Жанр: Любовные романы
Замок на песке
.... — А ваше настоящее меня очень даже касается. Я буду на пляже
завтра в четыре. Говорю вам на тот случай, если вы захотите быть там, чтобы
защитить Кэсси от меня. — Он помолчал. — Но я надеюсь, вы теперь
понимаете, что я никогда не причиню ей вреда?
Она обернулась, чтобы посмотреть на него, лицо выражало озабоченность.
— Я... я даже не знаю. Может быть, в мыслях у вас и нет ничего плохого,
но Кэсси так восприимчива ко всему, и по какой-то странной причине она,
кажется, испытывает к вам симпатию.
— Родственные души всегда тянутся друг к другу. — Он
улыбнулся. — Но я все же думаю, что вам будет спокойнее, если вы
убедитесь в том, что я — отец Кэсси. Я хотел бы, чтобы вы позвонили Генри
сегодня вечером и спросили обо мне. Вы это сделаете?
— Возможно. — Не посмотрев на него, Лили вошла в дом. Закрыв
дверь, она прислонилась к ней, чувствуя себя странно опустошенной. Не
понятно, почему этот Эндрю Рэмси так действует на нее. Ёго голос звучал так
мягко, слова были так убедительны, ничто в его поведении не сообщало об
угрозе. Тем не менее, Лили чувствовала себя совершенновымотанной, как будто
боролась с существом титанической мощи и проиграла. Она считала, что хорошо
разбирается в людях, но Эндрю Рэмси все еще оставался для нее загадкой.
— Так как, мамочка, можно мне чизбургер?
Лили вздрогнула и увидела в дверях спальни весело улыбающуюся Кэсси. Девочка
была в пижаме, на лице не осталось и тени враждебности. У Лили словно камень
свалился с души.
— Почему бы и нет? — ответила она, сразу повеселев.
— А жареную картошку? Лили улыбнулась ей в ответ.
— Так и быть, получишь и картошку, но после того, как съешь салат.
Кэсси вздохнула.
— Знаешь, Эндрю сказал, что я тороплю события.
Улыбка Лили погасла.
— Не собираюсь тебя обманывать, Кэсси. Я пока еще ничего не решила
насчет твоего друга Эндрю.
— Я знаю. Эндрю сказал, что для этого тебе понадобится немного времени,
и мы не должны тебя подгонять. — Шлепая тапочками, Кэсси пошла в
кухню. — Он все мне объяснил.
— Он, кажется, прекрасно умеет все объяснять.
— О да, он все делает ясным, как стекло. Ты еще увидишь, когда узнаешь
его получше. — Кэсси обернулась к матери:
— Так ты разрешишь мне посидеть часок за пианино?
— Но ты же говорила, что музыка пропала.
— А теперь я ее опять слышу, — проговорила Кэсси, идя в
кухню. — Эндрю принес ее обратно.
Как удалось этому Эндрю настолько покорить Кэсси за такое короткое время?
— беспомощно думала Лили. Она направилась в кухню через гостиную, когда
Кэсси вдруг развернулась и бросилась ей навстречу. Лили вздрогнула от
неожиданности и испуганно посмотрела на дочку.
Я забыла тебе сказать! — Кэсси с разбегу прижалась к ней и обхватила ее
за талию. От такого медвежьего объятия у Лили даже перехватило дух. — Я
люблю тебя, мамочка!
— Правда? — У Лили было ощущение, как будто на открытую рану
капнули чудодейственным бальзамом. — Я тоже люблю тебя, Кэсси. —
Ее руки обвились вокруг маленького теплого тельца. — Ужасно люблю! Я
так хочу, чтобы нам обеим было хорошо!
— Я знаю, — улыбнулась Кэсси. — Я тоже.
— Не должна ли я благодарить мистера Рэмси за это выражение
чувств? — Лили строго нахмурила брови.
Кэсси помотала головой.
— Он не говорил мне что-то делать. Он просто сказал, что если любишь
кого-то, то надо высказывать им это... а то они могут забыть.
— Очень мудрый совет, — сдержанно заметила Лили. Она еще раз
обняла дочку и слегка отодвинула ее. — Не сделаешь ли и мне гамбургер,
дорогая? Мне еще нужно позвонить. Я быстро.
— Ну конечно. А кому? Профессору Кендл?
