Жанр: Любовные романы
Кольцо любви
...то
вроде загадки, верно? — спросил он, поднимая Кэти с сиденья.
— Ларри... — коротко ответила Мия.
Она больше ничего не смогла сказать. Потому что откусила огромный кусок
пончика и застонала от удовольствия, попробовав на вкус сладкую шоколадную
начинку.
У нее вырвался смешок при виде недовольного лица Мака.
— Я думал, ты забыла о Ларри и решила называть меня Маком, как все
остальные люди, — проворчал он.
— Я никогда не забуду о части моего арсенала. Просто теперь стану
употреблять имя Ларри чуть-чуть осторожнее.
Мия взяла то, что осталось от пончика, и побрела к маленькой кухонной нише,
собираясь сварить кофе. Мак принялся качать Кэти на колене.
Малышка гукала от счастья. Мия откусила еще один кусок.
— Ммм, — одобрительно протянула она. — Иногда ты меня сердишь, но
сюрпризы делаешь удачные.
— Это не сюрприз. Это просто завтрак.
Мак выглядел так, будто был на редкость доволен собой.
— Так где же сюрприз? — насторожившись, спросила она.
— Оденься, и я покажу тебе.
— Я не знаю, Ларри, — сказала она. — У тебя заблестели глаза. Из-за
этого я волнуюсь.
В Маке ее волновало многое. Больше всего на свете ей хотелось подойти и от
души поцеловать его в щеку... и это волновало Мию сильнее, чем его взгляд.
— Иди прими душ. Там ты не сможешь видеть блеск моих глаз.
— Отлично. — Мия доела пончик и направилась в ванную. Интересно, что
затевает Ларри Маккензи?
И, несмотря на свои лучшие намерения, она надеялась, что он собирается пару
раз ее поцеловать. Может, даже немного больше, чем пару раз.
— Так куда же мы едем? — уже в который раз спросила Мия. Мак вел машину
по Пич-стрит.
— Разве ты мне не доверяешь? — спросил Мак, изо всех сил стараясь
сохранить невинный вид.
— Повторяю: примерно до тех пор, пока могу оттолкнуть тебя, Ларри, —
сказала она.
Он с удовольствием отметил, что в ее голосе нет злости. Только легкое
поддразнивание.
— Ну, тебе незачем меня отталкивать. Мы почти приехали.
Было еще довольно рано, и на улице оказалось мало машин, даже на Пич-стрит,
которую ласково а часто и неласково — звали Пич-
пробка
.
Но даже если бы машин оказалось полно, Мак все равно продолжал бы
ухмыляться. У него было настроение как у ребенка на Рождество. От
предвкушения немного кружилась голова.
— Закрой глаза, — приказал он Мии.
— Да ладно тебе, Ларри. — В ее голосе послышалось легкое раздражение.
— Закрой их.
Он взглянул на Мию и увидел, что она подчинилась. Неужели чудесам нет конца?
Мия Галлагер только что послушалась его.
— Еще одну минутку, — сказал Мак, поворачивая на автостоянку. Он
остановил
эксплорер
и припарковал его. — Не открывай глаза.
— Мак... — пожаловалась она.
Ухмыляясь, он вышел из машины, обошел вокруг и открыл дверцу со стороны Мии.
— Давай выходи.
— А как же малышка?
— Мы никуда не идем. С ней все хорошо.
— Но...
— Открой глаза.
Мия послушалась, оглядела стоянку и снова перевела взгляд на Мака. В ее
глазах появилось вопросительное выражение.
— Ты сказала, что подыскиваешь новую машину. Как насчет вот этой?
Джип-
чероки
. Привод на четыре колеса. Кожаные сиденья. Обогреватель сидений.
Автоматическое зажигание. Машине два года, так что она не совсем новая, но
на ней почти не ездили. А мой приятель говорит, что владелец продает свою
машину каждые два года. Их у него очень много.
— Но...
— Я не говорю, что ты должна ее купить. Я просто хочу сказать, что ты
хотела купить именно такую. Поэтому я подумал: покажу тебе эту машину, пока
Фрэнк не выставил ее на продажу.
— Если ее еще не выставили на продажу, как ты о ней узнал?
— Ты говорила, что хочешь купить новую машину. Рассказала, какую
именно. Тогда я ему позвонил и попросил что-нибудь подыскать.
Она стояла, не сводя глаз с
чероки
.
— Я не знаю.
— Почему бы тебе не испытать ее? — Он сунул руку в карман. — Фрэнк дал
мне ключи.
