Жанр: Любовные романы
Прозрение
...лась,
подождала Ладонию и Уорта, а затем, стараясь ступать в такт музыки,
направилась к камину, перед которым стояли священник и Чарли.
Син изрядно потрудилась, украшая гостиную, и теперь с удовольствием
отметила, что она выглядит очень романтично в лучах полуденного солнца,
пробивавшихся сквозь жалюзи. Повсюду стояли вазы с розами, на стеклянном
кофейном столике сверкала хрустальная ваза с лилиями. Каминную полку
украшали зеленые ветки, цветы и пахнувшие ванилью церковные свечи.
Два сына Чарли, их жены и дети расположились на диванах и в креслах. Одной
из старших девочек поручили присматривать за Брэндоном. Проходя мимо Джоша
Мастерса, Син робко улыбнулась ему. Это Ладония настояла, чтобы Син
пригласила на свадебную церемонию Джоша, как она выразилась:
для
равновесия
.
Повернувшись лицом к священнику, Син заметила краешком глаза незнакомую
женщину, присевшую на подлокотник дивана. Син уже познакомилась со всем
семейством Чарли и никак не могла понять, кто же эта незнакомка, пока не
заметила, как та подмигнула Уорту, сопровождавшему Ладонию к жениху.
Значит, он не только сам заявился на их сугубо семейное торжество, но и еще
осмелился привести с собой девицу!
Син бросила гневный взгляд на Уорта, который поцеловал руку Ладонии и
передал ее Чарли. Исполнив свои обязанности, он присоединился к девице.
Священник начал читать Библию, но для Син вся церемония уже потеряла свою
прелесть. Она попыталась сосредоточить свое внимание на лучезарных и любящих
улыбках, которыми обменивались Ладония и Чарли, но поймала себя на том, что
то и дело поглядывает на парочку, устроившуюся в конце дивана. Но как только
Уорт заметил ее взгляды, Син заставила себя смотреть только на новобрачных.
Примерно к середине церемонии Брэндон утомился и начал капризничать. Син
увидела, как он ерзает на диване, внучке Чарли стоило большого труда
угомонить его. Уорт сделал знак, и Брэндон подошел к нему. Уорт положил
ладонь на голову мальчика, и тот прильнул к нему.
Син подумала: и моя мать и мой сын просто обожают этого негодяя.
— Властью, данной мне Господом и законами штата, объявляю вас мужем и
женой. Чарли, можете поцеловать свою жену.
Раздались аплодисменты, со всех сторон посыпались громкие сердечные
поздравления. Син оказалась в объятиях Джоша, который вознамерился
поцеловать ее в губы, но попал в щеку, потому что она проворно повернула
голову.
— Пойдем, я познакомлю тебя с Чарли.
— Доктор Мастерс, очень рад наконец-то познакомиться с вами. —
Простодушное лицо Чарли светилось счастьем, когда они обменялись
рукопожатиями.
— И я очень рад. Увидев вашу невесту, я сразу понял, от кого Син
унаследовала свою красоту. — Повернувшись к Ладонии, Джош взял ее руки
в свои. — Желаю счастья, миссис Тантон.
Джош был очень симпатичным, манеры безупречные. Любая женщина была бы от
него без ума.
А вот Син с невероятным трудом находилась рядом с ним.
— Джош, извини меня. Мне надо проследить за приготовлениями к обеду.
Убедившись, что внучки Чарли присматривают за Брэндоном, Син отправилась на
кухню. Она предупредила поваров, что скоро все перейдут в столовую и можно
будет подавать холодные закуски.
Пока Син хлопотала за обеденным столом, к ней подошел Уорт в сопровождении
своей девицы.
— Син, это Грета. Грета, это Син.
— Очень рада познакомиться с вами, Син.
— Я тоже рада.
Грета была высокой, красивой, полногрудой блондинкой, похожей на шведских
девушек, изображаемых на плакатах-календарях. Хуже того, она, похоже, была
умной и действительно привлекательной. Син с первого же взгляда
возненавидела ее.
— Очень хорошо, что вы смогли поехать с Уортом в Мексику. Было бы
обидно, если бы билеты пропали.
— Он рассказал вам об этом? — Син холодно посмотрела на Уорта,
таскающего оливки с подноса с закусками. Как раз в этот момент он отправил
одну из них в рот и, энергично жуя, простодушно улыбнулся Син.
