Жанр: Любовные романы
Очарованная
...Я сам. Найдите Лулу.
С пистолетом в руках Мерфи добежал до верхней ступеньки и с ужасом обнаружил
Лулу лицом к лицу с вооруженным мужчиной. Языки пламени уже лизали кружева
ее пышной юбки. Мужчина, прихрамывая, надвигался на нее. Она сняла с головы
диадему. Что она, черт возьми, делает? Мерфи навел дуло пистолета на
ублюдка, но густой дым и неудобно стоявшая Лулу мешали ему точно
прицелиться. Боги постучал ему по плечу, изо всех сил стараясь привлечь его
внимание.
Мужчина, заметив Мерфи, наставил пистолет на Лулу.
— Если она не будет принадлежать мне, то не будет принадлежать никому.
Лулу швырнула свою увенчанную острыми стразами диадему мужчине в лицо, и тот
наклонился.
Мерфи тут же ринулся вперед.
Боги выстрелил.
Лулу упала, и Мерфи накрыл ее своим телом. Он все спрашивал, не пострадала
ли она. Схватив ее на руки, он бросился вниз по лестнице, как обезумевший,
стремясь поскорее вытащить из горящего дома. Боги последовал вслед за ним,
волоча за собой незадачливого маньяка. Хотя Мерфи оставил бы этого подонка
здесь на произвол судьбы.
Вдалеке слышался вой сирены пожарной машины.
— Жан-Пьер, — просипела Лулу Мерфи на ухо.
— С ним все в порядке. — Он отыскал глазами француза сидящим на
земле. Тот, прислонившись к автомобилю, прижимал к уху телефон. Жан-Пьер
показал ему большой палец. — С ним все как надо. —
Во всех
отношениях
, — пришло в голову Мерфи. Когда он велел Жан-Пьеру
оставаться в машине до их приезда, они еще не знали, что там с Лулу. Значит,
у Жан-Пьера не только была своя голова на плечах, он был не лишен мужества.
Мерфи опустился возле него на колени. Соседи включили свет на верандах и
вывалили на улицу. У обочины остановились пожарные и полицейские машины.
Вокруг царил хаос, но Мерфи видел и слышал только Лулу. Он чуть не
задохнулся, разглядев на лифе платья и на ее груди пятна крови.
— Ты ранена. — Его руки аккуратно ощупывали ее тело. — Где,
черт возьми, твоя рана?
— Это не моя кровь. Это его. — Лулу говорила хриплым голосом,
рваными фразами. — У него был пистолет. Жан-Пьер поднимался. Ему
пришлось это сделать.
Мерфи баюкал ее на руках, гладил растрепанные волосы, убирая их с потного,
покрытого испариной, закопченного лица. Она была в состоянии шока.
— Я ударила его. Ножницы были рядом, и я... — Ее широко раскрытые глаза
наполнились слезами.
Сердце Мерфи чуть не разорвалось при мысли о том, чего ей все это стоило.
— Все хорошо, девочка моя. Ты спасла Жан-Пьера. Ты защитила
себя. — Мерфи был чертовски горд и чувствовал, будто гора свалилась у
него с плеч. — Твои действия были оправданы. — Он очень надеялся,
что она сумеет понять эти слова.
Взгляд Лулу остановился на его лице, она обвила его руками за шею и
зарыдала.
— Я думала, ты погиб.
Сердце Мерфи наполнилось радостью. Он продолжал радоваться, даже когда
пожарные боролись с разрушительным пламенем, а медики пытались спасти жизнь
сумасшедшего бандита. Женщина, которую он держал в объятиях, являлась
воплощением доброты и силы, и она принадлежала ему. Он легко поцеловал ее в
подрагивавшие губы.
— Никогда еще я не чувствовал себя таким живым.
Глава 23
— Что ты там себе думал, черт тебя возьми? Жан-Пьер поморщился:
медсестра помазала ему рану на лбу — одну из трех ссадин на его лице.
— Что Лулу в беде. Я, конечно, помнил о наказе Мерфи ждать внизу. Но я
не мог. — Он искоса взглянул на Джейка. — А ты бы стал ждать?
— Нет. Но я профессионал. — Джейк, сложив руки на груди, посмотрел
на своего деликатного друга новыми глазами — он им восхищался. Вместе с тем
Джейка снедало сознание собственной вины. — Я виноват, Джей-Пи. Если бы
я взял Лулу с собой, как и должен был, этого бы не случилось.
