Жанр: Любовные романы
Восторг блаженства
... лейтенант.
Выходя из рубки, Амара дрожала — не от страха, а от волнения. Увидев, что
Тайнан стоит посереди каюты в глубокой задумчивости, она растерялась. Когда
Торн повернулся и увидел ее, девушка сказала первое, что пришло в голову:
— Жаль, что на корабле нет другой одежды. Боюсь, летный костюм выглядит
не слишком привлекательно.
Удивляясь, почему вдруг Амара разочаровалась в своей одежде, Тайнан пожал
плечами:
— Вы ошибаетесь. Он вам очень идет.
Амара подошла к философу и обняла его.
— У меня было преимущество перед вами: я прочла ваши работы до встречи
с вами и поняла ваш образ мыслей. Меня, как и всех, кто читал ваши книги,
глубоко потрясла их подлинность. Но мое представление о вас не
соответствовало действительности. Я решила, что мудрость появляется в
старости, и ожидала увидеть седого джентльмена с длинной бородой. Меня
поразило, что вы так же привлекательны, как и ваши идеи, но я боялась стать
для вас чем-то вроде первого опыта.
— Я уже извинился за это.
Смущенный ее близостью, Тайнан не знал, куда деть руки, и в конце концов
нежно обнял ее за талию.
— Я знакома с тобой всего четыре дня...
— Да, теперь понимаю, что проявил непростительную настойчивость...
Амара не помнила, чтобы кто-то из мужчин извинялся за подобный недостаток.
Философия Тайнана основывалась на вневременных ценностях, но и сам он во
многом напоминал пришельца из прошлого. Однако его старомодные взгляды на
отношения с женщинами были очень симпатичны Амаре. Рядом с ним дерзкие
молодые пилоты казались невыносимо пошлыми, а уж с Орионом его и сравнивать
было нельзя.
Прикоснувшись к его губам, она прервала Тайнана:
— Нет, подожди, дай мне договорить. Хотя мы совсем недавно
познакомились, я хорошо узнала тебя и хочу, чтобы нас с тобой связало как
можно больше. Мне бы очень хотелось любить тебя. Стив будет пилотировать
корабль, поэтому нам ничто не помешает.
Ошеломленный Тайнан поцеловал ее руку. Расстегнув летный костюм, он прижал
Амару к своей груди.
— Ты права, — сказал он. — Эти летные костюмы совсем не
привлекательны. Давай избавимся от них.
Тайнан скинул костюм, а вместе с ним сапоги и рубашку, но Амара, сбросив
свои сапожки, вдруг остановилась.
— Как ты относишься к татуировкам, Тайнан?
— Таким, как на лице у Райвы? По-моему, они отвратительны. А что?
— Тогда нам лучше уменьшить свет.
— Нет, я хочу видеть каждый сантиметр твоего тела.
Тайнан нетерпеливо расстегнул молнию на ее костюме. На Амаре оказалось алое
кружевное белье, и он лукаво улыбнулся.
— Ты же не знала, что я увижу твое белье. Оно всегда такое
соблазнительное?
— Всегда, — с гордостью подтвердила Амара.
— Прекрасно.
Тайнан продолжал стягивать с нее костюм, но когда тот упал на пол, глаза
философа остановились на вытатуированной волне, начинавшейся на правой
лодыжке. У Амары была такая великолепная фигура, что Тайнан считал любые
украшения излишними. Однако Тайнан понял, что ошибся, когда Амара
повернулась, и он увидел, как волна движется в ритме прибоя.
— И куда она доходит? — спросил он благоговейным шепотом.
— Тебя это беспокоит?
Тайнан тщательно подбирал слова.
— Да, но это не то, что ты думаешь. — Взявшись за яркие бретельки,
он стянул их с плеч Амары.
— Я никогда не раздевал женщину, — пробормотал Тайнан. —
Впрочем, ты уже это знаешь...
— Не нужно спешить. — Чтобы доказать ему это, Амара прижалась к
его губам таким долгим поцелуем, что, когда они оторвались друг от друга, у
обоих кружилась голова. Потом она обвела его губы кончиком языка. Прислонясь
к спинке кресла, Тайнан скоро почувствовал, что стоять в проходе очень
неудобно. Он взял Амару за руку и повел в глубь каюты, туда, где обычно
спал. Устройство кровати он уже вполне освоил и очень скоро увлек Амару на
свое ложе.
