Жанр: Любовные романы
Путь лэйси
...волосы, намылила тело и смыла с себя пену, а
затем направилась к берегу. И тут она увидела Высокое Желтое Облако. Он стоял под деревом, держа в
руке ее тунику.
Лэйси резко остановилась, закрыв руками грудь, ее сердце заколотилось от страха.
Высокое Желтое Облако улыбнулся и поднял руку с ее платьем.
- Убирайся, - сказала Лэйси. - Ты не должен находиться здесь.
- Я хочу поговорить с тобой.
- Убирайся и оставь меня одну.
- Выходи, - стал уговаривать индеец. - Я не причиню тебе вреда.
- Я не боюсь тебя, - солгала Лэйси. - А теперь уходи и оставь меня одну.
Высокое Желтое Облако тихо рассмеялся.
- Я терпеливый человек. Можешь не спешить.
И в этот момент появился Мэтт. Он понял все с первого взгляда. Лэйси стояла в воде, закрывая
грудь, со злыми и испуганными глазами. Высокое Желтое Облако стоял на берегу с туникой Лэйси в
руке. На его лице было выражение ожидания, неприкрытое желание читалось в его глазах.
С криком ярости Мэтт бросился на него. Застигнув индейца врасплох, он повалил его на землю,
нанося мощные удары. Высокое Желтое Облако быстро пришел в себя, и несколько минут они яростно
боролись, пока индеец не вырвался из рук Мэтта и не выхватил нож.
- Давай, белый, - усмехнулся апачи. - Ощути лезвие моего ножа в своем животе.
- Трус, - презрительно сказал Мэтт. - У меня нет оружия.
Воин победоносно усмехнулся. Затем с диким криком бросился на Мэтта и поднял для удара руку с
ножом. Инстинктивно Мэтт выбросил вперед руку, чтобы отбить удар, и лезвие вонзилось в его левую
руку чуть пониже локтя. Повернувшись, он рванулся в сторону с рычанием, выдернув нож из руки
Высокого Желтого Облака.
Затем Мэтт повернулся лицом к индейцу. Сейчас он улыбался.
- Ощути лезвие моего ножа в своем животе. Лэйси затаила дыхание, в то время как эти двое яростно
смотрели друг на друга. Отступит ли Высокое Желтое Облако или станет выжидать, пока Мэтт ослабеет
от потери крови, что не сможет сражаться?
Мэтт, казалось, не замечал льющейся из руки крови. Его темно-голубые глаза светились жаждой
мести, губы раскрылись в зверином оскале. Он замер в ожидании следующего движения Высокого
Желтого Облака.
Внезапно Мэтт опустил нож, и тихий смех вырвался у него из горла.
- Я знал это, - насмешливо произнес он. - Ты трус.
Губы индейца расплылись в победоносной усмешке, когда он вытащил нож для разделки дичи из
своих высоких мокасин. С диким криком он бросился на Мэтта, и они рухнули на землю, сцепившись в
клубок мелькающих рук и ног, пытаясь нанести друг другу смертельный удар.
Лэйси выбралась на берег, не обращая внимания на свою наготу. Ее лицо было бледным, а глаза
потемнели от страха. Она с ужасом смотрела на мужчин, барахтающихся в грязи. "Это будет смертельный
бой, - беспомощно подумала она, - и у Мэтта все меньше шансов выиграть его".
Она закричала, когда нож Высокого Желтого Облака вонзился в правый бок Мэтта.
Испуганный крик Лэйси эхом отозвался в ушах Мэтта. Его быстрый мимолетный взгляд запечатлел
обнаженную Лэйси, ее красоту и выражение тревоги на лице. Если он проиграет бой, то его страдания на
этом и закончатся, а Лэйси придется вынести все последствия его поражения.
- Образ Лэйси, живущей в хижине Высокого Желтого Облака и делящей с воином постель, пронзил
мозг Мэтта, вызвав вспышку бешеной ярости. Из неких глубин своего тела он собрал последние силы,
чтобы освободиться от хватки апачи. Откатившись от индейца в сторону, он вскочил на ноги.
Высокое Желтое Облако тоже встал и с довольной усмешкой рассматривал раны, которые нанес
своему врагу.