— Уорт признался, что взял с собой своего самого старого и самого
любимого друга.
— Очень любезно с его стороны. — Син покоробили слова
самого
старого и самого любимого
. Можно подумать, речь идет о незамужней тетушке,
и Грета, без сомнения, специально употребила эти определения.
— А, вот ты где. — Голос Джоша лишь на секунду опередил его
ладони, которые он с видом собственника положил на бедра Син, подойдя к ней
сзади. — Я тебя сегодня почти совсем не видел.
— Извини, Джош, но у меня просто полно дел. — Син заметила, что
Уорт перестал жевать и угрожающе сощурил свои ангельские глазки, уставившись
на ладони Джоша, все еще покоящиеся на ее бедрах. — Джош, хочу
представить тебе Уорта Лансинга, одного из друзей моего покойного мужа, и
его подругу Грету.
Пожимая руки, мужчины оценивающе оглядели друг друга.
— Доктор Мастерс? Это о вас я читала статью в медицинском журнале,
да? — вежливо поинтересовалась Грета, когда стало ясно: мужчины
вознамерились ограничить свое знакомство лишь обязательным рукопожатием.
Джош переключил свое внимание на Грету, а Син, воспользовавшись этой
возможностью, улизнула из гостиной, объяснив это тем, что надо уделить
внимание и другим гостям. Уорт проводил ее пристальным взглядом.
К жениху и невесте тянулись бокалы с шампанским, гости произносили тосты,
ели закуски. Затем подали свадебный пирог. Фотограф сделал фотографии. Все
веселились.
И только Син чувствовала себя несчастной.
Ей пришлось выполнять роль хозяйки и одновременно с этим избегать объятий
Джоша и не обращать внимания на заигрывания Уорта с Гретой.
Син поняла: у нее уже больше не осталось сил. Она подошла к Ладонии,
болтающей с одной из невесток Чарли.
— Мама, ты собрала все вещи, которые надо упаковать?
— Да, дорогая, а что?
— Оставайся подольше с гостями, а вещами я сама займусь.
— Это очень любезно с твоей стороны, Син. Спасибо большое. Правда ведь,
у Чарли чудесная семья? Они приняли меня как родную.
— Я очень счастлива, но не вижу в этом ничего удивительного. Почему бы
им с радостью не принять тебя в свою семью? Ты же у меня самая лучшая. Я
люблю тебя, мама.
Они обнялись и расцеловались. Син поняла, как ей теперь будет не хватать
матери в этом доме. На глаза у обоих женщин навернулись слезы.
— Когда ты пойдешь переодеваться, твои чемоданы будут уже собраны,
останется только загрузить их в машину.
— Спасибо, дорогая.
Стараясь не столкнуться с Джошем, у которого охотничий инстинкт был развит,
как у пантеры, Син выскользнула из гостиной и ушла в спальню матери.
Ладония уже обо всем позаботилась. Все вещи, которые она собиралась взять с
собой в двухнедельное свадебное путешествие на Гавайи, были аккуратно
сложены на кровати. Син упаковала один чемодан и приступила ко второму,
когда в спальню, распахнув дверь резким толчком, вошел Уорт.
— Если ты ищешь туалет...
— Ладония подумала, что тебе может понадобиться помощь. — Он
закрыл за собой дверь.
— Какая помощь? Будешь складывать дамское белье? — Син наградила
его ледяным взглядом. — Хотя, если подумать, ты, наверное, специалист в
этой области.
— Вовсе нет, — парировал Уорт, самодовольно ухмыляясь. — Вот
снимать его я большой специалист.
Син схватила с кровати купальник, свернула его и сунула в чемодан.
— Спасибо за предложение, но я и сама справлюсь. Тебе лучше вернуться к
Гретель, пока она не заскучала.
— Ее зовут Грета, — поправил Уорт. — И чем вызвана твоя
ирония?
— Тем, что она настолько тупая, что, наверное, не сможет двумя руками
найти свою задницу.
— А ей это и не требуется.
— Ох, понятно. Ты сам ее отыщешь.
— Двумя руками.
— Конечно, она ведь достаточно большая, — пробормотала Син,
укладывая в чемодан пляжные сандалии. — Как и все остальное у нее.
