Жанр: Любовные романы
Репетиция брака
...этой клятвы. Зачерпнув воды, он пошел
обратно. Погода стояла жаркая Поэтому Чарльз и предложил пойти на пляж.
Теснота коттеджа раздражала его. Ему нужно было более широкое пространство
для того, чтобы свободно дышать.
Джейн, очевидно, чувствовала это, и поэтому милостиво, чего он, по его
мнению, не заслуживал, позволила ему побыть одному. К сожалению, это и
тревожило, и восхищало его. Он не хотел, чтобы она занимала все его мысли,
но с другой стороны, ему было приятно находиться в ее компании.
Чарльз поморщился от своих противоречивых чувств.
После того незаконченного поцелуя он определил для себя, что лучше всего
быть откровенным только при обсуждении общих служебных, а не личных тем,
например, таких вопросов, которые она задавала в Харборе о Джеке. На них
было гораздо легче ответить, чем на вопросы о происходящем между ними. Джейн
улыбнулась, когда он приблизился к дюне, где они лежали на одеяле.
— Я уже стала думать, что вы решили погулять по пляжу.
— Просто кое о чем задумался.
Ему нравилась свежесть и чистосердечность ее улыбки. Среди тех женщин,
которых он знал, ему не нравились те, которые обиженно надували губки.
— О чем? — спросила она с нерешительным любопытством.
Она была одета в обтрепанные и отрезанные выше колен джинсы и тенниску с
надписью:
Я туристка, побывавшая в Челси
, которые ей подарила Луиза в
качестве местной рекламы.
Томми был весь в песке, но хорошо защищен от солнца. Ведерко с водой Чарльз
поставил в песок рядом с малышом.
Чарльз посмотрел на творение Тома, похожее, пожалуй, на обвалившийся ров.
— Это замок, тигренок?
— Вы пытаетесь уйти от ответа на мой вопрос, не так ли?
Томми захлопал в ладоши, улыбаясь и бросая песок через бедро Чарльза.
— Послушайте, я знаю, что моя компания не доставляет вам большого
удовольствия, но я не хочу ввязываться с вами в ненужный спор, —
ответил Чарльз, снимая с себя рубашку и кладя ее рядом.
— Иногда спор может прояснить атмосферу, — сказала она, потом
протянула руку и бессознательно — Чарльз был уверен — стряхнула песок с его
бедра.
На нем тоже были обтрепанные и обрезанные выше колен джинсы. Когда ее пальцы
коснулись его кожи, он в своих мыслях представил, что они скользят выше, под
обрезанные края джинсов. Он осторожно отодвинулся, чтобы она не могла до
него достать.
— Я не люблю спорить с женщинами.
— Действительно, женатые люди спорят, у них бывают разные мнения. Они
даже отвечают на вопросы друг друга, — сказала она, стряхивая с рук
песок.
— На какие вопросы? — спросил Чарльз, осторожно взглянув на нее.
Она занялась сооружением Тома.
— Относительно Джека. Относительно того, как обстоят дела с другим
расследованием. Мне не нравится напряженность, существующая между нами,
Чарльз. Может быть, какие-то ответы помогут ослабить ее?
—
Напряженность
— прелестное, единое для всех случаев жизни
слово, — тихо промолвил он, чувствуя, что сексуальная напряженность
между ними становится слишком явной.
Ее щеки и нос порозовели под солнцем, когда-то аккуратная прическа
конский
хвост
распустилась, и пряди волос падали ей на щеки и на шею.
Если бы Том спал, то он встал бы на колени перед ней и поцеловал бы ее
безумным, горячим и глубоким поцелуем. И — вот дьявольская вещь! — он
ведь знал, что она ответила бы ему, ответила, не колеблясь и с жаром.
А перед пылом Джейн было бы очень трудно отступить. Во много раз труднее,
чем перевести разговор в другое русло.
— Что вы взяли с собой на ленч? — спросил он в попытке изменить
тему разговора. Он устроился на подстилке как можно подальше, но чтобы это
не бросалось в глаза, а потом открыл корзину и заглянул внутрь.
— Вы только что ели, два часа тому назад.
— Томми умирает от голода, правда, тигренок? Посмотрите, как он ест
песок!
