Жанр: Любовные романы
Тайна радости
...ожения". Он
приобрел его лишь пять лет назад, и никто даже не подозревает, что он мой
дядя. Правда, — задумчиво сказала она, — с тех пор как после тети
Хелен он поменял еще двух жен, называть его своим дядей — некоторое
преувеличение.
— В этом я с тобой согласен, — сказал он, отодвигая опустошенную
тарелку.
— Сколько ты учился с Майком в Мичигане?
Трэвис поперхнулся кофе.
— Да я-то знаю Майка не более трех месяцев...
— Тебе не повезло, что ты не заполучил одну из этих заморских учебных
командировок. Майк как раз сейчас кайфует в Греции. — Она потянулась за
кофейником и наполнила чашку Трэвиса.
— В самом деле? — спросил он неуверенно. — Вообще-то я не
имею отношения к колледжу с тех пор, как потерял работу.
Она сочувственно погладила его по руке.
— Жаль... Это, наверное, страшно — остаться без работы, и стыдно
обращаться по объявлению. — Ее лицо погрустнело. — У меня тоже
туман впереди. Конечно, обидно проделать такой путь в Мексику — и ради чего?
К тому же эта глупая идея Мэтта о продаже издательства синдикату Маршалла...
Я убеждена, что они захотят взять в штат своих людей, а наши останутся на
улице.
— А что, если это судьба? — легко отозвался он. — Не выношу
начинать работу в неблагополучной газете!
— "Неблагополучной"?! — В голосе Кейси прозвучало неподдельное
негодование. — "Приложение" выиграло двух Пульцеров и кучу других
премий! Мы — респектабельная сильная газета. Именно поэтому группа Маршалла
собирается прибрать нас к рукам!
— Тогда извините... — Трэвис заинтересованно взглянул на нее.
— Ты не представляешь, что такое эти синдикаты! Они хотят иметь свою
опорную базу в каждом крупном городе: тогда они получают возможность
побеждать на выборах, проталкивать свои идейки... или и того хуже. Они тут
же превратят достойное издание в дешевую бульварную газетенку!
Трэвис хотел ей что-то возразить, но вместо этого потер своей большой рукой
темную щетину подбородка.
— Мэтт Грэнгер считает так же?
Кейси вздохнула и отрицательно покачала головой.
— Мэтт наивно думает, что синдикат собирается лишь вложить деньги в
модернизацию газеты. Он хочет заменить пишущие машинки, ввести компьютерный
набор, отремонтировать помещение и превратить "Приложение" в ежедневную
газету.
— А ты не думаешь, что это возможно лишь при участии синдиката?
— Нет.
— Ну, тогда не усложняй себе жизнь. Увольняйся.
— Ты прав, — сказала она и рассмеялась. — У меня теперь есть
свое дело. Надеюсь, хоть какой-нибудь ушлый издатель ухватится за мой роман.
Кейси подхватила пустую тарелку Трэвиса и направилась к раковине.
— А ты что? Собираешься лететь в Бостон?
Кейси мыла посуду, а он внимательно рассматривал ее высокую стройную фигуру,
прикидывая, что она совсем не глупа, и после тщательной шлифовки из этого
крупного алмаза может получиться изумительный бриллиант. Трэвис встал и
вышел через раздвижные стеклянные двери на балкон. Засунув руки в карманы
брюк, он любовался изумительным видом зеленых гор и сверкающего моря.
— Зачем мне теперь собираться в Бостон, если газету собираются
продавать. — Он откашлялся и удрученно опустил плечи. — Я,
конечно, не могу загадывать далеко вперед...
— И давно ты без работы? — с сочувствием поинтересовалась она.
Он кивнул. Вдруг частый сухой кашель потряс его. Прошло несколько
мучительных минут. Когда кашель прекратился, голос его ослабел и стал
отрывистым.
— Я болен. Майк позаботился обо мне, устроив меня сюда на несколько
недель, чтобы я прогревался на солнце и восстанавливал силы.
Ее босая ступня чертила круги на линолеуме. Кейси коснулась его руки.
— Мне правда очень жаль тебя, Трэвис. Что-нибудь серьезное?
Он заглянул в ее полные сострадания глаза, затем отвернулся.
— Болезнь легионеров.
