Жанр: Любовные романы
На ромашке не гадай
...женой расстался, так чего тебе
смущаться, верно?
Энди на миг задумался, затем провел ладонью по лицу, посмотрел на Риту и
улыбнулся.
— Все правильно, просто я пока не привык к своему новому положению.
Формально свободен, но умом еще женат.
Она слегка пожала плечами.
— Что ж, бывает. Так мы едем или предпочтешь не давать новой пищи
сплетникам?
Энди ответил вопросом на вопрос:
— Неужели я похож на человека, который в своей жизни ориентируется на
мнение окружающих?
— Вроде нет, — сказала Рита, смерив его оценивающим взглядом.
— Значит, едем!
В ходе знакомого маршрута по городу они непринужденно беседовали, обсуждая
любимую тему Риты — болезни звезд кино, спорта и эстрады. Энди отдавал себе
отчет, что подобные разговоры тоже сильно смахивают на сплетни, но
оправдывал себя своим профессиональным медицинским интересом.
— Спасибо, что подвез, — сказала Рита, когда Энди остановил
вольво
возле ее дома. — А ты сейчас в гостиницу? Станешь звонить по
номерам, указанным в объявлениях об аренде жилья?
— Скорее всего, — кивнул Энди. — Надо же как-то обустраивать
свою жизнь.
— Ну да, ну да... — задумчиво произнесла Рита. Затем вдруг
потянулась к Энди, легонько поцеловала его прямо в губы и выпорхнула из
автомобиля. — Пока! Успехов в поисках жилья... — Уже стоя на
тротуаре, она помахала рукой и побежала к крыльцу, стуча по плитам дорожки
каблуками.
Энди машинально повернул ключ зажигания и тронул
вольво
с места.
Неожиданный поцелуй произвел на него странное — полузабытое — впечатление.
Нечто подобное он испытывал лет в шестнадцать, во время первых свиданий с
одноклассницей, которую звали... Синти, кажется. Да, точно.
Никогда не думал, что забуду имя своей первой любви, промелькнуло в голове
Энди, и эта мысль тоже стала для него небольшим потрясением. Неужели я
настолько постарел? В таком случае почему меня целует молоденькая девушка?
Может, все еще не так плохо? В конце концов, мне всего тридцать шесть,
поэтому о старости говорить по всем меркам рановато, разве что имея в виду
некую душевную категорию. И то я, наверное, не постарел душой, а скорее
заскоруз...
Тем же вечером, но гораздо позже Энди ждал еще один сюрприз.
В его номере зазвонил телефон. Он снял трубку, полагая, что это звонит Джин
— из всех знакомых пока только она одна знала этот номер, — но был
приятно удивлен, услышав голос Риты.
— Привет, — сказала она. — Не спишь?
— Не-ет, — протянул Энди. — Как ты узнала этот номер?
В телефонной трубке прошелестел смешок.
— Подумаешь, секрет... Ну, позвонила по номеру, который указан в
справочнике, побеседовала с портье, он и выдал всю информацию.
— Портье?
— А что такого? Ты ведь не давал запрета на разглашение установленного у тебя номера телефона?
— Нет, — вновь произнес Энди.
— Ну вот. Однако все это детали, не имеющие никакого значения. Лучше
скажи, хочешь узнать, почему я звоню?
— Дай подумать... Хочешь сообщить мне свеженькую больничную сплетню?
Рита хихикнула.
— Для этого мне сначала нужно побывать на работе. Нет, у меня к тебе
предложение. Но сначала я должна узнать, нашел ли ты себе жилье?
— Нет, — вздохнул Энди. — Похоже, это не так просто, как я
предполагал.
— Хм, что ж, тогда предлагаю тебе пожить пока у меня.
Энди показалось, что он ослышался.
— У тебя?
— Конечно. Места предостаточно, живу я одна, пересудов ты не боишься,
так что...
Энди задумался. Оказаться с Ритой под одной крышей? Звучит заманчиво...
особенно после сегодняшнего поцелуя. Но...
— Боюсь, из этого ничего не получится, — со вздохом произнес он.
— Почему? Тебя все-таки что-то смущает?
— Не то, что ты думаешь.
— Я ничего не думаю, — усмехнулась Рита. — Просто спросила.
