Жанр: Любовные романы
Брошь Афродиты
...стол.
— Ты хоть представляешь, как это ее расстроит?
— Конечно, это расстроит ее. Но если мы не найдем брошь, она
расстроится еще больше.
Коул стиснул зубы.
— Мы найдем ее и без бабушкиного участия.
— Пока она единственная наша свидетельница.
— Нет.
— Коул, будь благоразумным! Только она может сказать нам, где
находилась брошь в этот период.
— Об этом мы сможем узнать по записям адвоката.
— Все, о чем мы сможем у него узнать, — это время, когда брошь
находилась в сейфе, а когда нет. А твоя бабушка скажет нам, не терялась ли
брошь когда-нибудь и не брал ли кто ее.
— Мой ответ — нет.
Сидни подошла к нему вплотную и скрестила на груди руки.
— Почему ты принял такое решение?
— Я не позволю тебе действовать за моей спиной и допрашивать
бабушку, — заявил Коул, выпрямившись в полный рост.
— Тогда это сделает полиция. Коул, пойми, здесь было совершено
преступление.
— Я сам обо всем позабочусь.
Он ни за что на свете не позволит кому-либо вмешиваться в это дело!
— Коул, — раздался голос Гвен.
Коул и Сидни обернулись. Гвен отошла от стола и заправила свои светлые
волосы за уши.
— Сидни права. Не важно, кто будет вести расследование, вы или полиция.
В любом случае первым шагом должен стать разговор с вашей бабушкой.
— Она чуть ли не единственная наша надежда, — вновь заговорила
Сидни.
— Да поймите вы наконец, такая новость способна убить ее.
— Не бойся, насколько я успела узнать твою бабушку, это не убьет ее.
Черт побери! — выругался про себя Коул. Похоже, у него нет выбора! Если
он хочет держаться подальше от полиции, ему придется воспользоваться советом
Гвен и Сидни.
— Хорошо, — мрачно объявил он. — Мы поговорим с бабушкой
завтра.
Гвен взяла сумочку со стола.
— Значит, мне можно вернуться в Нью-Йорк.
Коул быстро пересек комнату и протянул Гвен руку.
— Большое спасибо за то, что вы так быстро приехали!
— Если бы не ваша помощь с самолетом, мне бы это вряд ли
удалось, — отозвалась Гвен, пожимая его руку.
— Всегда к вашим услугам, — сказал Коул.
Просто звоните мне. Когда угодно. В любое время. Гвен кивнула.
— Сейчас мне нужно сделать несколько звонков. Я буду держать вас в
курсе, — она взглянула на часы. — В Лондоне будет уже утро, когда
я попаду домой.
— Вы полагаете, брошь за границей? — спросил Коул, чувствуя
неприятный спазм в желудке. Они ищут иголку в стоге сена!
— Необходимо проверить все варианты, — ответила Гвен.
Сидни подошла, чтобы обнять подругу.
— Спасибо, — прошептала она.
— Рада была помочь. — Гвен покосилась на Коула. — Пока!
Завтра поговорим.
Увидев Сидни, бабушка радушно раскрыла свои объятия.
— Ну? Он сделал тебе предложение или все тянет?
— Бабушка... — предупреждающе протянул Коул.
Бабушка по очереди взглянула на каждого из них.
— Но Кэти утверждала, что у вас любовь с первого взгляда. Я думала,
именно этим объясняется твой приезд к нам.
Мы действительно собираемся пожениться, — произнес Коул, хотя Сидни и
не понимала, зачем продолжать этот фарс, раз Кэти уже знает их секрет, а
брошь, возможно, никогда не будет найдена. Свадьба больше никому не нужна. И
играть во влюбленных уже совсем не обязательно.
Сидни прекрасно понимала, насколько нереально отыскать брошь за месяц. Таким
образом, она все-таки потеряет свою работу. Жаль, столько усилий пошло
прахом! И тем более, что успех казался таким близким и реальным!
— Нисколько в этом не сомневаюсь, — отозвалась бабушка. —
Достаточно просто увидеть, как ты смотришь на нее.
— Бабушка!
— Проходите! Не стойте в прихожей! — Пожилая женщина направилась в
гостиную. — Пока посидите, а я быстренько приготовлю чайку. Очень
хочется услышать, когда состоится свадьба. И где будет проходить церемония.
