Жанр: Любовные романы
Фея радуги
...ерках он выглядел очень красиво и даже
таинственно.
— Джоэл, — наконец произнесла она, — то, что ты говорил о
наших отношениях, — верно. Мы должны сейчас начать все сначала. Теперь
я и сама это поняла...
— Я рад, любимая. Так ты согласна?
— Да. — Кендра больше не смотрела вниз — ее взгляд остановился на
его лице. — Я хочу быть совершенно честной перед тобой. Поэтому я
говорю, что хочу тебя — хочу прямо сейчас. Или мы займемся любовью, или я
сойду с ума. Помнишь нашу ночь в Радужном Замке? Мы должны повторить это.
Все время мне так не хватало тебя — твоих рук, твоих губ, твоих...
— Остановись, — с трудом сказал он. — Я не могу этого
слышать... Не могу...
— Вспомни, ты сам настаивал на полной откровенности.
— Я не это имел в виду! — воскликнул Джоэл, овладевая
собой. — Нам многое нужно серьезно обсудить. За эту неделю мы ни разу
не могли толком поговорить! Я так и не спросил у тебя, что хотел, да и у
тебя, я вижу, есть ко мне вопросы.
Кендра хотела возразить: пусть у них не было времени поговорить, но она
очень многое узнала о Джоэле, просто наблюдая за ним. Она хорошо изучила его
своеобразный юмор, его отношение к работе и к коллегам. Как он радовался
каждой удачно отснятой сцене! Кендра привязалась к нему, и теперь она знала
настоящего Джоэла Дэймона. Нет, она не понимала, о чем им еще нужно друг
друга спрашивать.
— Не смотри на меня так! — взмолился Джоэл. — Взглядом ты
умеешь выразить больше, чем словами. Прошу тебя, пусть у нас этим вечером
будет настоящий тихий ужин при свечах! — Он отпил еще вина из
хрустального бокала. — Я вижу, пора мне взять инициативу в свои руки,
если я еще на что-то надеюсь...
— Инициатива — это замечательно, — безмятежно ответила
Кендра. — Давай я расскажу, чего от тебя жду.
— Нет! Ты должна рассказать мне о своей семье, понимаешь? В анкете
написано, что ты сирота, но у тебя есть брат. Как его зовут? Вы с ним
общаетесь?
Кендру словно окатило холодной водой. Ну почему, почему в эту волшебную ночь
она должна думать о Кейси и их беде? Она так надеялась сегодня отвлечься от
всех тревог и полностью раствориться в блаженстве...
— Его зовут Кейси, — тяжело ответила она. — Да, мы общаемся,
мы очень близки.
— Тебе не очень-то приятно о нем говорить, да? — Глаза Джоэла
сузились. — Он старше или моложе тебя?
— Ему двадцать шесть, — сказала Кендра и тут же добавила:
— Джоэл, почему ты ничего не ешь? Ты же сам так настаивал на тихом
романтическом ужине. Налить тебе еще вина?
— Чем он занимается? — Джоэл не обратил внимания на ее попытки
переменить тему.
— Теперь моя очередь спрашивать, — сказала Кендра. — Живы ли
твои родители?
На его лицо набежало облачко.
— Странно, что ты спрашиваешь. Я думал, о моих милых родителях тебе все
рассказала Билли... Моя любимая мамочка еще жива и процветает в Ницце, а про
папочку я слышал, что он в Аргентине. Очевидно, щедрые и темпераментные
латиноамериканки пришлись ему по вкусу, и он не собирается возвращаться.
— Так вы все-таки поддерживаете связь? Я думала, что он исчез еще до
твоего рождения...
— Так и есть. Как только он понял, что больше ничего не выжмет из
своего старого папаши, он все бросил и уехал. Но мне всегда было интересно
на него посмотреть. Став студентом, я осуществил эту мечту и приехал к нему
в Барселону, где он жил с какой-то вдовушкой. — Джоэл горько
улыбнулся. — Я прожил с ними почти месяц и понял, что мой папочка —
просто прелестный человек. Он стал меня убеждать, что несчастная жертва —
это он, что это над ним, бедным страдальцем, всегда все издевались...
Говорил, что искренне любит меня. Я тогда поверил ему. Господи, каким же
наивным я был в юности!