— Боже мой! — изумилась она и всплеснула руками. — Тебе
повезло, что ты вообще остался жив!
— Знаю. Но кризис уже миновал. — Он возвратился к столу и налил
себе третью чашку кофе. — Я так ждал этого отдыха! Замечательно —
лежать на пляже и впитывать солнце. Я замерз в Мичигане. — Трэвис
вздохнул и покачал головой. — Конечно, репортерская работа в
респектабельной газете — это то, что надо. Но похоже, я опять все потерял.
Кейси виновато смотрела на ослепительно-голубое небо и мерцающие воды
залива.
— Почему бы тебе не прокатиться до Акапулько и не остановиться там в
отеле? — неожиданно предложила она.
Трэвис покачал головой.
— Разгар сезона. Сомневаюсь, что я вообще найду хотя бы комнату, а если
и найду, то цена будет бешеной. Я не могу больше тратиться. В самом
деле. — Он поколебался и сказал упавшим голосом: — Мне не на что
вернуться домой.
— У тебя нет даже туристской карточки? — Кейси недоуменно сморщила
лоб.
— Я приобрел один из этих сверхльготных билетов, и мне придется жить
здесь по крайней мере две недели, или я буду должен уплатить полную
стоимость билета, — мрачно сообщил Трэвис. — Я полагаю, что можно,
конечно, найти какую-нибудь комнатенку здесь, в селении. Но она, скорее
всего, окажется сырой, и потом... я не смогу себе позволить правильно
питаться. — Снова раздался ужасный кашель. — Но ты не беспокойся
об этом. — Он, задыхаясь, понуро опустился на табурет.
— Трэвис, мне жутко от всего этого. — Кейси с сокрушенным видом
стояла у него за спиной. — Если бы Мэтт был здесь, ты мог бы оставаться
на вилле, но...
— Я и не рассчитываю... — медленно произнес он, повернувшись и
посмотрев на нее печальными глазами. — Нет. — Трэвис быстро
отвернулся, покачав головой. — Нет, глупо даже думать об этом.
Кейси коснулась его вспотевшего горячего плеча. Она закусила губу, опасаясь,
что у него начинается лихорадка.
— Послушай, если я чем-то могу тебе помочь...
— Да... Я думаю, что этот дом очень большой. Спальни находятся далеко
друг от друга, и у каждого есть своя ванная. Может быть, я мог бы
остаться? — Трэвис уставился на дно своей кофейной чашки.
— Как это "остаться"?! Ты имеешь в виду жить в доме вместе! — она
запнулась от неожиданности.
— Кроме того, Майк разрешил мне пользоваться виллой, — спокойно
напомнил ей Трэвис.
— Да, разумеется, но...
— Мы ведь уже провели ночь в одном доме.
— Но... но я же не знала, что ты здесь! — запротестовала она.
— Зато я о тебе знал.
Казалось, кровь с бешеной скоростью понеслась по ее телу. Ноги у нее странно
ослабли, Кейси стремительно придвинула к себе табурет.
— Но это очень неудобно, особенно для меня, — промямлила она.
Кейси вдруг вспомнила, что только пять дней назад она жаловалась на свое
скучное и утомительное существование; вспомнила, как хотела жить, рискуя и
пренебрегая условностями. Итак, ей выпал крупный шанс. На самом же деле она
почему-то чувствовала себя пойманной в ловушку.
— Полагаю, все будет в порядке. Я имею в виду, что тебе, возможно,
удастся устроиться в студенческое общежитие. — Голос ее звучал
неуверенно.
Трэвис закрыл лицо руками, успешно спрятав самодовольную улыбку.
— Я тебе очень признателен. Но мне необходим настоящий отдых, иначе я,
больной и разбитый, не смогу найти работу, когда вернусь домой.
Он положил руку на ее колено и благодарно сжал его.
— Мы цивилизованные взрослые люди. Я уверен, что мы сможем совместно
существовать на вилле, не нарушая приличий.
— Но без всяких глупостей! — предупредила Кейси, не глядя на
своего неожиданного соседа.
Он миролюбиво кивнул.
— Тебе не о чем волноваться.
— О, надеюсь, что нахожусь в достаточной безопасности. — Девушка
криво усмехнулась. — Другие женщины возбуждают мужчин, а я успокаиваю
их.
