Жанр: Любовные романы
Фея радуги
...была не расчищенная заранее гладкая дорожка, а груда камней!
Кендра не успела даже подумать, откуда здесь взялись камни, — ее вдруг
пронзила страшная боль, и несколько секунд спустя она осознала, что лежит на
острых камнях, а холм с дорожкой — в пяти ярдах от нее...
К ней подбежал Скип.
— Только не двигайся, — сразу же приказал он. Он мог бы и не
говорить этого — любое движение и так причиняло Кендре страшную боль.
Ощупывая ее, он спросил:
— Где болит?
— Спина... И рука. Что... произошло? — Каждое слово давалось ей с
трудом.
— Ты не смотрела под ноги и свернула с дорожки. Надо было быть
внимательнее!
Кендра понимала, что Скип прав. Никогда раньше она не позволяла себе
отвлечься во время съемок, а теперь, засмотревшись на Джоэла, не увидела,
куда бежит. Ну как можно быть такой дурой? — в ярости подумала она.
— Ты ничего не сломала? Нужны носилки?
— Нет, Скип, спасибо. Я просто ушиблась. Помоги мне встать,
пожалуйста...
Скип обнял Кендру за плечи и усадил на землю. Боль не проходила, но Кендра
поняла, что, по счастью, ничего не сломала. Похоже, она и в самом деле
просто сильно ушиблась.
— Как только у меня заживет рука, я вернусь на съемки, — пообещала
она.
— Ну еще бы! — вдруг раздался голос Джоэла. Бесцеремонно растолкав
собравшихся вокруг людей, он подошел к Кендре. Его глаза бешено
сверкали. — Но на сегодня, пожалуй, уже достаточно! Ей нужен
доктор? — резко обернулся он к Скипу.
— Нет, не нужен. Скорее всего это обыкновенный ушиб. Через несколько
часов Кендра сможет приступить к работе.
— Никаких съемок. Сегодня она больше не будет работать! — Отдав
это короткое приказание, Джоэл высвободил Кендру из рук Скипа и продолжал:
— Я сам о ней позабочусь. Скажите Рону, что съемки откладываются.
Джоэл помог Кендре дойти до машины, припаркованной неподалеку. Она покорно
шла с ним, но когда он усадил ее на пассажирское сиденье джипа, словно
очнулась и запротестовала:
— Ты зря отменил съемки. Я прекрасно могла бы закончить эту сцену
сегодня, мне надо только переодеться и сделать перевязку. Незачем терять
целый день из-за одного неудачного дубля!
— Замолчи, — процедил Джоэл, включая зажигание. — Ты просто
идиотка. Посмотри только на себя! Ты вся в крови, в грязи, у тебя каждая
косточка болит! Бегала все утро вверх-вниз по склону по чьему-то приказу! И
еще не такие приказы бы выполнила! Делала бы все, что тебе только не скажи!
— Не понимаю, что тебя так взбесило, — откликнулась Кендра. —
Разве это не ты отдаешь распоряжения? Естественно, я выполняю все, что мне
велит Его Императорское Величество Режиссер...
— Могла бы и отказаться! — Джоэл не уловил насмешки в ее
голосе. — Да и отказалась бы, обладай ты хоть каплей здравого смысла.
— Вряд ли тебе это понравилось бы. И потом, только начни я жаловаться,
и ты лишний раз уверишься в своей правоте: Кендра Майкле — очередная
маленькая дурочка, которая сваливает на других свои проблемы. Прости, что я
не оправдала твоих ожиданий! — Кендра старалась унять дрожь. — Все
же я не понимаю, чего ты злишься. Этот трюк — вовсе не самый опасный. В
фильме, если помнишь, это будет очень красиво: Билли бросается бежать вниз,
как только видит Джона Уильямса, и падает ему на грудь... А за кадром звучит
марш.
— Радостная встреча, — пробормотал Джоэл. — Лучше помолчи,
Кендра, а то я сам тебя искалечу.
— Все равно это глупо — откладывать сегодняшние...
— Кендра. — Он произнес ее имя с холодной угрозой в голосе. Кендра
поняла, что продолжать спор не стоит и лучше поберечь силы.
