Жанр: Любовные романы
Больше, чем любовница
...ец проговорил:
— Иногда мне кажется, что ты страдаешь дальтонизмом, Ангелина. Иначе ты
не воткнула бы себе в волосы красные перья вместе с розовыми.
Ангелина пропустила это замечание мимо ушей.
— Ты обвенчаешься с леди Сарой в капелле Святого Георгия. Обвенчаешься
еще до окончания сезона. И присутствовать будет весь лондонский свет. Я
категорически на этом настаиваю. Я сама все устрою, Трешем.
— Господи, избавь... — пробормотал герцог. После чего, вежливо
поклонившись, направился в бальный зал.
Он пришел очень вовремя. Только что закончился котильон, и следующим танцем
был назначен вальс. Стоя у двери, Трешем наблюдал, как Броум подводит
раскрасневшуюся и улыбающуюся Джейн к леди Уэбб. Девушку тут же окружили
поклонники, желавшие танцевать с ней вальс. Среди них был и виконт Кимбли.
Он улыбался и что-то говорил Джейн. Тут Джоселин не выдержал.
— Этот танец, — решительно заявил он, подходя к Джейн, — кажется, обещан мне, миледи.
— Слишком поздно, дружище, — ухмыльнулся Кимбли. — Я уже
договорился с леди Сарой.
— Поздравляю, виконт. Но леди Сара, тем не менее пойдет о мной.
Разумеется, если вы хотите оспорить...
— Но, ваша светлость... — Джейн в смущении умолкла.
Джоселин вновь поднес лорнет к глазам и пристально посмотрел на девушку.
Стоявшие поблизости молодые люди начали перешептываться — некоторым из них
казалось, что между герцогом и виконтом вот-вот вспыхнет ссора.
— Ты свое отстрелял, Трешем. Хватит лет на десять вперед, — сказал
Кимбли. — И у меня нет желания смотреть в дуло твоего пистолета, хотя я
прекрасно знаю, что ты выстрелишь в воздух.
Виконт полонился, подмигнул Джейн, проявив неслыханную дерзость, и
направился в противоположный конец зала.
— Но я не могу танцевать вальс, ваша светлость, — проговорила
Джейн. — Ведь сегодня мой первый бал, и было бы неприлично, если бы я
стала танцевать вальс на публике.
— Глупости! Это твой бал, и ты будешь танцевать вальс, если захочешь.
Так как же?
Джейн вопросительно взглянула на леди Уэбб, но та молчала. Значит, решение
было за ней, за Джейн. Хватит ли у нее смелости? Герцог смотрел ей прямо в
глаза.
— Да, — сказала она, протягивая ему руку. — Конечно, я хочу
танцевать вальс.
Они вышли на середину зала, и тотчас же все взгляды обратились на них.
Трешему очень не нравилось столь пристальное внимание общества, но он ничего
не мог поделать, Разумеется, ему не было дела до того, что думали о нем
окружающие, но он опасался, что может пострадать репутация Джейн. Ведь
сегодня состоялся ее первый выход в свет, и леди Уэбб на славу постаралась —
все выглядело наилучшим образом, Джоселин не сводил с Джейн глаз.
Да как же
я могу делать вид, что она ничего для меня не значит? — спрашивал он
себя. — Как могу скрывать то, что чувствую к этой женщине? Чувствую,
даже просто касаясь ее, вот как сейчас...
Но все же он держал ее на почтительном расстоянии от себя — так, как
требовали приличия.
— Как мог ты так сказать? — спросила она неожиданно.
— Назвать тебя леди Сара? Но ведь ты и есть леди Сара. И я старался
проявлять почтительность... Кроме того, ты дала мне отповедь не моргнув
глазом.
— Я не об этом.
— О том, что ты выглядишь как невеста? Так оно и есть. Вся в белых
кружевах, румянец на щеках...
— При чем тут румянец? Я танцевала.
— Со всеми своими верными и настойчивыми поклонниками?
— Ты ревнуешь?
Он вскинул брови, не удостоив ее ответом. И вдруг привлек ближе к себе —
скандально близко. Однако Джейн даже не пыталась протестовать.
Потом они уже не разговаривали. Этот вальс был более динамичный, чем тот,
что играли в Дадли-Хаусе. Да и места в бальном зале было больше, чем в
гостиной герцога. Он вел Джейн по всему периметру зала и смотрел ей прямо в
глаза.
