Жанр: Любовные романы
Ночные забавы
...о пытался бы оправдаться и
повторял бы по несколько раз одно и то же. Это же азбука мужской психологии! - заявила с
уверенностью Лили, перечитавшая гору книг по психологии, когда заподозрила Брока в
супружеской неверности.
- Позвони Баффи! - сказала Сэси, доставая сотовый телефон и протягивая его
Серене. - По-моему, нам пора промочить горло! - Она помахала рукой официантке, чтобы та
приняла у нее заказ на коктейли, откинулась на спинку стула и заявила: - Я не позволю делать
из меня дуру! Дорогуша, - обратилась она к подбежавшей официантке, - принесите нам по
"Маргарите" со льдом, но только без соли.
- Мамочка, я спрашиваю тебя вовсе не о Забере из Авроры, а о тех, что из Илая. Поняла?
Ты не знаешь, сколько у них было всего детей? Ах вот оно как! Да, его-то мы как раз прекрасно
знаем... Да, он всегда получал приз на этих состязаниях. Да, это он залезает на столб каждое
Четвертое июля. А сестра у него есть? Ага! Угу! Ну, ясно...
Даже официантка не сумела сдержать улыбку, сообразив, о ком расспрашивает свою
матушку Серена. Сэси строго посмотрела на нее, и та побежала выполнять заказ. Между тем
разговор Серены с матерью продолжался.
- Чем она, говоришь, страдает? Ах вот оно что! Понимаю. И она не хочет возвращаться
домой? Да нет, мамочка, дело вовсе не в этом. Просто я слышала, будто бы она сейчас в городе.
Хорошо, я спрошу у Сэси и Лили, но мне кажется, что у них другие планы. Да, разумеется, все
любят жаркое из вырезки. Хорошо, я приду домой вовремя. Не волнуйся. Пока, мамуля! -
Серена вернула телефон Сэси и выпалила: - Его сестру зовут Дезире, ей двадцать лет, и она не
вылезает из психушки. С родителями она не в ладах. Мама говорит, что она в общем-то милая
девочка, но только чересчур чувствительная и нервная. Еще учась в школе, она прославилась
тем, что ударила директора Гумбольта блокнотом по физиономии. Тогда-то ее впервые и
упекли в сумасшедший дом. Сейчас, похоже, ее в очередной раз оттуда выписали.
- Вот черт! - воскликнула Сэси. - Напрасно я так грубо разговаривала с Ником по
телефону.
- Так позвони ему и извинись! - сказала Лили.
Сэси вытаращила на нее изумленные глаза.
- Видишь ли, иногда люди приносят другим свои извинения, - насмешливо произнесла
Лили.
- Кому? Мужчинам? - уточнила Сэси, не имевшая обыкновения просить у кого-либо
прощения и признавать свою неправоту.
- Представь себе, что и мужчинам тоже.
- Я подумаю над этим, - облизнув губы, сказала Сэси.
- Кстати, девочки, мама приглашает вас на ужин. Но приходить не обязательно, -
сказала Серена.
- Передай ей мою благодарность за любезное приглашение, - ответила Лили. - Но у
нас с Билли другие планы.
- Пожалуй, я тоже посижу лучше дома и поразмышляю, нужно ли мне извиниться перед
Ником, - сказала Сэси.
- К ужину я надену свое новое шелковое платье цвета лаванды, - мечтательно сказала
Серена и томно вздохнула. - Уверена, что этот вечер будет удачным.
Глава 31
Этот вечер действительно стал знаменательным для всех трех подруг. Фрэнки явился в
дом родителей Серены на ужин, Сэси впервые в жизни извинилась, а Лили провела его так
чудесно, что о том следовало бы упомянуть в ее мемуарах. В общем, в этот вечер в жизни
каждой из них произошла перемена, благодаря которой все они существенно приблизились к
тому раю, о котором мечтали.
Активнее других действовала, конечно же, Сэси, самая нетерпеливая по своей натуре из
трех подружек.
Как только она попрощалась с подругами и вышла из кафе, сразу же позвонила Заберу.
