Укрощение герцога

Аннотация

Имеет ли право известный своей безнравственностью Рейф, герцог Холбрук,
играть роль опекуна при юной красавице?

Глава 1

О некоторых любопытных особенностях ухаживания
Август 1817года,
Ардмор-Касл, Шотландия
— Хотела бы я быть королевой, — сказала мисс Джозефина Эссекс двум
своим старшим сестрам. — Я бы просто приказала какому-нибудь достойному
мужчине жениться на мне на условиях специальной лицензии.
— А если бы он отказался? — спросила Имоджин, известная под именем
леди Мейтленд.
— Тогда я сняла бы его голову с плеч, — заявила Джози тоном,
исполненным чувства собственного достоинства.
— Когда мужчина мало использует голову по назначению, — вступила в
разговор Аннабел, графиня Ардмор, — не стоит угрожать ему такого рода
казнью. Надо просто заставить его думать, что мысль о браке явилась ему
самому.
Она лежала в постели Имоджин, подоткнув под себя все возможные покровы. Из-
под них виднелась только взъерошенная голова с массой кудрей.
— Я как раз и нуждаюсь в таком совете, — огрызнулась Джози, со
щелчком раскрывая маленькую книжицу и помещая ее поверх пухового
одеяла. — Изучаю всевозможные приемы, имеющие успех на ярмарке невест,
а так как вы обе замужем, то и станете моим главным источником информации.
— Я вдова, — возразила Имоджин. — И мне ничего не известно о
ярмарке невест.
Она разбирала шелковые чулки и даже не подняла головы от туалетного столика.
— Нужно уметь танцевать, — заметила Аннабел. — Ты должна
больше практиковаться, Джози. Еще совсем недавно ты все время наступала на
ноги Мейну.
— Посоветуй что-нибудь получше, — сказала Джози. — Ты
единственная из нас, кто удостоился сезона в свете. И вот вышла замуж за
человека с титулом. Ты помнишь, что мой первый сезон наступит в следующем
году?
Аннабел приоткрыла один глаз.
— Как можно забыть, если ты каждую минуту твердишь об этом? Господи, я
такая сонная!
— Я слышала, что от брака усыхают мозги, — ободрила ее младшая
сестрица. — Чтобы получить мужа, недостаточно лишь не наступать мужчине
на ноги во время вальса. Я хочу понять заранее, что от меня требуется. Не
могу полагаться на красоту, как сделали вы обе.
— Но ведь это нелепо, — возразила Аннабел. — Ты красива.
— Я была в Лондоне в апреле, — сказала Имоджин. — И видела
множество молодых леди в такой же ситуации, как твоя, Джози. И мне кажется,
что главное необходимое качество дебютантки — кокетство. Невинная игривая
улыбка, — пояснила она.
— Кокетство, — пометила Джози в записной книжке.
— А также умение слушать ухажера так, будто он сам Господь Бог.
Конечно, иногда это трудно совместить с бодрствованием.
— Мужчины могут быть невероятными занудами, — согласилась
Аннабел. — Они склонны разглагольствовать о себе самих. Ты должна
научиться переносить это, а терпение не принадлежит к твоим добродетелям,
Джози.
— Пока что ты не обнаружила способности быть обворожительной в обществе
дураков, — сказала Имоджин. — Но дураки частенько имеют глубокие
карманы. Нередко глупость и большое состояние идут рука об руку.
Джози деловито что-то писала в записной книжке, но при этих словах подняла
голову:
— Значит, мне надо жеманно улыбаться словоохотливому болвану, когда он
пустится в рассуждения о себе? Невыносимая скука в этом случае окупится
сторицей и поможет мне заполучить мужа?
— Я думаю, Имоджин переоценивает значение кокетства, — вмешалась
Аннабел. — Например, я считаю, что перспективный жених должен
предпочесть обручение в обстоятельствах, умеренно скандальных.
— В словах Аннабел есть резон. Иногда обручение может стать вопиющим
фактом, — сказала Имоджин. — Но только если ты окажешься в
обществе молодого человека, стбящего твоих усилий.
— Ты приложила немало сил, чтобы завоевать Дрейвена Мейтленда, —
заметила Джози. — Помнишь, как он целовал тебя, после того как ты
подстроила свое падение с дерева к его ногам?
На мгновение руки Имоджин замерли.
— Конечно, помню. Была весна, и яблоня стояла в цвету.

