Жанр: Любовные романы
Эликсир счастья
...ила ни цепочки, ни серьги, ни кольца — ей
казалось, что они мешают ей дышать, оттягивают уши или пережимают пальцы. Но
на этот обед все же не стоило идти вообще без украшений, тем более черный
шелк платья обязывал.
Кимберли достала из косметички замшевый мешочек, в котором лежала цепочка из
белого золота с жемчужным кулоном. Довольно крупная жемчужина очень красиво
лежала во впадинке между грудей Кимберли.
Мусс высох, и Кимберли аккуратно причесала и уложила волосы. Она оглядела
себя в зеркале и осталась довольна отражением. Оставался последний штрих.
Кимберли достала флакончик с любимыми духами — у них был тонкий, чуть резкий
аромат. Они были похожи на саму Кимберли! В их аромате была
целеустремленность, легкая резкость и в самом сердце композиции — сладость
обладания, достижения цели. Кимберли нанесла капельку на запястья, по
капельке — за уши. Она знала, что долго наслаждаться этим волшебным запахом
ей не придется: это были ее духи, и уже через десять минут она переставала
чувствовать их запах. Но окружающие могли наслаждаться ими столько, сколько
рядом будет Кимберли.
Она улыбнулась своему отражению, уверенная, что никто в зале не сможет
сравниться сегодня с ней. Пусть сеньор Франко и мистер Майерс увидят, что
она не только специалист в области туризма, но и потрясающе красивая
женщина. И пусть Ричард кусает локти: у нее уже есть жених.
— Могу я войти? — услышала Кимберли голос Ричарда.
— Кажется, у вас привычка сначала входить, а потом спрашивать, —
усмехнулась она и вышла из гардеробной. — И это не в первый раз за
сегодняшний день!
— О боже! Почему мне никто не сказал, что вы можете быть роковой
обольстительницей! — воскликнул Ричард, прижимая руку к сердцу, будто
был ранен стрелой. — Я был бы готов хотя бы морально!
— А кого вы привыкли видеть во мне, мистер Майерс? —
поинтересовалась Кимберли, беря сумочку.
— Я привык видеть деловую женщину. Просто лед!
— А сегодня?
— А сегодня вы огонь! — В голосе Ричарда Кимберли уловила что-то
сродни обожанию. — Как жаль!
— Жаль, что эта поездка деловая и что у меня есть жених? —
поинтересовалась Кимберли.
— Жаль, что я не видел вас такой раньше! Может быть, это прозвучит
глупо, но нет ничего прекраснее красивой женщины!
— Да, действительно звучит не очень, — согласилась Кимберли, беря
Ричарда под руку.
— Я не поэт...
— Тогда пойдемте обедать! Если честно, я проголодалась.
— Сеньор Франко обомлеет, — пообещал Ричард.
— Надеюсь, не настолько, чтобы не подписать контракт...
Как предсказывал Ричард, хозяин отеля действительно обомлел. Но Кимберли
быстро удалось снять это напряжение, за столом она придерживалась только
одной темы: дальнейшего сотрудничества
Счастливого путешествия
и
Райского
парка
.
Ричард, наоборот, за весь вечер ни разу не заговорил о делах. Он расхваливал
местные пляжи, интересовался насчет возможности открытия дайвинг-центра. И
пытался добиться от сеньора Франко ответа, что он будет делать, если
проснется потухший вулкан Лас-Канадас.
Кимберли, которая в начале вечера ловила на себе восхищенные взгляды мужчин
и завистливые женщин, к десерту сникла. Она не понимала, что происходит, но
на нее больше практически не обращали внимания. Ричард заинтересовал их
столик, за которым сидели практически одни мужчины, гораздо сильнее нее,
единственной среди них дамы. Кимберли не знала, что ей делать: обижаться на
Ричарда за то, что и тут он пытается перейти ей дорогу, или радоваться, что
ей не надо улыбаться и отвечать на комплименты. Все же ее ждет Стенли.
Кимберли так увлеклась грустными мыслями, что и не заметила, как к их
столику подошел местный фотограф и восторженно сообщил, что хотел бы
запечатлеть самую очаровательную женщину в этом зале в окружении столь
выдающихся джентльменов. Сеньор Франко рассмеялся и перевел Кимберли эту
напыщенную фразу. Она хотела было признаться, что знает испанский, но что-то
ее удержало. Кимберли лишь мило улыбнулась в камеру.