Кейси не нуждалась в компаньоне, хотя они уже непринужденно болтали, как
будто знали друг друга десятки лет. Но что-то все-таки угнетало ее. Она
встретилась с ним взглядом и улыбнулась.
— Кстати, по сравнению со мной ростом ты явно не удался. Так что
бояться мне нечего.
— Маленький я, только когда сутулюсь, — неохотно парировал он.
Трэвис поднялся. Кейси не успела понять, что происходит, как его руки уже
мягко обняли ее и крепко прижали к сильной груди.
Он нежно целовал ее. Через одежду Кейси ощущала, как нарастает его
возбуждение. На миг она забыла обо всем. Затаив дыхание, Кейси вся отдалась
во власть его поцелуя, не замечая, что сама невольно отвечает на его
требовательные ласки.
Руки Трэвиса скользнули вверх от талии и принялись ласкать грудь,
вздымающуюся под эластичным купальником. Жар между бедер почти обжег ее.
Кровь билась в висках.
— Конечно, я буду беречь свою жизнь, помня о твоем черном поясе по
каратэ, — пробормотал он, тяжело задышав.
— Да, забывать об этом не советую. — Кейси отступила, пытаясь
обуздать охватившие ее чувства. — Пожалуй, пояс как нельзя лучше
подойдет к летнему платью, купленному мною для отдыха.
Низкий раскатистый хохот Трэвиса наполнил кухню. Он протянул к девушке руку
и дернул ее за "хвост". "Смех необыкновенно ему идет, он кажется еще более
мужественным", — подумала Кейси. Она снова превратилась в доброго
маленького скаута, всегда готового протянуть руку помощи.
— Ладно. Но мы установим четкие правила совместного существования,
чтобы все было справедливо, — раздраженно заявила она, злясь на
собственную мягкотелость. — Я не собираюсь готовить тебе и убирать дом
за двоих. Я работаю над книгой и не хочу слышать никаких жалоб на шум от
машинки. К тому же я не желаю отказываться от своих привычек в угоду кому бы
то ни было.
— Это мне подходит, — вежливо согласился Трэвис. — Мне пока
не нужна опека. Пока я сам вполне в состоянии обслужить себя.
— Потом, я не хотела бы, чтобы мне надоедали рассказами о жене, невесте
или приходящей любовнице.
На его лице появилось напряженное выражение.
— Этого не будет.
— А что, кто-то у тебя уже был? — с любопытством спросила она.
— Невеста, — отрезал он. — Но это было давно.
— Прости, — смутилась Кейси.
— Ничего... Я не был женат. А у тебя?
— В последний раз это был мой сосед по отелю на уик-энде, —
неохотно сказала она. — Мужчины не понимают, что высокие девушки тоже
нуждаются в защите, что их тоже могут обидеть, а вообще-то меня совсем не
интересуют случайные знакомства.
— Я даже не знаю твоего полного имени.
— Рейнольдс. Кейси Рейнольдс.
— А твой отец?
Она печально покачала головой.
— Его уже нет. Мой отец был спортивным комментатором в "Новостях". В
день, когда я родилась, он брал интервью у Кейси Стинджил, не расслышал, что
сказала ему кормилица по телефону, и решил, что родился сын. Поэтому когда
он в первый раз пеленал меня, то так изменился в лице, что все испугались за
его здоровье.
Трэвис фыркнул.
— Скажи, его случайно звали не Камерон Рейнольдс?
Она кивнула, и он уважительно посмотрел на нее.
— Я учился на его репортажах. Кажется, он несколько лет назад погиб в
авиакатастрофе?
Кейси отвела взгляд.
— Отец взял напрокат маленький частный аэроплан, когда отошел от
журналистской работы. Он никогда не стартовал со взлетной полосы... —
Девушка на мгновение примолкла. — А кем ты работаешь?
— Я Трэвис Крэйг, — замялся он.
— Звучит многозначительно, — не поняла она, виновато глядя в его
карие глаза.
— Ну и все...
— О, я вспомнила! — Кейси даже подпрыгнула. — Известный
доктор философии, верно?
Трэвис повернулся и поднес к губам чашку кофе.
— Верно, — согласился он. — И этим все сказано.
