Жанр: Любовные романы
Песни дождей
...Интересно, когда же наконец пойдет дождь?
— А ты соскучилась? — спросил Тензин. — Кстати, как ты вчера
съездила в Кангру? Надеюсь, твой индийский ухажер вел себя прилично?
— Да, все было замечательно, — быстро ответила она, боясь от
волнения потерять нить мысли. — Только я поняла, что ты был прав. Мне
этот человек совсем не нужен. Нам не по пути. Он чужой... Другая культура.
Мы почти не понимаем друг друга... Говорим на разных языках. Трудно
общаться...
Они оказались за аркой, и, с мольбой заглядывая Тензину в глаза, Кристина
ждала, что он поможет ей снова о чем-то заговорить. О чем угодно, только не
об этом мужчине, который издалека смотрит на нее, и от его взгляда ее
бросает в жар.
— Да, мне это очень понятно, — драматично вздохнул Тензин. —
У меня тоже была девушка, англичанка, с которой мы не могли найти общий
язык. Так что внешняя привлекательность часто оказывается пустышкой. Без
внутренней близости никакие отношения долго не продержатся.
— Да, это правда, — согласилась она, ускоряя шаг и упорно глядя
себе под ноги. — Кстати, я почему-то ужасно проголодалась. Но нам
придется ждать возвращения Жозефин...
Они теперь шли по улице, и уши Кристины невольно уловили за спиной знакомое
урчание мотора. Джип отъехал, и теперь Жозефин сидит рядом с Риши... Теперь
он никогда больше не приедет, чтобы увезти в своем уютном джипе ее,
Кристину. Он все понял. Она с самого начала знала, что этот мужчина гордый и
сообразительный. Он понял, что между ними все кончено. И смирился с этим.
Кристина почувствовала, как напряжение, сковывающее ее, внезапно куда-то
исчезло. А вместо него осталась только безысходность и бессмысленность. Все
вокруг внезапно стало чужим, немилым, ненужным...
Тензин снимал небольшую комнату с примыкающей к ней кухней и ванной на
втором этаже большого дома, где жила зажиточная индийская семья. Благо, дом
находился в пяти минутах ходьбы от института, потому что у Кристины от
слабости подкашивались коленки. Она безучастно продолжала бормотать что-то,
пытаясь поддерживать с Тензином беседу, и обрадовалась, когда наконец смогла
усесться в его комнате на тахту.
Потом ей предстояло знакомство со старшей сестрой Тензина Цомо, которая
приехала из Дехрадуна, чтобы проведать брата и побаловать его домашней
национальной едой. Цомо оказалась очень симпатичной женщиной тридцати лет, у
которой было двое детишек. Ее муж владел небольшой гостиницей в Дехрадуне,
благодаря этому семья не бедствовала, и находились даже средства, чтобы
поддерживать младшего брата, который два года назад вдруг решил обучиться
искусству тангкописи.
Кристина сидела, поджав под себя ноги, болтала с ненавязчивой и улыбчивой
Цомо и механически отхлебывала солоноватый тибетский чай, который Цомо
беспрерывно подливала ей в стакан. Тензин возился на кухне. Как выяснилось,
обед был уже готов, и оставалось только покрошить овощи на салат, чем он
теперь и занимался.
И все же, как Кристина ни пыталась увлечься беседой с Цомо, ее мысли часто,
не спросясь, улетали туда, где был сейчас он, мужчина, которого она во что
бы то ни стало должна забыть. А для этого, ни много ни мало, ей нужно каким-
то образом отнять у него свое сердце. Так рассуждал ее рассудок.
А сердце просто слепо рвалось к нему! Он сказал вчера, что после нее не
захочет целовать другую женщину. Но это, скорее всего, тоже были просто
слова, красивые слова, которых она немало слышала и от других мужчин...
Время от времени невольно поглядывая на часы, Кристина ловила себя на том,
что с каждой минутой к ее отчаянию и боли примешивается страх. Что расскажет
Жозефин, когда вернется? А еще она ловила себя на том, что ее уши, хочет она
того или нет, прислушиваются ко всем звукам со стороны дороги. Если Жозефин
уехала с Риши, то наверняка он же и привезет ее сюда. Может, он захочет
поговорить с ней?
О, слепые, противоречивые надежды влюбленного сердца!