— Ты свалилась с лошади и в конце концов упала прямо в брачные сети.
Похоже, твой пример идет вразрез с рекомендациями относительно невинности и
кокетства, — сказала Джози. — У меня нет ни малейшего желания
вести себя скандально, даже если это самый эффективный путь к браку.
— Не стоит соревноваться со мной в глупости, — согласилась
Имоджин, складывая вместе два бледно-палевых чулка. — Лучше найти мужа,
используя обычные средства.
Джози снова сделала пометку в записной книжке.
— Сохранять невинный вид независимо от того, насколько бесстыдной
можешь быть в частной жизни. Это напоминает о том воре из джентльменов,
которого постоянно упоминают в Таймс. Он предстает прекрасным и достойным
и тут же, как только подали новое блюдо, оказывается нищим и вором.
— По правде говоря, это нечто противоположное стилю Имоджин, —
заметила Аннабел, и в тоне ее прозвучал намек на лукавство. — Раз
Имоджин предпочитает выглядеть непристойной, то не важно, сколь
добродетельна она в частной жизни. По словам Гризелды, все в Лондоне
уверены, что у тебя недозволенные отношения с Мейном, а на самом деле он
может не больше похвастаться твоим расположением, чем лакей.
— У каждой женщины должно быть занятие, — сказала Имоджин. —
Мое состоит в том, чтобы вызывать интерес к своей особе у старых сплетниц.
Она перебросила через плечо несколько пар чулок. Они мягко скользнули
сначала на кровать, а потом к ногам Аннабел.
— Ну, что касается этого, — сказала Джози задумчиво, —
похоже, Аннабел, ты отстала от жизни.
— Более чем. Она просто вне времени, — подтвердила Имоджин. —
Вчера вечером за ужином она флиртовала с собственным мужем. Такое поведение
не просто немодно. Оно неприлично. На публике никто не должен обращать
внимание на своего супруга. Впрочем, — добавила она, — как и при
отсутствии свидетелей.
Аннабел усмехнулась и ничего не ответила.
— Я видела, как Ардмор целовал тебя вчера в утренней комнате, —
заметила Джози. — Твой муж потерял голову, а это означает, что едва ли
ты способна помочь мне.
— Я ведь не планировала это специально, — возразила
Аннабел. — Помнишь, я была в отчаянии от этого брака? Единственная
причина, которую я признавала в качестве смягчающего мою участь
обстоятельства, — это то, что вы обе в Шотландии.
— Небольшой просчет с нашей стороны, — сказала Имоджин. — Я
могла в это время быть в Лондоне и размышлять о сомнительных искушениях
мужчин, заинтересованных только в собственности.
Аннабел фыркнула. Волосы Имоджин, черные и блестящие, как вороново крыло,
были гладкими, если ей не приходила в голову фантазия завить их. Тогда они
укладывались в безупречные колечки. Глаза у нее широко расставлены, брови —
две высокие и ровные дуги. Широкий рот создан для смеха, хотя с прошлого
года, когда погиб ее муж, она редко бывала веселой.
— В Лондоне немало обезумевших мужчин, способных пересчитать по пальцам
твои прелести, — нетерпеливо возразила Джози. — Но, похоже,
Аннабел не понимает, какие усилия ты прилагаешь, чтобы склонить Мейна к
отношениям более близким, чем те, кои характерны для лакеев.
Она поднырнула под чулок, полетевший ей в голову.
— Неужели, Имоджин? — спросила Аннабел.
— Я ведь говорила тебе еще в Лондоне, что намерена завести
кавалера, — ответила Имоджин резко.
— Но я думала, что ты имела в виду только поклонника, а не любовника.
— У меня сложилось впечатление, — сказала Джози, — что
Имоджин потребовала, чтобы Мейн оправдал свою репутацию ловеласа. —
Мрачная мина Имоджин должна была заставить Джози немедленно
замолчать. — Приходится с сожалением констатировать, — продолжала
Джози, по-видимому ничуть не обратившая внимания на недовольство сестры и ее
свирепый взгляд, — что, судя по всему, Мейн не принял вызова и сохранил
непорочность.
— Удивительно! — воскликнула Аннабел, приподнимаясь на подушках и
почти пробудившись, — Я думала, добродетель ему несвойственна.
— Напротив, — сказала Джози. — Сколько Имоджин ни хлопала
ресницами во время путешествия в Шотландию, он ночевал в своей спальне.
— Джози, — укорила ее Аннабел, — ты не должна говорить о
спальне, не смей даже думать об этом. Твои перспективы на брак могут
обернуться катастрофой, если ты станешь вести такие речи.

