Жанр: Любовные романы
Шоу для избранных
...ь в глубине сцены и по винтовой лестнице
спустился в подземелье.
Кейзия поежилась, охваченная странным предчувствием, и последовала за ним.
Она проникалась все большим интересом к этому необычному человеку, хотя его
надменные манеры и выводили ее из себя. Они очутились в подвале, освещенном
лампочками, среди нагромождения бутафории и поломанных декораций. Кейзия
дотронулась до кареты, с которой облезла позолота, а обшивка растрескалась,
и с легкой грустью сказала:
— Меня всегда поражало, как убого выглядят прекрасные вещи, как только
они попадают в кладовку. По-моему, свет рампы обладает волшебной силой
преображать предметы.
— Мы, скоморохи и фигляры, сами творим иллюзии. Наше оружие —
сладостный обман, и публике он милее горькой правды! — с ухмылкой
бывалого мошенника воскликнул Джерард и, подняв зажженную свечу над головой,
пошел впереди Кейзии по сырому тоннелю, с арочного свода которого капала
вода. Джерард остановился перед ржавой металлической дверью, отпер ее и
вышел наружу. За ним на свежий ночной воздух из затхлого подземелья
выкарабкались Кейзия и Джонти. Кейзию трясло, она покрылась испариной. Нет,
не такой представлялась ей старинная дворянская усадьба! Джерард растворился
во мгле, и до спальни Кейзию сопроводил Джонти. Кивнув ей на прощание, он
поспешно ушел, за что она была ему благодарна, поскольку устала и нуждалась
в отдыхе.
Как только за Джонти закрылась, тихонько скрипнув, массивная дубовая дверь,
покрытая причудливой резьбой, Кейзия потянулась и, облегченно вздохнув,
стала раздеваться. Платье промокло и пропахло сыростью и потом. Она с
наслаждением сняла его, стянула рваные чулки и, скинув туфли, голая
прошлепала босиком к буфету. В нем она обнаружила припасы чая, кофе, какао и
сухого молока, а также голубой фарфоровый чайник. Заварив крепкий чай, она
села на диван и потянулась к телефону.
Несмотря на поздний час, Саймон ответил ей почти сразу же. От звука его
проникновенного баритона Кейзии стало теплее и спокойнее, словно бы она
укуталась в шерстяной плед.
— Значит, ты добралась до места нормально? Ну и каковы же твои первые
впечатления? — спросил он.
— Пока все хорошо, — ответила Кейзия. — Доехала благополучно,
лишь под конец моя старушка
Долли
раскапризничалась. Но мне помог один
местный парень по имени Джефф. Настоящий, крутой самец, он бы тебе
понравился.
— Значит, ты его оприходовала, как я догадываюсь. Ну, признавайся: вы с
ним позабавились на лужайке?!
Они еще немного поболтали, наконец Саймон устал от банальных разговоров и
сказал:
— Ну, желаю тебе успеха, крошка! И чтобы все мужчины стали твоими.
— И девочки тоже, — игриво добавила Кейзия.
— Мне их не жалко. Однако этот Джерард, судя по твоему рассказу,
опасный маньяк.
— Так оно и есть, — согласилась Кейзия.
— И тебе это нравится? — с тревогой спросил Саймон.
— Не очень, — поспешила успокоить его Кейзия.
— Послушай, малышка, не вешай мне лапшу на уши! Я ведь знаю, что стоит
лишь тебе увидеть наглого мужчину, ты готова снять трусики и позволить ему
делать с тобой что угодно. Да у тебя на заднице вытатуировано:
Я твоя
подстилка, можешь вытирать об меня ноги!
Разве не так?
— Типун тебе на язык! — сердито огрызнулась Кейзия, хотя и знала,
что Саймон прав.
Положив трубку, она вновь почувствовала себя одинокой. Тоску усиливали
портреты давно умерших вельмож, смотревшие на нее со стен огромной комнаты.
Вспомнив, что в доме полно потайных ходов, она почувствовала озноб и залезла
под одеяло, со страхом ожидая, что вот-вот бесшумно откроется потайная
дверца и маньяк нарушит ее покой и уединение.
На другое утро Кейзия встретилась с балетмейстером.
— Меня зовут Сьювелл, — представился он, расплывшись в обаятельной
улыбке и обтирая носовым платком испарину с коротко подстриженной головы.
