Жанр: Любовные романы
Все изменить
...— Что ты подумала?
— Я подумала, что гость, кто бы он ни был, чего доброго, решит, что в
доме нет ни души, и уедет восвояси, — храбро солгала Кэсси, глядя в
пол.
— Хмм... Ступай-ка оденься: в халате особо не согреешься. А я тем
временем включу отопление.
Девушка послушно направилась к двери.
— По чести говоря, холода я в тебе не почувствовал, — насмешливо
бросил ей вслед Джоэл. — Скорее наоборот...
Кэсси с силой захлопнула дверь, прежде чем оскорбитель успел докончить
фразу. Горячий румянец затопил щеки. Ненавижу негодяя! — сердито
подумала девушка. — Честное слово, ненавижу!
В течение последующих нескольких дней Кэсси обдумывала эту мысль, наблюдая,
как Джоэл устанавливает для нее компьютер, загружает рабочие программы,
проверяет их на вирусы. И вынуждена была признать, что вовсе не ненавидит
мужа — напротив, очень близка к тому, чтобы полюбить его. А пути назад уже
нет. Бедняжка радовалась уже тому, что живет с Джоэлом под одной крышей — и
дрожала в преддверии будущего. Как это произошло? Джоэла Говарда она почти
не знает... Поневоле приходилось признать: есть на свете вещи, логическому
объяснению не поддающиеся, в том числе — ее любовь к Джоэлу Говарду.
Оставалось одно: уповать на милость судьбы и надеяться, что муж никогда не
догадается об ее чувствах.
7
— Начнем с самого главного, — объявила Миранда на следующее утро.
Нико уже ушел в офис, и дамы завтракали вдвоем. — Женщина, которая
считает себя красивой, держится раскованно и уверенно, хотя и без
заносчивости; каждое ее движение исполнено достоинства. Милая Кэсси, я
записала тебя в частную школу, где девушки из хороших семей, вроде Фонтини,
проводят неделю-другую после выхода из пансиона.
— Вроде как краткосрочные курсы? — пролепетала Кэсси. Услужливое
воображение уже нарисовало картину: полная комната девочек-подростков,
любопытные взгляды... Бедняжка похолодела от страха.
— Ну да, в Британии это называется школа хорошего тона, —
согласилась Миранда. — Но тебе нечего стесняться. Я обо всем
договорилась: ты будешь брать частные уроки. Мадам Бонэр станет приходить на
виллу каждое утро. В свое время она блистала на балетной сцене; даже сейчас,
в возрасте семидесяти лет она — одна из самых элегантных женщин во всей
Флоренции. Мадам Бонэр поможет тебя понять собственное тело, оценить его
достоинства и недостатки, и при помощи первых скрыть вторые.
Кэсси благоговейно вздохнула.
— Славно, что ты такая стройненькая, — похвалила Миранда, — в
отношении одежды это дает тебе немалые преимущества. — Она окинула
взглядом песочного цвета юбку и бежевую блузку гостьи, и состроила
гримаску. — А вот сейчас у тебя такой вид, словно ты стремишься слиться
с обоями. Беж тебе вообще не к лицу, Кэсси... и прическу надо бы изменить...
Я поговорю с Карло... Ох, пока ты здесь, мы поразвлечемся на славу! —
Миранда заговорщицки подмигнула снохе и, не удержавшись, захлопала в ладоши.
Спустя час явилась мадам Бонэр. Ощущая себя крайне неуютно в заимствованном
у Миранды трико, Кэсси робко улыбнулась гостье. Дам торжественно представили
друг другу, и Миранда оставила сноху наедине с наставницей в просторной
галерее, что проходила через всю виллу.
— Ну что ж, — объявила мадам Бонэр, внимательно приглядевшись к
Кэсси, — Миранда права. Налицо превосходные данные, но вы не
используете их на все сто процентов, верно?
Приговор потряс Кэсси до глубины души: она-то ждала, что элегантная старушка
сурово объявит, что с таким исходным материалом и возиться бесполезно!
— Не надо сутулиться, — приказала она, кладя ладони на плечи Кэсси
и рывком выпрямляя девушку. — У вас превосходная фигура и черты
лица, — продолжала она. — Вы стройны, и это тоже хорошо, но
держитесь неважно. А зачем вы так сгорбились?
Кэсси горестно объяснила, что стесняется своей высокой груди.