— Но почему? Может быть, он говорил правду и действительно тебя
любит? — мягко спросила Кендра. — Большинство мужчин очень
привязаны к сыновьям.
— Да неужели? — он скривился в усмешке. — Что я знаю
наверняка — так это то, что большинство женщин используют беременность как
средство шантажа. Моему отцу повезло, он сумел этого избежать... Кстати, он
не стал меня удерживать, когда узнал, что я не имею доступа к своим
банковским счетам до двадцати пяти лет. И все-таки мой отец научил меня
многому. Можно сказать, я теперь дипломированный специалист в области
человеческих отношений.
В его глазах сквозила боль, которую не в силах исцелить время. И эта боль
передалась Кендре: ей не казалось, что она что-то ощущает, нет, это была
настоящая физическая боль... Она сделает все, что в ее силах, лишь бы помочь
Джоэлу и себе освободиться от этой боли.
— У меня кончилось терпение, — прошептала Кендра, откладывая
вилку. — У нас был и ужин при свечах, и тихая беседа. — Отодвинув
стул и поднявшись, она решительно сказала:
— Джоэл, я иду в постель. Жду тебя через три минуты.
— Ты могла бы совратить и святого, — улыбаясь, ответил Джоэл, и
Кендра ушла с балкона.
На самом деле она вовсе не чувствовала себя готовой к занятиям любовью. Сидя
на широкой двуспальной кровати в одной комбинации, она неожиданно поняла,
что боится. Она дрожала, словно юная девушка перед первой брачной ночью.
Странно, ведь у нее уже есть опыт...
— Три минуты, как и было сказано! — Джоэл вошел в комнату — он
успел снять свитер и расстегнуть рубашку и теперь, в этом сумеречном
освещении комнаты, был похож на могучего льва. Кендра шумно вздохнула.
— Ни минуты промедления. — Он оказался возле нее, и его сверкающие
зеленые глаза усиливали сходство со львом. — Ты и сама больше не можешь
ждать... Ведь ты... — Он остановился, заметив страх в ее глазах. — Что
с тобой, любимая? Ты... ты не хочешь этого? Ты боишься?
— Глупо, да? Ведь это даже не первый раз. — Она облизнула
губы. — Прости меня, Джоэл...
Он ласково провел рукой по ее волосам, лицу, шее.
— Не извиняйся. Мне даже приятно, что я смогу снова пробудить в тебе
страсть. Сейчас ты так похожа на отдыхающую тигрицу...
— О, Джоэл... — Она не договорила: что-то подбросило ее вверх, она
приподнялась на кровати и порывисто обхватила его за шею. Она и сама не
понимала, что произошло. Одно было ясно:
Она любит его сильнее всех на свете, и эта любовь заставила ее устремиться
ему навстречу. — Джоэл, я не тигрица, я не радужная фея — я просто
женщина. Все, что мне нужно, — это твоя любовь. Люби меня, Джоэл!
— Да, любимая. — Он чуть отодвинулся. К лицу его прилила кровь, и
он прерывающимся от напряжения голосом сказал:
— Я сдерживаю себя из последних сил, но сначала все же скажу тебе одну
вещь. Ты не любишь, когда я называю тебе радужной феей. Больше я не буду
тебя так называть — ведь с этого дня мы начинаем все снова. — Он
поцеловал ее в ложбинку на шее и продолжал:
— Но знай, что для меня ты навсегда останешься радужной феей: твоя
красота, твой свет озаряют всю мою жизнь. И этот свет никогда не исчезнет,
Кендра...
Она ничего не ответила, но слова были не нужны. Он и так понял все, что
осталось недосказанным.
— Теперь мы можем перейти от слов к делу, — сказал он, тихо
рассмеявшись. — Я докажу свою гениальность... — Некоторое время он
безотрывно смотрел на то, как ее лицо наливается краской, жаркое дыхание
учащается. — Любимая, ты просто великолепна, — прошептал он, взял
ее руку и положил на главное доказательство своей страсти. — Прикасайся
ко мне. Люби меня. Смотри, что ты со мной делаешь...
Он захватил губами ее сосок и начал ласкать его. Кендра подалась навстречу
Джоэлу; каждое его движение словно отдавалось в ней электрическим током.