— Не скучаете? — послышался из кухни голос Тензина.
— Нисколько, — ответила ему Кристина и с улыбкой посмотрела на
внезапно притихшую Цомо, увлеченно рассматривающую тангку брата, висящую на
стене.
— Ой, Кристина, прости, если заставила тебя скучать. — Цомо
повернулась к ней и смущенно улыбнулась.
— А я не скучаю. Я вообще не умею скучать, даже когда остаюсь
одна. — Ее слова прозвучали наигранной бравадой. — Бывает только
одиноко порой, но я всегда в такие минуты спасаюсь работой. Или думаю.
— А я вот совсем не умею быть сама с собой, — сказала Цомо. —
Когда целый день вертишься по дому: готовишь еду, убираешь, стираешь, а
вокруг тебя беспрерывно крутятся детишки, думаешь, как хорошо было бы побыть
одной. Но стоит остаться на час в одиночестве, и я начинаю скучать...
В это время со стороны дороги послышалось раздраженное бормотание
автомобильного мотора. Звук на какое-то время застыл, превратившись в
монотонный и настойчивый стук. Потом мотор вдруг взревел, и шум, который на
несколько секунд оглушил Кристину, стал удаляться. Наконец раздался стук в
дверь, и Кристине показалось, что стучат прямо ей в сердце. А когда на
пороге появилась раскрасневшаяся Жозефин, сердце просто раскололось на
части, и осколки со звоном рассыпались по полу.
— Заждались? — Жозефин бросила взгляд на Кристину и тут же
повернулась к Цомо. — Привет, Цомо.
— Рада снова видеть тебя, Жозефин, — ответила ей Цомо и
встала. — Пожалуйста, присаживайся.
Кристина нервно заерзала на тахте.
— А как же, конечно заждались, — сказала она надтреснутым от
волнения голосом. — Мы надеялись, что у тебя хватит совести не замучить
нас голодом...
Прежде чем сесть, Жозефин поставила на стол огромную картонную коробку.
— Надеюсь, это поможет мне искупить мою вину.
Цомо направилась в кухню, и, проводив ее взглядом, Кристина тревожно
уставилась на Жозефин.
— Ну что? Убедилась? — спросила она, едва дыша.
Жозефин вздохнула и печально улыбнулась.
— Убедилась. И теперь не знаю, что делать.
Кристина похолодела. Подруга вздохнула так, как вздыхают только влюбленные
глупышки. Как она сама. Неужели он околдовал и ее?
— Назначил тебе свидание? — выдавила она из себя и, чтобы хоть как-
то унять волнение, схватила с полки журнал и принялась бездумно листать.
— Ой, Кристина... Ты меня должна за это возненавидеть, потому что я согласилась на него прийти.
Кристине показалось, что в ее тело вонзилась сотня раскаленных игл. В груди
стало так тесно, что было больно дышать, несмотря на то, что ее сердце
валялось теперь где-то под ногами, рассыпавшись по полу мелкими осколками.
— И когда же вы встречаетесь? — спросила она, нервно листая
глянцевые страницы.
— Завтра.
— Завтра? Он заедет за тобой?
— Да.
Кристине хотелось в этот момент возненавидеть и Риши, и Жозефин, но почему-
то ненависти в ее душе не было.
— Что ж, желаю приятно поразвлечься, — сказала она и через силу
улыбнулась.
Все равно это продлится недолго, подумала она, вспомнив роковой сон прошлой
ночи. Жозефин открыла рот, чтобы ответить ей что-то, но тут в комнату вошли
Тензин и Цомо с тарелками в руках...
Вернувшись домой, Кристина плюхнулась в кресло и разрыдалась. Проклятье!
Опять эти беспомощные, дурацкие слезы! К чему они? Она ведь и так с самого
начала знала, чем все это для нее закончится. Она знала, что пытается
одурачить себя надеждами на то, что этот мужчина окажется не таким, как ее
прежние. И все же позволила себе совершить страшную ошибку — провести с ним
ночь. О Боже, и что это была за ночь! Наверняка лучшего любовника у нее
никогда уже в этой жизни не будет. Как не будет и мужа, который будет любить
ее и дорожить ею.
И как поразительно быстро он клюнул на Жозефин! Но и Жозефин уже сейчас
достойна сочувствия, потому что он поиграет с нею немного, а потом женится
на миловидной индианочке, с которой она видела его во сне.