Амара зарылась лицом в его волосы, а руки скользнули вниз по его спине,
между тем как ее язык проник к нему в рот.
Амара, поглощенная страстью, все же помнила о том, что это первый любовный
опыт Тайнана. Ей очень хотелось, чтобы он запомнил его на всю жизнь.
Выскользнув из объятий, она осыпала его грудь поцелуями, лизнула его соски,
потом провела языком по твердым линиям живота. Добравшись до кальсон, она
села и стянула их с Тайнана.
Тайнан чуть приподнялся, когда Амара свернулась у него на коленях.
— Что это ты делаешь?
— Просто устраиваюсь поудобнее.
Тайнан затаил дыхание:
— Для чего?
Не пускаясь в объяснения, Амара провела ногтями вверх по его ногам,
обхватила ловкими пальцами его твердую плоть и покрыла пылкими поцелуями.
Пораженный и обрадованный раскованностью Амары, Тайнан еще крепче прижал
девушку к себе. Однако Амара приостановилась, заметив, как нарастает в нем
возбуждение. Она несколько раз доводила его почти до экстаза, но в последний
момент отодвигалась, давала ему успокоиться, затем снова приникала к нему.
Опыт и нежность к Тайнану подсказали Амаре, когда надо прервать эту сладкую
муку. Наконец дав ему удовлетворение, она знала, что он испытал райское
блаженство. Свернувшись рядом с Тайнаном, Амара положила голову ему на плечо
и терпеливо ждала, когда он придет в себя.
Глава 9
Прежние ощущения Тайнана были несравнимы с теми, что заставила его испытать
Амара. Даже когда экстаз миновал, Тайнан чувствовал такое всепоглощающее
блаженство, что не мог даже шевелиться. Он только молча перебирал локоны
Амары, хотя ему очень хотелось сказать девушке что-нибудь нежное и приятное.
Амаре было так уютно в объятиях Тайнана, что она закрыла глаза и скоро
заснула, поскольку накануне провела почти бессонную ночь. Когда Тайнан
разбудил ее нежными поцелуями, она томно потянулась и попросила у него
прощения.
— Извини, но этой ночью я не выспалась.
Амара была рада, что он оценил ее, и, чуть приподнявшись, поцеловала его в
губы.
— Должна тебя предупредить, что к этому легко пристраститься. Может,
тебе стоит остановиться, пока не поздно.
Тайнан понимал, что она шутит, но все же счел опасность реальной.
— По-моему, уже слишком поздно. То, что ты делала, имеет какое-то
название?
— Да, этот древний китайский способ называется
Нефритовая флейта
.
Думаю, ты догадываешься, почему он дожил до наших дней.
Тайнан прижался к ней лбом, потом чуть отстранился:
— Интересно, где ты этому научилась?
Хотя он говорил это с милой улыбкой и не выказывал ревности, Амара прекрасно
поняла, что его любопытство удовлетворять нельзя.
— Прости, но я никогда не обсуждаю прежних любовников с новыми. Сейчас
это тебе, может, и не слишком нравится, зато впоследствии ты будешь знать:
что бы между нами ни произошло, никто об этом не узнает.
Тайнан предполагал, что у нее были связи, но пока она не произнесла слово
любовники
, для него это оставалось абстракцией. Ему вдруг захотелось
узнать о них все. Но больше всего его удивляло, почему они расстались с
такой необыкновенной женщиной?
— Они все были глупцами.
Амара изобразила возмущение:
— Ты хочешь сказать, что я не разбираюсь в мужчинах?
Тайнан рассмеялся:
— Нет, если уж ты лежишь со мной, значит, прекрасно разбираешься. Но я
не понимаю, почему ты не осталась с первым возлюбленным. Он, должно быть,
очень глуп, раз потерял тебя.
Амара пристально всмотрелась в лицо Тайнана. Кареглазых любовников у нее
прежде не было. К тому же Тайнан казался ей таким необычным, что Амара
поклялась себе не заводить других возлюбленных.
— Ты мой первый возлюбленный, — сказала она с такой искренностью,
что он не мог усомниться в ее словах.
Хоть Тайнан понимал, что это невозможно, ему очень хотелось верить Амаре.
Сейчас он не мог без боли подумать о том, что когда-нибудь ему придется
расстаться с ней. Говорить об этом было совсем нестерпимо.
— Ты — моя, — сказал он и поцеловал Амару. Это было красноречивее
всех слов, которые она слышала от других.