Казалось, что если он немедленно не войдет в нее, она лишится разума.
— Ты сводишь меня с ума, — прошептал Джоэл, поднимая
голову. — Я хочу оказаться внутри тебя. Чтобы твои ноги...
— Не говори ничего. — Кендра тяжело дышала, ее голос прерывался. — Иди ко мне, Джоэл.
— Да, любимая. — Слова давались ему с таким же трудом. — Но
не надо спешить. Той ночью я так хотел тебя, что не мог ждать ни секунды, но
чем медленнее мы будем делать это сейчас, тем лучше...
Он снял и отбросил в сторону рубашку и зажег лампу над кроватью. Тотчас же
лицо Кендры озарилось золотым светом. Джоэл дрожащими пальцами принялся
расстегивать брюки.
— Я готов продолжить наш разговор. Слушай меня внимательно, любимая, я
расскажу тебе, что собираюсь сделать. Мой отец научил меня и еще кое-чему —
в области отношений между мужчиной и женщиной он был профессионал, а я —
примерный ученик. Сегодня я на практике применю все знания, которые получил
тогда... — Он смотрел на нее, и она кожей, как страстные прикосновения,
ощущала этот взгляд. Он опускал глаза все ниже и ниже... — Что за прелестный
уголок твоего тела! Я сейчас исследую его... — Кендре казалось, что она уже
чувствует его дыхание там, внизу живота. Но Джоэл не двигался.
— Джоэл, я больше не боюсь ничего, — сдавленным голосом произнесла
она. — Иди ко мне. Скорее, я больше не могу ждать!
— Больше ни минуты промедления. — Он улыбнулся, не отводя от нее
взгляда. — Я и сам сдерживаюсь из последних сил, любимая, но чем дольше
ожидание, тем слаще потом удовольствие...
Полностью раздетый, он сел на постель.
— У тебя потрясающие бедра. Сильные, крепкие... Я помню, как впервые
оказался там, внутри. Но сейчас у меня больше нет сил просто смотреть на
тебя, Кендра. Сейчас я наконец снова войду в тебя...
Его слова усиливали, если только это еще было возможно, возбуждение Кендры.
Ей казалось, что она слышит прекрасную музыку — то изысканно нежную, то
страстную. Если он немедленно не прикоснется к ней, она сойдет с ума...
И тогда Джоэл, который говорил правду, — он больше не мог ждать ни
секунды, — не докончив фразы, опустился на кровать и прижался губами к
ее животу.
— Вот теперь я действительно перехожу от слов к делу, —
пробормотал он.
И вдвоем они отправились в волшебное путешествие по стране неземного
блаженства, забыв обо всем на свете. Каждое движение, каждый поцелуй
становились для них одновременно болью и блаженством. Джоэл сдержал обещание
и сделал с Кендрой все, что обещал. И когда они взмыли на вершину
наслаждения, он глухо застонал и услышал, что и она стонет вместе с ним.
Несколько секунд после этого они лежали, не двигаясь, утомленные, словно
после битвы.
— Не уходи, — прошептал Джоэл, обнимая ее и поглаживая по
груди. — Пусть эта ночь никогда не закончится...
— Тогда мы оба получим инфаркт, — тихо рассмеялась Кендра. —
А впрочем, дело того стоит.
— Ты права, — ответил Джоэл, крепче прижимая ее к себе. —
Кстати, по-моему, ты все же прибавила в весе за эти дни...
— Это ужасно. Просто позор. — Она скорчила гримасу.
— Очень приятный позор! — Джоэл провел языком по ее груди. —
Теперь мы можем и отдохнуть. Впереди еще вся ночь...
— К шести часам надо быть на съемках, — вспомнила Кендра,
поудобнее устраиваясь у него на груди.
— Что ж, значит, каждая минута на счету, — ответил Джоэл. Кендра с
грустью подумала, что эта волшебная ночь закончится слишком скоро, и Джоэл
прав — надо использовать каждый оставшийся момент...
