Жанр: Любовные романы
Не отрекайся от любви
...утри было уютно и пахло
дорогой кожей.
Улучив момент, Трейси вынула из сумочки пудреницу, чтобы убедиться, что макияж не требует коррекции.
— Ты выглядишь чудесно, — произнес Рикардо, заметив ее
манипуляции, и Трейси покраснела.
Она хотела выглядеть не просто чудесно, но сногсшибательно, чтобы никому не
пришло в голову смотреть на нее свысока. Ей было важно, чтобы люди из
окружения Рикардо сразу поняли, что она знает себе цену.
Взревели моторы, и самолет, разбежавшись, взмыл в небо. Трейси прильнула к
иллюминатору. От неземной красоты у нее захватило дух.
Далеко внизу остался, превратившись в игрушечный, родной городок Рикардо. С
высоты Трейси видела узкие ленты дорог, крошечные домики и виллы, аккуратные
поля и виноградники. В эту минуту Трейси открылась простая истина, и она
поняла, почему Рикардо, не жалея времени, ежедневно совершал воздушные
путешествия. Самый фешенебельный отель бледнел рядом с незамысловатой
красотой его родной земли.
— Сколько времени займет полет? — прокричала она на ухо Рикардо,
но он покачал головой и протянул ей наушники.
— Так лучше? — услышала Трейси его четкий и спокойный голос, и на
ее лице расплылась улыбка удивления.
Она обожала его глубокий бархатный голос, пробиравший ее до мозга костей. Ей
нравилось слушать его, когда Рикардо звонил ей по телефону. Но слышать его и
видеть в кресле напротив — пленительного, сексуального и желанного — было ни
с чем не сравнимым удовольствием.
— Скажи еще что-нибудь, — попросила Трейси, желая снова окунуться
в волшебство его проникновенного голоса, увидеть призывный блеск его
глаз. — Поговори со мной, Рикардо.
Он принял приглашение присоединиться к игре. Остановив на Трейси задумчивый
взгляд, Рикардо томно улыбнулся.
— Во сколько мы прибываем? — спросил он по-испански.
Трейси любила, когда он говорил с ней по-испански. Ей нравилось, когда он
переходил на шепот и пожирал ее глазами. Она почувствовала, как кровь
бросилась ей в лицо, и облизнула вдруг пересохшие губы.
— Примерно через час, — прозвучал ответ. Трейси подскочила, когда
услышала чужой голос, но, сообразив, что это пилот, рассмеялась.
— А теперь скажи, о чем ты хотела со мной поговорить? — спросил
Рикардо.
Трейси смутилась и, чтобы чем-то себя занять, открыла коробочку с завтраком.
Ее рот тотчас наполнился горечью, пространство салона сжалось вдруг до
крохотного, и голос Рикардо, рассказывавшего о тех местах, над которыми они
пролетали, долетал до ее ушей как сквозь вату. Трейси задыхалась, на ее лбу
проступили капельки пота.
— Рикардо! — прохрипела она, сделав безуспешную попытку набрать в
легкие воздух.
Но он смотрел не на нее, а в иллюминатор, и Трейси повторила более внятно и
настойчиво:
— Рикардо!
Теперь он услышал. Увидев позеленевшее лицо Трейси, Рикардо быстро пригнул
ее голову к коленям и достал из-за кресла бумажный пакет. Так в возрасте
двадцати пяти лет Трейси обнаружила, что не переносит высоты, и это открытие
повергло ее в смятение.
Она чувствовала себя крайне неловко, и чрезмерная опека Рикардо только
усугубила ее состояние. Он заглядывал ей в глаза, поглаживал по спине, но
его суета только раздражала Трейси. Она мечтала только об одном: чтобы ей не
мешали умереть.
— Почему ты не предупредила меня? — допытывался Рикардо, ведя ее,
бледную и дрожащую, к встречавшему их автомобилю. — Почему ты не
сказала, что боишься высоты?
— Я и сама только сейчас об этом узнала, — прошептала Трейси,
усаживаясь в машину. — Когда мы летели из Штатов, все было в порядке.
Мне нужно где-то привести себя в порядок, — добавила она, но Рикардо ее
не слушал, мечтая как можно быстрее доставить ее в свой офис.