Уорт откинул назад полы пиджака и сунул руки в карманы брюк. По его
напряженной позе и яростному выражению лица Син поняла: он специально
спрятал руки в карманы, чтобы не начать крушить ими стены. Жилет подчеркивал
узкую талию Уорта, и вообще, он выглядел великолепно. Черт бы его побрал.
— Значит, это и есть знаменитый доктор Мастерс?
— Да, это он.
— И ты с ним встречаешься?
— Если тебя это интересует, то мог бы позвонить и спросить.
— Ты мне тоже не звонила.
— Последние две недели были очень напряженными... подготовка к свадьбе,
потом ездила с мамой по магазинам покупать ей приданое.
— Но она нашла время позвонить мне.
— Значит, у нее наверняка было что сказать тебе.
— А у тебя нет?
Син хлопнула крышкой чемодана и закрыла ее.
— Теперь, поскольку ты завел речь об этом, я скажу тебе кое-что.
— Слушаю тебя.
— Нельзя без жалости смотреть на то, как ты, взрослый мужчина, пускаешь
слюни при виде пышных форм этой девицы. Я твой друг и считаю своим долгом
предупредить тебя: ты смешно выглядишь, увиваясь за ней.
Уорт подошел вплотную к Син.
— Ну, раз уж мы с тобой такие друзья, — прорычал он, — то,
как друг Тима, считаю своим долгом предостеречь тебя от таких смазливых
соблазнителей, как доктор Мастерс.
— Я уже взрослая и могу сама позаботиться о себе.
— Готов поспорить, что во время первого свидания Мастерс повел тебя в
какой-нибудь очень романтический ресторан.
— В
Старую Варшаву
.
— Вот именно! Прямо к бродячим скрипачам. А во время второго — в какое-
нибудь модное и шикарное заведение.
— В
Сфузи
.
— Гм-м. Это такое место, где можно и на других посмотреть, и себя
показать. Так что он мог продемонстрировать тебе, какой он пользуется
популярностью, чтобы ты испытывала счастье от того, что находишься рядом с
ним.
Устав от этого разговора, Син взглянула через плечо Уорта в зеркало и
поправила волосы.
— К чему ты все это говоришь, Уорт?
— Сейчас поймешь. Во время следующего свидания он пригласит тебя к себе
домой или в какое-нибудь тихое интимное место. Предложит поужинать
вдвоем. — Уорт упер указательный палец в грудь Син. — А когда ты
растаешь от хорошего вина и тихой музыки, он начнет действовать. И если
уговорит тебя принять ванну, то тут уже все ясно.
— Судишь по своему опыту?
— Многолетнему.
— Но я не из тех девиц, с которыми ты общаешься.
— В том-то все и дело, Син. Ты новичок в этих играх. Наивное дитя. А
правила изменились с тех пор, когда ты встречалась с Тимом в колледже. Ты
мой друг, и я боюсь, что ты попадешь в беду.
— Ты считаешь меня ужасно глупой и бесхитростной.
— Наивной.
— Спасибо за предостережение, Уорт, но я гораздо лучше знаю правила
игры, чем ты думаешь.
Син попыталась повернуться, но Уорт схватил ее за плечи.
— Неужели я опоздал со своим советом?
С холодным пренебрежением Син спросила:
— А не ты ли говорил мне:
Если он тебе нравится, то уступи ему
?
Уорт медленно кивнул, словно в этот момент пришел к какому-то выводу.
— Что ж, пожалуй, в этом нет ничего удивительного.
Зеленые зрачки ее глаз сузились до точек.
— Почему ты так считаешь?
Наклонив голову, Уорт прошептал с горькой усмешкой:
— Потому что знаю, как мало требуется усилий, чтобы завести тебя.
Ответом ему была хлесткая пощечина.
Звон от нее, казалось, еще стоял в спальне, когда Ладония вошла туда.
— Что тут у вас происходит?
Уорт медленно шагнул назад, отступив от Син. но взгляды их так и сцепились в
смертельной схватке.
— Син не нужна никакая помощь. Она прекрасно справляется сама. —
Сказав это, он повернулся и пулей выскочил из спальни.
Внимательно посмотрев на мертвенно-бледное лицо дочери, Ладония закрыла
дверь.
— Так, Синтия. Я достаточно долго это терпела Что произошло между тобой
и Уортом?
