Жанр: Любовные романы
Леди оборотня
...мие. Она вонзила ногти в ладони, чтобы избавиться от причудливых грез и
прийти в норму. Но он придвинулся еще ближе, пока она не уперлась спиной в
машину. Он положил руки на машину с обеих сторон от нее, заключая ее тело в
ловушку между своими руками и грудью и ледяным металлом машины.
? Ты хочешь увидеть мою кошку, морская девочка? Это очень личный вопрос, ?
пробормотал он, наклоняясь вперед и выдыхая слова прямо ей в ухо. Она
беспомощно задрожала, когда ее объял жар, затем положила руки ему на грудь,
чтобы оттолкнуть. Она была высокая, и она была сильная, но толкать его было
все равно, что толкать каменную стену, окружающую дворцовый сад.
Он поднял руку и пальцем приподнял ее подбородок, чтобы посмотреть ей в
лицо. Она смотрела в его глаза, неспособная произнести ни слова, а он
пытался найти что-то в ее лице, затем впился взглядом в ее губы. Прошло какое-
то время, наконец, он отступил назад, задыхаясь, бормоча обещание.
? Может позже, — сказал он. — Ты заставляешь меня забывать самого
себя, Мари. Я не знаю, как с этим бороться.
Он распахнул для нее дверцу автомобиля, затем наклонился, чтобы показать,
как застегивать ремень безопасности, но его прикосновение было проворным и
безличным. Когда он осторожно закрыл дверь и обошел вокруг машины к месту
водителя, Мари посмотрела на него через стекло и, наконец, отпустила
задержанное дыхание.
? А в том, чтобы забывать самого себя, Итан, ты не одинок, ? прошептала она,
недоумевая, во что она вляпалась.
Удивляясь, почему она не хотела выбраться из этого.
Глава 6
Пока они ехали по изумительной территории болота Биг-Сайпрес, Мари
понадобилось несколько минут, чтобы привыкнуть к новому занятию: езде на
машине. Когда она убедилась, что ее желудок не станет бунтовать в ответ на
движение по ухабистой дороге, то попросила Итана рассказать ей о месте,
которое он и ему подобные называли своим домом.
? Это национальный заповедник, содержащий свыше 720 000 акров болотистой
местности. В основном, болотистая местность является критически важной для
здорового состояния Эверглейдс, потому что она поддерживает морские дельты
вдоль юго-западного побережья Флориды.
? Это прекрасно и так по-иному, ? заметила она. — Я привыкла к
растительности Атлантиды, а эта кажется мне такой экзотической.
Он указал на ряд деревьев, стоящих вдоль одной стороны узкой дороги.
— Это карликовые кипарисы. У нас растут как тропические, так и растения
умеренного пояса, хотя тут присутствует не только лиственная и зеленая
экзотика. Здесь живут сообщества аллигаторов, медведей и, разумеется,
пантер.
Она улыбнулась.
— Само собой разумеется. Расскажи мне о пантерах. Мне доступны ваши
энциклопедии и другие познавательные тексты, но у меня есть еще пара
вопросов. Пантеры и кугуары — одно и то же?
? Пантера во Флориде — подвид кугуаров, адаптировавшийся к местному климату.
Мы старались бороться с исчезновением этого вида пантер, но всё же нас
осталось чуть меньше сотни.
Он повернула голову и посмотрела на него.
— Но где-то же есть другие пантеры?
Его челюсть напряглась.
— Некоторые содержатся в зоопарках. Но пантеры во Флориде всё еще
редчайший, находящийся на грани уничтожения вид в мире. К несчастью, люди не
слишком интересуются этим. К счастью, с другой стороны, у нас есть наш
заповедник
Биг-Сайпрес
. Взрослому самцу нужна территория в двести
семьдесят пять миль, хотя в ее пределах могут жить самки.
Мари выглянула в окно, размышляя, почему от разговора о мужской территории
ее щеки снова запылали.
— Ты сказал
самки
, во множественном числе? И правда ли, что это
относится и к мужчине-оборотню?
? Может относиться, к некоторым, ? искренне ответил он. — Но я — не
один из них.
Мари нахмурилась, вспомнив то, о чем ей говорил Бастиен: пара Итана была
убита вампиром.
— Прости, Итан. Я не подумала. Мои соболезнования по поводу утраты
тобой пары.
Наступило длительное молчание, потом он, наконец, ответил.
— Да. Ну что же, Фэллон заслуживала большего, чем я мог предложить ей,
и определенно она не должна была так умирать.