Воображение Энди тут же нарисовало ее улыбчивый образ, словно он на
фотографию взглянул. Все это вызвало небольшую заминку, и, вспомнив, что
Рита ждет ответа, Энди сказал:
— Хорошо, объясню. Понимаешь, у меня есть сын, которому я твердо
пообещал, что мы будем часто видеться, проводить вместе время и все такое.
— Это ты о Тиме говоришь?
— Разумеется.
— Просто в твоих словах прозвучала такая торжественность, что я
подумала... Впрочем, неважно, продолжай.
— Собственно, я уже все сказал. Могу лишь добавить, что для встреч с
Тимом мне нужно помещение. Лучше всего, если это будет отдельная комната,
потому что Тим может захотеть остаться на ночь.
— Но говорю же тебе, у меня полно места! — напомнила Рита. —
Я живу одна, в моем распоряжении половина дома, который ты видел, мои
родители проживают отдельно, так что никто не помешает тебе видеться и
проводить время с Тимом. Если хочешь, занимай весь второй этаж, там три
комнаты. Хватит тебе трех комнат?
— О, вполне, — взволнованно ответил Энди. — Только...
— Что тебя не устраивает? — спросила Рита. — Говори прямо, не
стесняйся, терпеть не могу недомолвок. — Последнюю фразу она произнесла
таким тоном, будто из них двоих младшим был Энди, а она как минимум играла
роль его воспитательницы.
Однако Энди не обратил на это никакого внимания, его сейчас волновало
другое.
— Ладно, скажу. Я чертовски не люблю доставлять людям неудобства,
однако это обязательно произойдет, если после моего переселения к тебе меня
посетит Тим.
— Энди, я не... — начала было Рита, но он прервал ее.
— Нет, постой. Дай договорить.
— Хорошо, слушаю.
— Ты привыкла жить одна, у тебя, наверное, тишина и покой, а тут вдруг
появится восьмилетний сорванец. Его шалости могут тебе не понравиться, и,
если подобное случится, ты поневоле начнешь как-то выражать недовольство.
Именно этого я и опасаюсь. На Тима и так много всего свалилось в последнее
время, чтобы он еще выслушивал замечания в свой адрес.
— Все? — спросила Рита.
— В общем да.
— Теперь послушай, что я скажу. Конечно, я не помню, когда последний
раз общалась с детьми, тем более с восьмилетним сорванцом, как ты
выражаешься. Однако не думаю, что его появление в моем доме означает для
меня смертельную угрозу. Кроме того, ты сказал
если Тим появится
, то есть
этого еще может и не произойти, верно? Скажем, Джин не отпустит его к тебе
или случится еще что-нибудь...
Энди почувствовал, как после последней фразы у него взмокли ладони, особенно
та, в которой находилась телефонная трубка.
— Джин обещала мне, что я и она будем проводить с Тимом равное
количество времени.
— Да пожалуйста! Я не о том... Я лишь хочу сказать, что еще неизвестно,
когда Тим появится у тебя, но все это время ты можешь спокойно жить в моем
доме. — Немного помолчав, Рита добавила: — И не беспокойся, я ни слова
не скажу Тиму, если он сделает что-нибудь не так. В этом случае я лучше
переговорю с тобой, а уж ты поступишь, как сочтешь нужным.
Энди задумался. Предложение Риты было неожиданным, но почему-то очень
понравилось ему. В глубине души он догадывался, почему именно, но пока не
хотел формулировать это детально.
— Хм... я благодарен тебе за приглашение и с радостью приму его... но у меня есть один вопрос.
— Да? — беззаботно прозвучало в телефонной трубке.
— Тебе-то зачем все это нужно?
— Мне? Вот переселишься ко мне — узнаешь.
Произнесено это было таким многообещающим тоном, что Энди бросило в жар.
Вместе с тем он испытал сильнейший прилив чувственного волнения, чего с ним
не происходило, наверное, уже несколько лет.
— Хорошо, — сказал он, ощущая сухость во рту и не узнавая своего
охрипшего голоса. — Когда можно переехать?
Рита весело и с оттенком торжества рассмеялась.
— Хоть завтра!