Прервав страстный поцелуй, Тайнан окликнул Стива:
— Вы как-то предлагали мне музыку. Не найдется ли у вас чего-нибудь
романтического?
Тотчас раздались нежные звуки арфы. Сладостная и щемяще-грустная мелодия
навевала мысли не о будущем, а о печальном прощании.
— Может,
романтическое
— неудачное слово, Стив? Я хотел бы послушать
прекрасную музыку, но не траурную.
Стив предложил еще одну запись, звучавшую хрустально-чисто, но Тайнан снова
счел ее невеселой.
— Не печальную, Стив, а романтическую, — укоризненно проговорил
он. Когда наконец в каюте зазвучали аккорды гитары, Тайнан поблагодарил
Стива.
Амара погладила кудри Тайнана:
— Любовь часто бывает печальной. Ведь все великие произведения о любви
— трагедии.
В прекрасных бирюзовых глазах не видно было слез, но Тайнан почувствовал,
что ей больно. Ему хотелось бы навсегда прогнать эту боль, но в этот момент
мысли Тайнана устремились к телу Амары, а не к душе. Он поднялся с кровати
и, взяв Амару за руку, поставил ее рядом с собой.
У Амары была красивая полная грудь, но пенные брызги татуировки сделали ее
еще привлекательнее. Очарованный этим удивительным произведением искусства,
Тайнан невольно подумал вслух:
— Наверное, художник получил немалое удовольствие от работы.
— Да, ей было интересно создавать сложную композицию, но ничего иного
за этим не стояло.
— Извини. Я так мало знаю о татуировках, что мне и в голову не пришло,
что это была художница, — сказал Тайнан, смутившись от того, что его
вопрос был продиктован ревностью.
Амара придвинулась ближе к Тайнану:
— Я бы сказала, что об одной татуировке ты знаешь довольно много.
— Нет, мне нужно узнать гораздо больше. — Тайнан усадил Амару на
край кровати и опустился на колени между ее ног. Обхватив ее за талию, он
лизнул кружевной узор на груди, а потом захватил губами нежно-розовый сосок.
Амара потянулась к нему, обняла за шею и прошептала нежные слова. Татуировка
была так мастерски выполнена, что Тайнана не удивило бы, если бы он ощутил
солоноватый вкус моря, но ее кожа была такой же сладостной, как и поцелуи.
— Ты великолепна, — прошептал он, захватив в рот второй сосок.
— Ты тоже, — ответила Амара.
Тайнан чуть отстранился и заглянул ей в глаза. Увидев в них только тепло, он
поверил в искренность ее слов. Когда Амара, оперевшись на локти, откинулась
назад, Тайнан провел языком по всей линии волны, спустился по ребрам к
мягкому изгибу живота. Когда кончик его языка коснулся пупка, она
рассмеялась. Тайнан наслаждался звуком ее смеха.
Сначала внимание Тайнана привлекла волна, взбегавшая вверх по правой ноге
Амары, потом его соблазнили естественные тепло-розовые тона левой ноги. Он
провел руками по внутренней части ее бедер, и Амара раздвинула их навстречу
ему. Его пламенный поцелуй не вызвал у нее никакого смущения.
Конечно, для нее в этом не было ничего нового. Он со стыдом признался себе,
что ревнует ее к мужчинам, имен которых никогда не узнает, равно как и их
самих. Он понимал, что ревность — недостойное чувство, но не мог избавиться
от нее. Тайнан хотел, чтобы Амара принадлежала только ему. Он коснулся
губами треугольника золотистых волос и вдохнул аромат ее тела. Поощряемый
тихим стоном блаженства, он насладился ею сполна.
Тайнан ощущал, как тело Амары трепещет от сладкого ожидания, но ему не
хотелось, чтобы она одна испытала восторг. Приподнявшись, он уложил Амару на
кровать и лег с ней рядом, прижимаясь к ней своим сильным телом. Они были
почти одного роста, Тайнан вошел в нее уверенным движением. Она выгнулась
навстречу, и Тайнан замер, наслаждаясь жаром ее тела. Сейчас он хотел
познать ее всю и испытать такую же радость, как та, что Амара подарила ему
недавно.
Амара обвила вокруг него ноги и, приподняв бедра, словно просила его
продолжать движение. Тайнан подчинился ей, и скоро они начали задыхаться от
страсти.
