Жанр: Любовные романы
Один твой взгляд
...ли бы пуля
пролетела на дюйм ближе, тебя не было бы сейчас в живых. — Он смотрел
на нее глазами, полными отчаяния. — И не говори мне, что теперь я
должен превра—тить тебя в самку-производительницу, потому что я не стану
этого слушать. Согласись принять свою свободу и содержание на первое
время...
— Нет, я...
— Саманта, ради бога, не делай этого со мной! Неужели ты думаешь, что
для меня все так просто? Впервые в жизни я пытаюсь думать не толь—ко о себе.
Так помоги же мне!
Саманта смотрела на него, пытаясь собраться с мыслями, но у нее ничего не
получалось. Боль и растерянность владели всем ее существом. Да, она видела,
что Флетч говорил правду — все это действительно далось ему нелегко. Возле
губ пролегли вниз глубокие морщины, а в глазах за—стыло выражение муки.
Наверное, она должна попытаться его понять, проникнуться сочувст—вием, но
Саманта вдруг почувствовала, как в душе ее нарастает гнев.
— Знаешь, мне совсем не хочется сейчас тебе помогать. Я способна скорее
наброситься на тебя с кулаками.
На лице Флетча отразилось удивление.
— Вообще-то я понимаю тебя.
— Правда? А мне начинает казаться, что мы говорим абсолютно на разных
языках. — Сделав шаг назад, Саманта обняла себя за плечи — ей вдруг
стало холодно, и это не имело никакого отношения к ночной прохладе. —
Ты ошибаешь—ся, Флетчер Бронсон. Ты совсем меня не зна—ешь.
— Саманта. — Он бросился было к ней, но остановился. — Сейчас
ты расстроена, но когда обдумаешь все спокойно, то поймешь, что так гораздо
лучше. Мне позвать Скипа, чтобы он отвез тебя домой?
Саманта покачала головой.
— Насколько я помню, меня пригласили на прием.
Флетч нахмурился.
— Ты уверена, что...
— Уверена, — оборвала его Саманта. — Не волнуйся, я не
опозорю тебя. С тех пор, как ди—карка вылезла из пещеры, она обучилась кое-
каким манерам.
— Я никогда не говорил... — Флетч сокру—шенно покачал головой. —
Если ты говоришь все это, чтобы сделать мне больно, то ты преус—пела. Можешь
есть с ножа и качаться на лю—стре — это не имеет для меня значения, —
он пе—чально улыбнулся. — Пожалуй, было бы даже за—бавно. Ненавижу все
эти официальные застолья с напыщенными самодовольными гостями.
Саманта вдруг испытала прилив нежности к Флетчеру и даже забыла на секунду
свою боль. Она понимала, что было бы лучше не испыты—вать никаких чувств,
заставить себя разлюбить этого человека, но только как это сделать?
— Боюсь, ты будешь разочарован. С двенадцати лет мне приходилось быть
хозяйкой на ве—черинках в доме отца. Так что есть с ножа я не привыкла.
— Очень жаль, — не удержавшись, Флетч коснулся пальцем щеки
девушки. — Думаю, приятно было бы посмотреть, как малышка Са—манта
висит на люстре. Жаль, что я не дождусь от тебя какой-нибудь дикой выходки.
— Так вот о чем ты мечтаешь, — Саманта от—странилась. Она успела
забыть, какая болезнен—ная слабость овладевает всем телом, когда Флетч
касается ее. — Что ж, может быть, в один пре—красный день ты
дождешься...
— Только не от тебя. Ты стала слишком...
— Воспитанной, — закончила за него Саман—та. — Знаешь,
сколько времени? Наверное, твои гости уже собираются.
Саманте явно хотелось поскорее избавиться от него, и при мысли об этом Флетч
почувство—вал вдруг странную тревогу. Как быстро обижен—ная девочка с
дрожащими губами превратилась в холодную светскую красавицу.
— Что ж, позволь мне проводить тебя в дом.
— Нет-нет, я хочу остаться здесь ненадолго.
Приду потом сама.
— Не думаю, что это хорошая идея.
— А я так просто уверена в этом, — холодно ответила
Саманта. — Не волнуйся — никаких рыданий не будет. Просто мне надо
подумать. Оставь меня, пожалуйста, одну.