Кристина прикрыла воспаленные от слез глаза и снова увидела эпизоды сна. Они
стоят с Риши на краю обрыва. Ветер играет с ее волосами, швыряя пряди ей в
лицо, и Риши время от времени нежными пальцами отбрасывает их назад. Потом
за его спиной появляется женщина-индианка, трогает его за плечо. Он
оборачивается и, вдруг забыв о Кристине, кладет руки на плечи индианки,
притягивает ее к себе и целует. А потом она видит пару: мужчина и женщина
идут, взявшись за руки, вокруг священного огня, а брамин в оранжевых
одеяниях читает слова молитвы на санскрите. Где-то в толпе Кристина видит и
себя, с мертвенно бледным лицом, спутанными волосами и надрывающимся от боли
сердцем.
С этой болью она проснулась и освободилась от его объятий. Эта боль помогла
ей покинуть его. И с этой болью она будет теперь жить, пока не забудет его.
7
На следующий день, как только закончились занятия, Кристина притворилась,
что у нее сильно разболелась голова. Ей хотелось побыстрее уйти домой, чтобы
не видеть, как Жозефин садится в его джип...
Жозефин и Тензин догнали ее на тропинке парка.
— Я провожу тебя до дома, — предложила Жозефин.
— А я сбегаю за аспирином, — сказал Тензин.
Кристина остановилась и по очереди посмотрела на них.
— Что вы так суетитесь, друзья мои? Это всего лишь головная боль. Я
вчера на ночь выпила много кофе и поэтому долго не могла заснуть, —
соврала она. — Недоспала. Сейчас приду домой, высплюсь, и все будет
хорошо.
Жозефин пристально посмотрела ей в глаза.
— А ты уверена, что плохо спала из-за кофе?
— Конечно, — ответила Кристина. — Писала до полуночи этот
дурацкий портрет и пила кофе.
— Какой портрет?
Кристина поняла, что допустила оплошность.
— Так... Один портрет. Своего двоюродного брата, — быстро
вывернулась она. — Обещала подарить ему ко дню рождения, до которого
осталась неделя. Вот и тороплюсь. Через пару дней уже нужно будет отправить
его с курьером.
— А дашь взглянуть на него? — спросила Жозефина. — Он молодой и симпатичный, надеюсь?
Кристина легонько ущипнула ее за руку.
— Только не сегодня. У тебя сегодня свидание, не опоздай. А брату
своему не желаю попасть в руки такой распутницы, как ты. Увидимся
завтра! — бросила она и поспешила к арке.
У арки ее догнал Тензин.
— Я все же провожу тебя, Кристина, — сказал он.
— Ты сам это решил, или тебе помогла Жозефин? — с усмешкой
спросила она.
— Сам решил, — рассмеялся он. — Вспомнив, что порой, при
выходе из института ты спотыкаешься.
Кристина взяла его под руку и подумала, что выйти из института под руку с
Тензином совсем не плохая идея.
Как только они оказались за аркой, ее глаза тут же наткнулись на белый
корпус джипа
Болеро
, стоящий в ряду с фургонами. Как будто какая-то
магическая сила притянула ее взгляд к нему. И снова от волнения у нее
закружилась голова, а сердце дрогнуло и сжалось. И снова, лепеча бессмыслицу
и опираясь на руку Тензина, она быстро пересекла улицу и скрылась в
переулке. У дома она остановилась, несколько раз глубоко вздохнула и отняла
у Тензина свою руку.
— Спасибо, Тензин, — сказала она. — Без твоей поддержки я бы
наверняка разбила себе нос по дороге.
Тензин улыбнулся.
— Готов оберегать твой нос каждый день.
Она по-дружески обняла его.
— Мой нос — в твоих руках, — со смехом сказала она, собираясь
уйти.
Но Тензин неожиданно схватил ее под локоть и заставил обернуться.
— Кристина, объясни, что происходит? — начал он, заглядывая ей в
глаза. — Теперь твой индийский дружок катает Жозефин. Что за игры вы
затеяли, девушки?
— Не волнуйся Тензин. — Она взяла его за руку. — Это
продлится недолго. Этого парня скоро женят против его воли на индианке, так
что пусть он перед свадьбой немного развлечется.
