Жанр: Любовные романы
Непокорная невеста
...то нельзя всецело доверяться такому
дряхлому старику, но она меня не послушала.
- Ага, стало быть, она не прислушивается к вашему совету, - с
соболезнованием в голосе вставил Раймонд.
- Почему же? Я даю ей советы уже много лет.
Кожаный ремешок лопнул в руках Раймонда. Хью промолчал и лишь
улыбнулся.
- К моим советам она тоже прислушивается, - сказал Феликс.
- Могу себе представить. - Раймонд отшвырнул оторванный
ремешок в сторону. - Раз вы так давно знакомы с леди Джулианой, вы
наверняка знали и ее мужа.
Хью небрежно махнул рукой:
- Миллард был хилым и болезненным мальчишкой. Даром что богат.
Он смог сделать Джулиане только дочерей. С такой страстной женщиной
ему было не совладать.
Значит, дело в тебе, барончик, подумал Раймонд. Это ты погубил
репутацию Джулианы. Должно быть, вы были любовниками. Но с этим
покончено. Теперь Джулиана принадлежит только ему, Раймонду. И если
этот красавчик нанес ей обиду, он горько пожалеет об этом.
- Мы с Джулианой вместе выросли, - повторил Хью. - И с детства
любили, друг друга.
Раймонд с удовольствием опустил бы шлем на голову рыцаря, однако,
его с детства приучили относиться к доспехам с почтением. Не
сдержавшись, Раймонд сказал:
- Детская привязанность как песочные часы. Когда наполняются
мозги, сердце опустевает.
- Ты слишком умен для простого зодчего, - заметил Хью, видя, что
Раймонд механически осматривает шлем - нет ли на нем вмятин и
повреждений. - К тому же я вижу, что ты привык иметь дело с доспехами.
Раймонд протянул шлем Кейру:
- Почисть его и смажь маслом.
- Откуда строитель крепостей может обладать знанием о рыцарском
снаряжении?
Хью еще раз оглядел Раймонда с головы до ног, отметил ширину плеч,
крепость рук. Под этим взглядом Раймонду стало неуютно. Он с тревогой
взглянул на Валеску, и та моментально перешла к действию.
- Эй, Файетт, помоги господину барону снять кольчугу, а потом
поможешь господину графу. - На Раймонда и Кейра старуха прикрикнула:
- А вы, двое, марш вниз и приведите себя в порядок! Вон сколько от вас
грязи на полу!
Топнув ногой по покрытому сухим тростником полу, Раймонд
возмутился:
- Не такие уж мы грязные!
- Ты со мной не спорь, - пропела Валеска. - Сегодня в замке
большая уборка. Служанки как следует вымыли отхожие места, а леди
Джулиана сейчас отскребает от грязи своих девочек. Сейчас будут подавать
ужин, и я не позволю, чтобы двое невеж разгуливали здесь в таком виде.
Она отвесила Раймонду пинок, И оба приятеля поспешили
ретироваться.
Чисто вымытые дочери Джулианы уже ужинали молоком и хлебом,
когда переодевшийся и выбритый Раймонд вновь появился в зале. На стенах
пылали факелы, в камине потрескивали дрова. Длинный стол был накрыт
белой скатертью, все присутствующие расселись по двое: у каждого была
своя ложка, но миска предназначалась одна на двоих. Снизу, из кухни, слуги
тащили котелки с мясным рагу. На дальнем конце стола пили эль, на
парадном - вино.
Высокая серебряная солонка, обозначавшая самое почетное место,
стояла во главе стола. Почтительно поклонившись, Раймонд сказал:
- Лорд Феликс, вы самый знатный из присутствующих здесь господ.
Ваше место - возле солонки.
Феликс важно кивнул:
-Разумеется.
- Вам не подобает сидеть на скамье, как остальным. Я поставлю вам
стул, - продолжил Раймонд. - Кому, как не вам, сидеть во главе стола.
Феликс все еще одобрительно кивал. Потом до него дошло, в чем
подвох.
- Нет, я хочу сидеть рядом с леди Джулиаиой и есть с ней из одной
миски!
Раймонд взглянул на графа и преувеличенным ужасом:
- Неужели вы допустите, чтобы во главе стола сидела леди Джулиана?