Несколько секунд Флетч удивленно смотрел на девушку, затем развернулся,
чтобы уйти.
— Если не возражаешь, я должна задать тебе всего три вопроса, —
услышал он за спиной го—лос Саманты.
— Я не возражаю, — Флетч взглянул на нее через плечо.
— Монетт Санторе — по-прежнему твоя лю—бовница?
Флетч покачал головой.
— Я не видел ее с тех пор, как уехал на Сент-Пьер.
Саманта изо всех сил старалась не выдать своей радости.
— Ты завел другую любовницу?
— Саманта, это... — Он снова покачал голо—вой. — Нет.
— И третий вопрос: ты действительно хочешь меня или это тоже ложь?
Флетч отвел глаза, и Саманте показалось, что он не собирается отвечать.
Затем он произнес, запинаясь:
— Это... правда. Я действительно хочу тебя.
Резко обернувшись, он покинул веранду. Он сказал
хочу
, а не
хотел
.
Значит, у нее еще есть надежда!
Саманта с улыбкой смотрела на сад. Она чув—ствовала себя богиней — богиней
солнца в цар—стве луны.
Затем, приняв окончательное решение, она быстро пошла в дом.
Глава 8
Если она не сделает этого сегодня, у нее про—сто не будет другого шанса.
Саманта открыла дрожащей рукой дверь в апартаменты Флетчера. И невольно
вздохнула с облегчением, не обнаружив его в гостиной. Она думала, что уже
готова встретиться с ним лицом к лицу, но все же обрадовалась отсрочке.
— То есть как — ты не отвез ее домой? А кто же тогда сделал это? Я
видел, как она говорит на углу с Фрездорфом, а в следующую секунду Са—манты
уже не было. — Дверь слева от гостиной была открыта, и Саманта слышала
рокочущий бас Флетча. — Но Фрездорф тоже не отвозил ее... Он остался
поговорить со мной после вече—ринки.
Только один голос. Значит, Флетч говорит с кем-то по телефону. Саманта
подошла к двери.
— Немедленно выясни, где она. Поезжай к ней на квартиру, убедись, что
все в порядке, — снова пауза: — Флетч слушал своего собеседни—ка. Затем
он заговорил вновь, четко произнося каждое слово. — Мне наплевать, что
уже три ча—са ночи, Скип. Я хочу знать, что с ней все в по—рядке. Ты должен
был настоять, чтобы она по—ставила себе телефон. Чтобы в наше время у
че—ловека не было телефона!
Бедный Скип. Нет, она не может стоять и спокойно слушать, как его ругают
понапрасну. Саманта распахнула дверь.
— Очень даже приятно, когда телефон не трезвонит целый день у тебя под
носом.
Флетч сидел на огромной кровати, опершись об изголовье. Когда он увидел
стоящую в дверях Саманту, на лице его отразилось невероятное облегчение! Но
в следующую секунду в глазах снова появилось хорошо знакомое ей
непрони—цаемое выражение.
— Не волнуйся, Скип, все в порядке, — про—изнес он в телефонную
трубку, прежде чем нажать на кнопку. Затем обратился к ней: — Наде—юсь, у
тебя есть надлежащее объяснение? Я, черт побери, вне себя от беспокойства, а
ты стоишь тут как ни в чем не бывало!
— Так ты беспокоился обо мне? Мне не хоте—лось никого волновать, —
Саманта вошла в спальню и закрыла за собой дверь. — Я решила, что так
будет проще для всех.
Она не ожидала, что Флетч успеет раздеться. При виде его обнаженного тела ее
охватило хо—рошо знакомое возбуждение. В полутьме пеще—ры нагота его
возбуждала не меньше, но казалась вполне естественной. А в спальне,
обставленной изящной мебелью в стиле Людовика Четырнад—цатого, Флетч
напоминал случайно забредшего сюда первобытного воина.
— Разумеется, я беспокоился, — почти про—рычал Флетч. — Весь
вечер ты смеялась, болтала со всеми, умудрилась очаровать каждого мужчи—ну
на моем приеме, а потом вдруг исчезла, слов—но растворилась в воздухе.