— Нет, нет, мой любимый, это бяка! — проговорила Джейн, пытаясь
стряхнуть песок с его рук и с лица. — Очень жаль, что вода еще
холодная, а то мы могли бы отнести тебя в море и прополоскать.
Чарльз выкопал в корзине пакетик с картофельными чипсами и несколько
кусочков жареной курицы, завернутых в фольгу, которые остались от вчерашнего
ужина.
— Вы хорошо стряпаете, — сказал он, отрывая белое мясо для Тома.
— Вы говорили мне об этом вчера вечером.
— Это стоит повторить. Смотрите, и Томми согласен.
Малыш, действительно, ел с аппетитом. Джейн вынула контейнер с фруктами и
сняла крышку. Выбрав кусок дыни, она протянула его Тому, но он оттолкнул
дыню и потянулся за курицей.
Чарльз дал ему еще один кусочек и сам принялся за куриную ножку. Он
посмотрел через дюны на пляж. На нем кое-где были заметны отдыхающие, но
пункты спасателей оставались еще пустыми.
— Просто удивительно! Еще через месяц на этом пляже яблоку негде будет
упасть.
— Да, нам повезло? Мы избежим этого столпотворения! Бьюсь об заклад,
что вы стремитесь домой, к своей обычной жизни!
— Да, это точно.
— И вернетесь к работе.
— Да, и это тоже. Я счастлива, что у меня есть компетентные помощники.
Когда я позвонила своему менеджеру и сказала, что несколько недель буду
отсутствовать, она была в восторге. Они вполне могу справиться без меня. А
как вы? У вас ведь нет партнера, не так ли?
— В настоящий момент нет. Я просто закрываю двери.
Чарльз кинул остатки пищи морским чайкам и подумал, как легко вести вот
такой разговор.
Он бросил быстрый взгляд на Джейн, которая занималась ребенком. Она укутала
его в одеяло, взяла на руки и стала убаюкивать.
Он собирался задать ей еще несколько безопасных, пустых вопросов, когда
Джейн, не глядя в его сторону, — спросила:
— Почему мы ведем такой бессмысленный разговор?
— Потому что бессмысленный разговор во много раз безопаснее, —
сказал он, поперхнувшись от ее прямоты.
— Безопаснее чего? — спросила она, взглянув на него широко
открытыми глазами.
В течение целых пяти секунд он размышлял сам с собой.
— Чем пытаться понять, как мне удалось удержаться от того, чтобы не
поцеловать вас, — сказал он, сознавая, что одной фразой ответил на
тысячу других вопросов.
Джейн посмотрела, удобно ли Тому.
— Я не знаю, как вы можете говорить такое? Это производит впечатление,
что вы раздваиваетесь.
Чарльз нахмурился. Да, может быть, это он как раз и делал. Может быть:
раздвоенный
означает осмотрительный и незапутанный.
Глаза мальчика закрылись, Джейн медленно покачивала его, пока он не заснул.
Она осторожно положила его на ту часть одеяла, где не было песка.
Единственное свободное место оставалось рядом с Чарльзом, и она без
колебаний заняла его.
— Задавайте свои вопросы, — хрипло сказал он, напоминая себе о
компромиссах. Вопросы, касающиеся расследования, находились в безопасной
области.
Она села, скрестив ноги; одно ее колено упиралось ему в бок.
— Что за расследование ведет полиция, которое мешает ей арестовать
Джека?
Он заставил себя собраться с мыслями и сосредоточиться, хорошо ощущая своим
ребром, как она подталкивает его коленом.
— Расследование происходит внутри департамента полиции. Мафиозная
группа платит Джеку за то, чтобы он охотился за неопытными полицейскими
новобранцами. Он приглашает недавно окончивших полицейскую академию лиц в
ресторан на бесплатный обед и дружескую беседу. В конечном счете Джек узнает
их и выделяет из них наиболее эксцентричных.
— Эксцентричных?
Отличных от других. Уязвимых, скорее всего. Во всяком случае, он
устанавливает дружеские отношения с таким человеком, и этот полицейский
начинает делиться с ним своими трудностями, например, рассказывает, что он
разорился или что находится в долгах, или откровенничает о проблемах с
любимой девушкой.
— Именно это его очарование и умение общаться привлекли Джесси, —
Джейн сделала гримасу.
— Да, завоевав их доверие, он приглашает их поехать с ним в Атлантик-
Сити поиграть в азартные игры и повеселиться.