— Нет. — Лили повернула к себе телефон на столике у дивана. —
Я должна позвонить старому Другу, которого я знала еще до того, как ты
родилась.
Когда на следующий день Лили повела Кэсси на пляж, Эндрю сидел точно на том
же месте, где она вчера его оставила.
Кэсси радостно бросилась к нему, а Лили с любопытством за ними наблюдала.
Это был отец Кэсси, давший девочке живые карие глаза. Правда, вместо светлых
золотистых волос Эндрю или каштановых Лили дочка имела нечто среднее, цвета
спелой ржи. Лили и Эндрю вместе сделали Кэсси такой. Было как-то странно
думать, что именно ее тело приняло семя этого незнакомца, именно она, Лили,
выносила и вскормила его ребенка.
Эндрю поднял глаза и посмотрел на нее через голову Кэсси. Она остановилась,
словно пораженная громом, задыхаясь от нахлынувших вдруг эмоций. Его взгляд
был неотразимо сексуальным, пламенным, возбуждающим.
Затем он быстро опустил глаза к Кэсси, лицо его выражало лишь радость и
нежность.
Но Лили знала, что это ей не показалось. Кэсси побежала к морю, и Эндрю
минуту наблюдал за ней, прежде чем повернуться к Лили.
— Я выдал себя, правда? Гуннар говорит, что я ничего не могу в себе
утаить. Не стой словно каменная. Тут нечего бояться.
— Я не боюсь тебя, — сказала Лили, подходя. Он окинул ее
скептическим взглядом.
— Да ты вся дрожишь. Вот-вот убежишь и спрячешься.
— Ерунда! — Ей хотелось вытереть вспотевшие ладони о шорты, но она
заставила себя держать руки неподвижно. — С чего бы мне нервничать?
Потому что теперь ты знаешь, что меня влечет к тебе, — откровенно
сказал он. — Вернее, ты знаешь, что я схожу с ума от желания, и
боишься, что это желание захватит и тебя.
Лили попробовала засмеяться.
— Я не из тех девчонок, которые, должно быть, бегали за тобой. Я мать,
имеющая свои обязанности, которая...
— ...зарыла свою сексуальность как можно глубже еще до рождения
Кэсси, — закончил за нее Эндрю. — Ну так вот, теперь пришло время
добраться до нее.
— С тобой? — Лили сказала это нарочито небрежно. — Вряд ли.
— Со мной. — Впервые она почувствовала в его мягком голосе
железное упорство. — Именно со мной. Ты звонила вчера Генри?
— Да.
— Тогда ты должна знать, что я никогда не сделаю тебе больно. Что он
сказал тебе?
— Что ты, вероятно, самый необыкновенный человек, которого он встречал,
и чтобы я тебе доверяла.
— И ты готова была мне доверять, пока не поняла, что я хочу тебя?
— Да, — призналась она нехотя.
— Но что изменилось?
— Все.
— Я же собираюсь тебя соблазнить, а не изнасиловать. Я понимаю слово
нет
. — В его глазах вдруг заиграли лукавые искорки. — Я только
хочу научить тебя говорить
да
. Поскольку присутствие Кэсси будет
удерживать нас от вольностей, мне придется очень нелегко. 242
— Ты говоришь со мной так, будто я какой-то эмоциональный урод, —
сказала Лили. — Уверяю тебя, я абсолютно нормальна и далеко нё фригидна
Эндрю покачал головой.
— Знаю, любовь моя. Ты как раз очень страстная, и в этом вся проблема.
После того, что этот Бэлдор сделал с тобой, ты с любым мужчиной боишься
потерять контроль над собой. — Он ласково улыбнулся, глядя на
нее. — Со мной ты в безопасности. Со мной ты всегда будешь в
безопасности.
Невероятно, но Лили почувствовала, что безумно хочет ему верить. Выражение
его лица говорило о любви, во взгляде светилась искренность. С трудом
оторвавшись от его глаз, она сбивчиво заговорила:
— Думаю, тебе лучше уйти. Может быть, ты придумал себе какую-то
сказочку о том, как мы будем счастливо жить втроем? Когда ты повзрослеешь,
то поймешь, что в наше время нет сказок со счастливым концом. То, что
случилось девять лет назад, было чисто медицинской процедурой. Все это
осталось в прошлом.