- Я хочу извиниться за то, что тебе нагрубила, - звенящим голоском произнесла она,
чувствуя себя юной влюбленной старшеклассницей. - Я знаю одного прекрасного врача,
который может помочь твоей сестре. Ты можешь устроить мне встречу с ней?
- Что? - только и смог промолвить ошарашенный Ник. - Повтори, я, кажется, не
расслышал.
- Лучше поговорим об этом вечером у меня дома. Если сможешь, приходи, я буду тебя
ждать, - прошептала Сэси.
- Ладно, приду, если смогу, - неуверенно ответил Ник.
- Давай поступим так, - сказала Сэси. - Я позвоню сейчас своему психоаналитику, ее
зовут, между прочим, Люсиль, и дам ей номер твоего телефона, она тебе перезвонит. Ты все
понял?
- Да, конечно, ведь у меня с головой пока еще все в порядке, - сердито пробурчал Ник и
положил трубку.
И хотя Сэси и не была в этом уверена, она тотчас же связалась со своей старинной
приятельницей и попросила ее об одолжении. Люсиль и раньше консультировала и лечила
знакомых Сэси. Правда, не всем из них после этого становилось лучше, однако за ней
закрепилась репутация хорошего специалиста. Ее постоянными клиентами были люди самых
разных профессий, но особенно часто пользовались ее услугами адвокаты, кинопродюсеры и
звезды Голливуда. Сэси помогала им декорировать их квартиры и виллы и при случае
рекомендовала им свою подругу. Та же, в свою очередь, советовала своим богатым пациентам
приглашать ее в качестве опытного дизайнера.
Естественно, Люсиль немедленно поехала консультировать сестру Забера. Сэси
перезвонила ему и сообщила, что доктор уже в пути. Их разговор с Ником продолжался
недолго, что-то с грохотом разбилось у него за спиной, и он, пробормотав извинения, положил
трубку. Сэси все, разумеется, поняла правильно и не только не обиделась на него, но и ощутила
доселе незнакомое ей внутри тепло. Ей было приятно, что она смогла хоть как-то помочь
бедному Нику, причем от чистого сердца, без какого-либо корыстного умысла, из
обыкновенного человеческого сострадания.
Этот поступок свидетельствовал о том, что любовь, или же истинно романтическое
чувство, может самым причудливым образом изменить натуру человека и даже всю его жизнь.
И пусть Сэси пока и не была морально готова к тому, чтобы облачиться в свадебный наряд -
воздушное белое платье и шляпку с огромными полями и длинными лентами, пусть она еще не
осмеливалась даже представить себя возлежащей в шикарном кружевном шелковом белье на
широкой кровати, рядом с которой на изящном резном столике стоит великолепная ваза с
благоухающими алыми розами, однако у нее уже возникло желание дождаться своего Ника. А
это, несомненно, было само по себе весьма знаменательно.
Сэси вышла на террасу, села в свое любимое плетеное кресло, раскрыла лежавший на
столе дневник и начала вдохновенно описывать свои новые ощущения и мысли, пронизанные
божественным светом вселенского добра.
Ужин в доме Говардов протекал в атмосфере доброжелательности и умиротворенности.
Фрэнки держался солидно, Серена, переполняемая восторгом, без умолку что-то щебетала,
Баффи налегала на коктейли с шампанским, и Джордж Говард добродушно улыбался и
многозначительно помалкивал. Правда, у Фрэнки поначалу возникли трудности с пользованием
шестнадцатью серебряными столовыми приборами, лежавшими возле его тарелки. Но Серена
подсказала ему, как и когда их употреблять, а также шепнула, что не следует злоупотреблять
одним сортом вина, поскольку к каждому блюду подают разные алкогольные напитки, и их
неосмотрительное поглощение чревато тяжелым похмельем.
- Пусть пьет сколько хочет, - заступилась за гостя Баффи. - Из-за моего стола еще
никто не вставал трезвым!
Кофе и десерт были поданы в оранжерею с видом на бассейн, а венцом пиршества стал
огромный торт-безе с мороженым под названием "Печеная Аляска".
На протяжении всего застолья никто не обронил ни одного неосторожного слова.
Говарды славились своим радушием и гостеприимством.