Собрав всю храбрость, Син взглянула на мать.
— Ничего, — невинным тоном ответила она. — А что могло
произойти?
— Я первая задала тебе вопрос.
Син пыталась лихорадочно придумать какую-нибудь приемлемую причину их ссоры.
— Я сказала ему, что не очень прилично с его стороны прийти к нам
сегодня с подружкой. Не знаю, почему он сделал это.
— Наверное, потому, что я сама предложила.
— Ох, ну если так, то все в порядке. — Небрежно помахав ладонью,
которая все еще ныла от пощечины, Син указала на чемоданы. — Давай я
помогу тебе переодеться, и вы с Чарли можете ехать. — Выдавив из себя
робкую улыбку, она воскликнула с притворной веселостью: — Нельзя заставлять
молодоженов ждать!
Наконец дом опустел. Брэндон спал у себя в комнате, а Син сидела в гостиной,
печально смотрела на камин и догорающие свечи. Свечи ей очень нравились, и
она специально перенесла их сюда из столовой.
Вскоре после того как молодожены проследовали к стоявшей у тротуара машине
Чарли, осыпаемые рисом и пожеланиями счастья, все гости разошлись. Последним
ушел Джош и то только потому, что Син настояла на этом.
— Почему бы нам не погулять немного? — предложил он. — Ты
ведь весь день провела в заботах. Можем приготовить что-нибудь поесть у меня
дома. А для Брэндона вызовем няню.
Предупреждение Уорта зазвучало в ушах Син так же громко, как колокола
Квазимодо.
— Спасибо, Джош, но мне еще надо прибраться.
— Я тебе помогу. А когда закончим, поедем в китайский ресторан. Мы
проведем вместе чудесный вечер.
Син покачала головой.
— Я действительно очень устала и совершенно не хочу есть.
В конце концов Джош нехотя попрощался, поцеловав Син в щеку.
Хотя прислуга, обслуживавшая банкет, все убрала, дел по дому осталось много.
Потом проснулся закапризничавший Брэндон и заявил, что хочет есть. Син
понимала, мальчик не голоден, просто устал и перевозбудился, но все же
открыла банку спагетти в мясном соусе. Брэндон не любил это блюдо, не говоря
уже о том, что оно было вредно для его желудка. Ребенок ковырялся в банке,
пока Син не отняла ее и не отправила его снова в постель.
И вот теперь, переодевшись в удобный свитер и просторные брюки, она сидела и
смотрела на пламя камина, наслаждаясь тишиной, изредка прерываемой
потрескиванием горящих поленьев.
Когда раздался звонок в дверь, Син отчаянно простонала:
— Господи, ну кто там еще. — Решив подождать в надежде, что
непрошеный гость уйдет, Син забралась подальше на диван и прижала подушку к
груди. И только после третьего пронзительного звонка, боясь разбудить
Брэндона, она отбросила в сторону подушку и пошла открывать дверь.
На пороге стоял Уорт.
— Чем занимаешься?
— Серьезно подумываю о том, не хлопнуть ли тебя дверью по лицу.
— Эй, мне сегодня уже досталось. — Он шутливо выпятил подбородок и
ласково погладил его, подмигнув при этом.
Смутившись, Син опустила голову.
— Я в жизни никого не била.
— Тогда, наверное, я должен чувствовать себя польщенным, раз удостоился
такой чести.
— Извини, Уорт.
— Но я обидел тебя и тем самым спровоцировал. Не припомню, чтобы я когда-
либо говорил женщине подобные гадости. — Их взгляды встретились на
секунду. — Можно мне войти? Кажется, я чувствую запах горящих дров в
камине? — Уловив, что Син колеблется, Уорт спросил: — Может, у тебя,
гм, гость, а?
— И я его принимаю в таком виде? — Син развела руки в стороны,
чтобы продемонстрировать свой домашний наряд. Но Уорт повторил ее жест,
показывая, что и его наряд не лучше. Син посторонилась, пропуская его в
дом. — Не могу обещать приятной компании, я очень устала.
— Один бокал шампанского, и потом я удалюсь.
— Шампанского? — бросила Син через плечо, следуя впереди Уорта по
темному коридору в освещенную пламенем камина гостиную.
— У тебя наверняка осталась бутылочка.
— Даже несколько бутылок.