— У тебя было столько хлопот, когда ты искал мне машину, — медленно
произнесла Мия, бросая на него непонятный взгляд.
— Не так уж и много хлопот, — сказал Мак. Внезапно он почувствовал себя
неловко. — Фрэнк — мой клиент, и когда мы разговаривали, я как-то мимоходом
упомянул о машине.
— И все-таки... это было мило. — Мия покачала головой. — Мак, ты... —
Она замолчала. — Наверное, мне можно немного покататься на ней?
Маку было жаль, что она не договорила. Он... что? Ему захотелось спросить,
но он передумал. Вместо этого Мак сказал:
— Отлично. Дай-ка я принесу сиденье с Кэти. Вот, нажми на эту кнопку.
Машина заведется и согреется.
Мия послушалась. Мотор взревел, и машина ожила.
— И на эту кнопку... она согреет передние сиденья.
Мия нажала на другую кнопку.
Она стояла и смотрела на машину. Мак передвинул сиденье малышки назад и
закрепил его.
— Мия, — сказал он. — Ты собираешься садиться в машину или так и будешь
здесь стоять?
— Я сейчас в нее сяду.
Мия уселась на место водителя, а Мак — на пассажирское сиденье.
Он услышал, как у Мии вырвался легкий довольный вздох, когда она опустилась
на хорошо нагретое сиденье.
Она повернулась к Маку и улыбнулась.
При виде ее улыбки у него внутри что-то дрогнуло. Ему захотелось дотянуться
до Мии и обнять ее.
Сегодня утром Мак увидел ее в жалком халате, с растрепанными после сна
волосами. Она ела пончик. И ему захотелось поцеловать ее.
Когда Мия говорила ему колкости или смеялась вместе с ним, Маку хотелось
поцеловать ее... и не ограничиваться поцелуем.
Его желание быстро крепло. Оно постепенно перерастало в необходимость.
Внезапно Мак осознал, что держит ее за руку. Такое случалось все чаще и
чаще. Он тянулся к Мии и прикасался к ней незаметно для самого себя. Мак
быстро отдернул руку и сказал:
— Ты готова?
— Куда мы едем? — спросила она.
— Куда захочешь. Фрэнк вернется примерно через час. До тех пор мы
должны решить, нравится ли тебе эта машина.
— Почему? — с растерянным видом спросила Мия.
— Почему? Потому что если она тебе не нужна, Фрэнк попробует сегодня ее
продать. А если нужна — начнем оформлять бумаги.
— Нет. — Она покачала головой. — Я имела в виду: почему ты взял на себя
такие хлопоты?
Маку не понравилось, как она на него смотрит. Довольно мягким и теплым
взглядом. Ему не хотелось, чтобы Мия питала к нему мягкие и теплые чувства.
Не хотелось, чтобы они случайно касались друг друга. Не хотелось мечтать о
ней. Постоянно желать ей позвонить. Не хотелось, чтобы возникла
необходимость быть рядом с Мией, видеть ее улыбку, слышать ее смех. Не
хотелось ее желать, но все это уже от него не зависело.
Можно было попробовать ее предупредить, чтобы она держалась на расстоянии.
Но в последний раз, когда Мак решил так поступить, Мия расхохоталась. Он мог
ее предупреждать, но проблема заключалась в том, что предупредить его самого
было некому.
Он просто сказал:
— У меня не было никаких хлопот. Я поговорил с Фрэнком и сказал, что
один мой друг подыскивает машину. Сообщил, что именно ты хочешь, и вчера
вечером он мне перезвонил насчет этой машины.
— Но почему ты обо мне беспокоишься? — настойчиво спросила Мия.
— Не знаю. Но не строй себе иллюзий, — предупредил он.
На миг ему показалось, что она вот-вот засмеется, но Мия промолчала. Она по-
прежнему сидела на месте водителя и пристально смотрела на Мака.
— Может быть, мне просто хотелось, чтобы Фрэнк взял с тебя хорошие
комиссионные? — Вот.
Это звучало хорошо и язвительно.
— Я так не думаю, — мягко сказала она.
— Отлично. Значит... может быть, я начал ужасно нервничать, когда
увидел, на каком драндулете ты ездишь. Голым покрышкам не место в Эри зимой.
Мне стало бы лучше, если бы я знал, что о твоей машине можно не
беспокоиться.
— Но...