Он усмехнулся.
— Ну почему ты говоришь обо мне так, словно я какой-то мальчишка?
Знаешь, как давно я получил свой диплом? Ты удивишься. — Он снова стал
серьезным. — Когда мы взрослеем, Лили, мы должны создавать свой
волшебный сказочный мир из того, что окружает нас.
Она покачала головой:
— В жизни все не так.
— Но может быть и так. — Он протянул ей руку. — Посиди со
мной.
Лили беспомощно посмотрела на него.
Ну почему бы тебе не уехать? Я же говорю, что ничем хорошим это не кончится.
А я говорю, что буду терпеливым и не стану тебя торопить. Я даже не
прикоснусь к тебе, пока ты не скажешь, что готова к этому. Я просто хочу
быть с тобой, общаться, разговаривать. Ты ведь раньше ни с кем никогда не
делила Кэсси, правда? Я думаю, тебе понравится разговаривать о ней с
человеком, которому это также интересно. Ты самоотверженная женщина,
Лили. — Он пристально посмотрел ей в глаза. — Но дети растут так
быстро! Раздели со мной воспоминания о дочери, и сразу станешь вдвое богаче.
Садись, любовь моя.
Сев рядом, Лили отметила, что легко поддалась на уговоры. Она же не
собиралась оставаться! Она хотела позвать Кэсси и вернуться в дом. В конце
концов, это успеется, успокоила она себя. Ну посидит пару минут, а потом
уйдет.
— А кто такой Гуннар? — спросила она. Эндрю вдруг настороженно
поднял на нее глаза.
— Ну, тот человек, который говорит, что тебе никогда не удается что-
либо утаить? — пояснила она.
— Гуннар Нильсен — мой старый друг. Он с женой и я живем в коттедже,
расположенном за этой скалой.
— А, значит, Кэсси была права. Эндрю вопросительно посмотрел на нее.
— Она не могла объяснить, откуда знает, что тебя зовут Эндрю. Кэсси
решила, что кто-то мог так к тебе обращаться.
Эндрю отвел глаза.
— Разумно.
— Я рада, что ты не называешь это проявлением дочерней интуиции, —
сухо сказала Лили. — Это было бы слишком.
— Нет, я не говорю, что это дочерний инстинкт. — Его взгляд
переместился на Кэсси. Она так красива, правда? — Его лицо при этих
словах было тоже красиво, в смятении подумала Лили. — А она всегда
любила воду?
— Нет, она даже боялась ее, пока мы не стали ходить на тренировки в
бассейн в прошлом году.
— Расскажи мне об этом. — Эндрю откинулся на локте. —
Расскажи мне все о ней. Я столько всего пропустил, правда?
На мгновение Лили показалось, что он хочет увести разговор в сторону, но на
его лице было столько искренней печали! А ведь он действительно много
пропустил, подумала вдруг Лили. Все эти чудесные годы, пока Кэсси была
грудным ребенком, потом смешной неуклюжей малышкой. Тот момент, когда она
обнаружила звучащую в ней музыку. А как она смеялась, когда однажды, в свой
день рождения, сунула обе ручки в крем шоколадного торта! Лили прекрасно все
это помнила, а он совсем ничего не знал.
Она долго молчала, а потом, не торопясь, стала рассказывать ему о Кэсси.
3
— Как у Кэсси идет работа над концертом? — спросил Эндрю,
разворачивая бутерброд с ветчиной и бросая полиэтиленовый пакетик в волны
прибоя.
О, прекрасно, — отозвалась Лили, но тут же нахмурилась. — Не
бросай мусор в океан. Там и так хватает этого добра.
Прости, ты права. Я не подумал. — Он надкусил бутерброд и с улыбкой
поднял на нее взгляд. — Хочешь, я нырну и достану пакет?
Лили задумчиво взглянула на него, склонив набок голову.
— А что бы ты сделал, если бы я сказала
да
?
— Поплыл бы и достал.
Лили засмеялась.
— Наверно, поплыл бы. Ты невозможен!
— Мне это и раньше говорили. Но это особое помешательство. Говорят, что
женщины любят необычные, романтические жесты.
— Правда?
