Жанр: Любовные романы
Фейерверк
... сюда. В этом городе негде скрыться, если ты
носишь фамилию Таггарт, слухи здесь распространяются с быстротой лесного
пожара. Едва только за ней захлопнулись двери, как уже полгорода знало, что
Мэг Таггарт сидит в салуне.
Она старательно убеждала себя, что ее не волнует, узнает об этом Джесси или
нет, а то, чем она занимается, его больше не касается, тем более если она не
выходит за рамки приличия. Но она решила, что из уважения к его популярности
не станет переходить грань, не станет причинять неприятности ни ему, ни
себе, тем более по такому поводу. А уж встречи в баре с его лучшим другом,
хоть и с таким поганцем, как Джо Боб, надо избежать любой ценой.
Поэтому Мэг схватила свой пакет и сумочку, желая только одного — исчезнуть.
— Рада была вас повидать, — пробормотала она, шаря в кармане в
поисках мелочи, чтобы заплатить бармену. — Сколько с меня?
Шум в дверях приковал ее внимание, и она испуганно и смущенно подняла
голову, чувствуя, что встречи с Джо Бобом не избежать.
Но она ошибалась. Впереди шумной и веселой компании шел Джесси Джеймс
Таггарт.
Он сразу увидел Мэг, и между ними завязался напряженный разговор. Но лишь
половина его — произнесенная вслух — была ясна окружающим, остальное же не
предназначалось для посторонних.
— Привет, дорогая! Я и не знал, что ты сегодня будешь в городе. —
(Какого черта ты сидишь здесь и напиваешься средь бела дня?!)
— Мне понадобилось кое-что купить. Я уехала вскоре после тебя. —
(Если бы ты хоть когда-нибудь бывал дома, поблизости, ты был бы в курсе моих
планов. Вечно ты шатаешься со своими дружками.)
— Старик Билли хорошо тебя принял? — (Не считая того, что теперь
он начнет потчевать своих завсегдатаев байками о женушке ДжиДжи Таггарта.)
— Да, конечно. И Сьюзи с Лорел — тоже. — (Сьюзи-то знала, где ты,
а вот я не имела ни малейшего представления. Как по-твоему, мне это
приятно?)
— (Точно так же, как и мне, оттого что я встретил тебя здесь.) — Тебе
заказать что-нибудь?
— (Ну, уж не надо, я же не пьяная! Всего один бокал вина, и то я к нему
не притронулась!) — Я взяла себе пакетик чипсов, но не успела даже
попробовать.
— Сейчас Билли выставит угощение для парней Джо Боба. Наверняка для
тебя найдется что-нибудь получше, чем чипсы. — (Боюсь, правда, что ни
супа из птичьих гнезд, ни фрикасе из комариных ножек не будет.)
— Не стоит беспокоиться. Я уже собиралась уходить. — (Выпусти меня
отсюда, иначе я...)
Джесси перегнулся через стол, за который они пересели, чтобы хоть как-то
уединиться. Он накрыл ее руку своей и показался ей совершенно беззащитным.
— Подожди. — Казалось, это слово вырвалось у него против
воли. — Останься. Я согласился помочь Джо Бобу с его пижонами,
поскольку ты не хочешь со мной разговаривать. Сейчас мы по крайней мере хоть
как-то разговариваем.
Мэг посмотрела на их руки, лежащие на столе. Она машинально повернула свою
руку ладонью вверх, и их пальцы переплелись.
Да, он прав, последние дни были ужасными. Что плохого, если она задержится
на несколько минут? Вокруг люди; лучше уж здесь, чем дома одной. Она
вздохнула.
— Хорошо, — сказала она сухо. — Останусь ненадолго. Я бы с
удовольствием съела что-нибудь. Спасибо, что предложил.
Улыбка осветила его лицо — и все вокруг.
Джесси не отходил от нее ни на шаг, и даже Джо Боб не уговорил его
рассказать доверчивой публике парочку небылиц. Лорел допила пиво и вернулась
на работу, а Джесси и Мэг остались.
По обоюдному молчаливому согласию они избегали затрагивать взрывоопасные
темы. Говорили о погоде, об отсутствии дождей, о салате, который Мэг
приготовила вчера на ужин. И не вспоминали ни о сложности их отношений, ни о
том, что спят врозь, ни о сыне.
Кто-то опустил монету в музыкальный автомат, и Джесси предложил:
— Пойдем потанцуем.