— Если бы вы собирались стать манекенщицей, это одно дело, там и впрямь
каждый дюйм важен, — отозвалась мадам Бонэр. — Но для женщины
пышные перси — всегда достоинство!
Заслышав выражение столь высокопарное, Кэсси не сдержала улыбки, а
наставница, мудро воспользовавшись тем, что ученица наконец-то расслабилась,
заставила ее пройтись по галерее взад и вперед.
— При ходьбе вы глядите в пол: не надо этого делать! Ступайте гордо,
смело, словно знаете себе цену! Держитесь увереннее, раскованнее!
Два часа спустя, измученная и обессиленная, Кэсси распрощалась со своей
наставницей. Она как раз выходила из ванны, когда в дверь постучали и в
спальню ворвалась возбужденная Миранда.
— Нина очень тобою довольна, — сообщила она изумленной
Кэсси. — Она говорит, англичанки славятся утонченностью, и ты — живой
тому пример.
— А еще мадам Бонэр сказала, будто у меня хорошая фигура! —
поделилась радостью девушка.
— Чистая правда, — согласилась Миранда. — Я поговорила с
Карло; сегодня вечерком мы к нему заглянем. А потом зайдем в косметический
салон. — Миранда ободряюще улыбнулась снохе. — Красоту нужно
холить и лелеять, как редкий, экзотический цветок, дорогая моя, но все наши
усилия окупятся, вот увидишь!
И усилия с лихвой окупились, размышляла про себя Кэсси примерно неделю
спустя, разглядывая свое отражение в зеркале трюмо. Благодаря двухчасовым
упражнениям под надзором мадам Бонэр, личико ее разрумянилось; волосы,
подстриженные и уложенные в модную прическу, вьющимися локонами спадали до
плеч, отливая золотом в лучах солнца.
Днем раньше в салоне красоты состоялся первый урок макияжа, и девушка с
удивлением отметила, насколько преобразилось ее лицо благодаря умело
наложенной косметике. Кэсси завороженно гляделась в зеркало, недоумевая:
неужели эта изысканная красавица с высокими скулами и огромными, зеленовато-
карими глазами, и в самом деле — Кэсси Говард?
Но можно ли прятать новообретенную красоту за преградой стекла или пластика?
Миранда с пристрастием допросила сноху и дозналась-таки о затаенном желании
девушки избавиться от очков. За несколько часов флорентийские оптики провели
необходимые тесты, и на улицу Кэсси вышла, часто-часто моргая и радуясь, что
видит город и себя саму ясно и отчетливо: а все благодаря новым мягким
контактным линзам!
Волосы, что некогда казались ломкими и чахлыми, в умелых руках Карло
превратились в роскошную, густую волну рыжевато-каштановых кудрей. Если
верить Карло, под лучами итальянского солнца пряди вскорости посветлеют до
оттенка темного золота. Эффектная прическа выгодно дополняла тонкие черты
лица.
Благодаря ежедневным упражнениям, цвет лица изменился к лучшему, а движения
обрели уверенность. Кэсси расцветала на глазах. Еще недавно девушка и думать
не смела, что и в самом деле похорошеет; действительность превзошла самые
дерзкие ее мечты, — и все благодаря Миранде.
Если Кэсси отчаивалась, если у бедняжки вдруг опускались руки, матушка
Джоэла всегда была рядом, чтобы поддержать или посочувствовать. Если мадам
Бонэр бранила свою ученицу, называя ее неуклюжей неумехой, Миранда всегда
интуитивно чувствовала горе снохи и не позволяла ей пасть духом: к месту
сказанное словечко одобрения возвращало девушке веру в себя.
— Превосходно! — объявила мадам Бонэр этим утром, когда Кэсси
прошлась по галерее из конца в конец. — Просто превосходно — вот теперь
вы, наконец, объявляете миру: Я — женщина редкого обаяния и исключительных
достоинств; взгляните на меня и убедитесь сами, — и поверьте мне,
именно так мир вас и воспримет, cara, — так, как сами вы себя цените.
Дайте понять окружающим, что вы собою вполне довольны, и окружающие с вами
согласятся; скажите, что почитаете себя ничтожеством и пустым местом — и на
вас так и посмотрят.
— Кэсси?