- Ты сейчас умрешь, белый, - ликующе произнес он, - и твоя женщина станет моей. Но не волнуйся.
Она будет слишком занята, чтобы горевать о твоей смерти.
- Мэтт, - в отчаянии прошептала Лэйси. - О боже, Мэтт.
Медленно, не спеша, Высокое Желтое Облако двинулся на Мэтта. Бой скоро будет закончен, и белая
женщина станет его собственностью. "Она даст мне много сыновей, - самодовольно подумал он, - много
замечательных сыновей".
С ликующим криком он бросился вперед, его нож был нацелен прямо в сердце Мэтта. Мэтт
неподвижно стоял на месте, и Лэйси в отчаянии закричала, когда лезвие ножа оказалось на уровне его
груди. В самый последний Момент Мэтт отскочил в сторону, избежав удара воина, и всадил нож в спину
Высокого Желтого Облака, пронзив сердце. Индеец по инерции пробежал еще несколько футов и упал
лицом в грязь, все еще сжимая в руке нож. Долгая судорога свела его тело, а затем он замер, уставившись
потухшими глазами в небо.
Лэйси подбежала к мужу и обхватила его рукой за пояс, когда он стал медленно оседать на землю.
- Мэтт, боже, Мэтт, не умирай. Пожалуйста, не умирай.
- Я не собираюсь умирать, Лэйси, - пробормотал Мэтт, - не бойся.
Она расплакалась и со слезами на глазах стала разрезать ножом свою юбку на полосы, чтобы
перевязать его.
- Грязь, - прохрипел Мэтт. - Возьми грязь... чтобы остановить кровотечение.
- Грязь? - повторила ошеломленная Лэйси.
- Делай, как я сказал.
Лэйси взяла пригоршню грязи и с убеждением, что поступает неправильно, наложила ее на раны
мужа. И что удивительно, кровотечение прекратилось.
- Старое лекарство индейцев, - выдохнул Мэтт.
Лэйси кивнула, бинтуя его грудь полоской ткани.
- Лэйси... приведи лошадей.
- Лошадей? Зачем?
- Нам нужно убираться отсюда.
- Нет. Тебе нужна помощь, и именно сейчас.
- Беда, - пробормотал Мэтт.
Лэйси кивнула. Когда станет известно о смерти Высокого Желтого Облака, то они попадут в
большую беду, но сейчас Мэтту была нужна помощь. Ей стало дурно, когда она представила, сколько
крови он потерял. Сколько же крови может потерять человек и оставаться живым?
- Отдохни, - сказала Лэйси. - Я схожу за помощью.
Мэтт слабо кивнул, и Лэйси, натянув через голову тунику, побежала в деревню, к хижине своего
отца. Ройс Монтана мрачно выслушал рассказ Лэйси о случившемся.
- Да, быть беде, - пробормотал он. Но сейчас нужно беспокоиться о другом. Он взял свою лошадь и
поскакал к реке. Мэтт застонал, когда Ройс поднял его на спину лошади.
- Лэйси, было бы лучше, если бы ты поехала позади него, - посоветовал отец. - Он может
покачнуться и упасть.
Путь в деревню длился, казалось, целую вечность. Лэйси поддерживала Мэтта, зная, что каждый
шаг лошади причиняет ему нестерпимую боль. Теплая липкая кровь струилась из бока на ее руку. Кровь
Мэтта. Только это сдерживало ее от приступов рвоты.
Голубая Ива не стала тратить понапрасну время на расспросы, когда Ройс втащил Мэтта в хижину.
Она сразу же послала мужа за знахарем и в ожидании прихода шамана стала смывать с тела Мэтта грязь и
кровь. Он каждый раз вздрагивал от боли, когда индианка касалась его, и Лэйси тоже вздрагивала, ее
сердце ныло при виде его страданий. Его могли убить, и это было бы по ее вине.
Наконец, в жилище вошел знахарь. Это был невысокий, коренастый мужчина с длинными седыми
косами и загрубевшим лицом, которое говорило о лишениях и тяжелой жизни, но его глубоко посаженные
темные глаза светились добротой. Он встал на колени рядом с Мэттом, легкими движениями рук ощупал
его раны и затем достал несколько мешочков с различными травами и целебными снадобьями.