— Не будь гусыней, Аннабел, — возразила Джози без тени
раскаяния. — Я вовсе не собираюсь копировать ее поведение. Я прекрасно
знаю разницу между тем, что позволительно для вдовы и что — для незамужней
девицы.
Под заинтересованным взглядом Аннабел кровь бросилась в лицо Имоджин.
— Думаю, главное не в том, какую роль ты предназначила Мейну, —
сказала ей Аннабел, — а в том, на что он согласится.
— В том-то и загвоздка, — сказала Джози. — Он ухитрился
сохранять незапятнанной свою репутацию всю дорогу до Шотландии.
Имоджин набросила на голову сестры нижнюю юбку, но Джози продолжала говорить
так, что сквозь прозрачные кружева до сестры доносились ее слова.
— А, как я сказала, она была тут как тут и призывно хлопала
ресницами, — продолжала между тем Джози. — И попыталась убедить
Мейна, что без ума от его темных глаз.
Имоджин набросила на голову Джози целую охапку нижних юбок.
— Ну, ты совсем бестолковая. Нет, такая характеристика слишком лестная
для тебя.
Аннабел явно была заинтригована.
— Мейн очень красив. И я вполне понимаю ее чувства.
— Нет, я...
— Но я вовсе не говорила, что она и вправду подпала под его
обаяние, — возвестила Джози из-под вороха белья.
— Говорила.
— Нет.
Джози сорвала с головы белье.
— Назвать лопату — лопатой, Имоджин, — не грех. Можешь попытаться
сделать графа своим любовником. Но ты никогда не смотрела на него с
выражением безумной любви, как на Дрейвена. — Она повернулась к
Аннабел. — Поэтому я заключаю, что Имоджин вовсе не очарована его
глазами. Возможно, рукой, ногой или какой-нибудь другой... частью тела.
Аннабел посмотрела на сестру неодобрительно.
— Джози, ты хотела услышать совет насчет успеха на ярмарке невест. Я
дам тебе его. Едва ли ты имеешь хоть малейшее представление о том, что такое
любовник. И никогда не шути насчет мужских частей тела, которые не смеешь
назвать.
— Да я все их назову без колебания, — с готовностью начала Джози, но Аннабел перебила ее:
— Хватит! Мне не требуются уроки анатомии, тем более преподанные тобой.
— Если Имоджин желает отказаться от безбрачия, я, значит, должна делать
вид, что не замечаю, как она себя ведет? — плаксиво спросила
Джози. — Дело в том, что Мейн собирается вступить в связь с сестрой
женщины, с которой он флиртовал. Ты помнишь, как он увивался вокруг нашей
старшей сестры? Репутация Мейна была погублена тотчас же, как только он
протанцевал с Имоджин, если вспомнить о его поведении с Тесс в прошлом году.
— Чепуха. — Имоджин наконец вступила в перепалку. — Репутация
Мейна рухнула много лет назад. Я к этому не имею никакого отношения. Это
немногое, что оставалось от его доброго имени, было погублено, когда он так
бессовестно принялся флиртовать с Тесс.
— Похоже, ты уязвлена, — заметила Джози. — Досадно получить
отпор от человека, столь щедро расточающего внимание светским дамам.
— Мейн — праздный гуляка, и я вовсе не намерена вступать с ним в
близкие отношения.
— Прекрасно, — сердечно согласилась Джози. — Я буду следовать
твоему примеру и презирать всех мужчин, не подпавших под мои чары
немедленно. Учитывая мои аппетиты, я вычеркнула из своего списка самых
достойных джентльменов Лондона.
— Ты — любительница играть на нервах, — сказала Имоджин. —
Из-за одного этого можешь остаться незамужней.
— Не вернуться ли нам к столь интересному началу разговора? —
спросила Джози. — Как добиться предложения руки и сердца, учитывая, что
бальный сезон на носу?
Аннабел покачала головой:
— Никто из нас, Джози, не выходил замуж обычным манером. Тесс вышла за
Фелтона только после того, как за ней поухаживал Мейн, я за Эвана, потому
что пришлось, после того как разразился скандал.
— Я убежала с Дрейвеном без благословения, а не выбрала его в мужья,
как положено, — сказала Имоджин. — И Бог свидетель — из этого не
вышло ничего путного.
— Вышло бы, если бы Дрейвен был жив, — заметила Аннабел. —
Едва ли можно объяснить его смерть тем фактом, что вы с ним сбежали.
— Все это очень прискорбно, — пробормотала Джози. А что делать
мне? Как найти мужа?
— Я буду поблизости. — Имоджин постаралась ее утешить. — И
Гризелда уже согласилась быть твоей дуэньей. Тебе ведь известно, что она
знает все о светском обществе.