— Атлантик-Сити? — поразилась Джейн.
— Да. А что вас удивляет?
— Именно в Атлантик-Сити Джесси встретила Джека. Она была там по
заданию журнала. У Джека есть видеокамера, и он сказал Джесси, что является
одним из тех журналистов-любителей, которые гоняются повсюду за новостями в
ожидании чрезвычайных происшествий.
— А она знала, что он из Харбора?
— Очевидно, они летели одним самолетом. Джек прилетал в Атлантик-Сити с
каким-то бизнесменом на уик-энд, потому что у него был свой ресторан в
Харборе.
Не желая разбираться в своих побуждениях, Чарльз обнял Джейн рукой и
заставил лечь с ним рядом. Он услышал, как она вздохнула.
— Так лучше?
— Да. Меня просто стало сводить судорогой от усилий не касаться вас.
— Ведите себя прилично, — сказал он хрипло.
— Я буду вести себя наилучшим образом, — сказала она, теснее
прижимаясь к нему. Ее рука обняла его за талию, а волосы рассыпались по его
плечу.
Он не обратил внимания на веселые нотки, прозвучавшие в ее голосе, думая о
том, что ничего страшного не может произойти, если он сам будет сдержанным.
— Хотите услышать остальное?
— Гм, — хмыкнула она. Ее груди соприкасались с его грудью, и он
вдруг понял, как он легко может положить ее на себя. Сам он мог оказаться на
ней или обнять своей рукой нижнюю часть ее тела... Когда она придвинулась
немного ближе, он просунул ногу между ее ног, не обращая внимания на
предостерегающий внутренний голос.
— Где я остановился?
— Джек ездил в Атлантик-Сити с молодыми полицейскими.
— Ах да! Джек представляет полицая нескольким своим друзьям и женщинам.
Потом, когда новичок расслабится, Джек снимает на видеопленку сцены, где коп
играет в карты с членами шайки, или... — Чарльз нахмурился,
почувствовав, что ему противно то, что он собирался сказать.
Джейн перебирала пальцами волосы на его груди. Когда он замолчал, она
подперла голову рукой и взглянула на него сверху вниз.
— Или что?
— Или записывает на пленку, как юнец занимается любовью с одной из
красоток.
Вместо того чтобы покраснеть от стыда, как он ожидал, она рассердилась.
— Какой ужас!
Джек сам не является участником оргии. Потом он передает видеозапись своим
друзьям из шайки, а они делают копии. Одну из них они посылают полицаю и
сообщают ему, что им от него нужно, какая информация их интересует. —
Шантаж?
— Фу, милочка! — язвительно сказал Чарльз. — Угроза
разоблачения перед департаментом, перед друзьями этого полицейского и его
семьей гарантируют сотрудничество со стороны копа. Именно тогда он начинает
предупреждать бандитов о полицейских операциях, таких, как запланированные
рейды или аресты. Так может продолжаться чертовски долго.
— Кажется, полиция прекратила это.
— Да, но им нужны неопровержимые доказательства для вынесения
приговоров. Они должны собрать много материалов, прежде чем — передать дело
в большое жюри, которое выносит решение о предании обвиняемого суду или
прекращении дела. Именно этим была занята полиция как раз в тот момент,
когда Джек попытался похитить Тома.
— Что же натолкнуло полицию на раскрытие этого дела?
— Кто-то из жертв шантажа совершил самоубийство. При этом была
оставлена записка о роли Джека и о отснятых им видеопленках.
Она вскочила, а потом вновь упала перед ним на колени, уткнувшись головой
ему в шею.
— Боже мой!
— Что случилось? — прижал ее к себе Чарльз.
— От некоторых своих клиентов я слышала об этом. По слухам, полицейский
был очень молод. Наш магазин
Стемс энд Петалс
изготовляет бесплатные венки
для похорон. — Чарльз почувствовал, как на его шею упало несколько
слезинок. Неожиданно она отпрянула и села, выпрямившись. — Джек убил
этого новичка, да?
Чарльз. Может быть, не прямо, но он, безусловно, подвел его к этому. Он не
только похититель детей, но и убийца, — сказала она жестким и злым
голосом.
Глава 6
— Давай, Томми, ты можешь это делать. Еще несколько шажков, —
уговаривала Джейн, ласково подбадривая годовалого малыша.