До самою поселка никто из них не произнес ни слова. И лишь когда они
остановились у фургона, который занимал Джоэл, Кендра осторожно
поинтересовалась:
— Ты не хочешь отвезти меня в медпункт?
— Я же сказал, что сам о тебе позабочусь! — Джоэл вышел из машины
и открыл дверь перед Кендрой. Она хотела было выйти, но Джоэл подхватил ее
на руки и внес в фургон. — Я должен убедиться, что с тобой все в
порядке. Никто тебе не позволит разгуливать с переломанными костями и
доказывать всем, какая ты сильная и выносливая! — Укладывая ее на
кушетку, он добавил:
— А теперь лежи тихо, я сейчас достану мазь и бинты. Пока я не приду,
не двигайся. Поняла?
Не дожидаясь ответа, он захлопнул дверь и вышел в другую комнату.
Оставшись одна в тускло освещенной, прохладной комнате, Кендра подумала, что
самое главное сейчас — не показать Джоэлу, как же ей плохо. Осмотревшись по
сторонам, она увидела в углу кондиционер, а напротив кровати — портативный
видеомагнитофон.
— Так, значит, с тобой все в порядке, да? Только ты вся дрожишь, словно
в приступе малярии! — Эти резкие слова неожиданно вошедшего в комнату
Джоэла вывели Кендру из оцепенения. Она увидела, что в руках у него таз с
водой, походная аптечка и полотенца.
— Конечно, со мной все в порядке, — поспешно ответила она, —
просто здесь намного холоднее, чем на улице. Слишком резкий перепад
температуры... Уже через пару минут я приду в себя.
— Если раньше не развалишься на составные части, — добавил Джоэл.
Он достал из маленькой прикроватной тумбочки шерстяной жакет и набросил его
на плечи Кендре. Она почти рефлекторно воспротивилась и сбросила с себя
жакет:
— Не надо, Джоэл, я же его перепачкаю кровью.
— Не шевелись, — буркнул он, опускаясь на пол перед кроватью. Он
достал из аптечки бинты, ножницы, антисептик и принялся расстегивать на
Кендре рубашку.
— Пятна крови очень трудно... — снова начала она.
— Да, да, разумеется, — перебил ее Джоэл. — Только мне сейчас
не до того. Господи, — изумленно воскликнул он, — что это на тебе
надето?
— Корсет. Очень удобная вещь: он совсем не давит и при этом дает
надежную защиту. Такие корсеты разработали в НАСА специально для
космонавтов.
— Очаровательно, — сухо сказал он. — Действительно весьма
прочный... Вот только на рукаве почему-то прорвался.
— Так это же не кольчуга. Корсет просто смягчает удары. Я и не
предполагала, что там могут быть острые камни!
— Никто не предполагал. Как ты думаешь, стал бы я гонять тебя туда-
сюда, если бы знал об опасности? — Сняв наконец с Кендры рубашку и
защитный корсет, Джоэл ласково положил ей руку на плечо.
— А это еще что такое? Второй корсет? — спросил он, обнаружив, что
под майкой на ней еще что-то есть.
— Нет, это эластичная ткань, которой я бинтую грудь. Ведь у Билли
фигура подростка, а зрители не должны заметить разницы. Под одеждой бинтов
не видно, да и сейчас они вовсе не мешают сделать мне перевязку. Не надо их
снимать.
— Нет, надо. Иначе я не смогу перевязать тебе плечо. Пожалуйста, не
волнуйся, я не собираюсь переступать границы. Да, меня переполняют чувства,
но это не вожделение. — С этими словами он снял эластичную повязку. Его
лицо при этом ничего не выражало. Стаскивая с ее головы парик, он улыбнулся:
— Вот так уже лучше. Ну вот, кажется, и все, а я уж было думал, что
твоим одежкам не будет конца.
Обмакнув полотенце в таз с теплой мыльной водой, Джоэл принялся мягкими
движениями очищать лицо и шею Кендры, а потом — грудь и живот. Она полностью
расслабилась, но когда он снял с нее жакет, сразу покрылась гусиной кожей.
От Джоэла это не укрылось, поэтому он протер ее плечи как можно быстрее и
снова накинул жакет.
— Действительно ничего серьезного, — сказал он, накладывая на бинт
антисептическую мазь и делая перевязку, — просто ссадина. Но очень
сильно шла кровь.