— Иду! — отозвалась девушка, узнав голос свекрови. Этим вечером
дамы собирались походить по городу и полюбоваться на витрины магазинов. Нет,
делать покупки еще рано. На первый раз они просто изучат разные фасоны и
цветовые гаммы.
— Женщина, уверенная в своей красоте, инстинктивно знает, что ей к
лицу, и не обращает внимания на прихоти моды.
Благодаря визитам к частному косметологу Миранды, кожа Кэсси уже не
выглядела тусклой и безжизненной, но лучилась здоровым румянцем, манеры
обрели живость и непосредственность, замкнутость и робость исчезли
бесследно. Девушка обнаружила, что с нетерпением предвкушает выход в свет;
ее уже не пугала перспектива оказаться в центре внимания новообретенных
родственников.
Кэсси в последний раз провела расческой по волосам и глянула в зеркало,
оценивая эффект.
— Очень хорошо, — одобрила Миранда, переступая порог и придирчиво
разглядывая макияж своей протеже. — Ты все схватываешь на лету, cara, а
уж хорошенькая — глаз не оторвать!
Как всегда, похвала Миранды согрела ей душу. С тех пор, как Кэсси уехала из
дома, Джоэл ни словом ни дал о себе знать. Неужели он напрочь позабыл о
жене? Сердце девушки мучительно сжалось. Неужели муж и вправду за ней
приедет, как повелела Миранда? Иногда бедняжке казалось, что этому не бывать
никогда.
Семь дней превратились в десять; вторая неделя близилась к концу, и Кэсси
уже не удивлялась, краем глаза подметив собственное отражение в зеркале или
в витрине, и не гадала, кто же такая эта хрупкая, улыбающаяся красавица с
нежной, кремового оттенка кожей, в ореоле густых, золотисто-каштановых
волос.
Под ненавязчивым руководством Миранды девушка полностью обновила гардероб,
обогатив его сапфирово-синими, медово-золотистыми и пастельных оттенков
шелками. Бежевый цвет был объявлен запретным, равно как и все, отдаленно с
ним схожие. С каждым днем уверенность девушки в своих силах росла и крепла;
теперь, зная, что выглядит неплохо, Кэсси стала относиться к людям более
сердечно и открыто. Продавцы в магазинах, от которых прежде бедняжка
отпрянула бы в страхе, теперь приветливо улыбались гостье. Со временем
девушка набралась храбрости и пару раз прошлась по магазинам сама, без
Миранды, заодно поупражнявшись в итальянском языке.
Спустя три недели после приезда снохи во Флоренцию Миранда в первый раз
упомянула о сыне.
— А Джоэл до сих пор не давал о себе знать? — осведомилась она как-
то за завтраком.
Кэсси покачала головой. С враждебным молчанием Джоэла она уже примирилась.
Вместе с новообретенной уверенностью пришло горькое осознание того, что даже
теперь, когда она преобразилась до неузнаваемости, Джоэл вряд ли бросится к
ее ногам. А нужно ли ей это? Да, Кэсси любила мужа всей душой, но ей
требовалась любовь ответная: Джоэл должен оценить в ней личность, а не
приукрашенный манекен.
— Не тревожься, скоро объявится, — заверила Миранда и
проницательно добавила: — Если, конечно, тебе до сих пор этого хочется?..
— Я люблю его по-прежнему, — призналась Кэсси. — Но...
— Понимаю. — Миранда легонько коснулась ее руки. — Кэсси, мне
ужасно приятно принимать тебя здесь, на вилле, и я надеюсь, что бы там ни
произошло между тобою и Джоэлом, но во мне ты всегда будешь видеть по
меньшей мере друга...
— Добрую фею-крестную, — заверила Кэсси, ничуть не погрешив против
истины. Что бы там ни сулило ей будущее, в сердце у нее всегда останется
уголок для Миранды, и для Нико, который не скупился на одобрения и похвалы
при виде первых неуклюжих попыток девушки измениться к лучшему.
Неудивительно, что Кэсси привыкла видеть в муже Миранды любящего, щедрого,
славного дядюшку.
— Ты расцвела на диво: превзошла самые смелые мои ожидания! —
сообщила Миранда. — Знаешь, в честь твоего волшебного превращения и
дня рождения Нико мы устроим настоящий бал!
Прежде званые вечера и приемы внушали Кэсси безотчетный ужас, но теперь
девушка с энтузиазмом занялась приготовлениями и охотно взяла на себя роль
неофициальной секретарши Миранды. Она все больше восхищалась
предусмотрительностью свекрови.