Когда обед закончился, Кимберли, сославшись на усталость, отказалась
смотреть развлекательную программу, и Ричард вызвался ее проводить.
Оказавшись в холле, Кимберли почти побежала, и Ричард еле поспевал за ней.
— Мисс Сотбери, что с вами происходит?! — спросил он, нагнав
Кимберли в лифте.
— Ничего! — огрызнулась она.
— Как ничего?! Да вы похожи на фурию!
— Несколько часов назад вы рассыпались в комплиментах по моему поводу!
— Вот я и не могу понять: буквально три часа назад передо мной была
прекрасная женщина, а сейчас она вдруг превратилась в мегеру!
— Ну спасибо!
— Мисс Сотбери, объясните, что с вами творится, может быть, я смогу вам
помочь.
— Да, сможете, если уберетесь отсюда и перестанете портить мне жизнь!
— Да что же я такое сделал?! — поразился Ричард.
— Только то, что появились на моем пути! Из-за вас я, скорее всего,
потеряю место, ради которого работала несколько лет. Теперь из-за вас со
мной отказывается вести переговоры сеньор Франко. Я слышала, как он сказал
своему помощнику, что будет говорить с молодым Майерсом. И намекнул, что мое
присутствие вовсе не так необходимо. А в то время как я напряженно работаю,
вы развлекаетесь, катаетесь в свое удовольствие по миру и пьете в барах! В
остальном все отлично!
— Мисс Сотбери, какая муха вас укусила? Я и не думал приходить на
постоянную работу в контору дяди. Не знаю, что он там решил, но я не белый
воротничок и никогда им не стану. Потом я же не виноват, что вы зациклены на
работе. Вы обычная трудоголичка. А сеньор Франко в чем-то и прав, говоря,
что человек, который не умеет радоваться жизни, не может оценить прелестей
Тенерифе. Попробуйте прогуляться по пляжу, посетите бар, заведите роман, в
конце концов!
— Разрешите я выйду, — холодно попросила Кимберли. Лифт уже давно
остановился и открыл двери.
— Конечно. Ну почему вы не хотите развлечься, раз уж есть такая
возможность?
— Только потому, что мне это не интересно, — отрезала
Кимберли. — Я просто не могу представить, как можно валяться целый день
под солнцем. Или зачем сидеть в баре?
— Если вы позволите мне зайти, я вам расскажу кое-что
интересное! — пообещал Ричард, уже будучи в гостиной и наливая в бокалы
вино.
Кимберли только обреченно покачала головой. Она зашла в спальню, бросила
сумочку на кровать и сменила платье на махровый купальный халат. Закутавшись
в него, Кимберли вернулась в гостиную и упала в кресло.
— Что там у вас? — устало спросила она.
Ричард протянул ей бокал с красным вином.
— Вы хотели узнать, что можно делать в баре? Так вот, я там
познакомился с одним парнем. И вот что получилось из этого знакомства.
Ричард с видом победителя вытащил из кармана какую-то бумагу. Кимберли сразу
заметила, что бумага старая. Она с интересом подалась вперед, чтобы лучше
видеть. Ричард протянул ей бумагу.
— Что это? — спросила Кимберли, вглядываясь в черточки и крестики
на листе, который казался таким хрупким, что вот-вот рассыплется.
— Это карта! — торжественно объявил Ричард.
— И? — поощрила его продолжать Кимберли.
— Разве вы не видите?! — удивился Ричард ее недогадливости. —
Вот это — Ферро, соседний с Тенерифе остров.
— Я не так плохо знаю географию, как вам показалось! — раздраженно
сказала Кимберли.
— Так вот, — Ричард решил не обращать внимания на ее выпад, —
видите вот этот крестик? Как вы думаете, что он обозначает?
— Неужели сокровища пиратов? — сделав большие глаза, спросила
Кимберли.
— Именно! — просияв, подтвердил ее догадку Ричард.
Кимберли откинулась на спинку кресла и расхохоталась. Она давно так не
смеялась. Ричард смотрел на нее с недоумением и с такой обидой, что Кимберли
даже стало его немного жаль.
— Что забавного вы нашли в моих словах? — обиженно спросил он.
