Жанр: Любовные романы
Самый яркий свет
..., сделав заказ официанту. Помолчав, она
спросила; — Как ты думаешь, сколько вам понадобится людей? Они будут
работать на Рождество и в Новый год, а так как в большинстве своем это будут
люди молодые, короче говоря, девицы, то мне нужна твоя гарантия. Ты должен
обеспечить их доставку на работу и с работы.
— У нас же есть автобус для персонала, — напомнил Деннис.
Эбби покачала головой.
— Ну нет. Я не могу позволить моим девочкам искать, где там застрял ваш
автобус, и в одиночестве бродить в темноте. Тебе придется хорошенько
подумать. Ты знаешь мое мнение на этот счет.
— Знаю, знаю, — простонал Деннис. — Ты представляешь, сколько
будет стоить доставка от двери до двери каждой твоей девицы?
— А ты представляешь, сколько будет стоить молодой девушке
преследование какого-нибудь гуляки, если не кого-нибудь похуже? —
твердо возразила Эбби и для пущей убедительности решительно хлопнула ладонью
по столу. — Это мое условие, Деннис. Я настаиваю на транспорте. Если ты
не можешь гарантировать моим девушкам безопасность, то я не могу ничем тебе
помочь.
— Тогда я снижу им заработок, — попробовал торговаться Деннис.
— Ничего подобного, — безмятежно улыбнулась Эбби и приступила к
первому блюду. — Ммм... Вкусно. Очень рада, что ваш повар не
ограничивается оформительскими изысками, а. то, должна признаться, мне уже
порядком надоели красивые тарелки с полуостывшей и безвкусной едой. Вы, как
я вижу, расширили ассортимент вегетарианских блюд. Молодцы. А то у вас был
один омлет...
— Посетители требуют здоровую пищу, и наш повар в этом с ними
заодно, — с довольной улыбкой сообщил Деннис и замолчал, наслаждаясь
едой. — А у тебя какие планы на Рождество в этом году? — спросил
он наконец.
Эбби выразительно пожала плечами.
— Как обстоят дела со свадьбой?
— Никак, — с грустью призналась она.
— Что ж, можешь быть уверена, если решишь устроить завтрак здесь, мы
сделаем все, что только в наших силах.
— Ага.
Миссис Эшли, мать Стюарта, уже предложила устроить свадебный прием в их
огромном саду, и в душе Эбби признавала, что ничего лучше быть не может
Единственное, что удерживало ее от окончательного согласия, это страх перед
напористостью будущей родственницы. Как бы разумно ни было ее предложение,
но стоит уступить хоть немного, и энергичная леди все захватит в свои руки.
С другой стороны, две старшие сестры Стюарта уже вышли замуж, и его мать,
имея немалый опыт, наверняка устроит идеальный прием.
Но ведь Кэти — моя дочь, и я тоже хочу... Чего ты хочешь? — угрюмо
спросила себя Эбби. Ты просто ревнуешь... потому что чувствуешь себя лишней,
ненужной...
Если по справедливости, то она знала, что должна быть благодарна родителям
Стюарта за их щедрое предложение взять на себя не только хлопоты, но и
материальные издержки. Естественно, тягаться с ними у нее возможности нет.
Как бы ни процветал бизнес, доходы Эбби были весьма скромными по сравнению с
доходами мистера Эшли.
Когда же она заговорила с дочерью о приеме в отеле, то от ее внимания не
укрылась мгновенная растерянность Кэти.
— Не будет ли это... как-то безлико? — неуверенно спросила дочь.
— Пожалуй, — согласилась Эбби, но сердце ее сжалось от дурного
предчувствия. — У нас еще много времени впереди. В конце концов вы ведь
не назначили день.
— Ну да, ты права. Знаешь, мама Стюарта говорит, что все хорошее надо
заказывать задолго. Когда они выдавали замуж Джину, им пришлось дважды
откладывать свадьбу, потому что они не могли найти подходящую прислугу, да и
цветочная фирма пошла им навстречу только потому, что у кузины Джины там
работала приятельница. Мама Стюарта устроила прием в одном совершенно
замечательном отеле, — волнуясь, продолжала Кэти, — который
находится всего в получасе езды отсюда. Судя по рассказам Джины, это не
отель, а сказка. Когда-то это был частный дом, построенный богатой
аристократкой, которая встречалась там со своим возлюбленным...