— Не понимаю. — Она пожала плечами. — Докторскую заработать
нелегко, с твоими привилегиями вдруг оказаться на мели, потерять здоровье и
впридачу остаться без работы обидно. — Кейси поморщилась, взглянув на
стенные часы. — Ладно, сосед. Мне пора за машинку. Ланч за тобой, а я
позабочусь об обеде.
— Да ну?
— Я, так и быть, буду готовить, — предложила она, — если ты
продолжишь редактировать мою рукопись.
— Идет! — Трэвис протянул ей руку. Кейси, не колеблясь, уверенно
пожала ее.
— Мисс Кейси Рейнольдс, это означает начало чудесного отдыха!
3
— Я голоден как крокодил в Африке! Кейси недовольно поморщилась,
понимая, что ей придется прерваться.
— Ланч в холодильнике, — сказала она, нажимая мизинцем на рычажок
возврата каретки.
— Я съел это шесть часов назад! — возразил Трэвис.
Его грубоватый голос перекрывал стук клавиш. Он схватил ее за "хвост" и
притянул ее голову к своему животу. Машинка замолчала.
— Это гром?
— Это мой желудок!
Кейси задумчиво рассматривала узор на потолке.
— Я обещала готовить только обед, разве не так?
— Так, — охотно согласился Трэвис. — Но я голоден как зверь!
— Ты уже говорил об этом. — Она покорно вздохнула и защелкнула
футляр портативной электрической машинки.
Кейси потянулась в кресле и посмотрела на него. Трэвис был утомлен возней с
двумя набитыми чемоданами и выглядел раздраженным. Его кожа уже успела
подрумяниться под палящим мексиканским солнцем. Торчащие завитки темных
волос придавали ему забавное выражение, от него исходил приятный острый
запах кокосового лосьона. Она почувствовала, что и ее желудок тоже требует
чего-нибудь съестного.
Невинными глазами Кейси взглянула на спокойное лицо Трэвиса.
— Как насчет сочного цыпленка, медленно поджаренного на горячих углях и
сдобренного аппетитным острым соусом барбекю? Добавим отварных овощей,
свежего шпината и посыплем петрушкой.
Трэвис простонал в голодном экстазе:
— Это фантастично!
Она усмехнулась и поднялась из-за стола.
— Электроплита не годится, а газовая в патио. Я достану цыплят. Тебе
останется поливать их жиром каждые десять минут и...
— Мне-е-е?! — возмущенно протянул Трэвис.
Кейси указательным пальцем коснулась его подбородка.
— Ты весь день валяешься на солнце, а я занимаюсь умственным трудом. К
тому же я таю от жары. Можешь начинать, а я пока приму душ. — Она
подтолкнула его к патио.
Трэвис, шагая по настилу из красного дерева, проклинал весь белый свет.
— Ты обещала готовить обеды! — громко ворчал он, с недовольным
видом обращаясь к расхаживающей по кухне Кейси. — Я ничего в этом не
понимаю, я ненавижу барбекю! Не жалуйся, если цыплята подгорят и будут
похожи на сам уголь!
Подбоченившись, Трэвис угрюмо взирал на огромную плиту. Он снял алюминиевую
крышку, включил газ и зажег две конфорки.
— Я тоже, между прочим, люблю душ! — прокричал он в открытую
кухонную дверь, бросив спичечный коробок на полочку. — И я тоже
нуждаюсь в отдыхе! — Трэвис взял длинные деревянные щипцы и шумно
щелкнул их стальными концами. — Мы можем сделать сэндвичи! Я не спешу!
Я...
Трэвис обернулся и увидел изящные ноги в мятых шортах, белую рубашку,
отделанную тесьмой с цветастыми попугаями, и... слезы, струящиеся по лицу
Кейси. Он остолбенел. Девушка тяжело сопела, судорожно хватая ртом воздух,
заплаканные зеленые глаза покраснели, как у белого пуделя. Трэвис уронил
щипцы в барбекю, в горле его встал комок.
— Прости! Я не понял, что ты плачешь. Я решил, что ты меня
дразнишь. — Он смущенно и виновато большой рукой обнял ее за
шею. — Слушай, я не хотел тебя обидеть... Но мы же утром обо всем
договорились.
Кейси быстро заморгала глазами, и новый водопад слез хлынул из ее глаз.
Трэвис выглядел таким огорченным и беспомощным, что не стоит дольше его
разыгрывать.
