Жанр: Любовные романы
Жемчужный остров
... Адриенн сняла очки и нахмурилась. У нее были огромные карие глаза, похожие
на глаза лани, с длинными густыми ресницами, загибающимися на концах. Она
выглядела такой невинной. Слишком уж невинной.
— Что еще?
Ник подумал, что слишком разговорился. Он подыскивал короткий резкий ответ.
— Местные жители мирно просуществовали на этом острове несколько сотен
лет. Противно думать, что пришельцы станут насильно навязывать им чуждый
коренному населению образ жизни.
— Это они-то жили мирно? И вы называете каннибализм мирным
существованием?
— Это было очень давно.
— Между прочим, именно пришельцы, французские миссионеры, и заставили
их отказаться от своих зверских обычаев.
— Да, но я боюсь, что туристы не окажут на них такого благоприятного
влияния, как миссионеры.
— Надеюсь, вы не думаете, что мистер Трент позволит.
— Я думаю, — Ник перебил ее, — вы не понимаете, что я хочу
сказать.
— Почему бы вам тогда не объяснить мне как следует? — сказала
Адриенн с раздражением.
— Аборигены до сего времени не вступали в смешанные браки. Их кровь
чиста. И они гордятся этим. Ну теперь до вас дошел смысл того, что я говорю?
— А, это... — Адриенн замолчала, тем самым закончив разговор, что вполне устраивало Ника.
Она потянулась к своей сумке, достала авиабилет и начала обмахивать им свои
раскрасневшиеся щеки.
Интересно, — подумал Ник, — отчего она так
покраснела — от жары или от раздражения. Скорее всего последнее
.
Он настолько привык к виду темнокожих меланезийцев, населявших остров, что
теперь цвет кожи Адриенн казался ему каким-то экзотическим. А какая она была
нежная и гладкая! Через неделю она, вероятно, приобретет золотистый оттенок.
Надо надеятся, что к тому времени жара сделает свое дело и Адриенн, может
быть, хоть немного смягчится. Мысли об этом постепенно превратились у него в
голове в эротические фантазии.
— Однако вы приехали сюда не только для того, чтобы писать отчет, не
так ли? — ему хотелось застать ее врасплох этим вопросом.
Адриенн на минуту задумалась, будто решая, стоит ли говорить ему правду.
О... это неспроста. Ник решил, что знает, в чем тут дело.
— Мне нужен отдых, — произнесла она запинаясь.
То же самое говорил ему и Фостер Трент, но Нику в это не очень верилось.
— Интересно, от чего это?
Глаза ее округлились.
— Если я и не являюсь представительницей высоких деловых кругов, это
еще не значит, что я тоже не испытываю в своей жизни перегрузок и
переутомления.
В любом другом случае Ник оставил бы ее в покое, но сейчас ему необходимо
было все выяснить. Единственный способ сделать это — продолжать задавать
вопросы.
— Так от чего же? От семьи? Работы? Денег? Любовных связей?
— Это мое личное дело, — резко ответила Адриенн.
Все понятно. Она собиралась прекратить разговор прежде, чем он смог бы
выяснить, связана ли она каким-то образом с Митчем или Морганом.
Если комиссия по досрочному освобождению совсем лишилась рассудка, прежние
партнеры Ника могли выйти из тюрьмы в любой день. А может быть, они уже
вовсю разгуливают на свободе.
Ник прекрасно знал Митча и Моргана. Это было похоже на них — прислать такую
красотку, как Адриенн, разузнать, где он находится, и заняться им, пока они
не подоспеют, чтобы отомстить, как обещали. Если она все выведала у
секретарши его адвоката, то старые партнеры Ника наверняка уже знали, что
все четыре прошедших года после суда он жил на этом уединенном острове. Им
будет небось до чертиков интересно узнать, что заставило его просидеть здесь
в одиночестве так долго. И если Митч и Морган разузнают о его планах до
того, как он спрячет концы в воду, они разрушат все, над чем он бился так
долго.
Но он не допустит этого. Кем бы ни была Адриенн, действительно агентом бюро
путешествий или марионеткой в руках Митча и Моргана, подосланной шпионить за
ним, ей не удастся запудрить ему мозги и заставить забыть, на что способны
его бывшие партнеры. И если Ник удостоверится в том, что это именно они
подослали ее, он быстренько разделается с ней по-своему.