Сидни, дорогая, мне нужно будет непременно просмотреть список гостей.
— Мы не будем пить чай, — сухо проговорил Коул. — И дату
свадьбы не назначали.
— Нет, мои хорошие, вы обязательно будете пить чай. Иначе я вас не
выпушу отсюда. Нам ведь надо обсудить кое-какие дела. Слава богу, дом мы уже
подобрали, — она глубоко вздохнула и широко улыбнулась.
Сидни чувствовала себя ужасно. Обманывать такого замечательного человека!
Впрочем, она сама осталась с носом! Но это не слишком утешает!
— Мы можем присесть? — серьезно спросил Коул.
— Разумеется! — Бабушка указала на стоявший неподалеку бордовый
диван. — Присаживайтесь! Я сейчас вернусь.
— Бабуль, — жестко сказал Коул.
Сидни стиснула его руку, но он словно ничего не заметил.
— Что такое? — спросила бабушка, удивленно моргая.
Сидни встала между ними, стараясь смягчить возрастающее напряжение.
— Бабушка, — сказала она, глядя в ее голубые глаза. — Нам
нужно поговорить.
Пожилая женщина перевела взгляд на Коула и обратно на Сидни. Хитрая улыбка расплылась на ее лице. .
— Вы что, решили сыграть свадьбу побыстрее?
— У нас... неприятные новости, — с трудом выдавила из себя Сидни.
Бабушка недоумевающе взглянула на них.
— И какие же?
Сидни усадила бабушку на кушетку. Коул присел на корточки передними и
перевел дыхание.
— Мне очень нелегко об этом говорить, — начал он.
— Кто-нибудь заболел? — обеспокоенно прошептала бабушка.
— Нет, все здоровы. Дело — в броши. Пожилая женщина замерла. Глаза ее
расширились.
— Мы заезжали в офис Джозефа, — продолжал Коул. — Подлинная
брошь пропала. Та, что лежит в сейфе, — подделка.
Бабушка побледнела и схватилась за сердце. Коул немедленно вскочил.
— Тебе плохо?
Сидни тоже поднялась, ругая себя последними словами за то, что не послушала
Коула. Почему она думала, что бабушка перенесет это? Слишком сильное
потрясение для человека такого возраста!
— Давай уложим ее, — предложила она, кладя подушку на другой конец
дивана.
Коул отошел в сторону, пока Сидни укладывала бабушку.
— Я позвоню доктору Дайерсу, — сказал он.
— Давай! Правильно, — согласилась Сидни. Но бабушка схватила Сидни
за руку.
— Нет! Мне не нужен доктор.
— Вам сейчас вредно разговаривать! Лежите спокойно и дышите, —
прошептала Сидни.
Пожилая женщина снова легла, закрыв глаза, но веки ее нервно подрагивали.
Изрезанная морщинами бледная кожа казалась почти прозрачной.
Повесив телефонную трубку, Коул подошел к ним.
— Доктор сейчас приедет. Как она?
Бабушка, похоже, уже немного пришла в себя.
— Мне не нужен никакой доктор, — выдохнула она.
Коул придвинулся ближе к дивану.
— И все-таки он приедет. Пусть хотя бы послушает сердце и измерит
давление.
— Пустая трата времени, — пробурчала бабушка и закрыла глаза.
Коул присел на край дивана, и Сидни немного отодвинулась.
— Не волнуйся! Все будет хорошо! Мы обязательно отыщем пропажу, —
мягко, но уверенно произнес он, беря бабушку за руку.
Та открыла глаза и довольно долго молча смотрела на него.
— Я знаю! — В уголках ее глаз заблестели слезы.
— Пусть лежит и отдыхает, — проговорил доктор Дайерс, тихо прикрыв
дверь в спальню бабушки. — У нее, очевидно, был эмоциональный шок.
— Да, мы ей сообщили неприятное известие, — подтвердил Коул,
отворачиваясь от окна. — Возможно, нам стоило держать язык за зубами.
Его плечи были напряжены, и Сидни знала, что он винит во всем себя. Но это
ее грех. Попытка спасти собственную карьеру за счет пожилой женщины была
непростительна.