Мари заметила, как за деревьями промелькнуло что-то крупное и золотисто-
рыжее.
— Что это такое? Это одна из твоих пантер?
Итан посмотрел в ту сторону, а потом резко повернул руль, остановив машину у
обочины дороги, из-за чего Мари, удерживаемую ремнем безопасности, качнуло
вперед.
? Прошу прощения. Ты в порядке? — он склонился над ней и схватил ее за
плечи, осматривая ее решительным взглядом золотых глаз.
? Да, конечно. Но почему мы остановились?
? У нас проблема: кто-то или что-то нападает на наших пантер, и я бы хотел
проверить, что ты видела. Я вернусь через несколько минут. Оставайся тут,
закрой двери на замок, ? приказал он.
Судя по тону, он ожидал беспрекословного послушания, и по какой-то причине,
это вывело ее из себя.
— Ладно, я останусь тут. Но ты должен запомнить на будущее, что я не
принадлежу к твоему прайду, и я не обязана подчиняться тебе, ? резко
ответила она.
Уголки его губ скривились в ухмылке.
— Я с радостью подчинюсь тебе, девушка из океана. Назови лишь время и
место, — потом он наклонился к ней и быстро, крепко поцеловал в
губы. — Я скоро вернусь.
Через несколько мгновений он исчез, а Мари откинулась на сиденье, прижала
пальцы к губам. Она, вероятно, попала в серьезную переделку с этим мужчиной,
и поняла это только теперь.
Покачав головой, она вдруг вспомнила, что он сказал. Закрой двери. Она
осмотрела дверь, размышляя, какая из многочисленных кнопок была замком, и
внезапно дверь открылась, и перед ней появилась пара обтянутых джинсами ног.
Испугавшись, она посмотрела выше и увидела мрачное лицо и безумные глаза
человека, который определенно не был Итаном.
— Что...
? Выходи из машины, ? приказал он, его тихий голос шокирующе отличался от
безумия и дикости его взгляда. — Сейчас же.
? Но...
Он наклонился к машине, расстегнул ее ремень безопасности и сорвал его с
нее, потом схватил ее руку и силой вытащил из машины. Мари упала на дорогу,
посыпанную гравием, из-за того, что он лишил ее равновесия, ее ноги
подогнулись. Незамедлительно она испытала сильную боль, что вынудило ее
сконцентрировать мысли и вывело из шокового состояния, вызванного
неожиданным появлением этого мужчины. Она внимательно оглядела его. Он весь
состоял из мускулов и был выше нее. Она и не мечтала справиться с таким. Темно-
рыжие волосы спускались нечесаными космами до плеч, а бледно-желтые,
странные глаза горели ненавистью или каким-то таким же сильным чувством.
И, по какой-то причине, он направил эти чувства против нее.
? Я с тобой не играю, ? сказал он, всё тем же спокойно-вежливым тоном,
который настолько не вязался с яростью, бушевавшей в его глазах. Потом он
сжал ее волосы и болезненно дернул ее голову вверх. — Вставай сейчас же
или я убью тебя тут, стоящую на коленях.
Мари взывала к Богине, моля о силе и смелости, и с усилием сумела удержать
на лице такое же спокойное выражение, с которым он смотрел на нее.
— Разумеется, ? ответила она и поднялась с земли, не обращая внимания
на обжигающую боль в коленях и руках, с которых она содрала кожу при
падении. — Хотя я думаю, что ты не ту...
? Заткнись, ? он оставил ее волосы и поднял руку, сжав ее в кулак. Намек на
безумие исказил его черты, сделав их карикатурными в сравнении с прежним
спокойным выражением. — Я никогда раньше не бил женщину по лицу, но я
могу сделать исключение для новой шлюхи Итана. Это к тебе, потаскушка, он
потянулся после того, как позволил моей сестре по прайду умереть? Или ты
трахалась с ним, пока она была еще жива?
Мари моргнула, совершенно потеряв нить его измышлений.
— Что? Я не понимаю, о чем ты говоришь. Я только сегодня встретилась с
Итаном, и...
Он улыбнулся ей и покачал головой.
— Неправильный ответ, ? сказал он, едва ли не покровительственно. Потом
вытащил нож.
Итан бежал мимо деревьев, следуя за запахом пантеры. И не одной. Это были
оборотни. Может, он, наконец, их поймает. Прыгнув в воздух, он превратился,
приземлившись на сильные, мускулистые лапы пантеры. Запах сразу же стал
сильнее, так как его животные чувства намного превосходили его человеческие.
