Жанр: Любовные романы
Аромат счастья
...адил тебя в мою
машину. В мою! Он даже не сказал, что ему
нужно к тебе! Нам было так хорошо, а он... - Девушка кусала губы, чтобы снова не
разреветься.
- Да клянусь же!
Перебить ее оказалось невозможно.
- Ушла ты от него к этому Педро, ну и ушла. Велика потеря! Он ведь уже
встретил меня! И ведь все равно ему ты нужна!
Ты! Почему?
- Подожди, пожалуйста, выслушай меня! Я никогда прежде не видела твоего
Гарри.
- Тогда откуда ты знаешь, как его зовут? - Она недоверчиво шмыгнула носом.
- Гарри Лейз хочет найти золото Шелгвауканы, поэтому он попытался похитить в
архиве этот дневник. - Я показала ей
книжку. - Я работаю в архиве, вот и побежала за ним, чтобы помешать ему
скрыться. Понятно?
Она с сомнением пожала плечами. Странно, но она никак не отреагировала на
слово "золото"!
- Неужели ты не помнишь, как я кричала Гарри, чтобы он вернул мне дневник?
- Откуда я знаю, о чем вы с ним спорили? Я не понимаю по-английски.
- Зачем же он заговорил по-английски со мной, если с тобой общался на
французском языке? - растерялась я.
- Не, он французского совсем не знает. Мы когда въезжали в Эдуар, он спросил,
как меня звать. Я возьми и скажи пофранцузски,
а он не понял и переспрашивает: Жемапель или Лауренсья?
Представляешь себе имечко: Жемапель! -
Девушка наконец-то улыбнулась.
- Подожди, Лауренсья. Выходит, вы с Гарри познакомились только сегодня?
- Да, а что? Будешь "голуаз"? - Она уже совсем успокоилась и полезла в сумку
за сигаретами.
- Спасибо, я бросила. - Я всегда говорю так, когда чувствую, что иначе мне не
поверят и могут обидеться, а уж этого я
не могла допустить сейчас. - И как же вы познакомились? - с искренним интересом
спросила я.
Во-первых, бабье любопытство мне вовсе не чуждо, а во-вторых, интуиция
подсказывала мне, что есть нечто общее
между теми, кто предпочитает говорить именно по-английски: Гарри, Игнасио и
Марега. К тому же Гарри - пациент
Мареги, который искал Шелгваукану именно для него...
- Как в кино, Мари. - Лауренсья улыбнулась, видимо, она уже простила Гарри,
откинула волосы и изящно отставила
руку с сигаретой. Я опять поразилась ее уникальной красоте. - Представляешь, еду
и вдруг вижу "хаммер". Интересно, кто
это у нас завел себе военный джип? Я вроде всех знаю, мой дедушка классный спец
по машинам, самому мэру тачки чинит.
А тут вдруг "хаммер". Алюминиевый, некрашеный, блестит на солнышке. - Она
неожиданно осеклась и отвернулась к
рулю. - Так, все, поехали, подруга.
- Куда? Зачем?
- Взгляни назад.
Машина ожила. Я посмотрела. Вдали по дороге ехало что-то темное, быстро
обретая очертания "форда".
- Чего ты боишься? Обычный "форд".
- Обычный, необычный! Ты чудная, Мари! - хмыкнула Лауренсья. - По трассе надо
ехать, а не стоять. Увидят
мужики: сидят две бабы в машине...
- Ну и что?
- Ничего, мне сегодня приключений по уши! - Она сплюнула сигарету на дорогу и
погнала.
- Лауренсья, извини, но мне бы хотелось... - Я чуть не сказала "вернуться в
Эдуар", но вовремя сообразила, что пока
лучше не напоминать об этом, а послушать историю знакомства. - Мне бы хотелось
все-таки узнать, как вы встретились.
Интересно. Ты же сама сказала, как в кино...
- Не нравится мне все это. - Она обернулась.
Я тоже посмотрела назад. "Форд" определенно догонял нас.
- Перебирайся ко мне, - велела Лауренсья. - Я подниму крышу. Догонит, точно
куры строить начнет, как сегодня
"хаммер".
- Ты имеешь в виду Гарри? У него "хаммер"?
Я перелезла на переднее сиденье, не расставаясь с дневником. Беспокойство
Лауренсьи невольно передалось и мне.