— Какая тебе разница, почему я так поступил? Малышка лежит на заднем
сиденье и не плачет, а ты сидишь в машине со всеми штуковинами, о которых
мечтала. Так почему бы тебе не прекратить расспросы и просто не покататься?
Мия бросила на него очередной взгляд — непонятный и пристальный, после чего
выехала со стоянки.
Мак потянулся к радио и включил его.
— Просто проверяю систему звучания, — сказал он.
На самом деле Маку хотелось отвлечь внимание Мии, чтобы она перестала
задавать ему вопросы... вопросы, на которые он не мог ответить.
— Итак, что вы думаете? — спросил друг Мака Фрэнк.
Что она думает? Мия взглянула на Мака, который держал на руках Кэти.
Она думала, что, пожалуй, Мак может все-таки понравиться. Но ее отношение к
нему изменилось. Постепенно Мия начала испытывать к нему нечто большее.
Чувство более глубокое. Более сильное. Нечто вроде... любви? Это слово все
чаще приходило ей в голову.
Любовь? Любовь к Маку?
Мия вздохнула. Ей не хотелось себя обманывать.
Она любит Мака.
Это чувство незаметно проникло в ее сердце и оказалось где-то между колкими
шутками и симпатией. Мия думала, что полюбить Мака не так уж трудно. Если уж
на то пошло, любить его было довольно легко.
Мия вспомнила, как он ее предупреждал, чтобы она в него не влюблялась. Тогда
она рассмеялась, но, может быть, в итоге смеяться станут над ней самой.
Полюбить Мака оказалось на редкость легко, но добиться от него взаимности...
вот с этим куда сложнее.
— Мия, — сказал Мак. — Что ты думаешь?
— Я ее беру.
Она берет машину... и берется полюбить мужчину, который может никогда ей не
довериться и не ответить взаимностью.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
На следующей неделе, в пятницу утром, Мак стоял возле стола Мии. У него был
на редкость неловкий вид. Но Мия чувствовала себя еще более неловко. Неделя
оказалась долгой.
Кэти провела у Бриджитт несколько дней. Мия каждый день ездила на работу на
своей новой машине. Каждый вечер она возвращалась к Маку домой, помогала ему
с малышкой, а потом они оба вместе ужинали.
Мии очень хотелось, чтобы они оба знали о ее новых чувствах. Но она не могла
ему рассказать.
Точно так же сейчас ей больше всего на свете хотелось встать на цыпочки и
ласково коснуться его щеки, утешить его, но она не могла так поступить.
Вместо этого она сказала:
— Ты что-то хотел?
— Э-э...
— Да, — сказала она, видя, что он умолк и больше не сказал ни слова.
— Послушай, завтра утром я еду в Питтсбург.
— И ты хочешь оставить Кэти у меня? — Целый день с Кэти... и не будет
постоянного напряжения, которое она чувствовала в присутствии Мака. Ей бы
такое понравилось.
Мия скучала по малышке, потому что день за днем Кэти проводила у Бриджитт.
О, Мия по-прежнему виделась с ней каждый вечер, но ее новые чувства к Маку
делали эти вечера... неловкими. Из-за них Мии было трудно радоваться даже
встречам с Кэти.
Да, было бы прекрасно провести целый вечер только с Кэти, не волнуясь из-за
присутствия Мака.
— Нет, — сказал он, и ее планы рухнули. — Я хочу, чтобы ты поехала со
мной. Ты можешь сесть за руль новой машины и проверить, как она движется по
шоссе.
— Зачем ты едешь в Питтсбург?
— Просто пообедать дома у Зумигаласов. Не так уж важно, если у тебя
есть другие планы...
Но это было важно. Мия поняла, как это важно. Приглашение Мака вовсе не
объяснялось желанием испытать ее машину. Мак хотел познакомить ее с семьей
Зумигалас.
К ним он относился по-особенному. Когда Мак говорил о них или о Чете, его
голос становился мягче. В этом была некая ранимость. Родственная связь.
Ларри Маккензи мог казаться душой компании, но Мия поняла, что у него не так
уж много друзей. От других людей он всегда держался на расстоянии вытянутой
руки. Не сближаясь с кем бы то ни было. Но к Зумигаласам это не относилось.
А теперь он захотел познакомить с ними Мию.
При этой мысли у Мии стало легко на душе, и внезапно у нее появилась
надежда. Может быть, если она встретится с Зумигаласами, то поймет, как они
сблизились с Маком... может быть, она тоже сумеет с ним сблизиться.