Мэг протянула ему руку, но тут же отдернула. Она смотрела во все глаза,
пытаясь понять, что у него на уме. Тут к ним подлетела Сьюзи и спросила
вкрадчиво:
— Ты не против, если я украду твоего красавца мужа всего на один танец?
Мэг была очень даже против.
— Извини, — сказала она и взяла Джесси за руку.
Лицо его расплылось в улыбке, которую она так любила, и он повел ее на
маленькую танцевальную площадку в конце зала. На Сьюзи он даже не взглянул.
Ни с кем Мэг не танцевала так, как с Джесси. Это началось с того самого
первого их танца в Эспене. Нельзя сказать, что он был блестящим, виртуозным
танцором, просто у них было одинаковое чувство ритма и двигались они
слаженно. Он с легкостью и природной фацией вел ее в танце, а она следовала
за ним. Во время танца между ними возникало взаимопонимание, не требующее
слов.
Поддавшись настроению, Мэг почувствовала, что напряжение исчезает, но ему на
смену приходит другое, куда более опасное чувство.
— Смена партнеров! Давайте, быстро, меняемся партнерами!
Мэг очнулась. Она и не заметила, что танцевала с закрытыми глазами,
прижавшись щекой к плечу Джесси. Хриплый голос Джо Боба ее отрезвил. Она не
успела даже возразить, как тот сгреб ее в охапку, а Сьюзи обвила руки вокруг
шеи Джесси.
Мэг поймала недовольный взгляд мужа, но тут Джо Боб так сжал ее в своих
медвежьих объятиях, что едва не сломал ребра. Он быстро повел ее на другой
конец площадки, ни на миг не ослабляя хватки.
— Мне нечем дышать!
В конце концов Мэг удалось протиснуть руки и толкнуть его в грудь. Но Джо
Боб не сдавался. Он быстро оглянулся, и Мэг посмотрела туда же.
Сьюзи, с мечтательным выражением на размалеванном лице, буквально повисла на
Джесси. А тот, похоже, танцевал с опаской. Но сколько нужно осторожности,
когда к тебе липнет полуголая красотка!
— Жаль, что я не знала, — промямлила Мэг.
— Чего не знала, дорогуша? — Джо Боб еще несколько раз крутанул ее
в танце.
Какой ты поганец! — подумала Мэг, а ему сказала первое, что пришло в
голову:
— Что вы сюда заявитесь.
— Да уж, твой старик был порядком удивлен, увидев тебя здесь, — радостно заметил Джо Боб.
— Мой муж, а не старик. Не называй его так.
— Прости, Мэгги. Как его ни назови, а у вас все-таки занятная семейка.
Он глазам своим не поверил, увидев, как ты напиваешься в разгар дня.
— По правде говоря, мне нравится выводить его из себя. — (Нет
никакого смысла объясняться с этим шутом.)
— Вот именно, Мэгги, сердце мое, именно этим ты и занимаешься.
Музыка кончилась, но так сразу он ее не отпустил.
— Слышал, ты в скором времени возвращаешься в Бостон.
Мэг остолбенела. Неужели Джесси обсуждал с Джо Бобом их личные дела?
— Возможно, — проговорила она ледяным голосом. — А почему ты
спрашиваешь?
Он пожал плечами, но взгляд его стал еще более цепким.
— У меня на ранчо в субботу вечером будет большой пикник. Ты меня очень уважишь, если придешь.
— Да ты шутишь!
— Смотри, как знаешь. Джи-Джи обещал быть.
— Нет!
Как ошпаренная, она вырвалась от Джо Боба. Значит, в их последний день
Джесси собирался пойти куда-то один? Из этого можно сделать вывод, как он к
ней относится.
Джо Боб бросил многозначительный взгляд в сторону Джесси, с головой ушедшего
в беседу с белокурой стервочкой.
— Вот что, мадам! Джи-Джи был моим другом еще тогда, когда о твоем
существовании и понятия не имел, он останется моим другом, когда тебя уже...
— Он осекся, испугавшись, что зашел слишком далеко. — Ладно, не хочешь
— можешь не приходить. Только не говори, что я тебя не приглашал.
Он хотел увести ее с танцевальной площадки, но Мэг осталась стоять на месте.
— К чему это ты клонишь? Я знаю, ты злишься, что я испортила твою шутку
с
чили
там, на празднике...
— С чего бы это я стал злиться из-за такой ерунды?