- Ну да. - Она кивнула и усмехнулась. - Представляешь, он пытался обогнать
мой "крайслер"!
- Это и есть "строить куры"? Всего-то? - Мне нравилось, что она опять
повеселела, но слово "хаммер" не давало мне
покою. Я никак не могла вспомнить, от кого совсем недавно слышала это название.
Но ведь точно недавно, буквально
сегодня или вчера. - Обогнал?
- Ха! Моя машинка только на вид неказистая. Обогнать-то он обогнал, а
передачу угробил. Слушай, а вдруг он наврал
про коробку, чтобы оказаться со мной? - радостно оживилась девушка. - Я же
предложила дотащить его на тросе до
мастерской, а он не захотел. Дескать, пусть его охранник позагорает!
- Охранник? У Гарри есть охранник?
- Конечно! Правда, против самого Гарри он мелковат и в очках. Не в моем
вкусе. Да еще с космами! - Она
выразительно поморщилась. - Я люблю, чтобы у мужика голова стриженая,
кругленькая, гладишь - волосики маленькие,
как шерстка... Скажи, заводит?
Последние сентенции этой эстетки были мне омерзительны, но я равнодушно
пропустила их мимо ушей. Важнее было
другое! Очки, "космы", "хаммер"... "Мы с Игнасио поедем на моем "хаммере"...
Марега!
- Ты случайно не знаешь, Лауренсья, как зовут этого охранника?
- Нет. Зачем мне?
- А не может быть так, что Гарри нарочно приехал в архив за дневником на
твоей машине?
Она охнула.
- Сволочь! Золото! А я! - От избытка чувств она зарычала и грязно выругалась.
Я деликатно опустила глаза. - Ловко!
Спереть какую-то хреновую тетрадку на моей машине, чтобы потом искали меня! В
ней что, правда написано, где золото? Ты
не врешь? Или ты тоже из их компании? А этот косматый катит на своем "хам-мере"
нам навстречу, чтобы...
- Ты с ума сошла! - Я все-таки не выдержала. - Кто куда катит? С таким же
успехом я могу сказать, что ты везешь
меня в условленное место! Давай рассуждать логично!
Смеркалось. И я рассказала ей о первой встрече с Педро и компанией, о
магическом взгляде доктора археологии из
Колумбии, который ищет следы экспедиции Бонвояжа, о внезапном появлении Мареги в
очках и с длинными волосами,
который разыскивает ту же самую экспедицию в Золотую Шелгваукану якобы в
интересах своего пациента Гарри Лейза,
который был сообщником авантюриста Вонахью, на которого одновременно похожи и
Эньярош, и Марега.
- А сегодня утром этот Марега повез на своем "хаммере" доктора Эньяроша в
Кайенну, чтобы показать врачам его
травмированное плечо. - Естественно я опустила подробности про бильярд и его
последствия.
- Зачем доктору ходить к врачам? Он что, сам себя вылечить не в состоянии?
- Лауренсья, он же доктор археологии! - Неужели она настолько тупая? -
ужаснулась я. Толкую ей, толкую, а она
спрашивает какую-то чушь. - Важно другое! То, что Гарри и Марега наверняка
заодно!
- Тогда бригада Педро работает на них. А я думала - на Эньяроша, и он нарочно
наврал про врачей, а сам поехал
встречаться с Гарри и заодно избавляться от Мареги.
- Игнасио?! - Я была потрясена не только ее предположением, но и неожиданно
связной речью.
- Это кто еще? Ты мне про него не говорила.
- Так зовут доктора Эньяроша.
- Он твой парень?
Я смутилась окончательно, я ведь и сама не знала этого. А мы все ехали и
ехали куда-то.
- Ладно, подруга. - Она с мужской силой хлопнула меня по колену. - Сдается
мне, все вы одна команда. Только ты со
своим Игнасио сами решили нарыть это золотишко. - Я онемела, а Лауренсья как ни
в чем не бывало рассуждала дальше. -
И Гарри, видать, со своим охранником тоже. Кинули в Кайенне Марегу и Эньяроша, и
вперед на его "хаммере". А тут вдруг
я! Надо же мне было так вляпаться! - Она присвистнула и покачала головой.
- Да никакой это не охранник! Я уверена, это Марега!
- Значит, сбили с хвоста твоего дружка. - От мысли, что с Игнасио что-то
случилось, мне стало не по себе. -
Поймают, уберут и тебя.
- Нет!
