Жанр: Любовные романы
Таинственный сад
...бы я забрала тебя с собой, возможно, было бы лучше.
— Ты хотела защитить меня.
— Но при этом я оставила тебя одну, и тебе пришлось учиться защищаться
самой. — Лола взглянула в ее лицо. — Кэм это имел в виду, когда
говорил о колючках?
— Доморощенный психолог, — усмехнулась Дамита. — Он же ничего
обо мне не знает.
— У Кэма прекрасная интуиция. Он может увидеть в тебе то, что сама бы
ты не захотела знать.
— Чепуха, — Дамита улыбнулась через силу. — Ты рассуждаешь
так же, как он. Не все могут жить такой эффектной и захватывающе интересной
жизнью, как ты. Для равновесия должны существовать люди подобные мне.
— Ты не считаешь себя интересной и эффектной?
Дамита рассмеялась:
— Конечно, нет. Это ты у нас сирена.
— Понятно, — медленно сказала Лола. — Вот, значит, как ты
меня воспринимаешь.
— Так тебя воспринимает весь мир. Ты прекрасная, сердечная, умная
женщина, которой повезло быть не менее очаровательной, чем Елена Прекрасная.
— Елена Прекрасная представляется мне весьма непостоянной женщиной. А
я-то считала себя более постоянной.
Она произнесла это таким мрачным тоном, что Дамита встревожилась.
— Разумеется. Я не это имела в виду... О, ты знаешь, язык мой — враг
мой. Я не обидела тебя?
Лола покачала головой.
— Нет, ты меня не обидела, — сказала она рассеянно. — Просто
дала мне еще одну тему для размышлений.
— Лола, может, ты все же оставишь самоанализ на потом? — Дамита
начинала раздражаться. — Сейчас не до него, по крайней мере до тех пор,
пока все это не закончится и Белстроп не перестанет представлять для тебя
угрозу.
— Суд состоится на следующей неделе. После того, как я дам показания,
Белстроп исчезнет из нашего поля зрения.
— И ты будешь в безопасности.
— То же мне говорили джентльмены из Скотленд-Ярда. Без главаря вся банда Белстропа развалится.
— И слава богу, — пылко сказала Дамита. — Тогда мы сможем наконец-
то забыть об этом и начать жить своей жизнью.
— Я не очень в этом уверена. Иногда события развиваются так, что мы
меняемся и вернуться назад становится невозможно.
Боль пронзила Дамиту, она постаралась скрыть ее и нервно засмеялась.
— Мы снова вернулись к этой же теме? Ради бога, ничего из ряда вон
выходящего между мною и Кэмом не произошло. Я просто переспала с
привлекательным мужчиной. Совсем не так, как если бы я была девочкой. Мне
двадцать три года, и многие полагают, что я слегка задержалась в своем
развитии из-за того, что у меня нет любовных связей. — Она поджала
губы. — Не сомневаюсь, что Кэм думает именно так.
— Почему ты говоришь такое?
Дамита попыталась беззаботно пожать плечами.
— Но я же в самом деле не сексуальная богиня. Кэм, вероятно, был
разочарован. — Ее голос пресекся, она сделала паузу, прежде чем
продолжить. — Мы совсем не подходим друг другу.
— Ромео и Джульетта тоже не подходили, — сказала Лола. —
Иногда это не играет никакой роли.
— Играет. И мы не Ромео и Джульетта. — Дамита старалась говорить
ровным голосом. — Кэм, очевидно, бросил мне вызов. Лучезарные обещания,
безопасность в бурном море, нежность и страсть. А я подумала: опыта ради
можно попробовать.
— Как разумно, — мягко сказала Лола. — Ну, ты всегда была
разумной девочкой, querida. И не строила никаких замков из песка.
— Никаких замков из песка, — согласилась Дамита. Она
вздохнула. — Но хватит обо мне, поговорим о тебе. Чем ты еще занималась
тут, кроме самоанализа?
Лола помолчала немного и согласилась сменить тему.
— Вызывала в себе бурное веселье всякими примитивными способами. Ты не
поверишь, но я научилась готовить. Нашла старую, пожелтевшую поваренную
книгу в одном из шкафов и подумала — а почему бы и нет? Начала с закусок и
уже дошла до жаркого. — Она бросила на Дамиту смеющийся взгляд. —
И если ты хорошо попросишь, я дам попробовать мой первый десерт.