— Тогда, если не возражаешь, в этот уик-энд, — произнес Энди. В
действительности ему хотелось сказать совсем другое:
Тогда я приеду прямо
сейчас!
.
10
Джин в это время сидела на двуспальной кровати — которую больше не делила с
Энди — и размышляла о своей жизни, а также об открывающихся в связи с
разводом перспективами. Похоже, судьба предоставляла ей еще один шанс.
Впереди вырисовывались перемены, от одного лишь предвкушения которых
захватывало дух.
Зажмуриваясь, Джин представляла себя большой яркой бабочкой — какие водятся
в жарких экзотических странах, — которая только что выбралась из кокона
и сейчас сидит, ожидая, пока расправятся и подсохнут крылышки, чтобы затем
вспорхнуть и оглядеться в окружающем ее огромном удивительном мире.
Когда же она открывала глаза, то замечала, что местами в спальне чего-нибудь
недостает: картины на стене, флакона одеколона на трюмо, электробритвы,
обычно лежавшей рядом, и еще множества предметов, которые перед уходом
упаковал и забрал с собой Энди.
Привычная обстановка несколько изменилась, но на этом все и заканчивалось.
Сожалений данное обстоятельство не вызывало. Равно как и факт расставания с
Энди.
Особой боязни перед свободным полетом во вновь открывающемся мире Джин тоже
не испытывала. Наоборот, ощущала в себе собранность, которой не было до
того, как они с Энди приняли решение разойтись.
Вместе с тем Джин испытывала некоторое головокружение, как всегда бывает,
когда обретаешь то, что составляет предмет твоих мечтаний. Внезапно
обрушившаяся свобода опьянила Джин. Вероятно, нечто подобное испытывает
художник, которому дали холст, краски и сказали: рисуй что хочешь!
— Мама?
Повернув голову, Джин увидела стоявшего на пороге Тима — в пижаме и с рыжим
пушистым котенком на руках. Тот появился в доме на следующий день после
ухода Энди. Тим принес его от соседей и попросил у Джин разрешения оставить.
Она не возражала, понимая, что, помимо собственной, котенок играет для Тима
некую психотерапевтическую роль.
— Да, солнышко? Тебе не спится?
Тим молча покачал головой.
— Хочешь чего-нибудь? Молока с медом? Или, может, какао?
Котенок на руках Тима пошевелился.
— Нет, спасибо, — сказал он. — А нельзя ли нам с
Викки, — кивнул он на котенка, — побыть немножко с тобой?
Немного удивившись, Джин подвинулась на кровати.
— Конечно, можно. Забирайтесь. — Немного помолчав, она спросила: —
Что-то случилось?
— Нет. Просто Викки хочется посидеть вместе с нами обоими, так ему
уютнее, понимаешь?
— Понимаю... — медленно произнесла Джин.
И в этот момент, пожалуй впервые, пожалела, что сейчас рядом с ней, Тимом и
котенком нет Энди.
Утро субботы началось с неприятностей.
Отправившись в ванную, Джин включила свет, который зажегся, но, так сказать,
чрезмерно: лампочка ярко вспыхнула и через мгновение, казалось, взорвалась.
Во всяком случае, грохот получился такой, что Джин даже непроизвольно
присела от страха.
В следующую минуту из спальни Тима донеслось:
— Мам, у меня в туалете свет пропал!
— Это короткое замыкание, — крикнула в ответ Джин. — Сейчас
проверю пробки.
Она спустилась к находившемуся возле двери заднего входа щитку, открыла
дверцу, постояла немного в задумчивости, потом попыталась поставить на место
выскочившие предохранители. Однако те тут же с треском вылетели вновь,
заставив Джин отпрянуть.
— Ну что, мам? — послышалось с лестницы. Тим свесился с перил,
глядя на щиток.
— Не знаю, солнышко. Похоже, дело серьезное. Предохранители не встают
на место.
— Как же теперь быть? — с тревогой спросил Тим. — Вечером интересное кино по телику.
Джин вздохнула.
— Сначала позавтракаем, потом я еще раз попробую что-нибудь сделать.
— А если не получится?