- Ты вел себя безукоризненно, - нежно лепетала потом Серена, лежа вместе с Фрэнки в
его подвесной койке. Она хотела спросить у него, какое, на его взгляд, ей лучше надеть
свадебное платье - от Веры Вонг или же от Каролины Эррера, - но не решилась и вместо
этого сказала: - Мама считает, что ты настоящий джентльмен.
- Приятно это слышать, - пробасил Фрэнки и, улыбнувшись, добавил: - Мне всегда
были симпатичны твои родители.
- А ты меня познакомишь со своими родственниками?
Фрэнки насупился, помолчал и пробурчал:
- Конечно, если ты этого хочешь.
- У тебя такой голос, словно бы тебя это не радует, - сказала Серена.
- Нет, это тебе показалось. Можем проведать мою маму хоть на этой неделе, у нее как
раз будет день рождения.
- Правда? С удовольствием! - воскликнула Серена и крепче прижалась к нему. - И
сколько же ей исполнится лет?
- Я точно не знаю, - помолчав, ответил Фрэнки.
- А какой ее любимый цвет?
- Любимый цвет? - переспросил Фрэнки так, словно бы она спросила у него, какую
лучше выбрать траекторию для полета на Марс.
- Ладно, милый, не напрягайся, - сказала Серена и поцеловала его в щеку. - Я сама
выберу для нее подарок.
Фрэнки разнервничался вовсе не потому, что Серена собиралась купить его матери
подарок по своему вкусу. Его серьезно беспокоило, как бы кто-то из его хамоватых
родственников не позволил себе грубость или сальное словцо в адрес его возлюбленной. Он
решил всех их строго предупредить, что им придется худо, если они обидят Серену.
- Спасибо за приглашение, - прошептала она, обнимая его одной рукой.
Он, разумеется, не стал напоминать ей, что она сама напросилась, а вежливо ответил:
- Тебе все будут рады!
Билли заехал на автомобиле за Лили ровно в шесть с огромным букетом цветов.
- Какая прелесть! Обожаю белые ирисы! - обрадованно воскликнула она, наклонилась
и понюхала их. - Они такие нежные!
- Так вот, значит, как они еще называются! - сказал Билли. - А Бонни из цветочного
магазина сказала, что этого озерного касатика полным-полно в наших краях, и даже удивилась,
что я такие цветы покупаю. Дескать, их можно ежедневно нюхать, и совершенно бесплатно.
Она выбрала для меня лучшие.
- Передай ей от меня привет! - сказала Лили. - Я с удовольствием покажу ей свой
цветник, пусть она мне позвонит.
- Непременно передам. - Он помолчал и добавил, окинув ее с ног до головы
плотоядным взглядом: - А ты сегодня чудесно выглядишь! Тебе к лицу этот желтый сарафан.
Лили смущенно потупилась.
- Наверное, ты выступала в этом наряде в своей телепередаче, - предположил Билли. -
Все чикагские мужчины наверняка были от него в восторге. - Он посмотрел на часы и
озабоченно добавил: - Пожалуй, нам нужно поторопиться. Я не хочу есть остывший ужин.
- А кто его для нас приготовил? - спросила Лили, наполняя водой хрустальную вазу.
- Грейси. Я попросил ее приготовить что-нибудь особенное по случаю нашего юбилея.
- Какого еще юбилея? - Лили удивленно вскинула брови.
- Мы ведь уже не первый день знакомы, пора нам и отпраздновать наши многодневные
близкие отношения, - с лукавой улыбкой ответил Билли. - С коллекционным вином
"Королева Марго".
- Надеюсь, ты не проболтался об этом Грейси? - обеспокоенно спросила Лили.
- Разумеется, нет, хотя и признался, что я от тебя без ума.
Лили наконец поставила букет в вазу и, полюбовавшись им еще раз, сказала:
- Ну, теперь мы можем ехать!
Небольшой уютный ресторанчик при гостиничном комплексе на берегу Бернтсайда, где
они собирались сегодня поужинать, был обставлен резной деревянной мебелью и благоухал
ароматами цветов, стоявших в серебряных вазочках. С удовольствием вдохнув его, Лили
окинула взглядом зал и промолвила:
- Обстановка здесь и в самом деле праздничная.