— Понятно, — с усмешкой протянул Тензин. — Вам обоим стало
так жаль этого беднягу, которому придется всю жизнь тянуть семейную лямку с
нелюбимой женой, что вы решили по очереди развлекать его. Повезло парню. А
что, если ему это понравится? Более того, вокруг много других несчастных
индийцев, которые нуждаются в подобных развлечениях.
Кристине было не до шуток, но она знала, что должна продолжать в том же
тоне.
— Что ж, тогда нам придется открыть офис под названием
Служба
предбрачных развлечений
— только для несчастных индийцев, которые вынуждены
против воли жениться, — ответила она, пытаясь рассмеяться.
Тензин угрюмо покачал головой.
— Уверен, что недостатка в клиентах у вас не будет, — пробурчал
он. — И все-таки вы обе ужасно странные.
— Наверное, поэтому ты и дружишь с нами.
Они попрощались, и Тензин зашагал по тропинке прочь от ее дома. Она
проводила его взглядом, потом медленно открыла дверь и вошла.
Черт побери, почему в ее жизни все так нелепо и запутанно?
Воздух в комнате был неподвижным. Она подошла к каждому из окон и распахнула
их, открывая даже москитные сетки. Потом, сбрасывая на ходу одежду и
оставляя ее на полу, направилась к ванной. Включила холодный душ, из
которого на нее прыснули теплые струи.
Она стояла под душем, ожидая, пока верхний, нагретый слой воды стечет и она
станет прохладнее. Надеяться на холодный душ в Индии можно только зимой,
когда он совсем не нужен. Эх, с каким удовольствием она бы сейчас промокла
под дождем, потому что, как ей казалось, только холодная вода способна унять
это глупое волнение, снова охватившее ее, стоило ей остаться одной.
Наконец, распростившись с надеждой унять волнение, она набросила халат и
вышла из ванной. Подобрала с полу свою разбросанную одежду — легкие брюки,
футболку, нижнее белье. И вдруг замерла, заметив под креслом странное
движение.
Ей показалось, что туда только что упряталось что-то похожее на хвост.
Медленно наклонившись, Кристина заглянула под кресло. От ужаса по
позвоночнику пробежал холод. Под креслом, свернувшись в клубок, лежала змея.
В темноте блеснули черные бусинки ее глаз, настороженно глядящие на
Кристину.
Как на пружине, Кристина вскочила на ноги и в панике бросилась к двери.
Судорожными движениями открыла ее, выскочила за порог, плотно захлопнула за
собой дверь и замерла.
Проклятье! В ее доме змея! Что же ей теперь делать? Как выселить это опасное
существо из своего дома?
Может, оставить дверь открытой, а самой какое-то время посидеть на лужайке?
Или побежать за помощью к соседям?
Слегка приоткрыв дверь, она осторожно заглянула в щель и увидела, что змея
выползла из-под кресла и застыла посреди комнаты, снова встретившись
взглядом с полными ужаса глазами Кристины. Кристина снова захлопнула дверь.
— Черт... — пробормотала она.
Потом резко обернулась, подняла глаза и тут же чуть не свалилась в обморок.
Перед ней стоял Риши. Расширенными от страха и удивления глазами она
уставилась на него. Что с ней? Это бред? В доме — змея, а на пороге —
мужчина, который сейчас, по идее, должен проводить время с ее подругой. И
только когда он протянул руки и взял ее под локти, ей пришлось согласиться с
тем, что это всего-навсего безумная реальность ее жизни.
— Кристина, что с тобой? Что случилось?
Обомлевшая от страха и неожиданности, она упала в его объятия.
— Змея... В моем доме змея, — пробормотала она. — Я не знаю,
что делать...
— Змея? — переспросил он с усмешкой.
— Да. Огромная. Кажется, кобра. Хочешь взглянуть?
Прижимая ее к себе, он снова усмехнулся.
— Конечно.
— Тебе смешно! А я чуть сознание не потеряла...
— А что, если ее там нет?
Она резко освободилась.
— Ты хочешь сказать, что я рехнулась и мне это привиделось?
Он промолчал, пытаясь поймать ее взгляд, который она упорно отводила то в
одну, то в другую сторону. Наконец взял ее за подбородок и повернул лицом к
себе.
