Жанр: Любовные романы
Бухта незнакомца
...икакого вина.
— Значит, ты пришла по делу. — Вэн поставил бокал и бутылку на
стол. — Я сражен. Не думал, что тебе удастся за такое короткое время
поговорить с Карлайлом.
Сюзанна остановилась перед кожаным диваном, но не села. Расправив плечи и
вздернув подбородок, она повернулась к Вэну:
— Я еще не разговаривала с Алексом. Возможно, до понедельника мне не
удастся с ним связаться.
Вэн оперся на край стола и скрестил руки на груди.
— Ты не можешь связаться со своим женихом по выходным?
— Он не отвечает ни по одному телефону, это значит, что его нет ни в
офисе, ни дома. Я буду пытаться звонить еще, но если он вне зоны действия
сети, я ничего не смогу сделать.
— Удобно.
— Не очень, — возразила Сюзанна, стараясь не замечать иронии, хотя
ее взгляд стал острее. — Я бы предпочла дозвониться ему.
— А что твоя мать? Она отвечает на телефонные звонки?
— Я поговорила с ней, и она сказала мне о твоем звонке на прошлой
неделе. Жаль, что она не рассказала мне об этом сразу. А еще больше жаль,
что она ввела тебя в заблуждение относительно моей помолвки.
Вэн пристально посмотрел на нее. Время игр определенно закончилось.
— Ты хочешь сказать, что не обручена с Алексом Карлайлом?
— Я не была обручена в июле. Но сейчас — да. — Она прищурила
глаза. — Почему у меня такое ощущение, будто ты мне не веришь?
— Потому что кроме твоей матери мне не удалось найти ни одного
человека, который бы знал об этом. Множество заметок о тебе и Карлайле в
колонках деловой и светской хроники, но ни одного упоминания о грядущей
свадьбе.
— Таково было наше решение. — Сюзанна закусила губу, потом, словно
рассердившись на свое раздражение, сжала губы и успокоилась, прежде чем
продолжать: — Обе наши семьи занимают высокие позиции в обществе, особенно
Карлайлы, и мы не хотим, чтобы средства массовой информации обсуждали наши
свадебные планы. Алекс решил — мы оба решили, — быстро поправилась
Сюзанна, — не делать заявлений, пока не поженимся.
— И когда это случится?
Впервые за все это время она нервно отвела взгляд и подняла левую руку в каком-то непонятном жесте.
— Я... мы еще не определились с точной датой.
Волна удовлетворения прокатилась по его телу.
— Скоро?
— Очень скоро.
Едва он только открыл дверь, Сюзанна оказалась в явно невыгодном положении.
Все, начиная от небрежно запахнутого халата и дразнящего блеска в глазах до
предложения совместно искупаться в горячем источнике, всколыхнуло
нежелательные воспоминания. Как она могла сосредоточиться, когда каждое
место, где они целовались, прикасались друг к другу, было прямо перед ее
глазами?
Когда он подошел ближе, Сюзанна вдруг осознала, как мало на нем одежды и
какой беззащитной она себя чувствует. Сердце бешено стучало в груди и
болезненно ударялось о ребра. Она не знала, чего он хочет от нее...
— Почему ты не носишь кольцо?
Сюзанна уставилась на него. Открыла рот, не зная, что ответить, и снова его
закрыла. Вэн взял ее за левую руку.
— Разве не принято носить кольцо с бриллиантом на этом пальце, когда
обручена и собираешься замуж?
Подушечкой большого пальца он коснулся ее безымянного пальца. Это было
простое касание, но Сюзанна вздрогнула. Тепло наполняло ее тело и медленно
копилось внизу живота, однако она храбро боролась с этим.
— У меня нет обручального кольца.
— Карлайл не купил тебе бриллиант? Что же он в таком случае подарил
тебе? Пакет акций? Рост капитала? Эксклюзивное соглашение пользоваться
услугами только твоей компании в сети гостиниц
Карлайл
?
Его голос звучал мягко и насмешливо, он не сводил с нее глаз. Разве не
поэтому она пришла сюда — рассеять недоразумения и сказать ему правду?
Объяснить, почему его требование невыполнимо? В желудке что-то дрожало от
волнения, но она должна попытаться.
— Он предложил спасти мой бизнес.
— У тебя финансовые проблемы?