— Я дал ей легкое успокоительное, — объяснил доктор Дайерс. —
С ней все в порядке. Она хочет видеть Сидни. Только не очень долго,
пожалуйста.
Коул кивнул и направился в сторону спальни.
— Не вас, а Сидни Уэйнсбрук, — остановил его доктор.
— Что вы сказали?
— Ваша бабушка хочет видеть Сидни.
Сидни замерла от удивления, а Коул растерянно моргнул.
— Почему она хочет видеть Сидни, а не меня?
Доктор пожал плечами.
— Не могу знать. Может, ей просто хочется поговорить с женщиной?
— Я могу позвать Кэти, — не сдавался Коул.
— Она просила именно Сидни.
— Хорошо! Я зайду, — согласилась та.
Коул резко шагнул к ней.
— Да-да, обещаю. Никакого волнения. Все будет хорошо, — быстро
произнесла Сидни, выставив руку вперед. — Я просто выслушаю ее.
— Нельзя ее расстраивать, — кивнул Коул. — Мы и так уже
натворили дел.
— Я просто послушаю, что она мне скажет.
Губы Коула были плотно сжаты; было очевидно, что он мучается из-за сознания
собственной вины.
— У нас не было выбора, — оправдывающимся тоном негромко
проговорила Сидни, надеясь переубедить его.
— О, нет, был.
Спорить с ним бесполезно!
— Пойду, узнаю, чего она хочет, а потом поговорим, хорошо?
Прежде чем он успел сказать
нет
, Сидни быстро пошла через гостиную к
спальне и осторожно повернула ручку, чтобы не разбудить бабушку, если та
спала.
Яркое полуденное солнце заливало лучами комнату. Женщина, лежавшая с
открытыми глазами на кровати, казалась еще более старой и слабой, чем даже
несколько минут назад.
— Сидни, — прошептала она, протягивая руку за носовым платком.
Девушка закрыла дверь и подошла к ней.
— Вам что-нибудь дать? Воду? Лекарство?
— Я сделала кое-что ужасное, — проговорила бабушка, комкая платок
возле рта. Она взяла Сидни за руку и глубоко вздохнула. — У меня нет
права просить тебя о таком одолжении.
— О чем?
— Я собираюсь тебе кое-что рассказать. И хотела бы попросить ничего не
говорить моей семье.
— Конечно, я не сделаю этого. Пожилая женщина снова вздохнула и отвела
взгляд от Сидни:
— Это я подделала брошь.
Сидни вздрогнула, как от удара.
— Что?! Когда? Но зачем вы это сделали? — воскликнула она и,
помолчав немного, задала самый важный для себя вопрос: — А вы знаете, где
находится настоящая?
— Нет, — печально покачала головой бабушка.
— Не понимаю! — Сидни старалась, чтобы ее голос не звучал
осуждающе. — Зачем вам понадобилось подделывать брошь?
— Это было давно.
Сидни кивнула в надежде, что этот рассказ прояснит ситуацию.
— Мне исполнилось всего двадцать лет. — Голос бабушки зазвучал
тише, а по выражению ее глаз было видно, что она мысленно перенеслась в те
времена.
Сидни осторожно присела на край дивана, стараясь не перебивать пожилую
женщину.
— У нас с Гарольдом была вторая годовщина со дня свадьбы, и я была
беременна Нейлом. И тут появилась та женщина...
Сердце Сидни пропустило удар.
— У нее был ребенок. Сын. От Гарольда. — Голос бабушки
сломался. — Ему было шесть месяцев...
— Мне очень жаль. Бабушка покачала головой.
— Если бы тайна вылезла наружу, в округе пошли бы сплетни. Гарольд
сделался бы изгоем, и мы не смогли бы продавать продукты с нашего ранчо.
— Вы говорили с мужем? — спросила Сидни. Ответственность за
происшедшее полностью лежала на плечах Гарольда. Неверность нельзя
оправдывать, вне зависимости оттого, что происходит между супругами.
Бабушка отрицательно покачала головой.
— Почему?
Губы бабушки дрогнули в улыбке.
— Я была молода и неопытна. И боялась пересудов. К тому же мне не
хотелось расставаться с мужем. Он был для меня важнее этой драгоценности.