Они сели за лучший столик у окна, отделенный от других столов перегородкой, и Билли
наконец перевел дух. Лили откинулась на спинку стула, положив на колени сцепленные в
пальцах руки, и сказала:
- Я почему-то волнуюсь! Мне кажется, что мы волшебным образом переселились в
сказку. Может быть, это сон?
- Тогда не просыпайся до тех пор, пока Грейси не выставит на стол закуски.
- Порой я чувствую себя рядом с тобой крольчихой, загипнотизированной удавом, -
нахмурив брови, с притворной сердитостью промолвила Лили.
- А я в последнее время из-за тебя пребываю в трансе двадцать четыре часа в сутки семь
дней в неделю, - улыбнувшись, признался Билли.
- Значит, нас обоих обуял один бес, - заключила Лили. - Знаешь, я ведь могу
накинуться на тебя в самый неподходящий момент!
- А я готов уложить тебя в постель прямо сейчас и...
- С этим тебе придется повременить, Билли! - с очаровательной улыбкой произнесла в
следующий миг Грейси, появившись из-за перегородки с подносом, уставленным блюдами с
разнообразными яствами.
- Что-то ты сегодня разговорилась, - пробурчал Билли.
- А ты чересчур распалился! - парировала Грейси, поставив поднос на стол. - Ох уж
эти чемпионы! - Она улыбнулась Лили. - Их нужно время от времени опускать с заоблачных
высот на грешную землю. - Миниатюрная и стройная, с черными волосами, заплетенными в
мелкие косички, Грейси походила на тринадцатилетнюю девочку. Она протянула Лили руку и
добавила: - Меня зовут Грейси Грегорич. А вы, должно быть, та самая Лили, на которой он
совершенно помешался.
- Тебя это не должно волновать, - огрызнулся Билли.
- Я просто подумала, что ей не помешает это знать, потому что сам ты вряд ли ей в этом
признаешься. Хотя такой королевский стол уже кое о чем говорит, - сказала она, откупоривая
бутылку с безумно дорогим вином.
- Все, Грейси! Считай, что ты здесь больше не работаешь! - грозно рявкнул на нее
Билли.
- Если так, то сегодня ты останешься без ужина, - невозмутимо парировала
повариха. - Кстати, уволить меня нельзя, у меня контракт на пять лет.
- С тобой невозможно спорить, сдаюсь! - с улыбкой сказал Билли. - Не сердись на
меня, ты ведь знаешь, что я тебя обожаю, моя примадонна.
- Вот это совсем другое дело. Приятного аппетита, - сказала Грейси и величественно
удалилась.
Лили окинула взглядом приготовленные блюда и спросила:
- Где ты нашел такую искусницу?
- Ее муженек недавно угодил в лечебницу с белой горячкой, вот ей и пришлось искать
себе работу, - пожав плечами, ответил Билли. - Она надеется, что его скоро выпишут.
- Ты не сказал мне, что она замужем.
- А ты и не спрашивала!
- Не дразни меня, Билли! - Лили погрозила ему пальчиком.
- Избавь меня Бог! Я готов искупить свою вину, если чем-то тебя ненароком обидел, -
сказал он с очаровательной улыбкой.
- И ты исполнишь любое мое желание?
- Разумеется!
- Что ж, ловлю тебя на слове. Сегодня же ночью я это проверю!
- Я не разочарую тебя, моя королева! - сказал Билли.
- Вот за это мы и выпьем! - сказала Лили, поднимая бокал с вином.
Забер позвонил Сэси в полночь.
- Наконец-то моя сестрица угомонилась, - с тяжелым вздохом сказал он. - Она
прохныкала весь вечер. Если хочешь, приезжай ко мне, я буду ждать тебя возле дома. Впрочем,
я не обижусь, если ты откажешься, сейчас уже действительно поздно. Кстати, я тебя не
разбудил?
- Нет, я не спала, ждала тебя. Приеду через двадцать минут, - ответила Сэси, чувствуя,
как гулко бьется ее сердце.
- Хорошо, только оставь машину за углом. Я не хочу, чтобы сестра проснулась от шума
или от света фар: еще одной истерики я не перенесу, - глухо сказал Ник.