— Я ждала на веранде, пока уйдут последние гости, — пояснила
Саманта. — Я заранее разве—дала, где твои апартаменты, — Саманта
улыбну—лась. — Если помнишь, за последние шесть лет я привыкла ходить в
разведку.
— Могу я поинтересоваться, чему обязан твоим присутствием? Я думал, ты
поняла мои намерения, и наш разговор на эту тему закон—чен.
— Да, ты прав, я и сама устала от разгово—ров. — Она скинула
туфли, завела руки за спину и рывком расстегнула
молнию
на платье. —
С разговорами покончено. — Платье упало, слов—но стекло золотым
ручейком, на персидский ковер. Саманта стояла перед Флетчем в шелко—вых
трусиках, поясе с подвязками и тонких чул—ках. — Я поняла все, что ты
сказал.
Флетч не мог отвести глаз от ее чуть попол—невшей груди.
— Что ты, черт побери, делаешь? — хрипло спросил он.
— Раздеваюсь. — Изящно присев на стул с витыми ножками, она
отстегнула чулки. — Мне кажется, это понятно и без слов.
— Саманта, послушай...
— Нет, — твердо оборвала его Саманта, сни—мая чулок. — Это ты
послушай меня. — Она принялась за второй чулок. — Ты позаботился о
том, чтобы я оказалась в таком положении, когда вынуждена буду принять твою
благотвори—тельность...
— Это вовсе не благотворительность. Тебя, черт побери, чуть не убили
из-за меня!
— И все равно это именно благотворитель—ность. — Отбросив чулок,
она потянулась к за—стежке пояса. — Если ты всерьез полагал, что это
сойдет тебе с рук, то, значит, ты действи—тельно ошибся, когда решил, будто
знаешь меня, Флетч Бронсон.
— Но при тех обстоятельствах, в которых мы оказались, человека узнаешь
очень быстро. Саманта покачала головой.
— То, что ты видел тогда, — только часть меня. Ты знал измученную,
истощенную жен—щину с напряженными до предела нервами. По—чему же ты решил,
что это и есть я? Я ведь про—жила шесть лет в этих ужасных горах. На моих
глазах убили отца. Я прошла через такое, чего ты даже представить себе не
можешь, — она встала и бросила пояс рядом с чулками. — А ты решил,
что раз я такая мягкая и покладистая, можно считать меня слабой.
— Я не говорил этого, Саманта.
— Но ты так думал! Ты даже велел Скипу не называть меня больше
Топаз, — Саманта при—ближалась к кровати, теперь на ней был только
браслет и кольцо с топазом. — Если у меня мягкий характер, то лишь
потому, что я этого хочу, а не потому, что я не умею быть сильной. Я —
Саманта Бартон, примерная дочь примерных ро—дителей. Но Топаз — это тоже
я. — Она остано—вилась у кровати. — Невозможно вычеркнуть из жизни
эти шесть лет кошмара. Но все это помог—ло мне стать такой, какая я есть. И
до конца жизни во мне будут жить две женщины — Са—манта и Топаз.
Флетч пожирал ее глазами, полными адско—го, неутолимого голода.
— Можешь быть кем хочешь, только оденься, ради бога, — взмолился
он.
Но Саманта покачала головой.
— Зачем же? — Взгляд ее игриво скользнул по его телу. — Ведь
тебе вовсе не хочется этого. Ты хочешь, чтобы я легла с тобой в постель, и
именно это я собираюсь сделать.
—Нет.
— Да. Мы заключили сделку. Ты сдержал слово, теперь моя очередь. —
Она взяла Флетча за руку, и по телу ее пробежала невольная дрожь. Саманта
успела забыть, какой горячей и тяжелой была его рука. Она положила его
ладонь себе на живот и тут же почувствовала, как что-то словно тает у нее
внутри. — Я рожу тебе ребенка, Флетч Бронсон.
— Нет! — Флетч отдернул руку. Саманта положила ладонь ему на
грудь. Она чувствовала, как дрожит его возбужденное тело.
— Да, — прошептала она. — Я ведь говорила тебе: я всегда
держу данное слово. — Пальцы ее скользили вниз, теребя густые
каштановые воло—сы, покрывавшие его грудь. — Ты хочешь меня. И ты
хочешь ребенка. Я дам тебе и то, и другое. — Теперь рука ее ласкала его
восставшую плоть. — Ты не можешь, не можешь остановить это.