Переполненный новыми ощущениями, он угадал начало ее экстаза. Наслаждаясь
блаженством, он погрузился в нее еще глубже и наконец замер. Грегори Нэш
советовал ему узнать от Амары о женщинах как можно больше, но Тайнан не
ожидал, что ее уроки окажутся столь поучительными. Такая возлюбленная
превосходила мечты любого мужчины, но дело было не только в ее опыте —
Тайнан ощутил теплоту настоящей любви.
Наслаждаясь столь же сладостной истомой, Амара ласково провела кончиками
пальцев по спине Тайнана. Уверенная, что посвятила Тайнана в тайны любви,
она надеялась, что его любопытство еще не исчерпано. Под звуки гитары она
представляла себе, будто находится на Земле, в слабо освещенной спальне,
воздух которой напоен ароматом цветов. Амара знала, что эта прекрасная мечта
вскоре рассеется, потому что звезды позовут к себе.
Тем не менее она заставила себя не думать о будущем и обняла Тайнана.
Тот приподнялся на локтях, не выходя из нее:
— Я не раздавлю тебя?
— Никогда. Если хочешь, мы можем лежать так весь день. Некоторые авторы
рекомендуют такую позу для медитации. Кажется, это тоже древний обычай.
— Боюсь, я не могу думать ни о чем, кроме тебя, — признался
Тайнан.
— Я рада, если это так.
— Ты слышала о такой медитации или сама занималась ею?
Амара взъерошила ему волосы:
— У тебя роскошная шевелюра. С такой бронзовой кожей ты мог бы быть
индейцем, но я никогда не видела, чтобы они были кудрявыми!
Тайнан не сразу понял, почему она внезапно сменила тему разговора, упомянув
о его наследственности, которая была ему неизвестна. Потом Тайнан решил, что
Амара боится, как бы он снова не начал расспрашивать ее о прежних
любовниках.
— Я не пытался хитрить с тобой и что-то выпытать у тебя, кроме того,
занималась ли ты сама такой медитацией. — Поцеловав ее, он добавил: — Я
не хочу, чтобы нас что-то разделяло.
— Сейчас нас ничто не разделяет, — ответила Амара. Как философ,
Тайнан хотел бы углубиться в этот вопрос, но Амара явно не выказывала
желания обсуждать это. Ее прошлое было запретной темой, и, хотя Тайнан
понимал причину, все-таки было неприятно, что часть жизни Амары неизвестна
ему.
— Ты знаешь обо мне все, — заметил он, — а я о тебе очень
мало!
— Ты знаешь обо мне самое главное, а до прилета на базу у нас еще семь
дней. Неизвестно, сколько продлятся переговоры, но ты наверняка успеешь
выяснить то, что тебя интересует.
— Так ты согласна работать со мной?
Тайнан так радостно улыбнулся, что Амаре было жаль его огорчать:
— Нет, не согласна. Но во время переговоров я смогу часто с тобой
видеться. Что же касается совместной работы, то решу это позже.
Расстроенный тем, что перспектива стать его единственной помощницей не
вызывает у нее энтузиазма, Тайнан хотел настоять на своем, но решил не
тратить на это времени. Он вдруг почувствовал, как его снова охватило
желание. Обняв Амару, он перекатился на спину, положив ее сверху:
— Покажи мне, как делать это в такой позе, чтобы я мог любоваться
тобой.
Амара прижала ладони к его груди.
— Так тебя интересует только моя татуировка? — улыбнулась она.
Тайнан принял задумчивый вид:
— Ты очаровательнее всех татуировок на свете.
Амара поцеловала его, а потом, медленно и ритмично покачиваясь, заставила
двигаться волны татуировки.
Вскоре, забыв обо всем, она преподала ему еще один урок любви — и наконец
ученик овладел мастерством в полной мере.
— Ты, наверное, проголодался, — сказала Амара, прикусывая мочку
его уха.
— А который час?
— Какая разница? Мы можем есть и спать, когда пожелаем.
Тайнану, охваченному истомой, не хотелось заниматься едой. Крепко сжав Амару
в объятиях, он сплел руки на ее талии:
— Наверное, нам следует время от времени есть. Иначе мы так ослабеем,
что не сможем заниматься любовью.
— Хорошо бы избежать этой опасности.
— Жаль, что в припасах нет настоящей еды: например, бараньей отбивной,
бифштекса или хотя бы эскалопа.
Услышав эти сетования, Амара выскользнула из объятий Тайнана.