— Нечего делать изумленный вид. Это действительно так. Кроме того, я бы
весь промок, ты пожалела бы меня и почувствовала себя обязанной отвести меня
к себе, чтобы высушить. Так что это было бы очень умно с моей стороны.
— И точно просчитано. Улыбка сбежала с его губ.
— Ну что ты, — тихо сказал он. — Я же просто шутил. Я бы
сделал это потому, что ты так хочешь. Я готов сделать все, что ты захочешь,
Лили, все, что только будет в моей власти.
Она и сама знала, что он шутил. Эндрю совсем не был расчетлив. Уж в этом у
нее было время убедиться. Лили быстро перевела взгляд на Кэсси, которая
увлеченно строила огромный замок из песка, и повторила:
— Невозможен!
Действительно, невозможно порядочный, невозможно честный, невозможно
упрямый, невозможно привлекательный. Лили поспешила переключить свои мысли
на менее опасный предмет.
— С тобой я чувствую себя такой взрослой и умудренной жизнью, словно
мать с ребенком, — сказала она шутливо.
— Ну, вряд ли. — Он съел, наконец, бутерброд и потянулся к
пластмассовому стаканчику с кофе, стоящему на песке. — Ну, может быть,
иногда. — Он поднес стаканчик к губам и посмотрел на нее. — Но
большую часть времени я тебя возбуждаю.
Лили посмотрела на него с удивлением. Впервые за последние две недели Эндрю
заговорил о чем-то, имеющем отношение к сексу. До этого он был просто
общительным, веселым, непринужденным. Скованность куда-то ушла. Лили вдруг
обнаружила, что в его присутствии ей хорошо.
— Ну, значит, я не права. Ты не просто невозможен — ты очень
эгоистичен.
— Нисколько. — Он поставил стаканчик, вытянулся на песке и закрыл
глаза. — Ты борешься с этим, но я все больше привлекаю тебя.
— И как ты пришел к такому мнению?
— Интуиция.
— Мне уже надоело слышать о твоей интуиции.
— Но я-то тебе не надоел. — Он глянул на нее из-под прикрытых
век. — Я ведь нравлюсь тебе?
— С тобой... интересно.
— И ты будешь скучать, если я уеду?
— Может быть.
— И ты думаешь, что я привлекателен сексуально?
Она поморщилась.
— Не собираюсь касаться этого вопроса!
— Касаться совсем не так уж плохо. Я хотел бы, чтобы ты меня
касалась. — Его голос был так тих, что она с трудом могла его
расслышать. — И все время думаю о том, как бы прикоснуться к тебе.
Боже, до чего он красив! Выцветшие джинсы облегали его стройные, мускулистые
ноги. Он снял рубашку, чтобы немного позагорать, и теперь лежал на спине.
Лили пробежала глазами по широким плечам, мускулистой груди, втянутому
животу. Она испытывала сильное искушение положить ладонь на этот плоский
живот и почувствовать, как напрягутся его мышцы. Кровь бросилась ей в лицо,
и она поскорее перевела взгляд на Кэсси.
— Думай лучше о чем-нибудь более реальном!
— Все это реально. А где сейчас твои мысли? О чем думаешь ты?
Она прикидывала, сколько еще женщин испытывали подобные чувства к этому
красавцу.
— А что подсказывает твоя дурацкая интуиция?
— Ну-ка, постой минутку. — Он приоткрыл веки, и его карие глаза
лукаво сверкнули. — Ты опять желаешь меня. И почему ты не поддашься
своему чувству, Лили? Уверяю, тебе нечего опасаться.
— Я вовсе не о том думаю. Я просто хочу узнать, где это ты так загорел?
— Штаб-квартира Кланада находится в Седихане, а это в основном
пустынная страна.
— Ты что, работаешь на иностранную корпорацию?
— На международную.
— А что этот Кланад производит?
— Массу всего, — туманно ответил Эндрю. Это долго перечислять. А
почему ты спрашиваешь?
— Ты никогда не говорил о своей работе. Что ты делаешь в этой
корпорации?
— Это сложно объяснить. Можно сказать, что я исправляю то, что иногда
выходит из строя.
— Компьютеры?
Он отрицательно покачал головой.
— Я же говорю, это трудно объяснить.
— У тебя, похоже, достаточно свободного времени. Обычно корпорации не
предоставляют такие большие отпуска молодым сотрудникам, даже если...
