Жанр: Любовные романы
Притяжение ночи Книга 1
...тановится все крепче. — Если я задержусь у вас, то дело
кончится тем, что я растолстею от вашей вкусной еды и просто не влезу в свою
форму.
Но Шарлотта даже не улыбнулась, не оценив его жалкую попытку отшутиться. Она
сидела на стуле и смотрела на Винса так, словно видела его впервые. Будто
перед ней возник незнакомец. А он не знал, как на это реагировать и что ему
сейчас делать.
— Вы поможете мне? — наконец спросил он. — Мне нужно написать
сенатору письмо, но оно должно быть таким безупречным, чтобы сенатор
прочитал его еще до того, как уедет.
Шарлотта молчала.
— Вы поможете мне написать его?
Но она в отчаянии лишь помотала головой:
— Винс, он уезжает послезавтра.
— Ну и что? Значит, это должно быть исключительное, идеальное письмо.
— Но как я смогу помочь вам, если вы даже не рассказываете мне, почему
хотите встретиться с сенатором? — удивилась она.
Да, в этом заключались определенные трудности. Ничего не оставалось делать,
как рассказать ей правду обо всем, что и как происходило там, на Тараве.
Но, конечно, не всю правду. Он ни за что в жизни не стал бы посвящать ее в
кровавые подробности боев и должен сделать все так, чтобы эту часть письма
она не увидела вовсе.
— На Тараве было совершено множество ошибок, — начал он, осторожно
подбирая слова. — Серьезных ошибок, даже можно сказать, роковых. Я
полагаю, что той информации, которая была передана офицерам, готовившим план
вторжения на остров, оказалось недостаточно. То, что произошло там, можно
назвать... настоящей резней, массовым убийством, Чарли. И вам это хорошо
известно. Но в газетах все подали так, будто такой исход был неизбежен и мы
в любом случае должны были понести такие страшные потери. Победа досталась
чудовищной ценой, но лично я считаю, что добыть ее можно было бы, избежав
такого количества жертв. Другими словами, резню можно было предотвратить.
Она напряглась и уже не могла оторваться от его рассказа. Винсу удалось
завладеть вниманием Шарлотты на все сто процентов.
— Но как?
— Собрав недостающую информацию, — спокойно ответил он. — О
состоянии берега, о приливах и отливах, о подводных укреплениях, а самое
главное — исследовать тот самый проклятущий коралловый риф. От него было
больше потерь, чем от мин, установленных японцами. — По выражению лица
Шарлотты Винс догадался, что она не совсем поняла его последние слова, и
поспешил пояснить: — Чарли, морские пехотинцы отправились к острову на
лодках, совершенно не приспособленных для того, чтобы лавировать в рифах, и
они там попросту начали застревать. Большинство лодок потеряло способность
двигаться и стало удобной мишенью для японской артиллерии. Враг об этом и
мечтать не смел! Целым взводам пришлось выйти из лодок и передвигаться по
пояс, а то и по грудь в воде. Так мы шли примерно пятьсот футов до берега. У
нас не было никакого прикрытия. Мы не знали, кому и как молиться. Мы почти
что слышали, как хохочут японцы и косят наших бойцов одного за другим.
Шарлотта побледнела, и Винс понял, что, наверное, уже рассказывает ей
лишнее.
— В Тихом океане остается несколько десятков островов, которые морской
пехоте еще только предстоит отобрать у японцев, и на каждом нас ждет
кровавый бой. И мы не можем, не имеем права повторять те же ошибки. Мы
должны доставить своих воинов на место схватки целыми и невредимыми. И если
у следующего по плану острова имеется такой же коралловый риф, как у Таравы,
нужно заранее обложить его взрывчаткой и проделать в нем дыру прежде, чем
посылать туда солдат. И вот что я придумал. Я сам отличный пловец, и уверен,
что найдутся и другие парни, которые выросли на морском берегу и, так
сказать, дружат с водой. Десять-двенадцать таких бойцов могли бы легко
подплыть к острову и своими глазами увидеть все, что нужно, чтобы прояснить
картину: контур берега, наличие укреплений и так далее. При этом мы
захватили бы с собой взрывчатку. Я знаю, что есть и такая, которая
срабатывает даже под водой. Мы обложили бы ею все препятствия, которые надо
удалить, и стерли бы их с лица земли. При этом мы использовали бы маски и
трубки, и японцы бы ничего даже не заподозрили.