Сюзанна освободила свою руку, но ощущение тепла на коже осталось вместе со
стыдом признания ужасного состояния ее бизнеса. И то, и другое волновало ее.
Она чувствовала, как горит ее лицо, и не могла скрыть волнения в своем
голосе:
— Я очень быстро расширялась, мои идеи были слишком грандиозными, и я
хотела доказать, что сама способна преуспеть. Взяла деньги взаймы и теперь
пытаюсь бороться с долгами.
— Мне трудно это понять. Ты — Хортон. Твои родители...
— Я не хотела прибегать к их помощи, — оборвала его
Сюзанна. — Я не хочу пользоваться деньгами отца, в этом все дело. И ты
знаешь причину. — Она уже рассказывала ему о тайной жизни отца и почему
она оставила семейную компанию, чтобы начать свой бизнес, но по выражению
его лица поняла, что он и этого не помнит.
— Помощь родителей чем-то отличается от помощи будущего мужа?
— Да, совершенно верно. Ситуация не такая простая.
— Что получает Карлайл в обмен на свои инвестиции?
— Он получает меня.
Они долго смотрели в глаза друг другу. Во взгляде Вэна промелькнула вспышка
гнева, но тут же погасла. Он отступил назад и ухмыльнулся с неприкрытым
неодобрением.
— Значит, он покупает себе жену. Безупречную Хортон с курортным
местечком в придачу.
Насмешка достигла своей цели, но Сюзанна даже не моргнула. Она не строила
иллюзий в отношении брачного контракта. Девушка понимала условия и целую
неделю анализировала их, прежде чем приняла решение. Сюзанна вздернула
подбородок и встретилась с пренебрежительным взглядом своего противника.
— Алекс знает, что заключает сделку.
— Но он не все знает о тебе, правда?
— Не понимаю, о чем ты говоришь.
— Понимаешь, — возразил Вэн, и его вкрадчивый голос противоречил
стальному взгляду. — А как твой Алекс относится к тому, что его жена
спит с клиентами?
— Его... жена, возможно, в прошлом совершила некоторые ошибки, но это
было до произнесения клятвы верности. Дав клятву одному мужчине, она никогда
не нарушит ее, поскольку знает, как больно бывает в таком случае всем.
— И много таких ошибок ты сделала?
— Только одна приходит на ум.
— Не может быть, что все было так плохо.
Их взгляды снова встретились. Сюзанна не могла врать, не могла придумать
остроумный ответ. Она сомневалась, что может скрыть правду, от которой
болело в груди. Воспоминания, сказала себе Сюзанна. Это всего лишь
воспоминания.
— Ты прав, — наконец произнесла она, — не все было так плохо.
Я получила ценный урок о том, к чему приводит поспешный выбор, о том, что
надо доверять своей осторожной от природы натуре, о том, что надо думать о
последствиях своих поступков. Я научилась спрашивать, что этому человеку
нужно от меня, и давать честные ответы.
— Ты не веришь, что я мог просто хотеть тебя? — в его глазах
вспыхнул огонь.
— Тебе все удалось. Ты просто не раскрывал причин своего желания до тех
пор, пока не получил меня.
На щеке Вэна дрогнул мускул, губы сжались в плотную линию, но все же на долю
секунды Сюзанна вообразила, что заметила сожаление в его глазах. Потом Вэн
повернулся и направился на кухню. Он сделал всего несколько шагов — Сюзанна
даже не успела вздохнуть, чтобы снять напряжение в груди, — и
развернулся к ней. Сейчас выражение его лица было непроницаемым, но резкие
линии скул и жесткий рот создавали опасную ауру. Сюзанна почуяла опасность.
— Ты не упомянула это место. — Вэн взмахнул рукой вокруг
себя. — Как оно вписывается в слияние империи Карлайлов и Хортонов?
— Сначала о нем не было речи, пока Алекс сам не предложил это.
— Когда это случилось?
Сюзанна сжала губы, чтобы не сказать что-то вроде
не твое дело
. Если ему
нужны факты, она их предоставит. Может быть, тогда он осознает, что она не
может выполнить его требование.
— В конце июля, после нашего уик-энда. Я немного... обожглась этим
случаем.
— Поэтому ты оказалась так чувствительна к холодному брачному договору?
