Жанр: Любовные романы
Несговорчивая невеста
...nbsp;— А я, может быть, претендую на твое место.
Губы Леона сначала дернулись в улыбке, потом он хохотнул.
— Фиби, а ты неповторима. — Он тряхнул темноволосой головой,
продолжая улыбаться. — Но мне действительно пора. — Он достал из
кармана брюк маленькую бархатную коробочку и сунул ее в руки Би. — С
днем рождения и удачи в понедельник! Я позвоню. — С этими словами Леон
развернулся и направился к двери.
— Подожди, я тебя провожу. — Би поспешила за ним, но Леон
остановил ее, положив руку ей на плечо.
— Не совсем удачная идея, Фиби, если ты не хочешь, чтобы твои друзья подумали что-нибудь не то.
— Мои друзья? — переспросила Би, не понимая его.
— Посмотри на себя в зеркало, прежде чем выйти к ним, дорогая... —
мягко протянул Леон. А когда он, открыв дверь, вышел, его смех долго звучал
в ушах Би.
Стоя у дверей, Би медленно открыла коробочку. Внутри нее оказался изящный
кулон — темно-синий сапфир, окруженный бриллиантами, в золотой оправе и на
золотой цепочке. Застегнув цепочку на шее, Би приподняла кулон и поглядела
на него с удивлением. Леон был невероятно щедрым, но... несносным мужчиной.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Все еще ошеломленная подарком Леона, Би пыталась понять, почему Леон не
дождался, когда она откроет коробочку. Что он сказал?
— Посмотри на себя в зеркало, — пробормотала Би под нос себе, тихо
выскальзывая из кабинета. Она прошмыгнула в ванную комнату. К счастью, там
никого не оказалось.
Одного взгляда в зеркало было достаточно, чтобы позабыть о кулоне. Би теперь
хотелось умереть. От стыда. Ее волосы спутались. Лицо было измазано красной
губной помадой. Помады не было лишь на губах, припухших явно от поцелуев.
Что еще хуже — платье, которое Би, после борьбы с Леоном на диване,
поправила второпях, теперь благопристойно прикрывало только... одну грудь.
Другая была обнажена, и темный кружок соска открывался взору.
У Би вырвался громкий стон. Она поклялась никогда больше не надевать это
платье из скользящей ткани. Неудивительно, что Леон предложил ей
посмотреться в зеркало. Однако нахал мог бы и сразу указать ей на платье,
вместо того чтобы вовсю глазеть, сделав из нее посмешище. И она думала, что
они снова могут стать друзьями!..
Плеснув на лицо холодной воды и постаравшись привести себя в порядок, Би не
сдержала нервный смешок. Так она и знала. Так и говорила. Пришел, увидел,
победил. Леон заставил ее согласиться с его решением... А что касается
подарка к дню рождения — для человека с таким состоянием, как у Леона это
безделушка.
Было два часа ночи. Би стояла, облокотившись о косяк входной двери, и
глубоко вдыхала холодный свежий воздух. Она радовалась возможности хоть
немного расслабиться. Потом, облегченно вздохнув, Би захлопнула дверь,
заперла ее и опустила засов. Наконец она осталась одна.
Минут десять назад ушли, все убрав, официанты, специально приглашенные для
обслуживания праздника. Тетушка Лил и дядя Боб найдут все в полном порядке,
когда вернутся утром из города. Би надеялась, что они провели время лучше,
чем она...
Ну и день рождения, мрачно подумала Би, направляясь в спальню и на ходу
снимая кулон с сапфиром. Праздник, обещавший быть одним из самых
замечательных в ее жизни, обернулся настоящим кошмаром. И все из-за Леона
Грегориса. Би еще должна быть благодарна ему за ранний отъезд. И за
возможность не встречаться с ним в Лондоне в понедельник. Но эти мысли почему-
то не принесли ей утешения.
Войдя в спальню и закрыв за собой дверь, Би выскользнула из серебристого
платья. Оставшись лишь в маленьких кружевных трусиках, она бросила кулон на
туалетный столик. На какой-то миг украшение привлекло ее взгляд, и Би
прищурила глаза: кулон показался ей смутно знакомым. Но тут она широко
зевнула и отправилась в смежную со спальней ванную комнату, прихватив по
пути ночную сорочку из хлопка, лежавшую на краю кровати. Через пять минут,
завершив свой туалет, Би нырнула в постель. Натянув до подбородка розовое
пуховое одеяло, она закрыла глаза и приготовилась погрузиться в долгожданный
сон.