Его взгляд опять уперся в ее грудь. Под мягкой материей платья отчетливо
выделялись соски. Он задержал дыхание, чтобы подавить тяжелый вздох.
Монашеская жизнь на этом изолированном острове могла достать любого. Ник
снова постарался переключиться в своих размышлениях на прежнюю волну.
Он не позволит Адриенн завладеть собой. Он готов поспорить с кем угодно на
свою самую крупную жемчужину, что она ничего не добьется. Может, она и
красивая, может, она и заставляет его сердце биться подобно яростному
прибою. Но она вовсе не стоила того, чтобы терять из-за нее все, что он
создал за четыре года.
И что еще важнее — терять свое достоинство.
Пиво ничуть не охладило Адриенн и не сняло утомления. Не могла этого сделать
и ленивая усмешка, которая не сходила с лица Ника.
Как он мог сидеть вот так часами, ничего не делая? Только слушать удары волн
о корпус шлюпки да крики чаек, ныряющих за своей добычей. Почему он ничем не
займется? Мог бы, например, помыть палубу или заменить доски на этой убогой
пристани. Или хотя бы собрать жестянки из-под пива.
— Пожалуй, я пойду прогуляюсь, — сообщила она и встала с шезлонга,
потягиваясь.
— Как хотите, — пожал плечами Ник.
— Сколько нам еще ждать?
Он взглянул на солнце, которое медленно клонилось к закату.
— Я думаю, еще часа два.
— Еще целых два часа? — Она сжала виски руками, пытаясь придумать
какое-нибудь занятие для себя на это время. Если уж она не может спать, то,
может быть, воспользоваться моментом и попытаться разузнать что-нибудь об
острове.
— А где живут туземцы?
Ник сжал банку с такой силой, что на ней остались следы его пальцев.
— Зачем вам это знать?
— Я подумала, что могла бы пойти в деревню и познакомиться с ними, раз
я собираюсь здесь жить какое-то время. Они дружелюбны?
— Если вы имеете в виду, не выстрелят ли вам в спину из самострела или
не отрубят голову, то да, можно сказать, что они дружелюбны.
Адриенн холодно взглянула на него.
— Я хотела бы сделать несколько снимков.
— Забудьте об этом.
— Почему?
— Они боятся фотоаппарата, как дьявола. Они считают, что эта штука
забирает у них жизненную силу.
— Некоторые индейцы в Штатах тоже верят в это. Хорошо, я не хочу, чтобы
мое знакомство с ними началось с неприятностей. Я оставлю камеру здесь и
просто поболтаю с ними.
— Это будет довольно трудно сделать, моя дорогая, поскольку, как я
понимаю, вы не умеете говорить на их языке. — Но вы ведь будете
переводить мне? — ее брови вскинулись в недоумении.
Ник откинулся на шезлонге, всем своим видом демонстрируя, как удобно он
устроился.
— Я бы мог, если бы видел в этом смысл.
— Значит, мне нечего рассчитывать на вашу помощь, — растерянно
пробормотала Адриенн, размышляя, как же она будет справляться с его ленью
следующие шесть недель.
— Вот именно, потому что я не собираюсь в течение двух часов идти по
жаре, чтобы разыскать их. — Он махнул рукой в противоположную сторону
зеленого острова. — Днем они обрабатывают свои поля вон там, высоко в
горах.
Адриенн не могла винить его в нежелании подниматься в горы, хотя они были не
очень высокими, но в такую жару казались абсолютно недоступными. У нее самой
не было никаких сил.
— Ну, может быть, как-нибудь вечером, когда будет не так жарко, вы
отведете меня в деревню.
— Я бы не рассчитывал на это, дорогуша.
Это его обращение
дорогуша
, которое он произносил с явной насмешкой,
ужасно раздражало Адриенн. И по самодовольной улыбке Ника было видно, что он
знает это и делает специально, чтобы подразнить ее. Но она не доставит ему
такого удовольствия. Адриенн призвала на помощь все свое хладнокровие и
вежливо спросила:
— На это, видимо, есть веская причина?
— Да, дорогуша.
— И какая же? — спросила она с досадой.
Опять эта противная улыбка.
— Это племя ведет затворнический образ жизни. Они с недоверием
относятся к незнакомым людям. Кроме того, они почти никогда не покидают
своих полей и деревень, за исключением рыбной ловли, которой они занимаются
преимущественно ночью. Вы вряд ли услышите и увидите их за все время своего
пребывания на острове.