— Но я там уже давно не новенький. — Он сел и потянулся за своей
светлой рубашкой. — Я давний и проверенный работник. Они стараются
угодить мне.
— Давний? — сухо спросила она. — Тогда ты, получается, стал
работать на них, еще учась в школе.
— Да, примерно так. — Он начал застегивать рубашку. — Ты
будто зациклилась на том, что я младше тебя. Подумаешь, четыре года! —
Он хитро улыбнулся. — Тем более что я теперь пресыщенный светский
человек.
Вот уж каким его нельзя было назвать, так это пресыщенным, с внезапной
нежностью подумала Лили. Он проживал каждый момент жизни с таким же
интересом и любопытством, как и Кэсси.
— Ничего подобного, — отозвалась она. — Иногда я думаю, что
надо бы послать тебя играть в песочек вместе с Кэсси.
Эндрю перестал улыбаться.
— Ну вот, ты опять. Пойми, Лили, я не ребенок. Ты просто хочешь
выстроить вокруг себя защитную стену и цепляешься к этим четырем годам. Я не
зеленый юнец, увлекшийся взрослой женщиной. Я действительно считаю секс чем-
то прекрасным и важным, но сейчас дело не в этом. От тебя я хочу гораздо
большего. — Он решительно сжал губы. — И уверен, что получу
это, — добавил он, помолчав.
— Эндрю... — Лили беспомощно посмотрела на него. — Лучше уходи. Я
только заставлю тебя страдать. Я ничего уже не могу никому дать. Он
опустошил меня.
— Бэлдор? Возможно даже, что он почти уничтожил тебя, но ведь ты
сильная. Тебе нужно было время, чтобы излечиться и прийти в себя. —
Неожиданно Эндрю оказался на коленях около нее. — Не бойся жить,
Лили. — Дай мне помочь тебе.
Он весь горел, излучая совершенно неотразимое пламя. Лили чувствовала, что
ее притягивает к нему с такой силой, как будто она оказалась в центре
Урагана.
— Ты сам не знаешь, о чем говоришь, — прошептала она.
— Знаю. — Он взял ее лицо в руки и заглянул прямо в глаза. —
Я тебе нравлюсь? Она не отвечала.
— Не прячься. Скажи мне.
— Да-
— Ты думаешь, что я хочу причинить тебе
Боль?
— Нет, но...
— Ш-ш. Это уже достижение. — Он радостно улыбнулся. — А
теперь главное: ты хочешь меня?
— Я уже сказала, что не хочу. — Лили облизнула пересохшие губы,
но, поскольку он неотрывно смотрел ей в глаза, наконец не выдержала:
— Ну допустим, да! Только не подумай, что это что-то меняет.
Он весело засмеялся и поцеловал ее быстрым легким поцелуем.
— Еще как меняет!
Его губы были сильными и горячими, и Лили не хотелось от них отрываться. Она
бессознательно откинула голову, ожидая продолжения. От него пахло чистотой:
душистым мылом и свежим морским ветром, а теплота его тела словно
обволакивала ее.
— Так когда? — мягко спросил он. — Скажи мне, когда мы будем
вместе, любовь моя.
— Но мы не можем. Кэсси...
— Значит, этим вечером. После того как Кэсси ляжет спать. Я буду здесь,
на пляже. Ты придешь? — Он всматривался в ее глаза, пытаясь прочесть
ответ. — Я так хочу, чтобы ты пришла! Я столько об этом мечтал! О том,
как положу тебе руки на грудь. Как проникну в тебя и услышу, как ты
вскрикнешь от наслаждения. Я хочу...
— Нет... не говори ничего. — Лили таяла от этих слов. Она со
смущением чувствовала, как натягивается футболка на напрягшихся сосках.
— Всего лишь один раз, — уговаривал он ее. — Приди всего лишь
один раз, и, если будешь разочарована, я больше никогда не попрошу тебя об
этом. Только один раз, Лили. Ты страстная женщина, и тебе нужен я.
Огненная лава разлилась по ее лону, и она судорожно сжала колени.
— Все не так просто.
— Это просто. Позволь мне любить тебя.
Позволить любить? Она уже сейчас трепетала, таяла, изнемогала от желания, а
он всего лишь раз дотронулся до нее.