Эбби похолодела, ибо отлично поняла, о каком отеле рассказывает Кэти. Виду,
разумеется, не подала, заметив лишь:
— Это слишком далеко. Больше часа езды... Думаю, не стоит затевать...
— Не больше часа, а всего полчаса, — возразила Кэти. — По
новой дороге гораздо быстрее. Но ты, конечно же, права, это ужасно дорого.
Так что нечего и говорить...
— Не расстраивайся, дорогая, — попыталась успокоить ее Эбби,
сожалея о своих словах. — Обещаю, твоя свадьба будет великолепной.
— Знаю, мама. В конце концов, главное — любимый человек и твои чувства
к нему, а все остальное... Просто... — Она поморщилась. — Мне все время
кажется, что миссис Эшли думает, будто Стюарт мог бы подыскать себе кого-
нибудь получше. Она этого прямо не говорит, как ты понимаешь, но...
— Ерунда. Как раз Стюарту очень, даже очень повезло, — решительно
возразила Эбби.
— Ты так думаешь, потому что ты моя мама, — засмеялась Кэти.
— А мама Стюарта говорит то, что говорит, потому что она мама Стюарта.
Все матери хотят, чтобы их дети получили самое-самое лучшее, и это вполне
естественно. Нет, Кэти, ты никогда не должна забывать, что ты лучше всех. Не
позволяй никому сбивать себя с толку. А если Стюарт думает иначе, если он не
верит, что ты лучше всех, то он не достоин тебя.
— Ох, мамочка, — со слезами в голосе пролепетала Кэти.
— Помнишь, что я тебе обычно говорю? — врываясь в ее мысли, вдруг
спросил Деннис. — Не смотри сейчас, но слева от тебя сидит человек,
который думает так же, как я. Весь вечер он не сводит с тебя глаз.
— Ты преувеличиваешь, — сухо возразила Эбби, но тем не менее
ощутила некоторое любопытство и словно невзначай повернула голову.
Сидевший за соседним столом мужчина смотрел на нее в упор.
Эбби показалось, что зал заходил ходуном, и сердце сжала холодная рука,
когда она заглянула в глаза своего бывшего мужа. В глаза того самого
мужчины, который, как поклялась она дочери, их дочери, ни под каким видом
никогда не вернется в их город.
Этот самый мужчина украл ее любовь, разбил ей сердце и едва не разрушил ее
жизнь.
Эбби смотрела на него, чувствуя, как постепенно каменеют ее лицо, ее тело,
ее мысли. Она была не в силах пошевелиться, отвернуться, сделать что-нибудь.
Откуда-то издалека до нее донеслись извинения Денниса:
— Эбби, прошу прощения, кому-то я срочно понадобился. Постараюсь
вернуться побыстрее. Если хочешь сладкое...
Эбби слышала его, но была совершенно не в состоянии бороться с гигантской
ледяной волной, перенесшей ее в совершенно чужое место. С одной стороны, все
знакомо и узнаваемо, с другой — незнакомо и неузнаваемо, и она не понимала,
почему вдруг все и вся преобразились от одного лишь присутствия человека,
который должен был быть в этот час, в этот день, в этой жизни на другом
конце света.
— Нет...
Едва это одно-единственное слово соскользнуло с помертвевших губ Эбби, как
Сэм, по-прежнему не сводя с нее глаз, медленно встал из-за стола и
направился к ней.
Эбби хотела вскочить, убежать, провалиться сквозь землю, но не могла
пошевелиться.
— Эбби...
До боли знакомый голос проник ей в самую душу. Эбби затрепетала. Но если когда-
то этот голос заставлял ее дрожать от счастья и страсти, то теперь она
дрожала от ярости и неожиданности.
Как он посмел? Как посмел вновь явиться сюда? Как посмел вновь вторгнутся в
ее мир... в ее жизнь? И, самое главное, как посмел приблизиться к ней,
словно... словно...
— Эбби...
И совсем не изменился, мысленно отметила она. Да нет, Сэм стая еще
мужественнее и привлекательнее. Волосы у него еще не поредели и почти совсем
не поседели. Ничего ему не делается... Даже проседь его украшает...
Загорел... И двигается легко, молодо... Костюм, видно, из дорогого
магазина... А глаза... Глаза все такие же голубые-голубые... И рот...