Шарлотта продолжала сидеть с открытым ртом и внимательно слушать.
— А что если бы они вычислили вас?
Он посмотрел ей в глаза:
— Да, надо иметь в виду и такое тоже. Но если учесть, что сами мы будем
представлять собой двенадцать крохотных мишеней, велики шансы, что один из
нас все-таки доберется до основных сил и передаст офицерам недостающую
информацию.
Она смотрела на Винса так, словно не верила ему. Потом Шарлотта медленно
встала со стула.
— И вы говорите мне все это совершенно серьезно? Вы хотите написать
письмо сенатору Говарду, предлагая ему создать что-то вроде отряда пловцов-
смертников? Господи, Винс, что вы еще выдумали! У меня создается
впечатление, что вы попросту сошли с ума! Плыть до острова, а потом еще и
назад? Но как вы собираетесь плыть с автоматом?
Хороший вопрос. Он и сам долго думал над этой проблемой.
— А у нас не будет с собой никаких автоматов. Не стоит так отягощать
себя, тем более что нам и так придется доставлять на себе взрывчатку.
Понимаете, все дело в том, чтобы попасть на остров незаметно, в этом и
заключается весь смысл. Нельзя допустить, чтобы враг нас обнаружил. Плыть,
конечно, придется довольно долго...
Шарлотта засмеялась, но вовсе не потому, что ее что-то позабавило в его
рассказе. Напротив, она никак не могла поверить, что он сам считает свой
план выполнимым.
— Да вы же... просто сумасшедший!
— Нет, я только...
— Именно так! Вы собрались плыть безоружным на остров, захваченный
японцами! Да еще и прихватить с собой группу таких же беззащитных ребят. И
как, вы полагаете, они с вами поступят, когда вас увидят? Приветливо помашут
ручками? Или, может быть, предложат выпить сакэ?
— В том-то и заключается весь фокус, что нас никто не увидит. Мы
приплывем в сумерки, а в обратный путь отправимся уже ночью.
— Вот-вот! — не сдержавшись, воскликнула Чарли. — Теперь вы
собираетесь плавать в океане по ночам! А вы представляете себе размеры
океана? Вы знаете, как это сложно — плыть ночью? И при этом, как мне
кажется, вы не планируете, что где-то поблизости таких пловцов будет ждать
судно с зажженными огнями, верно? Знаете, есть множество более легких
способов позволить врагу убить себя. И наверное, их можно отыскать, не
привлекая к этому сенатора и тем более не заставляя меня все это
выслушивать!
— Но я не собираюсь предоставлять врагу возможность убить себя.
Напротив, я хочу спасти жизни других солдат.
— И для этого пожертвовать своей собственной!
— А вы видели вот это? — Он вскочил с кровати, достал из шкафа
свою военную форму и швырнул ее на одеяло. — Посмотрите еще раз. Это
солдатская форма, и гораздо больше, чем просто одежда. И каждый мужчина,
который носит ее — будь то форма сухопутных войск, или военно-морских сил,
или каких-то других, — каждый мужчина, простой солдат или
офицер, — все они знают это. Надев форму, человек знает о том, что в
любой момент он должен быть готов пожертвовать собой во имя других, во имя
победы. Те самые морские пехотинцы, которые погибли на Тараве, не убегали от
японцев. Они бежали навстречу им! Неужели вы думаете, что мы не знали, что
могли считать себя трупами с того самого момента, как наши лодки застряли в
коралловом рифе? Но на нас была форма морских пехотинцев Соединенных Штатов,
и мы поступили так, как должны были поступить во благо своей страны.
Большинство из нас погибли, но кое-кому удалось выжить. И те, кто остался в
живых, не должны позволить так же бездарно умереть другим. Да, это своего
рода жертва, Чарльз. Я не хочу умирать — и никто не хочет умирать, — но
я все равно сделаю все от меня зависящее, чтобы обеспечить безопасность моей
страны. Глаза Шарлотты стали влажными, а еще через несколько секунд слезы
градом покатились по ее щекам.
— Я не хочу, чтобы вы снова возвращались туда, — прошептала
она. — Я не хочу, чтобы вы умирали где-то там, один, вдалеке от дома.