— Я бы очень хотела поехать в Питтсбург и познакомиться с ними, если ты
не против. Было бы замечательно испытать новую машину.
— Я знаю, что Кэти не очень хорошо переносит путешествия. Поэтому я
подумал: может быть, лучше взять с собой подкрепление?
Радость Мии поблекла. Он решил взять ее с собой не потому, что хотел с ней
сблизиться, приоткрыть дверь в прошлое. Просто ради удобства. Но она по-
прежнему улыбалась.
— Когда?
— Восемь часов — не слишком рано? Поездка займет около двух с половиной
часов.
— Нет, отлично.
На следующее утро Мия ждала Мака и Кэти, не находя себе места от
беспокойства. Ей предстояло встретиться с людьми, которых любит Мак. Мия
боялась, что ее он никогда не полюбит так сильно.
Может быть, она сможет чему-то у них научиться и поймет, как обрести доверие
Мака. Или обнаружит, что ее чувства к нему объясняются только их долгими
встречами. Как только он найдет Кэти семью, они станут реже видеться и искры
угаснут. Она поймет, что вовсе его не любит. Что ее сильное чувство — всего
лишь иллюзия.
Но, думая об этом, Мия понимала, что не верит сама себе. Ее чувства к Маку
крепли с каждым днем. Он не совершал важных поступков. Нет, дело было в
мелочах. Он купил ей пальто, нашел машину... а как он обращался с Кэти и
сколько занимался благотворительностью!
Возможно, ей было бы легче, если бы это чувство оказалось иллюзией. Но
каждый раз, когда она видела Мака, оно росло, становилось выразительнее и
реальнее.
Мак подъехал к ее дому, и Мия успела надеть пальто раньше, чем он вышел из
эксплорера
. Она временно забыла о своих чувствах и выбежала из дома.
— Ты собралась быстро. Многие девушки заставляют парня ждать, — с этими
словами Мак отцепил от своей машины автомобильное сиденье.
— Я не
многие девушки
, — со смехом сказала она.
Он не стал насмешничать в стиле Ларри, а просто бросил на нее непонятный
взгляд и сказал:
— Нет, по-моему, нет.
Мак перенес Кэти в
чероки
Мии и сел на место пассажира.
Кэти заснула через полчаса.
Мак молчал.
Мия наблюдала, как мимо них проносятся виды сельской местности. Наконец,
когда позади остался Мидвилл, она сказала:
— Итак, расскажи мне о Зумигаласах.
Она сомневалась, что Мак послушается. До этого он рассказывал ей только о
происшествии с санками и говорил, что жил у них, когда учился в школе. Вот и
все.
Неудивительно... Мак почти никогда не упоминал о чем-то личном. Мии
следовало уважать его личную жизнь, но ей, напротив, захотелось вмешаться и
узнать о нем как можно больше. Он промолчал, и она ему подсказала:
— Ты жил у них, когда учился в школе? Это родители твоего друга Чета?
— Да.
— Так какие же они? — Она взглянула на Мака. У него было непонятное, задумчивое выражение лица.
— Мистер Зумигалас — очень молчаливый человек, — наконец признался Мак.
— Он говорит мало. Наверное, поэтому, когда он что-то говорит, его все
слушают.
— А миссис Зумигалас?
— Она не молчаливая.
Мия снова взглянула на него. Он ухмылялся.
— Вообще-то, ты мне ее немного напоминаешь, добавил он.
— То есть я тоже не молчаливая? Вежливо даешь понять, что я болтунья?
— Я? Вежливо? — У него вырвался смешок. — Нет. Я хочу сказать, что,
пока я не познакомился с тобой, миссис Зумигалас была одной из немногих, кто
не боялся со мной спорить.
— И часто тебе такое требовалось? — спросила она.
Он рассмеялся.
— Ты и половины не знаешь. — А потом принялся рассказывать о своей
юности.
Мия выехала на подъездную аллею рядом с аккуратным белым домом. Там оказался
гараж на две машины, а над двумя дверями травянисто-зеленого цвета и между
ними виднелась баскетбольная корзина. Двор был обнесен деревянным забором, а
во дворе росли кусты.
Интересно, подумала Мия, играли ли здесь в мяч Мак и его друг Чет? Она
бросила взгляд на Мака. Да, наверняка играли.
Слева от подъездной аллеи росло дерево. Стояла зима, и на нем не было ни
листочка. Оно не выглядело огромным, но летом наверняка давало немного тени.
Мии было бы нетрудно представить, как под деревом сидит Мак.