Но Кимберли не ответила, поскольку никак не могла остановить безумный смех.
— Так что я такого сказал? — еще раз спросил Ричард.
— Вы их собираетесь искать? — поинтересовалась сквозь смех
Кимберли.
— Да, и предлагаю вам поучаствовать. Небольшое приключение пойдет вам
на пользу.
— Я откажусь по двум причинам. Во-первых, с Ферро авиационное сообщение
неважное, тут больше развит водный транспорт, а у меня морская болезнь и
даже небольшое путешествие будет для меня, как бы это сказать... неприятным.
А во-вторых, это идиотизм!
— Мисс Сотбери, я уверен, что это подлинная карта! — горячо стал
доказывать Ричард.
— А я уверена, что вы за нее заплатили кругленькую сумму!
— Да, действительно. Но я же получу огромную прибыль!
— Ракушки не так дорого ценятся, как вам кажется.
— Это подлинная карта. Я некоторое время изучал историю конкистадоров и
кое-что о них знаю. Я видел раритеты. Это — подлинник.
— Может быть, но тайник уже разграблен. Не думаете же вы, что парень, у
которого вы купили карту, сам не проверил ваш крестик?
— Не думаю. Он полагает так же, как и вы, что это подделка.
— И он прав.
— Нет! Это подлинная карта. Я не ошибаюсь!
— Я тоже не ошиблась в вас, мистер Майерс!
— В чем же? — спросил он удивленно.
— В том, что вы несамостоятельный, напыщенный, цветастый попугай!
Абсолютно бесполезное существо! Вы даже не можете заниматься тем, ради чего
вас сюда послал дядя. Да еще и меня поставил присматривать! Запомните,
мистер Майерс, я в няньки не нанималась, если вам хочется тратить деньги
дяди на поиск мифических сокровищ по бумажке, которая, скорее всего, умелая
подделка, чтобы выколачивать из дураков-туристов деньги, можете этим
заниматься, но без меня!
— Ну знаете ли, мисс Сотбери! — воскликнул Ричард и опрометью бросился из номера Кимберли.
Вот и хорошо, подумала она. Теперь я могу быть спокойна. Он больше не будет
приставать ко мне со всякими дурацкими идеями.
Но на душе остался какой-то неприятный осадок. Кимберли попробовала подумать
о работе, и все равно ей было противно, будто она вывалялась в грязи. Слюна
во рту была какой-то вязкой и горчила. Она с трудом сглотнула.
Кимберли взяла бутылку с недопитым вином и вышла на балкон. Ей хотелось
терпким вином заглушить неприятный привкус. К тому же Кимберли чувствовала,
что без помощи она сегодня не уснет.
Внизу шумел большой гостиничный комплекс, а дальше шумел океан, которому
были в принципе безразличны все человеческие страсти.
5
Встала Кимберли с головной болью. Ей казалось, что она отлично переживет
смену часовых поясов, но все же организм требовал сна тогда, когда он
привык, и протестовал против попыток Кимберли уснуть не вовремя. Так что
ночью Кимберли практически не спала. Да и мысли о том, правильно ли она
говорила с Ричардом и не слишком ли была резка, не способствовали покою.
Кимберли хмуро выглянула за окно, но в синем бездонном небе не было ни
облачка, и солнце светило вовсю, отражаясь от воды и песка. Пальмы все так
же шелестели от легкого ветерка, а туристы уже активно поджаривались под
ультрафиолетом.
Ричард конечно же уже там! — с раздражением подумала Кимберли. Хотя
нет, наверное, вчера в каком-нибудь баре познакомился со сговорчивой девицей
и сейчас отсыпается.
Кимберли не могла понять почему, но одна только мысль о том, что Ричард мог
провести ночь с другой женщиной, была ей крайне неприятна.
Вот уж не думала, что способна на ревность, удивилась Кимберли. И какое мне
дело до Ричарда? Пусть переспит хоть со всеми островитянками. Может быть,
отстанет от меня! А сейчас надо собираться, скоро ланч с сеньором Франко. Не
стоит опаздывать. Буду надеяться, что сегодня он настроен серьезно. Иначе
как же мне удастся заключить этот контракт? Хоть бы Ричард не забыл о ланче!