Джеймс снится мне каждую ночь. Будто он там один, он умирает и зовет меня.
Эти сновидения преследуют меня, Винс. И если меня начнут мучить такие же
кошмары о вас, я этого уже не выдержу.
Он уже не смотрел ей в глаза. Ему пришлось отвернуться и убрать свою форму в
шкаф, иначе он мог наделать каких-нибудь глупостей. Например, обнять
Шарлотту и покрепче прижать ее к себе. А ей сейчас этого не хотелось. Она не
собиралась влюбляться в него.
И Винс ее в этом не винил.
— Мне тоже не хочется туда возвращаться, — негромко произнес
он, — но все равно придется это сделать.
— А может, не придется?
— Придется, — упрямо повторил он. — Так вы поможете мне
написать это письмо, Чарли? — Он наконец повернулся и посмотрел ей в
глаза. — Пожалуйста.
— Нет, — твердо ответила она и вышла из комнаты, тихо закрыв за
собой дверь.
Мэри-Лу позвонила в дверь дома Келли, но когда хозяйка открыла ей, радостное
настроение у миссис Старретт сразу куда-то улетучилось. Келли Эштон
приветствовала гостью очаровательной улыбкой, но в руке у нее оказался...
бокал с пивом.
— Входи, пожалуйста, — предложила она и повернулась к
кухне. — Эй, слушайте все! К нам присоединяется Мэри-Лу!
Дружеская улыбка Келли, конечно, оказалась очень милой и уместной, вот
только Мэри-Лу и не предполагала, что на этой полуофициальной встрече жены и
подружки
морских котиков
станут распивать алкогольные напитки.
Мэри-Лу судорожно вцепилась в свою сумочку и послушно прошла вслед за Келли
в ярко освещенную кухню, которая плавно переходила в жилую часть дома —
гостиную комнату по одну ее сторону и столовую по другую. Как ни странно,
дом Тома и Келли оказался немногим больше, чем ее собственный.
Ну разве что окна были пошире.
Стеклянные раздвижные двери обеих комнат выходили на веранду, а дальше
начинался чудесный зеленый дворик, окруженный такими же аккуратными
участками соседей.
— Привет, Мэри-Лу! — помахала ей рукой Мэг, жена лейтенанта Джона
Нильсона. Она сидела на высоком табурете у стойки бара, которая, собственно,
и отделяла кухню от столовой. Ее дочка, Робин, была всего на пару месяцев
старше Хейли, но Мэг каким-то непостижимым образом умудрилась вернуть себе
вес, который был у нее до беременности. И похоже, ей это удалось безо всяких
видимых усилий, несмотря на ее постоянную
диету
из кукурузных чипсов и
пива.
Господи, как же Мэри-Лу ненавидела ее! Но сейчас она лишь улыбнулась миссис
Нильсон:
— Привет, Мэг! Как поживают Робин и Эми? — Мэг была старше Мэри-Лу
больше чем на десять лет, и вдобавок у нее имелась двенадцатилетняя дочка от
первого неудачного брака.
— Скажу тебе так: остается три года, десять месяцев и четырнадцать дней
до того момента, как Эймс получит водительские права. Но пока это
произойдет, я успею намотать триста тысяч миль, не меньше, — улыбнулась
Мэг. — Только вообрази: занятия по парусному спорту, по танцам, курсы
актерского мастерства, да еще и футбол в придачу... — Она весело
рассмеялась. — Я окончательно забросила свою работу. Но, должна тебе
признаться, я обожаю такую жизнь!
После этого она обменялась с Келли взглядами. Видимо, женщины хорошо
понимали друг друга без слов. Мэри-Лу стало скучно. Ей захотелось зевнуть.
Она не ощутила ничего, кроме пустоты в груди.
Ну почему, например, Мэг не стала ее лучшей подругой? Что такого особенного
она нашла в этой Келли Эштон, которая еще и замуж-то не вышла за лейтенанта-
коммандера Паолетти?!
Где-то во дворе громко зарычала газонокосилка.
— Послушайте меня все! Это Мэри-Лу, — провозгласила Келли. Она
прошла через комнату и закрыла стеклянные двери, чтобы избавить гостей от
шума.