Глава 7
Лола торжественно открыла дверь маленького домика.
— Вот он. Мой дом вдали от дома. Электричества нет, но есть крошечная
ванная с душем. Примитивно, но видела бы ты, что здесь было до того, как я
приложила руку... Конечно, пришлось попросить людей из Хаф-Мун принести сюда
кое-что из мебели, чтобы сделать бунгало пригодным для жилья. Представляешь,
у Кэма не было даже подушек на стульях. И ваз для цветов. Здесь столько
разных цветов вокруг, а в доме ни одной вазы.
Дамита оглядела уютную комнату.
— Выглядит мило.
Круглый стол и четыре стула занимали середину комнаты. На стульях были сиденья-
подушки с желтым и кремовым цветочным рисунком, в тон хлопчатобумажному
покрывалу на кровати. Вазы с цветами, о которых говорила Лола, были
расставлены повсюду: на ночном столике, рядом с подсвечником на столе, на
книжной полке рядом с дверью. Стояла ваза и на ротанговом комоде налево от
железной печки, которая, судя по всему, была сработана еще в прошлом
столетии.
Кэм положил чемодан на кровать и обернулся, когда Лола и Дамита вошли
комнату.
— Уверен, что пастухи, которые пользовались этим бунгало до тебя,
никогда не жаловались на недостаток подушек или цветочных ваз.
— Значит, они у них были. — Лола закрыла дверь и улыбнулась
Кэму. — Тебе повезло, что у тебя не возникало такого рода проблем. Если
бы мне пришлось пробыть здесь дольше, я бы обязательно потребовала
электрогенератор и кондиционер. — Она задумчиво наклонила
голову. — Такой огромный кондиционер с медной отделкой и с лампочками в
виде белых цветочков. Уверена, это положительно влияло бы на настроение.
Дамита засмеялась:
— Я использую эту идею в следующей своей работе — на стройке, куда меня
посылают. Одной из деталей интерьера обязательно будет элегантный
кондиционер на потолке.
— С лампочками в виде белых цветов, — твердо повторила
Лола. — Это очень важно.
— Должен тебе заметить, Лола, что ты не так долго пробудешь здесь,
чтобы беспокоиться о кондиционере, — решительно сказал Кэм. — Я
хочу, чтобы ты немедленно начала собираться и я смог бы отвезти вас с
Дамитой отсюда. Поздно вечером я позвонил в Скотленд-Ярд. Власти в Лондоне
подготовят безопасное убежище для тебя до тех пор, пока ты не дашь показания
на следующей неделе.
Улыбка Лолы исчезла.
— Весьма самонадеянно с твоей стороны. Я собираюсь остаться здесь
вплоть до начала суда. Я ведь говорила, что не желаю сидеть под замком.
— Мало ли что ты говорила, — спокойно парировал Кэм. —
Белстроп все ближе, защитить тебя здесь становится трудно. Ты сегодня же
уедешь отсюда.
Темные глаза Лолы сверкнули:
— Черта с два! Ты ведь не уверен, что Хаф-Мун под наблюдением.
— Не хочу даже допускать такой вероятности. — Кэм сжал
губы. — Подумай о Дамите, и ты тоже не допустишь. Если Белетроп узнает,
кто она, он попытается использовать ее, чтобы запугать тебя. Единственно
верное решение — чтобы вы обе были под защитой полиции.
— Но я не хочу... — Лола замолчала, взглянув на Дамиту. — Ну,
ладно. Если это обеспечит безопасность Дамиты, я позволю им спрятать меня.
Но ехать мы должны с ней отдельно. Я могу быть мишенью, но никак не она.
— Дамита уедет прямо сейчас, — категорично заявил Кэм.
— Не со мной, — Лола сжала зубы, и в голосе ее зазвучал
металл. — Позволь мне увести их от Австралии и от Дамиты. Ты отвезешь
ее в Лондон завтра.
— Но я хочу поехать с тобой, — запротестовала Дамита.
— Убеждать ее бесполезно, — сказал Кэм. — Я уже пробовал. Она
упряма, видимо, это у нее наследственное.