— Пора вставать, любимая, — сквозь сон услышала Кендра голос
Джоэла. Она приоткрыла один глаз, зевнула и только сейчас увидела, что
Джоэла рядом с ней нет. Открыв окончательно глаза, она тревожно оглядела
комнату и увидела его — он уже собрался и теперь, стоя около окна, надевал
ботинки. Приподнявшись на кровати и натянув на себя простыню, она провела
рукой по спутанным волосам и спросила:
— Нам уже пора уезжать?
Джоэл кивнул.
— Сейчас без пяти четыре. Я завезу тебя домой, а сам отправлюсь на
съемку. — Он подошел к постели и сел. — Ты сейчас так похожа на
маленького ребенка в колыбельке...
— ...Которого неизвестно зачем разбудили с самого утра, —
подхватила она. — Ох, как не хочется вставать!
— Неудивительно, я порядком утомил тебя, — Джоэл поцеловал Кендру
в плечо. — Это было замечательно... Хоть бы уж эти съемки поскорее
закончились. — Поцеловав ее еще раз, Джоэл сказал:
— Знаешь, у одного моего друга есть яхта, и я иногда ее беру. Яхта
называется
Морской ветер
... Кендра, ты была когда-нибудь на островах в
Греции? Греки, насколько я знаю, очень любят радужных фей, у них даже есть
легенды о богине радуги. Ты хочешь поехать со мной туда, любимая?
— Это было бы прекрасно, Джоэл... В Греции я была всего один раз, да и
то — проездом. Делала пересадку в афинском аэропорту... — Кендра зевнула.
— Отлично! Значит, в среду, после съемок скачки я сажаю тебя на
самолет, ты прилетаешь в Афины, ждешь меня несколько дней, пока я закончу
здесь все дела, и мы уже в воскресенье отправляемся в плавание!
— Подожди, Джоэл, какое плавание? Я сказала, что очень хотела бы
поехать в Грецию, но ведь сейчас это невозможно! — Слова Джоэла
полностью вырвали ее из сонной неги. — И потом, я не могу уехать в
среду: скорее всего у меня на этой неделе будет съемка прыжка через
ущелье. — Она внимательно смотрела прямо ему в глаза. — Или ты
собираешься похитить меня и силком увезти в Грецию?..
— А что, это неплохая идея. Я бы убил сразу двух зайцев, — холодно
заметил Джоэл.
— Джоэл, я вовсе не против поехать с тобой в Грецию, — мягко
сказала Кендра, — просто сейчас это невозможно. Но у меня после съемок
Приключения
будет три свободных дня. Как тебе идея провести в Греции
восхитительно долгие выходные?
— Ты уверена, что сможешь выбраться без ущерба для себя? —
саркастически осведомился Джоэл. — Или ты собираешься поехать в
плавание, только чтобы потренироваться в прыжках в воду и управлении
подводной лодкой — это у тебя, кажется, было в прошлой картине?
— В позапрошлой, — поправила Кендра.
Она подумала, что своими словами Джоэл перечеркнул все, что произошло в эту
ночь. Господи, ну зачем он так говорит?
— Прости, но я не распоряжаюсь своим временем... В отличие от всех
твоих знакомых. У меня все-таки есть некоторые обязательства.
— Ах да, конечно, — с горечью в голосе произнес Джоэл и тут же,
вздохнув, добавил:
— Прости меня, любимая. Я обещал себе не начинать снова... Но я не могу
равнодушно думать об этом прыжке через ущелье. Ничего не могу с собой
поделать...
— Джоэл, эти разговоры абсолютно бесполезны. — Кендра спустила
ноги на пол. — Через пять минут я оденусь, и мы уедем.
— Прежде чем уезжать, мы выясним этот вопрос. Признай, наконец, что ты
просто упрямишься! Зачем тебе попусту рисковать жизнью?
— Мне кажется, мы все уже обсудили, и торговаться сейчас ни к чему...
— Кендра, ты вообще-то слушала меня вчера? — Он провел рукой по ее
волосам. — Я тревожусь за тебя! Ты и сама должна это понимать... — Он
замялся. — И еще... Я думал, там, в Греции, мы могли бы пожениться.
— Пожениться? — Кендра удивленно раскрыла глаза. Эта мысль до сих
пор не приходила ей в голову, и теперь она боялась поверить своим ушам.
— Да, я понимаю, что ты еще не готова дать ответ. — Джоэл был
очень серьезен. — Ты очень ценишь свою независимость, но ведь сейчас
между нами происходит что-то особенное. Ты не можешь уйти от меня!
