Жанр: Любовные романы
Загадочная блондинка
...се утрясется. — Одну неделю.
— Две, — не сдавался он. — Я подумаю, — ответила
она. — Конечно, я люблю внуков, но, честно говоря, подростки такие
несносные.
Шерри открыла дверцу, и Клара наклонилась к ней. — Майка отведет
меня, дорогая. Мне нужно перекинуться с ним парой слов наедине. — Мне
все уже давно известно о сексе, мама, насмешливо заметил Майк. — Это
тебе только так кажется, Майка Томас.
Всего ты не знаешь. — Иронично улыбнувшись, Клара оперлась на его
руку и позволила вытащить себя из машины. Кислород последовал за ней.
— Майка, обещай мне, что в этом браке ты сделаешь все возможное.
— Мама, но это совсем другое... — Я не желаю ничего слушать. Я
уже сказала тебе. Ты женился на этой девочке. Женился! Ты бы не сделал
этого, если бы не любил ее. И даже больше.
Он опустил голову. Ну почему она не хочет понять? — О'кей, возможно,
она мне нравится. Но этого недостаточно. Я не хочу простой привычки.
— Ты выполнишь мою просьбу? — Да.
Она удовлетворенно хмыкнула. — Я не требую, чтобы ты привыкал, я
хочу, чтобы ты попробовал. Ты никогда не найдешь того, кто тебе нужен, если
побоишься рискнуть.
И перестань играть роль ее охранника. Дай Шерри шанс. — Она из Палм-
Бич, этим все сказано. Она здесь выросла, у нее трастовый фонд в двадцать
миллионов, который через несколько месяцев поступит в ее распоряжение. Ты
же знаешь, что это за публика. Эгоистичная до мозга костей. — Я знаю,
как выглядят все эти Бетси, Бабе и прочие женщины. Но она совсем не такая.
Все женщины разные. — Не так... — Он неожиданно замолчал и с
сомнением покачал головой. — Ты бы видела ее отца. Хуже не
придумаешь. Я могу с ходу перечислить две дюжины женщин, похожих на нее.
Я их знаю, мама, мне каждый день приходится иметь дело с такими. —
О'кей, пусть таких, как она, две дюжины. А сколько жителей в Палм-Бич?
Десять тысяч? Так что не надо валить всех в одну кучу. А что сестра Шерри?
Мне она показалась очень милой. — Показалась. Ты ее просто не знаешь.
— Ты тоже. — Мать остановилась на верхней ступеньке перед
дверью и взглянула на него.
Под взглядом ее горящих глаз ему захотелось испуганно сжаться. —
Майка Томас Скотт, я клянусь, если ты не перестанешь жалеть себя и не
попытаешься сделать этот брак настоящим, я превращу твою жизнь в ад. Уж я
тебе покажу! — О'кей, я попытаюсь. Но не ругай меня, когда Шерри
бросит нас с тобой в ту самую минуту, как получит свои деньги. Я здесь буду
ни при чем. — Посмотрим. Я понимаю, почему ты так спокоен за свое
финансовое положение. У тебя тридцать миллионов, и каждый день твое
состояние увеличивается. Хватит себя жалеть, Майка.
Разве он себя жалеет? Он просто осторожен. — Я сказал, что попробую,
мама. Чего ты еще от меня хочешь? — Я хочу, чтобы ты это сделал,
— повторила она. — Не обещал, а сделал. Я знаю тебя, ты всегда
обещаешь, а делаешь, черт возьми, только то, что твоя душа пожелает.
— Ну, зачем же ругаться, мам? — Затем, что ты так поступаешь.
Обещай мне, Майка. — Тебе это не к лицу. Но я обещаю.
Она строго взглянула на него. — Обещаю, — повторил он, поднимая
правую руку.
Строго взглянув еще раз, она смягчилась и потрепала его по плечу: —
Ты хороший мальчик, Майка. Иногда.
Майк открыл ей дверь, поставил внутрь кислород и передоверил ее племяннику,
терпеливо дожидавшемуся на крыльце. — Не забудь, что ты обещал,
— напутствовала его мать, закрывая дверь. Он повернулся и пошел к
автомобилю, в котором его ждала жена.
Его жена.
Он давно ждал, что когда-нибудь произнесет это слово; однажды даже знал,
кто это будет.
Или ему так казалось. Пока она прямо не заявила, что ей нужен не он, а его
банковский счет. С тех пор прошло несколько лет, но он так и не подыскал ей
замену.