Но не тут-то было. Перед ее мысленным взором стояло мрачное лицо Леона. Би
провела пальцем по припухшим губам, вспомнив его поцелуи. Ничто не могло
вытеснить образ Леона из ее сознания.
Беспокойно ворочаясь, Би в конце концов открыла глаза и уставилась в
потолок. Она не хотела думать о прошлом, но сегодняшнее появление Леона
разворошило столько воспоминаний... Легкая улыбка тронула ее губы. Би
вспомнила, как отец впервые отправил ее в эту самую комнату за непослушание.
Но виноват тогда был Леон...
Это произошло в субботу, и отец в тот уикэнд принимал гостей: мистера
Грегориса с сыном.
Би тогда было восемь лет. Она провела весь день в обществе взрослых, и ей
это ужасно наскучило.
Около семи вечера она незаметно улизнула к калитке в глубине сада, что ей
было настрого запрещено. Там Би встретила двух соседских мальчишек постарше,
Джека и Неда, которые разрешили ей поиграть с ними. Играли в ковбоев и
индейцев. И, конечно же, мальчишки уговорили Би быть индейцем, захваченным в
плен ковбоями, и Джек привязал ее к дереву.
А тогда Нед вытащил нож из кармана штанов и со словами:
А теперь мы
отплатим тебе той же монетой!
— попытался, ухватив Би за длинные волосы,
снять с нее скальп. Би принялась пронзительно визжать. И тут появился Леон.
В свои двадцать два года Леон уже был настоящим мужчиной. Одетый в шорты и
майку, он явно вышел для обязательной вечерней пробежки. Схватив сразу обоих
мальчишек, он хорошенько их встряхнул и швырнул на землю. Затем развязал Би
и взял маленькую напуганную девочку на руки.
Би вспомнила, как, обхватив его за шею и положив голову ему на грудь, она
всхлипывала, икала и говорила Леону, какой он замечательный, что спас ее. Он
был ее героем, этот большой мужчина с черными волосами, собранными в хвост,
почти такой же длинный, как и ее. Так Би думала целых десять минут — до тех
пор, пока Леон не начал читать ей лекцию о том, как должны вести себя
маленькие девочки. Но что было еще хуже, Леон все рассказал ее отцу, из-за
чего Би была лишена ужина и сослана в свою комнату.
После этого эпизода Би долго не виделась с Леоном. Их отцы, являясь
партнерами по бизнесу, довольно часто встречались у них дома, однако Леон
приезжал раза два или три в год. Когда же они виделись, Леон всегда был с
нею очень мил, хотя и любил немного покомандовать. Но Би уже относилась к
нему как к взрослому другу, а большинство взрослых, знала она, любят
покомандовать...
Старший мистер Грегорис умер, когда Би исполнилось одиннадцать. Она помнила,
как отец ездил на похороны на Кипр, но не взял ее с собой. После этого Леон
приезжал к ее отцу, но чаще они встречались в Лондоне.
Когда она стала постарше и начала читать в газетах колонку светской хроники,
то обнаружила, что Леон широко известен своими любовными похождениями.
Однажды, когда ей было лет пятнадцать, Би попробовала что-нибудь выпытать у
Леона об этом. Он расстроился и посоветовал ей не верить всему, что она
читает в газетах.
Би внезапно поняла, что Леон, после того разговора, так и не появился у них
в доме до самой смерти ее отца. Он появился лишь у его могилы — холодным
январским днем. И взял Би за руку. Леон стал надежной опорой для опечаленной
и испуганной семнадцатилетней девушки. Он сам недавно потерял отца и,
казалось, понимал, что чувствовала Би.
Леон разъяснил Би все, что касалось ее прав на наследство, и настоял на том,
чтобы она доучилась последний год в школе. И, конечно, удостоверился, что
Лил и Боб будут о ней заботиться. Леон уехал через неделю после похорон ее
отца, но пообещал вернуться на пасхальные каникулы. Свое слово он сдержал.
Но это был другой Леон...
Раньше Би видела в нем друга, но при том взрослого мужчину. Теперь Леон
вдруг сам стал относиться к ней как к взрослой женщине. При встрече Би, как
обычно, чмокнула его в щеку; но каково же было ее удивление, когда Леон
вдруг крепко обхватил ее за талию!..