— Могу, — процедил Флетч сквозь стисну—тые зубы. У него было
сейчас лицо человека, подвергнутого немыслимым пыткам. Усевшись рядом на
кровать, Саманта потерлась грудью о его грудь. — Саманта... оставь...
оставь... меня.
Не обращая внимания на слова Флетча, де—вушка уткнулась ему в плечо и провела языком вдоль ключицы.
— Какой ты соленый! — Она игриво куснула его в плечо. Грудь
Флетчера тяжело вздымалась, словно он только что преодолел марафонскую
дистанцию. — Если даже ты заставишь меня уйти сегодня, я вернусь
завтра. Если ты поки—нешь Париж, я последую за тобой. Я буду предлагать себя
тебе в отелях, лимузинах, у тебя в офисе. Запри все двери — я все равно
найду к тебе дорогу, где бы ты ни был. — Она снова по—терлась сосками о
его грудь. — Так почему бы не сделать это прямо сейчас? Сэкономим время
и силы. — Она лизнула языком его сосок. Флетч глухо застонал. —
Мне кажется, сейчас удач—ное время. Я имею в виду — чтобы зачать ре—бенка.
Семя твое попадет в мое лоно, и, может быть, мы...
И тут Флетч не выдержал.
— О, боже! — Он схватил ее с неистовой силой. Один поцелуй,
второй, третий, она поте—ряла им счет. Губы его властно впивались в ее губы,
лишая Саманту возможности дышать. Флетч бормотал что-то в промежутках между
по—целуями, но невозможно было разобрать ни сло—ва. На секунду она даже
испугалась — в этом не—истовом, рычащем от страсти мужчине не было ни капли
нежности — только горячая, неистовая страсть. Все было совсем не похоже на
тот, пер—вый раз.
Флетч торопливо раздвинул ноги Саманты и резко вошел в нее. Закусив губу,
она отдалась во власть совершенно новых для себя ощущений. Ей казалось, что
Флетч взял ее в плен, поработил навеки, сковал по рукам и ногам, и теперь
она может двигаться только по его команде. И это почему-то казалось ей
невыносимо эро—тичным.
— Флетч...
— Моя, — раздувая ноздри, он пытался вдох—нуть хоть немного
воздуха. — Моя, Саманта. — Положив руки на бедра девушки, он не
давал ей двигаться, не давал дарить ему наслаждение. Ему хотелось только
давать ей — давать, ничего не получая взамен. — Это все... мое.
Она принадлежала этому мужчине. Принад—лежала в самом примитивном смысле
слова, ка—кой только можно себе представить. Саманта не могла дышать.
Закинув голову назад, она жадно ловила губами воздух.
— Мне кажется... ты...
— Ты просто убиваешь меня! — стонал сквозь сжатые зубы
Флетч. — Так горячо, так сладко. Это не похоже ни на что... — Он начал
двигать—ся — сначала медленно, затем быстрее, сильнее, и наконец движения
его стали напоминать прыж—ки дикого зверя.
Сжав его плечи, Саманта отдалась во власть ощущений.
— Давай, давай же, — требовал Флетч.
Но ей нечего больше было дать ему — у нее ничего не осталось. Она пыталась
что-то сде—лать, но ритм его движений был слишком ди—ким, неистовым. Ей
оставалось только держать—ся за Флетча и следовать за ним в страну страсти,
полной неизъяснимой красоты и совершенства.
Но вдруг она словно выплыла из водоворота и в то же время почувствовала, как
что-то взо—рвалось у нее внутри.
Грудь Флетчера тяжело вздымалась.
— Боже мой, — прошептала Саманта, утк—нувшись лицом в его
плечо. — Я и представить не могла, что ты отреагируешь вот так. —
Она замолчала, не находя нужных слов. Да в них и не было необходимости.
— Я сделал тебе больно? — тихо спросил Флетч.
Саманта хрипло рассмеялась.
— Почему ты все время спрашиваешь меня об этом?
— Так сделал или нет?
— Нет. — Она нежно пощекотала губами его плечо.