Вскоре, крепко обнимая Трейси за талию, Рикардо ввел ее в распахнутые перед
ними двери своего отеля и, не обращая ни на кого внимания, направился к
лифту.
На пороге офиса их встретила Луиза. На ней был черный брючный костюм. Не
останавливаясь, Рикардо проводил Трейси в спальню, скрывавшуюся за массивной
дубовой дверью его кабинета. Посреди комнаты стояла огромная кровать, о
большем Трейси и мечтать не смела. Она позволила Рикардо уложить ее и не
переставала недоумевать, почему вращаются стены.
Луиза что-то спросила у Рикардо.
— Говори по-английски, — велел он.
Трейси впервые пожалела, что имеет дело с джентльменом. В эту минуту она бы
предпочла не понимать, о чем говорят Луиза и Рикардо, поскольку не желала
повторно переживать подробности случившегося с ней конфуза.
Постепенно вращение комнаты замедлилось, и Трейси вновь обрела способность
воспринимать окружающую действительность. Рикардо протянул ей стакан воды.
Сделав несколько глотков, она устало откинулась на подушках.
Измученная и опустошенная, Трейси видела, как Луиза подставила к ее кровати
стул и села, скрестив длинные ноги.
— Тебе стоило предупредить меня, что приедешь с Трейси, —
обратилась она к Рикардо бесстрастно.
— Мы поездку заранее не планировали. Все получилось спонтанно, —
ответил он, не поворачивая головы, Вынув из кармана носовой платок, он
аккуратно стирал с лица Трейси потоки растекшейся туши.
— Все же ты должен был поставить меня в известность. — Луиза
вздохнула. — Дело в том, что сегодня мы ожидаем важных гостей из
Японии, — добавила она, когда Рикардо наконец соизволил на нее
взглянуть. — Они хотят, чтобы ты показал им город и встретился с ними
за обедом.
— Вот и займись ими, — буркнул он рассеянно.
— Они предпочли бы иметь дело с тобой. Они хотят обсудить планы
сотрудничества на долговременной основе.
— У меня заболела жена, а ты толкуешь о каких-то японцах. Скажи им, что
о подобных вещах нужно договариваться заранее. Скажи, что я занят. Что
хочешь говори им, но оставь меня в покое. Именно за это ты и получаешь
деньги. А теперь, с твоего позволения, мы с Трейси предпочли бы остаться
наедине. Мне нужно позаботиться о жене.
— Может, тогда сказать, что ты присоединишься к ним позже? Возможно, мы
— начала Луиза, но осеклась, услышав раздраженный вздох Рикардо.
— Я приму окончательное решение, как только выясню что с Трейси. Будешь
уходить, повесь на двери табличку
Не беспокоить
!
Луиза резко встала и направилась к двери. Нет, она не хлопнула дверью, но ее
взгляд, адресованный Рикардо, говорил, что она вне себя от бешенства.
Сделав глубокий вдох, Трейси попыталась сесть. К счастью, голова у нее
больше не кружилась.
— У тебя, насколько я вижу, не совсем обычный офис, —
констатировала она сухо, разглядывая интерьер спальни. — Кровать это
вместо стола?
— Трейси, — начал Рикардо терпеливо, — до женитьбы на тебе я
практически жил здесь. Не мог же я спать на столе?
— Наверное, не мог, — согласилась она без энтузиазма, осознавая
всю нелепость своего брюзжания. Но в данный момент Трейси мучила не столько
необычность и роскошь обстановки, сколько поведение Луизы. Она прошла за
ними в спальню, как к себе домой, и это Трейси больно задело. Однако,
отбросив подозрения прочь, она попыталась улыбнуться. — Мне гораздо
лучше, Рикардо. Если тебе нужно встретиться с кем-то, обо мне не волнуйся. Я
полежу здесь и почитаю немного.
— Я ни с кем не собираюсь встречаться, а ты ничего не будешь
читать, — твердо ответил Рикардо. — Я не позволю тебе даже
прикасаться к книгам. Пока полежи и отдохни. Потом, когда почувствуешь себя
лучше, мы с тобой прогуляемся. Свежий воздух тебе не помешает. Что-нибудь
принести тебе?
Трейси покачала головой.
— Иди работать. Я полежу.