Так не годится, милорд. - Он грохнул об пол стулом. - Не роняйте своего
достоинства, милорд. - Раймонд низко поклонился. - Ведь вы, должно
быть, свой человек при королевском дворе?
Феликс просиял, а Хью подозрительно прищурился:
- Ты слишком много на себя берешь, мастер зодчий.
Слова "мастер зодчий" были произнесены так, словно это было
ругательство. Однако, приведя себя в порядок и побрившись, Раймонд
воспрял духом и теперь чувствовал себя неуязвимым. Наконец-то он узнает
тайну Джулианы. А заодно защитит свою будущую жену от обидчиков.
Галантно улыбнувшись, он сказал:
- Я имею честь временно состоять на службе у леди Джулианы. Мне
хорошо известно, как высоко чтит она своих соседей. Да и вы, господа, я
надеюсь, относитесь к ее милости с подобающим уважением.
Сзади раздался шорох, Раймонд обернулся и увидел, что Джулиана
стоит неподалеку и слышит каждое слово. Ее медные волосы, стянутые в
косу, вспыхивали бликами в отсветах пламени. Тонкие руки подрагивали,
глаза сияли аметистами, а на устах играла спокойная улыбка.
Поклонившись хозяйке замка, Раймонд показал на почетное место.
- Садитесь, миледи. Лорд Феликс сочтет за честь сидеть у ваших ног.
- Кто, я? - возмутился Феликс. - У ног женщины?
Джулиана презрительно взглянула на него и села на предложенный
стул.
- Вы слишком любезны, Феликс, - сказала она. - Такой знатный
граф будет сидеть у моих ног! Я бы охотно обошлась без этой чести.
Феликс так стремительно взмахнул рукой, что Раймонд не успел его
остановить. Однако Джулиана была наготове и увернулась от удара.
- Вы так меня и не простили! - горестно воскликнул Феликс. -
Подумаешь, такая безделица, ничего особенного не случилось! Сколько
можно на меня дуться!
В зале стало тихо, только сэр Джозеф злорадно хихикнул. Все слуги,
пажи, серфы, затаив дыхание, следили за происходящим.
Джулиана словно окаменела. Раймонд чувствовал, что ее мысли в
прошлом, и это прошлое ее терзает. Смотреть на ее муки было невыносимо,
и Раймонд положил руку ей на плечо. Джулиана вздрогнула, взглянула на
него снизу вверх. Зеленые глаза встретились с голубыми, прозвучал
безмолвный вопрос, на который был дан такой же безмолвный ответ, однако
кто вопрошал, а кто отвечал, осталось тайной. Раймонд не столько услышал,
сколько почувствовал, как из ее груди вырывается глубокий вздох. Держать
руку на плече Джулианы было очень приятно, и Раймонд подумал, что
ощущать под пальцами ее обнаженную кожу - вот, наверное, наслаждение,
не сравнимое ни с чем.
Он покраснел от смущения, и это не ускользнуло от взгляда Джулианы.
Она обернулась к Феликсу, непроизвольно коснувшись шрама на щеке:
- Не знаю, как насчет прощения, но на забвение можете рассчитывать.
Довольствуйтесь этим.
Все облегченно вздохнули. Феликс просиял улыбкой, оживленно
закивал головой. Все присутствующие дружно накинулись на еду.
Раймонду странно было смотреть на жадно жующих людей - его
мысли витали далеко отсюда. Барон Холли возмущенно сбросил руку
"зодчего" с плеча Джулианы, а Раймонд даже не заметил. Кейр подал ему
сигнал, что пора перебраться к той части стола, которая предназначалась для
слуг. Раймонд кивнул, делая вид, что ничего особенного не произошло.
Но в голове у него вертелась лишь одна мысль: неужели это был
Феликс? Все страдания Джулианы из-за этого коротышки? Раймонд еще раз
взглянул на краснолицего петушка, однако поверить в это было совершенно
невозможно. Неужели любовником Джулианы был Феликс?
Чушь! Да и сам Феликс вроде бы это отрицал. Он же сказал, что ничего
не произошло. Значит, он не был ее любовником. Что же случилось? Если
речь идет не о любовной истории, то в чем причина страданий Джулианы?
Должно быть, произошло нечто страшное, темное. Раймонду стало стыдно,
что до сей минуты он думал о прежних злосчастьях Джулианы так
пренебрежительно.
