но мне было бы приятно
получить шоколад.
Драстен предложил ей руку:
- Тогда я провожу вас туда.
- Нет, не проводите, - сказал Тристан.
- Идите поищите других невест, Дэр. Этой вы совсем не нравитесь.
Ахнув, Джорджиана встала между ними и толкнула Тристана в грудь, не дав ему опустить сжатый кулак. От ее толчка он
даже не пошатнулся, но и не ударил эрла.
- Нет, - сказала она, глядя ему в глаза.
В его сузившихся голубых глазах она увидела гнев и продолжала держать его за лацканы фрака. Наконец он расслабился
и криво усмехнулся.
- Целый месяц я никого не убивал, - тихо произнес он, веселая искорка блеснула в его глазах. - Станет всего лишь на
одного эрла меньше.
- Послушайте, Дэр, вы не можете говорить...
Быстрым движением Тристан обошел ее и оказался перед эрлом. Неожиданно схватив Драстена за руку и тряхнув ее, он
наклонился и очень тихо шепнул:
- Убирайся. Сейчас же!
Очевидно, эрл увидел в глазах Тристана то же, что и она. Он попятился и сразу же очутился в кругу своих приятелей.
Джорджиана перевела дух. Временами она забывала, что, когда они встретились впервые, о Тристане рассказывали, что он
много пьет, увлекается азартными играми и стреляет без промаха. С тех пор он очень изменился.
- Прошу прощения, - сказал он, накрывая ее руку своей теплой ладонью.
Перед ней снова был спокойный, хорошо владеющий собой Тристан. Джорджиана подумала, не в том ли и заключается
главная перемена, что он понял: его поступки имеют значение не только для него самого, но и для других, - и сознание
этого заставляет его поступать соответствующим образом в большинстве случаев.
- Я рада, что избавилась от него, - ответила она, думая, чувствует ли он учащенное биение ее пульса.
Стоило ему упомянуть об их свидании в обнаженном виде, а затем из-за нее пригрозить кому-то кровавой расправой, и у
нее начали дрожать колени.
- Рад был услужить.
Она почувствовала, как между ними пробежали искры, и, если она сейчас же не прикоснется и не поцелует его, это
причинит ей физическую боль. Казалось, он испытывал то же чувство и оглядел зал с таким видом, как будто желал, чтобы
все гости немедленно исчезли. Вероятно, он не так уж хорошо владел собой, как она думала.
- Не можешь ли ты отвести меня... куда-нибудь? Она почти задыхалась от непреодолимого желания.
- В гардеробную? - предложил он. - Похоже, тебе холодно.
- Да, туда. - Она вся пылала.
Несмотря на то что ей хотелось броситься туда бегом, они пересекли полную людей комнату, сохраняя насколько
возможно достоинство. У дверей гардеробной стоял на страже лакей. Подойдя к нему, Тристан заложил руки за спину.
- Будь любезен... - Он запнулся. - Черт, я забыл перчатки. Найди, пожалуйста, моего брата Брэдшо, возьми их у него и
принеси мне, - попросил он.
- Сейчас, милорд, - кивнул слуга.
Как только он исчез из виду, Тристан втолкнул ее в маленькую комнату и закрыл дверь.
- Перчатки у тебя на руках, - заметила Джорджиана, взглянув на его руки.
Он сорвал их и сунул в карман.
- Нет, я без перчаток.
Сделав шаг, он прижал ее спиной к двери и впился в ее губы яростным поцелуем.
Волна страсти пробежала по их телам, и она со стоном притянула к себе его лицо, стараясь проникнуть в глубину его рта.
Виконт провел руками по ее спине, бедрам и, подхватив под ягодицы, прижал к себе. Ее лицо исказилось от боли:
- О-ох.
- Проклятие. - Дэр тотчас же отпустил ее и уперся ладонями в дверь по обе стороны от ее головы. - Прости меня.
- А как же Брэдшо? - спросила Джорджиана, покусывая его нижнюю губу. - Этот человек ищет его.
- Долго будет искать. Шо здесь нет.
Джорджиана хотела похвалить его за хитрость. Но у них было очень мало времени, и ничто не имело значения, кроме
этого самозабвенного жаркого поцелуя.
- Если бы в этой проклятой двери был замок, - проворчал Тристан, продолжая целовать ее так, что она хотела его
почти до потери сознания.
- Нам все равно нельзя. - Джорджиана обняла его за талию и гладила твердые мускулы спины. - Или можно?
Прервав последний поцелуй, он отшатнулся от нее.