— Я же говорила, что откладывать съемки ни к чему! Послушай, может, ты
все же отвезешь меня обратно, позовешь всех остальных и мы докончим эту
сцену?
— Опять ты про съемки! Сегодня ты должна побыть дома и как следует
выспаться, а то завтра будешь чувствовать себя совсем разбитой. — Джоэл
вытер ее сухим полотенцем.
— Тем более нужно закончить сегодня! — Не обращая внимания на его
слова, она встала, сняла с вешалки длинную черную рубашку и попыталась ее
надеть. Но Джоэл быстро вернулся и, увидев, как Кендра безуспешно пытается
застегнуть пуговицы дрожащими пальцами, проворчал себе под нос проклятия:
— Хватит строить из себя сверхчеловека, — громко сказал он,
подходя к ней ближе и помогая справиться с пуговицами. — Ты же опять
вся дрожишь... Кендра, — тихо произнес он, — нельзя же постоянно
доказывать свою независимость. Позволь мне хотя бы сейчас помочь тебе.
Кендра заметила, что и Джоэла тоже бьет дрожь — его пальцы не попадали на
пуговицы. Его лицо было мертвенно-бледным, и лишь зеленые глаза сверкали.
— Что с тобой? — спросила она обеспокоенно. — Тебе нехорошо?
— О да. — Так и не совладав с двумя верхними пуговицами, он закрыл
глаза и прижал Кендру к себе. — Да, мне нехорошо...
— Джоэл, я не понимаю... — Не отдавая себе отчета в том, что делает,
Кендра начала гладить его склоненную голову.
— Ты такая мягкая... Такая женственная. — Он прижался щекой к ее
груди, словно ища успокоения. — За эти две недели я почти забыл, какая
ты. — Он нежно поцеловал ее. — Кендра, Господь свидетель, я
никогда, ни одной секунды не желал тебе зла. Поверь мне, пожалуйста...
— Конечно, я тебе верю, — прошептала она, пытаясь справиться с подкатившим к горлу комком.
— Не знаю, как ты можешь мне верить — после всего, что я сделал. —
Джоэл прижимал ее к себе все крепче. — Ты и сегодня пострадала из-за
меня.
Господи, если бы с тобой что-то случилось, только я был бы виноват! Я
пытался убедить себя, что действую в твоих же интересах. — Он невесело
усмехнулся. — Но в глубине души я и сам сознавал, что все это просто
эгоизм. Ты права, я недооценивал тебя. Я старался подчинить тебя себе — не
только ради твоего спасения, но и ради своего собственного. Мое тело уже
принадлежало тебе; но незаметно для меня самого ты завладела и моим сердцем.
Ты понимаешь меня?
Она понимала. Она словно слышала эхо своих собственных мыслей и чувств:
такая же внутренняя борьба происходила и в ней самой, начиная с той ночи в
Радужном Замке. Их чувства были так схожи, так близки, что Кендра не могла
оттолкнуть Джоэла. Его простые, честные слова оказались тем оружием, против
которого Кендра была бессильна...
— Ты не виноват — ты просто выполнял свою работу, — сказала она,
пытаясь его как-то успокоить. — Я это хорошо понимаю.
— Зачем лгать? — Джоэл поднял голову и пристально взглянул ей в
лицо потемневшими от душевной боли глазами. — Я вел себя как настоящий
подлец. Я видел, как ты мучаешься, и мне хотелось закричать. Я думал, что
охраняю тебя от зла всего мира, — но главным злом был я сам! Ты
похудела, у тебя появились мешки под глазами. А я ведь переживал твои
страдания, как свои собственные. Я и сейчас могу сказать, что ты
чувствовала. — Джоэл провел пальцем по ее подбородку. — Старик
Фрейд наверняка порадовался бы, глядя на меня! — Он опустил голову.
— Ты в любой момент мог прекратить...
— Не мог. — Ласково обведя пальцем вокруг ее губ, он продолжал:
— Понимаешь, я совсем потерял голову. С каждой минутой, что я видел
тебя, ты становилась для меня все дороже. Я видел не только твои страдания:
я видел и твою стойкость. Ты оказалась невероятно сильной и решительной... И
такой внимательной ко всем... Кроме меня. Господи, как же я ревновал, когда
видел тебя с Билли! Вы шутили, смеялись, ты была похожа на беззаботную
маленькую девочку. Но стоило тебе заметить меня — и ты мрачнела. Все это
ранило меня в самое сердце.