И вряд ли Шерри та, кто ему нужен, хоть маме этого очень хочется.
Он обещал матери попробовать сделать так, чтобы на этот раз все сложилось
хорошо. Он попытается, попробует вовлечь Шерри в свою жизнь, но она,
конечно, сбежит, не дождавшись своего трастового фонда и дня рождения в
августе.
Шерри Найленд, а теперь Шерри Скотт, никогда не сможет жить в его мире, так же как он — в ее.
Это легко доказать. Что он и собирается сделать.
Было уже по-летнему жарко, когда они подъехали к дому Майка. Шерри так и не
привыкла считать его своим. Это не ее дом. И никогда не будет. По дороге от
его сестры они молчали, и ей все стало ясно. Ну и пусть.
Она вышла из автомобиля, не дожидаясь, пока Майк откроет дверцу, первой
вошла в лифт и нажала кнопку. Майк хмуро молчал. Интересно, о чем он
думает?
Выйдя на восьмом этаже, они увидели двух девочек-подростков в ярких
купальниках. Майк придержал для них дверь, и девочка со светлыми волосами
крикнула: — Мама, поторопись, лифт уже ждет. Вечно ты копаешься!
— Иду, иду. Не отпускайте его.
В холле появились две женщины в купальниках и накидках. Одна из них,
похожая на светловолосую девочку, несла в руках пляжную сумку с полотенцами
и солнцезащитный крем. — На, намажься, — сказала она дочери,
— а то будешь потом стонать, что обгорела.
Девочка округлила глаза, но крем взяла. — Привет, Майкл, —
поздоровалась женщина, с любопытством рассматривая Майка.
Шерри с удовольствием отметила, что они, по-видимому, знакомы не близко,
раз она не знает, что его зовут не Майкл. И все равно почувствовала легкий
укол ревности. — Отлично выглядишь, — продолжала женщина.
— Где это ты был с утра пораньше, что так принарядился?
Она поправила ему лацкан пиджака, хоть этого и не требовалось. Ее подруга
многозначительно улыбнулась, а дочь еще больше округлила глаза. Вторая
девочка, кудрявая и темноволосая, смутилась. Шерри с трудом удержалась,
чтобы не рассмеяться. — Я сегодня утром женился, — ответил
Майк.
Обе женщины и девочка-блондинка удивленно раскрыли рты. Темноволосая
девочка смутилась пуще прежнего и нажала кнопку, чтобы двери лифта не
закрылись.
Майк усмехнулся и обнял Шерри за талию, крепко прижав к себе. Честно
говоря, она была не против.
Он поочередно представил дам друг другу: — Донна, Ланита, Кэтти и..,
я не знаю, как вас зовут, мисс... — Трейси, — прошептала
темненькая. — Трейси, — с улыбкой повторил он, отчего девочка
тяжело вздохнула. — Это моя жена Шерри Скотт. А эти леди — мои
соседки. Донна живет в 806-й. Ланита и Кэтти — в 808-й.
Шерри улыбнулась и кивнула, но больше ничего не успела сказать — Майк
подхватил ее на руки и понес к своей квартире со словами: — Вы
побеседуете позже, — и захлопнул за собой дверь.
Его улыбка тут же исчезла. Он поставил Шерри посреди гостиной и молча
направился в кухню.
Озираясь по сторонам, Шерри несколько мгновений приходила в себя. —
Зачем ты это сделал? — Как же мы проведем твоего отца, если не убедим
соседей? Хочешь пива? — Нет, благодарю. — У нее все еще
кружилась голова от его неожиданных объятий.
Она пошла за ним в кухню. — Точно ничего не хочешь выпить? —
Майк не отрывал от нее взгляда, а она невольно залюбовалась его стройной
фигурой. — Немного воды со льдом, — попросила она, надеясь
охладить вдруг вспыхнувшее тело.
Шерри достала из шкафа стакан, а Майк вытащил из холодильника лед. Она
налила себе воды и стала пить маленькими глотками. Это занятие немного
отвлекло ее. — Пожалуй, мне надо принести чемодан. — Нет.
— Он выпил еще пива.
Шерри старательно избегала его взгляда. — Что значит это "нет"?
— То, что я сказал: нет. — Он облокотился на кухонную стойку.
— Ты сам за ним сходишь? — Нет.