Дом Забера - нелепое сооружение, которое он возводил собственноручно на протяжении
многих лет, - странным образом прекрасно вписывался в окружающий его скалистый
ландшафт выдающегося в озеро мыса. Ник поджидал Сэси, нервно расхаживая по дорожке, и
заметил ее, как только она вышла из-за угла.
- Я побоялся оставлять сестру ночью в доме одну, - прошептал он, беря Сэси за руку и
увлекая ее за собой. - Смотри под ноги! И постарайся не шуметь, она спит очень чутко, даже
когда наглотается снотворного. Ее не берут уже никакие таблетки.
Он осторожно открыл дверь черного хода и, приложив палец к губам, пропустил Сэси
вперед. Она затаила дыхание и на цыпочках вошла в темный коридор. Ник закрыл за собой
дверь и, снова взяв ее за руку, повел в свою спальню.
Они пробирались в кромешном мраке, не произнося ни слова и стараясь производить как
можно меньше шума, но их все равно выдавали скрипучие рассохшиеся половицы. Наконец
они вошли в комнату, Ник потихоньку затворил дверь и заключил Сэси в объятия.
- Боже, как я по тебе соскучился! - говорил он, покрывая своими горячими поцелуями
ее лицо. - Это был самый долгий день в моей жизни! А ты соскучилась по мне, Сэси?
Она не стала тратить время на рассказ о том, что пережила за время их недолгой, но
чудовищно томительной разлуки, и стала молча раздеваться.
Забер последовал ее примеру, шумно сопя от обуревавшей его страсти, и повалил ее на
кровать, как только они скинули с себя одежду. Сэси тихонько хихикнула.
- Я чувствую себя старшеклассником, который тайком от своих родителей привел к себе
девушку, - прошептал он и тотчас же перешел к активным действиям.
Матрац под ними предательски заскрипел, Сэси сдавленно охнула и прильнула к горячему
сильному телу Ника, Он крепко сжал руками ее бедра и, забыв об осторожности, дал волю
скопившемуся в нем за этот долгий день вожделению. В считанные мгновения страсть,
охватившая их обоих, достигла белого каления, и они стремительно унеслись к заоблачным
высотам блаженства. Сэси кричала так пронзительно, что Нику пришлось закрыть ей ладонью
рот.
- Прости, это вырвалось невольно! - воскликнула она, придя в себя после легкого
обморока.
- Не нужно извиняться, - раздался в темноте женский голос. - Он тоже пыхтел как
паровоз.
Забер смачно выругался и, отпрянув от Сэси, накрыл их обоих покрывалом. Застывшая в
дверном проеме девушка рассмеялась и промолвила:
- Не суетись, братец! Лучше представь меня своей подруге.
Забер тяжело вздохнул и глухо произнес:
- Сэси, это моя сестра Дезире. А теперь, сестрица, убирайся вон из моей спальни!
- Не хами, Ник! Тебе нравится этот грубиян, Сэси? Впрочем, можешь не отвечать, все
женщины от него без ума. Разве не так?
- Послушай, Дезире, не выводи меня из терпения, вернись в свою комнату.
Пожалуйста, - произнес Ник голосом измученного человека. - Тебе нужно еще немного
поспать.
- Ник боится, что у меня снова начнется истерика. Верно, Ник? Ты ведь не хочешь,
чтобы я опять стала хныкать? Ответь мне, братец.
- У вас была Люсиль? - спросила Сэси. - Какое она произвела на вас впечатление?
- Более приятное, чем некоторые другие психиатры, пытавшиеся меня лечить, -
передернув плечами, ответила девушка. - Так это ты ее к нам прислала? Ты тоже у нее
лечишься?
- Пока нет, - ответила Сэси. - Но похоже, мне придется к ней обратиться, если я и
дальше буду встречаться с твоим братом.
- Это точно. В нашей семейке все чокнутые, - подтвердила Дезире и разразилась
истерическим смехом.
- В наши дни трудно найти семью, в которой не было бы урода, - с улыбкой сказала
Сэси. - Уж слишком много сцен насилия показывают по телевизору.