По спине Сидни пробежал холодок.
— И вы...
Бабушка смахнула слезу тыльной стороной руки.
— Да, я отдала ее.
О боже!
— Эта женщина потребовала брошь, и я отдала ее. Она сказала, что Руперт
является старшим сыном, а соответственно — наследником. И пообещала навсегда
оставить нас в покое.
— Она шантажировала вас?
Бабушка кивнула, ее голос задрожал.
— Чтобы сохранить брак, я сделала так, как она велела.
— И это помогло? — Сидни прикрыла глаза. Бабушка коротко
усмехнулась.
— Это работало тридцать лет. Если не считать... Сидни уронила голову на
грудь. Сказать было нечего. Брошь исчезла.
Перед ее глазами всплыл образ матери и ее серебряный медальон. Она не могла
сказать точно, когда его похитили, но думала, что это случилось за день до
пожара. Ей было пять лет, и вечером этого дня мама обняла и поцеловала ее в
последний раз.
— Ты сможешь вернуть брошь? — спросила бабушка чуть слышно. —
Потому что, если ты сможешь...
Сидни открыла глаза и кивнула.
— Да, — пообещала она, хотя понятия не имела, как это сделать. А
потом где-то внутри нее родилась клятва, которую она сама себе дала. —
Кому бы она ни принадлежала. Где бы она ни была. Но я обязательно отыщу ее.
В глазах бабушки затеплилась надежда, и щеки чуть порозовели.
— Я допустила в юности страшную ошибку.
— Нет, вы просто приняли трудное решение, чтобы спасти счастье семьи.
— Как я смогу объяснить это мальчикам? — Глаза ее заблестели.
— Коулу и Кайлу вовсе не обязательно знать правду, — покачала
головой Сидни. — Мы им ничего не скажем.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
— Кэти, привет! — Коул позвонил своей невестке сразу же после
отъезда доктора.
— Привет, Коул! — радостным голосом поздоровалась Кэти. — Что-
нибудь произошло? А можно полюбопытствовать, куда пропала Сидни прошлой
ночью?
— Ты можешь прямо сейчас приехать к бабушке? — вопросом на вопрос
ответил Коул.
— Зачем?
Коул прикрыл дверь и шепотом произнес в трубку:
— Ты нам нужна.
— Я начинаю волноваться. Что случилось? Говори скорей!
— А Кайл с тобой?
— Что все-таки случилось?
— Послушай, приезжайте, я все объясню при встрече.
Кэти явно занервничала. Это чувствовалось по ее голосу.
— Черт побери, в чем дело?
— Мы с Сидни остановились в Уичито-Фолсе.
— Ты до сих пор с Сидни?
— Да.
Чувствовалось, что Кэти улыбается.
— Ладно, мы сейчас приедем.
Коул повесил трубку как раз в тот момент, когда в комнату вошла Сидни.
— Как она?
— В порядке.
— А ты как? — Коул пристально смотрел на Сидни. Ведь она наверняка
расстроилась из-за своей карьеры.
— Я? Замечательно!
Она не хотела, чтобы ее жалели.
— Что сказала бабушка? Она знает, кто подменил брошь?
— Думаю, тебе лучше побеседовать с людьми, которые в то время тоже
находились на ранчо. Может...
— Иными словами, она ничего не знает.
Сидни тяжело вздохнула, будто он своими вопросами действовал ей на нервы.
— Может, тебе удастся найти людей, кому могла понадобиться брошь и кто
был способен на кражу.
Коул решил не реагировать на плохое настроение Сидни. Ей и так было не
сладко в свете последних событий. Ее карьера оказалась под угрозой.
— Пока ты будешь беседовать с местными, я съезжу в Калифорнию.
— В Калифорнию? А это еще зачем?
— Гвен прислала список перекупщиков антикварных товаров, большинство из
них живет в Калифорнии. Я собираюсь проверить...
— Так не пойдет.
— Что значит — не пойдет? — Сидни повернулась к нему.
— Я тоже поеду в Калифорнию.
— Ты же ничего не понимаешь в антиквариате.
— А я с тобой поеду.
— Но кто-то должен остаться здесь.
— С соседями вполне может побеседовать Кайл.