В отчаянии Эбби принялась молиться, чтобы Господь не дал ей лишиться чувств.
Только не здесь и не сейчас...
А Сэм все приближался. Эбби из последних сил боролась с переполнявшими ее
страхом и злостью.
Вот он совсем близко. Слишком близко. Нельзя показать ему, как я реагирую на
его появление. Он не должен знать ни моих страданий, ни ожившей ненависти...
Что бы там ни было, а я должна сделать вид, будто ничего особенного не
произошло и меня совсем не трогает эта неожиданная встреча в ресторане.
Должна, и все туг.
Он протянул руку, но Эбби вскочила и отшатнулась с криком:
— Нет!.. Не подходи ко мне! Я сказала, не подходи ко мне... И не трогай
меня!
Она знала, что люди смотрят на них, и в ресторане мгновенно наступила
мертвая тишина, но ей было наплевать на все. Она хотела только одного: чтобы
этот человек, ее бывший муж, отошел подальше и, может быть, вовсе исчез.
— Ты не имеешь права находиться здесь, — услышала она свой
звенящий шепот. — У тебя нет никакого права...
— Эбби, нам надо поговорить...
До чего же спокойно звучит голос Сэма! Мысленно Эбби отметила и это, и
многое другое, но ее чувства оставались глухи ко всему. Даже то, что почти
все посетители ресторана наблюдали за ними... за ней...
Не раз Эбби приходилось слышать о людях, которые впадают в панику, но она
плохо представляла, что это такое. А теперь сама запаниковала. И как! Умом
она понимала, что не в силах управлять собой, и ничего не могла поделать...
Не могла даже скрыть свои чувства.
— Не приближайся ко мне. Я тебя ненавижу, — прошипела она и,
демонстративно обойдя Сэма, направилась к двери.
Никогда прежде ей не приходилось испытывать такого страха, такого шока...
Когда ненависть настолько переполняет все твое существо, что ты готов вот-
вот задохнуться и почти ничего не соображаешь.
Выйдя из ресторана, она увидела спешащего навстречу Денниса, и Эбби поразило
испуганное выражение, какого ей никогда не приходилось видеть на его лице.
— Эбби, что ты? Что случилось? — Однако она не приняла его руку и,
покачав головой, дрожащим голосом пролепетала нечто совершенно несуразное:
— Я не знаю... Отравилась... Извини, поеду домой... Я позвоню...
— Давай я отвезу тебя. Подожди у главного входа, сейчас подгоню
машину...
— Нет! — едва не закричала Эбби. — Пожалуйста, не надо...
Оставь меня... Извини, мне надо домой... Все пройдет, как только я доберусь
до дома. Мне просто надо побыть одной. Извини, Деннис.
Не в силах произнести больше ни слова, она едва ли не бегом бросилась к
выходу.
Машину Эбби оставила на стоянке, однако, не испытывая ни малейшего желания
садиться за руль, отправилась домой пешком.
Вскоре показался ее коттедж. Когда Эбби купила его, друзья решили, что она
сошла с ума, поселившись так далеко от города. Теперь те же самые друзья с
завистью говорили о ее предусмотрительности, поскольку Земля в этом районе
подскочила в цене. Возле дома был большой сад, на который Эбби потратила
уйму времени и сил, чтобы превратить его в райский уголок. А прошлым летом
Эбби устроила еще и великолепную теплицу...
Задыхаясь от перехватывавших горло спазмов, Эбби то и дело испуганно
оглядывалась, боясь, как бы Сэм... Не дай Бог, он последует за ней.
Зачем он приехал? Что ему тут нужно? Сколько времени он сидел в ресторане,
разглядывая ее? Нечего ему тут делать! Нечего... И никого у него тут нет...
Никого!
Никого, кроме...
Эбби застыла на месте, не в силах пошевелиться. Как раз сегодня Кэти
уверяла, будто видела отца.
— Нет, — прошептала Эбби, не замечая, что вслух произнесла это
слово/
— Ты его видела?! Ты видела в отеле папу?!
— Так ты знала, что он там, — прошептала Эбби. — Знала и не
сказала мне. Почему?..
Она расплакалась.
— Мамочка, не надо. Я виновата. Но я не хотела... Мне бы никогда...
Следом за Кэти в комнату вошел Стюарт и, обняв свою невесту, словно защищая
ее от всего света, тихо проговорил:
— Эбби, она здесь ни при чем. По крайней мере, она ничего не знала. Не
ее вина, что ваш бывший муж вернулся. Это моя вина.