Их много и они недавно собирались тут. Запах был знакомым, но отличался от
его собственного прайда.
Безумно знакомый запах. Он походил по местности, опустив голову, пытаясь
разобраться в бесчисленных запахах, когда услышал женский крик в том
направлении, где оставил в машине Мари.
Мари. Он рыкнул и побежал обратно к машине, дикие мысли о том, чтобы разорвать
свою добычу на клочки, бурлили в его разуме. Ярость почти ослепила его,
когда он прорвался через кусты, не думая они о каких уловках.
Если они причинили ей боль, то умрут.
Он рвался сквозь кустарники и обегал деревья быстрее, чем когда-либо прежде,
не обращая внимания на то, что ветки и шипы оставляли порезы на его боках,
прорываясь сквозь густую шерстку. Отбросив всяческую осторожность, он
прыгнул через траву у дороги и приземлился перед машиной, только тогда
осмотревшись.
Их было четверо. Трое окружили машину, пока четвертый удерживал Мари рукой
за талию. У ее горла он держал нож.
У ее горла он держал нож.
Итан зарычал с первобытной яростью, его часть-пантера почти обезумела от
бешенства. Но он остался там, где стоял, когда ублюдок прижал кончик ножа к
нежной коже Мари. Капли крови показались на ее шее, и Итан поклялся, что
отмстит им за каждую каплю той крови.
Каждую каплю.
Мужчина, удерживавший ее, посмотрел на Итана и улыбнулся.
— Оставайся там, где стоишь, Итан. Ты же не хочешь, чтобы моя рука с
ножом соскользнула, и лезвие глубже вонзилось ей в шею, не так ли?
Итан снова зарычал, но остался на месте. Он был быстрым, но недостаточно,
чтобы добраться до них до того, как нож разрежет сонную артерию атлантийки.
Она смотрела на него, страх и беспомощный гнев отражались на ее лице, и он
хотел убить их за то, что они вызвали их. Его пантера хотела оторвать головы
от тел и съесть их сердца.
Но тогда Мари станет смотреть на него с тем же испуганным выражением лица.
Он отложил эту мысль на потом. Сконцентрируйся. Обезопась ее, а потом уже
переживай об остальном.
Мужчина кивнул.
— Хороший мальчик. И я знаю, что это ты, так что кончай с этой ерундой
и обратись в человеческую форму, Итан. Мы должны кое-что обсудить.
Итан знал, что даже небольшое преимущество в форме пантеры было уничтожено
наличием ножа у горла Мари. Он тут же замерцал, обратился и стал перед ними,
полностью одетый, несколько секунд спустя.
Мужчина присвистнул.
— Очень мило. Фэллон говорила мне, что такого быстро меняющего форму
оборотня она прежде не встречала. Даже быстрее меня, я отдаю тебе должное.
Но только не такая уж и большая эта разница.
В голове Итана всё встало на свои места.
— Фэллон. Вот почему ваш запах мне знаком. Вы братья Фэллон по прайду.
? Динь-ди-линь. Два очка в пользу бывшего вожака прайда Биг Майпрес. Я —
Тревис, и у нас с тобой кровавая вражда из-за того, что ты позволил Фэллон
умереть, ? рыкнул Тревис.
Итан наклонил голову.
— Твое право. Она была под моей защитой, когда умерла от руки вампира,
я несу полную ответственность. Но эта женщина не имеет к этому никакого
отношения. Она лишь гостья, прибывшая сегодня.
Трое мужчин, окруживших машину, понемногу подбирались к Тревису, и теперь
стояли широким полукругом вокруг него, лицом к Итану.
Тревис рассмеялся. Этот звук был полон холодной насмешки и совершенно лишен
веселья.
— Ты лжешь. Я чувствую твой запах на ней. Ты трахаешься с ней, не так
ли? Каково это, знать, что той, кто тебе небезразличен, причиняют боль? Что
она может умереть?
Мари заговорила.
— Ты ничего не добьешься, угрожая мне. Он говорит правду. Я...
Тревис еще сильнее прижал кончик ножа к ее горлу, и она замолчала,
полузадушено застонав. Итан яростно зарычал и направился к ним, но три
головореза закрыли от него Тревиса.
Тот выкрикнул приказ.
— Остановись или я сейчас же убью ее. Так же, как убил твоих
ненаглядных пантер. Ты получил мое сообщение? Подожди, а не было ли это с
полдюжины сообщений, посланных в форме мертвых котов?