— Нет, — сказал Жан-Пьер, неуверенно улыбаясь. — Ничто не
случается просто так.
Губы Джейка изогнулись.
— Ты прямо как Руди.
Жан-Пьер отвел взгляд и поблагодарил медсестру, которая закончила процедуру.
— У него обширные гематомы на руках и на ногах. Несколько дней они
поболят, — объявила она Джейку. — Но в остальном все в порядке.
Можете идти, мистер Легран, — обратилась она к Жан-Пьеру, выходя из
огороженного ширмами закутка, — но вам придется уладить кое-какие
формальности у стойки администратора.
— Я с тобой, — сказал Джейк, когда Жан-Пьер слез со стола. —
Я иду выписывать Афию. Может, мы тебя подбросим до дома?
— Я не домой. Но
oui, от
предложения поехать с вами не откажусь. — Жан-Пьер нахмурился. —
Что значит
выписывать Афию
?
Джейк насупился.
— А что значит, ты едешь не домой?
В этот момент отодвинулась штора и вошел Руди. Он взглянул на Жан-Пьера и
побледнел.
— Со мной все в порядке, Руди.
Руди? Не заяц? Натянутость в тоне Жан-Пьера не укрылась от внимания Джейка.
Он заметил, как отстраненно вел себя Руди, самый близкий здесь Жан-Пьеру
человек. Ни порывистых объятий, ни нежностей. Он посмотрел на пару,
державшуюся как-то неестественно, и сердце у него оборвалось.
— Мерфи рассказал мне о твоем подвиге, — проговорил Руди.
— Ах,
oui, а мне — о
твоем. — Жан-Пьер, застегивал рубашку, избегая смотреть Руди в
глаза. — Гомики-супергерои! — Он невесело рассмеялся. — Кто
бы мог подумать!
— Наверное, я сую нос не в свое дело, — начал Джейк. — Но что
у вас все-таки происходит?
Руди, погладив свою бородку, вздохнул:
— Жан-Пьер уезжает в Лос-Анджелес. Оглушенный этой новостью, Джейк
посмотрел на пару:
— Вы что, расстаетесь?
Руди с тоской взглянул на партнера, и Джейк остро почувствовал неловкость.
Что он ему такое рассказал, черт побери?
Жан-Пьер встретился с Руди взглядом.
— Мы решили отдохнуть друг от друга, — объяснил он тихо и
спокойно, но твердо.
— О Господи! — Джейк запустил руку в волосы. — Афин об этом
ни слова.
Мужчины разом повернулись к нему.
— Почему?
— Она беременна.
Руди приложил ладонь ко лбу и улыбнулся.
— Ого! Это... прекрасно. Жан-Пьер кивнул и тоже улыбнулся.
— Поздравляю тебя, Джейк. Она поэтому в больнице? Руди нахмурился, переминаясь с ноги на ногу.
— Что стряслось?
— У нее чуть не случился выкидыш, — ответил Джейк. —
Стресс. — Он красноречиво посмотрел Руди прямо в глаза, не обвиняя его
вслух.
Руди облизнул губы и обернулся к Жан-Пьеру:
— Нам нельзя ей об этом говорить.
— Будем врать?
— Ну не надо уж так в лоб, — сказал Джейк. Если хоть немного
повезет, им еще удастся наладить свои отношения. Может, их просто нужно
подтолкнуть друг к другу. — По крайней мере пока опасность для нее не
миновала.
Жан-Пьер провал рукой по длинным волосам.
— Я уже связался с Люком. — Он поморщился. — То есть с
фильмом.
Пока Руди с Жан-Пьером стреляли друг в друга глазами, Джейк попытался
сложить фрагменты мозаики воедино. Он сочувствовал им, искренне
сочувствовал, но на первом плане для него все же оставались Афия и будущий
ребенок.
— Значит так, ты переезжаешь в Лос-Анджелес временно, для работы над
фильмом, — сказал он Жан-Пьеру. — Это редкая возможность, которая
выпадает только раз в жизни, — продолжал он, повторяя слова Руди,
сказанные сегодня утром. — А ты вылетишь к нему при первом же удобном
случае, как только сможешь вырваться с работы, — обратился он к Руди. В
душе Джейк был уверен, что эти двое созданы друг для друга. Как они с Афией.