— Несомненно, в свои почти восемнадцать лет ты могла бы сделать это и
получше, Фиби. Я вижу, мне предстоит заняться твоим обучением, —
усмехнулся Леон и крепко поцеловал ее в губы.
С этого момента он смотрел на нее, как смотрит мужчина на желанную женщину.
Когда Леон дотрагивался до нее, его рука задерживалась чуточку дольше
обычного, а когда он целовал ее...
Би вздрогнула и повыше натянула на себя одеяло. Господи, какой же она была
юной, наивной дурочкой! Она испытывала перед Леоном благоговейный трепет.
К тому же, возглавив компанию, Леон превратил
Стивен
в мощную корпорацию,
а их сделал миллионерами, о чем как бы между прочим и сообщил Би в тот свой
последний приезд...
Стояло чудесное весеннее утро. В полдень должны были прислать автомобиль за
Леоном — он собирался лететь в Лондон, а оттуда — в Афины. Сидя за завтраком
напротив Леона, Би чувствовала грусть при мысли об его отъезде. Последние
пять дней были просто замечательными.
Накануне вечером он пригласил Би на ужин в ресторан
Двадцать одно
,
считавшийся лучшим в Ньюкасле. Когда они вернулись домой, Леон завел ее в
гостиную и усадил на кушетку рядом с собой. Би прильнула к нему со вздохом
полного удовлетворения.
— Понравилось, любовь моя? — поинтересовался Леон и, не дождавшись
ответа, повернул ее лицом к себе и поцеловал. Прошло немало времени, прежде
чем он поднял голову и слегка отодвинулся, чтобы посмотреть в ее
раскрасневшееся доверчивое лицо. — Фиби, я хочу тебя кое о чем
спросить. Я знаю...
В это время в гостиную вошла тетушка Лил.
— Я слышала, как вы вернулись, и решила принести кофе.
Би была очень недовольна этим внезапным вторжением. У нее возникло
подозрение, что Лил решила взять на себя роль дуэньи. А пожилая дама
расположилась напротив и, разлив кофе в три чашки, начала расспрашивать их о
проведенном вечере. Через час Би отправилась спать, удивленная поведением
тетушки...
Утром, сидя с Леоном за завтраком, Би грустила. Леон, казалось, совершенно
не замечал ее присутствия, уткнувшись в утреннюю газету. Да он попросту
забыл, о чем хотел спросить ее прошлым вечером, мрачно подумала Би. Спустя
несколько часов Леон уедет, а она вернется к учебе. Когда же сдаст выпускные
экзамены — поступит в университет.
— Не будь такой печальной. Может, это никогда и не случится, —
прервал ее угрюмые мысли низкий голос Леона.
Скользнув по нему взглядом, Би едва не выпалила:
Это уже случилось. Ты
уезжаешь
. Однако, даже будучи такой юной, она понимала, что истинные
чувства нужно хранить в себе. И вслух Би произнесла:
— Через полтора месяца начинаются экзамены, и я с головой уйду в учебу.
А ты в это время, разъезжая по всему миру, будешь знакомиться с красотками.
Врожденный здравый смысл подсказывал Би, что последние несколько дней Леон
просто заигрывал с ней. Невозможно, чтобы такой мужчина, как он, мог
серьезно заинтересоваться ею. Он был таким милым с нею потому, что их
родителей связывала дружба. И потому, что формально они теперь являются
деловыми партнерами — пусть даже Леон и назначен ее опекуном вместе с
мистером Николсоном, адвокатом ее покойного отца. Это опекунство продлится
до ее совершеннолетия.
— Завидуешь, Фиби? — поддразнил ее Леон, вставая и кладя газету на
стол. — Ни к чему это.
Он был высокий, больше шести футов роста, и невероятно красивый. Тогда ему
было почти тридцать два года. Слишком взрослый для нее... Он обошел вокруг
стола и протянул к ней руку.
— Пойдем, милая Фиби, прогуляемся перед моим отъездом. И надеюсь, нам
хоть ненадолго удастся скрыться от твоего ангела-хранителя, тетушки Лил.
Би вложила свою руку в его и поднялась. Пять минут спустя, не выпуская ее
руки, Леон открыл садовую калитку и повел Би по тропинке.
Они говорили об экзаменах, занятиях в университете и о ее будущем. И, лишь
порядочно отойдя от дома, Леон внезапно остановился у большой, раскидистой
ивы.
— Вот и ужасное дерево, возле которого тебя взяли в плен, — сказал
он, глядя на нее с усмешкой.
Би рассмеялась.