— Твоя? — растерялась Эбби.
— Стюарт только сегодня признался мне, что он сделал, — вспыхнула
Кэти. — Он хотел устроить нам сюрприз.
— Дорогая, позволь мне самому объяснить, — попросил Стюарт, нежно
целуя Кэти, прежде чем вновь обратиться к Эбби. — Я понимаю, что Кэти
никогда не скажет вам об этом сама... Она слишком любит вас и очень боится
причинить вам боль... Но я-то знаю, как ей хотелось посмотреть на своего
отца... Думаю, и мама с папой со мной согласны, это вполне естественно. Кэти
сказала мне, что не имеет возможности взяться за его поиски, потому что вы
расстроитесь. Но уже прошло больше двадцати лет, как вы развелись с мужем,
и, мне кажется, я понимаю, как важно для Кэти увидеться с отцом... Может
быть, пригласить его на свадьбу... Поэтому я на свой страх и риск предпринял
поиски. Вообще-то я планировал лететь в Австралию, чтобы встретиться с ним,
поговорить... Но у вашего бывшего мужа оказались собственные представления о
том, что надо делать. Поверьте, меньше всего на свете я хотел свалиться вам
будто снег на голову.
— Ты хочешь сказать, что это благодаря тебе он тут? — не сводя
глаз со Стюарта, прошептала Эбби онемевшими губами.
— Да.
— И ты, естественно, обсудил свой план с родителями? — продолжала
она допрос.
Кэти поморщилась, и Эбби больно задело, что дочь не только приняла сторону
Стюарта, но и потянулась к нему за защитой, словно испугалась собственной
матери. Вот они, образно говоря, и оказались по разные стороны.
— Да, — не выказывая ни малейшего раскаяния, подтвердил Стюарт.
— И они решили, что это блестящая идея? Твоя мать поддержала тебя,
насколько я понимаю? Тебе ведь нравится, когда твоя мама поддерживает и
одобряет тебя, правда, Стюарт? — спрашивала Эбби ледяным голосом.
Она видела, как у молодого человека покраснели уши, и внутренний голос
нашептывал, что не надо окончательно отталкивать от себя дочь, унижая ее
возлюбленного, но Эбби вошла в раж.
— Ты случайно не забыл, что я мать Кэти и, если бы считала, что для ее
блага должна устроить ей встречу с отцом, я бы это сделала?
— Вы? — сердито переспросил Стюарт. — Да вас так переполняет
ненависть к нему, что вы ничего не видите у себя под носом. Для вас важнее
всего ваши собственные чувства, и вам даже в голову не приходит
поинтересоваться чувствами вашей дочери. А ведь Кэти необходимо
познакомиться с отцом, встретиться с ним, поговорить. Вы даже не замечаете,
как Кэти боится хоть чем-то задеть вас, как оберегает вас от всего и
молчит... Молчит о том, что ей до смерти хочется познакомиться с собственным
отцом.
Эбби взглянула на дочь.
— Это правда?
Ответ она прочитала в глазах Кэти.
— Почему же ты ничего мне не говорила? Никогда...
— Я не хотела причинять тебе боль...
— Она знала, что вы не поймете, — довольно грубо заявил
Стюарт. — Она знала, что вы не позволите ей иметь собственное мнение на
этот счет, не позволите проявить любопытство, не позволите разыскивать
отца... Короче говоря, вы ничего ей не позволите, кроме как разделить вашу,
именно вашу, обиду. Вы только и делали, что рассказывали Кэти, как ваш муж
бросил вас обеих и что он не достоин быть ее отцом. Вы подумали, что она
должна была чувствовать, зная, как вы ненавидите человека, который дал ей
жизнь?..
— Я лишь хотела защитить тебя, — прошептала Эбби, обращаясь к
дочери. — Я не хотела, чтобы он обидел тебя, как обидел... Ох, Кэти...
Эбби потянулась, чтобы обнять дочь, и застыла в ужасе, потому что Кэти
предпочла ее объятиям объятия Стюарта.