- Нет, нам нельзя, - хриплым от страсти голосом прошептал он. - Если бы я хотел выиграть пари и погубить твою
репутацию, я бы уже давно это сделал.
Джорджиана прислонилась к двери, пытаясь успокоить дыхание и собраться с мыслями.
- Так как же ты намереваешься выиграть?
На его губах появилась насмешливая улыбка, ей захотелось как следует поколотить его.
- Настойчивость и терпение, - сказал он, погладив ее по щеке. - Мне нужно не только твое тело, Джорджиана. Я хочу
тебя всю.
Несколько недель назад она бы усомнилась в искренности его слов. Сегодня, глядя в его умные, полные желания глаза,
она поверила ему.
Дверь затряслась. С проклятием Тристан бросился на покрытый ковром пол и схватился за колено.
- Черт побери, Джорджи, я просил только поцелуя, - резко сказал он, глядя на вошедшего в комнату лакея. - Нашел
моего брата?
- Н...нет, милорд. Я искал, но...
- Ладно. Помоги мне встать. Черт бы побрал этих ветрениц.
Покраснев, слуга поспешил поднять Тристана.
Не в силах вымолвить ни слова, Джорджиана смотрела, как Тристан, бросив на нее сердитый взгляд, хромая, подошел и
поднял ее шаль.
- Полагаю, вы хотите теперь вернуться к вашему кузену? - приподняв бровь, осведомился он.
- Д... да. Прямо сейчас, пожалуйста.
Лакей за спиной Тристана старательно пытался отвести насмешливый взгляд.
Тристан предложил ей руку. Ради приличия она поколебалась, затем положила руку на его локоть.
Когда они возвращались в главный зал, Джорджиана не могла удержаться и посмотрела на него. Слухи об их маленьком
приключении будут именно такими, какими он и хотел, - он пытался сорвать поцелуй, а она ударила его ногой.
Она знала, что свет почти не заинтересовался их первым свиданием благодаря тому, что Тристан предпринял все, чтобы
помешать распространению сплетен. И сейчас он намеренно сделал так, чтобы запятнать свою репутацию, а не ее.
- Спасибо тебе, - тихо сказала она, поднимая на него глаза. Их взгляды встретились.
- Не за что. Когда я сбиваю тебя с пути истинного, я обязан защитить и от сплетен.
Она не была уверена, что именно он сегодня сбивал ее с истинного пути.
- Все равно это приятно.
- В таком случае отблагодари меня, погуляй со мной утром.
У нее мелькнула мысль, сможет ли она дотерпеть до утра.
- Хорошо.
Глава 17
Прочь, проклятое пятно! Прочь, говорю я тебе!
У. Шекспир. Макбет. Акт V, сцена 1
Амелия приказала кучеру наемного экипажа подождать ее в конце квартала и заплатила ему лишних пять шиллингов,
чтобы тот никому не проболтался о ее поездке. Надвинув на лицо капюшон, она крадучись прошла сначала по улице и затем
по короткой подъездной дорожке к Карроуэй-Хаусу. Она видела этот дом только снаружи, и мысль, что это величественное
здание скоро будет принадлежать ей, вызывала у нее приятную дрожь.
У ее родителей был роскошный дом, но он не стоял на Албемарл-стрит. Здесь, в самом фешенебельном районе Мейфэр,
дома принадлежали старейшим семьям благородного происхождения. И скоро она вступит в этот избранный круг высшего
света, куда не давали доступа даже все деньги ее отца.
До восхода солнца оставалась еще пара часов, и Амелия предполагала, что в доме все еще спят. Она тихонько толкнула
входную дверь, которая, к счастью, не была заперта. Вероятно, она не ошиблась. Полная луна еще не скоро зайдет, и в
туманном свете, льющемся из окон, она нашла лестницу и поднялась на второй этаж.
Тристан как-то упомянул, что братья занимают спальни в западном крыле дома, и она по коридору направилась туда. Все
оказалось так просто, жаль, что она не додумалась до этого раньше. У леди Джорджианы с ее планом мало что получалось,
поэтому возникла необходимость все взять в свои руки. Амелия усмехнулась. Конечно, результат будет в ее пользу.
За первой дверью, которую она открыла, было темно и пусто. Она осторожно закрыла дверь и подошла к следующей.
Посередине кровати смутно виднелась куча одеял.
Затаив дыхание, она пробралась в комнату и нахмурилась. Лицо, выглядывающее из-под одеял, было слишком молодым и
нежным и не могло принадлежать Тристану, значит, это один из его младших братьев.