Что это было - грех или преступление? Наконец ужин закончился, и
все спрятали ножи, которыми еще недавно так увлеченно орудовали,
обратно в ножны.
- Объясните-ка нам, леди Джулиана, - напористо начал Хью, -
почему ваш зодчий роет такую здоровенную канаву?
- Мы, - Джулиана подчеркнула это слово, - роем фундамент для
второй линии стен. Стена будет шириной двенадцать шагов.
- Не двенадцать, а восемь, - поправил ее Раймонд.
Джулиана надменно покосилась на него и повторила:
- Двенадцать.
Раймонд ухмыльнулся:
- Это зависит от того, чьими шагами мы будем мерить, миледи, -
вашими или моими.
Феликс возмущенно воскликнул:
- Да он наглец!
Джулиана подозвала служанку и бросила недоеденный хлеб в корзину,
предназначавшуюся для подаяния.
- Однако он - королевский зодчий, и я должна ему доверять.
- Вы ему доверяете? - поразился Хью. - Доверяете мужчине,
которого совсем не знаете! Да ведь он обычный поденщик, который за
несколько пенсов в день роет яму в грязной земле.
Джулиана взяла у Файетт мокрое полотенце, вытерла руки. Это занятие
отняло у нее очень много времени. Рассмотрев каждый палец по
отдельности, она сказала:
- Вы правы, милорд.
Хью ткнул пальцем в сторону Раймонда:
- Неужели этот мужлан поколебал ваше извечное недоверие к
мужчинам? Может, он и в вашу постель уже забрался? Должен напомнить
вам, леди Джулиана, что после того скандала ваша репутация безнадежно
испорчена. Может быть, такая грешница недостойна распоряжаться судьбой
своих детей и своих земель!
Джулиана крепко схватилась пальцами за край стола:
- Эти слова недостойны вас, милорд.
- Ваш зодчий - подлый обманщик!
- Ничего подобного!
Раймонд чуть не проваливался под землю от стыда. Ведь он
действительно обманывал Джулиану. А кроме того, слишком уж рьяно
защищала она своего строителя. Потом, опомнившись, она непременно
пожалеет, что кинулась на его защиту с таким пылом.
- Он что-то утаивает, - настаивал Хью.
Джулиана скрестила руки на груди:
- Например, что?
- Не знаю. Но на обычного мастера он не, похож.
Кейр шепнул Раймонду на ухо:
- Лорд Хью слишком наблюдателен.
- А мне на первый взгляд он показался простаком.
- Может, он и простак, но совсем не дурак. К тому же он слишком
близко к сердцу принимает интересы леди Джулианы.
Но Раймонд его уже не слушал. Он думал о том, что его маскарад
продлится еще несколько месяцев, до весны, а к тому времени все
переменится. Как сложатся их отношения дальше? Произвести впечатление
на Джулиану ему удалось. Она ощутила к нему доверие, не побоялась
поручить его опеке своих дочерей, а ведь ей ничего не известно о том, как
могуч и стоек он в бою. Она поверила, что он может укрепить ее замок. Она
прониклась к нему симпатией, не зная о его знатности, о его влиянии при
дворе. Вопрос в том, позволит ли она ему делить с ней ложе?
- Мне он тоже не нравится, - заявил Феликс, глядя на Раймонда.
- Это почему же, милорд?- насмешливо спросила Джулиана.
Феликс побагровел еще пуще.
- Он такой... такой нахальный. И кроме того... он не тот, за кого себя
выдает.
Кейр прошептал:
- Просто какой-то попугай, а не человек.
Раймонд кивнул, думая с нежностью, что Джулиана защищает его с
восхитительной самоотверженностью.
- Вы только посмотрите на него! - Хью вскочил на ноги. - Он
пялится на вас, как влюбленный юнец. Миледи, да этот наглец только и
мечтает о том, чтобы задрать вам юбку.
Джулиана обернулась к Раймонду, и он растаял под ее небесным
взглядом.
- Клянусь святым Себастьяном! - бушевал Хью. - Вы так на него
смотрите, миледи! Уж не влюбились ли вы в него? Опомнитесь! Ему не
нужна ваша любовь. Ему нужны ваши земли, ваши богатства, ваше тело.