Снова эхо ее мыслей. После небольшой паузы она сказала:
— Я закрывалась от тебя, потому что боялась. Боялась не только того,
что ты причинишь мне боль, — боялась привязаться к тебе и стать
зависимой. Для меня это неприемлемо.
— Я чувствовал то же самое. Пытался как-то бороться с собой, но
безуспешно. Кендра, теперь ты больше не кажешься мне радужной феей. Ты
реальна, более реальна, чем все остальное в моей жизни. И я оставил борьбу:
сегодня, когда ты упала, я проиграл последнюю битву. Да, я сделал все, чтобы
ты считала меня законченным мерзавцем. Но прошу тебя, дай мне шанс доказать,
что это не так!..
— Для чего? Все равно наши отношения не имеют перспективы. Слишком
многое против нас...
— Не знаю, как ты, но у меня уже нет выбора. Я не прошу тебя немедленно
стать моей невестой, да ты бы и не согласилась. — У него задрожали
губы. — На этом сейчас я не настаиваю. В конце концов моя холостяцкая
жизнь скоро мне надоест... Кендра, ты знаешь, как сильно я тебя хочу. —
Взглядом Джоэл скользил по ее груди, соблазнительно выглядывающей в вырезе
рубашки. Он правильно истолковал ответный взгляд Кендры. — И ты... И ты
также хочешь меня, любимая. Не знаю, кто дольше будет сдерживаться, но это и
хорошо. Пусть все станет на свои места, и только тогда секс будет для нас
наслаждением. — С этими словами Джоэл, полностью овладевший собой,
застегнул на ее рубашке верхние пуговицы и снова сел перед ней на
пол. — Но почему ты молчишь?.. В его взгляде сквозила такая страсть,
такая любовь, что все возражения, которые еще оставались у Кендры, исчезли
окончательно. Пусть она поступает неразумно — для себя она уже все решила.
— Давай-ка проясним ситуацию, — с обворожительной улыбкой
предложила она. — Пока что ты сказал, чего не хочешь.
— Что ж, давай я расскажу и об остальном. — Джоэл встал и обнял
ее. — Будь со мной, Кендра. Я отложу твою сцену на неделю, но все это
время я хочу ни на минуту с тобой не расставаться. Мы должны быть вместе на
всех съемках, чтобы я мог брать тебя за руку — вот как сейчас. И целовать...
— Он нашел ртом ее губы. Этот поцелуй был необыкновенно нежен, и Кендра
почувствовала, как по ней разливается живительное тепло. — Давай не
будем строить никаких планов и отдадимся на волю судьбы.
— Да, Джоэл, — ласково прошептала Кендра, и они снова застыли в
поцелуе.
— Для нас обоих это будет очень непривычно... Особенно для тебя, моя
прагматичная фея. — Он вздохнул. — А теперь тебе пора домой. Я
отвезу тебя и вернусь на съемки, заодно договорюсь со Скипом о перенесении
сцен с твоим участием.
Кендра начала было протестовать, но Джоэл предостерегающе поднял руку.
— Не говори ни слова. — Он обнял ее за талию и почувствовал, что
она опять дрожит. — Кендра, тебе плохо?
— Пустяки, — небрежно бросила она. — Дома Юсуф заварит мне
крепкого чаю, и все будет прекрасно.
— Ах да, я и забыл про вашего домашнего любимца! У вас с ним не
возникает никаких проблем?
— Никаких. Он ходит за Билли повсюду — ни дать ни взять преданный
сенбернар. Юсуф взял на себя всю домашнюю работу — он и убирает, и стирает,
и даже готовит. Считает, что Билли недостаточно хорошо кормят в нашей
столовой... Часть его заботы перепадает и мне, — засмеялась Кендра.
— Вы уже наверняка переселили его с крыльца в комнату?
— Да, Билли перенесла спальник Юсуфа в гостиную через день после того,
как мы приехали. Боялась, что он простудится. Я уже не понимаю, кто из них
над кем больше трясется! Кстати, оказалось, что Юсуф немножко говорит по-
английски, так что теперь они с Билли все время беседуют. Похоже, она
наставляет нашего разбойника на путь истинный... Смотри, как бы она не
попросила тебя подыскать для него работу!