Его открытое загорелое лицо, испещренное морщинами, дышало
мужественностью. — Я должен привести это стадо баранов в должную
форму. — Он кивнул в сторону молодых артистов кордебалета. — Мне
сказали, что и вас нужно обучить нескольким оригинальным танцам. Это
верно? — Он прищурился и окинул ее пытливым взглядом.
— Впервые слышу об этом! — с искренним ужасом воскликнула Кейзия,
застыв возле стола с разнообразными холодными закусками, горячими блюдами,
овощами и фруктами. — Я давно не танцевала на сцене, хотя и занималась
регулярно йогой и спортивной гимнастикой.
— Но ведь вы учились в балетной школе, не так ли?
— Да, но это было тысячу лет назад!
— Тогда все в порядке. Вы наверняка все вспомните, как только мы начнем
заниматься. Вашим партнером будет Антон, он вам поможет. Верно я говорю,
Антон? — спросил балетмейстер, обернувшись к сидящему за столом брюнету
в свитере, надетом поверх гимнастического трико.
Мускулистый и стройный, он обладал хорошо очерченным ртом и носом с
горбинкой. Другие танцоры всячески старались привлечь к себе его внимание.
Он поднял голову и, скользнув по Кейзии оценивающим взглядом, промолвил.
— Вы, должно быть, играете Ясмину. А я — Хассана, любовника герцога
Синяя Борода. Присаживайтесь! — Он кивнул на свободное место рядом с
собой.
Кейзии не хотелось сидеть рядом с этим самовлюбленным баловнем женщин. Он
старался держаться надменно и холодно, хотя на самом деле млел от их
восхищенных и многообещающих взглядов.
— Садись же, раз он тебя приглашает, — толкнула Кейзию локтем в
бок Викки. — Он такой славный!
Кейзия протиснулась мимо Антона к своему месту, коснувшись ногами его колен,
и села.
В столовую вошел Ричард. Завидев Кейзию, он направился прямо к ней, говоря
на ходу:
— А вот и моя невеста-девственница! Джерард говорит, что вы неплохо
осваиваетесь на новом месте. Это похвально!
Плотно позавтракав, все отправились в репетиционный зал. К полудню жара
усилилась, стало душно. Но Джерард гонял Кейзию до седьмого пота, не
считаясь с тем, что она новичок на профессиональной сцене. Вновь и вновь он
прерывал ее и восклицал, состроив недовольную мину:
— Нет, не верю! Вы должны изображать влюбленную девушку, оставившую
ради возлюбленного всех друзей и близких. Он ваш кумир, ваш идол! Вы
боготворите этого мудрого и опытного мужчину, личность которого окружена
завесой тайны. Итак, начнем все с самого начала!
Ричард расхаживал по сцене, читая свою роль, что особенно раздражало Кейзию
и мешало ей сосредоточиться. В присутствии этого самоуверенного сердцееда
она чувствовала себя дурой, напрасно возомнившей себя талантливой
драматической актрисой.
Под конец репетиции она почти уверовала, что совершила колоссальную ошибку,
выбрав эту жизненную стезю. Ей никогда не достичь тех высот актерского
мастерства, которых достиг Ричард. В этом легко было убедиться, послушав,
как непринужденно он произносит свой текст. Возможно, уединившись в спальне,
она и казалась себе гениальной и блистательной актрисой. Но, оказавшись
среди настоящих мастеров сцены, она поняла, что все ее знания и весь опыт,
полученные во время учебы и непродолжительной работы в качестве
исполнительницы ролей второго плана, ровным счетом ничего не значат. Да как
она осмелилась на эту авантюру? Как дерзнула стать партнером бывалых
профессионалов?
Наконец Джерард объявил перерыв на обед и послеобеденный отдых.
— Но потом прошу всех вернуться сюда! Мы продолжим репетицию до ужина,
а потом порепетируем еще немного, когда станет прохладно, — добавил он,
выразительно поглядывая на Кейзию. — Так что не расслабляйтесь! Можете
разойтись. Но главную героиню прошу задержаться. Итак, дорогая Кейзия, вы
определенно делаете успехи. Но вам не хватает раскованности. Для сцен в
начале пьесы ваша робость вполне оправданна. Но не забывайте, что Ясмина
учится распутству! Вы должны вжиться в образ начинающей блудницы. Впрочем, в
вас это заложено самой природой. Вам предстоит сыграть эпизод, в котором
Ясмина подвергается телесному наказанию. Вас когда-нибудь били кнутом по
голой заднице?