- У-у-у! - Она смерила меня взглядом и опять уставилась на дорогу. - А то не
знаю я ваши бандитские законы. Мне
бы самой ноги унести.
- Лауренсья! Как ты могла такое подумать? Я работник архива, а Эньярош
ученый, пишет книгу. Мы оба не имеем ни
малейшего отношения ни к какой банде! Лучше отвези меня, пожалуйста, обратно в
Эдуар.
- Ты свихнулась? Оглянись!
"Форд" по-прежнему ехал следом. Нас разделяло метров десять, не больше.
- Можешь выскочить на ходу, - иронично пробасила Лауренсья. - Но я бы не
советовала. И вообще, у меня бензин
кончается.
- С чего ты взяла, что мы нужны ему? Пожалуйста, отвези. Я заплачу, сколько
скажешь.
- Ты совсем дура?
Я промолчала.
- Видишь впереди огоньки? Это "Эмерийонс". Вот дотянем дотуда, там и
договаривайся с кем хочешь, кто тебя повезет,
и лучше сразу вали в Кайенну. Ты мне еще спасибо скажешь насчет "форда". А я в
Эдуар ни ногой! Я пока еще жить хочу.
Но тут сбоку промелькнул черный "форд" и обогнал нас, однако очень скоро
притормозил, прижимаясь к обочине и
словно бы давая нам дорогу.
- Чего ему надо? - занервничала Лауренсья.
Но мы уже поравнялись с "фордом", внутри которого зажегся свет, и я увидела
тигриную улыбку и ее обладателя.
- Педро!
- Сеньорита в порядке?! - крикнул он в открытое окошко.
- Проваливай! - огрызнулась Лауренсья, прибавляя скорость.
- Не бойся! Это же Педро. Он хороший..
- Хороший!.. Ты все врала! Дура, стерва, сволочь!
Она ругалась долго и замысловато, а машина неслась вперед будто сама по себе.
Огни кучки каких-то строений были уже
совсем близко.
- Лауренсья! Пожалуйста, успокойся! Ты нас угробишь! Остановись!
И, словно услышав мои мольбы, "крайслер" начал постепенно замедлять ход и
наконец остановился, а Лауренсья тут же
выскочила из машины и побежала.
- Лауренсья! Стой! Куда ты?! - Я бросилась вдогонку, прижимая дневник к
груди.
"Форд" обогнал нас обеих и встал поперек дороги. Я увидела громадную фигуру
Педро. Он не спеша двигался навстречу
Лауренсье. Она испуганно замерла, потом сделала несколько торопливых шагов в
сторону и вдруг упала.
Еще чуть-чуть, и я была уже рядом.
- Что с тобой? Зачем ты побежала?
- Уйди, сволочь! - Она пыталась встать, но почему-то у нее не получалось.
- Сеньорита, я помогу, - сказал Педро.
- Не трожь, гад! - Лауренсья отпихнула его обеими руками и опять попробовала
подняться.
- Погоди, не суетись. - Педро наклонился к ее ногам.
- У тебя все цело? - спросила я. - Успокойся, никто тебя не обидит.
- У меня бензин кончился... - затравленно пробормотала она и закрыла голову
руками.
Педро усмехнулся и зачем-то вытащил ее ногу из туфли.
- Вставай, сеньорита! - И, поднатужившись, он извлек туфельку, застрявшую
каблуком в асфальтовой расщелине. -
Держи, и поехали. Куда везти?
- Меня в Эдуар, но сначала ее - вон к тем домикам. - От присутствия могучего
Педро все мои страхи и сомнительные
догадки таяли как дым.
- А как же "крайслер"? - Лауренсья испуганно вертела туфельку в руках.
- Я бы тебе отлил, да сам пустой. - Вероятно, Педро имел в виду бензин,
догадалась я. - Наберем канистру, вернемся
и заправим.
- Слышь, амиго, - Лауренсья наклонилась, чтобы обуться, и подняла на Педро
глаза, - у тебя есть трос?
- Найдем! - Педро обрадовался так, как если бы ему предложили стать
миллионером и не попросили ничего взамен.
- Толстый? - уточнила Лауренсья и вполне мелодично хохотнула.
- Сеньорите понравится!
С ума сойти: Педро пошевелил краем своего тигриного оскала и заиграл бровями!
Стоп, это же они флиртуют, вернее
"строят куры" с прекрасной Лауренсьей!