Как Мерфи с Лулу. — И ни о каком разрыве ни слова! Ваши отношения
продолжаются... на расстоянии.
Молодые люди смущенно переглянулись.
— Идет.
— Вот и славненько. — Джейк отодвинул в сторону занавеску,
отчаянно стремясь поскорее вдохнуть свежего, не такого насыщенного эмоциями
воздуха. — Афия ждет внизу. Она будет спать спокойнее, если увидит, что
вы оба здоровы и невредимы и... вместе. — Он обернулся, чтобы убедиться
в том, что они идут за ним, и с досадой заметил, как неестественно и неловко
они держатся друг с другом. — Ну возьмитесь хотя бы за руки, Боже ты
мой! — Удрученно качая головой, Джейк нажал на кнопку вызова
лифта. — Самому не верится, что я вам это предложил.
Сказать, что он был озадачен, значит ничего не сказать. Все время между
пылкой встречей, больницей и полицейским участком Мерфи с Лулу выясняли свои
отношения.
— Что значит, ты не можешь этого сделать?
— Мы не можем, — пискнула Лулу сквозь слезы, которые снова в три
ручья хлынули из ее глаз. — Я не могу поехать с тобой. Я не могу
переехать жить к тебе.
— Объяснись, Лучана, в чем проблема?
— Во мне.
Этот диалог имел место четыре дня назад.
Каждая минута шла за год.
Мерфи сидел в пабе
У Чарли
и вертел в руках стакан. Это лучше, чем сидеть
дома и горевать над своей участью. Он не мог войти в кухню без того, чтобы в
памяти не возник образ Лулу, жонглирующей продуктами. Не мог слушать диски
из коллекции мотаун, не слыша, как она подпевает, перевирая слова. Он был не
в силах забыть ее, спящую в его постели. Уже три ночи кряду он спал на
диване.
Спину ломило. Голова болела. Сердце истекало кровью, как сбитое на дороге
животное.
— Привет. — Боги устроился на табурете рядом.
Мерфи вскинул бровь. На следующий же день после окончания операции Боги
выбросил свой прикид парня из Южной Филадельфии, сменив его на темный костюм
с галстуком, — ну прямо настоящий спецагент, ни дать ни взять. Правда,
сегодня на нем были
ливайсы
и фланелевая рубашка с длинным рукавом — его
стандартный осенний комплект... в нерабочее время. Хвостик смотрится
неплохо. Это если ты рок-звезда или один из пацанов Фабио.
— Когда ты сбреешь эти свои гнусные усы и растительность под губой?
Боги поскреб подбородок.
— Вообще-то я подумываю отпустить бороду.
— Твоим это не понравится.
— Когда я в отпуске, им по фигу, как я выгляжу.
— Ты берешь отпуск? — Мерфи почти не сомневался, что имя брата в
толковом словаре можно с полной уверенностью включить в статью
трудоголик
.
Боги пожал плечами.
— Лучше уж добровольный отпуск, чем принудительный. — Он подал
знак бармену. — Виски. Неразбавленное.
— То, что ты не вычислил психа, сыграло роль?
— Да, психиатр я хреновый.
Томас, самый лучший работник паба, принес виски. Боги хотел было заплатить,
но Мерфи отмахнулся от его денег.
— За счет заведения.
— Смотри, брат, пожалеешь. — Боги опрокинул стакан и снова
подвинул его Томасу. — Повторить.
Операция
Жестянка с леденцами
прошла успешно. При имеющихся в распоряжении
ФБР уликах Поли с его подельниками светил немалый срок. Сумасшедший Сол,
издевавшийся над женщинами, умер от полученной раны. Боги, он же Коломбо,
устранил опасного маньяка и помешал распространению партии
экстази
на
миллионы долларов. Специальный отряд ФБР, включая Боги, нанес сокрушительный
удар по организации Фальконе.
И все же брат печалился об одном, что он не в силах был уладить. О Джульетте
Марчелле. Узнав о его обмане, женщина бросилась во все тяжкие, стала искать
утешения в доме Винсента Фальконе, пытаясь заглушить горе наркотиками и
алкоголем. Боги не смог бы ей помочь, даже если б очень захотел, а он этого
действительно хотел.
— Может, этот... так называемый отпуск пойдет тебе на пользу, —
сказал Мерфи, чувствуя еле сдерживаемую досаду брата. — Человек может
жить среди подонков лишь до тех пор, пока это окружение не начнет разрушать
его сущность.