— Но смотри не занимайся, — предупредил Рикардо. — Я опущу
жалюзи, чтобы ты могла поспать, а твои учебники, пожалуй, заберу с
собой. — Опустив жалюзи, он снова подошел к кровати, чтобы поправить
подушки и подоткнуть одеяло, потом забрал сумку Трейси, и, поцеловав Трейси
в лоб, направился к двери.
— Прости, Рикардо, — прошептала она, с трудом ворочая языком.
Несмотря на сонное состояние, ей не хотелось с ним разлучаться.
— За что?
— За то, что со мной это случилось. Что я испортила наш день.
— Кто сказал, что лень испорчен? А насчет происшедшего не переживай. Я
к этому привык. Моя секретарша ждет ребенка, и ее тошнит в самые
неподходящие моменты. Слава Богу, что у нас не тот случай.
С этими слонами Рикардо скрылся за дверью. А Трейси молила Бога, чтобы ее
подозрения не подтвердились.
Час отдыха оказал на Трейси волшебное воздействие. Она приняла душ и
испытывала теперь потребность прогуляться. Трейси осторожно приоткрыла дверь
спальни и тотчас услышала радостный возглас Рикардо:
— Ты выглядишь лучше!
— Я и чувствую себя лучше, — сказала Трейси весело, и это
соответствовало действительности. — По правде говоря, мне так хорошо,
что я готова воспользоваться твоим советом и подышать свежим воздухом.
— Хорошая идея. — Рикардо вынул из бумажника несколько
купюр. — Я бы тоже хотел пойти с тобой, но мне и в самом деле нужно
встретиться с японцами. Это не займет много времени, — добавил он
поспешно. — А ты пока поброди по магазинам. Если хочешь, я попрошу кого-
нибудь составить тебе компанию.
— Попросишь кого-нибудь составить мне компанию? — переспросила
Трейси удивленно.
— Тебя могла бы сопровождать Лолита. Ты можешь заблудиться в незнакомом
городе, ты еще плохо говоришь по-испански, а Лолита все уладит. К тому же у
нее прекрасный вкус, она поможет тебе обновить гардероб.
— Но я не собираюсь обновлять гардероб! Тебе не нравится, как я
одеваюсь? Уж не намекаешь ли ты, что рядом со мной чувствуешь себя неловко?
— Конечно нет, — заверил ее Рикардо. — Просто у нас
прохладнее, чем во Флориде, так что бери деньги и купи себе что-нибудь из
теплой одежды. Не понимаю, почему ты упираешься, ведь женщины любят гулять
по магазинам.
Трейси вздохнула.
— Послушай, Рикардо, мне сейчас меньше всего хочется гулять по
магазинам. Кроме того, когда мне понадобится купить себе пальто или сапоги,
я сделаю это и без посторонней помощи. Спасибо за предложение. И мне,
безусловно, не нужны консультанты в выборе фасона и цвета одежды. Я сама
знаю, что мне идет.
— Почему ты такая упрямая? — спросил он с укором. — Ты,
пожалуй, единственная из жен-шин, способная затеять препирательство только
на том основании, что ей предложили сменить гардероб. Большинство женщин...
— Я не большинство, — перебила его Трейси и сунула деньги в
нагрудный карман его пиджака. — Но за предложение спасибо, —
быстро добавила она с улыбкой, надеясь смягчить раздражение Рикардо.
— Полагаю, ты и в ресторане станешь настаивать на том, чтобы оплатить
свою часть счета, — заметил Рикардо язвительно.
Трейси улыбнулась еще шире.
— Перестань дуться, Рикардо.
— Я не дуюсь, я беспокоюсь за тебя. Я не могу бросить тебя в первый
день в Мадриде.
— Рикардо, я не ребенок и в состоянии ходить по незнакомому городу без
провожатых. К тому же не такой уж он и незнакомый, если ты помнишь, я уже
была в Мадриде. С Лизбет.
— Ладно, — нехотя согласился Рикардо. — Но если тебе что-
нибудь понадобится, если у тебя возникнут какие-нибудь проблемы, а меня нет,
позвони в отель и пригласи к телефону Мигеля.
— Мигель? Это кто? Твой заместитель?
— Он больше, чем заместитель. Мигель — главный администратор, человек,
которому все под силу.