На кухне собралось пять женщин, но, кроме Мэг, Мэри-Лу узнала среди них лишь
одну — Тери Волчонок. Ее в шутку называли красавицей, вышедшей замуж за
чудовище — жуткого с виду главного старшину из команды
морских котиков
.
Но, помимо всего прочего, изящная и хрупкая Тери сама была не робкого
десятка и летала на вертолетах, поскольку служила в береговой охране.
— С Мэг и Тери ты знакома, — обратилась Келли к Мэри-Лу. Затем она
указала на стройную молодую женщину, очень похожую на темноволосую Гвинет
Пэлтроу. — Познакомься, это Кристи. Она встречается с Марком
Дженкинсом. А вот это Шонда...
— Которая когда-то встречалась... обрати внимание на прошедшую форму
глагола. Именно
встречалась
, дорогая моя, со старшиной Уэйном Джефферсоном
по прозвищу Герцог. Ты можешь в это поверить? — Шонда оказалась
темнокожей афро-американкой с короткой стрижкой. Она красила волосы под
блондинку и обладала удивительной улыбкой, которая словно озаряла ее изнутри
волшебным светом. — Ну какой взрослый и серьезный мужчина позволит
называть себя таким дурацким прозвищем, как Герцог? А теперь я прихожу на
эти вечеринки типа
Ура! Ура! Сегодня сплю одна!
, чтобы еще раз напомнить
себе о том, как я умно поступила, когда бросила этого типа.
— Ну а теперь ты спишь одна каждую ночь, — поддразнила ее другая
женщина, вернее, девушка, которая, по-видимому, не успела переодеться после
работы и явилась на вечеринку в форменном костюме официантки. Она протянула
руку Мэри-Лу: — Меня зовут Элен.
— Что ты в этом понимаешь? — фыркнула Шонда. — Элен проводит
время в компании Джея Лопеса, а все в округе знают, что наш Лопес давным-
давно принял обет безбрачия. — Она повернулась к Кристи. — Или я
путаю его с Дженком?
— Ну нет, это определенно не Марк, — засмеялась Кристи, как будто
услышала какую-то остроумную шутку.
— Ну и к Герцогу это тоже никак не относится, — заявила
Шонда. — Да вы только поглядите на Джоан! Она, наверное, думает:
О чем
говорят эти сумасшедшие?
— Джоан ДаКоста приехала к нам с визитом из Вашингтона, — пояснила
Келли Мэри-Лу. — Она работает в Белом Доме.
— Я не поняла, кто же именно принял обет безбрачия? —
поинтересовалась Джоан. — Я определенно пропустила что-то важное.
Нельзя ли говорить чуть помедленней? Пощадите меня и, пожалуйста, посвятите
в свои секреты. Я совсем не понимаю ваших шуток.
У Джоан ДаКосты — слава богу! — попа была еще покруче, чем у Мэри-Лу.
Миссис Старретт очень болезненно относилась к тому факту, что почти всегда
является самой полной в компании.
Она скромно встала в сторонке, а женщины как ни в чем не бывало продолжали
обмениваться сплетнями. В их обществе Мэри-Лу чувствовала себя чужой. Даже
Джоан, приехавшая сюда с восточного побережья, и та успела подружиться с
ними и теперь весело хохотала и даже вступала в беседу.
— Обет безбрачия давал Джей Лопес, а у Кристи в груди
имплантаты, — пояснила Келли.
— Да, ну и что? — надменно фыркнула Кристи. — Я пошла к
пластическому хирургу и прямо так ему заявила:
Док, я мечтаю иметь
обалденную грудь, но только маленького размера. Такое вообще возможно или
нет?
Все женщины в комнате покатились со смеху.
— А Майк Малдун голубой, — бесстрастно продолжала Келли. — А
вот Космо Рихтер... Ну-ка, девочки, все вместе...
— Был завербован в
морские котики
прямо в камере федеральной
тюрьмы, — хором произнесли почти все присутствующие и снова
расхохотались.
— Ну, что касается Космо, я готова поверить в то, что услышала —
сказала Джоан и многозначительно покачала головой. Если не принимать во
внимание ее огромный зад, она казалась довольно милой. Особенно когда
смеялась.