— Тебя это вроде не касается.
— В последнее время нет, — ответил Мерфи. — Я сплю довольно
спокойно. — Он потер сведенные мышцы шеи. — Или по крайней мере
это было так, пока в моей жизни присутствовала Лулу.
— А что случилось с принцессой?
— Если б я знал!
— Пробовал поговорить с ней? Мерфи ухмыльнулся.
— А ты как думаешь? — Он водил пальцем по краю своего
стакана. — Сейчас она занята ремонтом дома. Больше всего пострадали их
с Софи спальни. Она попросила у бабушки разрешения самой начать
предварительные работы. Не хотела омрачать ей медовый месяц. Можешь себе
представить? Вив, по словам Софи, от этой идеи была не в восторге. Хотела
быть рядом со своими девочками. Но Лулу и слушать ничего не пожелала.
Боги улыбнулся:
— Упрямая девчонка!
— Не отвечает на мои звонки, — пожаловался Мерфи. — Все, что
мне известно, известно от Софи. Я спросил ее, не знает ли она, почему Лулу
меня сторонится. И она ответила утвердительно.
— Но секрета сестры не выдала. — Точно.
Боги отодвинул в сторону стакан, жестом попросив бармена снова его
наполнить.
— У тебя на сей счет имеются хоть какие-то соображения?
— Наверное, это эпизод с Солом Фальконе ее подкосил.
— Ее можно понять. У парня были не все дома. Самый большой секрет семьи
Фальконе. Его брат и дядя долгие годы скрывали так называемые
очищения
своего родственника. Как это я его вовремя не раскусил.
Мерфи пожал плечо брата.
— Не переживай по этому поводу, старик, выбрось из головы. Ты
профессионал, но ты же не ясновидящий, чужие мысли читать не умеешь. —
Мерфи покачал головой. Его мысли были целиком и полностью заняты
Лулу. — Я почти уверен, что ее проблемы коренятся глубже. Это не просто
потрясение от встречи с маньяком. Она сторонница мирных решений, а ей
пришлось проткнуть ножницами человека. А потом ты убил этого придурка прямо
у нее на глазах.
— Так ему и надо.
— Кто спорит? По-моему, дело в том, что она не может принять мой мир.
Со всей этой атмосферой секретности. И безобразием.
Боги погладил усы.
— От чего бы ты смог отказаться ради этой женщины? Мерфи почувствовал,
как защемило в груди. От чего бы он отказался?
— У тебя есть запас на черный день. У тебя есть
У Чарли
. — Боги
окинул взглядом битком набитый посетителями паб. — Ведь это местечко
приносит кое-какой доход, правда?
— Верный и постоянно растущий. — Это было еще одним
капиталовложением Мерфи. Если он и научился чему-нибудь у своего родного
отца, так это заботиться о своем будущем. Поэтому назвать заведение именем
папы было для него естественным.
— Ну так брось ты эту работу, свою команду. Учись по-другому получать
свою долю адреналина.
— Мне не придется этому учиться. Я знаю, что меня заводит. —
Кудрявый эльф, который бежит по жизни, щеголяя розовыми кроссовками и
сумочкой
пудель
. К сожалению, и кроссовки, и сумочка сгинули в пожаре.
— Ну и чего ты тогда сидишь, киснешь над своим разбавленным скотчем? С
каких это пор ты уклоняешься от встречи лицом к лицу? Кто ты такой, и куда
подевался мой брат?
Мерфи не избегал прямого разговора, встречи лицом к лицу. Он давал Лулу
время прийти в себя. Хотя вынужден был признать, что его терпению пришел
конец. Впервые за долгие дни Мерфи наконец улыбнулся.
— Ты пришел сюда с какой-то особой целью? Или просто чтобы выпить здесь
и вздрючить меня как следует?
— Я получил удовольствие и от виски, и оттого, что тебя вздрючил, но
для моего визита имелась еще одна причина. — Он залпом осушил стакан и
наклонился к Мерфи. — Я пришел попрощаться. Как только начнется суд, я
улечу. А пока буду жить на природе и ездить сюда оттуда.
— Из лачуги, затерянной в горах Поконо? — Убежище семьи Богартов.
Боги любил уединение, всегда.
— Вообще-то я тоже сделал одно капиталовложение. Приобрел дом в горах
Суперстейшн.
