Жанр: Любовные романы
Вернись, любовь!
...ла повидаться со мной? — подозрительно
сощурился Брайан.
Широко распахнутые глаза Тины наивно смотрели на него.
— Пожалуйста, Брайан! Неужели нельзя обойтись без допросов? Разве
бывшая жена не имеет права приехать проведать бывшего мужа, узнать, как у
него идут дела?
— Ты прилетела из Калифорнии, чтобы узнать, как у меня дела?
— Еще для того, чтобы позаботиться о двух милых маленьких...
— ..косматых монстрах, — договорил Брайан и прикрикнул на Ириску,
которая отчаянно пыталась забраться вверх по его ноге. По-видимому, хотела
перекусить ему сонную артерию.
Тина рассмеялась, и у Брайана замерло сердце.
Он краем глаза смотрел на нее.
Разведены
, — не переставал он твердить
себе, но смех Тины проникал внутрь его существа, согревая его застывшую
душу.
Пять лет прошло с тех пор, как он в последний раз прикасался к ней, а его
руки все еще помнили нежность ее кожи. Запах ее духов — изысканное сочетание
цветочных и цитрусовых ароматов — неотступно преследовал его повсюду,
особенно в снах. И стон рвался из его груди, как только он вспоминал об их
занятиях любовью.
Проклятье!
До чего же некстати Тина появилась в городе!
Черт бы побрал это идиотское пари!
— Не понимаю, отчего они так тебя невзлюбили, — проворковала Тина,
наклоняясь, чтобы поднять Булочку на руки. Собачонка в порыве любви нежно
лизнула ее пару раз в шею.
Брайан и сам не прочь был бы сделать это.
Чтобы отогнать от себя навязчивую фантазию, он поспешил ответить:
— Они знают, что я их тоже недолюбливаю.
Тина прижала Булочку к своей груди, радуясь возможности занять руки. Иначе
она бы не устояла перед искушением обнять Брайана и прижаться к его груди.
При взгляде на него ее так и подмывало это сделать.
Черные волосы Брайана были по-военному острижены. Прическа выгодно оттеняла
его худое, резко очерченное лицо с глубокими темно-голубыми глазами. Под
черной форменной футболкой морского пехотинца США, плотно облегающей его
широкие плечи и грудь, просматривались накачанные мускулы, а узкие бедра и
длинные ноги в поношенных джинсах выглядели необычайно соблазнительно.
А она и забыла уже, как он может ее взволновать!
Возможно, Джанет была права. Возможно, ее идея — не самая удачная.
Но она хотела ребенка.
И хотела, чтобы отцом малыша стал Брайан.
Но если уже только от одного его присутствия у нее подгибаются колени,
может, она наконец встретила своего мужчину?
Эта мысль промелькнула в голове у Тины, но она решительно прогнала ее прочь.
Она выстоит, потому что держалась пять лет. Она уже не девочка с мечтой о
своем единственном мужчине, который станет для нее всем Джанет долго и
усердно работала, чтобы сделать карьеру. Она заслужила уважение окружающих,
ее жизнь и быт налажены. Не может быть, чтобы она не справилась с Брайаном
Райли без ущерба для себя. И если ее по-прежнему влечет к нему, то это
только плюс.
Будет проще соблазнить его.
— Послушай, Брайан, — начала она, крепко удерживая Булочку в то
время, как Ириска вновь уцепилась за штанину Брайана, — ведь мы можем
обойтись без церемоний, правда?
— Думаю, да.
— Хорошо. — По крайней мере начало положено. — Так вот,
сегодня вечером я собираюсь приготовить стейк. Пожарить на твою долю?
На какую-то долю секунды ей показалось, что он согласится. Согласие читалось
в его глазах. Но в следующий момент оно сменилось замешательством.
— Нет, спасибо, не надо. Сегодня вечером я иду к Коннору. У него... кое-
какие проблемы с...
Тина с улыбкой покачала головой.
— Ты никогда не умел врать.
Брайан смутился.
— А кто врет?
— Ты, — по-прежнему улыбаясь, ответила Тина, а затем повернулась к
воротам своего дома. — Но ничего страшного. Я не обиделась. Персик,
пойдем. Пора есть!
Собачонка моментально выпустила штанину Брайана и поскакала за Тиной на
задний двор к своей миске с едой.