— Я приму это к сведению.
— Хорошо. Когда увидимся? — осведомился Рикардо. — Когда моя жена снова меня обнимет?
— Вечером, — ответила Трейси. — Я позабочусь об ужине.
Встретимся здесь около шести. — Чмокнув его в щеку, она бодро двинулась
к двери.
Первым делом Трейси заглянула в банк и поменяла доллары на песеты. Конечно,
очень мило со стороны Рикардо предложить ей некую сумму
на булавки
, но она
не нищая и в состоянии купить себе все, что пожелает, на свои деньги.
Трейси медленно шла по многолюдным улицам испанской столицы. Ей нравился
этот многообразный, шумный город с его переплетением времен и стилей, с его
памятниками, парками и храмами. Однако туфли на высоких каблуках — не самая
удачная обувь для продолжительной прогулки. Очень скоро Трейси устала, да и
в костюме было холодно. Хоть это и юг Европы, но все же не Флорида. Ей не.
стоило демонстрировать Рикардо свою независимость. Пожалуй, стоит купить
плащ. Трейси с надеждой поглядывала на витрины магазинов, желая примериться
к ценам, но ценников нигде не заметила.
Чтобы не попасть в неловкое положение, Трейси решила навестить бутики
поскромнее. Переходя из магазина в магазин, Трейси утратила счет времени. От
изобилия у нее пестрело в глазах, но она никак не могла сделать выбор.
Наконец после продолжительных и мучительных сомнений она все же сделала
покупки, уговаривая себя, что теперь может позволить подобную
расточительность — родителям ее помощь больше не потребуется, конечно, если
Рикардо выполнит обещание, в чем она практически не сомневалась. К тому же
она уже забыла, когда в последний раз баловала себя.
Вспомнив о Рикардо, Трейси решила сделать ему подарок. Ее внимание привлекла
одна из сорочек и, поддавшись секундному импульсу, Трейси решила купить ее.
Суля по тому, как долго и тщательно упаковывали сорочку, она должна была
стоить целое состояние. И Трейси не ошиблась.
Войдя в отель, Трейси тотчас заметила на себе любопытные и слегка удивленные
глаза персонала и грустно улыбнулась. Несомненно, все эти люди не ожидали
увидеть сеньору Энрикес без свиты, обвешанную с головы до ног покупками.
— Сеньор Энрикес должен вернуться с минуты на минуту, — тепло
приветствовал ее мужчина, представившийся Мигелем. — Он просил меня
позаботиться о вас. Прислать вам в номер шеф-повара для обсуждения меню
ужина? Сеньор Энрикес обмолвился, что вы находите местную кухню чересчур
жирной.
— В этом нет необходимости, Мигель, — заверила его Трейси. —
Все, что мне нужно, я принесла.
На бесстрастном лице администратора отразилось легкое недоумение. Его
удивление усилилось, когда он забрал у Трейси неподъемный пакет, откуда
пахнуло ароматом свежеиспеченного хлеба и раздался характерный стеклянный
стук бутылок. Однако Мигель быстро овладел собой и, щелкнув пальцами, подал
знак, что нуждается в помощи.
— Вам что-нибудь еще нужно, сеньора? — осведомился он невозмутимо.
— Разве что плед для пикника, — произнесла Трейси робко, наблюдая
за его реакцией, но на этот раз на лице Мигеля не дрогнул ни один мускул.
— Конечно, сеньора, я прикажу прислать его вам немедленно.
Верный своему слову, он выполнил обещание, и плел доставили в номер прежде,
чем Трейси успела сбросить туфли. Отказавшись от помощи, она выпроводила
коридорных. Облюбовав для импровизированного пикника застекленную террасу,
Трейси расстелила плед и принялась готовить закуску: нарезала и намазала
маслом хлеб, разложила живописно сыр, овощи и фрукты.
Предусмотрительный Мигель проявил инициативу и прислал серебряное ведерко со
льдом и шампанским и свечи.
Воистину он знал толк в романтике.
10
— Что это такое? — изумился Рикардо, выйдя на террасу.
— Ужин в стиле Робертсон, — ответила Трейси и, подавая пример,
уселась на плед.