Лола состроила гримасу:
— Очень нелестное замечание!
— Я и не намерен льстить тебе сейчас. Я хочу, чтобы все это закончилось
и вы обе оказались наконец в безопасности. — Он остановился. —
Хорошо, Лола, я уступаю. Ты едешь сегодня. Дамиту мы оставляем в хижине,
пока я не буду уверен, что за нами нет
хвоста
из Сиднея. После этого, зная
уже, что ты в безопасности, я отвезу Дамиту в Лондон. Удовлетворена?
Лола кивнула:
— Учитывая нынешние обстоятельства — да.
— Не понимаю, почему я не могу поехать с тобой, — сказала
Дамита. — Ты чересчур осторожна, Лола.
— Ты и так довольно скоро устанешь от моего общества. Возможно,
querida, нас по прибытии в Лондон поместят в душные тесные комнаты. —
Она обернулась к Кэму. — Предполагаю, ты уже все подготовил. Сколько у
меня времени?
Легкая улыбка коснулась его губ:
— Точно в три часа вертолет сядет в Хаф-Мун, чтобы забрать тебя в
Сидней. Оттуда самолетом моей компании ты полетишь в Лондон. К посадке
вертолета он будет уже заправлен и готов к взлету.
— В три? Значит, у меня всего полтора часа?! Ты был бесконечно щедр,
когда принимал решение. Странно, что ты еще даешь мне время собраться.
— Я даже позволю тебе выпить чашку кофе, если ты уложишься вовремя со
сборами, — улыбнувшись, сказал Кэм. — Но только одну. После чего
мы отправимся в Хаф-Мун.
— Диктатор! — Лола повернулась к Дамите. — Кажется, я не
смогу продемонстрировать тебе мои кулинарные способности. Но не отчаивайся.
Когда мы будем в Лондоне, я потребую, чтобы власти обеспечили нас шикарным
жильем с великолепной кухней.
Дамита попыталась улыбнуться;
— И чтобы кондиционер на потолке?
— Конечно. А сейчас почему бы тебе не присесть и не отдохнуть, пока я
буду собирать вещи? — Она потрепала Дамиту по щеке. — Не будь
такой серьезной. Все образуется.
— Я знаю, — кивнула Дамита. — Слава богу, что ты будешь в
безопасности. И пусть Скотленд-Ярд охраняет тебя с момента приземления
самолета.
— О, Кэм делал это куда более изобретательно, — Лола бросила на
него шаловливый взгляд. — До сих пор. Сейчас он совершенно не похож на
себя — спокойный и практичный.
— Как прискорбно, — Кэм взял большой металлический кофейник с
печки и прошел к раковине. — Но если ты будешь медлить со сборами, я не
позволю тебе выпить чашку кофе.
— Чудовище. — Лола повернулась к комоду. — Я соберусь за пять
минут. Благодарение господу, что я не привезла с собой весь свой гардероб.
Лола собрала вещи даже быстрее, чем за обещанные пять минут, а через
четверть часа Кэм с Лолой уже были готовы к отъезду.
— Ты пойдешь вперед, Кэм, — живо сказала Лола. — Я догоню
тебя через минуту. Хочу попрощаться с Дамитой.
Кэм остановился у двери и хмуро посмотрел на них.
— Вы увидитесь через два дня.
— Иди. — Лола махнула рукой. — Ну не может же все быть по-
твоему, диктатор! Я буду через секунду.
— Быстрее. — Кэм резко закрыл дверь.
Лола покачала головой:
— Никогда не видела Кэма таким встревоженным. Думаю, если бы я
отказалась уехать, он бы связал меня и бросил в самолет.
— Он беспокоится о тебе.
— Правда? — Лола покачала головой. — Может быть, но мне-то
кажется, что он в тревоге за тебя. Его отношение к тебе вполне понятно. Вот
почему я решила поболтать с тобой несколько минут.
— Сейчас не время для болтовни, — серьезно сказала Дамита. —
И я уже сказала, что не хочу говорить о Кэме.
— Всегда есть время прояснить запутанную ситуацию, а мне кажется, что
вы с Кэмом оба увязли по шею. Поверь мне, лучше постараться понять все
правильно с самого начала. Однажды попав в колею, ты и думать забудешь о
том, чтобы уйти с этой дороги. — Она сделала паузу. — До тех пор,
пока тебя не заставят остановиться и снова подумать. Мне понадобилось
двадцать лет, чтобы понять, что я на неправильном пути. Не повторяй моих
ошибок, querida.