— Луковые слезы, — объяснила она, и ее губы растянулись в
насмешливой улыбке.
— А ты, оказывается, маленькая подлючка! — Он с силой потряс ее за
плечи.
— Осторожнее! Ты же не хочешь испачкать меня в барбекю? —
рассмеялась Кейси.
Трэвис задумчиво посмотрел в ее сияющие изумрудные глаза. Кейси испытала
странное теплое чувство, когда он нежно прикоснулся к ямочке на ее щеке.
— Где у тебя есть еще такая же прелестная ямочка? — тихо спросил
он.
— Такая же прелестная?., я на ней сижу. — Кейси подмигнула ему,
затем вдруг смутилась и сунула ему поднос с закусками. — Ты лучше
займись обедом.
Она повернулась и важно прошествовала в дом.
Кейси направила колючие иголочки теплой воды на усталые мышцы плеч и спины.
Она радостно расслабилась под бодрящим водопадом. Извернувшись и изогнув
изящную спину, Кейси задержала взгляд на ямочке, обнаруженной на левой
ягодице. В самом деле, это была шутка Матери-природы, посчитавшей ненужным
разместить обе ямочки на щеках. Трэвис никогда не увидит вторую...
Трэвис! Кейси напоследок плеснула себе в лицо холодной
водой и быстро заморгала. Весь день она не думала о нем.
Трэвис
Крэйг! Его имя подсознательно звучало в ней, превращаясь в
назойливый припев. Она вышла из душа, завернулась в пушистое голубое
полотенце и тяжело плюхнулась на край кровати.
Трэвис Крэйг! Еще сегодня утром она упивалась своим
одиночеством. Теперь рядом с утра до вечера будет маячить неожиданный
компаньон! Вместо отдыха в тихие мечтательные вечера ей, как и в Бостоне,
придется играть роль остроумной, очаровательной и гостеприимной хозяйки
дома.
Трэвис Крэйг! Его карие глаза каждый вечер будут
пялиться на нее через обеденный стол. Он будет купаться в ее заветной
бухточке и покрываться бронзовым загаром на сахарных песках полюбившегося ей
пляжа.
Трэвис Крэйг! Целыми днями он будет хлопать дверьми,
открывать и закрывать шкафы, донимая ее вопросами, где что лежит. Так Кейси
никогда не закончит свой роман! Ей придется быть терпеливой и не обижаться
на его слова и поступки. Придется быть покладистой и приветливой, следить за
собой и выглядеть ухоженной даже к завтраку.
Трэвис Крэйг! Совершенно посторонний человек,
разрушивший весь ее отдых! Вечера превратятся, наверное, в полуночные
пирушки, которые она всегда терпеть не могла, потому что они вечно были
наполнены пустотой, вынужденной болтовней и фальшиво дружелюбным отношением
друг к другу.
Сердце в груди Кейси тоскливо заныло. Как она мечтала сбежать от всего
этого! Во рту у нее пересохло, а мышцы нервно напряглись. Она машинально
царапала ногтями руку, пока кожа не стала красной и припухшей.
— Какого дьявола я сюда приехала! — горько воскликнула Кейси.
Она потерла заболевшие виски, тщетно пытаясь справиться с вихрем обрывочных
мыслей, стремительно проносящихся в мозгу. "Чего это ты разгорячилась!
Помни, — в молчаливой ярости предостерегала она себя, —
ты не какая-нибудь беспомощная, легко уязвимая жертва! К тому же
речь не идет о жизни и смерти. Просто два человека живут временно в одном
доме вместе, обедают, отдыхают и болтают обо всем, что придет в
голову". Она вздохнула. Вообще-то не все так плохо, если посмотреть со стороны. У
этого бедолаги Трэвиса куча проблем. Он безработный и восстанавливается
после серьезной болезни. Теплый румянец выступил на ее щеках. О, уж не
влюбилась ли она, вот уж была бы великая глупость!
Кейси подняла голову. В зеркале над массивным, с нарядной деревянной резьбой
буфетом она увидела свое отражение. Лицо выражало сильное беспокойство: не
наделать бы глупостей. Вот так, а ведь целую неделю Кейси старалась
научиться любить и доверять своим чувствам, внушала себе, что не стоит их
стесняться и надо научиться вести себя раскрепощенно!