Не долго думая, Рикардо разулся, снял пиджак и присоединился к ней. Поначалу
он чувствовал себя скованно и неловко, но быстро освоился и, развязав
галстук, окончательно расслабился. Трейси протянула ему стакан с красным
вином, а себе налила минеральной воды.
— Невероятная кислятина. — Рикардо поморщился, сделав
глоток. — Где ты его купила?
Трейси рассмеялась.
— В супермаркете. Мы с Лизбет не могли себе позволить ежедневно
посещать рестораны, поэтому довольствовались супермаркетом. Мы располагались
на траве в каком-нибудь парке и наслаждались природой, пением птиц и
незамысловатой снедью. Было здорово!
— Счастливое прошлое?
— Очень счастливое, — кивнула Трейси, ловя на себе теплый взгляд
его глаз, светившихся необыкновенной нежностью. В мерцании свечей красивое
лицо Рикардо казалось юным и беззащитным. — И не менее счастливое
настоящее, — добавила она робко.
Хотя весь этот незатейливый ужин стоил не больше тарелки супа в ресторане
отеля Рикардо, Трейси чувствовала себя на седьмом небе. Впервые за несколько
недель вокруг них не суетились вежливые официанты и услужливые горничные.
Она была с Рикардо наедине, и вечер, обещавший стать романтическим, только
начался. Трейси осознавала, что в их жизни еще много неясных моментов,
которые предстояло обсудить, много вопросов, которые следует решить, включая
и бесконечно откладываемую встречу с юристами. Но сейчас, когда они наедине,
все это имело второстепенное значение, и омрачать счастливые моменты
разговорами о делах Трейси не хотела.
— Я купила тебе подарок. — Трейси протянула Рикардо пакет. В его
глазах вспыхнуло неподдельное удивление. — Ничего особенного, —
торопливо добавила она. — Когда я ее увидела, то не смогла устоять от
искушения. Я подумала, что она непременно тебе пойдет... — Трейси умолкла,
приложив руки к пылающим щекам.
Рикардо развернул бумагу, открыл яркую коробку и неторопливо вынул подарок.
Пробежав пальцами по дорогому шелку, он с благодарностью посмотрел на
Трейси. Его выразительный взгляд, проникший ей в самое сердце, был
красноречивее любых слов.
— Спасибо, она очень красивая. Я завтра же ее надену.
— В этом нет нужды. Я понимаю, ты носишь вещи другого стиля, но...
— Она и действительно великолепна, — перебил ее Рикардо. —
Сказать по правде, это самый дорогой для меня подарок.
Трейси до глубины души тронула его искренняя реакция.
— Но это обыкновенная рубашка, Рикардо. Я не сделала ничего
сверхъестественного.
Но Рикардо с ней не согласился.
— Ты не представляешь, Трейси, как это необычно для меня. Это первый
настоящий подарок, который я получил от женщины.
— Не может быть! Ящик твоего комода завален всевозможными запонками,
галстучными заколками и прочей мелочью, какую любят дарить женщины. Уверена,
что и рубашки тебе до меня дарили.
— Все равно твой подарок особенный, и я о нем никогда не забуду, —
сказал Рикардо с чувством. — Женщины действительно дарили мне разные
вещицы, и меня, безусловно, трогали их знаки внимания, но... только до того
момента, когда приходили счета, которые я оплачивал.
Рикардо умолк и задумчиво погладил черный шелк. Трейси впервые с момента их
знакомства вдруг осознала всю меру его одиночества. Вероятно, порой Рикардо
бывало бесконечно трудно, ведь все его отношения с людьми, деловые и личные,
диктовались размером его банковского счета. Он расплачивался деньгами и за
дружбу, и за любовь.
— И этот вечер я тоже никогда не забуду, — тихо и торжественно
сказал Рикардо. — Трейси, я должен кое-что тебе сказать.
У Трейси перехватило горло, ей стало трудно дышать. Горячая ладонь Рикардо
легла поверх ее руки.
— Я был не совсем честен с тобой, — признался он дрогнувшим
голосом.
Его слова обрушились на нее, как топор палача. Сердце застучало в груди, как
колеса набирающего скорость экспресса. Откровенный разговор, о котором
Трейси мечтала, все же состоится, но правда, которую ей предстояло услышать,
ее испугала.
— Луиза!