Позже, когда Адриенн бесцельно бродила босиком по пляжу, чтобы хоть как-то
убить время, она повторяла в уме свой разговор с Ником.
Она анализировала не столько его слова, сколько его изменившийся тон, когда
Адриенн заговорила о том, что хочет встретиться с туземцами. Тогда на
короткое мгновение все его высокомерие исчезло. Все тело напряглось, а в
голосе появился некий скептицизм, совершенно не оправданный ее просьбой.
Чего Адриенн никак не могла понять, так это почему Ник так удивился ее
вполне естественному желанию увидеть туземцев. Любой человек, интересующийся
возможностями развития туризма на Айл де Флер, захотел бы узнать, как
настроены местные жители — дружелюбно или враждебно.
Может быть, ее проводник и переводчик не вполне осведомлен об их
туристической фирме? Наверное, он не знает, что у ее босса хорошая
репутация. Фостер Трент с уважением относится к культуре островитян, это он
доказал, занимаясь туристическим бизнесом на Карибских островах. Тогда
негостеприимство Ника и его скептицизм вполне можно объяснить.
Что ж, ему не стоит беспокоиться. Она вовсе не собирается причинять вред
местным жителям. Вскоре он увидит это.
Адриенн обернулась и посмотрела на пристань.
Лорелея
спокойно покачивалась
на воде. Ник по-прежнему сидел, развалясь в шезлонге, сложив руки на груди и
раскинув ноги.
Она двинулась по тропинке через песчаный пляж, чтобы сфотографировать
гигантский красный цветок на опушке леса. Адриенн уже подняла камеру к
глазам и начала настраивать объектив на крупный план, когда взгляд ее упал
на еле заметную тропинку, ведущую в густые заросли папоротника. Адриенн
сделала несколько осторожных шагов вглубь. Воздух в лесу был очень плотным и
влажным. Лучи солнца едва пробивались сквозь сплошную завесу растительности.
Она отвела в сторону большой лист папоротника, тут же натолкнувшись на
следующий, затем еще на один. Длинные тонкие листья цеплялись за волосы,
касались обнаженных рук.
Ее нога наступила на что-то упругое, похожее на резиновый садовый шланг.
Когда это неизвестно что зашевелилось, Адриенн вскрикнула и отпрянула назад.
Пресмыкающееся бесшумно уползло в траву.
Содрогаясь от страха, Адриенн поспешно вернулась на берег океана. Теперь ей
таким приятным показался солнечный яркий свет и свежий морской ветерок. Она
с облегчением почувствовала под ногами теплый песок.
Ник стоял у поручня, уперев руки в бока, глядя на нее. Адриенн поняла, что
он уже собирался идти за ней.
— Больше никогда не ходите туда, — крикнул он.
— Почему? — прокричала она в ответ, ожидая услышать надлежащую
лекцию о ядовитых змеях, опасных насекомых, диких животных.
Но Ник ничего не ответил ей. Во всяком случае, не сразу, не стал кричать об
этом во весь голос. Он подождал, пока она не вернется на судно. Когда же
Адриенн вновь стояла на палубе, Ник схватил ее за руки и повернул к себе
лицом.
— Никогда никуда не ходите на острове без меня, — с расстановкой
сказал он, и в его голосе чувствовалась злость. — Иначе я вас посажу на
паром и отправлю отсюда с такой скоростью, что голова пойдет кругом.
Он отпустил ее так неожиданно, что Адриенн отшатнулась назад и упала в
шезлонг. Она не могла пошевелиться. Не могла вздохнуть. Только сидела,
безмолвно наблюдая, как Ник готовится к отплытию.
К ее испугу от внезапного порыва Ника примешивалось недоумение. Адриенн
пыталась понять, что же все-таки произошло.
И вдруг ее осенило. Ник беспокоился вовсе не о ней, он боялся, что она может
что-нибудь увидеть в зарослях папоротника.
Но что именно она могла там увидеть? Адриенн вздрогнула от страха. Ведь если
бы она увидела что-то, не предназначенное для ее глаз, Ник мог сделать с ней
все, что угодно.