— Я оказалась чувствительна к его честности, — ответила Сюзанна и
была награждена вспышкой гнева в его глазах. Отлично. Он нанес ей немало
ударов, пусть получит хотя бы один в ответ. — Я взвесила все доводы
за
и
против
, посоветовалась с матерью, и в процессе разговора она
поняла, что произошло между нами. Она ужасно расстроилась.
— Твоя мать должна непременно одобрить твоих поклонников?
— Она огорчилась, что ты использовал меня в своих целях, и отозвала свое положительное мнение.
— В совете директоров у нее один голос. — Его взгляд стал твердым
и холодным. — Все остальные члены совета согласились?
— Не сразу, но когда вдова Эдварда Хортона отозвала свой голос,
некоторые стали колебаться. Она выступила против твоего предложения, они
слушали, но перед каждым на столе лежали документы. Мать попросила неделю на
поиски другого клиента.
— Она нашла Карлайла и добавила пункт в брачный контракт.
Можете взять
мою дочь, но только если сделаете более выгодное предложение по "Базальтовым
столбам"
. — Вэн выдержал эффектную паузу. — И тут подключилась ты
со своими знаниями о моем предложении.
— Нет, — громко возразила Сюзанна, — я не принимала в этом
участия.
— То есть все это было придумано твоей матерью и Карлайлом? Без тебя?
— Я согласилась на брачный контракт, на все условия, включая продажу
курорта. Я не хотела, чтобы он достался тебе. Не хотела видеть тебя
снова. — Заметив, что он намеревается запротестовать, Сюзанна поспешила
договорить: — Но я ничего не рассказывала о твоем предложении. Откуда мне
было знать, что рассказывать? Может, ты думаешь, что я читаю твои мысли? Или
ты бормотал во сне многомиллионные цифры, а днем я просматривала твои
папки? — Сюзанна замолчала, видя спокойствие на его лице. Именно так он
и думал. Она медленно покачала головой и рассмеялась. — Как, интересно,
я смогла бы это сделать? Мы все время проводили здесь, — она махнула
рукой в сторону комнат, тон голоса был холодным и пренебрежительным, —
на вилле, которую я заказала. Ты полагаешь, что, утомив тебя в спальне, я
вытащила ключ от комнаты и под покровом ночи залезла в твой компьютер?
На лбу у Вэна залегла морщинка, но Сюзанну не волновало, что он чувствует.
Она всегда гордилась своим умением скрывать эмоции и излагать свое мнение
четко и логично. Но сейчас в ее груди зрело раздражение, а от разочарования
перехватило горло.
Несколько минут назад он заявил, что не все было так плохо, и Сюзанна
позволила себе мимолетные воспоминания. Тот подъем, который она чувствовала
от разговоров с ним, когда они не только подшучивали друг над другом, но и
увлеченно спорили. Удовольствие от обычных совместных прогулок. Сила рук,
обнимавших ее за талию. Чувственное удовольствие от слияния их тел, которое
поднимало ее на неизведанные вершины и дарило неизвестные ранее ощущения.
Сюзанна сделала глубокий вздох и заставила себя в последний раз посмотреть
на Вэна и сказать то, что должна сказать.
— Я собиралась объяснить тебе, почему согласилась на предложение матери
включить гостиницу в брачный контракт, но промолчу. Очевидно, ты ничего не
помнишь ни о моем характере, ни о моей жизни, ни о том, что происходило в
тот уик-энд. Я начинаю думать, а помнишь ли ты вообще что-нибудь.
Внезапно на нее навалилась усталость. Чувствуя себя изможденной, она
захотела домой.
Быстрым шагом Сюзанна обошла стол и направилась к выходу. Вэн окликнул ее,
но девушка не остановилась. Наоборот, услышав его шаги за своей спиной, она
ускорила шаг. Неуклюжими пальцами она открыла дверь, но он тут же захлопнул
ее снова.
Сюзанна смотрела на его руку, сердце стучало в бешеном ритме, и тело ощущало
знакомое тепло у себя за спиной. Все было так знакомо...
— Пропусти меня, — процедила она сквозь зубы.
— Подожди, — его голос прозвучал тихо и примирительно, теплое
дыхание щекотало ей щеку.
Тело предательски ответило на его близость, но Сюзанна от этого стала только
жестче. Она отказывалась принимать обвинения в свой адрес.
