Жанр: Любовные романы
Невинная ложь
...аключаются в поддержании
порядка на улицах города. И, полагаю, вас, Дэндридж, это может непосредственно
коснуться.
- Я еще не нарушил ни одного закона в этом городе.
- Разве? А клятва, которую вы совсем недавно дали в здании неподалеку от
этого ресторана? А то, что вы потеряли
доверие всех, кто знал вас раньше? Видите ли, Дэндридж, я хотел бы убедиться,
что все это не так, и предпочел бы не
обвинять вас в пиратстве.
Дэн бросил злой взгляд на сидевшего напротив него человека и угрюмо
ответил:
- Я не пират. И сделал лишь то, что мне следовало для спасения жизни.
Примкнул к ним только потому, что не имел
другого способа сохранить жизнь в создавшейся ситуации. Пусть это выглядело
отвратительным. Впрочем, вы все равно не
поймете!
Бен действительно не понимал его, поскольку спокойно жил в Уильямсберге.
Рядом с Лидией...
- И все же это не ответ, - покачал головой Бен, - Скажите, вы нападали на
мирные корабли, не имевшие
отношения к пиратству? Убивали ради добычи? Руководили пиратскими операциями?
- Я не пират, - упрямо повторил Дэн и в несколько глотков осушил свой
стакан.
- А я не дурак, - возразил Чарлтон. - И потому жду от вас честного ответа
на заданные мной вопросы. Вы уверяли
меня и губернатора, будто вынуждены были примкнуть к пиратам, чтобы выжить. Но
как можно примкнуть к пиратам и не
стать одним из них?
- Я выжил! - процедил Дэн.
- Ну и что из того?
Этот вопрос слишком глубоко проник в душу Дэндриджа, и он не пожелал на
него отвечать и даже обдумывать его.
Кем он стал, желая утолить свою жажду жизни? Что сделал с Лидией ради
удовлетворения своей похоти?
Дэн смотрел в глаза своему бывшему однокашнику, а ныне противнику и думал,
что снова должен постараться
выжить.
- Я ведь тоже не дурак. - Он холодно улыбнулся.
- Это мне известно, - ответил Бен.
- Тогда давайте на этом и разойдемся. - Дэндридж поднялся.
Бен тоже встал, но Дэн жестом задержал его:
- И еще вот что. На ужине у моей тети будет шесть человек. Для седьмого
гостя места не предусмотрено.
Бен не отреагировал на эту ремарку. Они расстались без улыбок и
рукопожатий.
Чтобы избежать новых встреч, Дэн решил не возвращаться по Глостер-стрит, а
проник к. дому Лидии через сад. Она
как раз спускалась по ступенькам террасы небольшого летнего домика,
расположившегося вдали от главного строения.
- Вам, кажется, лучше? - спросил он, оказавшись в нескольких шагах от нее.
Лидия взглянула на него и густо покраснела.
- Трусиха! - фыркнул Дэн, - Утеряю, если я захочу вас видеть, то ни
запертые двери ни заборы, ни жадные до
сплетен языки всего Унлшмсберга не остановят меня,
Несмотря на неприятный разговор с Чарлтоном, Дэндридж находился в
состоянии эйфории, ибо сейчас чувствовал
себя в безопасности, если для него и существовала какая-то угроза, то исходила
она только от Лидии. Если бы эта девушка
хотела поведать людям о его пиратском прошлом, то сделала бы это именно сейчас.
Но поскольку до сих пор Лидия никому
ничего не сказала, подобный поворот событий казался Дэндриджу мало вероятным.
Дэн доверял Лидии. Она не предала его и, хотя от этого ничего не выиграла,
хранила страшную тайну. Этот дар,
нежность, бесконечная теплота к этой женщине. Эти чувства не чем не омраченные,
были для Дэна такими новыми, что
поразили его, показались странными, порождая ревность. Ревность же означала
слабость, а слабость грозила смертью -
кровавой и быстрой. Подобные эмоции были чужды Дэну, так как не имели ничего
общего с ежечасным стремлением
выжить, определявшим его поведение. Осуществляя это стремление, Дэндридж достиг
подлинного искусства.