— Кайл?
— Они с Кэти уже направляются сюда.
— Сейчас?
— Да, сейчас.
Она прищурила глаза.
— Ты сказал им?
— Нет, но обязательно скажу.
— Но...
— Что
но
?
Сидни закусила губу, ей нужно было что-то придумать.
— Я думала, что чем меньше людей в курсе, тем лучше.
— Кайл — мой брат!
— И все-таки будет лучше, если ты останешься здесь. — Сидни
буквально сверлила его своим взглядом.
— Так не пойдет, Сидни! Кайл займется этим делом здесь, а я поеду с
тобой.
— Я не работаю с напарником.
Он подошел к ней вплотную.
— А теперь придется привыкать. Я твой новый партнер.
Они разместились в отеле
Сэндс
на берегу океана. Сидни не терпелось
проверить электронную почту, так как она ждала новостей от Гвен. Как назло,
компьютер грузился крайне медленно. Раздался стук в дверь. Сидни,
чертыхнувшись, выключила компьютер и бросилась открывать.
Перед ней предстал Коул в белоснежной рубашке, черном костюме и лакированных
туфлях. Гладко выбритый и аккуратно причесанный, он был так хорош собой, что
от него невозможно было отвести взгляд.
— Думаю, мы не вызовем подозрения, если будем выглядеть как покупатели
предметов старины.
Сидни посмотрела на свои черные джинсы и простенькую кофточку. Ее наряд явно
не подходил к его по стилю. Открыв шкаф, она достала черное платье и пошла
переодеваться.
— И чем конкретно мы будем заниматься? — крикнул он.
— Будем показывать антикварам фото поддельной броши. Может, кто узнает.
Коул на несколько секунд замолчал.
— Ты действительно думаешь, что это сработает?
— Не знаю, — честно призналась она.
— Ты уже готова?
— Тольку туфли надену.
Он придирчиво осмотрел ее, но ничего не сказал.
— Этого можно было ожидать, — произнес Коул, выходя из очередного
антикварного магазина.
— Мы ведь только начали, — сказала Сидни. Она чувствовала себя
виноватой, так как скрывала от Коула настоящую цель поисков.
— Мы потратим уйму времени и ничего не найдем.
— Не волнуйся, наше расследование набирает ход. Гвен тормошит своих
знакомых в Европе, а Кайл опрашивает соседей.
— А мы с тобой попусту теряем время.
— Какой же ты нетерпеливый!
— Нетерпеливый? Прошу прощения, но эта брошь стоит полмиллиона
долларов. И мне простительно быть нетерпеливым при такой сумме денег.
— Согласна. Ты прощен.
— Давай поэтому лучше наймем профессиональных детективов.
— Нет. Только не сейчас.
У Сидни зазвонил мобильник. Она надеялась, что это Гвен с какими-нибудь
новостями.
— Да?
— Так, так, так, — раздался голос Брэдли Слендера в трубке. —
Куда же ты пропала, детка?
Сидни застыла в оцепенении. Коул внимательно смотрел на нее.
— Я ищу брошь.
— Одной это сделать слишком сложно. Это работенка как раз для нас
двоих.
—
Нас
не существует.
Как он мог так быстро ее вычислить? Кто ее заложил?
— Ошибаешься! Мы, конечно же, существуем, Сидни. Нас соединяет
невидимая связь, какая угодно, будь то мистическая или финансовая. А ты где
сейчас?
— Не твое дело, — отрезала она.
— Не ерепенься, детка. Вдвоем мы с тобой...
Сидни было уже наплевать, что Коул слышит их разговор.
— Заруби себе на носу, Брэдли. Я не собираюсь работать с тобой.
— Еще как собираешься! Ты же знаешь, что это всего лишь вопрос времени.
— Ни сейчас, ни когда-либо еще...
Коул выхватил телефон у нее из рук.
— Вы хорошо слышали, что вам сказали? Поэтому не звоните больше по
этому номеру телефона, — заявил он Брэдли, после чего вернул ей
телефонную трубку. — И кто это был?
— Брэдли Слендер, — протянула она, пытаясь понять поступок Коула.
Он был в своем репертуаре, но эта решительность понравилась ей.