— А ведь мог бы. Я просто с ума сошел. Тебе не стоило этого делать. У
меня четыре месяца не было женщины — как я мог удержаться?
— Но мне понравилось. — Саманта припод—нялась на локте. — Мне
очень-очень понрави—лось. Знаешь, я ведь не стеклянная и не слома—юсь
оттого, что ты схватил меня покрепче.
— Да, да, ты говорила. — Повернувшись на спину, Флетч стал
смотреть на темно-синий, как ночное небо, бархатный балдахин, нависавший над
кроватью. — И все же тебе не стоило этого делать.
— Ты сердишься?
Несколько секунд Флетч молчал.
— Нет, — тихо произнес он. — Но все равно ты не должна
была...
— Но я уже сделала то, что сделала, — тихо сказала Саманта. —
И это было непросто. Роль женщины-вамп я исполняла впервые.
Флетч вдруг лукаво усмехнулся.
— Так я тебе и поверил! Цирцея не смогла бы лучше справиться с этой
задачей.
— Какое неприятное сравнение. Цирцея была очень злой женщиной. Она превращала мужчин в свиней.
— Это недалеко от истины. Я вел себя если не как свинья, то уж во
всяком случае как изго—лодавшийся волк.
— О, Флетч, — протянув руки, она повернула его голову так, чтобы
он смотрел ей в лицо. — Я устала постоянно говорить тебе, что мне
нра—вится заниматься с тобой любовью. Когда нако—нец ты это запомнишь?
Лицо Флетчера вдруг словно окаменело.
— Ты говоришь так, как будто нам предстоит делать это часто. Неужели ты
все еще не остави—ла эту безумную затею?
— Вообще-то я неохотно изменяю свои на—мерения.
Флетч открыл было рот, чтобы что-то ска—зать, но передумал. Он внимательно
изучал лицо Саманты.
— Ты сказала правду? Ну, о том, что сейчас у тебя благоприятный период
для зачатия ребенка.
— Вполне возможно, что мы уже зачали его, — девушка
улыбнулась. — Но я не собираюсь пола—гаться на волю случая. Я приду к
тебе завтра ночью. И послезавтра. Я буду приходить каждую ночь, пока ты не
уедешь. Когда ты собираешься покинуть Париж?
— Пока не знаю, — медленно произнес Флетч.
— Тогда нам лучше не терять времени. — Она скользнула под атласную
простыню, накры—ла ею Флетчера и свернулась возле него калачи—ком. —
Как только ты захочешь, мы можем... — Она зевнула. — О, боже, опять мне
хочется спать. Неужели так будет всегда? — Она помор—щилась. —
Хороша Цирцея! Разбуди меня, если захочешь снова заняться любовью.
Флетч нежно обнял Саманту, прижимая к се—бе покрепче ее хрупкое тело. Как в
ту ночь в пе—щере, когда она тоже заснула в его объятиях. Так похоже, и в то
же время все совсем иначе. Те—перь он знал, что за видимой мягкостью
Саман—ты скрывается стальная воля, настоящая сила, которая позволяет ей
гнуться, но не сломаться. Саманта и Топаз — две женщины в одном теле.
Флетч закрыл глаза, по-прежнему сжимая ее в объятиях, словно боялся, что она
исчезнет, если он разожмет руки. Все, что здесь произо—шло, было ошибкой. Он
не должен был позво—лять Саманте соблазнить себя. Но разве мог он ее
остановить? Тело его отозвалось на ее ласки с такой готовностью, словно жило
само по себе, независимо от его воли. Никогда в жизни Флетч не испытывал
ничего подобного. Ему просто не—обходимо взять себя в руки.
Саманта вздохнула во сне и прижалась к нему еще крепче.
Флетч печально улыбнулся. Ведь еще вчера он считал, что у него стальные
нервы. Но одного прикосновения Саманты Бартон оказалось до—статочно, чтобы
расплавить эту сталь. Или рас—топить лед, сковавший его сердце? Что ж, у
него еще будет время подумать о неприятных послед—ствиях сегодняшней ночи. А
сейчас так приятно лежать рядом с Самантой и обнимать ее, словно она и
вправду принадлежит ему.
Флетч думал о ней, о своей Саманте, милой и беззащитной, но когда он уже
засыпал, губы сами собой произнесли другое имя:
— Топаз!