— Тина! — окликнул девушку Брайан.
Она остановилась у ворот и улыбнулась. Их разговор дал ей надежду. Если бы
он только остался с ней наедине, то никогда бы не стал врать, что у него
встреча с Коннором.
Теперь он выглядел... смущенным. Тоже хорошо. Ей только надо найти брешь в
его броне, и тогда все у нее получится.
— Все в порядке! — крикнула Тина, пожав плечами и улыбнувшись еще
шире. — Я пробуду здесь почти три недели. Уверена, мы еще не раз
встретимся.
— Да. — Ссутулившись, словно пытался удержать на своих плечах
откуда ни возьмись свалившееся на них бремя, Брайан сунул руки в карманы
джинсов.
— Приятного вечера! — крикнула она ему, закрывая за собой
ворота. — И передай от меня привет Коннору.
— Ладно.
Тина с собаками вошла в дом и, как только дверь за ней захлопнулась,
кончиком пальца тихонько отодвинул краешек белой шторы на ближайшем окне.
Брайан поднимался по ступенькам, как на эшафот. Взойдя на крыльцо, он
постоял немного, а потом оглянулся.
Тина тотчас отскочила от окна. Но не потому, что он мог увидеть ее. Девушка
была поражена, почувствовав жар его взгляда, проникшего в ее сердце.
После того как Брайан скрылся в доме, она еще какое-то время стояла в кухне,
уставившись в окно. И никак не могла понять, кто же из них на самом деле
обезоружен.
Два часа спустя Брайан заканчивал ужин под смех Коннора, которого изрядно
повеселил новый поворот событий. Сочувствия Брайан, конечно, не ждал, но и
такое бурное веселье со стороны брата казалось ему неуместным.
— Значит, Тина снова в городе, — констатировал Коннор,
улыбаясь. — Господи, я уже чувствую, как деньги падают мне в карман.
— И не мечтай! — отрезал Брайан" все еще находившийся под
впечатлением от недавней улыбки Тины. — Она тебе не поможет выиграть
пари. Если ты не забыл, это я развелся с ней.
— Помню, — ответил Коннор, подавая знак официанту принести еще
кружку пива. — Хотя я так и не понял, почему.
Никто в семье этого не понял, подумал Брайан, погружаясь в воспоминания.
Даже ему самому было трудно смириться с тем, что развод с Тиной —
единственно правильное решение.
Образ Тины Коретти все эти годы преследовал его, возникал в его сознании в
самые неподходящие моменты. Тина у плиты, в спальне или подпевающая невпопад
песне, льющейся из радиоприемника во время одного из их путешествий на
машине. Он помнил их ссоры, когда они кричали друг на друга до тех пор, пока
один из них не начинал смеяться. И все кончалось тем, что оба они падали на
кровать, чтобы заново познать друг друга.
У них всегда был великолепный секс. Соединялись не только их тела, но, как
казалось Брайану, воедино сливались даже их души.
И вот однажды она ушла из его жизни, и ему пришлось смириться с этим. Он
чувствовал себя опустошенным, его сердце было разбито, а душа растоптана.
Даже несмотря на то, что инициатором разрыва стал он сам.
Брайан отодвинул на край стола остатки гамбургера и откинулся на спинку
стула.
Ресторан
Маяк
был, как всегда, набит битком. Семьи расположились за
большими столами, а парочки ворковали в темных кабинках. Просторное
помещение освещалось железными светильниками, на окнах и в подвесных кашпо
густо росли папоротники.
Пристально посмотрев через стол на брата, Брайан неожиданно спросил:
— А как ты соблюдаешь условия пари?
Коннор чуть было не подавился пивом, затем откашлялся и покачал головой.
— Все оказалось куда сложнее, чем я ожидал.
Брайан рассмеялся.
— Серьезно, — подтвердил Коннор. — Дошло до того, что я
прячусь от женщин.
— Понимаю, что ты имеешь в виду, — кивнул Брайан. Он сам теперь
редко видел представительниц прекрасного пола. На работе с этим не было
проблем. В воздушном флоте женщин раз два и обчелся. А те, что были, взяли
себе за правило избегать парней. И за это их нельзя осуждать.
Только для того, чтобы их приняли на службу, им приходилось трудиться в два
раза больше мужчин, и они не собирались портить карьеру, заводя романы с
сослуживцами.