Педро задним ходом подогнал "форд" к экипажу Лауренсьи, и они принялись
подцеплять его тросом, одновременно
старательно возводя "куры" до небес. Это было трогательно и ужасно забавно:
голубка и голубок ворковали басом, причем
голубка щедро приправляла свой хриплый щебет словечками "дурень", "растяпа
косорукий", "кретин косматый". Но в ушах
ее нового двухметрового обожателя они, похоже, преобразовывались в самые нежные
и чувственные комплименты.
- Педро, ты действительно знаешь этого Гарри? - спросила я, когда мы с ним
уселись в "форд", а Лауренсья осталась в
своем "крайслере", чтобы рулить.
- Да, сеньорита.
- Откуда ты его знаешь? Кто он такой?
- Маноло, - загадочно сообщил Педро.
- Как это? Почему Маноло? Он же Гарри.
- Да, Гарри, сеньорита. - И окончательно поставил меня в тупик, добавив: -
Внук большого дона Рикардо.
- Кого? - Из всей кучи вопросов, сразу же возникших у меня в голове, я задала
наиболее простой.
- Большого хозяина.
- Внук?
- Внук, сеньорита.
Лауренсья засигналила. Педро посигналил в ответ, и мы свернули с трассы к
постройкам, материализовавшимся из тех
самых темных силуэтов и огоньков.
Кафе, бензоколонка и еще какие-то службы и строения. Столики кафе,
естественно, помещались под открытым небом,
единственный тусклый фонарь, не считая неоновой надписи "Эмерийонс" на крыше
заведения и света из его окошек,
старательно освещал кучку гостей за одним из них. Остальные тонули в полумраке,
напоенном треском цикад, ароматами
тропической ночи, кухни и бензина.
Педро подкатил к заправке, "крайслер" искусно маневрировал сзади. А мою
голову распирали вопросы, умножавшиеся по
мере того, как я сдерживала себя. Успеется, Мари Люно, внушала я нетерпению, вот
поедем с Педро назад, все и выясним по
дороге.
Педро вылез из машины и занялся тросом. Я тоже вышла, чтобы попрощаться с
Лауренсьей. Она стояла возле Педро и,
подбоченясь, руководила процессом, отчего взаимная нежность росла просто на
глазах.
- Девочка моя! - закричал женский голос со стороны кафе.
Крупная особа вынырнула в свет фонаря и побежала к нам.
- Салют, тетушка! - пробасила Лауренсья и хрипло зашептала: - Смотрите, не
ляпните ей чего. Просто помогли мне и
все. Пять минут назад. А то разорется. Она же бешеная.
Но тетушка вовсе не подходила под характеристику племянницы: добродушная,
запыхавшаяся толстуха с буйными
кудрями до плеч.
- Девочка! Беда мне с тобой! - затараторила она. - Сколько можно! Опять
поругалась с хозяйкой! Я приехала в город,
хотела навестить тебя. Прихожу, а мне говорят: уехала. Так же ведь нельзя! Не
хочешь дома, так хоть у чужих людей
работай! Мы с дедом переживаем, а ты! Ой, никак машину разбила! - Женщина только
сейчас заметила трос и нас с Педро.
- Не, теть, бензин кончился. Они полкилометра подтащили, - невозмутимо
заявила Лауренсья.
- Вот спасибо, мадам, и вам, и вашему мужу!
Тетушка прижала руку к груди. Лауренсья напряженно хихикнула, а рот Педро
открылся сам собой.
- Пустяки, не за что, - ответила я и добавила, почувствовав излишний интерес
тетушки к напряжению Лауренсьи: -
Это не муж, это мой кузен.
- То-то я смотрю, не может быть муж так похож, - обрадовалась женщина, какимто
чудом отыскав сходство между
мной и Педро, - а кузен часто бывает. Скажем, я больше похожа с кузиной, чем с
родной сестрой. Ее мать блондинка, а
Лауренсья - как я. Может, выпьете чего-нибудь, господа?
И я вдруг поняла, что давным-давно хочу пить. Боже мой, мсье Сашель,
наверное, с ума сходит: куда это я подевалась?
- Запарились небось? Днем уж пекло очень. - Продолжая болтать, тетушка повела
нас к кафе. - А я так волновалась,
так волновалась! Сегодня у одних машину чуть не угнали. Представляете, "хаммер"
сломать! Я его нашему деду тоже на
тросе пригнала, как они тебя. Все сегодня только и знают, что друг друга тащить.