Он радостно улыбался, с подозрением ставя на песок свои босые ножки. Песок
на пляже не был таким сухим и твердым, как пол на веранде коттеджа или ковер
в ее квартире в городе.
— Ты такой большой мальчик, — говорила Джейн успокаивающе, стоя на
коленях в нескольких дюймах от него и протягивая к нему руки. Она понимала,
что он пытается сообразить, как можно добраться до нее, не отпуская высокого
деревянного стула, стоявшего с ним рядом. Но как раз когда он ослабил хватку
своей маленькой ручонки, неожиданный порывистый океанский бриз заставил его
ухватиться за будку спасателей.
Джейн немножко придвинулась. Ребенок, освещенный лучами послеобеденного
солнца, бросил на нее косой взгляд, как бы говорящий, что она приблизилась
недостаточно близко. Она рассмеялась и пожалела, что рядом с ними не было
Чарльза. Несомненно, он предложил бы какую-нибудь взятку, перед которой было
бы трудно устоять, например мороженое, и Том, не протестуя, смело отошел бы
от деревянной опоры. Она посмотрела назад, туда, где оставила спящего
Чарльза. После их разговора о Джеке Джейн почувствовала его отдаление. Не
столько отдаление от нее, сколько его замыкание в себе. Она не была уверена,
существует ли между ними двумя какое-то значительное различие, но у нее
сложилось впечатление, что он отстранился от нее эмоционально, несмотря даже
на то, что его рука прижимала ее к себе более твердо. Она при этом не
противилась и податливо прижималась к нему. Так они и стояли молчаливо,
каждый занятый своими собственными мыслями.
Джейн думала и оценивала сказанное Чарльзом. Ее гнев против Джека возрос, и
у нее также появились новые вопросы к сестре. Знала ли Джесси о преступной
деятельности Джека? Чувствовала ли она, что он так бесцеремонно играет
репутациями и жизнями людей? Или она была так глубоко увлечена им, что
просто не замечала ничего необычного и не прислушивалась ни к каким
свидетельствам порочности Джека? Разумеется, Джесси в конце концов порвала с
ним и отказалась видеть его. Говоря по справедливости, Джейн должна была
отдать должное сестре за такой мудрый шаг, как бы поздно она ни решилась на
него.
После откровенного рассказа Чарльза, еще больше, чем раньше, ее озадачивал
вопрос, чем привлек к себе ее сестру Джек и какие у нее были с ним дела? Но
потом Джейн вспомнила жест отвращения Джесси, когда было объявлено о
помолвке Джейн с Робертом. Джесси сказала ей, что Роберт вызывает
сексуальное влечение пуделя сестер Конрад. Джейн пришла к удручающему
выводу, что, когда дело касается мужчин, она и Джесси могли бы служить
примером неудачного и болезненного выбора.
Джейн вдруг подумала, как бы Джесси отнеслась к Чарльзу. Конечно, когда речь
заходит о сексуальной привлекательности, то один внимательный взгляд на
Чарльза может заставить любую женщину пересмотреть ее список десяти высших
достоинств мужчины. Почему он был столь явно не уверен в своей
привлекательности, в том, как его обнаженная грудь, его выцветшие добела и
обрезанные выше колен джинсы с разлохмаченными краями заставляют сильнее
забиться сердце Джейн, а губы пересохнуть?
Убаюканная теплотой солнца и безопасностью близкого присутствия Чарльза, она
задремала, а ее мысли стали переходить в очень радостные сновидения.
Через некоторое время она проснулась: Том бросал песок на одеяло и ей в
голову. С сожалением она отодвинулась от Чарльза и села. Он продолжал спать.
Его дыхание было ровным и глубоким. В коттедже Чарльз спал плохо. Тонкие
стены спальни позволяли ей слышать, что он либо не спит и ходит по комнате,
либо беспокойно ворочается в постели.
Он лежал, раскинувшись на засыпанном песком одеяле, и Джейн решила не будить
его. Однако она доставила себе удовольствие в течение нескольких мгновений
пристально разглядывать его.
Его черные волосы были спутаны ветром, лицо худое, а тело — упругое, с
хорошо развитыми мышцами. Это были не такие глыбы, которые бывают у людей,
специально занимающихся накачиванием мышц, а крепкие мускулы, которые так же
естественно украшали его, как и заманчиво выглядевшие курчавые волосы на
груди и короткие джинсы с бахромой, красиво облегавшие его бедра.