— Мама, мне очень жаль, что все произошло так, как произошло, но Стюарт
правильно говорит. Я действительно мечтала познакомиться с отцом... И ты не
должна винить Стюарта за то, что случилось... Он хотел сделать для меня как
лучше. — Кэти посмотрела на жениха и улыбнулась ему сквозь
слезы. — Стюарт только что рассказал мне, как разыскал моего отца. Он
хотел, чтобы мы познакомились.
— У тебя нет права вмешиваться, — упрекнула молодого человека
Эбби.
— У меня есть право, — спокойно возразил тот. — Я люблю Кэти
и хочу, чтобы она была счастлива. Если она мечтает познакомиться с отцом,
пусть...
— Возможно, она и мечтает, — перебила Эбби. — Но будет ли она
счастлива?..
— Я знаю, что когда-то давно он не хотел, чтобы я появилась на свет, и
не поверил, будто я его дитя, — тихо заметила Кэти. — Но времена
меняются. И люди меняются...
— Некоторые, наверное... — с горечью отозвалась Эбби. — Но я не из
их числа. Я не изменилась.
— Ты когда-то любила его, — дрожащим голосом напомнила Кэти.
— Думала, что любила, — поправила ее мать, — и думала, что он
меня любит... Но я ошиблась. И в том, и в другом.
— Ну же, расскажи еще раз, что случилось, — потребовала
Фрэн. — Господи, в таких случаях я всегда отчаянно жалею, что бросила
курить...
Эбби с усмешкой посмотрела на нее.
— Я уже рассказала... два раза.
— И все равно не могу поверить. Они сидели друг против друга за большим
деревянным столом в кухне Фрэн.
— Ты и вправду думаешь, что Стюарт разыскал Сэма, и поэтому Сэм взял и
нежданно-негаданно объявился?
— Ну да, если верить Стюарту, — мрачно проговорила Эбби. —
Ох, Фрэн, никак не могу поверить. Ну, почему, почему Кэти ни разу не сказала
мне, что хочет познакомиться с отцом? — Заметив сочувственное выражение
на лице лучшей подруги, она едва не расплакалась. — Ты согласна со
Стюартом и его вездесущей мамочкой? Ведь так? Ты тоже думаешь, что Кэти
боялась меня и поэтому молчала... А я была слишком занята собой, своими
чувствами и своими делами, чтобы разглядеть ее муки? Ты так думаешь?
— Я не думаю, я знаю, ведь это сущая правда, — кивнула
Фрэн. — Конечно же, я понимаю твои чувства. Любая мать на твоем месте
вела бы себя, наверное, так же... Ты подожди, пока у Кэти появятся
собственные дети... Но если говорить всерьез, то естественно, что Кэти
заинтересовалась своим отцом. Это инстинкт. Ребенок всегда интересуется
своими родителями, хочешь ты этого или нет. Я отлично понимаю, что ты
чувствуешь сейчас, — сказала Фрэн, ласково накрывая ладонью руку
подруги. — Не забывай, я тоже свидетельница тех событий... хотя застала
самый их конец, но я видела, что с тобой сделал ваш разрыв, и...
— Что?
— Сэм ведь пытался встретиться с тобой, хотел поговорить, —
напомнила Фрэн. — Ты сама мне говорила. И он хотел помогать вам.
— Поговорить... О чем? О том, что он прав и Кэти не может быть его
ребенком? О том, что он уверен в моей измене и в моем желании навязать ему
отцовство?
— Наверное, он был в шоке, когда ты сообщила ему о ребенке. Вспомни то
время. Посмотри, как шагнула вперед медицина. Впрочем, сами же медики до сих
пор утверждают, что безошибочный диагноз может поставить только
патологоанатом, — позволила себе своеобразную шутку Фрэн. — А
тогда... И не забудь, Сэм к тому же не мог не чувствовать свою вину. Он-то
видел, как ты счастлива, что у тебя будет ребенок, и при этом был на сто
процентов уверен в своем бесплодии. Ты же говорила, что о детях у вас вообще
речи не шло.
— Фрэн, ты тоже думаешь, что я была не права? Думаешь? — выпалила
Эбби, не скрывая переполнявших ее чувств. — Если бы он просто сказал,
что не понимает, каким образом я могла забеременеть, если хотя бы выказал
желание перепроверить свой диагноз, тогда, возможно, нам было бы что
обсуждать. Но обвинить меня в измене, приплести Ллойда! Ведь Сэм отлично
знал... Фрэн, клянусь, у меня никогда ничего не было ни с кем, кроме
него. — Она отвернулась и нехотя добавила: — Потом тоже ничего не было.