Но ведь Лидия сбежала от него. И кто-то послал его на корабль, полный
пиратов. Нет, он не откажется от принципа
выживания, во что бы то ни стало ради призрачного, ощущения доверия и теплоты!
Лидия следила за Дэном, как олень за охотником. Каждое мгновение она
готова была убежать, однако не делала этого,
сама не понимая почему. Главным был панический страх. Страх потерять моральные
ориентиры, которым она следовала
последние месяцы. Но теперь Лидия думала уже не о Боге, чести и семейной
репутации, а только о Дэне, о том, как его
удержать. Он подчинил себе ее волю...
Но почему так случилось? Ведь Дан не сверхчеловек, а упорный мужчина,
привыкший всегда добиваться того, чего
хотел. Лидия не могла отделаться от него. Он всегда был рядом, если не
физически, то в душе. Почему? Этого Лидия
совершенно не понимала. Ведь у Дэндриджа было много женщин. Она стала еще одной
в длинном списке. Почему бы Дэну
не отпустить ее на все четыре стороны? Собственно, он и должен был так
поступить! Но не делает этого... Он здесь, в
Уильямсбеше, никуда не собирается уезжать и... и хочет ее! Лидия не понимала
всего этого, но... покорялась неизбежному,
ждала, надеялась, верила в него...
Решительно отвернувшись от Дэндриджа, Лидия быстрым шагом направилась по
тропинке к дому. Нет, она не станет
утолять голод, который властно давал знать о себе. Она подавит его и уйдет!
- Не собираетесь ли снова убежать, Лидия?- усмехнулся Дэн, устремившись за
ней. - Вы ведь однажды сделали
это. И что получилось? Неужели вы полагаете, что я забыл нежность ваших рук,
обвивавших мою шею? А вы? Неужели вы
способны выкинуть из памяти то, что произошло между нами? И вы, конечно же,
помните, что мы с вами завтра ужинаем у
моей тетушки.
Об этом Лидия совсем забыла! Нет, никогда она не сможет сидеть за одним
столом с ним, с матерью, отцом и
младшей сестрой! Сидеть и обмениваться улыбками! Это исключено.
Дэн читал ее мысли, как раскрытую книгу. Лидия больше не покинет его.
Возможно, сейчас убежит, желая доказать
ему и себе, что их никогда ничего не связывало, кроме...
Черт побери, но ведь он рискует, придя сюда! И кроме того, Дэн смертельно
устал от этих игр! От того, что Лидия
постоянно отвергает его... Хватит!
- Не вздумайте помешать мне, Лидия! - воскликнул он. - Не забывайте, что
вчера обещали вновь стать прежней
куртизанкой, хотя бы для одного меня! Для всего остального мира сохраняйте
видимость чистоты и невинности, если уж вам
так хочется этого! Но помните о том, что я-то знаю, кто вы на самом деле.
Нет, она не куртизанка! И никогда не была ею. Это ложь! Она скажет ему всю
правду! Скажет, находясь на безопасном
расстоянии от него, при дневном свете и один на один!
- Я совсем не та, за кого вы меня принимаете! - Лидия обернулась к своему
преследователю, следя за тем, чтобы
расстояние между ними не сокращалось.
Но Дэн хотел пробудить в ней не злость, а желание. Да, он ошибался, считая
Лидию куртизанкой. Теперь Дэн знал это.
Он помнил чистый и звонкий смех Лидии и тепло, исходящее от нее. Теперь же
слышал от этой девушки только ложь и
постоянно чувствовал враждебность. Дэн не мог добиться того, чего так хотел. Это
было бы гораздо проще с той женщиной,
которую он помнил, - страстной, неистовой, всегда желавшей его. Именно ту
женщину Дэн так долго искал! Но какой бы
ни была Лидия, он никогда не оставит ее. Потому что она - его доля пиратской
добычи. И именно она ему нужна!
- Не та? - улыбнулся Дэн, стараясь уязвить Лидию. - Разве вы не та
женщина, которая ждала меня в постели и
упрекала за то, что я не спешил к ней? Не та, которая уверяла, что тоскует, не
ощущая меня в себе? Не та, что предлагала мне
себя, когда я ел бифштекс? Неужели это были не вы?