Не сравнимое ни с чем наслаждение медлен—но наполняло ее тело. Саманта снова
двигалась в неистовом ритме любви, стараясь не отстать от Флетчера.
Разлепив веки, она увидела над собой его лицо.
— Как здорово!
— Шшш, — пробормотал Флетч. — Это про—длится недолго. Но я
просто не мог... — Он рыв—ком вошел в нее еще глубже, на лице его появи—лось
выражение муки и в то же время неизъяс—нимого удовольствия. — Я пытался
сдержаться. Но я... — По телу его пробежала дрожь. — Но я не мог
устоять, я так хотел тебя.
Саманта обняла его за плечи. Сон оконча—тельно прошел, уступив место
желанию.
— Все в порядке, Флетч. Тебе надо было раз—будить меня раньше. Я же
говорила тебе... Но Флетч закрыл ей рот поцелуем.
— Не надо ничего говорить, — попросил он, подняв голову. —
Просто отдайся мне. Мне это необходимо. Я все время брал тебя силой, а
сей—час хочу, чтобы ты отдалась мне сама.
Саманта понимала, что в словах его есть что-то важное, что-то такое, что ей
необходимо об—думать. Но она не могла думать. Только не сей—час. Она жила
одними чувствами и ощущения—ми. Первобытный инстинкт, владевший ее телом,
вел Саманту к вершине неслыханного на—слаждения.
— Ты никогда ничего не брал силой, — успе—ла произнести она,
прежде чем все закружилось у нее перед глазами, взорвалось тысячами искр, а
потом ей стало вдруг тепло и хорошо, словно она плыла по искрящемуся теплому
морю.
Саманта и не заметила, как Флетч тихо лег рядом.
— Извини, — задыхаясь, проговорил он. — Я не хотел делать это
опять.
Саманта нежно коснулась губами его руки.
— Мне было очень хорошо. К тому же гораз—до приятнее, когда не
чувствуешь себя при этом агрессором, как вчера вечером.
— Ты, похоже, ошиблась, — шутливо заме—тил Флетч. — Это меня все считают агрессором.
— О, не сомневаюсь, что в зале заседаний со—вета директоров ты
настоящий тигр. — Она зев—нула. — Да и Скип все время пытается
убедить меня, что ты внушаешь ужас окружающим.
— Но на тебя это явно не распространяется. Мой гневный протест не
возымел вчера вечером должного действия, — Флетч нежно провел ла—донью
по волосам девушки. — На меня напали в собственном доме и взяли в плен,
прежде чем я успел сообразить, что происходит.
Саманта усмехнулась.
— По-моему, в плен взяли меня. Несколько секунд оба молчали.
— Ты собирался со мной поспорить? — спро—сила Саманта.
— У меня есть шанс тебя переубедить?
— Нет, — прошептала Саманта. — Но мне станет намного легче,
если я пойму, что не должна соблазнять тебя каждую ночь. Мог бы и сдаться.
Ведь я, вполне возможно, уже забеременела. Так стоит ли запирать конюшню,
когда оттуда уже увели жеребца.
Флетч положил ладонь на ее живот, ощущая тепло и мягкость кожи.
— Что ж, я не стану сопротивляться. Пока не стану.
То есть пока он не поймет, что она не носит под сердцем ребенка, с обидой
подумала Саман—та, но тут же убедила себя, что даже самая ма—ленькая победа
лучше, чем никакой.
— Вот и хорошо, — она закрыла глаза. — Я уверена, что так нам
обоим будет приятнее. А теперь спокойной ночи, Флетч. Желаю тебе приятных
снов.
— Снов? — Рука его медленно скользнула между ног девушки, быстро
нащупала самое чув—ствительное место и стала нежно ласкать его. — Но я
не собираюсь спать, Саманта.
Дрожь пробежала по ее телу, от сонливости не осталось и следа.
— Нет, черт побери! Я провел без тебя долгих четыре месяца. —
Пальцы его проникли внутрь, и Саманта закусила губу, чтобы не закричать от
удовольствия. — Знаешь, сколько ночей подряд я лежал без сна, вспоминая
ту ночь в п
...Закладка в соц.сетях