Лэйси стояла рядом с отцом, в отчаянии ломая руки. Шаман начал тихо петь. Он размолол в
неглубокой чаше несколько листьев, добавил немного воды, размешал эту смесь, пока она не
превратилась в вязкую желтую мазь, которой он смазал раны на боку и руке Мэтта. Все это время он тихо
напевал, его песнь была мелодичной и удивительно чарующей.
Закончив накладывать мазь на раны Мэтта, он бросил священную пыльцу в огонь и, продолжая
мелодично напевать, вытянул ладони над огнем, направив дым в сторону Мэтта.
Лэйси хотелось закричать, что пыльца, дым и бесконечное пение не вылечат ее мужа. Ему нужно
лекарство, настоящее лекарство.
- Я видел, как старый Синий Сокол творил настоящие чудеса, - сказал Ройс Монтана, с сочувствием
сжав ее плечо. - Ты заблуждаешься, если считаешь наших знахарей жуликами. Они прожили долгую
жизнь. Некоторые из этих трав замечательно действуют.
Лэйси кивнула, но слова не убедили ее. Когда Синий Сокол покинул их жилище, она села на колени
рядом с Мэттом. Он тяжело дышал, лицо и тело были мокрыми от пота. Рана в боку была очень глубокой.
Она не вынесет, если он умрет.
-Почувствовав ее присутствие, Мэтт открыл глаза и слабо улыбнулся.
- Не волнуйся, - прошептал он, - со мной все будет хорошо.
Лэйси кивнула, ей так хотелось верить ему, но она не могла заставить себя сделать это. Она все
время проводила у его постели, отказываясь сдвинуться с места, отказываясь спать. Поздно вечером
вернулся Синий Сокол, вновь повторил весь ритуал со священной пыльцой и песнопениями. Он приложил
к боку Мэтта вонючую припарку, молча кивнул и вышел из хижины. Он сел у входа в вигвам и провел там
всю ночь, тихо напевая.
К песнопениям Синего Сокола Лэйси добавляла свои молитвы, умоляя Господа исцелить любимого
человека. Если Мэтт умрет, она никогда не простит себе этого. Она никогда не стала бы упрашивать
Мэтта помочь ей найти отца, если бы знала, что это может стоить ему жизни.
Известие о гибели Высокого Желтого Облака вызвало оживленные споры. Его друзья и семья
требовали немедленно убить белого человека. Для апачей пролить кровь другого апачи было строгим
табу, и наказанием за это была смерть или изгнание из племени. Семья Высокого Желтого Облака
требовала смерти Мэтта.
Красный Нож был не согласен с этим решением. Все знали, что Высокое Желтое Облако хотел
белую женщину. Бледнолицый правильно поступил, защитив свою жену от его посягательств. Он чуть не
лишился жизни, защищая честь своей женщины.
Среди этой суматохи Лэйси оставалась рядом с Мэттом. Прошло два дня, а она не отходила от его
постели больше, чем на несколько минут. И теперь, поздно ночью, она сидела рядом с ним и временами
дремала, боясь, что сможет уснуть и не услышит, если он проснется и позовет ее. Была уже вторая
половина ночи, когда усталость одолела ее, и она погрузилась в глубокий сон.
Тихо, так тихо. Раздумывая, умер он или нет, Мэтт открыл глаза и взглядом обвел жилище. Лэйси
лежала рядом, подложив под голову руку. Ее лицо было измученным и осунувшимся, а под глазами
залегли темные тени, как будто она в течение долгого времени не спала.
Какое-то время он продолжал неподвижно лежать, рассматривая ее. Рана напоминала о себе тупой
болью. Он подумал, что жизнь все-таки приносит удивительные сюрпризы. Он четыре года провел в
Армии Конфедерации и не получил ни единой царапины. А теперь меньше чем за один год его ранили
столько раз, что он уже сбился со счета.
Он попытался переместить вес своего тела на другую сторону постели и беззвучно ругнулся, когда
это движение резко усилило боль в боку.
Лэйси сразу же проснулась.
- Что такое? - озабоченно спросила она. - Что случилось?
- Ты выглядишь ужасно, - прохрипел Мэтт.
-Мэтт...
- Я в порядке, Лэйси, - успокоил он ее. - Приляг рядом со мной и поспи немного.