— Хорошо быть до... — начал Мак, но поправился:
— ... здесь.
Дома.
Мак не сказал:
Дома
. Он промолчал, и Мия поняла, что это важно.
Они вышли из машины, и Мак вытащил Кэти с заднего сиденья. Парадная дверь
дома распахнулась. Оттуда выбежала темноволосая женщина и кинулась к машине.
— Мак, — сказала она. Ее лицо осветила улыбка.
— Ты не надела пальто, — проворчал Мак, когда она бросилась ему на шею.
— Мак не может не думать о пальто, — со смехом сказала Мия.
Женщина повернулась к ней и быстро оглядела с головы до ног.
— Вы, должно быть, Мия.
— Да, признаю обвинение, виновата. Но, наверное, не виновата во всем
остальном, что Мак рассказал вам обо мне. Он преувеличивает.
— Он говорит, что без вас не смог бы справиться.
— Вот видите, преувеличение. Мак может самостоятельно справиться с чем
угодно.
— Мне очень нравится ваш разговор, — сказал Мак, — но, может быть, мы
внесем малышку в дом?
— О, надо же, где мои манеры? Входите, входите.
Миссис Зумигалас торопливо впустила их в дом и закрыла дверь.
— Так, давайте мне ваши пальто. — Она повесила их в шкаф и крикнула: —
Сэл, они здесь!
Сэл Зумигалас был ниже ростом, чем Мак. Ниже ростом и полнее. Когда он их
увидел, на его спокойном лице появилась улыбка.
— Рад тебя повидать, сынок.
— Хорошо, что мы снова увиделись.
— Заходите и садитесь, — сказала его жена. — Я очень рада тебя видеть,
Мак, но хочу взглянуть на малышку.
Она охала и ахала, когда Мак умело раскутывал Кэти.
— Она красивая. — Миссис Зумигалас протянула руки. — Дай мне ее
подержать.
Мак отдал ей малышку и улыбнулся.
— Я знал, что ты захочешь взять ее на руки.
— Я люблю маленьких детей, — пробормотала миссис Зумигалас и принялась
что-то нашептывать Кэти, которая начала ворковать в ответ.
— И ты ей нравишься.
Когда миссис Зумигалас взяла Кэти на руки, Мия заметила кольцо у нее на
пальце.
— Красивое кольцо, — сказала она.
Миссис Зумигалас улыбнулась.
— Сэл подарил его мне на прошлую годовщину свадьбы. Это кельтский узел.
— Она бросила на мужа взгляд, полный горячей любви.
Мия откинулась на спинку стула и принялась слушать, как Зумигаласы и Мак
разговаривают.
Пожалуй, дело было не в том, о чем именно они говорили. Мия чувствовала, как
сильно они любят друг друга. Впервые в жизни она видела Мака таким
искренним. Мак проявлял свои чувства открыто и честно.
Они были так же связаны друг с другом, как золотой узел на пальце миссис Зумигалас. Они были семьей.
Миссис Зумигалас неохотно отдала малышку обратно Мии и пошла подавать обед.
Мия постепенно привыкала одновременно с едой качать малышку у себя на
колене. Держать Кэти на некотором расстоянии от стола, чтобы она не могла
дотянуться до тарелки.
— Как ловко вы с ней управляетесь, — сказала миссис Зумигалас. — Я
помню, как в детстве Чету нравилось помогать мне, когда я обедала.
— И Кэти тоже нравится, — со смехом сказала Мия. — Сначала мне пришлось
нелегко. Как-то вечером за обедом у меня на коленях оказались спагетти.
Сейчас я бы предпочла, чтобы жаркое осталось в моей тарелке. Оно очень
вкусное.
— Спасибо. Я люблю готовить. Каждый вечер за обедом скучаю по
мальчикам. Готовить только для Сэла и самой себя — совсем другое дело.
— Может быть, вам нужно иметь побольше детей, — сказал Мак.
Миссис Зумигалас рассмеялась.
— Думаю, вряд ли такое случится, дорогой. Дайте-ка я уберу со стола, а
потом подам десерт. Двойной шоколадный торт. Любимое блюдо Мака.
— Перед десертом я бы хотел поговорить с вами обоими, — сказал Мак. —
Мия, ты не против, если я минутку побеседую с ними наедине? — спросил он.
Мия взяла на руки малышку и ответила:
— Конечно. Мы с Кэти-кексиком пойдем поиграть в гостиной. — Она
улыбнулась Маку и вышла из комнаты.