В следующей комнате она узнала Брэдшо: какой-то там морской офицер Брэдшо был довольно красив, но у него не было
ни титула, ни даже надежды на него, если только Тристан не умрет, не оставив наследников. А он не умрет, если это будет
зависеть от нее, - она уж постарается.
Слабое тиканье часов в дальнем конце коридора напомнило ей, что остается совсем мало времени до того, как начнут
просыпаться слуги. Отворив еще одну дверь, она заглянула в комнату.
А, повезло. Она обрадовалась, что под одеялами, растянувшись на спине, лежал Тристан, а не его средний брат Роберт.
Она однажды видела его и чувствовала себя неловко и неуютно от его молчания и проницательного взгляда.
Стараясь двигаться как можно тише, Амелия закрыла за собой дверь и, сбрасывая на ходу накидку, на цыпочках подошла
к кровати. Она не смогла сдержать улыбку. Если Тристан хотя бы наполовину соответствовал своей репутации, ночь обещала
быть приятной во всех отношениях.
Почувствовав прикосновение нежных пальцев к своей груди, Тристан приоткрыл один глаз. Сначала он подумал, что ему
снится Джорджиана, и, не желая просыпаться, он вздохнул и закрыл глаз.
Кто-то лизнул его ухо, а нежные пальцы скользнули под одеяло.
Даже во сне объятия Джорджианы пахли лавандой. Сейчас он чувствовал запах лимона. Что-то тяжелое шевельнулось и
опустилось на его бедра. Тристан раскрыл глаза.
- Привет, Тристан, - шепнула Амелия Джонс, наклоняясь, чтобы поцеловать его, ее темные волосы рассыпались по
обнаженным плечам и груди.
С проклятием он отшвырнул Амелию и вскочил.
- Какого черта вы здесь делаете? - возмутился он, окончательно просыпаясь.
Девушка присела на край кровати, в полумраке ее глаза горели. Она смерила его взглядом и без особого смущения,
которого он мог бы ожидать от невинной дебютантки, разглядывала нижнюю часть его живота. Очевидно, она не была так
невинна, как заставляла его думать.
- Я хочу заверить тебя, что с радостью приму твое предложение, - вкрадчиво произнесла она, облизывая верхнюю губу.
Он схватил со спинки стула одеяло и обернул им бедра. Раньше, до того как Джорджиана вернулась в его постель, он бы
приветствовал ночное посещение хорошенькой особы женского пола, но теперь все переменилось. Кроме того, он прекрасно
знал, как ставят такие ловушки. А это была надежная ловушка: Амелия была совершенно голой, и стоило ей закричать, как
он превратился бы в женатого человека.
Истинно мужская часть его существа признавала, что Амелия была хороша и соблазнительна... и, конечно, богата. Он
посмотрел ей в лицо.
- Я не совсем понимаю, о чем вы говорите, - тихо сказал Тристан, надеясь, что никто в доме не слышал его крика,
несколько удивленный тем, что она еще не позвала свидетелей.- Не могли бы мы поговорить об этом завтра за ленчем, как
вы думаете?
Амелия покачала головой.
- Я смогу удовлетворить тебя не хуже любой женщины.
В этом он сомневался, но в данных обстоятельствах было не время спорить.
- Амелия, завтра я поговорю с вами, о чем вам будет угодно, но это просто не... непристойно.
Господи, он повторял то, что говорили женщины, которых он соблазнял. Он надеялся, что у него это выходило лучше,
чем у них.
Она надулась.
- Я знаю, что непристойно, но ты не оставил мне никакого выбора. И я знаю, почему в последнее время ты почти не
замечал меня.
Ее слова звучали угрожающе, поэтому он должен сделать так, чтобы никто не узнал о них за пределами этих стен.
- Так скажите почему?
- Леди Джорджиана Холли предупредила меня, что ты будешь ужасным мужем.
- Она так и сказала? - "Эта маленькая негодница, сующая нос не в свои дела!"
По правде говоря, он ожидал чего-то подобного.
- О да! Она говорила о тебе ужасные вещи. А потом обещала проучить, чтобы ты больше ценил меня, и пыталась
нарочно поставить в глупое положение...
Она встала с постели и направилась к нему. Ее молочно-белая кожа светилась в полумраке комнаты.
Он отступил в сторону, стараясь отойти от нее как можно дальше, на случай если кто-то из членов семьи или слуг
застанет их вместе.
- Я могу сказать то же самое и о вас, Амелия.