Кимберли приняла душ и надела блузку из шифона и широкие брюки. Блузка была
почти прозрачная, но Кимберли решила, что она одета гораздо приличнее
большинства женщин. Все же здесь курорт и можно позволить себе некоторые
вольности. Не такая уж она трудоголичка, как многие думают!
Она спустилась ровно к началу ланча.
— Удивительная пунктуальность для такой красивой леди! —
воскликнул сеньор Франко, вставая со своего места и целуя руку Кимберли.
— Благодарю вас. Кажется, кто-то из Людовиков сказал, что точность —
вежливость королей! — Кимберли мило улыбнулась и села на место, к
которому ее подвел официант.
— Амедей, вы не считаете, что наша сеньорита Сотбери — загадка? —
поинтересовался у помощника сеньор Франко. Тот пожал плечами. Говорливость
не относилась к его достоинствам. — Вчера она вскружила всем нам
голову, будто сказочная принцесса, а сегодня — вновь собранная и деловая
леди! Кто же вы, сеньорита Сотбери?
— Вы сами ответили на свой вопрос! — рассмеялась Кимберли.
Сеньор Франко тоже рассмеялся.
— Ну когда же принесут еду? Я сегодня распорядился приготовить для нас
потейдж
,
сансочо
и на десерт
гуассадило
.
— Что это? — удивленно спросила Кимберли.
— Не бойтесь, все съедобно! — воскликнул сеньор Франко. —
Потейдж
— это густой овощной суп,
сансочо
— соленая треска, сваренная со
сладким картофелем. Подается с острым соусом. Смотрите осторожнее!
— Буду знать, — поблагодарила его Кимберли. — А что на
десерт?
— Пирожное с лимоном и сыром.
— Звучит удивительно аппетитно! — сказала Кимберли. — Просто
слюнки текут. А то мистер Майерс пытался накормить меня медом с орехами! В
такую-то жару.
— Пока не принесли ланч, я бы хотел сделать вам небольшой подарок от
нашего отеля, — улыбаясь, сказал сеньор Франко.
Он щелкнул пальцами, и вдруг появился вчерашний фотограф. Кимберли так и не
поняла, где же он прятался до сих пор. В руках у фотографии был снимок.
— Вы здесь получились просто великолепно! — заметил сеньор Франко.
Кимберли была склонна с ним согласиться. — Да и сеньор Майерс тоже
отлично выглядит. Один старый Фердинандо уже не тот, чтобы его
фотографировать!
— Ну что вы, сеньор Франко! — попробовала утешить его Кимберли, не
совсем понимая причину его грусти.
— Кстати, куда же пропал сеньор Майерс? — спросил чуть раздраженно
сеньор Франко. — У берегов Канарских островов нет акул, да и вулкан мы
бы услышали!
Кимберли сквозь силу улыбнулась. Она совершенно отчетливо поняла, что весь
этот разговор, да и вручение фотографии был затеян не для того, чтобы ее
развлечь, а чтобы не было необходимости приступать к трапезе до появления
Ричарда. Сеньор Франко не хотел обидеть племянника друга.
— Сеньорита Сотбери, вы последняя, с кем мы его видели! —
воскликнул Франко, явно на что-то намекая. — Признавайтесь, куда дели
мистера Майерса?
От смущения, смешанного с хорошей порцией гнева на Ричарда за то, что ей
приходится за него оправдываться, Кимберли густо покраснела.
— О! Вы сейчас станете похожи на
мойо пикон
— тот самый острый
соус! — пошутил сеньор Франко.
Кимберли нашла в себе силы справиться и со смущением, со злостью. Она
улыбнулась и сказала:
— Я, к сожалению, не знаю, куда пропал мистер Майерс. Мы простились
довольно рано. Но я знаю, что он собирался с самого раннего утра изведать
все прелести этого острова.
— Тогда мы можем приступать к еде. Ему понадобится не один день!
Сеньор Франко жестом подозвал официанта. Ланч прошел в спокойной атмосфере.
Но каждый раз, как только Кимберли пыталась заговорить с хозяином отеля о
делах, сеньор Франко умело переводил разговор на другую тему. Вскоре это
начало раздражать Кимберли. Ей казалось, что сеньор Франко не желает с ней
ни о чем разговаривать.
Когда ланч закончился, она спросила:
— Сеньор Франко, как скоро мы сможем обсудить контракт?