В свободное время Брайан планировал сидеть дома, избегая дискотек, баров и
клубов — чтобы не сталкиваться с женщинами.
— Только две недели прошло, — сказал Коннор, — а мое уважение
к Лайаму растет день ото дня.
— Мое тоже, — заметил Брайан.
— Вчера вечером я говорил с Эйданом. Так он заявил, что подумывает о
том, чтобы на три месяца уйти в монастырь.
Эта идея вызвала улыбку на лице Брайана.
— Что ж, Эйдану тоже несладко.
— Да. — Коннор, прищурившись, кивнул официанту, который тут же
принес счет. — А что касается меня, я каждый день устраиваю взбучку
младшему офицеру.
Брайан улыбнулся, в душе жалея новобранцев, находящихся под началом Коннора
в военном лагере.
Брат снова заговорил:
— А ты заметил, что единственный из нас, кому все до лампочки, —
это наш брат-священник? — Коннор с усмешкой покачал головой. —
Сидит и посмеивается над нами троими. И как только он нас в это втянул?
— Мы сами втянулись. Ни один из нас не смог уклониться от вызова.
— Это было предсказуемо?
— Для него точно. Он самый хитрый, — сказал Брайан, — даром
что священник.
— Это верно. — Достав бумажник, Коннор вытащил оттуда пару купюр и
бросил их на стол. Ну, что решил насчет Тины?
— Решил держаться от нее как можно дальше.
— Тебе это всегда нелегко давалось.
Брайан тоже бросил на стол деньги и проворчал:
— А я и не говорил, что будет легко.
Коннор поднялся и, взглянув на брата, улыбнулся.
— Можно пойти на нашу старую хитрость. Раз тебе трудно находиться рядом
с ней, я могу поговорить вместо тебя. Попросить ее уехать.
Брайан, посмотрев на брата, медленно вышел из кабинки. Они не подменяли друг
друга с самого детства. Тройняшки были так похожи, что иногда даже родная
мать их различала с трудом. Поэтому сорванцы нередко использовали это
сходство в своих целях, подменяли друг друга, вводя в заблуждение учителей,
тренеров, а иногда даже собственных родителей.
Тина, однако, всегда умела различать их. Им ни разу не удалось провести ее,
как других. И все же, глядя на улыбающегося и с одобрением кивающего ему
Коннора, Брайан подумал, что она давно уже не видела всех трех братьев Райли
вместе.
Прошли годы с тех пор, как Тина с Брайаном были так близки, что она нутром
чуяла, который из тройняшек ее муж.
— Я готов, если решишься, — подначивал Коннор.
А что я, собственно, теряю?
— спросил себя Брайан. Если Тина купится на
уловку, то уедет, тем самым облегчив ему существование. А если нет, то
разразится скандал. Давно уж он не видел Тину Коретти в гневе. Как помнится,
в гневе она была чертовски хороша!
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Услышав поздно вечером звук подъезжающего автомобиля, Тина с облегчением
вздохнула.
Приблизившись к окну спальни на втором этаже, она выглянула из-за штор на
улицу и увидела, как к дому по дорожке идет Брайан. Тот остановился, посылая
проклятья в адрес зашедшихся от лая собак, и Тина улыбнулась.
Она уже начинала опасаться, что Брайан сбежал. Уехать на несколько недель на
военную базу ему ничего не стоило. Но он не уехал. И Тина была уверена, что
знает, почему.
Перепрыгивая через две ступеньки, Брайан поднялся по лестнице, и сердце Тины
затрепетало.
У нее пересохло во рту, а дыхание стало прерывистым, когда она увидела, как
он открыл дверь и вошел внутрь, даже не повернув головы в сторону ее дома.
— Вот как! — пробормотала Тина. — Похоже, у меня появился
повод для беспокойства.
Раздался телефонный звонок, и молодая женщина кинулась к аппарату.
Распростершись на лоскутном одеяле ручной работы, покрывавшем ее двуспальную
кровать. Тина схватила трубку телефона.
— Значит, ты там.
— Джанет! — Тина перевернулась на спину и, уставившись в потолок,
с улыбкой проговорила: Да, в своем родном доме.
— Ты его видела?
— Да.
— И?
Схватив свободной рукой телефонный провод, Тина принялась наматывать его на
указательный палец.