2
Легкий ветерок трепал белоснежное полотнище паруса. Адриенн наблюдала, как
Ник направляет судно к узкому проливу в коралловом рифе. Перегнувшись через
борт, она посмотрела вниз. Кораллы были так близко, что могли бы проделать
внушительную пробоину в дне парусника, если бы Ник сдвинулся хотя бы на
несколько сантиметров от курса. В напряжении она вцепилась в ручки кресла и
ждала, когда они минуют опасное место.
Наконец рифы остались позади. Адриенн с облегчением перевела дух. Ветер стал
совсем слабым. С берега доносился сладкий аромат цветов.
С тех пор, как они отплыли от причала, Ник не произнес ни слова. Стоя у
руля, он управлял
Лорелеей
, умело обходя многочисленные коралловые рифы.
Адриенн устала и переволновалась, и теперь, как ни пыталась, ей не удавалось
даже задремать. Она без движения лежала в кресле, наблюдая за тем, как
злость Ника постепенно рассеивается и последние следы гнева исчезают с его
лица.
И с этим ненормальным ленивым типом ей придется работать в течение целых
шести недель!
Адриенн открыла сумку и достала свой портативный компьютер, решив заняться
делом. Она набросала несколько замечаний об удивительном голубом цвете воды,
о ее чистоте и прозрачности.
Хотя Адриенн знала, что они плывут на большой глубине, ей казалось, что,
опустив руку, она сможет дотронуться до кораллов и водорослей, растущих на
дне лагуны. Она закрыла глаза и вдохнула чистый морской воздух. Хоть
ненадолго она могла забыть о городской пыли, вредных испарениях, озоновых
дырах и прочих ужасах больших городов.
Берег лагуны был усыпан белой галькой, а сама лагуна своей формой напоминала
Адриенн голову огромного осьминога. Рифы остались позади, и их судну ничего
не угрожало. Хотя Фостеру придется подумать о более безопасном подходе к
лагуне. Можно, например, построить дорогу от пристани через весь остров.
Только такой опытный моряк, как Ник, мог пройти между рифами. Фостер не
может рисковать жизнями своих клиентов, ведь в любой момент судно может
налететь на риф и затонуть.
На блокнот упала тень. Адриенн подняла голову и увидела, что Ник протягивает
ей бинокль.
— И что мне с ним делать? — сухо поинтересовалась она.
— Я думал, вам захочется осмотреть все вокруг.
В его глазах уже не было прежнего сурового выражения. Он слегка улыбнулся
ей, и Адриенн восприняла это как некий намек на перемирие. Неожиданно для
себя она тоже улыбнулась.
Может быть, она ошиблась. Может быть, Ник волновался все-таки из-за нее, а
не из-за того, что она могла что-то увидеть в лесной чаще. Адриенн пожала
плечами и, перекинув через голову ремешок, поднесла бинокль к глазам.
Перед ней простирался западный подветренный берег острова. Здесь не было
остроконечных горных вершин. Вдоль ослепительно белого пляжа росли стройные
пальмы и еще какие-то удивительные тропические деревья. За рощей виднелись
невысокие холмы, покрытые изумрудной зеленью. А за ними, сколько хватало
глаз, вся местность была усеяна высокими соснами.
Когда они отчаливали от пристани с другой стороны острова, там дул сильный
ветер, море вокруг рифов было бурным. Здесь же все было спокойно, течение
было тихим, едва заметным. Уединенная лагуна обладала необычной экзотической
красотой. Ракушки, покрывающие берег, блестели на солнце, как бриллианты.
Весь остров был похож на сокровище, которое хранится в тайном месте и ждет
своего хозяина, который бы наконец открыл его.
Адриенн заметила заросли роз и какие-то пурпурные цветы, похожие на орхидеи.
Она опустила бинокль и, закусив губу, попыталась справиться с вдруг
нахлынувшими на нее горькими воспоминаниями.
Если бы ее бабушка могла увидеть этот остров, и всю эту первозданную
красоту, и эти роскошные экзотические цветы!
Где-то посередине лагуны Ник сбросил якорь и повернулся к Адриенн.
— Видите бунгало, вон там? — он кивнул в сторону берега.
Адриенн посмотрела в том направлении, что указывал Ник. То, что она увидела,
было большой круглой хижиной с остроконечной крышей, покрытой пальмовыми
листьями. Обычная лачуга. У Адриенн были несколько иные представления о
бунгало.
— Вижу.