— Нам обеим понадобятся новые вечерние туалеты, — объявила
Миранда, в последний раз проглядев список гостей. — Сад будет
иллюминирован; так что и нам ради такого случая позволено превратиться в
светлячков. Бернардо тоже приедет. Он звонил вчера из Брюсселя и клятвенно
обещал не опаздывать.
— Вы хорошо ладите с пасынком? — осторожно осведомилась Кэсси,
гадая про себя: что, если сын Нико воспринял новый брак в штыки точно так
же, как и Джоэл?
— Замечательно ладим! — Глаза Миранды лукаво заискрились. —
Должна предупредить тебя, Кэсси: Бернардо — очаровательный юноша, и притом
ужасно влюбчивый...
— Но всерьез его воспринимать не стоит? — со смехом докончила
фразу Кэсси.
— Бернардо тебе понравится, — заверила Миранда. — Если
захочешь поупражняться в искусстве флирта, так лучшей мишени и желать
нечего! — Видя смущение гостьи, мадам Фонтини весело
рассмеялась. — Дорогая моя, каждая женщина обязана уметь флиртовать,
ведь флирт — непременная часть женского обаяния, а Бернардо это ничуть не
повредит. Собственно говоря, мальчишка давно заслужил хороший урок!
Весь день дамы бегали по магазинам в поисках достойных нарядов, и под конец
заглянули в любимый салон Миранды.
Итальянские шелка изумительно шли к сапфирово-синим глазам и темным волосам
Миранды, и Кэсси ничуть не удивилась, когда та остановила взгляд на
переливчатом платье, словно вобравшем в себя все оттенки любимых лазурно-
голубых тонов. Кэсси тут же зааплодировала удачному выбору.
— А теперь подыщем что-нибудь и для тебя, — заявила Миранда,
выходя из примерочной. — Что-нибудь совсем особенное, единственное и
неповторимое...
— Но ведь герой дня — Нико, а вовсе не я, — запротестовала было
девушка, но погруженная в мысли Миранда даже не расслышала возражений.
— Я знаю подходящее местечко, — объявила она наконец. — Пойдем-
ка!
Свекровь отвела Кэсси не в магазин, но в небольшое ателье в старой части
города. Дамы поднялись по крутой винтовой лесенке. Дверь открыла миниатюрная
брюнетка, и возбужденно затараторила что-то по-итальянски — так быстро, что
Кэсси не разобрала ни слова.
— Синьора Тонли шьет платья всем нашим красавицам-новобрачным, милая
Кэсси, — объяснила Миранда. — Заходи и дай на себя полюбоваться.
— Но я уже далеко не новобрачная, — запротестовала Кэсси, чувствуя
себя слегка неуютно под испытывающим взглядом модистки.
— В Италии молодая женщина считается новобрачной в течение всего
первого года замужества, cara. Джоэл бессовестно лишил меня возможности
полюбоваться на невесту в день свадьбы, но...
— Мне бы не хотелось рядиться в белое, — пролепетала Кэсси. Ей
очень не хотелось обижать Миранду, но кто знает, что у свекрови на уме...
Миранда расхохоталась от души.
— Нет, так далеко мы не пойдем, хотя... — Она быстро принялась
втолковывать что-то синьоре Тонли, а та проворно извлекла карандаш и чистый
лист бумаги и принялась набрасывать эскиз, то и дело оценивающе посматривая
на Кэсси.
— Синьора Тонли и я сошлись во мнении, что светло-зеленый цвет просто
создан для тебя! Он подчеркнет изумрудный оттенок глаз и персиковый румянец.
Кроме того, итальянки избегают зеленых тонов: кожа у них слишком смуглая,
видишь ли. А вот тебе и приблизительный фасон! — И Миранда протянула
девушке рисунок.
Восхищенному взгляду Кэсси явилась фантазия в викторианском духе: рукава с
буфами, высокая талия, пышная юбка с воланами, подхваченными крохотными
букетиками искусственных цветов.
— Я никогда не отважусь надеть это! — возразила было девушка, но
изысканная красота фасона уже запала ей в душу. Романтическая греза, а не
наряд: такое бальное платье надевают раз в жизни! Еще совсем недавно, если
бы кто-нибудь предложил ей примерить сей роскошный туалет, бедняжка сочла бы
это жестокой, неумной шуткой. Во взгляде Кэсси отразилось смятение.