— Ты переезжаешь в Аризону? — Новость ошеломила и встревожила
Мерфи. Боги был очень привязан к родителям, а Аризона находилась далеко от
Пенсильвании, у черта на куличках. ФБР в качестве меры предосторожности
временно переселило Мэнни с Розой под вымышленными именами в другое место. И
Мерфи вначале думал, что Боги разлучен с ними лишь до тех пор, пока не
уляжется шумиха вокруг Фальконе, но теперь, судя по всему, речь шла о том,
что он будет жить вдали от них всегда.
— Пришло время перемен, — ответил он, поднимаясь. — Слушай, я
еду в Филадельфию уладить кое-какие дела. Вылетаю завтра. Софи с Леграном
отбывают сегодня. Из международного аэропорта Атлантик-Сити в 16.00. Я,
кажется, не единственный, кому требуются перемены.
Мерфи знал о намерении Софи переехать в Лос-Анджелес с Жан-Пьером. Но не
знал, что они уезжают сегодня. Он встал и проводил брата до двери.
— Откуда тебе известно о планах Софи?
— ФБР обязано знать местонахождение всех связанных с делом лиц на тот
случай, если их присутствие потребуется в суде.
Мерфи вскинул бровь.
— Значит, это не твой личный интерес? Боги остановился на пороге,
опустив голову.
— Давай не будем об этом.
— Как скажешь. — Они с Софи составляли по меньшей мере интересную
пару. Хотя оба в данный момент, как казалось Мерфи, бродили словно впотьмах.
Скорее всего сейчас не самое лучшее время, чтобы влезать в тонкости их
страстного увлечения.
— Не ошибешься, если предположишь, что Лулу приедет в аэропорт
провожать сестру и близкого друга. — Боги сунул в рот пластинку жвачки
и водрузил на нос темные очки. — Было бы неплохо, если б там
присутствовал кто-то, кто мог бы облегчить боль расставания.
Мерфи улыбнулся.
— Ловко придумано. — Он остановил брата, обняв за плечи, и
задержал в своих объятиях немного дольше, чем обычно. — Надеюсь, ты
найдешь то, что ищешь, брат.
Боги тоже коротко сжал его плечи, хлопнул по спине.
— Желаю тебе того же.
Глядя, как Боги садится в машину и отъезжает, Мерфи пообещал себе звонить
ему по крайней мере раз в неделю. Хотя, думал он, затворничество вряд ли
решит проблемы Боги. Но ведь каждый человек одолевает своих демонов по-
своему.
Мерфи предстояло сразиться со своими, И проигрывать этот бой он не
собирался. Мерфи взглянул на часы: 14.00. Отлично. Ему нужно кое-что купить.
Руди сунул руки в карманы брюк, чтобы скрыть нервную дрожь. Наблюдать, как
Жан-Пьер оформляет багаж, оказалось тяжелее, чем он ожидал. Три дня он
готовился к этой минуте. Три дня убеждал себя в том, что совершил бы
чудовищную ошибку, если б, пойдя на поводу у собственных эгоистичных
желаний, попросил Жан-Пьера остаться. Прежде чем строить взаимоотношения,
нужно сначала поработать над собой. Руди хотелось, чтобы они раз и навсегда
воссоединились с Жан-Пьером. Без сомнений. Без каких бы то ни было оговорок.
Ему хотелось Рождества в Вермонте.
Постарайся увидеть это. Воплотись в
это
.
В то время как Жан-Пьер будет добиваться признания, Руди тоже придется
хорошенько потрудиться. Остается только надеяться, что Люк или какой-нибудь
другой мужчина не встанет у него на пути и не испортит все дело, пока он
настраивается.
— Ты как?
Вопрос задала Афия, стоявшая справа от него. Находившийся по правую руку от
Афии Джейк поверх ее головы бросил на Руди сердитый, предостерегающий
взгляд.
— Хорошо, малыш. Просто волнуюсь за Жан-Пьера. Лос-Анджелес — большой
город.
— Да, но у Жан-Пьера ведь там друг, верно? Руди подавил вспышку
ревности.
— Верно.
— И Софи будет рядом. Она производит впечатление очень...
самостоятельной. С ним все будет в порядке. — Афия пожала Руди
руку. — Прекрасно, что ты с пониманием отнесся к такому повороту в его
судьбе. Вдруг он получит
Оскара
за лучшие костюмы? Разве это не
чудо? — Афия посмотрела на Джейка. — Если он и впрямь будет
номинирован на
Оскар
, мы вылетаем к нему немедленно. — Она прижала
руку к животу. — Это путешествие на Западное побережье станет первым
для нашего малыша.