— Вы такая нетерпеливая? — усмехнулся он.
— Да. Я хотела бы быстрее покончить с делами. Мне ведь тоже хочется
насладиться Тенерифе! Ничто человеческое мне не чуждо.
— Очень рад это слышать, сеньорита Сотбери, но, боюсь, без мистера
Майерса мы не сможем многое обсудить. Ведь его подпись должна стоять под
контрактом, не так ли?
— Мы говорили с мистером Майерсом, со старшим мистером Майерсом, об
этом. Он вовсе не против, скорее за, чтобы под контрактом стояла моя
подпись. Если, конечно, вас не смущает перспектива вести дела с женщиной.
— Ну вот, вы сделали из меня женоненавистника. А я женщин люблю, и даже
очень!
— Сеньор Франко, только без шуток: когда мы приступим к обсуждению
контракта? — нетерпеливо спросила Кимберли.
— Как только вы и сеньор Майерс насладитесь отдыхом в моем отеле. А
сейчас прошу нас простить, сеньорита Сотбери, нас с Амедеем ждут дела...
Он развел руками и мило улыбнулся, извиняясь за то, что вынужден покинуть
Кимберли. Она холодно кивнула в ответ.
Вот так, подумала Кимберли, оставшись одна на террасе. Мне дали понять, что
мой голос ничего не решит и что говорить будут только с Майерсом. Мило!
Она чувствовала, что внутри нее все кипит от гнева.
Ничего, Ричард, я тебя найду, и тогда тебе не поздоровится! Но пока что я
буду загорать и купаться. Потом сам будешь еще умолять меня начать
переговоры, пока дядя не настучал тебе по безмозглой голове.
Кимберли встала с кресла и бросила на стол смятую салфетку.
Весь день она провела на пляже, купаясь и загорая. Вечером Кимберли
спустилась в ресторан на обед. Она ожидала, что вот-вот появится Ричард, но
его все не было.
Обед прошел более напряженно, чем ланч. Сеньор Франко не мог понять, куда
делся Ричард, и не мог поверить, что Кимберли это неизвестно.
После обеда Кимберли была уже слишком рассержена, чтобы спокойно оценить
ситуацию. Она знала, что номер Ричарда где-то рядом с ее номером. То ли
справа, то ли слева. Она прошла по коридору и подергала ручку одного из
номеров. Дверь не открылась. Кимберли, впрочем, и не надеялась на это, но
попытаться стоило. Тогда она дернула другую дверь. Та оказалась открытой.
Кимберли тихо вошла и увидела на диванчике, таком же, как и в ее номере,
рубашку с красными попугаями. Точно такая была у Ричарда. Она не ошиблась,
это его номер. Но почему дверь открыта? И где же тогда сам Ричард?
Она заглянула во все комнаты. В спальне на кровати в беспорядке валялись
вещи Ричарда, но сумки рядом не было. У Кимберли появилось неприятное
ощущение, что она знает, куда делся Ричард. Но она надеялась, что ему не
хватило сумасбродства сделать это.
Она попробовала найти документы Ричарда, но безуспешно.
Не будет же он носить с собой все документы, попробовала успокоить себя
Кимберли. На Тенерифе ему вполне достаточно карточки отеля и водительских
прав! Значит, он сделал это. Что же я теперь скажу мистеру Майерсу? Ведь
Ричард вряд ли скоро вернется. А что я буду говорить сеньору Франко? Он ведь
уже косо на меня посматривает. Думает, что я знаю, куда делся Ричард, и
покрываю его. А ведь я действительно знаю! Что же мне теперь делать?! В
полиции мое заявление не примут, а в Нью-Йорк я позвонить не могу. Шеф мне
голову оторвет! Значит, я должна найти этого идиота Ричарда. Ну только он
мне попадется! Ему сильно повезет, если он сейчас в каком-нибудь баре или
дешевой гостинице с одной из тех коров, что пялились на него прошлым
вечером!
Кимберли вернулась к себе и схватила сумочку и фотографию, которую сделал
местный фотограф. С нее улыбался симпатичный молодой мужчина. Отличный
снимок, любой узнает Ричарда! Ничего никому не сказав, Кимберли покинула
отель. Она решила начать поиски с местного бара. Наверняка там Ричарда
запомнили: если не бармен, то официантки.