— Действительно, не с чего. А разве не изза этого на следующий день ты
заявился с утра пораньше и утащил Джесси?
— Надо же такое придумать!
Джо Боб, казалось, был возмущен таким предположением, но Мэг ему не
поверила.
— У меня бы лошадь сдохла, как пить дать, если бы Джесси не помог ее
вытянуть...
Он замолк и уставился на Мэг. Она невольно улыбнулась. Так, значит, Джесс
помогал Джо Бобу с лошадью? Тогда какого черта он не сказал?
Джо Боб криво усмехнулся:
— А ты и не знала?
— Нет.
— Два — один в мою пользу.
Когда Джо Боб грузил свою ораву в автобус, чтобы возвратиться на ранчо,
Джесси отказался ехать с ними.
— Я поеду домой с Мэг, — заявил он, хотя об этом у них и речи не
было. — Завтра заеду за лошадью.
Джо Боб был явно разочарован, но не мог ничего возразить, чтобы не выглядеть
капризным ребенком. Зато за Сьюзи дело не стало.
— Увидимся в субботу вечером, на пикнике, — промурлыкала она.
Джесси пожал плечами.
— Я не забуду твои слова, — нежно произнесла Сьюзи и так глубоко
вздохнула, что ее грудь четко проступила под черным эластичным кружевом.
Мэг с раздражением смотрела, как Сьюзи, покачивая бедрами, направилась к
выходу. Джессу пора бы уже знать, что подобные ситуации требуют разъяснений.
Вот только снизойдет ли он до этого? А я — стану требовать объяснений? Или
ласково его спрошу? Или начну умолять?
Джесси вздохнул:
— Опять у тебя такое выражение лица...
— Какое? — спросила она сквозь зубы.
— Что-то вроде:
ты мне за это заплатишь
.
Он отодвинул стул и встал.
— Я готов заплатить, но только за ужин. Пойдем чего-нибудь перехватим в
Аламо
.
В противном случае, как она понимала, придется возвращаться домой. А там они
или будут ругаться — что неприятно, или не будут ругаться — что небезопасно.
В общем, предложение пойти в
Аламо
показалось ей удачным.
Официантка убрала тарелки и подала кофе.
Мэг вздохнула и виновато улыбнулась Джесси.
— Я объелась, — призналась она. — Но все было так вкусно!
— Да, здесь знают толк в бифштексах.
Джесси бросил в чашку ложку сахара и стал размешивать. На Мэг он не смотрел.
— Я был... немного удивлен, встретив тебя в салуне у Билли.
— О, ради Бога! — Мэг в раздражении откинулась на спинку
стула. — Не волнуйся, я отнюдь не злоупотребляла алкоголем. А что
касается сюрпризов, так до твоего прихода я и знать не знала, что ты
помогаешь Джо Бобу нянчиться с этими пижонами.
Он нахмурился.
— Не заводись. Просто мне самому хотелось сводить тебя к Билли. Как я
понял, тебе нравятся такие места, со всякими старинными штучками и
атмосферой Дикого Запада. Там, конечно, не все так выдержано в стиле, как в
Шоудауне, но все-таки свое очарование есть.
Немного успокоившись, она сидела и вертела на блюдце кофейную чашечку.
— Меня почему-то потянуло туда, наверное, потому... — она искоса
взглянула на него, — потому что не хотелось возвращаться домой. Не
знаю, как ты, а я уже порядком устала.
— Вот именно! — Он удрученно кивнул. — Мэг, что мы делаем
друг с другом? Ты меня довела до того, что я перестаю понимать, что я и где
я.
— Вот это новость! Уж ты-то ведешь себя так, как будто всегда знаешь,
что делаешь, хотя и не считаешь нужным поделиться этим со мной.
— Надо же! — Он смотрел на нее вызывающе. — Что ж ты тогда за
меня пошла, раз мне так не хватает утонченности? Мне иногда кажется, что мой
невозмутимый братец-законник тебе подходит больше, чем я!
— Я познакомилась с вами одновременно и выбрала тебя!
— А почему так получилось? — в упор глядя на нее, спросил Джесси.
— Ты и сам знаешь, — глухо отозвалась она.
— Черт побери! Раньше думал, что знаю. Но теперь я ни в чем не
уверен. — Он снова плюхнулся на стул и повторил в глубокой
задумчивости: — Так почему же ты за меня вышла?