Очень может быть, подумала Джин. Затем добавила про себя, что Энди справился
бы с подобной проблемой в пять минут. Он был не только хорошим врачом, но и
прекрасно умел устранить любые неполадки, которые время от времени возникают
с бытовым оборудованием, водопроводом, канализацией или отоплением.
Разумеется, электричество тоже входило в этот перечень.
— Если не получится, придется вызвать электрика, — с очередным
вздохом сказала Джин. Затем посмотрела на обеспокоенного Тима снизу вверх и
улыбнулась. — Ведь мы не можем допустить, чтобы ты остался вечером без
кино, верно?
— Да, мам, — вполне серьезно ответил Тим. — Пойду поставлю
чайник на плиту.
Он спустился по ступенькам и направился по коридору в сторону кухни.
— Не переживай, — сказала Джин ему вслед. — В крайнем случае
позвоним папе. Если у него будет свободное время, он обязательно приедет из
города и поможет нам.
Услышав это, Тим на полпути остановился и не оборачиваясь сухо произнес:
— Не нужно ему звонить. Лучше я пропущу кино.
Интонации его голоса вызвали у Джин минутный шок. Она и сама не очень хотела
беспокоить Энди — кроме всего прочего, и потому, что ей следовало выглядеть
перед ним самостоятельной женщиной, — однако открытое неприятие
подобной идеи со стороны Тима поразило ее до глубины души. Неужели он
настолько возненавидел Энди?
Джин не видела в этом логики, ведь решение о разводе принималось не одним
лишь Энди, но и ею самой. Правда, Тиму об этом ничего неизвестно...
Все кончилось тем, что после завтрака Джин вызвала электрика, и тот устранил
причину, по которой возникало короткое замыкание в сети. Для этого ему
пришлось заменить выключатель в ванной, с помощью которого Джин утром
пыталась зажечь свет.
Когда заработала вся питающаяся от электросети техника и в дом вернулась
привычная жизнь, Джин вздохнула с облегчением, хотя и потом еще несколько
дней продолжала размышлять над тем, что уход Энди несколько осложнил ее
существование.
Почему-то вспомнилось ей об этом и в следующую пятницу, когда, попрощавшись
с коллегами, она покинула банк и двинулась по тротуару к автобусной
остановке, чтобы оттуда ехать домой.
Джин как раз думала о том, что теперь придется составить список служб, в
которые следует обращаться в случае возникновения какой-нибудь
непредвиденной ситуации, запастись соответствующими номерами телефонов, и
только после этого можно будет чувствовать себя в относительной
безопасности, когда перед ней возник Энди. Она едва не налетела на него.
— Привет, — сказал он.
— Э-э... здравствуй. Как ты здесь оказался?
Джин бегло оглядела Энди, отметив новую рубашку и довольно смелый, учитывая
консервативность его вкусов, галстук.
— Если я помешал тебе, могу удалиться. — В интонациях голоса Энди
чувствовалась некоторая смущенность.
— Зачем же такие крайности? — Джин могла бы сказать, что рада
видеть его, однако предпочла оставить это при себе. — Что-то случилось?
— Нет, ничего. Наоборот, все развивается... э-э... как положено. —
Энди огляделся. — Давай выпьем по чашке кофе вон в том заведении? Если,
конечно, ты никуда не спешишь...
Джин проследила за его взглядом.
— Ведь это то самое кафе, куда мы захаживали, когда я только устроилась
на работу в банк!
— Правильно, — кивнул Энди. — Так что скажешь, тряхнем
стариной?
Она пожала плечами.
— Почему бы и нет.
— Тогда идем.
Они свернули направо и неспешно направились к кафе с полосатым навесом,
защищавшим от солнца выстроившиеся вдоль стены столики.
Расположившись за одним из них, Джин и Энди заказали кофе и мороженое. Когда
официант принес все это, Джин выжидательно посмотрела на Энди.
— Итак?
— Что? — Он поднял взгляд и тут же перевел его на изготовленные из
шоколада листочки, которыми была украшена верхушка мороженого.
— Ну, полагаю, ты не просто так появился сегодня возле банка в конце
моего рабочего дня и не напрасно привел меня в это кафе. По-моему, ты хочешь
мне что-то сказать.
С губ Энди слетел сокрушенный вздох.
— Ты слишком хорошо успела меня изучить.