— Она говорила мне, что ее брак устроил отец, — сказала Джози с
беспомощным видом, что было для нее необычно. — А у нас нет отца.
— У нас есть Рейф, — утешила Аннабел.
Имоджин пожала плечами:
— Когда он трезв.
— Ты сердишься на него, потому что он не одобряет твоего увлечения
Мейном, — укорила Джози.
— Рейф, кажется, не понимает, что мой брак освободил его от
необходимости опекать меня.
— Но ты была замужем всего несколько недель, — нежно посетовала
Аннабел. — Я понимаю, почему Рейф все еще чувствует себя ответственным
за твое благополучие.
— Я согласилась вернуться в его дом. Разве нет? Я собиралась устроить
свой собственный, но вместо этого живу с Рейфом и терплю общество Гризелды,
которая меня всюду сопровождает. Я вдова. Зачем мне дуэнья?
— Кажется, я не вписываюсь в эту прелестную идиллическую
картину, — пожаловалась Джози. — И раз уж так, то не позволишь ли
ты мне, Аннабел, остаться на зиму с тобой? Похоже, танцы — это единственное
практически важное искусство, в котором мне надо усовершенствоваться до
весны, и я не сомневаюсь, что в Шотландии можно найти хорошего учителя. Мне
претит мысль о возвращении на юг.
— Зима не за горами, — заметила Имоджин.
— Я буду рада, если ты со мной останешься, Джози, — сказала
Аннабел.
— Ты не станешь возражать, если я все-таки уеду? — спросила
Имоджин. — Очень сомневаюсь, что и Гризелде улыбается мысль остаться на
зиму в горах.
Аннабел снова угнездилась среди своих подушек и одеял.
— Конечно, не стану. Я ведь замужем. В ее глазах промелькнула тень
улыбки.
— Я подумала, что ты, возможно, волнуешься из-за младенца, —
предположила Имоджин.
Джози широко раскрыла глаза, а Аннабел села и выпрямилась.
— Как ты узнала?
Имоджин рассмеялась:
— Ради всего святого, Аннабел, ты ведь по два дня почти не встаешь с
постели. Мы здесь с конца мая, а теперь август. И все это время ты жалуешься
на несправедливость женской участи. А, по правде говоря, мне кажется, тебя
вполне устраивает судьба женщины.
— О да, — ответила Аннабел, и в глазах ее снова появилась тень
улыбки.
— Младенец! — воскликнула Джози. — И когда он появится?
— Ну, еще масса времени, — сказала Аннабел. — Вероятно, в
январе или феврале.
— Я могу не возвращаться в Англию до начала сезона, а это будет в конце
марта!
— Я очень рада твоему обществу, — призналась Аннабел.
— Уверена, что не хочешь, чтобы и я тоже осталась? — спросила
Имоджин, хотя ее и не привлекала перспектива задержаться в Шотландии. И дело
было не в ее горечи.
Но тотчас же потребность быть честной заставила ее признаться себе, что
горечь все-таки была. Две ее сестры были замужем и счастливы. А теперь
Аннабел ждала ребенка. Воспоминания о двухнедельном браке с Дрейвеном едва
ли могли служить утешением.
— Я была бы рада, если бы ты осталась, — сказала Аннабел,
протягивая руку Имоджин. — Но, думаю, тебе лучше вернуться в Лондон и
сводить мужчин с ума поведением легкомысленной вдовушки, хотя ты вовсе не
такая.
— Сезон окончен, — возразила Имоджин. — Мы с Гризелдой не
поедем в Лондон, останемся с Рейфом в деревне.
— А Мейн? — спросила Аннабел.
Имоджин покачала головой:
— Это преходящее увлечение. К счастью, он достаточно умен и заметил это
раньше меня.
Аннабел сжала ее руку.
— Может, зимой ты составишь список достойных кандидатов на брак, —
предположила Джози, — Не хочу расточать улыбки человеку, лишенному
необходимых предпосылок. В доме Рейфа бывает столько людей, что ты, конечно,
узнаешь все сплетни.
— И о каких предпосылках речь? — спросила Имоджин, забавляясь.
— Я составила список на основании прочтения всех любовных романов,
изданных Минерва пресс и изученных мною, — сообщила Джози,
проконсультировавшись со своей записной книжкой. — Разумеется,
необходимо имение. Хорошо бы, чтобы к нему прилагался титул. Кандидат в
мужья не должен быть слишком пылким читателем. Если, конечно, он не без ума
от романов. И я не хочу, чтобы он был излишне модным.