— У тебя три секунды, — коротко сказала она, — потом я начну
визжать. Напряги свою память и вспомни хотя бы то, как далеко в горах
разносится мой визг.
Закрыв глаза, она начала считать, но тепло его дыхания смущало ее. На счет
два
он начал говорить, на счет
три
его признание огорошило ее:
— Я не помню, Сюзанна. Ни тебя, ни твой визг, ничего.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Сюзанна была ошеломлена. Она повернулась к Вэну, но его близость оставляла
ей мало места для движения. Сознание затуманилось от ощущения того, что он
рядом, по всему телу растекалось тепло. Воспоминания вновь завладели ею.
Крепко сжав веки, Сюзанна постаралась взять себя в руки и сосредоточиться
только на настоящем. Когда она открыла глаза, ее взгляд уперся в обнаженную
грудь в распахнувшемся халате, темные волосы и взбугрившуюся плоть...
Сюзанна шумно вздохнула и неосознанно отодвинула ткань халата. Ее взору
предстал рубец, которого не было десять недель назад.
— Боже мой, Донован, что случилось?
Он не ответил. Сюзанна подняла на него удивленный взгляд и увидела, что он
смотрит на ее руку, сжимающую край халата. Сюзанна убрала руку, и Вэн
перевел взгляд на ее лицо. Оставив вопрос без ответа, Вэн направился к
столу, где оставил бутылку красного вина. Взяв бутылку, он вопросительно
посмотрел на Сюзанну, и она утвердительно кивнула ему в ответ. Это понимание
друг друга без слов тоже было знакомо ей, и она смущенно нахмурила брови,
наблюдая, как он наполняет вином два бокала.
Я не помню. Ни тебя, ни твой визг, ничего. — Откуда у тебя шрам? Ты попал в аварию?
— Нет, на меня напали. — Он пожал плечами, словно в этом не было
ничего особенного. — Когда очнулся, ничего не помнил.
Сюзанна снова посмотрела на его грудь, которую Вэн уже прикрыл халатом, и облизала пересохшие губы.
— И что?
— Скорее всего, нападение совершили с разбитой бутылкой в руках.
С безмятежным видом он протянул ей бокал вина. Несмотря на слабость в ногах,
Сюзанне пришлось сделать несколько шагов навстречу, чтобы взять предложенный
бокал.
— Где это случилось? — Удивительно, но ее голос прозвучал
спокойно.
— По дороге домой.
— Ты говорил, у тебя нет дома.
Удивление мелькнуло в его взгляде. Он замер с бокалом в руке.
— У меня есть временное пристанище в Сан-Франциско.
— Когда это произошло? — Сердце Сюзанны тревожно билось в ожидании
ответа.
— В июле. В тот день, когда я вернулся отсюда.
— Ты был в больнице? Именно поэтому... — Сюзанна замолчала и
встряхнула головой, пытаясь не представлять себе эту страшную
картину. — Поэтому ты не отвечал на мои звонки?
— Только пока не вернулся в офис.
— Сколько это продолжалось? — у Сюзанны от волнения начал дрожать
голос.
— Два месяца.
Так вот почему он постоянно был либо вне зоны доступа, либо отсутствовал в
офисе, когда она пыталась звонить ему. А Сюзанна решила, что его секретарь
сортирует звонки или он сам игнорирует сообщения, и перестала звонить.
Господи, ему потребовалось два месяца, чтобы восстановиться.
Не в состоянии справиться с дрожью в руках и ногах, она поставила нетронутое
вино и, когда Донован подвинул ей стул, с благодарностью села.
— Ты очень долго болел.
— Я и сам это знаю, — снова пожал плечами Вэн.
Напускная небрежность, за которой он пытался скрыть напряжение.
Впервые с тех пор, как Сюзанна увидела его в фитнес-центре, она позволила
себе осмотреть его с ног до головы. Он казался таким крепким, здоровым и
сильным. Она не хотела представлять себе его состояние, которое удерживало
его в больнице целых два месяца.