А там, за раздвижными стеклянными дверьми, на соседнем участке какой-то
мужчина косил газон. Но что это?.. Неужели это... Ибрагим? Мэри-Лу хотела
приглядеться повнимательней, но мужчина скрылся за кустом, и миссис Старретт
больно стукнулась головой о стекло. Это, конечно, не ускользнуло от острых
глаз Келли и Мэг. Правда, они сделали вид, что ничего не заметили, но Мэри-
Лу была уверена в том, что они все видели.
Господи, какая же она идиотка! Надо попробовать как-то влиться в эту
компанию. Она отошла от стеклянных дверей и незаметно потерла рукой
ушибленный лоб.
— Вы даже не поверите, какие слухи витают в нашей округе, —
рассказывала Терн, обращаясь к Джоан. — Вот, например, говорят, будто у
нас со Стэном на заднем дворе выстроено что-то вроде бани, где мы чуть ли не
каждый уик-энд устраиваем самые настоящие оргии.
— А меня к себе не приглашаете! — хором, не сговариваясь, пропели
все женщины в комнате.
И снова дружный смех. Мэри-Лу через силу заставила себя улыбнуться.
На кухне, на стойке бара, рядом со стаканами стояло четыре бутылки разного
вина.
— Угощайся, Мэри-Лу, — улыбнувшись, предложила Кристи. — У
нас тут полное самообслуживание. Если тебе чего-то хочется, наливай сама.
Пиво в холодильнике.
Келли тут же хлопнула себя по лбу и выразительно посмотрела на Кристи:
— Да ты что?!
— А в чем дело?
— Мэри-Лу, ты не беспокойся, я уверена, что у нас найдется и
минералка. — С этими словами Келли открыла холодильник. — Том
обожает всякую шипучку, тут должно было что-то остаться. — Она
принялась обыскивать морозильную камеру. — Вот, кажется, имеется
баночка лимонада, если хочешь.
Мэри-Лу прошла в кухню:
— Меня устроит и обыкновенная вода.
— А как насчет клюквенного морса?
— Это было бы вообще великолепно. — Мэри-Лу ненавидела всяческие
морсы, но нужно было на что-то согласиться, потому что Келли не успокоилась
бы и продолжала бы предлагать ей разные напитки.
— Ну, ты уж прости нас, — вздохнула Келли, наливая морс в винный
бокал.
— Ничего страшного, — как можно спокойней произнесла Мэри-Лу и
взяла стакан в руки, хотя один только вид этих бутылок с вином буквально
сводил ее с ума. Господи, ей нужно было немедленно глотнуть свежего воздуха!
Но Келли и на кухне плотно закрыла окно, потому что газонокосилыцик, похоже,
переместился ближе к их дому.
— Похоже, Ибрагим зайдет сегодня и к нам.
Мэри-Лу наконец оторвала зачарованный взгляд от бутылок с вином.
— Ибрагим Рахман? — заинтересовалась она.
Келли удивленно засмеялась:
— Ну да. А ты с ним знакома?.
— Он работает садовником у наших соседей. Надо сказать, он прекрасно
справляется со своими обязанностями. Настоящий профессионал.
— И недорого берет за свои услуги. Он приходит сюда два или три раза в
неделю и пользуется огромной популярностью.
— Приятно слышать, что у него и тут дела идут хорошо, —
обрадовалась Мэри-Лу. — Он мне говорил, что только недавно начал
заниматься садоводством и с клиентами у него туго.
Келли рассмеялась:
— А мне он твердит, что у него для себя и свободной минутки не
остается. Будто бы у него все уже расписано вперед на год. Но Том
действительно сходит с ума по своему саду. Его это успокаивает. Хотите
верьте, хотите нет, но все эти клумбы Том разбил сам. Представляете себе?
Мэри-Лу подошла к окну.
— Вот это да!
Клумбы и в самом деле были очень красивыми. Надо же! Она никогда бы не
подумала, что лейтенант-коммандер Паолетти увлечен цветоводством.
— А я в этом деле ни черта не соображаю, — вздохнула Келли. —
И главное, меня это совершенно не заводит. Поэтому я и договорилась с
Ибрагимом, чтобы он приходил сюда помогать с садом в те дни, когда Тома нет
в городе.
Она улыбнулась и проводила Мэри-Лу назад в гостиную, где остальные женщины
до сих пор обсуждали всевозможные сплетни, ходившие в городе о
морских
котиках
.