Но Джулиана не отрывала от Раймонда глаза. Сэр Джозеф громко
сказал:
- Эта женщина ни за что не прошла бы испытание иглой святого
Уилфрида.
Раймонд и Кейр переглянулись.
- Что это за испытание? - спросил Кейр. Джулиана, гордо вскинув
подбородок, объяснила:
- В Райпонском соборе есть узкий проход, именуемый иглой святого
Уилфрида. Лишь целомудренная, благонравная женщина может пройти там,
не застряв.
- А уж целомудренной вас, Джулиана, никак не назовешь, -
осклабился сэр Джозеф.
Выйдя из себя, Хью выкрикнул:
- Вы ведете себя, как последняя шлюха!
Это слово разорвало пелену волшебного тумана окутавшего Раймонда и
Джулиану.
Хью тут же принялся извиняться в своей горячности, но Раймонд уже
бросился к нему с криком:
- Я заставлю тебя проглотить эти слова!
Хью шагнул ему навстречу, схватившись за кинжал:
- Только рыцарь умеет, владеть оружием, - сказал он. - Ты рыцарь?
- Ты сомневаешься, что я с тобой справлюсь?
- Я сомневаюсь, что ты простой ремесленник. Откуда у тебя такие
мышцы, откуда столько дерзости? Ты и двигаешься, как рыцарь.
Джулиана нахмурилась, а Кейр вполголоса выругался. Раймонд молчал,
стиснув зубы.
- Леди Джулиана слишком доверчива, - шептал Хью.
- Вас это не касается, это мое дело, - огрызнулась Джулиана. - А
если вам хочется подраться, то извольте делать это не в моем...
В этот момент в дверях появился Леймон.
- Миледи!
Он держал за шиворот скрюченного человечка в вымокшем плаще.
Воин подтолкнул незнакомца вперед и доложил:
- Этот прохвост ни слова не знает по-английски, но все время
повторяет ваше имя, миледи, и размахивает этим письмом. - Он показал
свиток с печатью. - А печать королевская.
Джулиана рассмотрела печать и взглянула на путника, с которым столь
бесцеремонно обошелся Леймон.
- На каком языке вы говорите? - спросила она на нормандском
наречии.
Незнакомец скороговоркой выпалил на той разновидности
французского, которой пользуются жители Пуату:
- Миледи, - он упал на колени. - Дорогая госпожа! - Он поцеловал
ей руку. - Этот мужлан обошелся со мной самым неподобающим образом.
- Он откинул капюшон и запыхтел от негодования.- Говорит, что не
понимает меня, однако я уверен, что он вполне может объясняться на
цивилизованном языке.
Незнакомец достал кусок белой материи и вытер мокрые лоб и усы.
- О, как ужасно путешествовать по этой варварской стране! Если бы
не король, я бы ни за что сюда не поехал. - Он прошелся тряпкой по щекам
и продолжил: - Во всяком случае, в такое время года.
По-прежнему стоя на коленях, он умудрился еще и поклониться.
- Однако король Генрих проявил такую настойчивость, что я не мог
более противиться. К тому же он превозносил вашу несравненную красоту и
щедрость. Теперь я вижу, что его величество не преувеличил.
Он вновь попытался поцеловать Джулиане руки, и она воспользовалась
паузой, чтобы спросить:
- Зачем король послал вас ко мне? Я ничего не понимаю.
Человечек удивился, взмахнул руками:
- Но вы сами его попросили!
Раймонду стало не по себе.
- Я ни о чем не просила короля. Разве что...
Джулиана посмотрела на Раймонда, потом на незнакомца.
- Кто вы такой?
- Я? - Француз ударил себя кулаком в грудь.- Я Папиоль. - Он
вскочил на ноги и принял горделивую позу. - Я величайший строитель
замков во всем королевстве!
7.
Джулиана уставилась на подвижное, брыластое лицо того, кто назвал
себя строителем замков. Человек продолжал что-то говорить,
жестикулировать, но она уже ничего не слышала. В глаза ей бросилось
перекошенное от злости лицо сэра Джозефа. Сердце ныло, словно больной
зуб. Жалость к самой себе охватила ее. Несчастная дура, она в который раз
поверила мужчине и снова была бессовестно обманута. Ее охватил гнев. Она
чувствовала, как ярость закипает в ее крови, огнем пробегает по телу.