Слова были не нужны. Они многое успели обсудить за несколько недель
знакомства и теперь могли общаться, не произнося ни слова. Вопреки всем
своим благим намерениям он смотрел на нее влюбленными глазами, смотрел, не
обращая внимания на окружающих. И Джейн не отводила взгляда.
Ты не
испортишь этот вечер, — говорили ее глаза. — Ради леди Уэбб не
испортишь. Возможно, я поступила слишком смело, согласившись вальсировать с
тобой, но ты не заставишь меня смотреть на тебя так, как сам смотришь на
меня. И, разумеется, я не стану с тобой ссориться
. Но ее глаза говорили не
только это; они оказались гораздо выразительнее...
Тут музыка, наконец стихла, и он спросил;
— Итак, Джейн, каков же твой вердикт? Этот день стал самым счастливым в
твоей жизни?
— Конечно. — Она улыбалась. — Разве могло быть иначе? А ты
счастлив?
— Чертовски.
Герцог повел Джейн к леди Уэбб, рядом с которой, как он только что заметил,
стоял какой-то молодой человек. Незнакомец был одет в полном соответствии с
требованиями этикета, но одного взгляда было достаточно, чтобы понять: он не
имеет ни малейшего представления о моде и всю жизнь провел в провинции.
Подозрение подтвердилось. Увидев молодого человека, Джейн судорожно сжала
руку герцога и ускорила шаг.
— Чарлз! — воскликнула она.
Однако он смотрел не на нее, а на Джоселина, смотрел так, будто хотел
разорвать его на куски.
— Рад тебя видеть, Сара. — Молодой человек наконец-то взглянул на
Джейн. — Я приехал, и теперь тебе ничего не угрожает, можешь на меня
положиться, Сара.
Она опасливо покосилась на герцога.
— Да, я приехал, — повторил Чарлз. — И, как оказалось, очень
вовремя. Я нахожу поведение этого джентльмена оскорбительным.
Джейн взяла Чарлза под руку и потащила в буфет. Да, Джоселин и в самом деле
перегнул палку. Он превратился в герцога Трешема еще до того, как она успела
представить мужчин друг другу. Он стал воплощением надменности и
высокомерия, а этот его взгляд... Трешем поднес к глазам лорнет и
проговорил:
— Находите оскорбительным? В самом деле? — Окинув Чарлза
пронзительным взглядом, герцог спросил:
— Значит, вы покровитель и защитник леди Сары, не так ли? Ну да,
конечно... Верный рыцарь примчался на выручку в тот момент, когда его
возлюбленная оказалась в лапах свирепого дракона.
Чарлз едва не задохнулся от гнева. Но все же взял себя в руки и заявил, что
его не было дома, когда все произошло, сказал, что узнал о случившемся,
когда леди Сара уже покинула Кзндлфорд.
— Да, разумеется, — согласился Джоселин. Он презрительно
усмехнулся, затем поклонился Джейн и отошел в сторону.
Покосившись на Чарлза, Джейн едва удержалась от смеха. Однако ей было
немного стыдно за себя. Ведь она, увидев Чарлза рядом с леди Уэбб, не
почувствовала ничего, кроме досады. Он наверняка получил ее письмо, но тем
не менее приехал в Лондон.
— Зачем ты приехал, Чарлз? — спросила она. — я просила тебя
не приезжать...
— Как я мог не приехать? — спросил он, в свою очередь.
— Но я же просила... — Она взяла из его руки бокал с лимонадом. —
Ты не приехал, когда я действительно в тебе нуждалась. Да-да, Чарлз, я все
понимаю... Ты не видел смысла приезжать, потому что не знал, где меня
искать. Разумнее было оставаться дома.
— Совершенно верно, — кивнул он. — Но я приехал сейчас, когда
могу тебе помочь. Я счастлив, что леди Уэбб устроила для тебя этот бал. Леди
Сара Иллингсуорт должна быть представлена обществу. К сожалению, на подобные
балы съезжается множество распутников и охотников за приданым, в данном
случае за твоим, Сара.
— Список гостей был подготовлен тетей Генриеттой лично. А мои
сегодняшние партнеры приглашали меня с ее одобрения. Ты оскорбляешь ее
подобными высказываниями, Чарлз.