— Потому что, едва тебя увидев, я поняла, что такое любовь с первого
взгляда, — выпалила она. — Послушай, Джесси, всего за две недели
что мы могли узнать друг о друге? — Руки ее дрожали, и, чтобы как-то
унять дрожь, она сжала их в кулаки. — Во всем виноват ты. — В ее
голосе зазвучали обвинительные нотки. — Это ты сделал мне предложение.
Бун пытался тебя отговорить, но ты, наверное, об этом не любишь вспоминать.
Это мне надо спрашивать — почему. Так почему ты это сделал, Джесси? Почему
ты на мне женился?
Он тяжело вздохнул и закрыл глаза, словно пытаясь что-то вспомнить.
— Мне казалось, я знал, что такое страсть. А встретив тебя, я понял,
что ни черта до этого не знал. Я хотел тебя так сильно, что у менязубы
сводило. Мне казалось, что так будет вечно. А ты была слишком молодой,
слишком избалованной и упрямой.
— Мне было двадцать лет, и замуж я не собиралась. — Она пристально
смотрела на остывающий в чашке кофе. — Допустим, я была немного
избалованна, но что касается упрямства, так этому я могла бы поучиться у
тебя.
— Возможно, ты так и сделала. Значит, ты чертовски способная ученица.
— Что, плохой кофе, Джи-Джи?
Они ошарашенно уставились на возникшую рядом с Джесси официантку. В руках
она держала кофейник.
— Нет, все в порядке. Просто мы разговариваем.
— Можете не торопиться. — Официантка улыбнулась и отошла.
Джесси взял чашку, отхлебнул и продолжил, словно их и не перебивали:
— Я тоже не был образцом зрелости в свои двадцать четыре. Просто я
думал, что мы оба повзрослеем и что вместе нам будет легче. А когда ты
ушла...
У Мэг перехватило дыхание, и она не сразу смогла ответить. Наконец она
прошептала:
— Ты же знаешь, почему я ушла.
— Да, но долгое время мне казалось, что должна быть еще какая-то
причина. Это было так глупо.
— Только не для меня.
— Неужели ты думаешь, что я не понял в конце концов? — Казалось,
он совершенно вышел из себя. — Но тогда я ждал, что скоро ты одумаешься
и вернешься домой.
— А я ждала, что ты одумаешься и приедешь за мной.
— Я ни перед кем ползать не стану, Мэгти. Даже перед тобой.
Его мрачный вид говорил о том, что они снова зашли в тупик.
— Мне не нужно было, чтобы ты унижался, — медленно проговорила
она. — Меня огорчило, что ты даже не сделал попытки к примирению.
— А что ты заявила, когда я появился на пороге вашего дома в
Бостоне?! — возмутился он.
— Поскольку прошел целый год и ты хотел видеть своего сына, а не жену,
я назвала это плевком в лицо.
Он с шумом втянул воздух.
— Ну если так... может быть... Я тебя понимаю. — Он криво
усмехнулся. — Но в качестве оправдания должен напомнить, что три месяца
— из того года я провалялся в больнице.
Мэг и понятия об этом не имела. И даже теперь, несколько лет спустя, услышав
об этом, она похолодела от испуга.
— Я этого не знала. — Она старалась говорить как можно
спокойнее. — Что с тобой случилось?
Он как-то неуклюже ссутулился.
— Меня сбросила лошадь.
— Как?
— Через ограду загона.
— Ты мог бы мне сказать. Если бы я знала...
— Ну хватит! — Губы его сердито сжались, глаза горели. — Я не
хотел, чтобы ты вернулась только из-за этого. Все дело в том, что после
твоего ухода я... ни на чем не мог сосредоточиться. Я был точно контуженный,
— Мне очень жаль.
— Меньше всего я нуждаюсь в сочувствии.
— Тогда — я очень рада! Обидно только, что эта лошадь не смогла тебе
вправить мозги!
Они смотрели друг на друга: она — в бешенстве, он-в изумлении. Но туг они,
похоже, одновременно осознали глупость всего происходящего, и Джесси
расхохотался. После минутного замешательства Мэг рассмеялась вслед за ним.
Наконец она откинулась назад и вытерла глаза кончиком салфетки.
— По-моему, мы готовы спорить даже о том, сделана луна из зеленого сыра
или нет, — с грустью заметила она.
Он улыбнулся:
— Это уж точно.
— Все, больше не могу.
Она бросила салфетку на стол и только теперь заметила маячившую в стороне
официантку.