Ее охватило раздражение. Что с ним? Был отличным парнем. Или так всегда
после свадьбы — отличный парень превращается в тупого тирана? —
Но почему? Мне надо переодеться. — Извини, но по крайней мере в
течение часа нельзя спускаться вниз. — Майк допил пиво и метко
забросил банку в мусорную корзину. — А лучше — двух, —
закончил он. — Почему? — не унималась озадаченная Шерри.
Он вздохнул. — Потому что Донна и Ланита вместе с девочками сейчас в
бассейне. А к гаражу надо идти мимо него. А мы с тобой новобрачные. Теперь
ясно?
Он взмахнул рукой, и на солнце сверкнуло обручальное кольцо. Кольца им дала
Клара, когда они собирались на церемонию. Майк надел кольцо отца, а Шерри
досталось Кларино. Шерри попыталась возражать, ей было неловко надевать
чужое кольцо. Но на новое денег не было, а брать у Майка не хотелось.
— Я понимаю, мы новобрачные. — Шерри потрогала свое обручальное
кольцо. — И что? — А ты действительно выросла в Палм-Бич? Майк
наморщил лоб, пристально разглядывая ее, словно она представляла для него
загадку. — Подумай сама. Мы только что поженились. Я перенес тебя
через порог на руках. Как ты считаешь, чем мы с тобой сейчас должны
заниматься, по мнению соседей?
Она покраснела. Сексом, конечно. — О!
Шерри растерялась. Догадка застряла в голове, вытеснив все остальное. Лучше
бы она никогда не видела Майка раздетым. Теперь она в мельчайших
подробностях представляла, что скрывается под пиджаком и белой рубашкой. И
ей вновь захотелось увидеть его обнаженным.
Увидеть? Ей захотелось прикоснуться к нему. — Пойду переоденусь, в
костюме слишком жарко. — Майк снял пиджак и вышел из кухни. Если
хочешь, я дам тебе какие-нибудь шорты и майку, — предложил он.
— Спасибо, это было бы здорово. — Шерри глотнула еще воды и
направилась в гостиную. Чем бы заняться в эти два часа, чтобы не умереть со
скуки? — Она намеренно повысила голос, чтобы ему было слышно из
спальни.
Майк даже не затруднился ответить. Она обошла комнату, разглядывая полки с
музыкальными и видеодисками. У него была весьма странная музыкальная
установка. Все компоненты системы, за исключением пяти колонок, были разных
фирм. Если включить все колонки одновременно и на полную мощность, то звук
будет слышен даже у бассейна. — Может, посмотрим видео? —
громко предложила Шерри, вглядываясь в названия. Там было все, от
приключенческих фильмов до триллеров, даже несколько комедий. — Ты
какие предпочитаешь? — Выбери, что хочешь. — Майк бросил ей
шорты и майку. Они упали на пол, и она нагнулась за ними. —
Спасибо... — начала она, но взглянула на него, и слова застряли в
горле.
На нем были майка без рукавов и короткие трикотажные шорты. И татуировка
как раз там, где он и говорил. Почему-то она не запомнила плоский живот и
мускулистые бедра, а только спускающуюся вниз по груди тонкую полоску
волос.
Шерри быстро прикрыла глаза и судорожно втянула воздух. Когда она их
открыла, его уже не было в комнате.
Тяжело вздохнув, она пошла в свою спальню переодеваться.
У себя в комнате Майк лег на массивную скамью и принялся выжимать штангу.
Он частенько занимался этим, чтобы поддержать спортивную форму, не
спускаясь в тренажерный зал.
Сейчас ему потребовалась физическая нагрузка, чтобы успокоиться и отвлечься
от мыслей о Шерри. Как она пришла, так и уйдет. И нечего огорчаться.
Сквозь мерный гул кондиционера он услышал, как открылась дверь ее спальни,
потом заговорил телевизор. Майк увеличил нагрузку, добавив к штанге еще
одну насадку, и тут ощутил ни с чем не сравнимый запах Шерри, смешанный с
ароматом дорогих духов. Она стояла в дверях, наблюдая за ним.
На ней была его майка, подвязанная на талии. Надпись на груди мерно
вздымалась и опускалась, шорты открывали бесконечно длинные, красивые ноги.
Майк глядел на нее, не переставая работать со штангой и не замедляя ритма.
Пожалуй, следует остановиться и сказать ей, чтобы она вышла. Но он прикрыл
глаза и молча продолжал упражнения.
Он казался себе щенком, с которым она поиграет и бросит в пасть аллигатору,
когда он ей надоест. Интересно, как бы изменился ее взгляд, если бы она
знала правду?