Чувствуя себя слишком слабой, чтобы спорить, она вытянулась рядом с ним, стараясь не задеть его,
чтобы не причинить боль. Мэтт обнял ее и придвинул ближе к себе.
- Я скучал по тебе все это время, - пробормотал он.
Его губы коснулись ее щеки, мягко и легко, как садится бабочка на лепесток розы.
- Ох, Мэтт.
- Не волнуйся, Лэйси. Все будет хорошо. Лэйси кивнула, но на сердце у нее было неспокойно.
Смерть Высокого Желтого Облака до сих пор вызывала разногласия в лагере апачей. В последующие дни
прошло много собраний. Отцу Лэйси не разрешили на них присутствовать, но Красный Нож держал их в
курсе дел. На этих собраниях решалась судьба Мэтта. Каждый воин племени имел право изложить свое
мнение о том, что следует сделать с белым человеком, который убил Высокое Желтое Облако, а после
того, как все мужчины выскажутся, будет проведено голосование.
- Хромой Медведь не может сам принять решение, - объяснил Лэйси Ройс Монтана. - Он вождь, но
он не единственный вождь. Каждый мужчина племени имеет право высказать свое мнение.
Наконец было принято решение, что за смерть Высокого Желтого Облака должна наступить
расплата, и ею станет жизнь Мэтта.
Он был наполовину апачи, но пролил кровь своего брата. Если бы Высокое Желтое Облако убил
Мэтта, то наказание было бы таким же. Лэйси при ее желании разрешалось остаться с отцом или она
могла покинуть деревню и вернуться к своему народу.
У Лэйси окаменело сердце, когда отец сообщил ей решение совета.
- Нет.
Она затрясла головой, отказываясь верить в то, что Мэтт умрет. Им столько пришлось пережить.
Несомненно, они заслужили право на счастье.
- Лэйси.
Голос Ройса Монтана был полон нежности и сочувствия, он положил свою руку на плечо дочери.
- Нет! - закричала она.
Со слезами на глазах она взглянула на отца, умоляя его сделать что-нибудь. Ройс Монтана глубоко
вздохнул.
- Тебе нужно смириться с этим, Лэйси, - сурово произнес он. - Если ты попытаешься вмешаться, то
подвергнешь свою жизнь опасности. Ты ничего не можешь сделать.
- Он прав, Лэйси, - сказал Мэтт. - Делай, как говорит твой отец.
Она пыталась понять суть происшедшего.
Вдруг двое воинов ворвались в хижину и схватили Мэтта. Они рывком поставили его на ноги и
потащили тащили на улицу.
Лэйси бросилась за ними, но отец остановил ее
- Лэйси, постой.
- Пусти меня!
- Ты ничем не сможешь помочь ему, дочка. Смирись с этим.
- Пожалуйста, папа, сделай что-нибудь.
- Ничего нельзя сделать, - мрачно ответил Ройс Монтана. - Извини, моя милая.
Мэтт не сопротивлялся, когда воины привязали его к дереву в центре лагеря. Это только еще больше
разозлило бы индейцев, и их мог пасть на Лэйси и ее отца. Он взглядом обводил деревню. Сколько
времени ему осталось? Какая смерть уготована ему? Быстрая и милосердная или долгая, мучительная и
болезненная? Он проглотил комок в горле, раздумывая, хватит ли у него силы воли, чтобы умереть, как
подобает мужчине, или он станет кричать и плакать, моля о пощаде. Разве может человек знать, как он
будет вести себя в таком случае, пока не столкнется с этим лицом к лицу? Говорили, что индейцы никогда
не показывают страха или боли в присутствии врага. Как им удается сдерживать свои эмоции? Сможет ли
он поступить так же? Мэтт довернул голову, пытаясь разглядеть свою хижину. Проклятье! Если бы он мог
в последний рез заняться любовью с Лэйси. Если бы только его ранение не было таким чертовски
тяжелым. Если бы он встретил Лэйси в другое время, в другом месте...