Он немного потянулся, одна рука скользнула по животу вниз, и пальцы скрылись
под пуговицами его коротких джинсов. Он слегка нахмурился, как будто
соприкосновение с одеждой показалось ему странным. Джейн быстро отвернулась,
вспомнив свой излишне любопытный взгляд, которым она смотрела на него в тот
день, когда увидела Чарльза в спальне. Она пыталась отогнать эти мысли,
убеждая себя, что поступает слишком дерзко. Ее также несколько поражало,
каким образом ему удается направлять ее мысли в таком направлении. Можно
было подумать, что большую часть своей жизни она прожила в уединении.
Неужели и Чарльз думает о ней так же, думала она.
Не однажды Чарльз смотрел на нее оценивающим или раздевающим взглядом,
неожиданно присвистывал от восторга при виде ее или заигрывал с ней. В
прошлом такое внимание со стороны разных мужчин она считала обычно
раздражающим. Другое дело — сейчас. Она понимала, что глупо позволять сердце
опережать разум. Она убедилась в этом на собственном опыте с Робертом. Но в
случае с Чарльзом осторожность была взаимной.
Его осторожность проявилась наиболее ясно, когда он решительно отказался
поцеловать ее, заявив, что его пугают последствия поцелуев. Поскольку она
была уверена, что он не имел в виду долговременные отношения, она сделала
вывод, что Чарльз подразумевал временную связь. И все же каким-то странным
образом его отказ поцеловать ее заставил Джейн быть менее недоверчивой и
меньше интересоваться своим собственным желанием, а также сделал ее более
смелой. Разве она не заснула спокойно в его объятиях на пляже? Может ли
женщина доверять мужчине и все же бояться его? Возможно, Чарльз как бы
говорил ей об этом:
Вы можете доверять мне, что я не буду склонять вас к
близости, и вы можете рассчитывать, что я уйду, когда все кончится
.
А это всего-навсего профессиональное исполнение работы, для которой он был
нанят.
Таким он и должен быть. Она тоже хотела, чтобы он был таким. Хотела, твердо
сказала она себе. Черт возьми, она действительно хотела.
Она повторила себе эти слова еще несколько раз, когда взяла Тома и пошла с
ним вдоль берега.
Спустя несколько минут Том захотел снова ходить голыми ножками по песку, а
потом опять запросился на белый деревянный стульчик, привязанный к спине
Джейн.
Джейн протянула руку, уговаривая его походить, но Том покачал головой.
— Если бы Чарльз был здесь, он подкупил бы тебя мороженым и брызгами,
правда?
Он прошел самостоятельно довольно большое расстояние и захлопал в ладоши.
— Чалз! — проговорил малыш возбужденно.
— Ах ты, маленький проказник! Когда ты научился произносить
Чарльз
?
— Мячик! — произнес Том с восторгом.
— У тебя набирается целый словарь:
мячик
,
Чарльз
и
грузовик
, — рассмеялась Джейн.
Том открыл рот, и она увидела два новых передних зуба, прежде чем он
выговорил свой знаменитый звук
л
.
Она захлопала в ладоши для того, чтобы отвлечь его. Он сразу же закрыл рот,
широко раскрыв свои карие глаза. И она, и Чарльз в первое время смеялись над
его неправильным произношением слова
грузовик
. Она подбежала к нему,
обняла и крепко поцеловала.
— Давай скажем
грузовик
, Томми. Ты можешь сказать
грузовик
?
Кажется, малыш был совершенно сбит с толку. Потом он широко улыбнулся и
произнес:
— Подем! Чалз!
— Так, ты ведь любишь ездить на машине с Чарльзом, правда, мой
любимый? — Эти поездки превратились в утренний ритуал покупки газет и
нужных для дома вещей. Она восхищалась, как быстро Том становился менее
возбудимым и более общительным! Благодаря Чарльзу ее опасения, что малыш в
будущем будет бояться мужчин, постепенно улетучивались.