Послышался его леденящий душу смех, и Итан отметил, что задрожали даже
подельники этого негодяя. Оборотень-пантера, который мог убивать собственных
собратьев, был хуже самых отъявленных мерзавцев.
Итан застыл, его взгляд не отрывался от того места, где кончик ножа вонзился
в кожу Мари.
— Чего ты хочешь, Тревис? Скажи сейчас и оставь женщину в покое.
? Я хочу тебя, вожак, ? ответила Тревис. — Я вызываю тебя на бой
вожаков из кровной мести. Завтра ночью, под полной луной, мы будем бороться
за твое положение, земли и твой прайд. Осмелишься отказаться?
Итан смотрел на Техасского оборотня, рассматривая его сильные и слабые
стороны. Выхода не было. От вызова на бой за звание вожака отказаться было
невозможно. Но если Тревис причинит Мари больший вред, Итан убьет его
сейчас.
Он убьет их всех. Четыре против одного ? прекрасные шансы для лидера,
воспитанного лучшими.
? Я принимаю твой вызов на бой за звание вожака, Тревис, брат по прайду
Фэллон, — официально согласился он. — Кровная вражда разрешится в
бою. Теперь отпусти женщину.
Тревис отвел нож от горла Мари и так сильно толкнул ее к Итану, что она
упала, потом подал знак мужчинам и пустился бежать.
— Наслаждайся женщиной и территорией, пока можешь, ? закричал
Тревис. — Через двадцать четыре часа это всё будет моим.
Итан одним прыжком оказался возле Мари, поднял ее и стал укачивать на руках.
— Он сильно тебя ранил? У тебя идет кровь из шеи, коленей и рук. Он
умрет в муках за это, клянусь тебе, ? пообещал он, сильно прижимая ее к
себе.
? Итан, прошу. Не... я ранена несерьезно. Это только поверхностные раны. Но
я бы хотела вернуться в хижину. Если ты не против. — Она так старалась
ради него быть храброй, он это понял. Но сказав эти слова, она всхлипнула,
прижалась лицом к его груди. И он почувствовал, как что-то холодное и
твердое в его сердце смягчается, хотя ярость всё еще не оставляла его.
На него нахлынули инстинкты защитника, древнее и примитивнее всего, что он
когда-либо ощущал, даже будучи вожаком. Он будет защищать эту женщину
несмотря ни на что. Его кошачья половина согласно рычала внутри него,
возвещая их требование. Мари будут защищать только они.
Пока он нес ее в машину и нежно устраивал там, то сдался в своей внутренней
борьбе. Не имеет значения, что это не имело никакого смысла. Мари
принадлежала ему, и он отомстит за каждую царапину, синяк, прикосновение
ножа.
Тревис умрет с криками.
Пока Итан сделал несколько звонков, предупреждая членов прайда об опасности
и сообщая им о вызове на бой за звание вожака от Тревиса, Мари сидела в
машине и всю дорогу до хижины пыталась преодолеть тот страх, что удержал ее
на месте при встрече с Тревисом. Понемногу злость — на себя и на Тревиса —
вытеснила страх.
К тому времени, как Итан въехал на узкую подъездную дорожку у хижины Кэт,
злость определенно вышла победителем. Она рывком открыла дверь и выбралась
из машины, едва сделав шаг, как Итан оказался рядом и снова взял ее на руки.
— Я в состоянии идти. Это несерьезные раны, Итан. Прошу, поставь
меня, — протестовала она, ошеломленная, своим дрожащим голосом.
— Позволь мне, — ответил он, идя к двери. Он нежно опустил ее у
входа, поспешно открыл дверь, а затем снова взял ее на руки, не отпуская ее,
пока не дошел до мягкого дивана. На мгновение он крепче ее обнял и прижался
лбом к ее лбу. — Больше никогда, — пробормотал он, и это
прозвучало как обещание или угроза. — Больше никогда.
Он нежно опустил ее на диван и направился на кухню.
— Я знаю, что у Кэт где-то тут есть аптечка первой помощи, — он
открывал дверцы буфета с едва контролируемой дикостью, а Мари просто сидела
там, где он ее оставил, и смотрела на него. Напряжение в его мускулистом
теле ее очаровало.
— Аптечка первой помощи, — прошептала она, осознав, что он имел в
виду. — Ты имеешь в виду лекарства? Если так, то в этом нет
необходимости. У меня есть некоторые навыки исцеления даже в том, что не
касается деторождения. Ты не мог бы найти для меня чистую тряпочку, чтобы я
могла очистить эти раны?