Лэйси уставилась в темноту, ее щеки были мокрыми от слез, сердце ныло от боли. Мэтт умрет, если
она не сможет как-то помочь ему. Она никогда не отличалась самообладанием, а теперь, когда оно было
нужно ей как никогда, чувствовала, что оно покидает ее. Любой ценой она должна освободить Мэтта,
даже если подвергнет риску собственную жизнь. Это была пугающая мысль. Но что остается делать? Она
не может сидеть спокойно и наблюдать, как будут издеваться над Мэттом. Отец ей не поможет. Она не
сомневалась, что Ройс Монтана попытается остановить ее. Во всяком случае, отцу хорошо здесь, среди
апачей. И она не имеет права заставить его рисковать, как и не сможет подвергнуть его жизнь опасности.
Поднявшись, она подошла к двери и осторожно выглянула. В лагере было темно и тихо. Одинокий
воин сидел у небольшого костра, охраняя Мэтта. Ей показалось, что индеец дремлет. Более подходящего
случая, видимо, не будет.
Она быстро собрала все вещи и сложила их в одну из сумок Мэтта. Вытащив один камень, из
которых был сложен камин, она глубоко вдохнула, затем медленно выдохнула воздух и вышла наружу.
Сжав в кулаке камень, она осторожно пошла по направлению к воину, ее сердце билось в груди так
громко, что, казалось, оно разбудит весь лагерь. Осторожно, шаг за шагом, он подкрадывалась к воину.
Мэтт внезапно проснулся, не понимая, что происходит. Он поднял голову и увидел Лэйси,
подкрадывающуюся к воину, охранявшему его, с камнем в одной руке и с его седельной сумкой в другой.
Он решительно затряс головой, пытаясь предостеречь ее. Он смирился с тем, что его ждет смерть, зная,
что Лэйси будет в безопасности со своим отцом. А теперь из-за него она подвергала свою жизнь
опасности.
Лэйси не смотрела на Мэтта. Ее взгляд был устремлен только на воина, все ее внимание было
сосредоточено на том, что ей предстояло сделать. Дрожащей рукой она подняла камень и опустила его на
затылок воина. С приглушенным стуком апачи боком повалился на землю.
Она внезапно почувствовала тошноту, когда поняла, что, возможно, убила его, но у нее не было
времени, чтобы беспокоиться об этом. Она быстро схватила нож индейца и освободила Мэтта.
- Маленькая глупышка, - прошипел Мэтт. - Ты соображаешь, что делаешь?
- Я спасаю тебе жизнь.
Мэтт быстро взял из ее рук нож и засунул себе за пояс.
- Думаю, ты права, - согласился он. - Давай убираться отсюда к черту.
Мэтт связал воину руки и ноги, затолкал в рот кляп, забрал винтовку, и бесшумно, как тени, они
выскользнули из деревни.
Не говоря ни слова, Мэтт направился к месту, где паслись лошади. Резким ударом он оглушил
мальчика, который был пастухом. Вскоре они уже скакали прочь от деревни.
- Как ты думаешь, они бросятся в погоню? - спросила Лэйси, когда они были уже достаточно далеко
от лагеря апачей.
Мэтт пожал плечами.
- Кто знает? Это непредсказуемые бестии.
Лэйси кивнула в знак согласия. Трудно сказать, что сделают индейцы. Можно было только
надеяться на лучшее.
Они проскакали без устали несколько часов. Мэтт остановился, спрыгнул на землю и, отдав Лэйси
поводья своей лошади, стал затаптывать за собой следы. Это было утомительное занятие, но когда он
закончил, то мог быть уверен, что индейцы не смогут догадаться, в каком направлении они поехали.
Вполне возможно, что апачи не захотят тратить так много времени и усилий на то, чтобы найти их.
Занималась заря, когда Мэтт помог Лэйси соскочить с лошади. Он расседлал и стреножил лошадей.
Затем взял попону, и они с Лэйси стали пробираться через кустарник в глубь леса. Там он расстелил на
земле одеяло и обнял жену.
- Не думал, что ты способна на такой отчаянный поступок, - сказал он. - Если бы тебя схватили, то
могли бы убить.
- Необходимо было использовать этот шанс, я не могла позволить им убить тебя.
- Тебе не нужно было этого делать, - спокойно возразил Мэтт.
Он посмотрел ей в глаза, и его сердце переполнилось любовью и благодарностью к женщине,
которую он держал в объятиях. При всей робости и нерешительности она обладает сердцем львицы.