— Я очень хочу знать вот что, — сказала Элен. — Кто-нибудь
когда-нибудь видел Майка Малдуна с женщиной?
— Мне кажется, он и в самом деле голубой, — согласилась Кристи.
— А почему вы так решили? — спросила Джоан. — Я сама в
последние дни провела какое-то время в его обществе, но у меня не сложилось
такого впечатления.
— Он не голубой, — прокашлявшись, объявила Тери. — Я с ним когда-то сама встречалась.
Все присутствующие повернулись к ней. В следующую секунду все женщины
заговорили разом, но громче всех оказалась Шонда.
— Вот тебе и раз! — воскликнула она. — Как говорится, у самых
тихих женщин самые потрясающие секреты! Ничего себе! Когда это случилось и
почему этот мужчина до сих пор жив?! Мне почему-то казалось, что старина
Стэнли должен был растерзать его на части и разбросать их по всей территории
штата.
— Дело в том, что Стэнли сам нас и познакомил, — застенчиво
сообщила Тери. — Но это было очень давно, когда Стэнли... запутался в
наших отношениях. То есть еще в те времена, когда он считал, что между нами,
кроме чистой дружбы, и быть-то ничего не может. — Она улыбнулась и
пояснила: — Еще до того, как я сумела объяснить ему, что он ошибается.
— Так, значит, ты и Майк... ну, короче, ты сама понимаешь, о чем я.
— Нет! — засмеялась Тери. — Это было самое обыкновенное
свидание. Ничего особенно не произошло. Мы просто пообедали вместе. И долго
разговаривали. Кстати, о Стэне.
— Так он что же, даже не приставал к тебе? — удивилась
Кристи. — Ну, даже не предложил ничего неприличного? Мол, давай,
крошка, я тебе кое-что покажу, что есть у меня, а потом и ты мне
продемонстрируешь, что есть у тебя...
— Нет, ничего такого не было, — замотала головой Тери. — Он
очень скромный парень. И очень милый.
— Ну и что это доказывает? — пожала плечами Шонда. — Ровным
счетом ничего. — Он очень милый. Хм-м-м... Я думаю, что это дает право
предположить, что он действительно голубой.
— Ничего подобного, — вступила в спор Келли. — Это только
доказывает, что он вежливый, воспитанный и уважает женщин. К тому же не
забывайте, что некоторых мужчин требуется чуть-чуть расшевелить или даже
встряхнуть, что ли, когда дело доходит до любви и всего такого прочего.
— Хотелось бы мне ради разнообразия встретить хоть одного такого. Мне,
например, почему-то попадаются только такие, которых приходится встряхивать
только в двух случаях: напоминая им о том, что нужно после себя опускать
сиденье унитаза и не разбрасывать где попало свои грязные носки, —
поделилась своим опытом Шонда. Все рассмеялись.
— А вы жена Сэма Старретта, да? — спросила Джоан Мэри-Лу. — Я
вчера с ним познакомилась. Он... производит приятное впечатление.
Внушительный мужчина. Уверена, что о нем тоже ходят самые разные слухи, да?
В комнате вдруг стало совсем тихо.
На Мэри-Лу никто не смотрел. Это было еще хуже, чем если бы они сейчас все
вместе уставились на нее, потому что теперь она поняла: они знают, что такие
слухи существуют. И понимают, что, по большому счету, это и не слухи вовсе,
а сущая правда. Ей захотелось сделаться маленькой, заползти под диван и
спрятаться там.
— Ну, слухи здесь ходят о любом человеке, который так или иначе связан
с командой
морских котиков
, — весело произнесла Келли. — А
теперь давайте подумаем, какую пиццу мы будем заказывать?
Шонда и Кристи стали бурно выяснять, следует ли включать в список анчоусы, и
напряжение тут же прошло.
— Я, наверное, ляпнула что-то не то, да? — тихонько спросила Джоан
у Мэри-Лу. — В таком случае простите меня. Я вовсе не хотела...
— Ходят слухи, что я нарочно забеременела, чтобы заставить Сэма
жениться на себе, — так же негромко ответила Мэри-Лу.
Джоан поморщилась:
—&nbs
...Закладка в соц.сетях