Пока Дэн говорил, в памяти Лидии всплывали картины не такого уж далекого
прошлого. Она помнила все. И
тосковала о прошлом все сильнее и сильнее. Да, той женщиной была она...
Лидия с тревогой посмотрела на выходящие в сад окна дома, опасаясь, как бы
кто не увидел их. Но еще больше она
боялась, что кто-нибудь услышит, что Дэн называл ее обманщицей.
- Не вы ли лежали на столе в моей каюте, предлагая мне себя в качестве
лакомого блюда? - продолжал издеваться
Дэндридж. - И не отведал ли я львиную долю этого блюда? Наконец, Лидия, не мы ли
та самая пара, которая будет завтра
сидеть за одним столом во время званого ужина у моей тетки? Честное слово, я жду
не дождусь этого часа!..
Глава 21
В среду к полудню Анна убедила Лидию встать с постели. Помимо всего
прочего, необходимость помогать Рут и Энни
готовить уроки раздражала ее. Энни громко расплакалась, получив выговор от
матери за то, что никак не могла справиться с
умножением.
Анна полагала также, что работа в саду исцелит Лидию от ее непонятного
недуга. Но та категорически отказалась
выйти из дома. Это было на нее совсем не похоже. Лидия нервничала и волновалась
из-за одежды, поминутно заставляя
Салли отпарывать и снова пришивать кружева к платью. Словом, старшая дочь
доставила матери множество неприятностей,
чего раньше никогда не случалось.
Лидия и сама не понимала, что с ней происходит. Ей было трудно дышать. Она
хотела уйти из дома, но не могла
придумать для этого благовидного предлога. Истина же состояла в том, что Дэн
зная, где ее всегда можно найти. Лидия не
решалась выйти и в сад, поскольку он насквозь просматривался через низкий забор.
События последних дней показали, что в
этом Лидия не ошибалась.
Отец, иногда заглядывавший к дочери через выходившую в аптеку дверь; дал
ей несколько полезных советов и
предложил принять лекарство.
- Она должна принимать его не менее двух раз в день, - наставлял Роберт
мальчика-слугу, передавая ему снадобья
для дочери. - А если станет хуже, то три.
- Наверное, вы правы, сэр, - ответил мальчик, ничего не смысливший в
медицине.
- Это всего лишь настой репейника, гвоздичное масло и цитраль, - разъяснял
Роберт. - Полагаю, ты слышал обо
всех этих снадобьях. Никакого вреда они не принесут, но все же более трех раз в
день их принимать не стоит. Запомни и
передай мисс Лидии. Это очень важно!
Лидия ответила отцу через того же мальчика, что готова регулярно принимать
лекарства, но хотела бы Проведать
доктора Уортона, жившего неподалеку, и предложить ему кое-что из них.
Тогда Роберт сам зашел в комнату дочери и выразил мнение, что посещать
доктора Уортона не нужно. Но Лидия
настаивала на своем. Через несколько минут Роберт уступил.
Посещение доктора Уортона было для Лидии лишь предлогом, чтобы сбежать из
дома в безопасное место, где Дэн не
мог бы отыскать ее. Роберт же не догадывался о причине упрямства старшей дочери,
более типичном для Рут.
Рут напомнила о себе часом позже, придя в аптеку и наябедничав отцу, что
Лидия исчезла. Очень удивленный, Роберт
послал к Уортону Мириам, благо доктор Уортон жил неподалеку. При этом Роберт
наказал младшей дочери напомнить
Лидии, что их ждут к ужину у Пэтси Уэйли.
Мириам дважды постучала, прежде чем дверь открыли. Если бы она не думала,
что Лидия находится там, то, наверное,
решила бы, что в доме доктора Уортона давно никто не живет.
- Я пришла узнать здесь ли моя сестра, мисс Макинтайр, - сказала она
Уортону, когда тот открыл дверь.
- Да, она первой сегодня посетила меня, поэтому нет ничего удивительного в
том, что вслед за ней появились и вы.
Извините, но я не знаю, ушла ли ваша сестра. Чтобы это проверить, придется
подняться по лестнице. А мне это сделать очень
трудно.
- Я сама посмотрю, - ответила Мириам.