Сравнивая, каким Том был сейчас и сразу же после приезда сюда, Джейн
отмечала, что его глаза вновь широко открыты от удивления и любопытства. Он
больше не цеплялся за нее так упорно, как в первые несколько дней после
вторжения к ним в квартиру Джека. Она понимала, что должна благодарить
Чарльза за всю щедрость его отвлекающих маневров в отношении малыша. Она
знала, преисполненная благодарности к Чарльзу, что такая забота о ребенке не
входит в круг его обязанностей. И все же он неизменно был терпелив, хотя
немного и балуя малыша, но никогда не влияя на него отрицательно. Она
чувствовала, что мужчина хочет, чтобы мир ребенка был ненарушаем и наполнен
хорошими вещами и безмятежными воспоминаниями. Она взяла Тома за руку. Его
смелость на твердом песке укрепилась.
— Почему бы нам не дать Чарльзу поспать спокойно несколько минут? А мы
давай погуляем по пляжу. Может быть, мы найдем раковины или морскую звезду!
Джейн пошла на запад, а не на восток, где гряда скал отделяла общий пляж от
частных участков пляжа и домов. Среди этих домов и было современное жилище
Луизы и Хэнка Коуэнов.
Приноравливаясь к детским шажкам Тома, она медленно двигалась по пляжу. Они
останавливались и наблюдали, как песчаный краб быстро семенит по самой
кромке воды. Она показала малышу отполированный волнами камень и дала ему
потрогать, какой он гладкий.
Они шли дальше. Джейн подняла морскую раковину и поднесла ее к уху ребенка.
— Слушай, мой любимый, как шумит океан. — Том замер. На его личике
отразилось сосредоточенное внимание. Она спросила его:
— Можешь ты сказать
шумит
?
— Сумит! — сказал он после двух попыток.
— Очень хорошо! — сказала она и дала еще раз послушать. — Мы
возьмем эту раковину с собой и покажем Чарльзу.
Чайки парили в небе и ныряли в воду. В нескольких ярдах за ними на
полотенцах три девочки-подростка загорали. Мимо них прошла пара пожилых
людей, они улыбались друг другу и кивали головами. В руках в мужчины была
бамбуковая трость. Джейн то несла ребенка на руках, то пускала его идти
самостоятельно. Она несла раковину, которая
сумит
, а несколько более
мелких и красивых ракушек положила себе в карман. Их можно использовать в
качестве декоративных деталей при исполнении отдельных заказов, которые
бывают у них в цветочном магазине, на устройство сада камней. Не забыть бы
купить раковины.
Джейн не попалось ни одной морской звезды. Примерно через полчаса она взяла
Тома на руки.
— Я думаю, что нам лучше вернуться. Чарльз будет искать нас.
Она повернулась, чтобы возвращаться той же дорогой. Ее удивило, что они
прошли почти весь пляж. Песчаные дюны кончились. Она нахмурилась. Она знала,
что они шли вдоль берега почти по прямой линии к одной из спасательных
будок. Только сейчас, посмотрев на отдаленную гряду скал, она поняла, что не
обращала внимания на номера спасательных будок.
Они пошли обратно. Через несколько минут Джейн остановилась, вспоминая,
какой номер был у спасательной будки, за которую цеплялся Том: третий или
четвертый? По направлению к ним двигалась какая-то фигура с опущенными
плечами, на которую она бросила беглый взгляд.
Прижав к себе плотнее ребенка, Джейн осматривала дюны, надеясь, что Чарльз
проснулся и пошел их искать.
Какое-то время она шла, сердито хмурясь. Она то раздражалась на себя, что
ушла так далеко, то злилась на Чарльза, что он долго спит. Она знала, что
это несправедливо по отношению к нему, ведь она сама не разбудила его. Но
сейчас не чувствовала, что была права, и беспокоилась. Она пересадила Тома
на другую руку. Малыш что-то пробормотал, засыпая, и его тело обмякло и
отяжелело. Ракушки, которые она засунула в карман, показались ей тяжелыми,
как свинец. Том положил головку ей на плечо и потер кулачком глаза. У нее
уставали руки, и когда солнце скрылось за облаками, Джейн почувствовала
прохладу ветра. Наступал прилив, и она поднялась выше, чтобы брызги прибоя
не долетали до них. Мужчина, которого она видела раньше, срезал путь и пошел
по более сухому песку. Расстояние между ними составляло всего несколько сот
футов.
Джейн остановилась и внимательно посмотрела на него. Ей по
...Закладка в соц.сетях