— Да, наверное. Впрочем, в свете последних событий, это еще большой
вопрос, насколько хорошо я тебя знаю. Ладно, выкладывай, что там у тебя.
Энди еще раз взглянул на мороженое, потом придвинул к себе чашку и отпил
глоток кофе.
— Я тут подумал, что нам не мешало бы побеседовать.
— Похоже, именно этим мы сейчас и занимаемся, не так ли? —
рассмеялась Джин.
— Конечно, только... Словом, я решил сказать тебе, пока этого не сделал
кто-нибудь другой.
Джин нахмурилась. Сегодня Энди сбивал ее с толку, что было совершенно на
него не похоже, — обычно его действия и разговоры были довольно
предсказуемыми.
Надо же, промелькнуло в мозгу Джин, всего месяц минул с тех пор, как мы
расстались, а я уже не узнаю его!
Самым странным для нее в этой ситуации было не знать, чем живет Энди — что
ест, как спит, каковы у него дела на работе и прочее, чем они привыкли
делиться. Кроме того, Джин была уверена, что и Энди испытывает нечто
подобное, только в отношении ее.
— О чем это ты? — спросила она.
Под ее пристальным взглядом Энди явно почувствовал себя неловко. Его горло
судорожно сжалось, как будто он проглотил не воздух, как было на самом деле,
а нечто наподобие сливы.
— Да что случилось-то? — уже тревожно произнесла Джин.
Только после этого он выдавил:
— У меня появилась женщина.
Вдоль позвоночника Джин пробежал холодок. Вместе с тем кончики ее ушей стали
горячими, и, стремясь скрыть внезапное смущение, она зачерпнула ложечкой
мороженое, отправила в рот и лишь потом обронила:
— В самом деле? Что за женщина?
Энди нервно пошевелился на стуле.
— Она... особенная. — Эти слова дались ему с очевидным трудом,
зато потом говорить стало легче. — Ее зовут Рита и...
Джин насторожилась.
— Рита? Ты недавно с ней познакомился?
Во взгляде Энди промелькнуло недоумение, потом он качнул головой.
— Нет, просто знаешь, как это бывает — разглядел.
Брови Джин удивленно поползли вверх.
— Если ты сейчас скажешь, что вы коллеги...
— Именно так, — подтвердил Энди.
— Гм, уж не та ли это Рита Маккей, которая устроилась на место твоей
прежней медсестры, вышедшей на пенсию, Майи Рейд?
— Да... — удивленно протянул Энди. — Откуда ты знаешь? —
Он тут же спохватился и смущенно добавил: — Ах да! Конечно... Тебе ли не
знать, кто у меня медсестра.
Джин медленно покачала головой.
— Я ее не знаю, мне известно лишь имя, которое в свое время назвал ты
сам.
— А жаль, что ты не знаешь Риту, — сказал Энди. — Она
удивительная... неповторимая... Тебе она обязательно понравилась бы, я
уверен!
Восторженность Энди подействовала на Джин таким образом, что она на какое-то
время онемела. Холодок же от спины распространился и на остальные части
тела. Однако Джин осознавала необходимость что-то ответить, поэтому
собралась с силами и тихо произнесла:
— Да, наверное... понравилась бы. Собственно, я даже не сомневаюсь в
этом. Учитывая то, как восхищенно ты о ней отзываешься...
Что-то в голосе Джин заставило Энди внимательнее взглянуть на нее. После
этого выражение его глаз разительно изменилось: в них появилась
озабоченность.
— Эй, ведь ты не... То есть я хочу сказать, тебя не обижает то, что я
говорю?
Джин через силу улыбнулась.
— Ну что ты! — К чему изображать ревность, ведь мы больше не муж и
жена, промчалось в ее мозгу. Ведь именно этого я и добивалась — свободы.
Нет, какая ревность! Просто грустно стало, только и всего.
— Правда? — нахмурился Энди. — Ты в порядке? Потому что, если
нет, я...
— Успокойся, дорогой, — сказала Джин. Потянувшись через стол, она
похлопала Энди по руке. — Я искренне рада за тебя. Думаю, ты сам это
знаешь.
Она действительно от души радовалась за Энди. Просто ей требовалось время,
чтобы освоиться со своими чувствами и... поверить в них.