— Твой бывший? — спросил Коул, не сводя с нее глаз.
— Нет, просто у этого парня многочисленные связи на черном рынке.
— Но ты же не хочешь с ним работать? Что тогда он от тебя хочет?
— Он ищет брошь.
— Как это? Она же моя!
— Я знаю. Поэтому мы должны найти ее как можно быстрее.
Коул внимательно посмотрел на нее. — Ты, похоже, что-то
недоговариваешь. Она постаралась не выдать своего страха.
— Есть куча вещей, о которых я тебе не говорю. Но, поверь, я делаю все,
что в моих силах, чтобы найти брошь. И не удивлюсь, если она уже на черном
рынке. Ведь тут замешан Брэдли, а он вор. Хорошо, что у нас есть Гвен.
— А как насчет тебя? — с подозрением спросил Коул.
— А я хорошо разбираюсь в антикварных вещах.
— А кто тебе этот Брэдли?
— Бельмо в глазу.
— Спала с ним? — ненавязчиво поинтересовался Коул.
— Нет, — она скрестила руки на груди. — И к тому же это не
твое дело.
— Мое.
— Почему? Потому что мы... — Она внезапно замолчала.
— Потому что я хочу знать, как далеко он может зайти в своих действиях.
— Интересно, что для тебя было бы лучше: если б я спала с ним или нет?
— Несчастный любовник может стать самым злейшим врагом.
Она не удержалась от ядовитого вопроса:
— Неужели ты будешь моим врагом, Коул? Прости!
— За что прости?
— За то, что напомнила.
— Ты думаешь, я забыл?
— Неподходящая тема для разговора.
— Сидни. Мы теперь очень многое можем с тобой обсуждать. Ведь у нас был
секс, — резко произнес он.
— Ясно.
— Без обид?
— Без обид.
Сидни все утро убеждала Коула в том, что им необходимо разделиться. В конце
концов она отправила его к антикварам на другой конец города, чем
предоставила себе свободу действий для посещения муниципалитета.
Просмотрев в недрах подвального этажа микрофильм, она узнала, что Айрин
Коуан в течение десяти лет платила налог за небольшой домик в Ризотто-Бич.
Но в начале восьмидесятых ее следы потерялись.
Сидни решила проверить оплату коммунальных услуг, но не обнаружила ничего
нового. Спустя два часа, когда она уже была уверена, что зашла в тупик, ей
пришло в голову проверить брачные свидетельства. Таким образом, у нее
появилась зацепка. Айрин Коуан стала Айрин Робертсон. Она с мужем проживала
в Оушенсайде пятнадцать лет. А в середине девяностых оба погибли в
автокатастрофе.
У них был сын — Руперт Коуан. Выяснилось, что он окончил среднюю школу
Эдисона, затем государственный колледж по специальности
моделирование
одежды
, после чего уехал работать в Нью-Йорк.
Затем в интернете она отыскала информацию о недавнем показе моделей мод в
Майами, в котором принимала участие компания
ЗЭП
, принадлежащая Руперту
Коуану.
Возможно, сейчас он находится в Майами.
Сидни нужно было срочно туда попасть. В ее голове начал зреть план. Она
обратится к нему как потенциальный покупатель. Не по телефону, не в
письменной форме, а лично. Ей необходимо видеть выражение его лица, уловить
настроение, узнать его приоритеты и слабости.
Стуча каблучками по мраморному полу фойе, она набрала номер Гвен на своем
мобильном телефоне.
— Алло? — ответила Гвен.
— Мне нужно, чтобы ты отправила нас в Майами.
— Сидни, это ты?
— Да. Это я.
— А что происходит в Майами?
— Не могу объяснить, но нам нужен какой-то предлог для этой поездки.
— Опаньки. Предлог, говоришь?
— Да.
— Что происходит?
— Ты же знаешь, я бы не просила, не будь это очень важно.
— Ты что-то явно знаешь. Что?
— Я знаю имя, — призналась Сидни.
— И кто это?
— Не могу сказать тебе. Это пока конфиденциальная информация.
— Ты с кем-то сотрудничаешь?
— Ну... это сложно объяснить.
Сидни не могла рассказать Гвен всего. И не могла раскрыть фамили
...Закладка в соц.сетях