Он поднял штангу в последний раз и встал. — Ну что, понравилось?
Она безразлично пожала плечом, майка при этом немного спустилась, обнажив
нежную кожу. — Да. — Она немного помолчала. — Не думаю,
что тебя это удивляет.
Он коротко хохотнул, но в смехе послышалась горечь. — Куда мне до
тебя!
Майк увеличил вес штанги еще на пять фунтов. Он возился с ней, дожидаясь,
пока Шерри наконец уйдет. Она не уходила.
Майк не выдержал: — Тебе что-нибудь нужно? — А у нас не
возникнет проблем на работе, раз мы поженились? — Правилами это не
запрещено. — Он ждал.
Уходить она явно не собиралась. Он лег на скамью и приступил к следующей
серии упражнений. — Никто ничего не скажет.
Шерри вошла в комнату и подошла к скамье. — Ты уверен? А что скажет
владелец? — Уверен. Владельцу все равно. — Это была ложь, ему
было совсем не все равно, но он старался об этом не думать. — Откуда
ты знаешь? — Знаю. — Хватит уже этих разговоров. Почему она не
может просто уйти? — Не думай об этом. Тебе не должно быть до этого
дела.
Майк сосредоточился на упражнениях, стараясь удерживать равновесие,
следить, чтобы руки были поставлены правильно. Она залюбовалась им. И не
уходила. — Думаю, ты не прав. То, что касается тебя, касается и меня.
Я теперь твоя жена.
Его охватило раздражение. Он отложил штангу и поднялся. — Только на
бумаге. — Он наклонился к ней. — Ты это понимаешь? Хоть ты и
несла настоящий букет роз, но брак этот фиктивный, а ты — фиктивная
жена, бумажная жена.
Хотя пахло от нее не бумагой. И вся она была вовсе не бумажная. Наоборот,
такая округлая, мягкая, нежная, с золотистой кожей и розовыми губами и
маленьким розовым язычком, который безмолвно и призывно звал, скользя по
губам.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
И тут Майк поцеловал ее, прежде чем сам понял, что делает. Губы у нее были
холодными от воды, которую она пила, но от его ласки тут же загорелись. Она
обняла его за шею, и он теснее прижал ее к себе.
Майк пригнул голову и слегка согнул колени, чтобы стать с ней одного роста,
и она почувствовала, как он возбужден и как страстно ее хочет. Она
отважилась прикоснуться к нему.., и Майк потерял ощущение реальности.
Майк не сразу пришел в себя.
Он отошел на несколько шагов и сел, а вернее, шлепнулся на скамейку, едва
не ударившись головой о штангу.
Шерри не шевелилась. — Что это было? — прошептала она. —
"Бумажный" поцелуй?
Майк попытался закрыть пылающее лицо руками, но донес трясущуюся руку
только до рта, словно хотел стереть с него этот поцелуй. — Должна
тебе сказать, дорогой, — продолжала Шерри, — что ощущения были
вовсе не фиктивные. И поцелуй совсем не "бумажный". Но если ты
настаиваешь...
Она повернулась и вышла из комнаты. Майк растерялся и промолчал.
Через некоторое время он вошел в кухню, где она наливала себе еще воды.
— Послушай, — сказал он, — секс — это не игрушка, в
которую играют, когда нечем заняться.
Это нечто большее, чем физические упражнения. — Тогда зачем ты меня
поцеловал? — Шерри выключила кран, но не повернулась к нему. —
Если бы я знал. — Майк озадаченно взъерошил себе волосы. — У
меня отказали мозги. — А еще что? — Еще что? — Похоже, он
все-таки до конца не пришел в себя, потому что сконфузился. — Ну, что
еще означает секс?.. — Шерри повернулась и взглянула на него. —
Что тебя интересует? — нахмурился он. — Достаточно ли нравиться
друг другу, или нужно любить? Похоже, брака для этого мало.
Что же тогда нужно? — Шерри потеребила губу. — Какая разница,
если этого все равно не случится. — Майк с силой сжал зубы. —
О'кей, замечательно. Но я все-таки хочу знать. Хотя бы гипотетически. Что
еще нужно?
Любить? — Это невозможно измерить и определить. — Почему же?
Ведь ты сам придумал все эти правила. Я просто хочу их знать.