— Да, я не забуду, как меня оставили без ужина и заперли в моей
комнате. Кстати, из-за тебя.
Леон сощурил глаза и скользнул взглядом по ее девичьей фигуре. На Би были
голубые обтягивающие джинсы и тонкий голубой свитер. Мягкая ткань облегала
высокую, упругую грудь. Леон отпустил ее руку и, обняв за талию, прижал Би к
себе.
— Если бы я мог, я бы запер тебя в своей комнате.
Би, изумленно взглянув на Леона, переспросила:
— Что ты сказал?
— Ради всего святого! Не смотри на меня так, иначе я начинаю себя
чувствовать, словно... Неважно... — Леон заколебался, а потом потянул
ее к дереву. Прислонившись к стволу и расставив ноги, он заключил Би в
стальное кольцо сильных рук.
Прикосновение рук Леона и его едва уловимый мужской запах заставили сердце
Би бешено заколотиться в груди. Би хотелось придвинуться к нему еще ближе,
чтобы прикоснуться к его сильному телу... почувствовать его крепкие губы на
своих губах. Она не предполагала, что с ней может происходить такое. Ни один
мужчина до этого не заставлял ее испытывать подобные чувства. Только Леон
мог пробудить в ней такую всепоглощающую страсть.
— Ты потом видела хотя бы одного из тех двух маленьких извергов?
— Что? — Би даже вздрогнула от внезапного вопроса, вторгшегося в
сумятицу ее мыслей. — Да, встречала.
Леон весело взглянул на нее.
— Надеюсь, что не здесь. Ты, конечно, не настолько глупа, чтобы еще раз
попасться в плен?
— Конечно, не здесь. Джек, старший из двоих мальчишек, но не тот,
который чуть не снял с меня скальп, — уточнила Би, — теперь мой
хороший приятель. Он второй год учится в Оксфорде, кстати, неплохо учится и
уже вошел в университетскую сборную по регби. А когда он приезжал на
рождественские каникулы, мы раза два вместе ходили на вечеринки — у нас ведь
общие друзья. На прошлой неделе я получила от него открытку. Он проводит
пасхальные каникулы в Швейцарии. Джек к тому же серьезно увлекается лыжами.
В общем, он разносторонний спортсмен.
Одна рука Леона скользнула на ее талию, и он крепко прижал Би к себе. Другой
рукой он взял ее за подбородок и повернул ее лицо к своему.
— Говоришь, он сейчас катается на лыжах? — Губы Леона
скривились. — Надеюсь, он сломает ногу.
— Леон! Как тебе не стыдно!
Он ответил ей смехом.
— Если кто-нибудь свяжет тебя вновь, то это буду только я! —
Внезапно он развернул Би так, что она оказалась прижатой спиной к дереву.
— Ни за что! И потом, у тебя все равно нет веревки, — выпалила
она.
— Кому нужна веревка? — пробормотал Леон, прижал ее к дереву всем
своим телом и, наклонив голову, легко коснулся губами ее рта. — Можно я
привяжу тебя к себе, Фиби? — хрипло спросил он, покусывая ее губы, а
его рука так крепко обхватила ее затылок, что Би не могла повернуть голову.
Леон стал целовать ее лоб, глаза, щеки и вновь возвращался к мягким
приоткрытым губам.
Би оказалась совершенно беспомощной перед его нежной настойчивостью, а губы
Леона между тем спустились к ее шее, и его рука легла на ее грудь, причем
пальцы безошибочно нашли через тонкую ткань свитера затвердевший сосок и
стали сжимать его с томительной неспешностью.
— Так, возвращаясь к метафорам, ты будешь привязана ко мне? Ты станешь
моей женой?
Конечно, Би согласилась. Она согласилась бы на любое его предложение. Их
помолвка должна была оставаться тайной до того, как Би окончит школу. В день
восемнадцатилетия Би, в августе, Леон собирался повезти ее на свою фамильную
виллу на Кипре и там объявить всем о помолвке. Затем, несколькими неделями
позже, должна была состояться свадьба. А потом Би, если захочет, может
поступать в университет...
Би успешно закончила последний школьный семестр. Она все еще горевала по
умершему в начале года отцу. Но ее любовь к Леону и сознание того, что она
тоже любима, делали печаль не такой безутешной.
Леон звонил каждый вечер, в какой бы точке мира он ни оказывался. Благодаря
его поддержке и ободрению Би расцвела, превратившись в уверенную в себе
молодую женщину.