Уйти... Кендра подумала, что Джоэл для нее — единственная опора в жизни, и
разве можно покинуть его — тем более сейчас? Но она тут же вспомнила о
Кейси: пока она нужна брату, ей нельзя думать о самой себе. Кендра и раньше
размышляла над этой проблемой, но теперь, когда она оказалась в ситуации
выбора, ей надо принять окончательное решение. Если она выйдет замуж, то не
сможет отдавать всю себя Кейси. Но и Джоэл имеет на нее право, а главное,
Кендра сама не может без него жить...
Она должна сделать выбор. Это мучительно, но иначе нельзя. Кендра закрыла
глаза, собираясь с силами, чтобы произнести свое решение.
— Кендра, — окликнул ее Джоэл. — Что случилось?
Нужно сказать эти слова. Нужно. Пусть ей будет больно...
— Ничего не случилось. Просто я подумала, что у нас снова
разногласия... Джоэл, я не выйду за тебя, я считала, ты и сам это
понимаешь. — Чтото в его лице заставило Кендру внутренне сжаться от
боли.
Господи, — взмолилась она, — Господи, пусть вся тяжесть
ляжет на меня одну! Я должна вынести это за нас двоих!
Где-то в глубине ее
мозга мелькнула мысль:
Он ведь не говорил, что любит меня, значит, он не
будет мучиться так, как я...
Ухватившись за эту мысль, как утопающий за
соломинку, Кендра продолжала окрепшим голосом:
— Но это не значит, что я уйду от тебя. Мы очень подходим друг другу; я
искренне восхищаюсь тобой, ты очень мне нравишься. И я буду рада проводить с
тобой как можно больше времени... Пока это не станет мешать нашей работе. Но
сделать наши отношения постоянными — невозможно. Невозможно, Джоэл!
На его лице больше не было боли — лишь рассеянная, циничная улыбка, видеть которую было еще тяжелее.
— Ах да, конечно, — сказал Джоэл, — как это я забыл о твоей
знаменитой работе! Мне-то казалось, что ты испытываешь ко мне что-то еще,
кроме физического влечения... Я просто глупец, прости меня. Все же должен
сказать, что любой мужчина на моем месте обиделся бы за то, что из двух зол,
из двух возможностей — выйти за него замуж или сломать себе шею — ты выбрала
второе!
— Джоэл, но я...
— Замолчи! — Кендру поразил и этот окрик, и внезапная вспышка
ярости в его глазах. Впрочем, он тут же овладел собой и продолжал ровным,
чуть насмешливым тоном:
— Если нетрудно, оденься, и поедем наконец отсюда. Честно говоря, этот
разговор мне действует на нервы.
Словно беспомощный ребенок, взглянула Кендра ему в лицо. Через несколько
секунд она, плотнее закутавшись в простыню, молча прошла в ванную.
— Я подумаю над твоим предложением продолжить наши отношения, —
услышала она, уже входя в ванную. — Я готов перерезать тебе горло... Но
не стану этого делать. Слишком сильно я тебя хочу, Кендра, — даже
сейчас! Я связан по рукам и ногам. — Горько усмехнувшись, он
поинтересовался:
— Это, должно быть, весьма льстит твоему самолюбию?
— Нет! — вырвалось у нее. Она попыталась улыбнуться дрожащими
губами:
— Говорят, ничто не вечно... Может быть, ты и прав был тогда, говоря о
радужной фее...
— Может быть. — В его лице что-то дрогнуло. — Да нет, что я
говорю! Я готов снова и снова повторять все, что сказал этой ночью. От этих
слов я не откажусь никогда... — Он отвернулся. — Я понял, что радужные
феи таят опасность для простых смертных. Особенно некоторые... — Уже с
порога он добавил, не оборачиваясь:
— Жду тебя в холле.
Дверь закрылась за ним с тихим щелчком.
Глава 8
Кендра бросилась в ванную, внезапно почувствовав тошноту. Она едва успела
добежать до раковины и теперь, после приступа, несколько минут стояла,
опершись о ее край. Она не могла сделать ни одного движения.