— Он все такой же.
— Стало быть, ты не передумала.
Тина вздохнула.
— Джанет, я не собираюсь обращаться в банк спермы. Можешь себе
представить, как я объясню этот поступок своему ребенку?
Конечно, деточка,
у тебя есть папа. Его номер 3075. Это очень хоронящий номер
.
Джанет рассмеялась.
— Ладно. Я просто хочу сказать, что ты сама ищешь себе приключения. Я
беспокоюсь за тебя.
— Спасибо тебе. — Тина улыбнулась, обводя взглядом свою комнату.
За годы ее отсутствия Нана почти ничего не изменила здесь. На стенах — все
те же картины с видами Лондона, все те же заставленные книгами полки, ее
детские сокровища и та же мебель, которая служила семье Коретти с
незапамятных времен.
Здесь было уютно.
Тина с удивлением осознала, что все прошедшие пять лет ей не хватало этого
уюта.
— Ты хочешь, чтобы я от тебя отстала, — догадалась Джанет.
Тина почувствовала, что подруга улыбается.
— Да, хочу.
— Тони предвидел, что ты мне это скажешь, — призналась Джанет и
крикнула мужу:
— Хорошо, хорошо, я буду должна тебе пять долларов.
Тина рассмеялась и ощутила, как державшее ее в своих тисках напряжение мало-
помалу ослабляется.
— Я рада, что ты позвонила.
— Правда?
— Да. Мне нужно было услышать дружеский голос, — созналась Тина.
Сейчас, когда Нана уехала в Италию, а Брайан забился в свою нору, она
чувствовала себя более одинокой, чем когда-либо. — Я и сама не
предполагала, как мне это необходимо.
— Рада была поддержать, — ответила Джанет. — Позвони мне,
если еще понадоблюсь.
— Позвоню. Увидимся через три недели.
Распрощавшись с подругой, Тина села, подобрав под себя ноги. Оглядевшись
вокруг, она почувствовала, как оживает ее прошлое. Когда они с Брайаном
только начали встречаться, она жила в этой комнате.
С тех пор, кажется, минула целая вечность.
Тогда она работала в престижном баре
Диегоз
возле порта, а днем училась на
магистра управления. Брайан уже был лейтенантом. Однажды вечером он заглянул
в бар, и, как в таких случаях говорят, это была любовь с первого взгляда.
Пребывая в эйфории, они не расставались весь следующий месяц, а потом
сбежали и поженились, вызвав такой поспешностью бурю негодования со стороны
родственников.
Никого не оповестив, они предстали перед мировым судьей. Тина держала в руке
одну-единственную розу, которую Брайан сорвал для нее в саду перед зданием
суда. Тина сердцем чувствовала, что они с Брайаном родственные души и он
единственный во всем мире, назначенный ей судьбой мужчина.
Они прожили вместе год. А потом Брайан ошарашил ее, подав на развод. На
следующее утро он уехал на шестимесячные учения на авианосце.
— Хватит с меня родственных душ, — прошептала Тина в пустой
комнате. Она снова плюхнулась на кровать и, положив руку на глаза,
попыталась убедить себя в том, что нынешняя боль в сердце — лишь эхо той,
старой боли.
На следующий день Тина самозабвенно отдалась работе в бабушкином саду. Нана
любила цветы, но возиться с ними терпеть не могла. Она объясняла это тем,
что если нагнуться она еще сможет, то разогнуться никогда.
Розы поникли, одуванчиков было больше, чем маргариток, а анютины глазки
находились на последнем издыхании. Тина, с удовольствием подставив спину
солнцу, опустилась на нагретую землю и принялась за работу.
Из окон гостиной долетали звуки игравшего там классического рока, под
которые работа спорилась как нельзя лучше, а с улицы долетали крики игравших
в баскетбол детей и яростный собачий лай. Булочка и Ириска из-за стеклянной
двери пристально следили за каждым движением Тины, радостно повизгивая,
когда в поле их зрения попадало что-то интересное вроде бабочки.
Через час Тина разогнулась, разминая не привыкшее к полевым работам тело. В
своей квартире в Калифорнии она держала на балконе несколько растений в
горшках. Но дома все ее мысли были заняты работой.
Когда же это случилось?
— задавалась вопросом Тина. В какой момент работа заняла главное место в ее
жизни?