— Вот с одной и начнем. Ты иди за шампанским и бокалами, а я подброшу в
огонь дров.
— Еще осталось с десяток разных бутербродов, может, хочешь?
— Только шампанского, — крикнул Уорт вслед Син, удаляющейся на
кухню.
Когда она вернулась с бутылкой и двумя хрустальными бокалами, языки пламени
в камине уже лизали новые поленья.
— А где Брэндон? — поинтересовался Уорт, ловко открыв шампанское.
Сил протянула ему бокалы.
— Спит, слава Богу. Слишком много ему сегодня уделяли внимания, а он
капризничал. — Она подняла свой бокал. — За что выпьем?
— За дружбу.
Син вскинула голову, на ее лице появилось настороженное выражение.
— Так за дружбу? — спросил Уорт, выделяя голосом слово
дружба
.
— Совсем недавно я залепила пощечину моему лучшему другу, —
ответила Син, чокаясь своим бокалом с бокалом Уорта.
Непринужденно рассмеявшись, они устроились на диване лицом к камину.
Положили ноги на кофейный столик, стоявший перед ними, и облокотились
спинами на мягкие подушки дивана.
— Сегодня я вел себя как полный негодяй, — произнес Уорт.
— Я тоже хороша. — Син повернула голову, чтобы видеть его. —
Не знаю, что на меня нашло.
Уорт тоже повернул голову, и они оказались лицом к лицу.
— Не знаешь?
— Нет.
— Ты меня приревновала, Син.
— Приревновала? К этой тупой белокурой толстушке? У нее же ничего нет,
кроме пышных форм, спутанных белых волос и голубых глаз? Не смеши
меня. — Поставив на столик бокал, Син встала с дивана, подошла к камину
и взяла кочергу.
— Надеюсь, ты не собираешься огреть меня ею?
Син рассмеялась.
— Вообще-то я хотела помешать угли, но теперь, когда ты сам
подсказал...
Она угрожающе занесла кочергу над головой Уорта, сердито зарычала и бросила
ее на каминную плиту.
— Ладно, признаюсь. Мне действительно было неприятно видеть тебя с ней.
— А что в Грете такого плохого?
— Ничего. Абсолютно ничего, — с сожалением вымолвила Син и снова
уселась на диван рядом с Уортом. — Я думала, вы сейчас с ней в постели.
Он пожал плечами и дотронулся до волос Син.
— Я не проявил инициативу. А как твой доктор
откройте рот и скажите
а-а
?
Син откинула голову назад, убирая волосы из-под пальцев Уорта, которыми он
рассеянно перебирал их.
— Он, наверное, был настойчив до неприличия?
— Точно. Но я отправила его домой.
— А он хотел остаться?
— Да, после того, как я отклонила предложение поехать к нему домой и
отведать ужин в его исполнении. — Син вскинула руки вверх, словно
сдаваясь. — Знаю, знаю. Можешь не произносить фразу:
А я тебе что
говорил
. Я и без твоей подсказки сама могла предугадать все его действия.
К чести Уорта, он не стал дальше развивать эту тему.
— Чем так хорошо пахнет?
— Свечи.
— Ох, а я подумал, новый шампунь.
— Нет.
— Я вовсе не хотел сказать, что тебе надо поменять твой шампунь. Всякий
раз, когда я принимаю душ, мне так не хватает его запаха в ванной.
Их глаза встретились, и в сознании каждого из них словно внезапно
промелькнула искра. Син смотрела на Уорта, чувствуя, как наливается теплом
ее тело, тяжелея и одновременно становясь невесомым. Не выдержав этого
долгого взгляда, она отвернулась, хотя Уорт, с упавшими на лоб волосами,
казался ей очень привлекательным. В прядях его красивых волос отражался
каждый отблеск пляшущих в камине языков пламени.
— А молодожены, наверное, сейчас уже в Лос-Анджелесе, — произнесла
Син, лишь бы не молчать.
— Я тоже так думаю.
— Они проведут ночь в отеле
Бонавентур
, а завтра вылетят на Гавайи.
— У них будет чудесное путешествие.
— Мама всегда хотела побывать на Гавайях.
— Чарли ей очень подходит.
— Да, очень.
— Ну и невесту он себе отхватил — будь здоров.
— По-моему, мама сегодня выглядела великолепно.
— Просто потрясающе. И торжество удалось.