— Когда ты танцевала с герцогом Трешемом, он позволил себе неподобающую
вольность. Не говоря уже о том, что герцог вообще не должен был приглашать
тебя на вальс. Из-за него твое поведение может рассматриваться как слишком
смелое, скандально смелое. Я знаю, он помог найти тебя и привезти сюда, так
что леди Уэбб вынуждена была его пригласить. Но ты не должна его поощрять.
Такой, как он, не может иметь честных намерений по отношению к порядочной
женщине, поверь мне.
Джейн вздохнула и пригубила лимонад.
— Чарлз, — сказала она, — я не хочу с тобой ссориться. Мы
всегда были друзьями, и я благодарна тебе за то, что ты приехал. Но ты не
должен плохо отзываться о людях, которых совсем не знаешь.
— Я знаю, какая у него репутация, и этого достаточно. Прости меня,
Сара, но ты всю жизнь провела в корнуоллской глуши, поэтому не знаешь, какие
опасности подстерегают тебя в Лондоне. Я могу понять, что событие, подобное
сегодняшнему, действует на тебя возбуждающе. Но ты не должна забывать о
своих корнях. Ты принадлежишь Корнуоллу. Ты не сможешь быть счастлива в
Лондоне.
— Ты прав, не смогу, — сказала она, загадочно улыбаясь.
— Тогда поехали вместе, Сара. Завтра или послезавтра. Если захочешь —
на следующей неделе.
— О, Чарлз, неужели ты не прочел мое письмо? Пойми, я не могу вернуться
в Корнуолл. Эта часть моей жизни закончена. Я надеюсь, мы сможем остаться
друзьями, но там...
— Он не для тебя, Сара, — перебил ее Чарлз. — Поверь мне он
не твой. Ты не будешь с ним счастлива.
— А ты, Чарлз, не будешь счастлив со мной, — сказала она как можно
мягче. — Я очень к тебе привязана, Чарлз, но я тебя не люблю.
— Любовь может возникнуть и после заключения брака. Для начала
достаточно привязанности.
— Сейчас не время все это обсуждать, — сказала Джейн. — Я и
так уже пропустила один танец. Если я немедленно не вернусь в зал, то
пропущу еще один, а мне бы очень этого не хотелось.
— Тогда давай поговорим завтра.
Джейн молча кивнула и в сопровождении Чарлза направилась в зал.
Ну зачем он
приехал?
— подумала она в который уже раз.
Вскоре все перешли в столовую. Джейн села за один из длинных столов и почти
тотчас же увидела Чарлза, сидевшего напротив нее. Она улыбнулась ему и
представила своим ближайшим соседям. Гости весело болтали за ужином, но
Чарлз не принимал участия в беседе.
Барон Поттер объявил о своем намерении поехать в Брайтон после окончания
сезона. Именно там предпочитал отдыхать летом принц-регент, а вместе с ним
добрая половина лондонского света.
— А вы поедете в Брайтон, леди Сара? — спросил барон.
— О нет, не думаю. Я бы предпочла провести лето в имении.
Виконт Кимбли, сидевший рядом с Джейн, взял ее руку и поднес к губам. —
Но Брайтон без вас потеряет всю свою привлекательность, — сказал
он. — Мне придется похитить вас и привезти туда.
— Ничего не выйдет, — со смехом проговорила леди Хейуорд. —
Если уж кто и выкрадет ее, то только я — с помощью Хейуорда, конечно.
Впрочем, Хейуорду не нравятся такие приключения, и он едва ли согласится...
Нет, лучше оставлю его в покое и обращусь за помощью к Фердинанду. Он
похитит леди Сару и Трешема и доставит их в Сент-Джеймс для пышного обряда
венчания. Согласен, Ферди?
Лорд Фердинанд, сидевший рядом с Чарлзом, улыбнулся и заговорщически
подмигнул сестре:
— Мне придется заручиться поддержкой целого полка, Энжи. Трешема
придется связать, а это не так-то просто.
Виконт Кимбли вздохнул, приложив руку к сердцу:
— Увы, я забыт. Но знайте, миледи, сердце мое будет разбито.
Джейн весело рассмеялась, однако Чарлз, по всей вероятности, не понял шутки
и решил высказаться.