Она знала ответ.
После того, как с ней развелся Брайан, она бросилась удовлетворять свои
амбиции и с головой погрузилась в работу, стремясь таким образом избавиться
от охватившего ее чувства одиночества. Но все тщетно.
Как приятно снова очутиться в этом саду, размышляла Тина. Как хорошо, что не
нужно смотреть на часы, бояться опоздать на встречу. Как хорошо подставлять
разгоряченное лицо солнцу, даже несмотря на знойную влажность Южной
Каролины, такую густую, что хоть ножом режь.
Вдруг откуда ни возьмись поднялся сильный ветер, послышался оглушительный
рев, и Тина, запрокинув голову, увидела в небе военный самолет. Ее сердце
замерло, как всегда при виде военных самолетов. Ей казалось, что за
штурвалом Брайан. Она гордилась тем, что он летчик. И боялась за него,
конечно. Но если ты замужем за военнослужащим морского флота, приходится
усмирять свои эмоции.
— Красивое зрелище, — раздался за спиной мужской голос.
Тина с замиранием сердца обернулась и увидела перед собой его. Она не
слышала, как он подъехал, поскольку не ожидала, что он вернется домой днем.
Да, это был он.
Ростом повыше большинства летчиков, Брайан не переставал жаловаться, что в
кабине пилота ему всегда тесно. Но Тине нравилось, что он намного выше ее.
Стряхивая с себя траву и стягивая с рук перчатки, она приготовилась к
серьезному разговору.
Солнце било прямо в глаза, и Тина могла видеть только силуэт Брайана. Лица
она разглядеть не могла, хотя чувствовала, что его взгляд прикован к ней.
— Что ты сказал? — наконец проговорила она, но тут же вспомнила:
— Ах да! Красивый самолет.
— Я не самолет имел в виду. Впрочем, тут ты права, — согласился
он, — самолет тоже красивый.
По телу Тины прокатилась теплая волна, но она приказала себе не обращать
внимания на его комплименты, которые ровным счетом ничего не значат. Важно
только то, что он стоит перед ней сейчас, живой, из плоти и крови. Ее бывший
муж всегда умел польстить, всегда знал, что сказать. И как во время ссор
заставить ее замолчать и... раздеться.
В памяти Тины внезапно ожили воспоминания, и прокатившееся по ее телу тепло
превратилось в нестерпимый жар. Чтобы устоять на подгибающихся ногах, ей
пришлось сделать над собой усилие.
— Брайан...
— Тина...
Они заговорили одновременно, а потом так же резко, разом остановились и
смущенно рассмеялись. Сердце Тины болезненно сжалось. Как получилось, что их
прежняя страсть, их любовь растворились, сменившись неловким обменом
любезностями двух чужих людей?
— Ты первая, — натянуто предложил Брайан.
Тина, покачав головой, возразила:
— Нет, ничего страшного. Начинай ты.
Брайан, кивнув, сунул руки в карманы джинсов, качнулся на каблуках, отвел
глаза в сторону, но уже в следующий момент быстро посмотрел ей в глаза.
— Тина, мне нелегко, но...
Пока он говорил, Тина смотрела на него не отрываясь. Поначалу сбитая с толку
его неожиданным появлением, теперь начала постепенно снова обретать
способность адекватно воспринимать окружающее. Она машинально замечала, как
он держит голову. Как пожимает плечами. В какой позе стоит и как
приподнимается уголок его рта.
Этот мужчина держался по-другому. И вызывал в ней иные эмоции. Никакого
волнения, никакого покалывания в теле, похожего на электрические разряды,
она не чувствовала. Между ними не возникало и сотой части того напряжения,
которое всегда устанавливалось в пространстве между ней и Брайаном, когда
они были рядом.
Всякий раз, когда Тина находилась возле Брайана, менялась сама окружающая
атмосфера.
Однако в данный момент она не чувствовала ничего.
Раскусив обман. Тина вскипела от гнева.
— ..Я знаю, я не вправе просить тебя о чем бы то ни было, —
говорил он.
Должно быть, это Коннор, решила про себя Тина. Эйдан не пошел бы на такое.
Пока молодая женщина придумывала, как поступить с последним из тройняшек
Райли, в ее голове промелькнули тысячи мыслей. Поняв, что нужно сделать, она
улыбнулась.