— Было так весело и романтично.
— И священник очень хорошо сказал.
— Я тоже так считаю.
— Син?
— А?
— К черту дружбу.
11
Уорт обнял Син и притянул к себе. Она не сопротивлялась. Губы их слились,
тела, скользя по мягким подушкам дивана, опустились на него.
— Син, Боже мой, — простонал Уорт, отрываясь от ее губ, чтобы
глотнуть воздуха. — Скажи мне, что ты позволяла этому самодовольному
докторишке дотрагиваться до тебя только стетоскопом.
Погрузив пальцы в волосы Уорта, Син притянула к себе его голову для
очередного жаркого поцелуя, устраняя тем самым необходимость отвечать ему. А
когда этот жаркий поцелуй закончился и Уорт уткнулся лицом в ее шею, она
спросила:
— А как насчет Греты?
— Я до нее не дотронулся. Сказал, что у меня временная импотенция.
Син приподняла голову Уорта и недоверчиво уставилась на него широко
раскрытыми глазами. Он слегка переместил тело, чтобы Син было удобнее
лежать, и положил руки ей на талию.
— Но я, естественно, соврал.
Зеленые глаза Син засверкали обновленной страстью, она снова потянулась к
Уорту. Тихие, хриплые звуки нарастающего, но пока неудовлетворенного желания
слились с веселым потрескиванием дров в камине.
Син стало жарко, виной тому были и шерстяной свитер, и жар камина, и
ласкавшие ее тело руки Уорта, скользнувшие с ее талии под свитер.
— Син, то, что я сказал сегодня...
— Да?
— Такое нельзя простить.
— Да.
— Так я и думал. — Его ладони нашли ее мягкие, полные, трепещущие
груди. — Я не могу выбросить это из головы. Бог свидетель, я пытался.
Но мне не забыть, с какой готовностью ты откликнулась на мое первое
прикосновение.
Син тихонько застонала, ее бедра поднялись, подаваясь навстречу Уорту.
— Ты такая маленькая, — хрипло прошептал он. — Я испытал
полное блаженство, когда овладел тобой.
Задрав свитер, Уорт поцеловал Син между ребер, прямо под грудиной, а потом
его губы поднялись к груди, целуя ее и лаская соски, набухшие от
прикосновений.
— Уорт. — Задыхаясь, Син запрокинула голову.
Ладони Уорта обхватили ее грудную клетку, а губы медленно заскользили вниз,
дразня, лаская, возбуждая. Язык оставлял влажную дорожку на коже, а зубы
очень нежно, тихонько царапали ее.
Ласки Уорта привели Син в состояние экстаза. Глаза ее заволокла пелена,
сквозь которую она видела только причудливые рисунки света и теней на
потолке. Син глубоко вдохнула запах свечей, который подействовал на нее
почти так же, как шампанское, вскружившее голову.
В памяти всплыли слова церемонии бракосочетания. Прекрасные слова, такие как
нежно любить
, или романтические фразы вроде
ничто не разлучит
.
Внезапно взгляд Син прояснился, а вместе с ним прояснилось и сознание.
— Уорт, мы не можем. — Она оттолкнула его и вскочила с дивана. Он,
едва сохранив равновесие, заморгал глазами и уставился на нее.
— Что случилось?
— Нельзя.
— На этот раз я все предусмотрел. У меня кое-что есть в машине.
— Дело не в этом.
— А в чем? — Уорт несколько раз раскрыл рот, глотая воздух. —
Син, я не перенесу этого.
Она в отчаянии заломила руки.
— Я понимаю, но... но мы не можем быть с тобой случайными любовниками.
— Но и друзьями тоже быть не можем, — решительно заявил
Уорт. — Сегодня мы в этом убедились. Когда я увидел, как Мастерс
обнимает тебя, я на полном серьезе был готов вцепиться ему в глотку.
— А я очень грубо обошлась с Гретой.
— Вот видишь, мы оба чувствовали себя ужасно. Надеюсь, этого больше не
повторится, а сейчас я бы предпочел продолжить то, чем мы начали заниматься.
— Неужели ты не понимаешь! — воскликнула Син, поднося к вискам
сжатые кулаки. — Мы можем сейчас вновь оказаться в ловушке. И если мы
подчинимся своим эмоциям,
...Закладка в соц.сетях