Мак улыбнулся ей в ответ. Наверное, не следовало приглашать Мию, но она была
ему нужна. Маку было нужно видеть ее улыбку, знать, что она рядом.
— Что случилось, сынок? — спросил Сэл Зумигалас, когда Мия вышла.
— Я... — Мак замолчал. Он не знал точно, как сказать о том, ради чего
сюда приехал.
Он много раз мысленно повторял то, что скажет. Перечислял аргументы, как
будто собирался выступать в суде. Но в суде было по-другому. Настал миг,
когда Зумигаласы ждали, что Мак что-то им скажет, а он не мог найти нужных
слов.
— Это насчет Кэти, — наконец выговорил он.
— О, милый, — радостно и торопливо ответила миссис Зумигалас, — она
такая куколка! И сразу видно, что ты ее обожаешь. Мы так за тебя счастливы.
Я столько лет говорила, что тебе нужна семья, верно, Сэм?
Тот кивнул.
— Мне? — недоверчиво спросил Мак. — Ты думаешь, я собираюсь сказать,
что оставлю Кэти у себя?
— А разве нет? — Улыбка миссис Зумигалас поблекла. — Не понимаю, как ты
сможешь ее отдать. Я видела, как ты относишься к ней, и к Мие тоже. Вы трое
ладите друг с другом. Подходите друг другу. Вы — семья.
— Нет, — сказал Мак, громче, чем собирался. Ему не суждено завести
семью. Он это знал. Он думал, что и миссис Зумигалас с ним согласится. —
Нет, повторил он, на этот раз более мягко. — Мия — моя подруга. Если бы ты
попросила меня рассказать о ней пару недель назад, я не назвал бы ее
подругой, но теперь назову. Она — хорошая подруга. А Кэти... ну, ты права, я
полюбил ее. Но поскольку хорошо к ней отношусь, я хочу для нее лучшего.
Значит, обо мне и речи быть не может. Из меня не получится хороший отец.
Мистер и миссис Зумигалас сидели молча и ждали, пока Мак не договорит до
конца. Это у них хорошо получалось. Они умели ждать.
Они ждали когда-то и его, и Мак наконец переехал к ним домой, принял их
заботу и решил у них остаться. Ждали, и он понял свои возможности, доверился
им обоим, последовал их советам и испытал собственные силы.
А теперь они ждали, чтобы он рассказал им обо всем.
— Вот о чем я хотел поговорить с вами обоими. О Кэти, — сказал он.
И снова Мак замялся и не сразу нашел нужные слова. Он сам не мог понять,
почему. Обычно он легко находил слова.
— Я хочу поговорить с вами насчет ее удочерения, — наконец выпалил Мак.
Не давая им времени ответить, он поспешно продолжил: — Я хочу для нее
лучшего. Мог бы ближайшие два месяца заниматься поисками, но никогда не
найду для нее приемных родителей лучше вас. Вы оба...
Мак замолчал. На этот раз у него были нужные слова, но от волнения он
неожиданно начал задыхаться.
— Вы не были обязаны меня воспитывать. Но вы меня воспитали. И ни разу
не дали мне понять, что я вам в тягость. Вы...
— Остановись сейчас же, пока не сказал что-нибудь лишнее. А то мне
захочется тебя отшлепать, сказала миссис Зумигалас.
Отшлепать
— это была ее любимая угроза, когда Мак с Четом учились в школе.
Но Мак хорошо знал, что миссис Зумигалас не ударила бы даже комнатной мухи.
При этой угрозе они всегда улыбались, и, несмотря на смятение чувств, Мак
улыбнулся и на этот раз.
— Послушай меня, молодой человек, — сказала она, грозя ему пальцем. —
Может быть, я недостаточно ясно выразилась, так что стану говорить как можно
короче. Ты никогда не был в тягость. Ты приносил радость. Как только я тебя
встретила, я поняла, что ты особенный. А когда твоя тетя попала в больницу и
ты приехал пожить у нас, я знала, что мне будет нелегко отпустить тебя
обратно к ней. К счастью, она переехала к своему другу во Флориду и
согласилась разрешить тебе жить здесь, у нас. К счастью — потому что ты был
мой. — Она ударила себя в грудь, возле сердца. — Мой. Я знала это. Может, не
я тебя родила, но ты мой — так же, как Чет. Можешь звать меня миссис
Зумигалас, и, может, ты даже думаешь обо мне иначе, но я — твоя мать. В
глубине сердца т
...Закладка в соц.сетях