— Хищник! — пошутила она. — Когда прилетим на базу
Конфедерации, сможешь заказывать все, что захочешь. А пока посиди на диете
звездных детей. Это очень здоровая пища, и нам всем она очень по вкусу.
Тайнан уперся подбородком в ладонь, наблюдая, как Амара собирает с пола их
одежду. Он так привык к ее татуировке, что уже не представлял себе гибкого
тела без этого узора.
— Похоже, меня только что оскорбили.
— Глупости! Ты же не виноват, если Хранители едят, как пещерные жители.
Тайнан мгновенно вскочил с постели:
— Надо мной можешь смеяться сколько угодно, но, как и твоих прежних
любовников, Хранителей мы обсуждать не будем. Понятно?
Мысль о том, что она расстанется с Тайнаном, как только он вернется в
Цитадель, заставляла Амару при каждом удобном случае унижать Хранителей. Ее
возмутили слова Тайнана, и она резко ответила бы ему, если бы раньше не
запретила обсуждать своих возлюбленных. Поэтому сейчас она сочла за лучшее
промолчать.
Тайнан был явно разгневан и разочарован, но Амара не могла понять почему: то
ли из-за ее слов, то ли из-за того, что она не возразила ему. Уйдя от него,
Амара встала под душ, но ее тут же вызвал Стив.
Амара быстро натянула летный костюм на мокрое тело и бросилась в рубку.
Тайнан занял кресло второго пилота.
— Надеюсь, это не
Штопоры
? — спросил он. Амара вгляделась в
экран:
— Нет. Но я просила Стива оповещать меня обо всех кораблях, которые
появятся в нашем поле зрения. Похоже, мы догоняем какой-то частный
пассажирский корабль. — Она отрегулировала изображение и, опознав
корабль, улыбнулась. — Мы подлетим поближе, чтобы ты мог как следует
разглядеть его. Это просто классика.
Тайнан всмотрелся в картинку на экране:
— В каком отношении?
— Увидишь. Когда подлетим поближе, иди на такой же скорости, как они,
Стив. — Отдав приказ, Амара повернулась к Тайнану. — Растафарианцы
появились в двадцатом веке, правда?
— Да, но я не знал, что они улетали с Земли.
— Они не занимаются колонизацией планет, но устраивают экскурсии по
всей галактике, что-то вроде космических паломничеств. Поскольку Аладо
никогда не отказывает в помощи путешественникам, я встречалась со многими их
пилотами. Посмотрим, знаю ли я этого.
Тайнан придвинулся к экрану, чтобы лучше разглядеть приближающийся
пассажирский корабль. Он мало походил на Звездный крейсер. Тайнан негромко
присвистнул:
— Кажется, будто он целиком состоит из каких-то запчастей. Господи, да
у него на носу какая-то надпись! Неужели это действительно старинная
вывеска?
Амара не смогла не рассмеяться от такого вопроса, и их недавний конфликт
мгновенно забылся.
— Скорее всего, это кусок старинного скоростного поезда. Их
изготавливали из великолепного высокопрочного сплава, а когда списали в
утиль, стали использовать как отличный материал для внешней обшивки
космических кораблей.
— А откуда эти вмятины?
— Похоже, от астероидного дождя. Эти вмятины страшны только с виду. У
этого корабля такая скорость, что ей могут позавидовать многие капитаны
пассажирских кораблей Аладо. Сейчас я подойду к ним еще ближе.
Тайнану казалось, что они и так уже слишком приблизились у кораблю, и он
нахмурился. Очень скоро через иллюминаторы стали видны нарядные пассажиры,
разглядывающие их корабль. Интерьер корабля растафарианцев был выполнен в
ярких цветах, и пассажиры несомненно весело проводили время.
Амара связалась с капитаном, и он радостно приветствовал ее.
— Это Моби! Мы с ним встречались.
Амара вела с Моби разговор, понятный только посвященным. Голос пилота был
звучным и низким, слова часто прерывались смехом. Тайнан невольно подумал,
не был ли Моби любовником Амары. Разумеется, у них гораздо больше общих
интересов... Смутившись от того, что его так волнует прошлое Амары, Тайнан
постарался успокоиться, решив, что Моби просто ее друг.
Закончив разговор, Амара повернула Звездный крейсер вправо и постепенно
прибавила скорость. Через несколько минут она поручила пилотирование Стиву.
— А теперь пойду принять душ. Когда ты будешь готов, обещаю приготовить
тебе что-нибудь вкусное.