Следующий разговор с Энди произошел недели через две, тоже в пятницу. Только
на этот раз Энди позвонил в коттедж.
К телефону подошел Тим, но, услышав голос Энди, пробормотал что-то невнятное и передал трубку Джин.
— Кто? — одними губами спросила она, однако ответа ей не
потребовалось: по хмурому выражению, вдруг появившемуся на лице Тима, она и
так все поняла. — Это ты, Энди? Здравствуй.
— Привет! — с несколько наигранной бодростью прозвучало в
трубке. — Как у вас дела?
— Спасибо, нормально.
Откуда он звонит? — вспыхнуло в мозгу Джин. Не сидит ли сейчас с ним
рядом эта... Рита?
— А у тебя как дела? — в свою очередь спросила она, постаравшись
придать своему тону светский оттенок.
— Замечательно. — На этот раз Энди говорил вполне искренне —
чувствовалось, что он счастлив. Похоже, ему даже приходилось сдерживать
рвущиеся наружу эмоции.
— Рада за тебя, — с некоторой сухостью произнесла Джин и
замолчала, ожидая, что Энди сообщит о причине звонка.
По-видимому, он понял, потому что поспешно сказал:
— Я тут подумал, не сходить ли нам с Тимом куда-нибудь?
— Куда? — машинально спросила Джин, думая о своем. Потом
спохватилась. — Ах да, очевидно, ты хочешь встретиться с ним.
— Да, как мы и договаривались: каждый из нас может проводить время с
Тимом. Ведь ты не возражаешь? — В голосе Энди прозвучало беспокойство.
— Я-то нет. — Джин покосилась на Тима, который изо всех сил делал
вид, будто его не интересует разговор родителей. — Но, сам понимаешь,
это зависит не только от меня.
— Думаешь, Тим все еще не освоился с новым положением?
— Тут и думать нечего! — хмыкнула Джин. — Конечно, нет.
Наступила пауза, во время которой Энди, судя по всему, размышлял над
дальнейшими действиями. Наконец он неуверенно произнес:
— Мы с Тимом могли бы отправиться в кино, или в кегельбан, или в парк, где есть кафе-мороженое.
— Я абсолютно не возражаю против всех этих вариантов, но...
— Да-да, понимаю, последнее слово за Тимом. Что ж, если он не захочет
никуда идти, можно просто посидеть у нас... попить чаю с пирожными,
например. Рита будет рада познакомиться с моим сыном.
— Ну да... Что?! Ты поселился у Риты? — Джин вновь испытала такое
же странное ощущение, которое охватило ее, когда Энди сообщил о том, что у
него появилась женщина. Ей стало как-то не по себе, как порой бывает, когда
не знаешь, то ли плакать, то ли смеяться. Но ничего смешного она в данной
ситуации не видела, трагического, впрочем, тоже. Однако ее горло почему-то
стиснул спазм, который обычно является предвестником рыданий. Сделав над
собой усилие, Джин несколько раз сглотнула, избавившись от ощущения кома в
горле, после чего произнесла совсем другим тоном: — Так вы живете вместе?
— Ну... а почему бы нет? Просто я искал квартиру, а Рита, зная об этом,
предложила мне переехать из гостиницы к ней. Так что все вышло, можно
сказать, случайно. Да, дорогая?
— Откуда же мне знать? — произнесла Джин и в следующую минуту
сообразила, что привычное обращение
дорогая
на этот раз адресовано не
ей. — Кхм... то есть да, наверное случайно, вам двоим виднее.
— Что?
Похоже, Энди ненадолго отвлекся и не услышал последних фраз Джин, что, с ее
точки зрения было даже к лучшему. Эта небольшая заминка помогла ей прийти в
себя, а также вспомнить, что рядом находится ловящий каждое слово Тим.
— Ладно, оставим это, — подавив вздох, сказала Джин. — Сейчас
я передам трубку Тиму, и если он не прочь отправиться с тобой куда-нибудь,
то приезжай за ним. Если же нет... не знаю. Словом, как вы с Тимом решите,
так и будет. — Повернувшись к Тиму, она протянула ему телефонную
труб
...Закладка в соц.сетях