Майк бессильно опустил руки. — Хорошо. Любить. — А если люди
просто нравятся друг другу, то секс исключается? — Да, —
согласился он, просто чтобы не спорить. — А если они очень сильно
нравятся друг другу, но не уверены, что это любовь? И если только секс
поможет им понять, что они любят друг друга? Разве это не будет правильно?
— Да. Почему бы нет.
Она расхаживала от холодильника к раковине, размышляя вслух: — А
вдруг они поддались моменту и их захватила страсть? — Шерри...
— Майк не сомневался, что если она не прекратит говорить о сексе, то
все случится прямо сейчас и прямо здесь, в кухне. Давай оставим это.
Он повернулся и вышел. Но к штанге не пошел. Он не был уверен, что не
уронит ее. Пожалуй, безопаснее находиться в гостиной. — Итак,
полагаю, это означает, что я тебе немного нравлюсь. — Шерри
последовала за ним и уселась на подлокотник кресла.
Майк пристально рассматривал полки с видеофильмами. Нужно выбрать что-
нибудь поспокойнее. — Ты мне нравишься, — пробормотал он.
— Но этого недостаточно для секса. — Шерри, — попросил
он, — уймись. — Все в порядке, это нисколько не задевает моих
чувств. Я привыкла к тому, что не нравлюсь людям. Бебе тоже не особенно
меня любит. — Кто это — Бебе? — машинально
поинтересовался Майк. — Моя мачеха. Ей кажется, что я красивее
Джулианы. А это вовсе не так. Джулиана красива по-своему. Но Бебе все равно
считает, что я красивее, и потому меня ненавидит. — Но я же тебя не
ненавижу. — Он включил телевизор. Лучше спорт. — Но ты тоже
меня не любишь.
Он округлил глаза. — Ты не могла бы перестать? Я тебя очень люблю.
— Но недостаточно, чтобы заняться со мной сексом.
Если он ее задушит, его оправдают. — Дело не в том, люблю я тебя или
нет. Все дело в другом. — А я тебя люблю... И даже очень. —
Сегодня. — И завтра тоже.
Ему не хотелось говорить об этом, но он уже не мог остановиться. — А
что потом, когда ты получишь свои деньги? Ты сразу скажешь "прощай"?
Она притихла. — Ты не можешь этого знать. — Голос звучал
обиженно. — Я уверен. — Откуда такая уверенность? — Ты же
из Палм-Бич, малышка. Ты одна из его жителей. А я — нет.
Да, у него хватает денег, чтобы быть причисленным к жителям этого города.
Но ему этого не нужно. Майк уселся в глубокое кресло. — Я — не
она, Майка, — донесся до него голос Шерри сквозь шум телевизора.
— Кто "она"? — Та, о ком ты думаешь. Которая поиграла с твоим
сердцем и бросила тебя. Одна из тех.., из Палм-Бич. — Не обманывай
себя, малыш. Ты такая же. Он нашел репортаж о бейсбольном матче и поудобнее
устроился в кресле.
Конечно, он немного лукавит. Шерри совсем другая. Она не вышла замуж за
мистера Денежный Мешок. Она много работает, хотя ей тяжело. Не забывая,
правда, при этом об ожидающих ее в конце лета деньгах. — Дай мне
пива, — попросил он, — раз уж ты стоишь.
Серебристая банка пролетела в воздухе и попала прямо в него, он не успел
увернуться.
В следующие несколько дней у них были внешне вполне приемлемые отношения.
Но только внешне. Всякий раз, видя у Майка на голове шишку, Шерри
испытывала чувство вины.
Она вовсе не намеревалась попасть в него и совсем не целилась в голову. А
вышло так, что чуть не убила.
Хотя это вряд ли. У него такая крепкая голова, ее и молотком не пробьешь.
Она у него просто дубовая. Никогда Шерри не встречала таких упрямых
дуболомов. Таг был упрямцем, каких поискать, но и ему далеко до ее
нынешнего мужа.
В понедельник у Майка были дела на острове. Шерри вывела его из себя,
упрямо отказываясь ехать с ним. Она не собирается повсюду таскаться за ним
как хвост. И не намерена ждать его в машине. Хотя не намного приятнее
торчать и в квартире.
В течение нескольких часов она нажимала кнопки, перескакивая с канала на
канал, пока у нее не заболели пальцы. Ничего интересного.
Помыла холодильник. Доела оливки, ореховое масло и крекеры. Больше она не
могла оставаться дома. Шерри взяла полотенце и собралась на пляж.