- Неужели вы полагаете, что я позволю вам пачкать грязными башмаками мой
чистый пол? Ведь мне, тяжело
больному человеку, пришлось затратить огромный труд на уборку дома. Нет уж!
Извольте подождать здесь, я сам разыщу
вашу сестру.
Дверь закрылась прямо перед носом Мириам. Прошло минут десять. В замке
повернулся ключ, и дверь вновь
отворилась, выпустив из дома Лидию. - Вот и ты наконец-то! - радостно
воскликнула Мириам. - Ну, как чувствует себя
мистер Уортон? Ему лучше? Мы надеялись, что ты здесь не задержишься.
- Я вернулась бы раньше, но милый старик очень нуждается в помощи.
Мириам нахмурилась:
- По-моему, он страдает от болей в желудке. Не понимаю, чем ты можешь ему
помочь? Он отказывается принимать
лекарства?
- Нет, ничего подобного! - поспешно ответила Лидия, бросив тревожный
взгляд на улицу и не закрывая дверь,
чтобы в случае опасности спрятаться за ней. - Он очень неуверенно стоит на
ногах, сильно ослабел и... И вообще нуждается
в постоянном уходе. Но экономка слишком занята домашними делами, а потому не
успевает помогать Уортону. Вот я и
решила позаботиться о нем сама. Это мой христианский долг, Мириам!
- Ты права, Лидия. Но как же быть с сегодняшним ужином у миссис Уэйли? Как
я поняла, ты не пойдешь туда?
- Боюсь, не смогу.
- Ну, тогда давай на время расстанемся. Я расскажу папе, что у тебя здесь
неотложные дела. А когда ты все-таки
освободишься?
- Наверное, к тому времени, когда вы все вернетесь от миссис Пэтси. Прошу
вас всех: не беспокойтесь обо мне.
- Хорошо.
И Лидия закрыла за Мириам дверь.
Вернувшись домой, Мириам рассказала о разговоре с Лидией. То, что та не
будет на званом ужине, привело всех в
уныние. Анна написала записку Пэтси, сообщая, что на ужине будет одной гостьей
меньше, а потому она может сделать
соответствующие поправки в расписании вечера и в меню. При этом Анна подумала,
что все это, возможно, даже к лучшему.
Вполне вероятно, что Бог оберегает их дочь от встречи с Дэндриджем Прентисом.
Родителей Лидии не на шутку тревожили
ее отношения с этим человеком.
Анна поделилась своими соображениями с Робертом. Молча выслушав жену, тот
согласился, что необходимо
наблюдать за Лидией, однако сделал из услышанного собственные выводы. И в первую
очередь решил во время ужина
внимательнее присмотреться к Дэндриджу...
Пэтси разочарованно прочитала записку Анны и тут же распорядилась убрать
один стул из гостиной, где стоял
накрытый для ужина стол с белоснежной скатертью.
Итак, Лидия Макинтайр на ужин не придет! Пэтси восприняла это как
неожиданный удар. Дэндридж почти весь день
провел на корабле. Чем он там занимался тетушку не интересовало, но племянник
вернулся, домой в приподнятом
настроении. Пэтси не знала, отнести ли это к предстоящему ужину или каким-то
приятным событиям на "Драконе". Так или
иначе она возлагала большие надежды на встречу с Макинтайрам и, надеясь женить
Дэна и тем самым привязать его к
берегу. Приманкой должны были стать две старшие дочери Анны. А теперь, после
отказа Лидии, оставалась только одна.
Правда, Мириам была моложе Лидии, к тому же очень живая и на редкость
хорошенькая...
Дэндридж, необычайно красивый в своем новом черном камзоле, спускался по
лестнице в гостиную, когда раздался
стук в парадную дверь. Это пришли гости. Пэтси бросилась встречать их, но на
секунду задержалась у лестницы, желая
сообщить Дэну, что Лидии не будет. Стук повторился. Заставлять гостей ждать на
пороге было бы неприлично. Поэтому
Пэтси не удалось перекинуться словом с племянником. К тому же на объяснения с
ним по этому поводу времени не было. Он
сам все поймет, .как только откроется дверь. И тогда, возможно, обратит внимание
на Мириам.
- Добрый вечер, мистер Макинтайр, добрый вечер, миссис Макинтайр, -
засуетилась Пэтси, когда слуга открыл
дверь и гости переступили через порог. - Как мило, что вы пришли!