Лэйси ответила ему любящим взглядом и только потом почувствовала радость от того, что они оба
живы и здоровы, и улыбнулась Мэтту
- Что-то не видно, что ты очень благодарен, - улыбнулась она.
Мэтт удивленно поднял брови.
- Я?
- Ты. Если бы ты действительно был благодарен, то немедленно поцеловал бы меня и...
Его губы закрыли ей рот, он целовал ее снова и снова.
С трудом сознавая, что делает, он опустился на землю, потянув за собой Лэйси. Его поцелуи
становились все более глубокими и пылкими, пока огонь желания не охватил его. Его руки скользнули по
ее спине и плечам, лаская шелковистую кожу, он нетерпеливо снимал с нее одежду, восхищаясь плавным
совершенством каждого изгиба ее прекрасного тела.
Лэйси страстно, с желанием и радостью ответила на его прикосновения. Она сорвала с Мэтта
одежду, чтобы ощутить на себе его тело, кончики ее пальцев ощупывали мускулы его рук в восторге от
силы, которая в них таилась. Ее язык заскользил по его плоскому животу, и она тихо, соблазняюще
рассмеялась, когда он вздрогнул от удовольствия. Он был здесь, он был с ней.
Она вскочила, когда ее пальцы натолкнулись на повязку, которой был перевязан его бок. В
нахлынувшем возбуждении она забыла о его ране. Она увидела, что на повязке выступила кровь. У него
началось кровотечение, а она настолько обезумела от желания, что даже не заметила этого.
- Лэйси...
Мэтт простонал ее имя, когда она отпрянула от него.
- Ах, Мэтт, - прошептала она, ошибочно приняв его возглас за стон боли. - Извини. Я не думала... Я
имею в виду, что забыла о том, что ты ранен.
- Болит совсем не бок... - сказал Мэтт, озорно сверкая глазами.
- Мэтт, мы не должны.
- Я в порядке, - заверил он. - Иди сюда, я докажу это.
Но Лэйси не сдавалась. Как бы сильно ей ни хотелось заняться с ним любовью, его выздоровление
было важнее. Будут еще другие дни, другие ночи.
- Упрямая девчонка, - проворчал он и повалил ее на землю рядом с собой, наклонился над ней и,
обхватив руками голову, завладел ее губами.
Прикосновение его губ рассекло остатки ее сопротивления. Со вздохом она подалась ему навстречу,
ее бедра раздвинулись, чтобы принять ту часть его, которая делала ее целостной и совершенной. Стон
наслаждения вырвался у нее из горла, когда руки Мэтта нежно ласкали ее грудь, бедра, живот, и вот их
тела слились в одно целое, а души почти коснулись друг друга, когда они вознеслись на вершину
наслаждения, которую знают только истинные любовники.
Позже Мэтт тесно прижал Лэйси, его пальцы нежно обегали очертания ее лица, скользили по губам,
стройному изгибу ее шеи.
- Тебя ведь могли убить, - пробормотал он, эта мысль до сих пор преследовала его. - Никогда
больше не подвергай себя подобному риску. Обещай мне.
- Нет, - сказала Лэйси, качая головой. - Что бы ни случилось, я буду всегда с тобой.
Она улыбнулась ему в надежде улучшить его настроение.
- Я думаю полететь за тобой прямо на небеса.
- А если в ад? - спросил он с улыбкой.
- Даже в ад, - прошептала она и подставила ему губы для поцелуя.
На рассвете они снова отправились в путь по серой унылой пустыне, покрытой кактусами и редким
кустарником.
- Куда мы едем? - спросила Лэйси.
- В Таксон, - ответил Мэтт и рассмеялся. - Мне кажется, мы всегда начинаем с того, что остаемся без
гроша в кармане.
- Ты ошибаешься...
- Разве?
Лэйси тряхнула головой.
- У нас еще остались деньги, которые ты выиграл в том ужасном городке, помнишь?
- Да-а, теперь вспомнил.
- Зачем мы едем в Таксон?
- За одеждой и едой.
- А что потом?
- Я должен найти того, кто убил Билли Хендерсона. Мне нужно восстановить свое доброе имя.
- Как ты найдешь того, кто убил его?
- Откуда мне знать, черт возьми.