Этот вопрос застал Кейзию врасплох, она густо покраснела, хотя и без того
распалилась в ходе репетиции.
— Может быть, вас привязывали к стойкам кровати? — сверля ее
взглядом, спросил режиссер.
Это было уж слишком. Да какое он имеет право вторгаться в ее интимную жизнь?
— Это не ваше дело! — вспылила Кейзия и, подхватив с помоста
листки со своим текстом, собралась уйти.
— Вы не правы, милочка, — ледяным тоном заметил Джерард. — Я
должен знать о вас все. Иначе грош мне цена как постановщику пьесы. Ведь вы
играете главную героиню!
— Вы нахал! — вскричала Кейзия. — Я не намерена
выворачиваться перед вами наизнанку даже за огромные деньги!
— Я вижу, вы до сих пор не можете поверить в свою удачу, вот и
ерепенитесь, как практикантка. Вам пора бы усвоить, что тот, кто платит,
вправе требовать соответствующую отдачу за свои деньги. Вам оказаны почти
королевские почести, обещан достойный гонорар. Так что потрудитесь отвечать
на мои вопросы хладнокровно, это в ваших интересах. Итак, я спрашиваю еще
раз: вас вовлекали прежде в садомазохистские игры?
— Катитесь вы к черту! — отрубила Кейзия и покинула зал.
Джерард разразился гомерическим хохотом, что ее окончательно доконало, и она громко хлопнула дверью.
Викки старалась поменьше находиться на солнце. С ее нежной веснушчатой кожей
можно было легко обгореть. Поэтому Кейзия предложила ей воспользоваться
защитным лосьоном, флакончик которого предусмотрительно захватила с собой на
пляж.
— Спасибо, — улыбнувшись, сказала Викки, беря флакон.
От усадьбы на пляж можно было попасть, пройдя по узкой крутой тропинке и
спустившись по каменным ступенькам. Водяные валы накатывались на скалы и
рассыпались солеными брызгами. Солнце приветливо улыбалось девушкам с
голубого неба. Словно завороженная Викки уставилась на белые гребни волн,
прислушиваясь к вою ветра и гулу океана.
— Здесь так легко дышится! — сделав глубокий вдох, воскликнула
она. — Не то что в вонючем Бристоле. Пошли вон в то уютное местечко за
валунами, там тихо.
Кейзия сняла трусики и пошла босиком по мокрому песку.
Викки скользнула завистливым взглядом по ее стройной фигуре и длинным ногам
и закусила губу, подавив желание погладить ее по мохнатому треугольнику
внизу живота. Расстелив полотенце, она плюхнулась на него и расстегнула
молнию на шортах. Под ними на ней были надеты маленькие трусики в черно-
белую полоску. Остаться совершенно обнаженной, как Кейзия, она не решалась
даже на частном пляже.
— Я пошла в актрисы, поддавшись уговорам мамы, — сказала она,
щурясь от яркого света. — До того как она вышла за папу, она мечтала об
артистической карьере. Папа служил в военном ведомстве. Мои родители простые
люди, но я благодарна им за то, что они помогли мне окончить колледж и
театральное училище. Они, наверное, гордятся мной.
Кейзия тряхнула головой, и волосы рассыпались по плечам. В лучах солнца она
казалась Викки Афродитой. Поймав ее восторженный взгляд на своих упругих
полных грудях, Кейзия снисходительно улыбнулась;
— Я всегда принимаю солнечные ванны голой. А ты не хочешь последовать
моему примеру?
Она вылила из флакона на ладонь немного лосьона и стала наносить его на
кожу, нежную и шелковистую на ощупь.
— Терпеть не могу следов от купальника на теле. С ними я становлюсь
похожей на зебру. К счастью, у меня дома есть славный тенистый внутренний
дворик, где я загораю.
— В Лондоне? — удивленно спросила Викки и машинально развязала
узел на лямках бюстгальтера. Груди у нее были маленькие и острые, покрытые
бледной кожей, хотя спина, руки и ноги успели загореть.
— Да, — кивнула Кейзия. — Я получила этот дом с садиком в
наследство от своей тети. Кстати, тоже актрисы. Если хочешь, я натру тебе
лосьоном спину.