День, что ли, такой...
- "Хаммер"? - насторожилась я, но Лауренсья больно дернула меня за руку.
- Ну да. Нынче днем чуть не угнали. Вон у тех мужиков. - Тетушка показала
рукой и крикнула в распахнутые двери
кафе: - Хуанита, принеси-ка нам кувшин из холодильника! И три стакана!
А за столиком в самой тени возле глухой стенки дома сидели Игнасио, Марега и
какой-то сухопарый седой стриженный
под машинку крепкий дядька. Лауренсья опять дернула меня и очень тихо, почти
одними губами сказала:
- Охранник!
- Садитесь сюда! - Тетушка гостеприимно предложила нам место за пустым
столиком.
- Мари! Какими судьбами?! - в один голос изумленно обрадовались Игнасио и
Марега.
Они были такие красивые и усталые! Мне вообще ужасно нравятся радостные
усталые мужчины: когда мужчины устают,
они выглядят гораздо осмысленнее, потому что говорят меньше, соответственно, и
меньше глупостей, а если уж усталый
мужчина радуется, то он радуется по-настоящему, так как на размышления о том,
повредит ли проявление чувств его облику
сурового воина или не повредит, у него уже нет сил. Стало быть, мои "кабальеро"
рады мне по-настоящему, и если я сама не
напомню им о вчерашнем безрассудстве, то они и не вспомнят.
- А вы-то здесь почему, господа? - вместо ответа спросила я, хотя на самом
деле мне больше всего на свете хотелось
обнять их.
Но ведь невозможно обнять одновременно двух мужчин, сидящих по разные стороны
стола, а обнимать по очереди,
значит, сразу отдать предпочтение одному из них.
Они переглянулись.
- Я ж говорю, - вмешалась тетушка, - у них чуть было не угнали машину.
- И если бы не мадемуазель Ордегри, - открыл рот Марега, - то...
- Алекс, ну сколько можно? - Тетушка укоризненно склонила голову набок. - Я
ведь уже просила называть меня
просто Софи.
- Хорошо, Софи. - Он улыбнулся и как-то очень по-свойски дотронулся до ее
плеча.
Она была явно старше его, очень крепкая и большая, но, тем не менее,
удивительно приятная и женственная, как какаянибудь
ожившая модель Рубенса или Тициана. И я определенно почувствовала если не
ревность, то, во всяком случае, ее
приближающийся аромат.
Темноволосая девушка принесла кувшин с плавающими в чем-то прозрачном
кубиками льда и наполнила стаканы.
- Извините, можно мне кофе? - попросила я ее. - Я боюсь в жару пить холодное.
- И, не дожидаясь дополнительного
приглашения, уселась за стол, положив дневник на колени. - Так что же с вами,
господа, стряслось без меня?
- Забавная история, Мари, - сказал Игнасио, поспешно усаживаясь справа от
меня, а Лауренсья заняла стул слева и в
целях напоминания подергала под столом мою руку.
- Куда забавнее! - Сухопарый дядька усмехнулся и, подмигнув Лауренсье,
погрозил ей пальцем. - Ну и переволновала
ты нас, внучка!
- Я-то при чем? - пробасила та и опять подергала мою руку.
- Во-первых, в торговом центре я потерял Алекса, - продолжал Игнасио, не
обращая внимания на диалог
родственников. - И даже подумал, что он дал от меня деру, когда на стоянке не
оказалось "хаммера", а вместо него стоял
грузовичок мадемуазель Ордегри...
- Игнасио! - Софи обиделась уже на Эньяроша.
- Пардон, нашей спасительницы Софи!
И этот донжуан как бы невзначай поцеловал ее руку, а толстуха
покровительственно взглянула на меня!
- Софи, у тебя потрясающая племянница! - восторженно произнес Марега. -
Никогда в жизни я не видел такой
красивой девушки!
- Смотри, - милостиво изрекла потрясающая племянница. - За осмотр денег не
берем, амиго.
И подмигнула! Пристроившийся на стуле за моей спиной Педро запыхтел, когда
Марега подмигнул Лауренсье в ответ, а
та гортанно хихикнула. Похоже, нам уже грозил потоп ревности...
- Господа, так что же в конце-то концов произошло? - Не в силах дождаться
кофе, я отпила ледяной напиток.