- Спасибо за приглашение, миссис Уэйли, - с легким поклоном ответил
Роберт. - Разрешите представить вам нашу
дочь Мириам.
- Добрый вечер, мадам, - церемонно присела девушка.
Пэтси бросила быстрый взгляд на Мириам, отметив, что у нее нежный цвет
лица, классическая фигура и красивая
высокая грудь. Едва ли Дэндридж найдет во внешности Мириам какой-нибудь изъян.
Но почему он вдруг так нахмурился?
- Это мой племянник, Дэндридж Прентис, - начала Пэтси, - которого я очень
люблю и глубоко уважаю. Дэн,
познакомься, пожалуйста, с мистером и миссис Макинтайр и их дочерью Мириам.
Дэндридж слегка улыбнулся и галантно раскланялся.
- Тетя, - обратился он к Пэтси, - насколько мне известно, вы послали
приглашения четверым членам этого
уважаемого семейства. А где еще одна дочь мистера и миссис Макинтайр?
Дэндридж задал вопрос очень вежливым тоном, и только Роберт уловил, что у
него чуть дрожит голос. Ему показалось
странным, что этот совершенно незнакомый им человек так озабочен отсутствием
Лидии.
- Ты прав, Дэн, - поспешила объяснить тетушка Пэтси. - Наши гости
действительно хотели прийти вчетвером. Но
поскольку ты совсем недавно вернулся с корабля, я не успела сообщить тебе, что
неожиданно наши планы претерпели
изменение. Мисс Лидия отказалась нанести нам визит и просила извинить ее.
- Она заболела? - учтиво спросил Дэн.
- Нет, сэр, - ответил Роберт, - Лидия здорова. Но ей приходится ухаживать
за тяжело больным человеком. И
именно сегодня он особенно нуждается в ее помощи. Поэтому Лидия отказала себе в
удовольствии воспользоваться
любезным приглашением вашей тетушки.
- Вы имеете в виду мистера Уильяма Уортона? - спросила Пэтеи.
Роберт кивнул:
- Лидия поддерживает порядок в его доме, поскольку экономка мистера
Уортона - женщина крайне неряшливая, да
к тому же еще и сварливая.
- Вы должны гордиться такой дочерью, мистер Макинтайр, - заметила Пэтси.
Дэн отвернулся от гостей. Чертова кукла эта Лидия! Нашла время заниматься
благотворительностью! И почему
именно сегодня? Нет, он выбьет все это из нее - чувство долга, претензии на
невинность и так называемую чистоту!..
Сорвет с нее все эти маски, скрывающие настоящее лицо! Проклятие!
- Простите, - прервала размышления племянника тетушка Пэтси. - Я,
наверное, плохая хозяйка, коль скоро
заставляю вас так долго ждать в прихожей, тогда как горячий ужин уже на столе.
Признаюсь, за многие месяцы после
кончины моего незабвенного супруга я не устраивала званых вечеров. А теперь
прошу вас - пройдите в гостиную и садитесь
к столу. Все разговоры мы продолжим за ужином.
Что бы ни говорила миссис Уэйли, стол оказался роскошным. На нем сверкали
серебряные приборы и хрусталь.
Поражал великолепием и дорогой китайский сервиз. В середине стола красовались
причудливой формы бутылки с самыми
дорогими и изысканными винами. Стулья были орехового дерева с затейливой
резьбой. В канделябрах на стенах горели
свечи. В центре же стола, в тяжелом медном подсвечнике, горела одна огромная
свеча.
Вся эта роскошь поразила Мириам.
Не успели гости и хозяева расположиться, как слуги внесли блюда с жареной
свининой, курами, индейками, рыбой.
Были поданы разнообразные колбасы, ветчины и устрицы.
Тетушка Пэтси, чуть склонившись к Дэндриджу, шепнула ему:
- Веди себя достойно. Не хмурься и не строй недовольных мин; Нельзя
обижать гостей!
Дэн ничего не ответил, но, чтобы успокоить тетушку, решил, следовать всем
правилам этикета, несмотря на полное
равнодушие к стоящим на столе яствам и деликатесам. Он также дал себе слово не
вступать в какие-либо споры. Дэн хотел
видеть только Лидию. Видеть сейчас... Здесь...