— Да, пожалуйста! — обрадовалась Викки и повернулась к ней спиной.
Промежность ее увлажнилась при одной лишь мысли о том, что к ней прикоснется
такое божественное создание, как Кейзия. Лесбиянкой Викки себя не считала,
она имела значительный сексуальный опыт общения с парнями. Первый раз она
отдалась своему сокурснику, правда, не получив от этого никакого
удовольствия. Потом были и другие любовники, но почти никто из них ее не
удовлетворял. Во всяком случае, она не прекратила заниматься мастурбацией,
что нравилось ей гораздо больше, чем трахаться.
Странные ощущения, возникшие у нее при виде обнаженной Кейзии, повергли
Викки в недоумение. Она решила, что это следствие длительного воздержания:
ведь после разрыва с Кеном у нее целый месяц не было мужчины! Внизу живота
возникло томление. Ей определенно пора было трахнуться!
Викки легла на живот и, прижавшись щекой к полотенцу, закрыла глаза. Похоть
расползлась по всему телу. Солнце начинало припекать. Внезапно на нее упала
чья-то тень. Викки втянула ноздрями воздух и почувствовала характерный запах
женского лона, смешанный с ароматом защитного лосьона. Соски ее тотчас же
отвердели и уперлись в ткань полотенца. Она повела бедрами, плотнее
прижимаясь к песку. Ей хотелось потереть рукой клитор. Кейзия стала наносить
лосьон ей на спину, Викки сладострастно застонала. Приятные запахи кружили
ей голову. Кругообразные движения ладони Кейзии по ее спине будили в ней
похоть. Она стала совсем мокренькой.
— Как приятно, — прошептала она.
— Я знаю. Что может быть лучше, чем лежать вот так на пляже и
наслаждаться массажем, шумом прибоя и запахом моря? С моей помощью у тебя
скоро будет такой загар, что все будут думать, что ты отдыхала на Багамах.
— Ты так много знаешь и умеешь! — восхищенно сказала Викки. —
Надеюсь, что ты и меня кое-чему научишь?
Кейзия растерла лосьоном ей спину и легла на свое полотенце.
— Ты имеешь в виду актерское мастерство? — сонно спросила она,
закрыв глаза.
— Да, но не только... На меня можно положиться, я никогда тебя не
подведу. У меня спокойный характер, я исполнительна и дисциплинированна. Вот
почему меня никогда и не брали на роль сказочной королевы, а предлагали
играть эльфа. Короче говоря, я обыкновенная посредственность и звезд с неба
не хватаю.
Кейзия рассмеялась:
— Не ты одна такая! Я тоже в юности возомнила себя великой актрисой, но
оказалось, что до звезды мне далеко. Однажды я дерзнула сыграть главную роль
в спектакле
Трамвай Желание
, и критики подняли меня на смех. И они были
правы.
Кейзия зевнула и надела солнцезащитные очки.
— К вам можно присоединиться? — услышала Викки негромкий мужской
голос и, подняв голову, увидела приближающегося к ним загорелого молодого
человека, в котором она узнала одного из рабочих сцены.
— Привет, Джефф! — воскликнула, заметив его, Кейзия. Она ничуть не
смутилась своей наготы, что озадачило Викки. Парень был симпатичным, Викки
поборола смущение и приподнялась на локтях, чтобы получше разглядеть Джеффа.
Он был одет в шорты, и когда сел, пенис высунулся из-под короткой штанины.
Викки с трудом подавила желание пощелкать пальчиком по лиловой головке.
— Я думал, что мне придется валяться здесь в одиночестве, — соврал
Джефф, поглядывая на ее груди. — Когда же вы успели пообедать?
— Обед был час назад, — лениво отозвалась Кейзия.
— Как машина? Бегает? — спросил Джефф и облизнул губы.
— Не знаю, думаю, что да, — холодно ответила Кейзия.
Викки была заинтригована, между этими двоими явно что-то произошло, решила
она.
Кейзия встала, покидала свои купальные принадлежности в сумку и сказала:
— Схожу осмотрю бухту, может быть, поплаваю. Ты идешь со мной, Викки?
— Я подойду попозже, — ответила Викки, умирая от похоти.
Проводив Кейзию недоуменным взглядом, Джефф подсел к Викки поближе и
воскликнул:
— Какая муха ее укусила? Вчера, когда я помогал ей завести ее машину,
она была очень мила со мной.