Тщательно выговаривая слова, она спросила:
- Как вы сказали? Кто вы?
Мужчина снова опустился на колени, посмотрел на нее с опаской,
словно на сумасшедшую.
- Я Папиоль, миледи, королевский зодчий.
Он говорил так, будто имел дело с ребенком, но Джулиана не
оскорбилась.
- И какой же король вас прислал? - спросила она.
- В каком смысле, миледи?
Папиоль снова принялся вытирать пот.
- Какому королю вы служите?
Он выпучил карие глаза.
- Разумеется, нашему государю, славному королю Генриху. - Не
вставая с колен, он попятился назад. - Да сохранит его Господь...
- Если вы - королевский зодчий, то кто же этот человек? - Она
показала на Раймонда.
- Миледи, я, не имею чести знать ваших приближенных, -
пролепетал Папиоль, не понимая, чем вызвал гнев хозяйки замка.
- Но, может быть, вы видели когда-нибудь эту подлую, лживую
физиономию?
Папиоль резво вскочил на ноги и попятился от нее. Потом обернулся,
мельком взглянул на Раймонда и, по-прежнему не спуская глаз с леди
Джулианы, пробормотал:
- Нет, миледи, я никогда раньше не видел этого господина.
Лицо Джулианы залилось краской. Она хотела взглянуть Раймонду в
глаза, испепелить предателя взглядом, но тело отказывалось слушаться.
Колени подгибались, голова гудела. Вскинув с трудом руку, она прошипела:
- Убейте его!
Сэр Джозеф перестал хихикать. В зале воцарилось гробовое молчание,
а мастер Папиоль бухнулся в обморок.
- Господь с вами, Джулиана! - воскликнул Хью.
- Убейте его! - повторила она.
— Джулиана, так нельзя. Можно ли убивать человека лишь за то...
Она перебила барона:
- Сейчас я покажу, можно или нельзя.
С этими словами она схватила со стола острый, как бритва, столовый
нож и двинулась к Раймонду. Тот благоразумно попятился, однако довольно
скоро уперся в стену. Джулиана замахнулась ножом, но он поймал ее за
руку.
- Позвольте мне представиться, миледи, - учтиво сказал он.
- Не позволю! - Она вырвала руку и попробовала нанести удар
ножом. - Я хочу, чтобы твой безымянный труп закопали за церковной
оградой.
Он снова поймал ее за руку и прошептал Джулиане на ухо:
- Я Жоффруа-Жан-Луи-Раймонд граф Авраше.
Она похолодела, схватилась рукой за горло.
- Что-что? Я не расслышала.
- Я Жоффруа-Жан-Луи-Раймонд...
Она ударила его кулаком в грудь:
- Не может быть!
Удар был довольно ощутимым, и Раймонд на мгновение задохнулся.
- Клянусь, миледи, что говорю правду.
Его честный, открытый взгляд немного поумерил ее ярость. Гнев
сменился страхом, потом стыдом.
Тут она впервые вспомнила о зрителях. Эти люди многое видели за
последние часы, дни, недели. Придется смотреть им всем в глаза, хотя очень
хочется спрятаться, забиться в щель. Невозможно! Джулиана чувствовала
себя бесконечно униженной. Знакомое чувство. Она страдала от него и
прежде.
- Милая Джулиана, не смотрите на меня так, - голос Раймонда
дрогнул. - Я не хотел вас обидеть.
Она отдернула руку, нож покатился по полу.
- Не смейте так говорить! - гневно топнула она ногой.
Сделав над собой усилие, Джулиана сказала уже более спокойным
голосом:
- Мужчины вечно говорят, что не хотят обидеть женщину, но только
этим и занимаются.
- Что я могу сделать, чтобы убедить вас...
- В том, что вы - граф Авраше? - Она хищно оскалилась. -
Покажите письмо.
- Какое письмо?
Джулиана решила, что он притворяется. Хотя вряд ли, не такой уж
хороший из него лицедей,
- То письмо, которое вы показывали Леймону. С королевской
печатью.
- О боже! - испугался он. - Оно не предназначено для вас.
- Неважно, я хочу его видеть.
Раймонд носил письмо при себе, в сумке, пристегнутой к поясу.