— Ни капельки не удивлюсь, — пробурчал Джоэл, распахивая входную
дверь. Они вышли на залитую солнечным светом лесенку фургона. — Надеюсь
лишь, что Билли не потребует взять его на роль... Нет, пусть уж лучше он
сидит в доме и приглядывает за тобой.
Глава 6
— Этого я не потерплю! — заорал Дирк Дэн-форд, размахивая перед
собой какой-то черной тряпкой. — Дэймон, ты меня слышишь?!
Кендра и Билли, сидевшие чуть поодаль, в глубине павильона, смотрели на
Дирка во все глаза. Сейчас никто не мог бы сказать, что Дирк и есть тот
прекрасный Адонис, от одного взгляда которого трепетало сердце любой
женщины. Он был в бешенстве: глаза налились кровью, губы были сжаты в узкую
полоску.
В последнее время Кендра начала понимать, почему этого актера называют не
иначе как самоуверенным развратником. Но тем не менее она удивилась: еще
никто не позволял себе говорить с Джоэлом Дэймоном в таком тоне. Он что,
окончательно тронулся? Джоэл тем временем прервал разговор с директором по
свету и с ледяным выражением лица обернулся к Дирку.
— Джоэл, или ты выяснишь, кто это сделал, или я уеду! — продолжал
орать Дирк.
— Не думаю. — Джоэл не повысил голоса, его слова прозвучали почти
ласково; но всех вокруг словно обдало холодом. — Вряд ли ты
действительно так глуп. Сегодня мы снимаем последнюю твою любовную сцену с
Брэнной. После этого можешь делать что хочешь... Да, а это еще что
такое? — спросил он, заметив комок черной ткани.
— Мои трусы! — Дэнфорд высоко поднял руку, выставляя белье на
всеобщее обозрение. — Ты только посмотри! Черт возьми, эти узлы мне
придется развязывать часами! И точно так же завязаны все мои вещи!
— Это твои трусы? — изумленно спросила Кендра.
— Ну да, — так же ответила Билли, — Дирк очень разборчив в
белье. Сексуальное божество!..
— И это еще не все: два дня назад какой-то подонок запер меня в
фургоне. Я орал целый час, пока меня не выпустили!
— Повезло, что не целый месяц — с твоей-то популярностью, —
пробормотала Билли.
— А что произошло вчера с моими ботинками? Исчезло по одному из каждой
пары! Ты только взгляни. — Он поднял сначала левую ногу, потом правую.
Глядя на теннисную туфлю, красующуюся на левой ноге, и мокасину — на правой,
трудно было сдержать смех, и Кендра тихонько прыснула. Дирк тут же обернулся
в ее сторону, а заметив рядом с ней Билли, взъярился еще сильнее.
— Эй, ты! — Его взгляд был поистине испепеляющим. — Ты
знаешь, кто это сделал!
— Может, это полтергейст? — предположила Билли, невинно глядя на
Дирка.
— Очень смешно, — процедил Дирк. — А об этом, я полагаю, тебе
тоже ничего не известно? — Он достал из кармана несколько исписанных
блокнотных листков. —
Вожделение — это смертный грех
.
Не возжелай
жены продюсера твоего
, — прочитал он вслух и в ярости бросил листки на
пол. — Вот это я уже несколько дней подряд нахожу у себя в костюмерной,
а вчера я наткнулся на такую записку в душе!
Кендра подозрительно взглянула на Билли. Что она там говорила о том, что
Брэнне нужна помощь? Полтергейст, как же!..
— Дирк, ты так зол... По-моему, тебе просто жмут ботинки, —
сказала Билли и тут же зажала себе рот рукой. — Ой, прости, я совсем
забыла, что про ботинки тебе лучше не напоминать!
— Дирк, если ты закончил свою обвинительную речь, то позволь мне
вернуться к съемке и сам займись каким-нибудь делом. — Джоэл весь
исходил сарказмом. — Например, повтори свою роль, а то утром ты дважды
сбивался.
— Но я видел, как ее араб ошивался около моего фургона, так что это
наверняка...