— Вы с ней занимались сексом? — спросила Викки.
— Возможно. А почему тебя это волнует? Ты ревнуешь? Не беспокойся, сил
у меня хватит и на тебя, крошка! — Джефф улыбнулся и сжал рукой ее
грудь.
— Докажи, что ты не врешь, — прошептала Викки, пронзенная
электрическим током.
Глаза Джеффа были такие же голубые, как небо над морем. От их взгляда у
Викки все помутилось в голове. А когда он порывисто обнял ее и поцеловал,
она совершенно сомлела. Его напористый язык проник в ее рот. Викки застонала
и сильнее прижалась грудями к его мускулистой волосатой груди. Джефф
деловито просунул руку в ее мокрую промежность и нажал пальцем на самое
заветное местечко. Трусики Викки стали мокрыми.
Она потянула за язычок молнии на его шортах — из ширинки выскочил лиловый
удавчик. Джефф сжал его в руке и стал мастурбировать. Викки не выдержала и
дотронулась до головки. Джефф зарычал и, сняв с нее трусики, поднес их к
лицу и понюхал. Головка члена побагровела и стала толще. Викки сжала ее в
кулаке, в качестве ответного жеста Джефф стал массировать ей клитор. При
этом оба учащенно дышали и потели как от солнечных лучей, так и от
внутреннего жара. Викки утратила над собой контроль и принялась еще быстрее
манипулировать с его пенисом. Давление пальцев Джеффа на ее лоно усилилось.
Викки впала в экстаз и сладострастно застонала. Джефф вскочил и, упав на
нее, вогнал пенис во влагалище. Викки взвизгнула и завертелась. Совершив
несколько возвратно-поступательных телодвижений. Джефф выплеснул в ее лоно
семя.
Отдышавшись, он перекатился На бок и, погладив Викки по волосикам на лобке,
ласково улыбнулся.
— Кто из нас двоих лучше, я или Кейзия? — спросила она.
— Вы обе хороши, каждая по-своему, — дипломатично ответил Джефф,
кладя ладонь на ее промежность. — Хотя и стервы.
— Ты врешь, мой милый, — рассмеявшись, сказала Викки. — Но,
честно говоря, мне все равно. Главное, нам обоим было хорошо.
Глава 6
— На сегодня достаточно, — сказал Джерард. Труппа встретила эти слова
дружным вздохом облегчения.
— Пока все идет неплохо, — продолжал он, окинув удовлетворенным
взглядом актеров. — Но до совершенства еще далеко. Нужно упорно
работать, дети мои! Работать, работать и еще раз работать! Только в этом
случае мы достигнем успеха.
— Дорогой мой, ты в этом уверен? — с сомнением воскликнула
грациозная Анна Роукби, прослывшая одной из лучших драматических актрис
современности. Даже после утомительной многочасовой репетиции она выглядела
свежей и бодрой, как и подобает подлинной профессионалке. — По-моему,
это непосильная задача для такого слабого состава. Так что не строй иллюзий.
— Анна, душка, — воскликнул Джерард, обнимая ее за плечи, —
ты, конечно же, права! Задача перед нами стоит колоссальная. Но разве нам
впервой преодолевать трудности? Я уверен, что и на этот раз мы победим.
Джерард похлопал другой рукой по заду Хелен Блейк, исполнительницу роли
второй жены Синей Бороды по имени Таня.
— Что скажешь, моя прелесть? — спросил он у нее.
— Все получится, Джерард! — ответила стройная брюнетка с короткой
стрижкой. — Я в тебя верю! Ради тебя я отказалась от роли в
телевизионном спектакле.
Слушая этот разговор, Кейзия не могла понять, почему столь блистательные
актрисы боготворят Джерарда и прощают ему все его тиранические замашки.
Своими мыслями она поделилась позже с Викки. Подружка немедленно выдвинула
свою версию, показавшуюся Кейзии весьма правдоподобной:
— Наверное, он хорошо их оттрахал, когда они были помоложе.
Вид самой Викки мог бы служить эталоном облика сексуально удовлетворенной
женщины: щечки ее раскраснелись, глаза светились радостью, даже ее походка
стала уверенной и самодовольной. Кейзия, умышленно
оставившая ее наедине с Джеффом на пляже, была искренне рада за подругу.
К ним подошла Ленка, одетая в лиловый облегающий спортивный костюм, и
хриплым голосом сказала:
— Мистер Фарнол просит вас зайти к нему.