— Оно называется
Айл де Флер Хайетт
, дорогуша, — торжественно
произнес Ник. — А вот там, справа, — он показал на отдельно
стоявшее сооружение, похожее на хлев, — ваша персональная ванная, с
зеркалом и душем.
— Ну что ж, если в этой лачуге есть кровать, тогда все в
порядке, — благосклонно отозвалась Адриенн.
— Между прочим, эта лачуга, как вы ее называете, не такая уж и
непримечательная, кажется, — ответил он сухо. — Ее построили
французы во время второй мировой войны и использовали как наблюдательный
пост. Снаружи он должен был выглядеть как обычная хижина туземцев, но стены
его сделаны из прочного дерева. К тому же там есть электричество. Горячая и
холодная вода. Холодильник до отказа набит едой, я думаю, вам хватит на две
недели. А если вам еще что-нибудь понадобится, позвоните мне по
радиотелефону.
С этими словами Ник начал спускать на воду маленькую шлюпку.
Позвонить ему, если ей что-нибудь понадобится? Адриенн с иронией покачала
головой. Ну уж нет, она сама как-нибудь обойдется.
В течение двух лет она присматривала за своей больной бабушкой. В течение
двух лет она не отходила от нее ни на шаг. А потом бабушка тихо умерла во
сне, ее сердце не выдержало долгой изнурительной болезни. И Адриенн
вернулась на работу в туристическое агентство.
Через две недели один из лучших клиентов Фостера позвонил ей и раздраженно
заявил:
— Вы должны обеспечить мне полноценный отдых, и как можно скорее!
Затем он перечислил целый ряд требований, главным из которых было немедленно
отправить его на отдых в спокойное безлюдное место.
Фостер застал Адриенн застывшей перед компьютером с телефонной трубкой в
руках. Она сидела не шевелясь, и по щекам ее катились слезы.
Фостер осторожно взял у нее из рук телефонную трубку и пообещал клиенту, что
перезвонит ему позже.
Не слушая возражений Адриенны, ее начальник заставил девушку отправиться
домой и не появляться на рабочем месте до тех пор, пока она не покажется
врачу, не убедится, что с нею все в порядке.
Позже врач сказал Адриенн, что она довела себя почти до истощения,
постоянное напряжение сильно подорвало ее физическое и эмоциональное
состояние. Ухаживая за своей бабушкой, она совершенно забыла о себе и теперь
нуждалась в отдыхе. Тогда Фостер Трент и отправил ее на этот остров,
предоставив возможность выполнить несложную работу, отдохнуть и обрести
душевное равновесие.
— Если бы только ты могла это все увидеть, бабуля, — прошептала
Адриенн.
— Что вы сказали? — спросил ее Ник.
— Ничего. Я просто подумала о своей бабушке. Она умерла несколько
месяцев назад. — У нее знакомо заныло сердце.
— Это очень печально, — Ник посмотрел вдаль и замолчал. Через
минуту он заговорил снова, и его голос был неожиданно мягким: — Для меня моя
бабушка значит очень много. Не знаю, что еще сказать. Мне действительно
очень жаль.
Учитывая его прошлое поведение, Адриенн было довольно непривычно слышать
слова сочувствия из уст Ника. Но она была тронута. Как ни странно, Ник помог
ей побороть состояние тоски, в котором она последнее время часто находилась.
Может быть, за его самоуверенным и нахальным поведением скрываются хоть какие-
то хорошие качества.
— Спасибо. Вы даже не представляете, как я это ценю.
Ник перелез через борт, спустился по трапу и прыгнул в шлюпку. Держась одной
рукой за трап, он ободряюще улыбнулся Адриенн.
— Спускайтесь аккуратно, Адриенн. Я помогу вам, если вы возметесь за
мою руку.
Адриенн? Не надоевшее уже
дорогуша
? Ну что ж, так-то лучше.
Она передала Нику свой чемодан и сумку. Затем благополучно спустилась по
трапу. Когда она схватила Ника за руку, то потеряла равновесие и
покачнулась.
Он сжал ее руку и тепло улыбнулся.
Что-то в его блестящих глазах задело ее. Ей показалось, что она уже видела
его где-то. Она была почти в этом уверена.
Но где же?
— размышляла
Адриенн, пока Ник помогал ей устроиться в шлюпке.