Она покачала головой, от этого движения сквозь волны каштановых волос стали видны ее полные груди.
- Я не хочу ставить тебя в глупое положение, - сказала она, - я хочу, чтобы ты женился на мне.
Слава Богу, Джорджиана честно рассказала ему о своем уроке хороших манер, иначе он мог не устоять перед соблазном
воспользоваться Амелией.
- Очень интересно, - ответил он, поднимая с пола ее платье.
Они кружили по комнате, она - преследуя его, он - отступая.
- Почему бы вам не одеться?
- Я не хочу.
- Но уже очень поздно, и, если ваши родители проснутся и увидят, что вас нет, они с ума сойдут.
Она прислушалась к его словам или сделала вид, что слушает. Воспользовавшись моментом, он протянул ей платье.
- Пожалуйста, - настойчиво попросил он, - вы слишком отвлекаете меня, Амелия.
Еще никогда ему не приходилось так выкручиваться, чтобы избежать секса.
- Такое важное дело требует обсуждения в более подходящих условиях.
- Нет. Я теряю терпение, Тристан. Ты уже давно ухаживаешь за мной. Думаю, тебе следует переспать со мной, и...
- Для этого время еще найдется, - перебил он. Его панталоны висели на спинке стула, и он, бросив ее платье, схватил
их. - Сегодня я очень устал.
- Я могу закричать и разбудить весь дом, - сладким голоском сказала она.
Глаза Тристана сузились. Проклятие!
- И тогда вам придется объяснить, почему вы оказались в моей спальне, а не я в вашей. Будут говорить, что вы
распущенная женщина.
Она надула губки.
- Как я могу быть распущенной или слишком нетерпеливой, когда я весь сезон ждала твоего предложения?
Амелия потянулась к его одеялу. Тристан знал, что за этим последует, и, схватив за руку, оттолкнул ее от себя.
- Если вы разозлите меня, - твердым голосом заявил он, - я не женюсь на вас, чья бы репутация ни пострадала. Я это
переживу.
- Но твой карман не переживет, потому что после этого никто не захочет выйти за тебя замуж.
- Я рискну. - Пока он мог убедить ее в этом, у него был шанс дожить до утра холостяком.
- Хм. - Топнув ногой, она подобрала платье, которое он бросил к ее ногам. - Знаешь, что я думаю? Я думаю, ты
влюблен в леди Джорджиану, и когда ты сделаешь ей предложение, она рассмеется тебе в лицо. И тогда ты будешь умолять
меня выйти за тебя замуж. А я заставлю тебя просить.
Отвернувшись, он натянул панталоны и отбросил одеяло.
- Я уже сказал, мы можем поговорить об этом завтра. Мы оба успокоимся, будем отдохнувшими.
"И одетыми", - добавил он про себя.
- Ну ладно.
- Где ваши туфли?
- Вон там, возле накидки, - указала она.
Он отошел, чтобы достать их и зажечь лампу. Тем временем Амелия, сердитая и еще более неудовлетворенная после того,
как увидела его прекрасную фигуру, натянула на плечи свое платье. Когда неровный желтый свет лампы осветил комнату,
она заметила край женского чулка, выглядывавший из ящика ночного столика. Тристан все еще собирал ее разбросанную
одежду, и она, подойдя к столику, вытащила чулок. Вместе с ним выпала записка. Она торопливо развернула и прочитала ее.
Ничего удивительного в том, что виконту так не хотелось отказываться от леди Джорджианы Холли. Она спала с ним. И
оставила ему на память свой чулок. Взглянув на его голую широкую спину, Амелия вытащила из изящной маленькой
шкатулки второй чулок и спрятала их вместе с запиской в свой карман.
Так вот какие уроки леди Джорджиана давала Дэру! С самого начала эта шлюха хотела украсть у нее Тристана, и ее урок
был уловкой, чтобы не вызвать подозрения соперниц. Хорошо же, теперь ее ожидает сюрприз.
- Наденьте ваши туфли и накидку и пойдемте, - сердито сказал он.
Она замешкалась, думая о своем первоначальном плане разбудить весь дом и заставить Дэра жениться. Но подруги будут
смеяться над ней, узнав, до какого отчаяния она дошла. Амелия все время твердила, что он обязательно сделает предложение.
- Мне это не очень нравится, - проворчала она, надевая туфли.
- Мне тоже. - Он не помог ей надеть накидку, а протянул ее, держа в вытянутой руке, чтобы не приближаться к
Амелии.
- У вас есть карета? - спросил он, натягивая сюртук.