— Двадцать лет?
— Я потеряла много времени. — Лола подавила вздох. — Я
думала, что хочу вести легкомысленную жизнь. Поначалу мне и вправду
нравилось все это — модные вечеринки, яхты, друзья, любовники...
— А потом поняла, что это тебя не так уж и увлекает?
Лола покачала головой:
— На самом деле я нуждалась в постоянном подтверждении собственной
ценности. — Она встретила взгляд Дамиты. — Хотела показать всем,
что я что-то значу, хотя и начинала как обыкновенная шлюха.
— Ты не была шлюхой. Ты просто не могла ею быть...
— Увы! Я продавала себя. Неважно, каковы были причины, но факт остается
фактом. Я продавала себя даже в большей степени тогда, когда перестала быть
девушкой по вызову. Я думаю, что торговать своими убеждениями хуже, чем
своим телом.
Дамита в изумлении смотрела на мать. Лола, несомненно, говорила искренне.
— Ты это делала ради меня, — прошептала Дамита. — Ты хотела
дать мне хорошую жизнь.
— Я тоже так думала в то время. Но теперь не уверена в этом. Я была
бедной и голодной и хотела иметь много хороших вещей. — Лола горестно
покачала головой. — А еще я нуждалась в восхищении и уважении.
Возможно, я даже с успехом изображала из себя мученицу, чтобы получить все
это.
— Нет, — с жаром возразила Дамита. — Ты не эгоистка. Ты
добрая и любящая.
— Ты всегда представляла меня такой, — мягко сказала Лола. —Я не
злая, но никогда не была подарком. И тебя легко любить, querida. Ты сама
любящая и преданная. Еще будучи ребенком, ты отчаянно хотела любить кого-
нибудь, но у тебя была только я.
— Этого более чем достаточно.
— Нет, неправда, — печально сказала Лола. — Я не давала тебе
того, что нужно. Я обманывала тебя, да и себя тоже все годы твоего детства,
когда мы были вместе.
— Ты стремилась защитить меня.
— Или себя...
Дамита сглотнула, чтобы ослабить болезненное напряжение в горле.
— Зачем ты говоришь мне это? Все равно не убедишь меня в том, что ты
злодейка. Я люблю тебя.
— Благодарю бога за это, — мягко сказала Лола. — Хотя я и не
заслужила такого к себе отношения. Надеюсь, ты не разлюбишь меня, Дамита. Я
буду изо всех сил стараться заслужить твою любовь. — Она подняла руку,
когда Дамита попыталась что-то возразить. — Нет, нет, я знаю, что
говорю. И очень хочу, чтобы ты поняла: быть честной с самой собой —
непросто, но это единственный способ избежать колоссальных ошибок.
— Мне неясно, что ты имеешь в виду.
Лола наклонилась и поцеловала Дамиту в щеку.
— А ты подумай. Поступи так, как поступила я. Отбрось ложь, которую ты
почитала за правду все эти годы, и начни заново. Подумай обо мне, подумай о
Кэме. Но прежде всего подумай о себе. Я уверена, выводы удивят тебя. —
Она повернулась и быстро пошла к двери. Открыв ее, она оглянулась через
плечо: — Обещаешь?
— Обещаю, — медленно ответила Дамита.
Нежная улыбка осветила лицо Лолы:
— Увидимся в Лондоне, querida. Позаботься о себе.
Дамита еще долго смотрела на дверь после того, как Лола вышла. Затем села на
стул у ротангового стола. Слова матери потрясли ее и поставили в тупик. Все
перевернулось с ног на голову, и все потеряло свой прежний смысл. Необходимо
было навести порядок в этом хаосе. Обдумать все ясно и без лжи, как она
обещала Лоле.
Близилась полночь, а Кэм все не возвращался. Дамита свернулась на кровати,
читая при свечах случайно найденную в бунгало книжку в мягкой обложке.
Но вот Кэм появился наконец в дверях, и она тут же отложила книгу в сторону:
— Как Лола?