Джейк накрыл ладонью руку жены и подмигнул ей:
— Ты просто ищешь повод посмотреть на меня в смокинге.
— Прошу тебя, — сказал Руди, благодарный за эту легкую, шутливую
болтовню. — Если мне предстоит услышать эту историю о сексе в машине
еще раз...
— Боже мой, Афия, — сделал ей выговор Джейк, поблескивая
глазами. — Одно то, что он твой лучший друг, не значит, что ты все-все
ему должна рассказывать.
— Ну я же не все ему рассказала. Только... кое-что. — Афия,
вспыхнув, откинула назад волосы. — И вообще у нас с Руди нет друг от
друга секретов.
Черт! Руди потрогал ворот своей синей рубашки, ослабил узел галстука.
— Вы не против, если я попрощаюсь с Жан-Пьером наедине?
Джейк с готовностью воспринял повод отвлечься. Он взял Афию за руку и
потащил за собой к прилавку с мороженым.
— Пойдем, детка. Я умираю как хочу шоколадного мороженого
Роки роад
.
Руди улыбнулся, видя растерянное выражение Афии, и снова почувствовал себя
виноватым. Весь этот спектакль был устроен ради нее. А он как эгоист
ухватился за предложенные Джейком
отношения на расстоянии
, предпочтя их
отдыху друг от друга
, о котором говорил Жан-Пьер.
Руди нервно выдохнул и приблизился к Жан-Пьеру, который стоял в очереди
пассажиров, ожидавших прохода через рамку металлоискателя. В облегающих
джинсах, рубашке в белую и черную полоску и блестящем пиджаке тот выглядел
чертовски соблазнительно. Как шестой член Великолепной пятерки. Он удачно
вписался бы в общество геев Западного побережья. Руди попытался скрыть свою
тревогу за вымученной улыбкой.
— Ну что, готов?
Жан-Пьер кивнул, закинул повыше на плечо сумку. В его глазах с длинными
ресницами стояли слезы.
— Это нелегко.
У Руди перехватило горло.
— Если честно, то хуже некуда. — Только спустя минуту, преодолев
неловкость и собравшись с духом, Руди спросил то, что безумно хотел знать
все эти дни: — Ты сможешь когда-нибудь меня простить?
Жан-Пьер сжал его плечо. У него был взгляд человека, умудренного жизнью.
— Я простил тебя в тот момент, как только ты вошел в мою комнату и я
увидел твои измученные глаза, заяц. Дело не в неверности. Главное — это
доверие и уважение к чувствам другого.
Руди кивнул:
— Ты не доверяешь мне. Понимаю.
Жан-Пьер печально улыбнулся.
— Как это может быть, что ты, такой тонкий психолог, когда это касается
других людей, не понимаешь, что происходит с тобой? Это тебе не хватает
доверия. Поверь в меня, в нашу любовь. Ты даже не позвонил мне, чтобы дать
знать, что ты не валяешься где-нибудь мертвый на дороге. Ты предпочел
избежать прямого разговора. — Голос и взгляд Жан-Пьера
смягчились. — Это тебе не хватает решимости, чтобы разобраться во всем,
что так тебя страшит. Наверное, тебе не стоит искать ответы на свои вопросы
в книгах, лучше слушай свое сердце.
Руди пристально посмотрел на Жан-Пьера. У него в горле стояли слова, которые
он так давно хотел ему сказать, но он по-прежнему оказался не в силах их
выговорить. Он проклял свою неуверенность, и на глазах у него выступили
слезы.
— Если вдруг на тебя снизойдет озарение, ты знаешь, где меня
искать. — Жан-Пьер бросил поверх его головы взгляд на Афию, улыбнулся
ей, помахал рукой и расцеловал Руди в обе щеки, пожимая ему руку. —
Прощай, заяц.
Глядя вслед проходящему через контроль к выходу на посадку Жан-Пьеру, Руди
пережил тысячу смертей.
— Нет, не
прощай
, — прошептал он. — А до новой встречи.
— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я отложила поездку? Лулу улыбнулась
сестре:
— Уверена. — Зачем откладывать неизбежное? Она знала, что Софи все
равно вырвется
Закладка в соц.сетях