- За углом меня ждет наемная карета.
- Я провожу вас.
Его беспокоило, что она может пойти еще на какую-нибудь хитрость. А у нее были письмо и чулки. Придерживая карман,
чтобы из него ничего не выпало, она спустилась по лестнице и вышла из дома.
- Не забудьте, мы встречаемся завтра за ленчем, - сказала она, когда они подошли к карете. - Я буду ждать вас в доме
моих родителей.
- Я приеду. - Неожиданно он подошел ближе. - Мне это не нравится, Амелия. Я не люблю обмана. И ловушек.
- Я думаю только о нас двоих, - ответила она, попятившись. - Мне нужен титул, а вам мои деньги. Но я получила
несколько других предложений, Тристан. Подумайте завтра и над этим.
- Я приеду в час дня.
Она поднялась в карету.
- Я буду ждать.
Тристан тихо вошел в дом и закрыл дверь. С глубоким вздохом он прислонился к тяжелой дубовой двери, а затем
задвинул засов. Черт побери, он еле ускользнул!
Он улыбнулся, расправил плечи и направился к лестнице. Тристан представлял, что скажет Джорджиана, если он сделает
ей завтра предложение. То есть после того, как придет в себя. И они с Джорджианой поженятся. Она может строить новые
козни, придумывать новые унижения для него, но в таком случае ему придется перехитрить ее. Как только она произнесет
"да", он сумеет справиться со всем остальным.
На верхней площадке лестницы шевельнулась темная фигура, и Тристан замер, сжав кулаки. Если это еще какая-то
женщина, кроме Джорджианы, он готов выброситься с балкона.
- Ты на ней женишься? - услышал он спокойный тихий голос Бита.
- Слава Богу, это ты. Нет, я не женюсь, - с облегчением вздохнул Тристан.
- Хорошо. - Бит повернулся и исчез в темноте. - Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
На Роберта можно положиться, он никому не расскажет о том, что видел. Тристан вернулся в свою комнату, запер дверь
и, немного подумав, придвинул к ней тяжелое кресло. Больше никаких визитов до утра. Ему надо о многом подумать.
На следующее утро Тристан появился в Хоторн-Хаусе точно в десять часов. Джорджиана увидела в окно, как он, в синем
сюртуке, серых панталонах, блестящих сапогах и с пышным галстуком на шее, подошел к дому и постучал в дверь.
Ей все еще не верилось, что Тристан пришел к ней. Даже когда Джорджиана ненавидела и презирала его, вид этих
голубых глаз, вьющихся темных волос, спускавшихся на его воротник, заставлял ее сердце неистово биться. Она убеждала
себя, что оно полно гнева, и поэтому пользовалась каждым удобным случаем, чтобы оскорбить и обидеть его.
Почему ее по-прежнему влечет к человеку, который оскорбил и унизил ее? Или она придумала, что он изменился? А
может, он изменился на самом деле? Это его появление - еще одна шутка, которая разобьет ее сердце, или он искренен?
- Миледи, к вам лорд Дэр, - объявил появившийся в дверях гостиной Паско.
Она повернулась к дворецкому:
- Спасибо. Я сейчас спущусь.
Натянув перчатки и взяв зонтик, она в последний раз взглянула на себя в зеркало и направилась вниз. Тристан расхаживал
по комнате, что он делал всегда, попадая в дом ее тетки.
- Доброе утро.
- Доброе утро. - Он остановился.
Когда они посмотрели друг другу в глаза, знакомый огонь пробежал по ее жилам, и только сила воли не позволила ей
подойти к нему и подставить лицо для поцелуя. Такого с ней еще не бывало. Раньше, когда у нее вскипала кровь, ей хотелось
подойти и ударить его веером по голове. Возможно, это было вызвано влечением к нему. Хотеть Тристана Карроуэя было
опасно, любить его - просто гибельно.
- Как твои... - Он взглянул на стоявшего за ее спиной Паско. - Как ваши ушибы? - поправился он.
- Мне намного лучше. Только трудно сгибаться, да некоторые места очень интересного цвета.
Тристан улыбнулся:
- Рад слышать, что вы чувствуете себя лучше. Вы готовы?
Она кивнула:
- С нами пойдет Мэри.
- Хорошо. А не потребуется ли нам вооруженный охранник?
- Нет, если вы будете хорошо вести себя.
- Тогда вам лучше сейчас же послать за ним, - широко улыбнулся он.
Сердце Джорджианы затрепетало.
...Закладка в соц.сетях