Она нерешительно улыбнулась своему зеркальному двойнику. Уверенность и
спокойствие медленно возвращались к ней. Кейси прилетела в Мексику, чтобы
дописать роман и радоваться самой себе, и если Трэвису не нравится реальная
Кейси Рейнольдс, он может просто оставаться в своей комнате! Девушка широко
улыбнулась, и ей стало легче — не идеально, но она уже начинает владеть
собой. Какое ей до него дело!
Кейси перевела взгляд на открытый стенной шкаф. Она поймала себя на мысли,
что ее волновало, был ли Трэвис одним из тех мужчин, которые не выносят
женщин в брюках, предпочитая видеть на них юбки и платья. Почему ее опять
заботит, что нравится какому-то Трэвису? Кейси носит, что ей
заблагорассудится, что ей, наконец, удобно!
Кейси выбрала ажурное нижнее белье, затем сняла с деревянной вешалки
хрустящую белую блузку-безрукавку и натянула ее на себя. Аквамариновые,
разрисованные листьями кюлоты изящно облегали стройные ноги. Она накинула
кожаные хуарачи и уселась в кресле возле туалетного столика, исследуя свой
ограниченный набор косметики. Она никогда не злоупотребляла косметикой и не
собиралась менять эту привычку ради Трэвиса. Кейси покрыла черной тушью
длинные ресницы, положила немного персиковых румян на и так свежие щеки и
медным карандашом накрасила полные губы; наконец, коваными серебряными
колечками, купленными здесь, в городке, заменила золотые сережки.
Кейси откинулась в кресле и распустила густые каштановые волосы, уложив их
каскадом нежных, плавных завитков, защекотавших ей плечи. Она придирчиво
взглянула на себя в зеркало: не прекрасна, но очень симпатична. Она
чувствовала себя комфортно, естественно и абсолютно непринужденно. Кейси
бодро встала и вышла из спальни.
Изумительный тихоокеанский закат окрасил небо в великолепные розовато-
лиловые и золотистые тона. Пеликаны лениво возвращались домой, к близлежащим
утесам.
В зеленом от цветов патио был накрыт стол. Среди старинной белой фарфоровой
посуды и серебряных приборов высилось огромное блюдо с золотистыми цыплятами
и свежими овощами, окруженное деревянными тарелками с салатом из помидоров и
поджаренными хлебцами. Радужным светом мерцал лимонад в бокалах.
Трэвис стоял у деревянных перил, задумчиво глядя на залив. На нем были узкие
белые джинсы и военная трикотажная рубашка, которая придавала ему особую
мужественность. Темные завитки его волос были еще мокрыми после душа, пряный
аромат лосьона, смешанный с запахом вечернего распускающегося жасмина, витал
в воздухе.
Кейси довольно ухмыльнулась. Похоже, что ее страхи насчет Трэвиса Крэйга
были неосновательны. Видно, он все-таки попался ей на крючок. "Все
прекрасно!" — напевала она.
Трэвис удивленно разглядывал новую Кейси. Девушка вопросительно посмотрела
на него, подвинув к себе кресло. Улыбка осветила суровое лицо Трэвиса.
— А я и не думал, что ты можешь быть такой! — он довольно
раскачивался на пятках.
Кейси смутилась, но напряжение сразу же забылось, как только она подхватила
жирную цыплячью ножку. С подчеркнутой медлительностью она слизала с пальцев
острый барбекю.
— Какой? — равнодушно спросила она, увлеченно расправляясь со
шпинатом.
— Ты... Ты, оказывается, один из победителей Пульцеровского конкурса
журналистов! — выпалил он. Она удивленно подняла бровь. — Я
прочитал кое-какие твои статьи в попавшихся мне старых выпусках
"Приложения". Они превосходны!
Она встряхнула льняную салфетку и аккуратно постелила ее на колени. Затем
подняла дерзкие зеленые глаза и внимательно посмотрела на Трэвиса.
— Я, таким образом, становлюсь популярной соседкой по вилле, не правда
ли? Приятно поведать друзьям, что ты оттянулся с такой известной особой?
Может быть, оставить тебе автограф... на цыплячьей ножке? — голос ее
звучал язвительно и раздраженно. — Хочешь знать, почему я не имела
доступа к документам Пентагона и публиковала в "Приложении", а н
...Закладка в соц.сетях