Он открыл кран и принес ей небольшое мокрое полотенце.
— Вот тряпочка. Но ты точно уверена? Тебе нужны антибиотики. Черт, да
тебе нужно в больницу. О чем я только думал? — он провел рукой по
волосам, походя сейчас дикостью взгляда на Тревиса. Мари задрожала, не желая
пока вспоминать об этом.
— Нет, мне не нужно в больницу, и не нужен ни один из человеческих
врачей. Хотя они вполне хороши в своем ремесле, — добавила она, не
желая его обижать.
Убирая гравий и грязь из ранок, она старалась не слишком морщиться, так как
казалось, любая невольная гримаса причиняла боль Итану.
— Выглядит хуже, чем на самом деле, — солгала она.
— Он причинил тебе боль, — ответил Итан таким грубым голосом,
который она прежде не слышала. — Нет ничего хуже этого.
Ее злость на саму себя вернулась.
— Я была бесполезной. У меня есть способность призывать воду, и я даже
не подумала ее использовать. Я стояла, как статуя, окаменев от шока и
страха.
Он поднял свисающую прядь ее волос и отбросил ее за плечо атлантийки.
— Тебе нечего стыдиться, Мари. Ты не привыкла к насилию. Я тоже едва не
застыл, когда увидел нож у твоего горла.
Он задрожала.
— Меня никогда не касались в гневе, не говоря уже о причинении вреда и
угрозах. Такое насилие губит душу, не так ли?
Итан встал, сжал кулаки и стал бродить взад и вперед в этом маленьком
пространстве, как будто ярости, охватившей его, нужен был выход прежде, чем
он взорвется.
— Да. Так и есть. И те из нас, кто живут в насилии, иногда
задумываются, осталось ли что-то от наших душ.
Она закончила очищать раны, сложила полотенце и положила его на пол.
— Твои опасения такие же, как и те, которыми обмениваются иногда мой
брат и его собратья воины. Но иногда нет другого выхода, кроме насилия, и
если оно сделано во имя защиты беспомощных, то, естественно, боги простят
пятна на душе, вызванные этим деянием?
Он прошел к ней и присел рядом.
— Я не знаю ответа на этот вопрос. Деяния богов намного превосходят мои
возможности. Но нам нужно доставить тебя в больницу, Мари, прошу. Твоя шея
всё еще кровоточит.
Она глубоко вздохнула.
— Во-первых, позволь мне подержаться за твои руки?
Он разжал кулаки и протянул к ней руки.
— Это лучшее предложение за весь сегодняшний день.
Она слегка улыбнулась его попытке пошутить, потом взяла его руки в свои.
Исцеление было очень простым, но она ослабела от остатков страха и боли. Она
могла увеличить свою исцеляющую мощь через силу другого и подозревала, что
силы Итана было более чем достаточно, чтобы помочь ей.
— Прошу, не двигайся и не убирай рук, пока я это делаю. Ты почувствуешь
слабое тепло.
Он кивнул, она закрыла глаза и воззвала к Богине.
— О, Богиня Нереид, Первая дева взывает к тебе. Прошу, одолжи мне свою
силу исцеления и твою мощь для моих слабых возможностей и через предложенную
силу мужчины рядом со мной. Вылечи мои раны, чтобы я могла служить тебе в
полной мере, о, Леди.
На мгновение осталась только боль в ее руках, коленях и горле и быстрое
биение сердца, вызванное, по ее подозрениям, скорее ощущением рук Итана, чем
ранами.
Внезапно, теплое свечение, которое она прежде сотни раз испытывала во время
исцеления, нахлынуло на нее, сконцентрировавшись на поврежденных участках ее
кожи. И пока исцеление посылало сквозь нее сияющий жар, она видела, как
ссадины и порезы вылечиваются прямо на глазах. Итан издал тихий звук, и она
посмотрела вверх: его лицо находилось в нескольких дюймах от ее лица, его
глаза расширились от удивления.
— Это похоже на магию, — прошептал он.
Она улыбнулась ему, укрепляясь исцеляющей силой своей Богини.
— И ты, частично человек, а частично прекрасный, смертельно опасный
представитель семейства кошачьих, сомневаешься в существовании магии?
— Любой мужчина, видевший тебя, не смог бы сомневаться в существовании
магии, Мари, — сказал он. Его глаза потемнели до цвета полированного
золота, и он наклонился вперед и поцеловал ее.