— Посмотри, все уже ушли. Похоже, они собираются закрываться.
— Ну что, домой? — Джесси с надеждой посмотрел на нее.
Мэг удивилась. Куда же еще им было идти? Но она догадалась, что под словом
домой
он подразумевал нечто большее, чем просто дом.
Мэг была уверена, что Джесси уже спит. Иначе она и шагу бы не сделала из
своей комнаты. Но ночь была душной и жаркой, а мысль о стакане сока или
содовой — слишком заманчивой.
Она тихонько спустилась вниз. Оборка длинной ночной рубашки путалась у нее в
ногах. Полдня и весь вечер она провела в помещении с кондиционером, и после
этого духота старого домика казалась еще более невыносимой. Она уже
приготовилась к тому, что, когда они приедут домой, Джесси не оставит ее в
покое. Но поскольку ничего подобного не произошло, она растерялась, хотя и
вздохнула с облегчением. Когда Мэг решительно заявила, что собирается идти
спать, он посмотрел на нее долгим испытующим взглядом, а потом сказал, что
намерен сделать то же самое. Вот и все.
Мэг на ощупь добралась до холодильника и открыла дверцу. Достав коробку с
апельсиновым соком, она толкнула дверцу и повернулась.
За кухонной стойкой кто-то стоял. Мэг испуганно вскрикнула. Коробка сока
выпала из онемевших рук.
— Эй, ты что? Это же я! — раздался голос Джесси.
Мэг охнула, прижав руку к груди. У нее бешено колотилось сердце. В тот же
миг Джесси оказался рядом и обнял ее.
— Как ты меня напугал! — обиженно сказала она, с невероятной
остротой почувствовав прикосновение своих рук к его обнаженной груди. Отчего
же у нее так колотилось сердце?
— Прости, малышка.
Его рука скользнула по ее волосам, он смотрел ей прямо в лицо.
— Ты же знала, что я...
Конец фразы утонул в поцелуе. Застонав, Мэг поднялась на цыпочки и обвила
руками его шею. Она почувствовала, что теряет над собой контроль. Ничего
больше не существовало, кроме этого мужчины рядом.
Он исступленно целовал ее губы, глаза, лицо. Каждое его прикосновение
обещало нечто большее. Постепенно его поцелуи стали более уверенными и
нежными. Он взволнованно гладил ее бедра и мял в руках складки ее рубашки.
— Я скучал по тебе, — тяжело дыша, сказал Джесси. — Мне уже
показалось, что ты передумала.
— П-передумала?
Опьянев от возбуждения, она была как в тумане. Он обхватил ее за талию и
прижал к себе.
— Насчет нас. Насчет сегодня.
— Сегодня... — с трудом успокаивая неровное дыхание, она пыталась
сообразить. — Сегодня... может, что-то и было... Но это вовсе не
значит, что ты можешь воспользоваться удобным случаем...
Она почувствовала, как он замер и отодвинулся.
— Что ты несешь?
Ей надо было каким-то образом взять себя в руки и оторваться от него,
вырваться из его волнующих объятий.
— Я не собираюсь с тобой спать! — завопила она. — То, что
случилось четвертого, былобыло ошибкой!
Она оттолкнула его руки и отступила назад. Ей нужно было на что-то
опереться, и она вцепилась руками в кухонную стойку.
Джесси чертыхнулся. Отчетливо послышались в темноте шаги. Резкий свет залил
комнату. К ней приближался Джесси, в одних джинсах. На его груди
перекатывались мускулы, руки были сжаты в кулаки. Он остановился прямо перед
ней.
— Хочешь сказать, ты не знала, что я буду тебя здесь ждать?
Она прижимала к жесткой стойке руки, которые еще помнили тепло его упругого
тела.
— Откуда мне было знать? Было жарко, и мне захотелось пить...
— Да, тебе жарко, и еще ты возбуждена, милая леди. Почему бы тебе в
этом не признаться?
От смущения у нее горели щеки. Она подняла голову и сказала:
— Потому что так нельзя.
— Ведь мы женаты! Почему же нельзя?
Она покачала головой, пытаясь сдержать наворачивавшиеся на глаза слезы.
— Это чистая формальность. Пора это понять. Листок бумаги еще ничего не
значит. Семья — это долг и... и любовь.
Он застонал.
— Мэгги, перестань. Ты — моя жена, и я хочу...