Она успешно сдала экзамены в университет. В тот день, когда Би узнала, что
зачислена, она провела два часа, обзванивая всех своих друзей и сообщая им
радостную новость. И наконец, полным счастьем стало появление Леона. Би все
еще говорила по телефону, когда низкий голос проворковал ей прямо в ухо:
— Скучала по мне, Фиби?
Би уронила трубку на телефонный столик. Сильная рука Леона обвила ее талию и
развернула к нему лицом.
— Леон, ты вернулся, — пробормотала Би и внезапно почувствовала
непонятное волнение.
Леон приподнял ее лицо за подбородок и внимательно посмотрел в глаза.
— Это все, что ты можешь сказать, приветствуя меня, дорогая
Фиби? — поинтересовался он насмешливо. — Мы не виделись несколько
месяцев, а я слышу от тебя всего-то
ты вернулся
?
— Сто тридцать два дня, если быть точным, — Би взглянула на свои
часы, — и двадцать два часа. — Она обняла его за шею и,
улыбнувшись ему чудесной открытой улыбкой, добавила: — И я скучала каждый
час. — Насладившись долгим поцелуем, Би заглянула в темные глаза Леона
и произнесла: — Я не ждала тебя раньше завтрашнего дня.
— Планы изменились — мне необходимо завтра быть в Афинах. —
Следующие десять минут Леон объяснял почему, но Би его почти не слушала. Она
пребывала в восторге оттого, что находится рядом с ним, слышит его голос,
может любоваться его сильной, мужественной фигурой.
Ее счастливое, восторженное состояние длилось до самой посадки самолета в аэропорту Афин, а потом...
Тоскливо вздохнув, Би выронила на землю роман в мягкой обложке,
возглавляющий список бестселлеров в
Нью-Йорк тайме
, и откинулась на спинку
шезлонга. Сегодня она не могла ни на чем сосредоточиться.
Вилла Леона располагалась в греческой части Кипра, высоко в горах над
Пафосом. Вид, открывавшийся перед Би, был великолепен: соблазнительно
прохладная гладь бассейна, сад из чудесных цветов и кустарников, который
уступами спускался по склону и заканчивался у стены из белого камня. Еще
ниже раскинулся древний порт Пафос с его величественной крепостью, омываемый
Средиземным морем.
Несмотря на то, что из одежды на ней было лишь крошечное бикини, Би
задыхалась от жары. Она привстала и, взяв флакон с кремом для загара,
принялась лениво втирать его в кожу рук, ног, плоского живота. Неприятность
заключалась в том, что раздражал ее не столько пышущий зноем воздух, сколько
гнев, сжигавший ее изнутри.
Вчерашний вечер был просто волшебным. Леон устроил грандиозный прием в честь
их официальной помолвки. Легкая улыбка тронула ее губы, и Би повернула
изумительное кольцо с бриллиантами и сапфиром на безымянном пальце левой
руки. Каждый раз, глядя на него, Би чувствовала комок в горле. И дело было
не в красоте кольца, а в том, что оно значило для нее.
Праздник, посвященный их помолвке, прошел прекрасно. Весь вечер напролет Би
танцевала в объятиях любимого мужчины, который должен был стать ее мужем.
Она познакомилась со всеми друзьями Леона и с его мачехой Тэйни, которая
показалась ей очень милой. Но дочь Тэйни от первого брака, Эми, не произвела
на Би приятного впечатления. Как, впрочем, и ее подруга Селина, прибывшая из
Америки. И все же в целом вечер был просто замечательным.
Би снова вздохнула и легла. Ее тревожил лишь один незначительный эпизод, она
понимала, что это глупо, но все же... После того как большинство гостей
разъехались, а оставшиеся на вилле отправились спать, Би и Леон наконец
оказались вдвоем. Он проводил Би до дверей ее спальни и обнял.
На мгновение прикрыв глаза, Би вспомнила ощущения, вызванные поцелуем Леона.
Ее губы тогда вздрогнули от нежного прикосновения его рта и раскрылись... Ее
руки сами поднялись и легли на его широкие плечи... Леон целовал ее так
спокойно и вместе с тем чувственно, что трепетное, обжигающее желание
пронзило все ее тело.
Она пролепетала:
— Леон... — В конце концов, они были помолвлены, а кровать была
совсем рядом, за дверью. Би, изогнувшись, прижалась к Леону юным, стройным
телом и почувствовала, как он возбужден.