— Доверься мне, — тихонько прошептала Миранда, и, вспомнив о
доброте и неусыпных заботах своей волшебницы-крестной, Кэсси покорно
кивнула.
— Если вы полагаете, что все сойдет хорошо, — неуверенно протянула
она.
— Хорошо? — Миранда возвела очи к небу. — Дорогая, ты
произведешь сенсацию... ты будешь царицей бала, принцессой из волшебной
сказки, обещаю тебе!
Званый вечер решено было устроить в первую субботу после дня рождения Нико.
Со времени приезда Кэсси во Флоренцию минуло около месяца. За все это время
она так и не получила ни одной весточки от Джоэла; из лондонского офиса
Кэсситроникс поступали только отчеты да важные документы.
Компьютерную игру Кэсси почти забросила: пару раз бралась за старые записи,
и тут же откладывала их в сторону. Новая жизнь, полная ярких впечатлений и
неотложных дел, захватила девушку. Кэсси ужасно стыдилась собственного
легкомыслия и называла себя лентяйкой, но поделать ничего не могла.
За неделю до бала Миранда заметно нервничала: должно быть, беспокоилась по
поводу поставщиков, ведь всем так хотелось, чтобы вечер удался! Девушка
побывала уже на трех примерках, а верный Карло получил особые указания
касательно грядущего вечера.
— Надеюсь, никто не скажет, что я разодета не по возрасту, —
тревожно пробормотала про себя Кэсси, слушая, как Миранда объясняется по
телефону с парикмахером. Еще совсем недавно девушка изо всех сил старалась
слиться с толпой и не привлекать к себе внимания; в душе до сих пор остался
тревожный осадок — наследие тех дней. Впрочем, поведение итальянцев-мужчин
быстро отучало от любых проявлений застенчивости. Кэсси постепенно привыкала
к улыбкам и восхищенным окликам на улицах и площадях. Девушка давно потеряла
счет молодым красавцам, жаждущим с нею познакомиться, даже когда она
выходила из дому в сопровождении Миранды. Италия и в самом деле опьяняет,
точно шампанское, размышляла Кэсси однажды вечером, вернувшись из магазина с
подарком для Нико.
К тому времени Кэсси неплохо изучила город, и, зная о пристрастии Нико к
старинным вещицам и редкостям, прилежно обыскала антикварные лавки. В конце
концов девушка остановила выбор на изящной эмалированной табакерке севрского
фарфора. При взгляде на ценник Кэсси на мгновение зажмурилась, но тут же
подумала, как приятно будет отблагодарить Нико за гостеприимство подарком,
который обрадует любого истинного знатока.
Усаживаясь в миниатюрный Фиат Миранды, Кэсси подумала было, что в жизни
своей не транжирила таких сумм!.. Но ведь она сама заработала эти деньги...
да и на что их было тратить прежде? В лице Миранды и Нико она обрела
настоящих друзей; любовь и забота четы Фонтини трогали гостью до слез. Оба
так искренне привязалась к Кэсси, так ласково ее опекали! Оба от души
порадовались преображению снохи, но скорее ради нее самой, нежели ради себя.
Счастливая Миранда уверяла, что с самого начала разглядела в Кэсси
красавицу, а Нико не уставал повторять, какое это удовольствие — видеть за
столом ее милое личико, слышать ее смех и знать, что в лице Кэсси Миранда
обрела дочку, о которой мечтала всю жизнь.
— Мы только об одном жалеем: что ты не родная наша дочурка, —
сказал Нико девушке накануне вечером, когда та отказалась пойти с супругами
в ресторан, предполагая, что чета Фонтини устала от вечного присутствия
гостьи.
Собственно говоря, счастье Кэсси омрачало только одно: затянувшееся молчание
Джоэла. Приедет ли он за ней? Бедняжка уже утратила надежду. Может, муж
втайне надеется, что она пробудет в Италии вплоть до развода и избавит его
от необходимости продолжать нелепый фарс.
Когда девушка поделилась своими сомнениями с Мирандой, та нахмурилась и
задумчиво проговорила:
— А если Джоэл и впрямь за тобой не приедет, ты останешься с нами,
cara, или вернешься в Англию?