— Кристина, я знаю, что в твоем доме змея, — спокойно проговорил
он. — Поэтому я здесь. Сейчас я прочту заклинание, и она уползет. И
больше никогда не вернется. Веришь?
Турмалиновые глаза смотрели на нее с таким убеждением, что она готова была
поверить в чудеса индийской магии. И во многое другое, что обещали ей эти
глаза.
Он нежно провел большим пальцем по ее губам, и она на миг забыла обо всем на
свете. Потом его рука соскользнула с ее губ, и она услышала, как он
вздохнул.
— Сначала разберемся со змеей, — сказал он и отодвинул ее,
обомлевшую, от двери.
Увидев, что он исчез за дверью, она в панике снова распахнула ее.
— Риши!
Он стоял на коленях перед извивающейся коброй, сложив перед грудью ладони, и
что-то тихонько шептал. От страха Кристина крепко зажмурила глаза и, чтобы
не закричать, прикрыла ладонью рот.
Он сумасшедший. Сейчас эта кобра разозлится и ужалит его. И тогда... О Боже!
Зачем он это делает? Она не хочет, чтобы этот мужчина умер от укуса змеи!
Она хочет, чтобы он жил и любил ее!
Сейчас она откроет глаза, бросится к нему и оттащит! Если только еще не
поздно...
С бешено колотящимся сердцем она открыла глаза и увидела, что змея лениво
ползет к окну, а он по-прежнему стоит на коленях и что-то бормочет. Наконец,
когда с подоконника исчез кончик змеиного хвоста, он обернулся и посмотрел
на Кристину.
— Вот видишь, она ушла.
На его лице сияла улыбка. Кристина бросилась к нему и, рухнув на колени
рядом с ним, обняла.
— О Господи... — прошептала она. — Ты жив... жив...
— Конечно. Еще ни одной змее не удалось укусить меня. А тебе советую не
открывать москитные сетки. В твоем доме слишком низкие окна. Эти милые
создания любят в сезон дождей посещать дома людей, но совсем не потому, что
хотят кого-то ужалить. Они просто ищут сухое место.
— И как тебе удалось заставить ее уйти? — спросила она, заглядывая
в его глаза и заботливо, как мать, гладя по голове.
— Заклинание. Простое заклинание, — ответил он. — Видишь ли,
по предписаниям нашей религии, мы должны ко всем живым существам относиться
с почтением. Все живое — это творение высших сил, поэтому любое живое
существо имеет право жить по своим законам, и любая форма жизни достойна
уважения. Когда же, как теперь, например, возникает конфликтная ситуация или
недоразумение между человеком и животным, мы читаем особые молитвы, которые
способны повлиять на сознание этих животных: ублажить их, заверить, что
никто не собирается причинять им вреда, и вежливо попросить не вторгаться в
нашу жизнь. Вот и весь секрет.
— Это непостижимо... — продолжала тревожно шептать она. — Я
так испугалась... А что, если бы она все-таки ужалила тебя?
— Она не настолько глупа, чтобы нападать на человека, который не
собирается причинять ей зла, — спокойно ответил он. — Тем более
что я говорил ей очень красивые, добрые, мудрые слова на санскрите.
Кристина рассмеялась.
— А ты уверен, что она понимает санскрит?
— Ты сама могла убедиться в этом. Более того... — Он взял ее лицо
в ладони, и она легонько потерлась о них щеками, а потом поцеловала одну из
них. — Это была не первая змея, с которой мне сегодня пришлось иметь
дело, — добавил он.
Кристина внезапно опомнилась. Черт побери! Что она делает? Стоило этому
мужчине снова появиться рядом, и она тут же потеряла контроль над собой.
Конечно, если учесть обстоятельства... Змея, ее паника, страх за его
жизнь... Но все же это не повод для того, чтобы сидеть теперь на полу и
ласкать друг друга, как будто так и должно быть. Ведь он только что вернулся
со свидания с Жозефин!
Интересно, почему их свидание было таким коротким? И почему он теперь здесь?
О какой еще змее он говорит?
Она резко убрала руки с его плеч и отодвинулась.
— Да? Это интересно! И скольких еще змей тебе удалось сегодня ублажить?
— Ты забыла добавить
и спровадить
, — сказал он, пытливо
вглядываясь ей в глаза.
Она пожала плечами.
— Ну... и скольких же? — спросила она, хорошо понимая, что он
пришел не для того, чтобы похвастаться своими победами над змеями.