- Мистер Прентис, - заговорил Роберт, - кажется, вы состоите на службе у
губернатора Спотсвуда и выполняете
его задания. В том числе опасные, связанные с операциями на море. Как вам
живется на корабле? Вы довольны своей
службой?
- Да, сэр, очень доволен.
Тетушка Пэтси бросила на племянника убийственный взгляд. Глупый мальчишка!
Неужели он забыл, чего они от него
ждет за этим ужином?
- Мой отец частенько говорил, что некоторые созданы для службы на море, -
улыбнулся. Роберт. - Страсть к
морской стихии похожа на болезнь.- Вы согласны?
Дэн посмотрел на тетушку и чуть не расхохотался. Глаза ее горели гневом.
Но он сдержался и решил немного
потрафить Пэтси. Конечно, Лидия уверена, что перехитрила его, уклонившись от
встречи. Не беда! Надо только чуть
подождать. Ведь он знает, где она! И их встреча лишь немного откладывается.
Взглянув на Роберта, Дэн ответил;
- Да, сэр. С тех пор как я себя помню, море всегда завораживало меня. И с
самого детства мне больше всего на свете
хотелось переплыть через океан. Но тетя Пэтси может подтвердить, что я никогда
не обучался морскому искусству, хотя был
рожден для этого.
- Вам повезло, что вы нашли путь служить своему отечеству с максимальной
для него пользой и одновременно
исполнили самые сокровенные устремления своей души, - сказал Роберт. - Не
всякому это удается! - Сделав короткую
паузу, он добавил: - А вот у моей дочери Лидии нет тяги к океанским просторам.
Она не так давно вернулась из морского
путешествия, полная весьма отрицательных впечатлений.
Дэн напрягся. Не говоря ни слова, он, смотрел на Макинтайра, пока тетушка
Пэтси не нарушила затянувшегося
молчания.
- Я очень хорошо помню ее возвращение, - проговорила Пэтси. - Лидия
выглядела больной и несчастной. Я знаю,
что она плавала не ради удовольствия, а желая помочь тяжело больной женщине -
близкой родственнице. Тем не менее для
вашей семьи было бы лучше, если бы Лидия оставалась дома.
- Пожалуй, - кивнула Анна. - Полагаю, и она считает так же.
- Возможно, для некоторых это хотя и тяжелое, но желанное испытание, -
возразил Дэндридж.
Пэтси, придерживавшаяся полностью противоположного мнения на этот счет,
гневно сверкнула глазами на
племянника, снова посмевшего ослушаться.
- Мне не трудно поверить вашей дочери. - Она поднесла ко рту вилку с
зеленью. - Тяжелая, одинокая жизнь с
плохой пищей и отвратительной компанией.
Прошу вас, не оскорбляйте мой слух баснями о "зове моря" - этими бреднями,
выдуманными теми, кто соблазняет в
портах молодых людей наниматься на корабли. Гнусный обман, и ничего больше!
- Но ведь ваш племянник отнюдь не обманывался, когда решал стать моряком!
- мягко возразил Роберт. -
Британии нужны смелые люди, которые плавали бы по морям и защищали на океанских
просторах ее интересы. Мистер
Прентис прав: пиратов надо карать и освобождать от них наши морские пути.
Надеюсь, сейчас пиратов, нападающих на
мирные суда, стало меньше, чем до начала вашей благородной деятельности? Или
напротив - еще больше?
Дэн улыбнулся и сделал маленький глоток вина.
- Число пиратов растет постоянно. Поэтому я всегда занят по горло.
Роберт откусил кусочек жареной утки и внимательно присмотрелся к человеку,
сидевшему напротив него. Судя по
одежде и манерам, это был, несомненно, джентльмен. Но в нем угадывалось и что-то
другое. Бросающаяся в глаза
физическая сила наводила на мысль о жестокости Дэндриджа Прентиса. Эта сила
ощущалась так явственно, что, казалось,
подавляла всех собравшихся.
Роберт взглянул на жену и дочь, вкушавших изысканные блюда и оживленно
беседовавших о чем-то с хозяйкой дома.