— Думаю, мне следует остаться, — отозвалась Кэсси, изумляясь
собственным словам.
— Хорошо, — тихо похвалила Миранда. — Джоэл сам не знает, от
чего отказывается. Ты наделена всеми достоинствами, что любая мать надеется
обрести в снохе, милая Кэсси. Верность, ум, сострадательное сердечко и
гордая душа... Глупый у меня сынок!
Бернардо обещал приехать к праздничному ужину в кругу семьи. Так что Кэсси
не слишком-то удивилась, спустившись вниз после ланча и обнаружив в прихожей
пригожего незнакомца. Молодые люди замерли — и пригляделись друг к другу.
Бернардо как две капли воды походил на отца в молодости: типичный итальянец,
и весьма хорош собой. Щечки Кэсси слегка зарумянились под ласкающим взглядом
юноши. Именно ласкающим, иначе и не скажешь! Искреннее восхищение Бернардо
помогло девушке почувствовать себя неотразимой и желанной — и ощущение это
приятно будоражило кровь.
— Вы, должно быть, та самая Кэсси, о которой мне столько
рассказывали! — воскликнул вновь прибывший, шагнув ей навстречу.
Улыбнувшись, Кэсси протянула руку, но Бернардо весело рассмеялся в
ответ. — Э нет, cara, вы ведь не откажете мне в удовольствии
приветствовать мою новую сестренку запросто, по-родственному?
Кэсси про себя подумала, что пылкие объятия юноши мало похожи на братские,
равно как и несколько затянувшийся поцелуй. Ростом пониже Джоэла, не столь
широкий в плечах и, вероятно, несколькими годами помладше, Бернардо, тем не
менее, был весьма и весьма привлекателен, и, в отличие от Джоэла, пришел от
Кэсси в полный восторг.
Миранды и Нико не было дома, так что Кэсси волей-неволей пришлось развлекать
молодого человека и сообщать ему насущные подробности касательно
приготовлений к субботнему балу.
Юноша предложил прогуляться по саду.
— В Брюсселе я ужасно соскучился по нашим зеленым кущам, — вздыхал
он, обводя взглядом увитые розами беседки.
— Итак, вы замужем за сыном Миранды, — протянул Бернардо, едва его
спутница закончила перечислять сюрпризы и развлечения, назначенные на званый
вечер. — Будь я вашим мужем, cara, я бы не отпустил вас от себя так
надолго. — Кэсси мило потупилась. Восхищенный взгляд юноши ничуть ее не
пугал, но кружил голову, словно дорогое вино.
— Джоэл по горло увяз в делах, — безмятежно пояснила она. — А
мне так хотелось поближе познакомиться с его матушкой!
— И мысль эта наверняка исходила не от Джоэла, — сухо
прокомментировал Бернардо. — На моей памяти мистер Говард-младший ни
разу не потрудился вспомнить о существовании матери. Моего отца это и
удручает, и злит. Вы ведь знаете, как они познакомились и полюбили друг
друга — в ту пору, когда Миранда еще была замужем за отцом Джоэла?
Кэсси кивнула в знак подтверждения.
— Миранда достойна всяческого восхищения, и я всей душой люблю ее.
Жаль, что сын упорно не желает оценить ее по достоинству, хотя в моих глазах
Говард-младший отчасти искупает свои грехи выбором невесты.
В голосе Бернардо снова послышались нежные ноты и, вспоминая шутливое
замечание Миранды о флирте, девушка позволила себе подыграть собеседнику — и
весело подхватила:
— Ну разве не мило с его стороны отослать меня к Миранде одну?
— Еще как мило, — охотно согласился Бернардо. — Хотя, будь вы
моей женой, малютка Кэсси, я бы вас ни на шаг от себя не отпускал. Честное
слово, женившись на вас, я надолго позабыл бы и про офис, и про дела, —
все больше увлекался юноша, — я бы не нашел в себе сил покинуть пределы
спальни! — Кэсси жарко вспыхнула, и молодой человек от души рассмеялся.
— Что за трогательное целомудрие! Прав был отец, называя вас цветком
редкостным и нежным! Здесь, в Италии, умеют беречь и холить создания столь
дивные, но сдается мне, что ваш англичанин не столь заботлив.
Кэсси совсем не хотелось вслух критиковать поступки Джоэла — ведь тогда,
чего доброго, собеседник до
...Закладка в соц.сетях