— Ты все смешал в одну кучу. Я мать твоего ребенка, и это тебя
привлекает. Это просто навязчивая идея, — сказала она в полном
отчаянии.
— Тогда разреши мне избавиться от навязчивой идеи самым приятным
способом.
— Ты же говорил, что секс для тебя не главное.
— Да, но только так я могу стать тебе ближе.
— Нет, это не... — Не договорив, Лили встала. — Я должна позвать Кэсси. Начинается прилив.
Эндрю медленно поднялся на ноги.
— Ты спасаешься от меня бегством.
— А что? Конечно, я убегаю. — Она быстро собрала термос, тарелки и
чашки и затолкала их в корзину для пикников. — Ты представляешь для
меня угрозу. В чем, интересно, ты специализировался в университете
Франклина? В искусстве обольщать?
— Я никогда не говорил, что учился в университете Франклина, —
рассеянно бросил он, отряхивая от песка и складывая полотенце. — Так ты
придешь сегодня?
— Я не вижу Кэсси. — Избегая его взгляда, Лили подняла корзинку и
заговорила быстро, почти лихорадочно:
— Надо было сказать ей построить этот красивый замок из песка поближе к
скале. Ей будет жалко, когда прилив его смоет.
— Не будет. Она его закончила. Он и так принадлежит ей. Гордость за
созданное уже не отнимешь у нее.
— Даже если результат труда пропадет? Не говори глупости. Бессмысленно
строить что-то, если знаешь, что оно будет разрушено. — Лили обернулась
и посмотрела на него. — Неужели ты этого не понимаешь?
Эндрю покачал головой.
— Ты строишь, наслаждаешься работой, это ценно уже само по себе. —
Он остановился. — Тут никогда ничего не потеряешь. Это переживание
навсегда останется с тобой.
— Кэсси! — позвала она. — Пора домой. Они оба наблюдали, как
девочка помахала рукой им в ответ и стала собирать ведерко и лопатки.
— Ты мне не веришь, — сказал Эндрю.
— Ты романтик, — сухо сказала Лили, забирая у него
полотенце. — А я реалист. Никогда две половинки не встретятся. Неужели
ты не понимаешь, что наше знакомство может стать для нас катастрофой?
— Нет, не понимаю. — Он помахал Кэсси на прощание и пошел по пляжу
в сторону скалы. — Вечером я буду ждать тебя.
— Я не приду.
— Я все равно буду ждать, — ответил он, даже не обернувшись.
Нет, она не пойдет.
Обхватив себя руками, Лили глядела в сторону пляжа. Даже и речи быть не
может, чтобы она сделала такую глупость и вступила в близкие отношения с
таким человеком.
Лили повернулась, быстро пересекла террасу и вошла в дом. Она заперла дверь
на засов и выключила свет. Если он наблюдает за коттеджем, то поймет, что
ждать нечего, и уйдет к себе.
Она заглянула к Кэсси, чтобы убедиться в том, что девочка мирно спит, затем
пошла к себе и закрыла дверь. Не включая свет, она подошла к окну и
отдернула занавеску.
Непроглядная тьма. В эту ночь нет луны. Даже если Эндрю и ждет ее на пляже,
она не увидит его отсюда.
Но он был там. Лили знала это наверняка. Она может побежать на пляж,
броситься в его объятия, они упадут на песок и будут лежать рядом. Лили
вдохнет уже знакомый запах свежести и моря, ощутит его сильное, горячее,
жаждущее тело...
Боже, и о чем только она думает! Она же не самка во время течки. Она
взрослая женщина, которая способна владеть своими чувствами. Похоже, ей
нужен мужчина. Лучше бы это был кто-нибудь другой, а не Эндрю. Наверно, он
был прав, сказав, что она оживает, но это не значит, что она должна
связываться с человеком, представляющим для нее опасность.
Опасность! Осознание этого потрясло ее. Эндрю опасен своею мягкостью,
нежностью слов, обаянием юности и неотразимой сексуальностью, а также той
стальной волей, которую она отчетливо ощущала под этой блестящей оболочкой.
Ясно, что он от своего не отступит.
Ну что же, она тоже не отступит. Лили сняла халатик и бросила его на кресло-
качалку у окна. Затем она легла в постель, быстро скользнув под хрустящие
белые простыни. Сейчас она
...Закладка в соц.сетях