Через несколько минут они подплыли к берегу. Ник помог Адриенн вылезти из
шлюпки, и она пошла по песку в сторону своего бунгало, мягко покачивая
бедрами при каждом шаге. Подхватив чемодан и сумку, Ник последовал за ней.
Идя следом за Адриенн, Ник никак не мог отделаться от мысли, что ему безумно
хочется увидеть ее в бикини.
Он посильнее сжал ручку ее тяжелого чемодана.
К черту бикини! Теперь он видел ее совершенно обнаженной и представлял, как
ласкает ее округлые бедра, которые так заманчиво покачивались впереди него.
Закрой глаза, идиот. Когда ты ничего не видишь, тебе ничего и не хочется.
— Теперь уж слишком поздно, — проворчал он.
— Что? — спросила Адриенн, обернувшись к нему.
— Ничего. — Он посмотрел на нее. — Это я сам с собой.
Она пожала плечами и пошла дальше, продолжая покачивать бедрами.
Ник с трудом сдерживал себя. Ее движения были такими манящими, что его
охватило безумное желание. Но он тут же вспомнил, какой грустной, какой
несчастной она была совсем недавно, и ему захотелось взять ее на руки как
ребенка и заставить поделиться своими горестями.
Особенно когда увидел слезы в ее глазах. Конечно, Ник знал, что эта
трогательная история могла быть выдумана для того, чтобы он размяк и забыл
об осторожности. И все же он сразу почувствовал к Адриенн симпатию и
сожаление.
Он никогда не простит себе, если его бабушка умрет, так и не увидев своего
любимого внука. Он очень скучал по ней. Она всегда верила ему, и ее вера в
него не поколебалась даже после суда.
Ему безумно хотелось домой. Но все же лучше было жить здесь, вдали от мира,
чем продолжать жить с семьей в Джорджии и подвергать ее постоянному
унижению.
Ник прервал свои размышления и подошел вслед за Адриенн к лучшему и
единственному жилью на Айл де Флер.
Эта соломенная хижина стояла довольно далеко от берега, так, чтобы вода не
доставала ее во время прилива. Ник зашел за Адриенн внутрь. Накануне он
подмел пол, но сейчас, когда они вошли, песок снова скрипел под соломенными
циновками.
Ничего, придется ей к этому привыкнуть.
Он бросил сумку и чемодан на кровать, где лежал голый матрас, и посмотрел на
ее реакцию. Интересно, как она отреагирует на тот факт, что он не потрудился
постелить эту чертову постель. Ник не собирался этого делать, ведь он не
нанимался к этой женщине в горничные.
Ник воздал должное Адриенн. Даже если она и обратила внимание на его
нежелание услужить ей, она не подала и виду. Она оглядывалась вокруг,
дотрагивалась до вещей, стоявших в комнате, словно хотела познакомится с
каждой из них. Она протянула руку к гладкой поверхности дубового комода с
изогнутой спинкой, который очень подходил к закругленным стенам бунгало.
— Очень красивая мебель.
— Я заказал этот комод в Нумеа. Это местное дерево.
Ник почувствовал, как небольшое, всего несколько метров диаметром бунгало
постепенно заполняется запахом Адриенн. Остров был полон всевозможных
изысканных запахов цветов. Но этот запах был каким-то особенным. Тонкий и
элегантный, но в то же время чертовски манящий.
Не зная, как отвлечься от этих мыслей, Ник наклонился и включил лампу у
кровати. На подушку упала тень. Интересно, подумал Ник, как она будет
выглядеть лежащей на кровати с темными блестящими волосами, разметавшимися
по подушке? С прикрытыми веками и губами, жаждущими поцелуя?
— Я вижу, генератор работает.
— Еще как. — Ник отвернулся к окну, притворяясь, что поправляет
бамбуковые занавески. — Если что, звоните мне. Я его тщательно
проверил, но этой проклятой штуковине уже пятьдесят лет, мало ли что может
произойти. То же самое и с водным насосом.
— Мне здесь очень нравится, Ник. Спасибо вам, что устроили все так,
чтобы я чувствовала себя уютно.
— Не за что, — небрежно бросил он через плечо. — Благодарите
лучше своего щедрого босса.
— Что вы подразумеваете под словом
щедрый
? — Она опустилась в
плетеное кресло, которое местная жительница одолжила Нику на время, и
вытянула усталые ноги.
— Шесть штук.
У Адриен
...Закладка в соц.сетях