Он поцеловал ее, и исцеляющее тепло взорвалось пламенем. Ее тело и кровь
горели, и она могла только ответить на этот поцелуй. Он так и не отпустил ее
рук. Но каким-то образом, она оказалась у него на коленях, и чувствовала
твердость его желания, прижимающуюся к ней.
Язык Итана прижался к ее губам, требуя открыться ему, и ей оставалось только
принять его, сдаться страсти его поцелуя и застонать от правильности всего
этого. Он целовал ее, пока она не задохнулась, а потом поднял голову, чтобы
посмотреть на нее. Он испытывал шок.
Она отпрянула, внезапно испытывая робость. Мари все еще была потрясена тем
сильнейшим голодом, нахлынувшем на нее лишь при одном прикосновении его губ
к ее губам. Но он покачал головой, и, отпустив ее руки, обнял ее за талию и
притянул ее к себе, пока между ними не осталось никакого пространства.
— О, нет, — сказал он хриплым голосом. — Давай попробуем это
снова сами, ладно?
У нее была доля секунды, чтобы понять, что Богиня ушла, и исцеление
завершилось, а потом он снова накрыл ее рот своим.
На сей раз, огонь рождался лишь между ними, и она не могла обвинить в этом
исцеляющее тепло. Итан целовал ее, словно она была едой, а он — оголодавшим
человеком. Он целовал ее так, словно она была его добычей, а он —
преследующим ее хищником. Она уступила, сдалась, схватила его за плечи,
размышляя, кто издавал хныкающие звуки, и потом, наконец, поняла, что они
исходили из ее собственного горла.
Он оставил ее рот и стал покрывать жаркими поцелуями ее горло, точно по
теперь уже излеченному месту, где лезвие ножа поранило ее кожу.
— Больше никогда, девушка из океана, — прошептал он так тихо, что
она едва услышала эти слова. — Больше никогда никто не причинит тебе
вред. Я клянусь в этом клятвой вожака.
Он поднял голову и посмотрел ей в глаза, что-то очень важное происходило
межу ними, но он не мог в этом разобраться.
Отказывался в этом разобраться.
Страх утонуть, погрузиться в глубины страсти, самой сильной из тех, что она
знала, обернул ее ледяным покрывалом, и она отпрянула от него.
— Итан. Нет, Итан, остановись.
Он тут же отошел от нее, его дыхание резко слышалось в тишине комнаты.
— Я не хотел напугать тебя, Мари. Мне так жаль. Черт. Я не лучше,
чем... Прошу, прости меня.
Она подняла руку, желая дотронуться до него, а потом сложила руки вместе,
чтобы справиться с этим порывом.
— Нет, остановись. Тебе не за что извиняться. Мы оба в этом участвовали и желали этого поцелуя.
Ее щеки снова окрасились румянцем, она заставила себя продолжить,
завернувшись в защиту своих знаний.
— Это обычная реакция на выброс адреналина в теле. То же самое, как в
случае сражения или с летающим аппаратом. Влечение... усиливается перед
лицом опасности.
Итан поднял один из длинных локоном и поднес к своим губам, потом позволил
ему упасть ей на грудь.
— Верь мне, красавица, — ответил он хрипло. — В моей реакции
на тебя нет ничего обычного. И это началось задолго до того, как мы
встретились с опасностью.
Он встал и посмотрел на нее сверху вниз, потом покачал головой.
— Влечение. Это простое, неяркое слово. Мои внутренности взорвутся,
если я не уложу тебя прямо здесь и не трахну тебя, пока ты не выкрикнешь мое
имя.
Ее охватил жар, собравшийся между ее бедер, словно ее тело ответило на
чистый голод его слов.
— Я...я...
— Нет, ничего не говори. Прости, что был груб. Собирай вещи. Ты пойдешь
со мной ко мне домой, пока мы не сможем отправить тебя назад в Атлантиду или
подальше от Тревиса и его кровной вражды.
— Но...
Он махнул рукой.
— Ты идешь. Я приказываю тебе уйти с моей территории, пока существует
опасность для тебя.
Испытывая гнев, она молча встала, чтобы выполнить его приказ. В качестве
гостьи из Атлантиды, она не могла нарушить договор между ее народом и его
прайдом, не выполнив приказа вожака.
Он начал было отворачиваться, а потом быстро повернулся и притянул ее к
себе, в его действиях было
...Закладка в соц.сетях