Заметив это, мужчина облегченно вздохнул.
— Вот видишь! Я был уверен, что ты поймешь меня. Тебе не стоит
оставаться здесь, когда это создает для нас обоих такие неудобства.
— Неудобства, говоришь? — промурлыкала Тина низким, гортанным
голосом. — Брайан, сладкий мой, мы слишком хорошо знаем друг друга,
чтобы испытывать неудобства.
— Ты о чем? — Мужчина растерялся.
Тина мысленно рассмеялась, посылая близнецу знойную улыбку, потом
приблизилась к нему, скользнула руками по его груди и погладила по щеке.
— Я соскучилась по тебе, Брайан, — призналась она и, прежде чем
медленно продолжить, глубоко вздохнула. — Мне...
Тина выдержала паузу, пока слово вибрировало в воздухе, и, с удовлетворением
заметив, как в глазах Коннора возникла паника, отступила на шаг.
— Тина, ты ведь не хочешь...
— Брайан, любовь моя, — ворковала Тина, снова переходя в
наступление, — а разве ты по мне не соскучился?
— Конечно. — Коннор дико озирался по сторонам, тщетно ища помощи
со стороны.
Тина подошла еще ближе и, крепко обняв Конора, прижалась к нему грудью. Тот
мигом вынул руки из карманов и попытался отстраниться, но Тина, ощутив, как
бешено забилось его сердце, поняла, что отомщена.
— Поцелуй же меня скорее, Коннор.
— Поцеловать тебя... — парень осекся и, опустив голову, заглянул ей в
глаза. — Коннор?
— Ты — идиот. — Тина выпустила его из рук и отступила назад,
наслаждаясь победой, пока мужчина судорожно искал пути к отступлению —
Слушай, Тина...
— Ты что, и впрямь вздумал, что сможешь провести меня? —
накинулась она на него.
— Стоп! — взмолился Коннор. — Тина, не знаю, о чем ты...
Раздражение переросло в бешеную ярость, и Тина ничуть не удивилась бы, если
б у нее из ушей вдруг повалил пар.
— Распрекрасно ты все понимаешь! Только вы с Брайаном, по-видимому, кое-
что забыли. Как видишь, я вас различаю. Я всегда умела это делать.
Коннор поскреб рукой подбородок, а затем снова сунул руки в карманы.
— Согласен, затея была неудачная.
— Неудачная затея? — Тина, раскрыв рот от изумления, уставилась на
Коннора, как завороженная. — Просто поверить не могу! Ты чего
добивался, Коннор? Хотел уговорить меня уехать, чтобы Брайану не пришлось со
мной сталкиваться?
У Коннора вырвался короткий смешок. Он вынул руки из карманов и поднял их
вверх, признавая свое поражение.
— Да ладно тебе. Тина. Это просто...
— Просто что? — спросила она, не переставая наступать на Коннора,
который пятился к машине Брайана, припаркованной на подъездной дорожке.
Шутка?
— Нет! — Коннор споткнулся о брошенный на лужайке шланг, но быстро
обрел равновесие и продолжил отступление к спасительной машине. —
Брайану просто пришло в голову... То есть мне пришло в голову...
Булочка и Ириска разразились пронзительным лаем, и Коннор бросил тревожный
взгляд на застекленную дверь.
— Это его идея, да? — подначивала Тина, чувствуя такое
непреодолимое отвращение к Брайану и Коннору, что слова с трудом выходили из
ее сжавшегося горла.
— Нет... Да... То есть... — Коннор снова посмотрел на Тину и высоко
вскинул обе руки, желая продемонстрировать свою невиновность, что, впрочем,
ее ничуть не убедило. — Это была просто идея.
— Неудачная.
— Теперь я это вижу, — кивнул Коннор и сглотнул. — Поверь. А
ты, знаешь ли, тоже заставила меня пару минут помучиться.
— Где Брайан? — потребовала Тина, продолжая надвигаться на него.
— Зачем он тебе?
Тина окинула его угрюмым взглядом, замечая, как судорожно он пытается найти
выход из положения. И тут женщина осознала, что сейчас солидарность
тройняшек будет работать против нее.
Коннор не станет доносить на своего брата.
— Ничего, — натянуто выдавила она из
...Закладка в соц.сетях