— Кажется, леди Сара уже сказала, что вернется домой, — заявил
он. — Да, вернется, и это случится быстрее, чем вы думаете.
— Неужели? — рассмеялась леди Хейуорд. — Но ведь у нее скоро
свадьба, не так ли, Ферди?
— Леди Сара вернется в Корнуолл. Со мной! — проговорил Чарлз так
громко, что все сидевшие за столом посмотрели а его сторону. —
Вернется, потому что у нас с ней договоренность.
— Чарлз! — воскликнула Джейн. Она решила, что следует немедленно
объясниться с ним. — Чарлз, мы всю жизнь были соседями и друзьями,
но...
— Возможно, Трешем мог бы кое-что сказать по поводу вашей
договоренности, — неожиданно вмешался барон Поттер. — Вы и в самом
деле собираетесь в Корнуолл, леди Сара? Несмотря на то, что там Джардин?
— Полагаю, что смогу защитить мою нареченную от посягательств с его
стороны, — заявил Чарлз.
— Чарлз, прошу тебя...
— По-моему, пора внести ясность, — сказала леди Хейуорд — Леди
Сара собирается замуж за моего брата, несмотря на то, что они поссорились и
танцевали всего один раз за вечер.
— Прекрати, Энжи, — одернул сестру лорд Фердинанд. — Видишь,
леди Сара смущена. Давай сменим тему. Поговорим о погоде.
Но Чарлз не собирался сдаваться. Он поднялся из-за стола и громко
проговорил:
— Леди Сара Иллингсуорт не останется в Лондоне! Ей нечего делать среди
столичных распутников. Я завтра же повезу ее домой, в Корнуолл.
Джейн в ужасе закрыла глаза, но тотчас же открыла их, сообразив, что таким
образом ей не удастся укрыться от позора. Бросив взгляд в сторону двери, она
увидела стоявшего у порога Джоселина — он где-то задержался и лишь сейчас
появился в столовой.
Герцог поднес к глазам лорнет и принялся разглядывать Чарлза:
— Мистер Фортескыо, — проговорила леди Лзнсдаун, — следует ли
понимать вас так, что вы объявляете о своей помолвке с леди Сарой?
Джейн пристально смотрела на Джоселина, по-прежнему стоявшего у двери.
— Да, миледи, — кивнул Чарлз, — вы правильно меня поняли. Я
имею честь объявить о своей помолвке с леди Сарой Иллингсуорт. Надеюсь, что
все здесь присутствующие пожелают нам счастья.
Столовая тотчас же наполнилась гулом голосов. Но тут Джоселин подошел к
столу, и все умолкли.
— Ошибаетесь, — сказал он, вновь превратившись в герцога
Трешема. — Я уверен, что леди Сара Иллингсуорт не давала своего
согласия на вашу помолвку. Так что вы, Фортескью, напрасно себя утруждаете.
— Но она согласна. У нас договорен...
— Ты согласна, Джейн? — Герцог взглянул на нее сквозь лорнет — Ты согласна, любовь моя?..
Джейн слышала, как зашептались дамы.
Любовь моя
Конечно же, все обратили
внимание на эти слова.
Джоселин от души веселился, а Джейн сгорала от стыда.
— Она не ваша любовь, — возразил Чарлз. — И я попросил бы вас
не,..
— Но это правда, — перебил Джоселин. — Чистейшая правда.
Поэтому я вынужден протестовать против вашей воображаемой помолвки с ней,
мой дорогой друг. При всем моем уважении к вам, Фортескью, не могу
допустить, чтобы вы обручились с моей женой.
Гости зашумели, но вскоре снова умолкли — ситуация требовала разрешения.
Никто не хотел пропустить ни слова, ведь все знали: происходит событие, о
котором потом долго будут говорить во многих лондонских гостиных и клубах.
— Что? — Чарлз побледнел. Взглянув на Джейн, спросил: Это правда,
Сара?
Она едва заметно кивнула.
Чарлз несколько секунд не сводил с нее глаз, но тут гости опять зашумели, и
Чарлз, не говоря ни слова, вышел из комнаты.
— Иди ко мне, Джейн.
Джоселин протянул ей руку, и она, поднявшись из-за стола, подошла к нему.