Тайнан направился в пассажирскую каюту. Пока Амара готовила обед, он принял
душ и тщательно побрился.
— Я решил, что буду выглядеть внушительно и без бороды, — сказал
философ, подходя к ней.
Амара с удовольствием осмотрела его:
— Мне кажется, ты так красив, что можешь вызвать только восхищение.
Тайнан никогда еще не слышал таких комплиментов. Смутившись, он начал
сосредоточенно раскладывать столовые приборы.
— Спасибо, но ведь и я говорил тебе, что ты прекрасна.
Амаре нравилась его застенчивость. Подойдя к нему сзади, она обвила руками
его талию.
— Да, говорил.
Тайнан повернулся к ней лицом:
— Ручаюсь, что тебе давно уже надоело это слушать.
— Нет, женщинам, как и мужчинам, никогда не надоедают похвалы. Можешь
повторять их, сколько угодно.
— Я хотел бы придумать что-нибудь такое, чего ты еще не слышала.
Тайнан вдруг понял, что опять ревнует. Амара не упрекнула его, а занялась
приготовлением обеда. Чтобы не мешать ей, Тайнан накрыл стол, разложил
приборы и налил в стаканы сок. Когда Амара внесла дымящиеся спагетти,
политые соусом с молотой колбасой, он удивился.
— Вкус как у настоящей колбасы, так что, надеюсь, тебе это понравится
больше, чем овощи с рисом, — сказала Амара.
— Не сомневаюсь. — Опасаясь, как бы она не подумала, что он
гурман, Тайнан поспешно добавил: — Вчерашние овощи тоже были очень вкусные.
Правда.
Тайнан подождал, пока Амара начнет есть, а потом и сам занялся спагетти.
Отведав их, понял, что мясо по вкусу и консистенции напоминает острую
колбасу, которую подавали в Цитадели.
— Очень вкусно!
— Спасибо, я знала, какой пакет надо вскрыть.
— Я очень ценю это. — Тайнан был очень голоден, но решил
поддержать беседу, хотя не знал, как вести непринужденный разговор с
женщиной. Пришлось снова вернуться к переговорам. — По-моему, нам надо
записать все требования, которые могут предъявить другие корпорации. Я
должен как следует подготовиться, чтобы не обдумывать долго вопросы, которые
опытным делегатам кажутся вполне ясными.
— Прекрасно. Можем чуть позже этим заняться.
Амара улыбнулась, но Тайнан пожалел, что сейчас нельзя предложить ей чего-то
более интересного. В том, что они снова займутся любовью, он был уверен, но
хотелось вовлечь ее в подготовку переговоров — быть может, тогда лейтенант
захочет работать с ним на конференции. Наблюдая за ней, Тайнан вдруг понял,
что слишком ревновал девушку к прошлому, даже забыв спросить, нет ли кого-
нибудь у нее сейчас.
— Извини, — напряженно сказал Хранитель, — может, ты не
хочешь работать со мной из-за прежних обязательств? Вероятно, кто-нибудь из
мужчин встретит тебя, когда мы прилетим, рассчитывая на то, что ты проведешь
с ним свободное время?
С отвращением вспомнив об Орионе Шоде, Амара положила вилку и вытерла губы
салфеткой. Поскольку именно Орион хотел, чтобы Тайнан участвовал в
переговорах, то наверняка встретит их на базе Конфедерации. Он несомненно
подготовит торжественную встречу. Ей будет весьма неловко находиться в одной
комнате с этими мужчинами.
Чуткий Тайнан сразу понял, что этот вопрос Амара тоже не хочет обсуждать. С
чего это он вообразил, что все ее любовники канули в прошлое? Может, у Амары
их очень много, и на нее будут претендовать несколько соперников. Узнав
Амару ближе, он не мог осуждать их за это. Неудивительно, что она не хочет
работать с ним на переговорах. Да у нее для этого и времени не хватит!
Наконец он сказал:
— Я понимаю, что тебе неприятно называть имена. Но для меня достаточно
просто
да
или
нет
.
— Едва ли. — Не зная, с чего начать, Амара сделала глоток сока и
снова вытерла губы. Правда всегда лучше, особенно когда имеешь дело с таким
необычным человеком, как Тайнан. Она ответила честно, хотя и несколько
расплывчато. — Если бы у меня были близкие отношения с другим мужчиной,
я не поощряла бы тебя. Я никогда не вс
...Закладка в соц.сетях