Они не выказывали никакого интереса к племяннику тетушки Пэтси. Роберта это
поразило!
- Вы избрали весьма тяжелый и опасный путь в этой жизни, мистер Прентис, -
заметил Роберт.
Женщины прервали разговор и удивленно взглянули на Макинтайра.
Дэн снова улыбнулся, поднял свой бокал и посмотрел сквозь него на ярко
горевшую свечу в центре стола. Красное
вино в бокале потемнело, приняв кровавый оттенок.
- Этот путь привычен для меня, поскольку я следовал по нему много лет,
мистер Макинтайр. Чувство опасности
притупилось. А свою работу я не считаю слишком рискованной и трудной.
- Чувство опасности может притупляться, но опасность от этого не
уменьшается, напротив, увеличивается, -
возразил Роберт. - Либо человек в этом случае теряет бдительность. Так что
хорошо освоенный путь не всегда безопасен.
Дэндридж пристально посмотрел на своего гостя, уловив в его тоне
подозрительность. Но любое подозрение, чтобы
стать обвинением, должно подкрепляться фактами. А фактов у Макинтайра, очевидно,
не было. Лидия же никогда ему их не
предоставит. Дэн доверял ей и полагался на нее.
- Меня можно обвинить в чем угодно, - пожал плечами Дэн, - но только не в
утрате бдительности. Человек моей
профессии не вправе себе этого позволить, сэр.
- Вы видели много пиратов, мистер Прентис? - включилась в разговор Мириам,
весьма заинтересовавшись теперь
этим статным, красивым джентльменом, добровольно посвятившим свою жизнь опасной
деятельности на благо своей
страны.
Дэндридж непринужденно засмеялся.
- Да, мисс Макинтайр, я видел много, очень много пиратов. Они ужасны! А
потому мне так приятно сидеть сейчас в
столь милом обществе.
Мириам покраснела от смущения.
- Пираты действительно так кровожадны, как о них рассказывают, и никогда
не раскаиваются?
Снова улыбнувшись, Дэн украдкой просил взгляд на отца этой очаровательной
девушки.
- Я не хотел бы вам этого говорить... боюсь ранить вашу тонкую и еще
совсем юную душу, но... Пираты - злобные,
не знающие пощады существа, убивающие людей без всяких угрызений совести.
- И, при такой жестокости они лишены даже чувства стыда или раскаяния? -
осведомилась Мириам, потрясенная
его словами.
- Я не встречал ни одного раскаявшегося пирата, . мисс Макинтайр.
- Но, мистер Прентис, многие грешники исправляются, обратившись к Богу, к
его безграничной любви и высшей
справедливости. - Роберт Макинтайр вступил в разговор, желая оградить от
подобного спора свою неопытную дочь.
- Вы хотите сказать, что Бог может полюбить пирата, мистер Макинтайр? - с
вызовом спросил Дэндридж. - Вряд
ли такое возможно!
Роберт улыбнулся:
- Честно говоря, это выше моего понимания, сэр! Человек должен признавать
не только Всемогущего Бога, но и
Всемилостивейшего. Грешат все без исключения, будь то пират или аптекарь.
- Прошу вас, мистер Макинтайр, - вмешалась Пэт-си, - не сравнивайте вашу
благородную профессию с разбоем. Я
очень сомневаюсь, чтобы пирату когда-нибудь удалось искупить свои грехи. Это
мерзавцы, заслуживающие самого сурового
осуждения!
Заметив злобу в глазах Дэндриджа, Роберт возразил:
- Но пират все же человек, мадам! Значит, и он способен искупить свои
грехи. А это может победить даже саму
смерть!
- Ваш аргумент не лишен логики, - заметила Пэтси. - Но я с большей
готовностью приняла бы его, если бы знала
хоть один пример того, как пират искупил свои грехи.
Роберт улыбнулся, но ничего не ответил. Он полагал, что поверить
увиденному своими глазами очень легко. Гораздо
труднее принять на веру то, чего никогда не видел. На это способен лишь глубоко
верующий человек, каковым Макинтайр
считал и себя.
Ужин завершился десертом из свежих ягод - черники, ежевики, клубники,
смородины, а затем - чаепитием с
больш
...Закладка в соц.сетях