— Сейчас ты выглядишь замечательно, — произнесла Сюзанна, когда
поняла, что Донован заметил ее оценивающий взгляд. Не надо ей знать детали
случившегося, сказала она себе. Не надо спрашивать, почему секретарь не дал
никакой информации. Изменить что-либо уже невозможно, сожалеть тоже слишком
поздно. Нужно как-то приподнять настроение, снять тяжесть с души. — На
боксерской груше, с которой ты работал утром, нарисовано лицо одного из
нападавших на тебя?
Усмешка тронула его губы. Он взял стул и поставил его рядом.
— Что-то в этом роде.
— Помогает?
— Не так, как если бы передо мной был реальный человек.
— Ты дрался? — Сюзанна удивленно подняла брови, хотя знала ответ
на свой вопрос.
Тот июльский день, когда Донован без предупреждения пришел к ней в офис, а
она сказала, что не может взять его с собой в бухту Незнакомца, показал, что
он никогда не сдается без боя. Они обсудили цену, которую она не смогла
опровергнуть, он уговорил ее пообедать, соблазнив ее обезоруживающей
улыбкой. Она была просто очарована им.
И теперь он вернулся, чтобы продолжить борьбу, а борьба — это победители и
побежденные.
— Я уже говорил тебе, что не помню, но один из нападавших отправился в больницу вместе со мной.
Несмотря на все ее старания, Сюзанне не удалось скрыть свой испуг. Не
помогло даже то, что все случившееся пронеслось в ее голове как сцена из
кино. Взгляд упал на коротко стриженные волосы Вэна. Странно, почему она до
сих пор не обратила на это внимания.
— Тебя ударили по голове?
— Я потерял сознание, — подтвердил он, — и борьба
закончилась.
Сюзанна с трудом сглотнула. Ее беспокойный взгляд вновь метнулся по его
фигуре, отыскивая пропущенные детали. Потом она заглянула в его глаза.
— Ты помнишь хоть что-то до этого нападения?
— Все, до отъезда из Америки. Кое-какие обрывки воспоминаний о днях,
проведенных в Мельбурне. Встречу с директором
Хортон холдинге
. Гостиницу,
где остановился
Карлайл Гранд
. — Вэн улыбнулся.
Он выбрал гостиницу, еще ничего не зная тогда об Алексе Карлайле и его
фамильной сети гостиниц, кроме того, что размещение и сервис здесь были
безупречными.
— Ты не помнишь, как приехал сюда в тот уикэнд?
— Нет.
— Я думала, такое случается только в книгах и в кино.
— Считаешь, что я придумываю это? — Вэн прищурил глаза.
По ее молчанию он понял, что она сомневается. Он вскочил на ноги и отошел на
несколько шагов.
— Я верю тебе, просто мне трудно понять, как это — ничего не помнить.
Ее тихие слова заставили Вэна обернуться. Она сидела на стуле в застегнутом
на все пуговицы плаще, выпрямив спину. На фоне залитого дождем окна ее
волосы выделялись ярким пятном. В глазах читалось сострадание и сомнение.
Вэна пронзила вдруг мысль о том, что он провел с ней здесь, в этих комнатах,
весь уик-энд. Что, возможно, расстегивал этот плащ и отбрасывал его в
сторону. Он мог снимать с нее обувь. Целовать.
— Вот смотрю я на тебя, — голос его звучал низко, — и мне
трудно поверить, что я не помню тебя.
— Да, это, должно быть, немного странно. — Сюзанна взмахнула
темными ресницами, контрастировавшими с бледной кожей. — Как ты
справился с этим?
Вэн поболтал в бокале вино, раздумывая, что ответить. Насколько раскрыться.
Но потом он вспомнил сострадание в ее глазах, и, черт возьми, ему захотелось
поделиться с Сюзанной Хортон.
— Я разговаривал с людьми, с которыми общался в течение той недели, и
восстановил события. Я... много сквернословил.
— Сквернословие иногда помогает.
Вэн молча смотрел на нее. Сюзанна была вся такая правильная и аккуратная в
своем застегнутом наглухо плаще. Интересно, как она ругается? Она
интриговала его.
— У меня есть сотрудница, которая считает, что ругань украшает нашу
пресную речь.
— Это Мэк, — тихо сказала Сюзанна.
Вэн замер, сжав ножку бокала.
— Я говорил тебе о ней?
— Да, только не надо так напрягаться. Никакого доступа к личной
информации у меня не было. — Хотя ее слова прозвучали шутливо, в голосе
слышалась горечь.