— Дирк, иди, — с неприкрытой угрозой прервал его Джоэл. Дэнфорд
грязно выругался, резко повернулся и направился в костюмерную. Джоэл
подождал, пока он выйдет, и обратился к Билли:
— Ну а ты, я полагаю, совсем ничего об этом не знаешь?
— Кто, я? — Она широко раскрыла глаза от удивления. — Сам
подумай — я похожа на девчонку, которая будет хозяйничать у мужчины в
комнате, пока тот моется в душе? Я, может, единственная из женщин в
съемочной группе чувствую себя в безопасности в присутствии обнаженного
Дирка Дэнфорда!
— Мне кажется, что тебе изменяет чувство меры, — заметила Кендра,
но в ее глазах плясали веселые искорки.
— Верно. Что бы там ни было, Билли, но этого типа нельзя доводить до
такого состояния, пока мы не закончили съемки фильма, — нетерпеливо
сказал Джоэл.
— Не волнуйся, — Билли встала со стула и схватила его за руку,
видя, что он собирается уходить. — Ему просто не хватает терпения, но
все это скоро прекратится.
— Что, черт возьми, скоро прекратится? — спросил он у Кендры, так
как Билли, не дожидаясь, что он скажет, ушла.
— Лучше, боюсь, не спрашивать...
— Да, ты права. — Он сел рядом с ней на стул, где только что
сидела Билли, и болезненно поморщился. — Вот только ссоры двух актеров
мне и не хватало. Билли здесь устроила детский сад, и боюсь, это еще не
конец.
— Но ты все уладишь, — успокоила его Кендра. Последние несколько
недель они практически все время проводили вместе, и Кендра хорошо его
изучила. Да, без сомнения, он сможет справиться с любыми трудностями, даже
такими, которые повергли бы в ужас любого режиссера. — Мне кажется, что
тебе даже нравится разрешать всякие проблемы.
— Конечно, я справлюсь. Хотя проблем у меня сейчас хватает и без того.
Кендра, за эту неделю мы с тобой ни разу как следует не поговорили... И ни
разу...
— Ни разу — что? — с дразнящей улыбкой поинтересовалась она.
Сексуальное желание росло в них обоих с каждым днем. Плотный график не
оставлял им почти ни минуты свободного времени, и эта невозможность
уединиться, с одной стороны, только подогревала страсть, а с другой —
радовала Кендру: ей вполне хватало его мимолетной улыбки, прикосновения,
ласкового слова в перерыве между дублями. Она сопровождала Джоэла повсюду, и
пока он был занят на съемке, тихо сидела где-нибудь в уголке. Он подходил к
ней, когда только мог — иногда он рассказывал о сегодняшних съемках, иногда
молчал, обдумывая решение очередного неотложного вопроса. В такие моменты он
рассеянно целовал ее в щеку и возвращался к камерам. Кендре это даже
нравилось: представлять, будто они — нежно любящие друг друга супруги,
женатые уже лет десять.
— Ты понимаешь, о чем я. — Зеленые глаза не отрывались от ее
губ. — В последние дни я даже не прикоснулся к тебе. — Он погладил
ее по руке и тихим голосом произнес:
— И я не могу больше так, Кендра.
С трудом отведя глаза, она спросила:
— У тебя было очень много дел, но ведь сейчас съемки уже заканчиваются?
— Сегодня днем снимаем последнюю любовную сцену, — кивнул он и
сжал ее руку. — Вечером придется выкроить время, посмотреть уже
отснятые пленки, вдруг надо будет что-то переделать. Если окажется, что все
в порядке, Брэнна и Дирк уже завтра смогут улететь из Седихана. Надеюсь, они
здесь не задержатся: Майкл и так не в восторге от того, что отпустил сюда
жену одну. Он обычно присутствует при съемках всех ее постельных сцен... —
Джоэл поцеловал Кендру в лоб. — Но, Кендра, даже если сегодня я буду
занят до глубокой ночи, завтра мы сможем наконец побыть наедине друг с
другом, — твердо пообещал он ей.
С этими словами он ушел: его позвал второй оператор, работавший с камерой,
установленной возле огромной двуспальной кровати.
— Привет, можно мне сесть сюда? Или Джоэл еще вернется?
Кендра подняла голову: около нее стояла Брэнна Донован.
...Закладка в соц.сетях