Кейзия окинула ее недоверчивым взглядом и спросила:
— Зачем? Ведь репетиция закончена!
— Понятия не имею, — пожала плечами Ленка. — Мое дело
передать вам его слова. Он ждет вас в своих апартаментах.
Кейзия едва держалась от усталости на ногах, однако все же поплелась за
служанкой во флигель, теряясь в догадках о причине неожиданного приглашения.
Неужели Фарнол остался недоволен ее исполнением роли Ясмины? Впрочем, для
этого у него были все основания: она пока не вжилась в образ, да и текст
знала скверно. Ленка уверенно открыла входную дверь и повела Кейзию по
широкому коридору, освещенному настенными светильниками, напоминающими по
форме человеческую руку. Стены его были увешаны картинами в духе творений
Рубенса и Рембрандта. Ленка распахнула перед Кейзией дубовую дверь и взмахом
руки предложила ей войти в просторный зал, обставленный старинной мебелью и
обитый резными панелями, между которыми висели громадные зеркала в
позолоченных рамах. С украшенного лепниной потолка свисала большая
хрустальная люстра. Звук шагов женщин по натертому до блеска паркету
разносился гулким эхом по всей гостиной. Ленка остановилась перед следующей
парой дверей и, постучавшись, распахнула их. Кейзия сделала робкий шаг
вперед и застыла на месте, пораженная увиденным.
Повсюду горели свечи, в бронзовых подсвечниках на буфете, в напольных медных
канделябрах и в чугунных жирандолях. Их колеблющийся свет падал на медные
трубы готического органа и, отражаясь, вспыхивал в настенных зеркалах, чтобы
погаснуть в складках полога огромной кровати. Густой запах благовоний,
тлеющих в курильницах в форме драконов, дурманил голову. У Кейзии запершило
от едкого дыма в горле и заслезились глаза. Драпировка спальни, выдержанная
в черных и малиновых тонах, внушала животный страх впервые попавшему сюда
человеку. По спине Кейзии пополз холодок, ужас схватил ее за горло своей
костлявой рукой. Взгляд ее устремился на ложе, стойки и навесы которого
напоминали своей формой усыпальницу в стиле эпохи Возрождения, и глаза ее
полезли из орбит. Как же можно спать на такой кровати? Ведь лечь на нее —
все равно что добровольно улечься в склеп!
Из темных глубин своей опочивальни появился Джерард. Он был наг и нахально
ухмылялся. Покраснев до корней волос, Кейзия уставилась на его колоссальные
мужские причиндалы, болтавшиеся между худых ног, заросших густыми черными
курчавыми волосами. Его плоский живот и мускулистая грудь тоже были покрыты
буйной растительностью. Насладившись произведенным на Кейзию впечатлением,
Джерард холодно промолвил абсолютно безапелляционным тоном:
— Сегодня ты проникнешься ощущениями, охватившими Ясмину в ее первую
брачную ночь, деточка!
Он наклонился и, подхватив с пола черный шелковый халат, надел его.
— Разве репетиция на сегодня не закончена? — промямлила, придя в
себя от потрясения, Кейзия и затравленно покосилась на дверь, подумывая об
отступлении. Но путь к нему преградила Ленка — прислонившись к двери спиной,
она скрестила на груди руки и насмешливо смотрела на Кейзию.
Джерард ухмыльнулся и, затянув потуже пояс о халата, промолвил тоном
терпеливого наставника, объясняющего очевидные вещи своему несмышленому
подопечному:
— Вы же не станете утверждать, что не нуждаетесь в моих дополнительных
консультациях? Я делаю все это ради вашей же пользы, моя милая Кейзия! Я
хочу, чтобы вы стали звездой! У вас есть для этого все данные. И конечно же,
вы не поленитесь приложить еще немного усилий, чтобы достичь этой цели!
— Что я должна сделать? — спросила Кейзия, с подозрением глядя ему
в глаза. Врожденное женское чутье подсказывало ей, что здесь таится подвох.
Но наивная вера в доброту человеческой натуры толкала ее на необдуманные
поступки. В голове Кейзии все смешалось.
— Не бойся, ты только выиграешь от всего этого! — послышался из
полумрака спальни томный голос Магды.
Кейзия посмотрела в ее сторону и увидела, что
...Закладка в соц.сетях