— Она сейчас в пути. Я проследил за взлетом. — Кэм закрыл
дверь. — Она обещала, что нас известят, как только она окажется в
безопасности под присмотром властей.
Дамита почувствовала облегчение.
— Слава богу. Никаких признаков опасности? Я имею в виду людей
Белстропа.
Он покачал головой:
— Никто не пытался перехватить нас, но это вовсе не означает, что в Хаф-
Мун слежки нет. Возможно, мы опережаем их.
— Но Лола в самом деле в безопасности?
Он кивнул:
— Да. С того момента, как сойдет с самолета. — Он сделал
паузу. — Но для тебя опасность, соответственно, возрастает. Лола
боялась, что ты окажешься под угрозой, если будешь с нею, но ей не пришло в
голову, насколько ты сейчас уязвима. Ведь раз Лола вне досягаемости, ты —
единственно возможное оружие Белстропа, с твоей помощью он может заставить
ее молчать. — Он сжал губы. — И поэтому мы не будем дожидаться
утра, как решила твоя дорогая мамочка. Я этой же ночью доставлю тебя в
Сидней. Полетим в три ночи, и мы...
— Нет.
— Что?
Она спустила ноги на пол и встала.
— Я сказала
нет
. Наш договор остается в силе. Мы уедем отсюда
следующей ночью.
— Черта с два! — прорычал Кэм. — Я только что сказал тебе,
что...
— Лола права, ты ведь вовсе не уверен, что Хаф-Мун прослеживается. Не
знаешь, известно ли Белстропу, что я связана с Лолой. — Дамита спокойно
встретила его взгляд. — Это вполне рассчитанный риск.
— Но зачем вообще рисковать? — вспылил. Кэм. — Зачем
оставаться здесь, если безопаснее улететь сегодня ночью?
— Потому что нам нужно время. Разве ты не говорил мне это в Касмаре?
Кэм наморщил лоб:
— Тогда все было по-другому. Тогда я не знал, что Белстроп следит за
нами.
— Ты и сейчас не знаешь этого наверняка. — Она облизнула
губы. — Я никуда сейчас не намерена двигаться. До тех пор, пока не
выясню кое-что очень для себя важное.
— Что именно?
Она глубоко вдохнула и сказала на одном дыхании:
— Люблю ли я тебя.
Его глаза расширились:
— Дамита...
— И в самом ли деле ты любишь меня. Ты говорил, что любишь, но после
прошлой ночи я подумала, что нет, ну и я смущена и обижена...
— Дамита, что ты, черт возьми, такое говоришь?
Она нервно стиснула руки.
— Лола сказала мне: продумай все и постарайся быть честной с самой
собой, ну вот, этим я и занималась, пока ты отсутствовал. — Ее губы
дрожали, когда она улыбнулась ему. — Это было не самое приятное время в
моей жизни. Плоды честности вовсе не сладки на вкус. Я обнаружила весьма
неприятные черты в своем характере. Я отнюдь не сахар.
— Не согласен. Ты честная, ласковая и...
— Мы смотрим в разные зеркала, — прервала его Дамита. — Я
вовсе не ласковая. Я острая, как колючий кустарник, с которым ты меня
сравнил. Я воинственна и искренна до грубости. Мне казалось, что я, по
крайней мере, честна, но увы, не обладаю даже этой добродетелью. Я врала
себе о самом важном человеке в моей жизни.
— О Лоле?
Она резко кивнула:
— На самом деле мне было стыдно за нее. Меня устраивало то, что она
скрывает свое материнство, потому что мне не хотелось быть дочерью Лолы
Торрес. Я была настолько ограниченной, что не могла понять... Возможно, Лола
сознавала это и именно потому не афишировала, что я ее дочь.
— Тебе незачем брать на себя ответственность за решения Лолы. И незачем
упрекать себя за то, что ты чувствовала, будучи ребенком. Монахини дали тебе
такой набор ценностей, с которым трудно принять прошлое Лолы.
— Она и сама себя упрекает, но и я достойна упреков. Мы обе совершили
так много ошибок, — прошептала Дамита. — Я люблю ее, Кэм.
— Я знаю.
— И она любит меня.
— Да.