- И уделяют мало времени молитве в школах, - в тон ей съерничала Дезире.
- Вот к чему привела Америку эмансипация женщин! Общество стремительно
скатывается в пропасть безнравственности, - заключила Сэси.
- Мужчины вырождаются и скоро вообще вымрут, - добавила Дезире.
- Так молись же за мое здоровье, - огрызнулся Ник. - Если я умру, тебе будет негде
приютиться, когда тебя выпустят опять из сумасшедшего дома.
- Он иногда говорит здравые вещи, - сказала, обращаясь к Сэси, Дезире. - Ладно,
пусть еще немного поживет!
- Порой мужчины бывают нам полезны, - заметила с улыбкой Сэси.
- Но это случается крайне редко, - с грустью промолвила Дезире.
- Если вы не прекратите нападать на меня вдвоем, я оденусь и пойду за пивом, - с
угрозой прорычал Ник и, обмотавшись простыней, вскочил с кровати.
- Ступай, мы тебя не задерживаем. Но только принеси нам кока-колы, - сказала
Сэси. - Ты ведь сейчас, как я догадываюсь, временно не пьешь, Дезире?
- Да, временно воздерживаюсь, потому что пью таблетки, - ответила она. - Бутылки в
холодильнике, Ник. Не задерживайся на кухне! У меня пересохло в горле. А ты, Сэси, вообще
не пьешь?
- Пью, но не в такую же рань! - пожав плечами, сказала Сэси. - Раньше десяти утра я
не беру в рот ни капли спиртного.
Когда Забер возвратился в спальню, держа в руках бутылки, женщины сидели на кровати,
скрестив по-турецки ноги, и обсуждали различные методики лечения нервных и психических
расстройств. А к тому времени, когда он опорожнил первую бутылку пива, Сэси и Дезире вели
себя так, словно они были старинными приятельницами. О причинах происшедшей с ними под
влиянием кока-колы метаморфозы Забер задумываться не стал, предпочтя продолжать
успокаивать собственные нервы, расшатанные холодным пивом.
Поменьше думать об этих странных созданиях было его главным жизненным принципом.
И если бы он его не придерживался, то наверняка бы уже давно сыграл в ящик.
Вот почему вторую бутылку он пил долго и с особым удовольствием, смакуя каждый
глоток.
Случай свел Тома Шомберга и Брока Уэстленда в Эванстонском загородном клубе, у
стойки бара, где они оба расслаблялись после игры в гольф.
- Я недавно видел твою бывшую супругу, старина, - сообщил Том Броку, после того
как они выпили по бокалу пива и обсудили погоду и свои успехи на турнире.
- И где же, если не секрет? - невозмутимо спросил Брок.
- В Илае, - ответил Том. - Я был там проездом, по пути на турнир. Ужасная дыра!
Меня замучили тамошние комары!
- Да, их там тьма, - глухо подтвердил Брок, помрачнев.
- А не выпить ли нам еще по бокалу? - предложил Том.
- Да, пожалуй, - кивнул Брок. - Ты, наверное, прогулялся по городку в компании
Лили? Она, вероятно, показала тебе все живописные уголки? Бьюсь об заклад, что вы с ней
искупались в озере и позагорали на пляже.
Том не торопился с ответом. Ему было приятно наблюдать, как стремительно меняется
настроение собеседника. Они с Броком знали друг друга много лет, и бракоразводный процесс,
в котором они являлись оппонентами, никак не отразился на их добрых приятельских и
деловых отношениях. Том отхлебнул из бокала, облизнул губы и промолвил:
- Представь себе, я предпочел от всего этого воздержаться, старина. За Лили закрепилась
дурная репутация...
Едва не поперхнувшись пивом, Брок вытаращил на него глаза и спросил, прокашлявшись:
- Как прикажешь тебя понимать?
- Она завела себе молодого любовника. И, как мне показалось, постоянного...
- Откуда тебе это известно? - Брок нахмурил брови.
- Мы вместе завтракали у Лили, - с многозначительной усмешкой ответил Том.
- У меня такое предчувствие, что ты собираешься назвать его имя, - с легким
сарказмом произнес Брок.