Футболка и шорты, которые дал ей Майк, вполне подходили.
Шерри немного побултыхалась у берега.
Плавать одной опасно, поэтому она в основном сидела под пальмой и наблюдала
за игрой волн.
Солнце, волны и легкий бриз вскоре освежили ее, прогнали беспокойство и
раздражение, и она отправилась обратно в квартиру Майка.
Когда она подошла к дверям, там стояла Клара.
Шерри была уже почти готова идти на работу и искала сандалии, когда вдруг
вошел Майк.
Он выглядел сногсшибательно в своем черном костюме и серебристой рубашке,
так подходившей к его глазам. — Как все прошло? —
поинтересовалась она, найдя наконец пропавшие сандалии за кофейным
столиком. Она уселась в кресло и принялась их надевать.
Майк пошел к холодильнику. — Только не пытайся изображать
внимательную и заботливую жену. — А что, даже и поговорить нельзя?
— обиделась Шерри, которую стали утомлять установленные Майком
правила. — Почему же, можно. Только без вопросов, вроде: "Как прошел
день, дорогой?" — О'кей, я согласна. — Шерри была готова
швырнуть в него еще одну банку с пивом. Может быть, на этот раз она сумеет
вбить ему в голову что-нибудь разумное? Она с силой сунула ногу в сандалии.
— Поговорим. Твоя мать вернулась домой. Она желает знать, почему мы
не занимаемся сексом.
Майк похолодел. Потом закашлялся. Шерри надела туфли и ждала, пока к нему
вернется голос. — Ты ей это сказала? — выдавил он и опять
закашлялся. — Нет, не я. Мне не пришлось этого делать, она и так
знает. — Что она тебе все-таки сказала? Ты можешь повторить дословно?
— Он наконец обрел нормальный голос. — Дословно? Она спросила:
"Почему вы с Майком не спите вместе?" — А ты? — Я ответила.., я
растерялась и просто не знала, что сказать. Потом ответила, что спим. Тогда
она назвала меня лгунишкой. А я удивилась и спросила: "Откуда вы знаете?" А
она сказала... — Подожди, — остановил ее Майк. — Как ты
сказала? Ты спросила: "Откуда вы знаете?" или "Откуда вы знаете?". —
А какая разница? — Одно дело — сказать "Это не ваше дело", и
совершенно другое — "Вы правы и подловили меня". Ну и как ты сказала?
— Разве я помню? — Чего он пристал? — Ты сама и
проговорилась, — заключил Майк. — Она перехитрила меня. —
Мама любит такие штучки. — Как и ты. Ты тоже только что пошутил. Но
от тебя я этого ожидала, потому что ты мужчина. А она просто пожилая леди.
— Которая меня всему этому и научила.
Шерри вздохнула и швырнула в него декоративной подушечкой. — Ну и что
мы будем теперь делать? — Ничего. — А что делать с твоей
матерью?
Он вздохнул. — Пусть все идет как идет. — Она велела мне
соблазнить тебя. Что, по-твоему, она имела в виду? — Очевидно, то,
что сказала. И когда ты собираешься начать? — А ты этого хочешь?
— А ты? — А ты мог бы не отвечать вопросом на вопрос? —
Не знаю, — насмешливо ответил он.
Шерри засмеялась и швырнула в него еще одной подушкой, которую он поймал и
бросил обратно в нее. — У тебя постоянная склонность к насилию,
заметил он. — Я тут на минутку заскочил в клуб и рассказал, что моя
жена швырнула в меня банку с пивом. Теперь я жертва семейного насилия.
— Ты им рассказал? — удивилась Шерри. — И что же именно?
— Правду. В основном. Ты бросила в меня пивом и промахнулась. Так что
тебе не о чем беспокоиться. — Нет, ты сказал им, что мы поженились?
Это делало их брак гораздо более реальным. — А все и так уже знали. В
тот вечер, когда приходил твой отец, Бруно вышел за мной из клуба и все
слышал. Когда я сказал.., то, что сказал. Теперь все знают, что мы женаты,
и отец оставит тебя в покое. — О'кей. Да, но... — Почему от его
слов ей стало так неуютно? — Больше того, я вписал тебя в свою
страховку, на всякий случай. Как ближайшего родственника. Ты не против?
Он назвал ее ближайшим родственником?
Шерри задохнулась от этой мысли. Когда мужчина заводит разговор о ближайших
родственниках &mdash
...Закладка в соц.сетях