— Я хочу поговорить с ней. Я хочу сказать ей, что не собираюсь больше
быть воинственной, что не буду больше защищаться. Я хочу сказать ей, какой я
была глупой и как я горда тем, что она моя мать.
— Тогда, черт возьми, полетим сегодня!
Она покачала головой.
— Не могу. Потому что есть проблемы, которые я должна решить
здесь. — Она сделала шаг к нему. — Возможно, я представляю собой
коллекцию комплексов, но я собираюсь преодолеть их. Мне это не так-то
просто. Понимаешь, я никогда всерьез не доверяла отношениям между мужчиной и
женщиной. Я думала, большинство мужчин просто используют женщин.
— Понятно, учитывая, что ты знала о жизни Лолы в трущобах, — Кэм
криво улыбнулся. — И я не сделал ничего, чтобы изменить это мнение.
Дамита удивленно посмотрела на него.
— Нет, ты сделал. Ты, Кэм, не похож на тех мужчин, которые вынудили
Лолу жить такой жизнью. Я думала было прошлой ночью, что ты вроде них, но
нутром чуяла, что это неправда. И мне надо все точно выяснить. — Она
глубоко вздохнула. — Я сделала что-то такое, что разочаровало тебя?
— Нет, — сухо сказал он. — Конечно, нет, ты была...
— Тогда почему ты отталкиваешь меня и держишься на расстоянии? —
спросила она прямо. — Надеюсь, твоя реакция не связана с тем, что я
никогда раньше...
— Ради бога, я же практически изнасиловал тебя, — хрипло сказал
он. — Я обещал себе быть терпеливым, и я нарушил обещание, черт возьми.
Ты была девственницей, и потому я обязан был быть с тобой особенно нежным и
дать тебе время привыкнуть к себе, а я все испортил. Неудивительно, что ты
мне не отвечала.
— Не отвечала? — Дамита смотрела на него в недоумении. — Но
мне казалось... По крайней мере, я думала, что отвечала. — Она
попыталась вспомнить, но смогла вспомнить только жар, полноту ощущений и
бурную страсть. — Я мало знала о хитростях того, что мы делали, но
чувствовала, что отвечаю. Я же определенно не боролась с тобой.
— Ты не боролась со мной, — угрюмо согласился он. — И это
невероятно, принимая во внимание, что я применил грубую силу. Я вел себя как
животное.
— Ты вовсе не применял силу, — слова ее прозвучали немного
неуверенно, Дамита напряженно смотрела на Кэма. — Ты чувствуешь себя
виноватым?
— Ты совершенно права, я чувствую себя виноватым. Я собирался быть
благородным, а потом запаниковал и действовал, как... Почему ты смеешься?
—Я успокоилась. Ведь я-то думала, что причина во мне. — Улыбка все еще
играла на ее губах. — Ты был так холоден сегодня утром, что я в этом
уверилась.
— Ты — ни при чем. Все дело во мне. Но не беспокойся, — продолжал
он торопливо. — Когда мы приедем в Англию, у тебя будет масса времени,
чтобы привыкнуть ко мне. Я даже не прикоснусь к тебе, пока ты не
почувствуешь, что тебе легко со мной.
— Не прикоснешься? — В ее взгляде была смесь гнева и
изумления. — Разве я говорила, что мне нелегко с тобой?
— Но ты же смущена и обижена. Сама только что это сказала. — Он в
раздумье смотрел на нее. — Возможно, нам даже не стоит обсуждать, пока
ты в таком состоянии.
— Ни в каком я не в
состоянии
, и я не комнатный цветок, за которым
надо ухаживать. Ты меня недооцениваешь. Лола сказала, что мы оба увязли по
шею, но я думаю, это не так уж плохо. Хорошо, что я решила остаться здесь. В
обществе всех этих людей в Лондоне мы не сможем ничего прояснить. И ты опять
что-нибудь придумаешь.
— Никаких недоразумений не будет. — В голосе Кэма все еще звучали
нотки прежней угрюмости. — Как только ты будешь в безопасности, я начну
вести себя иначе.
— Ты начнешь? — Дамита покачала головой. — Нет уж, это было,
возможно, самое важное решение в моей жизни, и я не хочу, чтобы ты или кто
угодно... — Она внезапно прикусила нижнюю губу. — О боже, это
...Закладка в соц.сетях