- Его зовут Билли Бьянкич, - незамедлительно подтвердил его догадку Том.
Лицо Брока стало белее мела, в глазах вспыхнула ярость.
- Быстро же она подыскала себе утешителя, - пробормотал он.
- Брось, старина! Не быстрее, чем ты, - бархатным голосом заметил Том.
- Заткнись! - огрызнулся Брок.
- Я просто подумал, что тебе все еще небезразлично, как поживает твоя бывшая жена.
- Возможно. Однако меня не интересует, с кем она спит.
- Билли Бьянкич, похоже, всерьез ею увлекся. Это имя очень удивило, поскольку он
слывет в Илае завзятым ловеласом. Раньше у него не возникало желания остепениться. Кстати,
ты все еще поддерживаешь отношения с Шерри?
- Она меня пока вполне устраивает! - пожав плечами, ответил Брок. - Горячая
штучка! Однако, согласись, никогда не помешает обзавестись и запасным якорем.
- Я вижу, у тебя грандиозные планы на амурном фронте, - улыбнувшись, промолвил
Том. Он допил свое пиво, встал со стула и сказал: - Приятно было с тобой поболтать,
дружище. Еще увидимся!
Проводив его недобрым взглядом, Брок с досадой оттолкнул свой недопитый бокал и
наморщил лоб. Новость, преподнесенная ему адвокатом с плохо скрытым злорадством, больно
ранила его мужское самолюбие. Этого молодого бычка из Национальной хоккейной лиги
следовало хорошенько проучить. Но как? А что, если собрать на него досье
компрометирующих материалов и на его основе подготовить сенсационную телевизионную
передачу? Время для этого сейчас самое подходящее, летом всегда ощущается нехватка
скандальных новостей. Если придать этой любопытной идее заманчивую форму, ею вполне
могут заинтересоваться продюсеры. Брок расплатился за пиво с барменом и вышел на свежий
воздух. Ему всегда лучше думалось во время прогулки.
Тем временем ничего не подозревающие влюбленные голубки пребывали в состоянии
совершенного счастья. Билли поселился в доме Лили и даже перевез к ней некоторые свои
вещи. Она же с вдохновением занималась своим садом.
Сэси теперь регулярно бывала в доме Забера, благодаря чему его сестра совсем перестала
плакать и заметно повеселела.
А Серена с энтузиазмом наводила порядок в жилище Фрэнки, пытаясь превратить его в
уютное семейное гнездышко.
Субботнее утро выдалось чудесным, золотистый восход обещал прекрасную погоду на
весь день. Однако даже солнечные лучи не могли растопить робость и тревожные
предчувствия, которые испытывала Лили перед предстоящим детским утренником, на который
она обещала пойти вместе с Билли.
Ее слабая попытка уклониться от этого мероприятия под предлогом, что ей надо срочно
устроить навес над водосбором, чтобы он не засох, разумеется, закончилась неудачей. Услышав
этот детский лепет, Билли обозвал ее трусихой и пообещал сделать этот навес, когда они
возвратятся с утренника. После этого Лили уже не могла пойти на попятную и скрепя сердце
начала выбирать наряд, подходящий для такого случая.
Однако мысль о неминуемой встрече на утреннике с опасной соперницей продолжала
грызть ее. И в конце концов она не выдержала и сказала:
- Если я столкнусь там нос к носу с Хитер, может вспыхнуть драка. Я не уверена, что
сумею ее одолеть, у меня нет достаточного опыта рукопашных схваток.
- Не беспокойся, я не допущу, чтобы дело дошло до рукоприкладства, - заверил ее
Билли.
- Это точно? - на всякий случай спросила Лили, вертя в руках босоножки.
- Разумеется! Не будь ребенком!
- Я боюсь публичных скандалов, у меня от них всегда начинается головокружение, -
сказала Лили и, отшвырнув не приглянувшуюся ей пару, начала примерять другие туфельки.
- Послушай, крошка, - решительно сказал Билли, устав смотреть, как она
перекладывает с места на место свои вещи, - если ты через пять минут не будешь одета, я
увезу тебя на детский утренник в лифчике и трусиках.
Эта угроза моментально
...Закладка в соц.сетях