- Что же нам делать?
- Слухами земля полнится, девочка, - с легкой усмешкой ответил Мэтт.
ГЛАВА 12
Через несколько дней Мэтт и Лэйси прибыли в Таксон. Это был старый город в окружении
отвесных скал. Он был расположен на низком хребте вдоль берегов реки Санта-Круз. Место было
довольно оживленное. Приземистые глинобитные постройки с толстыми стенами были разбросаны по
обеим сторонам улиц. Пешеходных дорожек не было и в помине. После дождя улицы покрывал толстый
слой грязи.
Когда они въехали в город, первой мыслью Лэйси было, что все здания в городе похожи на
закусочные. Мимо проходили женщины в длинных платьях, отправляясь за покупками или в церковь.
Можно было увидеть солдат, дельцов, а также множество детей и собак.
Она сморщила нос, когда смесь запахов кофе, жира, острой пищи, перца чили, дыма от мескитового
дерева и пыли стала раздражать ее ноздри. Откуда-то донесся тихий звук гитары, но быстро затерялся в
стуке вагонных колес и печальном звоне церковного колокола.
Мэтт направил лошадей к гостинице, снял комнату и вместе с Лэйси отправился за покупками. Он
купил ей новое платье, нижнее белье, туфли и чулки, белый кружевной зонтик, веселую шляпку с розовой
и голубой лентами и бледно-голубую шаль с длинной бахромой. Себе он приобрел костюм из черного
сукна с шелковистой отделкой, белую в полоску рубашку и винного цвета жилет с вышитыми атласными
цветочками. Он купил также черную широкополую стетсоновскую шляпу, пару дорогих кожаных сапог и
пояс с кобурой в комплекте с новым кольтом 44.
Лэйси безмолвно уставилась на него, когда в гостиничной комнате он надел обновки. Он выглядел,
без всякого сомнения, как игрок, и к тому же очень красивый. Черное сукно костюма плотно облегало его
широкие плечи и длинные мускулистые ноги, белоснежная рубашка отлично дополняла темные волосы и
темно-голубые глаза, подчеркивая коричневый загар. Она почувствовала, что ее сердце трепетно забилось
от восхищения. Он был прекрасен, он принадлежал ей.
- Я решил, что лучше всего посидеть в салуне в Солт Крик, - размышлял вслух Мэтт. - Знаешь, нет
лучше места, чтобы услышать последние сплетни. К тому же, здесь меня не подумают искать.
Лэйси кивнула. Слишком долго им сопутствовала удача. Мэтт видел объявление о розыске на доске
объявлений у конторы шерифа. Ему было немного не по себе, когда он читал свое имя. Пока никто из
видевших его раньше не мог опознать его. У него отросли волосы за последние несколько месяцев,
появились большие усы, длинные баки и густая борода, которая делала его дьявольски красивым.
Лэйси надела свое новое платье и с восхищением посмотрела в зеркало. Приятно снова быть чистой
и одетой, как леди.
Она нахмурилась, когда ее отражение напомнило о том времени, когда Мэтт в последний раз
работал в салуне.
- Я не собираюсь ночами просиживать в гостинице, как в прошлый раз, - с вызовом сказала она.
- Тогда что же ты будешь делать? - спросил Мэтт, хотя уже предчувствовал ее ответ. И он оказался
прав.
- Я буду с тобой. Если ты собираешься проводить все свое время в салуне, то и я тоже.
- Не будь смешной.
- Я не хочу даже говорить об этом, Мэттью Дрего, - решительно заявила Лэйси. - Если ты
претендуешь на то, чтобы быть игроком, то я могу претендовать на то, чтобы быть прислугой в дансинге.
- Но я не претендую, - сухо подчеркнул Мэтт. - Я игрок. И к тому же, чертовски хороший.
- А я могу быть служанкой в дансинге, могу подавать напитки не хуже других.
- Нет, Лэйси. Этого не будет.
- Пожалуйста, Мэтт, - Лэйси восхитительно надула губки. - Я хочу быть там же, где и ты. Встав на
цыпочки, она поцеловала его, ее пальцы начали ласково перебирать его волосы.
- Можно мне хотя бы попробовать?
- Посмотрим...
Его рук
...Закладка в соц.сетях