- Дело в том, - сказал Марега и облизнул языком свои губы, причем от меня не
укрылось, что Лауренсья, словно
зеркало, скопировала его жест, - что я оставил Игнасио в торговом центра, а сам
пошел через дорогу в аптеку. Выхожу
оттуда и вдруг вижу, как со стоянки выкатывает мой "хаммер"! Я не поверил своим
глазам...
- Но наш доктор не растерялся, - перебил его Игнасио, - и тут же поймал
машину, хозяин которой согласился
преследовать "хаммер". Это был, кажется, "мерседес", если я не ошибаюсь? -
уточнил он у Мареги, как бы возвращая тому
нить повествования.
- Ну да, новехонький, нежно-голубой. - Ловелас Марега пожирал глазами
Лауренсью, а она то облизывала губы, то
поправляла волосы, не сводя с него взгляда.
- Я вот все никак не могу сообразить: чей? - Ее дед развел руками. - Ты не
помнишь, внучка, кто тут у нас недавно
купил "мерс"?
Она задумалась, нахмурив бровки.
- Мсье Леже? Или мадам Кондр? А не сын ли он мэтра Легероса?
- Вот и я сначала так подумал, - закивал моложавый дед. - Ты сказал, что за
рулем был парнишка? - уточнил он у
Мареги. Тот подтвердил. - Только малыш Легерос брюнет, а его подвез
светловолосый.
- Значит, внук мадам Кондр, - безапелляционно заявила Лауренсья. - Рыжий
такой?
- Да, папаша Ордегри, пожалуй, рыжеватый. - Вспоминая, Марега повел бровью и
потрогал пальцем усы. - Высадил
меня возле моего брошенного "хаммера" и сразу уехал, дескать, и так взял машину
без родительского разрешения.
- А чего это они бросили "хаммер"?
Последнее слово Лауренсья произнесла с придыханием, получилось так, как если
бы она с придыханием сказала: "Ах, я
согласна!" Вот ведь гадость какая, подумала я, а еще говорила, что он не в ее
вкусе.
- Обычное дело, внучка. Угробили и бросили. Это надо же было как постараться,
чтобы угробить передачу у "хаммера"!
- возмутился мсье Ордегри.
- Стало быть, моя тетушка подхватила тебя, амиго, - обратилась его внучка к
Эньярошу, беспардонная Лауренсья была
на "ты" со всем светом. - И прямиком доставила к тоскующему в своем "хаммере"
приятелю?
"Приятель" и "амиго" согласно закивали, потрясенные логическими способностями
красотки.
- А потом приволокла сюда на веревочке, как они меня?
- Ну, - подтвердила Софи.
Хуанита наконец-то принесла мне кофе и поставила на стол зажженную
керосиновую лампу. Я даже не подозревала, что в
наше время ими еще пользуются не только в кино.
- Мари, ты-то как додумалась поехать нас встречать? - спросил Игнасио.
И, пожалуй, неожиданно спросил, потому что после первого же глотка кофе я
вдруг сообразила, что эта версия
совершенно не сходится с той, которую мне рассказывала Лауренсья по дороге.
Откуда взялся голубой "мерс"? Какой-то сын
какой-то мадам? Я сделала еще глоток и решила сейчас не зацикливаться на этом.
Все равно я больше никогда не увижу из
этой семьи никого, тем более что Лауренсья просила ничего не рассказывать, чтобы
не волновать тетку...
Но ведь она узнала Марегу! А он ее? Стоп, а с чего это я взяла, что с Гарри
был именно Марега? Ведь в представлении
Лауренсьи "космат" даже Педро, а у него всего лишь обычная мужская стрижка. Что
же тогда говорить о волнистых волосах
Игнасио, прикрывающих шею?.. Ладно. Сейчас поедем в Эдуар, и все выяснится.
- Телепатия! - предположил Марега, не дождавшись моего ответа, он по-прежнему
не сводил глаз с Лауренсьи,
одновременно пытаясь смотреть и на меня, и от этого казалось, что он
действительно растерян, кого из нас предпочесть. -
Мари почувствовала, что нам не выбраться отсюда, пока мсье Ордегри не заменит
"хаммеру" коробку передач. - Мерзавец,
он произнес "хаммер" с интонацией Лауренсьи! - А для этого нужно съездить за ней
в Кайенну.