Она зашла в бунгало с крышей из пальмовых листьев и села за барную стойку.
Бармен тут же подошел к ней.
— Что будете пить, сеньорита? — спросил он.
— Ничего. Посмотрите на эту фотографию, вы знаете этого мужчину?
— Да! Это наш постоялец! Он вчера был здесь. А зачем он вам? —
спросил настороженно бармен.
— Это мой спутник. Он не пришел сегодня ночевать и днем не появлялся, я хочу узнать, что с ним.
— Это дело полиции, а не хорошенькой женщины, — неодобрительно
сказал бармен.
— Вы не знаете, он мог пойти еще куда-то кроме вашего бара? —
Кимберли решила проигнорировать слова бармена.
— Да, мы закрываемся довольно рано. Я посоветовал ему несколько
местечек. Только нет никакой гарантии, что вам там что-то расскажут!
— Назовите мне эти места и как туда добраться.
— Доберетесь на такси. А теперь давайте я напишу на листке, что это за
бары и клубы.
Закончив писать, он протянул листок Кимберли.
— Как вас зовут, сеньорита? А то вдруг и вы пропадете, а я окажусь
последним, кто вас видел.
— Спасибо за помощь, — сказала Кимберли и быстро вышла из бара. Ей
не хотелось, чтобы бармен знал, кто она такая. Пусть лучше думает, что она
ревнует своего мужчину или что-нибудь другое, ей безразлично.
Кимберли села в такси и дала водителю бумажку с адресами. Она объяснила, что
ей нужно во все эти бары и что она там будет недолго. Водитель ответил, что
с удовольствием подождет очаровательную сеньориту, если она половину суммы
заплатит сразу же. Кимберли молча достала деньги, отсчитала несколько купюр
и отдала их водителю, а остальные убрала обратно. Водитель удовлетворенно
кивнул и повез ее.
В первом баре Кимберли с трудом удалось добиться внимания официантки.
— Что вам нужно? — грубо спросила девица в таком грязном
переднике, что Кимберли решила: ни за что на свете больше не придет в этот
бар!
— Вы видели этого человека?
— Даже если и видела! Я не могу помнить всех клиентов!
— Он был очень ярко одет.
— Все эти люди, — официантка обвела рукой зал, — ярко одеты!
А вот вы выделяетесь. Сразу видно, что вы не туристка. — Кимберли не
поняла, что это — комплимент или порицание. Официантка еще раз окинула ее
взглядом. — Так что, если вы ничего не заказываете, сеньорита, идите
отсюда.
— Вы его видели?! — Кимберли вцепилась в ее руку.
— Давайте сюда карточку, если это так важно! — сердито сказала
она. Официантка внимательно присмотрелась к фотографии. — Нет, не
видела.
— Вы уверены?
— Конечно, такого красавца трудно не заметить, а я люблю мужчин. —
Она подмигнула Кимберли, криво усмехнулась и пошла прочь.
То же самое повторилось и в других барах. Кимберли уже почти отчаялась, но
оставался последний бар, где прошлой ночью мог быть Ричард.
Она устало сказала водителю:
— Едем туда.
— Нет, сеньорита, я бы вам не советовал! — начал ее отговаривать
водитель. — Тенерифе — остров вечной весны, но от влаги бывает плесень.
Вся плесень собирается там. Не место в том заведении молодой леди, которая
что-то выясняет!
— Тогда Ричард точно был в этом баре! Все, что я успела о нем узнать,
говорит за то, что он любитель злачных мест, — обреченно вздохнула
Кимберли.
— Давайте не поедем? Лучше сообщите в полицию то, что вы уже
узнали, — предложил он.
— Вы боитесь?
— Да, — честно признался таксист. — Это отвратительное место!
А у меня жена и дети.
— Но я же не прошу вас рисковать ради меня!
— Поймите же вы, что, если я туда не хочу, вам тем более не стоит
соваться в этот бар. А если вы думаете, что человек, которого вы ищете, был
там, значит, дело точно нечисто и следует заявить в полицию.
— Хватит разговоров, поехали! Я гражданка Соединенных Штатов Америки.
Они меня не тронут.
— Все вы, американцы, такие, — пробурчал водитель, но все же
поехал по адресу.
Когда Кимберли увидела, мимо каких
...Закладка в соц.сетях