— Кендра, что с тобой? Тебе помочь? — услышала она сквозь шум в
голове голос Билли. На заспанном лице девушки ясно читалась тревога.
— Нет, — с трудом выговорила Кендра, — иди, ложись. Я просто
чем-то отравилась... Прости, что разбудила тебя.
— Все равно уже пора вставать. — Билли поглядела в окно: всходило
солнце, и небо на востоке постепенно светлело. — Через пару часов
начнутся съемки... — Вспомнив о съемках, Билли помрачнела и добавила:
— Но ты сегодня должна будешь сидеть дома. Я скажу Джоэлу, что ты
заболела, пусть перенесет съемку на несколько дней.
— Нет! — крикнула Кендра и тряхнула головой. От этого резкого
движения приступ рвоты тут же повторился. На этот раз силы окончательно
оставили Кендру; она словно издали слышала восклицания Билли, потом
почувствовала, как ее обхватили чьи-то сильные руки. Это, конечно, был Юсуф.
Неудивительно, что я всех перебудила, — мелькнуло у нее в
голове, — в этом коттедже каждый шорох слышен
. Немного придя в себя,
Кендра поспешила заявить, что с ней все в порядке, но Юсуф, пропустив это
мимо ушей, вымыл унитаз и раковину, намочил в холодной воде и положил Кендре
на лоб полотенце — при этом ухитрялся действовать одной рукой, а другой
придерживал Кендру.
— Как хорошо, — пробормотала она, ощутив влажный компресс на лбу.
— Скоро будьешь здоровая, — улыбнулся Юсуф. Он отнес ее в спальню,
словно маленького ребенка, и устроил на кровати полулежа. — Сиди тихая.
Скоро я принесу чай и тост. — Не смущаясь, Юсуф одернул на ней ночную
рубашку и погладил по голове, убирая с лица спутанные волосы. — А в
следующий раз, когда плохо, зови. Не иди одна. Иначе падаешь без сознанья!
— В следующий раз? — повторила Кендра. — Что ты имеешь в
виду? У меня просто отравление. Разве нет?
— Нет. Это ребенок. — Юсуф ласково улыбнулся Кендре и спросил у
нее:
— Я прав?
Только сейчас Кендра поняла, что знала о ребенке с самого начала, но
отказывалась признать очевидное. Все признаки беременности были налицо, а
она не замечала их и старалась вообще об этом не думать. Однако теперь
скрывать что-то от себя или от других было уже бессмысленно, и Кендра, глядя
Юсуфу прямо в глаза, медленно произнесла:
— Да, ты прав. Это ребенок.
— Ребенок? Ты беременна? Это же замечательно! — радостно
воскликнула Билли. Но ее улыбка сразу погасла, и девушка, помрачнев,
добавила:
— Впрочем, может быть, мне только так кажется... Скажи, Кендра, ты сама
хочешь этого ребенка?
— О да, очень, — ответила Кендра.
Да, она безумно хотела родить ребенка и уже видела его перед собой:
волшебные зеленые глазки, темные кудри...
Ребенок Джоэла
, —
мечтательно подумала Кендра. Он будет похож на отца, но никогда, никогда его
лицо не исказится циничной усмешкой. Кендра не допустит этого, она окружит
своего ребенка любовью, и в его жизни не будет места печали и заботам.
— Я, должно быть, сумасшедшая, — грустно сказала она. — Я
очень хочу ребенка, а ведь это значит взять на себя ответственность еще за
одну жизнь. Теперь мне будет намного тяжелее....
Кендра и Билли за последнее время сблизились настолько, что поверяли друг
другу все самое сокровенное; и сейчас Билли сразу поняла подругу.
— Ты имеешь в виду Кейси? — мягко спросила она. — Знаешь, мне
кажется, что ты не должна бояться. С рождением ребенка все образуется само
собой.
— Скоро мне придется оставить работу, чтобы не рисковать. — Кендра
думала вслух. — Но что же я буду делать до рождения ребенка?..
— Твой мушчина поможет, — сказал Юсуф. — Мистер Дэймон будет
не хочет, чтобы ты работала, когда носишь его ребенка.
— Юсуф прав, — поддержала его Билли. — Ведь это ребенок
Джоэла?
— Да, — кивну
...Закладка в соц.сетях