Королевская печать в случае чего могла послужить ему защитой. Немного
помедлив, он вытащил свиток и протянул Джулиане. Она так и не поняла,
почему он это сделал - то ли устрашившись ее гнева, то ли из чувства вины.
Пробежав глазами письмо, Джулиана побледнела. Генрих отзывался о ней
самым нелестным образом: характер ее называл сварливым, внешность
"кошмарной". При этом король давал жениху самые разнообразные советы
- например, "отделать строптивицу так, чтобы на ногах не устояла" или
"побыстрее соблазнить ее".
Сразу было видно, что его величество не привык стесняться в
выражениях.
Джулиана отвернулась от Раймонда. Она хотела разорвать пергамент на
мелкие кусочки, но из памяти слова все равно не выкинешь.
Как бы то ни было, письмо подтверждало слова Раймонда. Перед ней
действительно был граф Авраше.
Она прислонилась к холодной каменной стене.
Сердце у нее, к сожалению, было не из камня - оно сжалось от стыда.
- Джулиана, - нерешительно произнес приблизившийся барон
Холли. - Что вы намерены предпринять?
В панике Джулиана оглянулась на Раймонда, как дитя, обиженное на
родителя, но все же ищущее у него защиты.
Хью воскликнул:
- Если прикажете, я убью его, но сначала хотелось бы выяснить, кто
он таков.
У Джулианы подкосились ноги. Она упала бы навзничь, если бы не
Раймонд, подхвативший ее на руки. Он принялся гладить ее по спине, ибо
она вся дрожала в ознобе. Его прикосновение придало ей сил, и за это
Джулиана разъярилась на Раймонда еще больше. Со злой насмешкой в
голосе она спросила барона:
- Что же нам с ним делать? Вздернуть его на дыбу или подвергнуть
бичеванию?
- Я с самого начала подозревал, что он никакой не зодчий, а рыцарь,
проникший в ваш замок обманом. Слишком у него горделивая осанка, да и
тело, закаленное в боях. Должно быть, его прислал кто-нибудь из ваших
врагов, мечтающих завладеть вашими землями.
Феликс крикнул издалека, не спеша присоединиться к своему
приятелю:
- Джулиана, вы снова натворили каких-нибудь глупостей?
Сэр Джозеф злобно захихикал, и Джулиана почувствовала, что она
снова теряет сознание. Она так надеялась, что время залечит раны, что она
сможет начать жизнь заново. Раймонд смотрел на нее так жалостливо, что
она вновь ощутила всю унизительность своего положения. Хорошо же она
смотрится в грубом домотканом платье, перетянутом щегольским красным
кушаком! Жалкое зрелище! Что может быть отвратительнее женщины,
мечтающей понравиться мужчине?
Какой позор!
Стоит ли удивляться, что граф Авраше не открыл ей, кто он такой на
самом деле. Ему ни к чему жена, запятнанная позором. Да и кому нужна
вдова с двумя детьми? Хью, должно быть, сошел сума - разве можно
представить, что она может вызвать у мужчины какое-нибудь чувство, кроме
презрения? Граф Авраше - знатный вельможа, да к тому же - она
внутренне застонала - он прекрасен, как Бог.
- Миледи... Джулиана... Ради Бога...
Да к тому же граф Авраше еще и добросердечен, подумала она. В его
взгляде читалось сочувствие.
- Я сделаю все для того, чтобы исправить положение. Вот увидите.
Он наклонился к ней, но в этот миг у него перед носом сверкнул
клинок.
- Убери руки, наглец!
Хью приставил к горлу Раймонда меч с улыбкой, не предвещавшей
ничего хорошего.
Джулиана должна была бы поблагодарить своего защитника, но вместо
этого она сердито оттолкнула его в сторону.
- Не будьте дураком, Хью! Он не зодчий, но и не шпион. Это
Раймонд, граф Авраше! Он прибыл за своей невестой!
Сэр Джозеф поперхнулся смехом, а Хью побагровел.
- Раймонд Авраше?- переспросил он, и меч задрожал в его руке.
Имя это было произнесено так громко, что его услышали все
присутствующие. Глаза барона налились кровью.
-Я убью его! Только прикажите!
Джулиана испуганно воскликнула:
-Ни за что на свете!