Он болезненно ухмыльнулся и закачал головой. Потом глубоко вздохнул.
— Кристина, давай оставим змей в покое. Я пришел сюда сейчас не для
того, чтобы играть словами, — наконец сказал он. — Я просто хочу
знать, что происходит. Почему ты бежишь от меня? Только прошу тебя, скажи
правду. Если я обидел тебя чем-то или что-то не то сказал... Или, может,
просто больше не интересен тебе? Я хочу знать это. Может, у тебя появился
другой мужчина? Этот парень, с которым ты демонстративно прошла мимо вчера и
сегодня?
Не выдержав его взгляда, Кристина опустила глаза.
— Нет, — ответила она сухо. — У меня никакого мужчины не
появилось. И ты... Ты ничем меня не обидел... Просто я вдруг поняла, что
совершила ошибку...
— Поделись со мной. Скажи, какую? Ты жалеешь о том, что провела со мной
ночь?
— Нет.
— Тогда что же случилось? Почему ты сбежала из моего дома, не сказав
ничего, не оставив записки? Почему и вчера, и сегодня прошла мимо, под ручку
со своим другом, даже не глянув на меня? Если провести со мной ночь было
всем, чего ты хотела, скажи мне об этом! Скажи честно, Кристина, что тебе
ничего больше от меня не нужно, что ты поиграла со мной и теперь хочешь
поиграть с кем-то еще! Ты свободна делать все, что тебе хочется. Только
скажи, и я больше никогда не появлюсь в твоей жизни.
Чтобы скрыть навернувшиеся слезы, Кристина закрыла лицо руками.
— Скажи, Кристина, прошу тебя. Почему ты не хочешь объясниться со мной?
Не в силах больше сдерживать рыдания, она затряслась всем телом.
— Кристина... Что случилось?
Она почувствовала его теплые ладони на плечах.
— Эй, девочка...
Он сел с ней рядом, уложил ее голову себе на плечо и стал гладить по голове.
— Хочешь поплакать, поплачь... Только не долго, прошу тебя... Потому
что мне тоже может захотеться поплакать. Мне очень хотелось это сделать еще
вчера, когда ты прошла мимо под руку со своим другом и сделала вид, что не
знаешь о том, что я жду тебя...
Она повернула к нему заплаканное лицо.
— Прости, Риши. Я знаю, что повела себя глупо, — глубоко вздохнув,
сказала она. — Мне нужно было поговорить с тобой, но я подумала, что ты
сам все поймешь...
— Что, Кристина? Что поймешь? — Он взял ее за плечи, с тревогой
глядя ей в глаза. — Я не знаю, что я должен понять! — горячо
воскликнул он.
— А то, что мы никогда не сможем быть вместе, — сказала она и
принялась нервно кусать губы, чувствуя, что снова готова расплакаться.
— Почему?
— Ты сам знаешь почему.
— Не знаю, Кристина, — горячо ответил он. — Понятия не имею.
Я знаю только то, что люблю тебя, что за эти несколько дней ты стала очень
близкой и дорогой мне. Я знаю только то, что хочу быть с тобой всегда. Разве
в ту ночь, что мы провели вместе, ты не поняла этого? — Он притянул ее
за плечи к себе. — Ну скажи наконец, что нашло на тебя, что заставило
так подумать?
Она судорожно перевела дыхание.
— Я видела сон, видела, что ты женишься на индианке, — наконец
решилась она. — Сначала мы были вместе, а потом появилась она, и ты
оставил меня. А потом я видела свадебный ритуал, и ты вел эту девушку вокруг
священного огня...
Он нервно рассмеялся.
— Кристина! Это ведь был просто сон! Возможно, навеянный моими
рассказами о том, что сестра пытается женить меня. Кристина, опомнись!
Вернись в реальность! Я люблю тебя! — горячо выкрикнул он. — Я
счастлив, что нашел тебя. Я знаю, что ты та женщина, на которой я хотел бы
жениться...
Кристина застыла, с изумлением глядя ему в глаза. Она не могла поверить в
то, что услышала.
— А Жозефин? — с опаской спросила она. — Как прошло ваше
сегодняшнее свидание?
Он запрокинул голову назад и снова нервно рассмеялся.
— Кристин
...Закладка в соц.сетях