— У тебя нет никаких условий относительно его физических статей? —
спросила Аннабел.
Джози пожала плечами:
— Я предпочла бы, чтобы мой муж был выше меня ростом. А так как я
довольно маленькая, то тут я не усматриваю трудностей. — Она
нахмурилась: — Почему вы обе смеетесь? В моих требованиях нет ничего
нелепого. И, похоже, мой список мало отличается от твоего, Имоджин.
— Моего чего?
— Твоего списка, — уточнила Джози. — У каждой женщины есть
такой список, даже если она держит его только в уме.
— У меня такого нет. — Имоджин поджала губы.
— Прошел почти год с тех пор, как умер Дрейвен. — Джози, как
обычно, вторгалась в область, куда не осмелился бы вступить никто, кроме
нее. — Тебе все равно придется задуматься о новом браке. Ты ведь не
захочешь отцвести, сморщиться и превратиться всего лишь в тетушку детей
Аннабел.
— Джози! — застонала Аннабел.
Имоджин разразилась смехом.
— Вот это то, что я называю хладнокровным отношением к браку.
— Наши с тобой списки одинаковы, — заявила Джози. — Ты просто
еще не уяснила своих требований, а я это сделала.
— Ну и скажи мне снова, какие качества я ищу в муже?
— Во-первых, имение. Если возможно, титул. Ум, но не такой, чтобы он
причинял неудобства. То же касается и приверженности моде. Мало кому
понравится быть замужем за мужчиной, более модным, чем ты сама.
— Думаю, ты чуть-чуть требовательнее меня, — сказала
Имоджин. — Наш опекун, кстати, вполне соответствует твоим запросам. У
Рейфа есть имение, титул, вполне приличный рост, он совершенно не
интересуется модой, обладает интеллектом в разумных пределах. Ну, разве что
слегка разбавленным уксусом.
— Ты права, — согласилась Джози. — Но я добавлю еще
ограничения в возрасте. — Она села, держа на весу пуховое
одеяло. — Не ограничиться ли мне джентльменами до тридцати лет, а лучше
до двадцати пяти?
— Но для меня важное препятствие то, что Рейф — пьяница, — сказала
Имоджин. — И в твоем списке нет очень важного для мужа качества.
— Постоянства? — спросила Джози. — В Рейфе это есть. Кстати,
он весьма привлекателен, но для меня чересчур стар.
Внезапно Имоджин заметила, что и Аннабел, и Джози внимательно наблюдают за
ней.
— Он староват для меня и слишком много пьет, — быстро нашлась
Имоджин.
— Но тебе же больше двадцати одного года, — заметила Джози со
своей обычной сокрушительной прямотой. — И ты уже вдова.
— Рейф тебе не может подойти, дорогая, — сказала Аннабел, беря
Имоджин за руку. — Но кое-кто окажется вполне подходящим.
Губы Имоджин тронула неуверенная улыбка.
— По правде говоря, — сказала она, — я из тех редких людей,
которые могут полюбить всего раз в жизни, Аннабел.
— Если бы мы могли рассчитать момент, когда влюбимся, с такой же
легкостью, с какой я составила этот список, — сказала Джози, — мир
был бы гораздо более приятным местом. Я смогу влюбиться, только если мужчина
поклянется мне в вечной неувядаемой любви.
— В таком случае удачи тебе, — пожелала Имоджин с каким-то
неподобающим отзвуком безутешности в голосе.
Аннабел сжала ее руку.

Закладка в соц.сетях