- Правильно! Смерть ему! - просипел чей-то исполненный ненависти
голос.
Джулиана резко обернулась, чтобы посмотреть на того, кто сказал эти
слова. Лица у всех присутствующих были растерянные. Феликс застыл возле
стола и хлопал глазами, пытаясь разобраться в происходящем. Сэр Джозеф
вцепился обеими руками в подлокотник, лицо его смертельно побледнело.
Возле двери с обнаженным мечом в руке стоял Леймон, а рядом чуть
пригнулся Кейр, готовый броситься на выручку своему господину.
Кто же призвал убить Раймонда?
Валеска и Дагна почему-то отправились вниз, по направлению к кухне,
а слуги вели себя очень странно - обнимались, радовались, и в зале царила,
атмосфера всеобщего веселья.
Отчего они веселятся? В чем дело? Но сейчас Джулиане было не до
этого - взбешенный Хью никак не желал угомониться.
- Да никто не узнает, - горячо шептал он. - Королю мы скажем, что
граф сюда так и не доехал. Или, допустим, он умер от оспы. Да какая
разница - например, повесился от меланхолии.
Никто не узнает? - насмешливо повторила Джулиана. Раймонд на
всякий случай попятился, но она на него даже не взглянула. Сейчас нужно
было унять Хью.
- И действительно, ведь никто ничего не видел. Да вы с ума сошли,
милорд! Даже если три человека о чем-то знают, это уже никакой не секрет.
А здесь по меньшей мере человек тридцать.
- Но вы сами собирались его убить, - упорствовал Хью.
- Не будьте дураком. - Она устало потерла лоб. - Я бы не смогла
его убить.
- А нож?
Хью отшвырнул ногой валявшийся на полу клинок.
Тем временем Раймонд, Кейр, Валеска и Дагна собрались вместе и
стали о чем-то перешептываться. Что они там задумали? Если у графа
хватило коварства проникнуть в ее замок, можно не сомневаться, что у него
все продумано заранее. Он подготовился к любой неожиданности.
-Я не рыцарь, Хью,- устало сказала она.- Я женщина. Для меня
человеческая жизнь драгоценна. Я не бью своих слуг, не насилую служанок.
Конечно же, я не смогла бы его убить.
Хью возмущенно всплеснул руками:
- Это из-за того, что он ваш любовник!
- А вы осел. Если бы он был моим любовником, все бы об этом знали.
Вы только взгляните: мое ложе отделено от общего зала обычной ширмой.
Тайком от слуг здесь не согрешишь.
Рука барона, все еще сжимавшая меч, безвольно повисла.
- Но если вы выйдете за него замуж, вы будете делить с ним ложе безо
всякого греха.
- Выйду за него замуж?
Он понизил голос:
- А вы как думали? Теперь, когда он объявил свое имя, у вас нет
выбора.
Странно, но Джулиана забыла об этом. Она нервно скрестила руки на
груди, чувствуя, как Отчаянно стучит ее сердце. Опасения, надежды, страх
- все обрушилось на нее сразу.
- Вы в ловушке, Джулиана, - злорадно сказал Хью.
- В ловушке? - Она пыталась разобраться в своих ощущениях. - Я
пока этого не чувствую. Может быть, завтра, когда я успокоюсь и до конца
осознаю случившееся, мне станет жутко. Но сегодня я испытываю лишь
унижение.
- Подумайте как следует, в каком положении высказались!
- Чему вы радуетесь? - разозлилась Джулиана. - Я считала вас
моим другом.
- А я хочу быть вам не другом, а кое-чем иным. Хью так крепко сжал
ей плечи, что Джулиана поморщилась.
Но тут между ними блеснула сталь клинка.
Рядом стоял Раймонд, с небрежной грацией сжимая в руке меч.
- Немедленно отпустите ее.
Хью выпустил Джулиану, и она спросила:
- Откуда у вас меч?
Все еще глядя на барона, Раймонд ответил:
- От короля.
- Нет, я хочу знать, как вы смогли пронести его в мой замок? -
спросила она, все еще не до конца осознав, что перед ней теперь не
строитель замков, а знатный вельможа.
- За мое оружие отвечает Валеска. Дагна прислуживает Кейру. Это
наши оруженосцы. - Его глаза весело блеснул
...Закладка в соц.сетях