Вновь взглянув на Фрэн, Эбби увидела, что столь откровенное признание
изумило подругу.
— А ты что воображала? — с усмешкой спросила она, возвращаясь к
своей обычной манере вести разговор. — Что у меня есть тайная жизнь?
Что я развратничаю втихомолку? — Эбби покачала головой. — Секс
никогда не был для меня тождествен голоду, который можно удовлетворить
походя. Мне были нужны чувства, а их-то как раз и не было, с тех пор... С
тех пор, как Сэм и я...
— Природа не очень-то добра к женщинам, как ты думаешь? Формально нам
предоставлена свобода удовлетворять наши сексуальные запросы, не рискуя
забеременеть, если этого не хочешь, и материально не завися от партнера, но
в девяти из десяти случаев нас подводят чувства.
Не очень-то наседай на Кэти и Стюарта. И не обижайся на них. Думаю, Стюарт
верит, что он действовал из самых лучших побуждений. Сделай скидку на его
молодость и влюбленность. Мне кажется, он ничего и никого не видит, кроме
своей Кэти... И ему ужасно хочется сделать ее счастливой.
— Он хочет сделать ее счастливой? — устало переспросила
Эбби. — Или его матери неймется? Ох, извини. — Эбби закрыла глаза
и помассировала шею. — Не знаю, что со мной творится. Но с тех пор как
Кэти и Стюарт объявили о своей помолвке, я чувствую, как будто... как
будто...
— Как будто ты теряешь ее?
Эбби покраснела и кивнула, не глядя на подругу.
— Смешно, я знаю, ревновать дочь, потому что она влюбилась и в ее жизни
появился человек, который сейчас для нее важнее меня. Понимаешь, я все время
повторяю себе, что нельзя так. Напоминаю, что Кэти уехала из дома еще до
того, как встретила Стюарта, и что вполне естественно для его матери
заниматься свадьбой, но... Как ни борюсь с собой, что-то меня гложет... Мне
больно и обидно... И я вправду ее теряю...
Собственно, дело даже не в том, что я ей больше не нужна. Она не хочет быть
со мной... Я стала для нее обузой, словно стою преградой на пути. Фрэн,
семья Стюарта может дать ей гораздо больше, чем я. Каждый раз при встрече с
миссис Эшли я вижу, с какой оскорбительной жалостью она думает о моей
бедности или о моем одиночестве и прикидывает, насколько удачливее меня. А
так как Стюарт считает ее совершенством, то и Кэти...
— Кэти любит тебя, — перебила Фрэн. — И, по-моему, миссис
Эшли ощущает в твоем присутствии робость, потому что ты многого достигла,
дорогая Эбби. Да, да. У нее обычная роль жены и матери, но ей ни разу в
жизни не пришлось выйти из своего тесного мирка и показать всем, чего она
стоит сама по себе. Всем известно, что ее семья и семья мистера Эшли всегда
были обеспеченными. У бедняжки Анны не было материального стимула что-то
делать, чего-то добиваться... и, естественно, ей в голову никогда не
приходило, что можно самой себя обеспечивать. Что же до ее семейной жизни...
Тебе известно, что мы с ней в одном комитете? Она в нем председательствует,
а я где-то в самом низу, но у меня есть уши, и я слышу всякие сплетни, хочу
того или нет. В свое время ее старшая дочь восставала против материнской
заботы, заявляя, что задыхается от нее. Собственно, то, что мать жениха
предложила самолично заняться свадьбой, говорит о ее вопиющей бестактности,
но ведь тебя волнует не мать Стюарта, правда? По крайней мере, не в первую
очередь?
— Ты права, — кивнула Эбби. — Меня волнует Кэти. Она очень
переменилась с тех пор, как влюбилась в Стюарта...
— Но, дорогая, она взрослеет, утверждает себя как личность, утверждает
свою независимость. Не забывай: ты для нее недостижимый идеал, так что
соперничать с тобой весьма и весьма трудно, но из упрямства стоит
попробовать.
— Я сделала карьеру, поскольку была вынуждена ее делать, а не потому
что одержима честолюбием и желанием кому-то что-то доказать, —
возразила Эбби. — Будь у меня выбор, я бы ничего так не хотела, как
быть обыкнове
...Закладка в соц.сетях