— Знаю, чего ты хочешь! — Она отступила на два шага, скрестила
руки на груди и продолжила: — Так вот, для этого тебе придется поискать кого-
нибудь другого, что, впрочем, не так уж и сложно. Ты ведь знаешь, где
искать!
Она рванулась прочь, но его отчаянный крик настиг ее:
— Вот тут ты права! Ты даже себе не представляешь, как права!
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Мэг на ощупь пробралась в спальню и в темноте ударилась ногой о край
кровати. От боли у нее хлынули слезы, которые она так долго пыталась
сдержать. Съежившись, она опустилась в кресло-качалку. Ее охватило чувство
полнейшей безнадежности.
Она в прямом смысле слова бросила его в объятия другой женщины. Какой
мужчина, доведенный до такого состояния, сможет преодолеть искушение?
Хлопнула входная дверь. Вскочив, Мэг подлетела к окну и отодвинула
занавеску. В серебристом свете луны она увидела широко и решительно
шагающего Джесси. Не оглядываясь, он вскочил в кабину пикапа, завел машину и
уехал.
Мэг тяжело вздохнула и задернула занавеску. Да пропади он пропадом! Если он
думает, что я буду сидеть здесь всю ночь и переживать, пусть думает себе на
здоровье!
От шума мотора во дворе Мэг резко подскочила. В какой-то момент этой
бесконечной ночи она все-таки задремала. Наступило утро, и яркий солнечный
свет струился сквозь занавески.
Она поспешила к окну и выглянула наружу. Во дворе рядом с пикапом стоял
Джесси. Он зевнул и потянулся. Куртка из грубой ткани стесняла его движения.
Где он пропадал всю ночь?
Мэг резко отвернулась. Злость и обида накатили на нее с новой силой.
Совершенно ясно: он был на ранчо у Джо Боба. Вопрос только в том, кто еще
там был, кроме самого хозяина?
Мэг пошла в ванную, склонилась над раковиной и ополоснула лицо холодной
водой. Спросить его она ни о чем не могла, поскольку сама буквально велела
ему поискать утешения где-то в другом месте. Ей так хотелось, чтобы он сам
что-то рассказал. Она бы поверила чему угодно, пусть даже это неправда. Но
было ясно, что скорее мир перевернется, чем он скажет хоть слово.
У нее остался единственный способ восстановить свою хрупкую оборону — быть
сдержанной и вежливой. Никакого проявления эмоций, никакого раздражения.
Жесткий самоконтроль.
И это пройдет, уговаривала она себя, вставая под горячий душ. Сегодня среда,
а в воскресенье я уеду, несмотря ни на что. Я смогу это сделать! Или не
смогу?
Вскоре она убедилась, что и Джесси без чьей-либо помощи пришел к такому же
решению.
— Отличный ужин, Мэг. Ты чертовски вкусно готовишь.
— Спасибо, Джесси. Приятно слышать. Возьми, пожалуйста, еще кусочек
цыпленка.
— Нет-нет. Я уже съел три, а ты только одно крылышко. Возьми сама.
— Мне хватит. А если ты не доешь, мне придется выбросить.
— В таком случае — с радостью повинуюсь. И еще, Мэг...
— Что?
— Сегодня посуду мою я.
— Это совсем не обязательно.
— Нет, я настаиваю.
— Тогда я с удовольствием уступаю.
Вот только удовольствия никакого не было. Так думала Мэг, укладываясь спать
несчастная и голодная. Ей казалось, что она, как выразился бы Том Ти, сама
себя наказала.
— А что нужно Рэнди?
Мэг испуганно подняла глаза. Она сидела на берегу ручья с книжкой в руках,
смотрела на белочек, сновавших вверх и вниз по стволу ближайшего дерева, и
старалась ни о чем не думать. Как подошел Джесси, она даже не услышала.
— Думаю, то же самое, что и любому другому семилетнему ребенку.
Последнюю видеоигрушку, шоколадный торт каждый день на обед и...
Джесси присел на корточки рядом с ней
— И маму с папой? — предположил он.
Она молчала, глядя на яркую обложку книги, лежавшей у нее на коленях.
— Н-нет. Многие его приятели живут в неполных семьях.
— Это еще не значит, что так и должно быть.
Пораженная его менторским тоном, Мэг бросила на него косой взгляд. Лицо
Джесси выражало спокойствие, но губы сжались.
&mdash
...Закладка в соц.сетях