— Нет, Фиби, — прошептал он ей в губы. — Подождать десять
дней — это не так уж долго. — Он слегка отодвинул ее. — Я хочу,
чтобы у тебя обязательно была настоящая свадьба и настоящая брачная ночь. А
это значит, что я должен держать свою страсть под контролем.
Вздохнув в третий раз, Би перевернулась на живот. Это, конечно, был очень
благородный жест со стороны Леона, но в душе Би поселилось жгучее
разочарование... Опустив голову на сложенные руки, она задремала...
Би неуверенно приподняла голову и перевернулась на спину, не понимая, что ее
разбудило. Шезлонг, стоявший, как и раньше, возле дома, теперь находился в
тени. И тут Би снова услышала звук, разбудивший ее. Кто-то звал ее по имени
из глубины дома.
Прекрасно, значит, Леон уже вернулся. Он уезжал в Пафос на какую-то деловую
встречу. Би привстала, собираясь открыть свое местонахождение, когда
услышала еще один голос, донесшийся из открытого окна в нескольких шагах от
нее.
— Ищешь свою малолетнюю невесту, дорогой Леон? — Это был голос
Селины, той самой американки. — Я думаю, тебе придется отложить поиски
после того, как ты услышишь, что я тебе скажу.
— Селина, я не хочу ничего слышать.
— Леон, не будь таким. Ты разговариваешь со мной, Селиной. Я ведь была
твоей любовницей все три последних года. Не делай из меня дурочку.
У Би перехватило дыхание; прикрыв рукой рот, она изо всех сил пыталась сдержать душившие ее рыдания.
— Не трать, попусту время, Селина. Я сказал тебе, что все кончено, еще
несколько месяцев назад. Ваша женская дипломатия неизменна. Сначала вы
заявляете, что равноправны с мужчинами, и охотно вступаете в свободные
отношения, причем предлагаемые вам лишь для взаимного удовольствия. Потом,
как только вам говорят, что все кончено, вы, вместо того чтобы и на самом
деле действовать как мужчина и спокойно удалиться, прибегаете ко всяким
женским уловкам.
— Пожалуйста, Леон, ты должен меня выслушать. Я знаю, что еще нравлюсь
тебе, — ты просто не можешь влюбиться в эту школьницу. Даже твоя мачеха
говорит, что эта помолвка вызвана скорее желанием укрепить контроль над
делами компании, чем любовью с твоей стороны.
— Какие бы ни были у меня причины, Селина, не тебе их обсуждать. А
сейчас уйди с дороги и держись от меня подальше.
— Это будет трудно сделать. Особенно через семь месяцев, когда родится
наш ребенок.
— Это невозможно, я всегда предохранялся — в основном, чтобы избежать
подобного шантажа. Сделай любезность — уезжай... пока я не вышвырнул тебя за
дверь.
Би не могла поверить своим ушам. Чтобы Леон был таким жестоким и
безжалостным? Но худшее было впереди.
— Леон, неужели ты забыл? Два месяца назад, на вечеринке в доме
Маккензи, в Ньюпорте? Ты пил почти весь вечер, а наутро очнулся в моей
постели. Ты и не думал предохраняться. Я-то знаю. Я все время была рядом...
Наступила долгая тишина. Затем зазвучал голос Леона:
— Вот стерва! Ты ведь сделала это нарочно, не так ли?
Би не слышала остального разговора. Она и так достаточно наслушалась.
Пошатываясь, она молча обогнула дом и зашла в него через кухню. Поднялась по
лестнице для слуг в свою комнату, заперла дверь и рухнула на кровать. Би не
могла плакать. Она была слишком потрясена. Она уставилась на белую стену
невидящим взглядом, задавая себе один и тот же вопрос:
Как я могла быть
такой дурой?
Ее, Би, использовал в своих целях первый и единственный мужчина, которому
она позволила приблизиться к себе. До Леона у нее были свидания с
несколькими мальчишками ее же возраста, случайные, неумелые поцелуи, но
ничего похожего на страсть. Би должна была понимать, что такой искушенный,
зрелый мужчина, как Леон, просто не мог заинтересоваться наивной девчонкой,
не имея скрытых мотивов. Однако она слепо верила всему, что он говорил. Она
даже позволила называть себя Фиби, хотя ей всегда больше нравилось Би...
Как же она ошибалась в человеке, которого знала с самого детства! Она даже
собиралась доверить ему свою жизнь! Би вся горела от стыда
...Закладка в соц.сетях