- Дед, неужели у тебя не завалялось никакой коробочки? - выдохнула эта юная
стервочка, растягивая слова. - Амиго
так хочет коробочку... - И опять облизнула губы.
- Гарри напал на сеньориту, хозяин, поэтому мы здесь, - вдруг сказал
измученный Педро.
Вероятно, вероломная строительница "кур" должна была понять, что он здесь
исключительно по делам службы, а ее
прекрасные глаза вовсе ни при чем.
- Мой пациент? Откуда он мог взяться?! - Марега округлил глаза, а Игнасио
воскликнул:
- Гарри?! Гарри Лейз?! Он же в...
- Он в Эдуаре, - сказала я. - Он пытался похитить вот это, - я положила на
стол дневник Бонвояжа, - а заодно и...
- Тут я охнула и вздрогнула, потому что Лауренсья ущипнула меня за ногу, ведь
мои руки лежали поверх стола. -
Извините, ногу свело. - Я махнула рукой и улыбнулась. - У меня бывает... -
Ладно, еще раз сказала я себе, мы сейчас
уедем, не разоблачай эту шлюшку. - Но наш Педро подоспел вовремя.
- А что это? - заинтересовался дневником мсье Ордегри. - Можно посмотреть?
Какая же ты дура, Мари Люно, с опозданием обругала я себя, кто тянул тебя за
язык, мало тебе претендентов на это
несчастное золото?
- Конечно, папаша Шарло, - удивил меня Игнасио, передав дневник деду
Лауренсьи, - вам будет интересно.
- Я и сам-то его еще не видел толком, - сказал Марега, вместе со стулом
придвигаясь к старику. - Где там про твое
"вечное дерево", Игнасио?
А я вдруг подумала, что конечно же идеальный мужчина Лауренсьи должен быть
похожим на ее деда, по крайней мере,
прической, то есть, в моем представлении, отсутствием таковой. Темнота делала
голову Мареги с гладко зачесанными
волосами такой же круглой, как и у папаши Шарло.
- Ой, можно, я тоже посмотрю? Я не замараю! - На всякий случай Софи вытерла
об себя руки.
- Дед, выходит, что индейский город за нашим бунгало и есть эта самая
Шелгваукана? - спросила Лауренсья. - Что же
мы до сих пор сами не нашли там все золото, а только одну ту золотую бляшку в
болоте?
Вот зараза, возмутилась я, мы столько ехали, а эта дрянь даже не заикнулась,
что здесь есть индейский город с золотыми
бляшками! Я ей подыгрываю, ни слова не говорю про ее похождения, а она?!
- Потому что не знали и не знаем, где копать, - философски отозвался дед. - А
здесь точно про это, парни? Все равно
как ребенок карандашом накалякал...
Марега напряженно уставился на Игнасио, и мы все - тоже, но, полагаю, с
разными чувствами.
- Про Шелгваукану - это несомненно, - к всеобщему облегчению, подтвердил
Игнасио. - Но является ли ею город за
вашим бунгало, про который вы нам рассказывали, я пока утверждать не берусь. Я
ведь его не видел.
- Так поедем и посмотрим! Чего тянуть! - предложила Лауренсья.
- Прямо сейчас? Или у нас есть десять минут на сборы? - Я вспомнила шутку
Игнасио. Он встретился со мной глазами
и улыбнулся. Именно мне, а не кому-нибудь другому!
- Конечно сейчас! Тут пешком-то минут сорок ходу, а уж на "форде"-то! Берем
фонари, лопаты...
- А я быстренько покушать вам соберу, - вставила Софи. - Не копать же на
голодный желудок! Дед, у тебя одеял там
на всех хватит?
- Да погодите вы, сороки! Ночь на дворе!
- Дед, я ж этот лес, как свои пять пальцев!.. Хоть днем, хоть ночью! -
горячилась Лауренсья, а Софи действительно
пошла собирать нас в путь. - Или кто-то хочет подождать Гарри? Нам и так на семь
частей делить! Вас четверо и нас трое.
- Делить? - спросила я. - Что ты собралась делить?
- Золото, - со смешком объяснил мне Марега. - Девушка предлагает нам делить
золото!
Я даже поперхнулась, а Игнасио сказал:
- Мы не можем ничего делить. Даже если мы и найдем что-либо, это все -
научные, а не материальные ценности.
- Для кого как, - двусмысленно заметил Марега.
- Господа
...Закладка в соц.сетях