— Прости, что обидел тебя. Это не входило в мои намерения.
— Да? А какие же у тебя были намерения?
— Выяснить, что случилось с соглашением на приобретение курорта. Когда
я уехал из Мельбурна, оно обсуждалось. Когда я очнулся через неделю, речь о
нем уже не шла.
Сюзанна стала еще бледнее, сожаление появилось на ее лице.
— Если бы ты с самого начала сказал мне о своей амнезии, этот разговор
протекал бы намного легче.
— Для тебя — да.
— А для тебя?
Вэн посмотрел ей в глаза.
— Я приехал сюда, все о тебе зная, Сюзанна. Ты — дочь Мириам Хортон. Я
нанял тебя, чтобы ты показала мне бухту Незнакомца. Ты была обручена с
Алексом Карлайлом.
— Я не была обручена...
— Об этом я услышал от твоей матери, и все, кого я спрашивал, ручались
за ее честность. Но дело в том, — подчеркнул Вэн, не давая ей
перебивать себя, — что я приехал сюда с самыми плохими мыслями о тебе.
Если бы ты знала, что я ничего не помню, я не смог бы поверить ни единому
твоему слову.
— Но теперь ты мне веришь?
— Верю.
От удивления у нее расширились глаза и снова порозовели щеки. Вэн
почувствовал удовлетворение, которое раньше получал от удачи на рынках или
от неожиданной победы в переговорах.
— И почему?
— Кому придет в голову придумать такую историю?
Их взгляды встретились, на лицах ненадолго появились улыбки. Потом снова
осторожность взяла верх. Сюзанна вдруг встала. Из-за этого быстрого, резкого
движения, никак не сочетавшегося с ее обычной грацией, Вэн успел увидеть ее
колено, бедро, юбку. Ничего откровенного или сексуального, но увиденное
выбило его из состояния равновесия.
Какие-то отдельные фрагменты всплывали из темноты, в которую погрузилась его
память.
— Это не имеет никакого значения, правда?
Вэн моргнул, обрывки беспорядочных воспоминаний исчезли в один момент. Он не
знал уже, действительно ли припомнил что-то или только представил себе это.
— О чем ты? — нахмурился он.
Сюзанна, быстро подняла руки и опустила их вниз, словно признавая свое
поражение.
— Твоя амнезия, то, что я знаю теперь об этом. Это ведь ничего не
меняет.
— И даже твое понимание, почему я потерял эту сделку?
В ее глазах появилось то, что Вэн ненавидел.
Жалость. Сочувствие. Сострадание. Как ни назови, но за последние десять
недель он так часто встречался с этим, что хватило бы на десять жизней.
— Я понимаю, ты чувствуешь себя обокраденным, мне очень жаль, однако
это не меняет того, что случилось.
— Но дело в том, что я по-прежнему хочу купить
Базальтовые столбы
. А
услышав, почему я проиграл сделку, хочу этого еще больше.
— Прости, — Сюзанне неприятно было говорить об этом, — но уже
слишком поздно. Контракт составлен с Алексом.
— Но он не будет подписан, пока ты не выйдешь за него замуж. — Вэн
сделал паузу, болтая в бокале остатки вина. — А что произойдет с
продажей курорта, если свадьба не состоится?
— Ничего не произойдет, — решительно заявила Сюзанна. — Алекс
— человек слова. Он не откажется от этой сделки, и неважно, что ты скажешь
или сделаешь. Твоя угроза, что ты расскажешь о наших отношениях, не изменит
его решения.
— Но ты все же приехала сюда. Наверняка хотела остановить меня.
— Я приехала, чтобы узнать, что происходит и почему ты вернулся. Алекс
знает, что во время нашей с тобой встречи мы не были помолвлены с ним. Он
знает, что я не лгала ему. Поэтому он не изменит своего решения жениться на
мне.
— А если свое решение изменишь ты?
— Предлагаешь мне разорвать помолвку?
— Здесь не идет речь о любви, Сюзанна. Это деловой контракт. Тебя
разменяли, как дорогостоящий товар.
На лице девушки промелькнула тень, но она быстро взяла себя в руки.
— Возможно, я неясно выразилась, но ты неправильно понял ситуацию. Да,
наш союз необычен, и он скреплен как комм
...Закладка в соц.сетях