Герцог улыбался. Впервые в жизни улыбался радостно и приветливо. Он весь
лучился счастьем.
— Леди и джентльмены, — проговорил он, сжимая руку Джейн, —
позвольте представить вам мою жену, герцогиню Трешем. Миледи. — герцог
поклонился леди Уэбб, — я прошу у вас прошения за то, что опередил
события. Джейн настояла на том, чтобы мы хранили все в тайне, чтобы ничто не
омрачило ваш вчерашний день и сегодняшний — ведь вы все так замечательно
устроили... Но согласитесь, и представление при дворе, и сегодняшний бал —
все это не имело бы смысла для замужней дамы. И поэтому я решил отложить
оглашение... — Джоселин взглянул на Джейн и улыбнулся ей. Затеи обвел
взглядом гостей и вновь заговорил:
— Нас обвенчали по специальному разрешению сегодня утром. У нас была
скромная свадьба, но мы оба того желали. Моим свидетелем был Куинси,
свидетельницей Джейн — ее горничная.
Он снова улыбнулся жене и поднес к губам ее руку. Гости тотчас же оживились;
многие, глядя на молодых супругов, тоже улыбались.
— Любовь моя, — прошептал герцог на ухо Джейн, — мне не
терпится отвезти тебя к себе и уложить в постель. Скоро твой бал закончится,
и тогда начнется наша первая брачная ночь. Ведь я, знаешь ли, не святой.
— Мне никогда не хотелось выйти замуж за святого, — ответила
она. — Мне всегда был нужен только ты, Джоселин.
Он пристально взглянул ей в глаза и прошептал:
— Моя любовь и моя жизнь. Джейн, теперь ты навечно моя жена.
Она молчала, глядя на него влюбленными глазами. И вдруг улыбнулась, наконец-
то осознав, что все это действительно правда. Да, она замужем за Джоселином,
и теперь мечта ее сбылась. Теперь она была счастливейшей из смертных, потому
что он, Джоселин, стал ее мужем.
И уже не было нужды скрывать этот факт.
А потом тетя Генриетта обнимала ее и отчитывала, утирая слезы. Леди Хейуорд
также ее обнимала и болтала без умолку. Фердинанд же улыбался ей и по-
братски целовал в щеку. Виконт Кимбли шутливо хватался за сердце и тоже
целовал новобрачную в щеку. Друзья Джоселина похлопывали его по плечу и
пожимали ему руку. Ангелина орошала слезами жилет брата и одновременно
жаловалась, что ее нервы не выдержат; она сказала, что никогда не была так
счастлива, и заявила, что сама устроит на следующей неделе грандиозный
свадебный бал — пусть только Хейуорд попытается воспрепятствовать, несносный
он человек...
Затем молодых супругов окружили и остальные гости — все улыбались и
смеялись, поздравляя герцога и герцогиню Трешем.
Наконец гости направились в бальный зал, и в столовой остались лишь
родственники новобрачных, а также леди Уэбб. Тут Джоселин достал из
жилетного кармана сверкающее обручальное кольцо и, надев его на палец Джейн
с улыбкой сказал:
— Теперь носи его не снимая, любовь моя. — Поцеловав Джейн в губы,
он обратился к леди Уэбб:
— А сейчас, миледи можно попросить музыкантов сыграть вальс?
— Да, разумеется. — ответила тетя Генриетта.
Вскоре они снова танцевали вальс, и все гости любовались прекрасной парой.
— Я повторяю, — говорил Джоселин своей даме, — ты выглядишь
как невеста, Джейн. О... прошу прощения. Ты выглядишь как жена. Моя жена.
— И зал выглядит так, будто его готовили для свадебного
торжества, — отвечала Джейн, с нежностью глядя на мужа. — Для
нашего торжества, Джоселин.
И тут герцог совершил нечто возмутительное. Он чуть наклонился и поцеловал
жену. Потом поднял голову, лукаво улыбнулся и опять ее поцеловал. Он целовал
Джейн снова и снова, целовал страстно и нежно со всей любовью, что жила в
его сердце.
— Она никогда не перевоспитает неисправимого герцога Трешема, —
сказал кто-то из мужчин.
— Неужели вы полагаете, что ей этого хочется? — осведомилась одна
из дам.
Закладка в соц.сетях