Имя, вертевшееся у Трейси на языке, сорвалось с губ Рикардо прежде, чем
Трейси открыла рот. Она даже не сразу сообразила, что это не начало
признания, которое собирался сделать Рикардо, а что Луиза пожаловала на
террасу собственной персоной.
— Что ты здесь делаешь? — недовольно спросил Рикардо,
вставая. — Вообще-то, перед тем как войти, нужно постучать.
— С каких это пор я должна стучать? — искренне удивилась Луиза.
Она выразительно посмотрела на разложенный на полу террасы плед со снедью, и
ее ярко накрашенные губы сложились в насмешливую улыбку. Одного
презрительного взгляда этой женщины хватило, чтобы безвозвратно испортить
атмосферу праздника, с грустью подумала Трейси.
— О, я, кажется, попала на маленькую вечеринку? Или у нас персонал
бастует? — с издевкой осведомилась Луиза и, не дожидаясь ответа,
включила верхний свет. — Милый, подпиши, пожалуйста, — попросила
она томно, протягивая Рикардо какие-то бумаги. — Я посылаю японским
гостям корзину вина. Может, мне стоило заказать две, — Луиза ядовито
хихикнула, — и прислать одну вам? Я не знала, что это, — Луиза
брезгливо указала пальчиком на открытую бутылку, — можно пить.
Ни слова не говоря, Рикардо выхватил у нее бумаги и подписал.
— Только что звонил Хулио, — продолжала Луиза непринужденно,
словно не замечала его едва сдерживаемой ярости. — Он хочет пригласить
вас на ужин в субботу.
Рикардо открыл рот, чтобы ответить, но Трейси его опередила.
— Мы заняты в субботу.
В воздухе повеяло арктическим холодом. Забрав у Рикардо подписанные бумаги,
Луиза резко развернулась на каблуках и ушла. Громко захлопнув за собой
дверь.
Только после ее ухода Трейси позволила себе облегчено вздохнуть.
— Неплохо для разнообразия.
Она улыбнулась и повернулась к Рикардо в ожидании ответной улыбки. Но его
вид заставил ее ужаснуться. Рикардо был не просто зол, он был вне себя от
бешенства.
— Зачем ты это сказала?! Как ты посмела отказаться от приглашения на
ужин, не спросив моего мнения?!
— По той простой причине, что общество Луизы меня не привлекает и я не
желаю проводить вечер в ее компании, — объяснила Трейси, тщательно
выговаривая каждое слово.
— Поэтому ты считаешь возможным отказывать Хулио?! — взорвался
Рикардо. — Хулио старинный друг моей семьи, а ты не хочешь сесть с ним
за один стол!
— Я отказываюсь сесть за стол с его женой! — запальчиво ответила
Трейси. — Я не желаю подвергаться унижениям с ее стороны! Я не желаю,
чтобы она надо мной смеялась и открыто потешалась над нашим так называемым
браком.
— Ах вот в чем дело? — Рикардо впился в нее негодующим
взглядом. — Уж не хочешь литы вдруг изменить правила игры? Может, ты
еще потребуешь от меня признания в любви или клятв в верности?
Его слова вонзались в сердце Трейси острыми клинками, терзали ее душу,
оставляя вместо надежды на будущее зияющую пустоту.
Трейси замотала головой и закрыла уши ладонями. Рикардо прав, она
действительно хотела бы услышать от него признание в любви, но не вырванное
силком.
— Разве я когда-нибудь проявил по отношению к тебе неуважение? Разве
когда-нибудь дал тебе повод усомниться во мне? — продолжал он, заводясь
с каждым словом все сильнее и сильнее. — Я честно сказал тебе, что
между мной и Луизой все кончено. И ты ответила, что веришь мне...
— Тогда мне было легко поверить. — Трейси с трудом обрела дар
речи. — Тогда я не видела ее, не слышала ее издевок, не знала,
насколько она бесцеремонна. На двери висит табличка с просьбой не
беспокоить, и все же она посмела войти, притом без стука. Выходит, общие
правила на Луизу не распространяются! Даже Хулио...
— Не нужно приплетать сюда Хулио! Он предпочитает, чтобы люди думали,
что я сплю с его женой, а не отверг ее! — Заметив, как переменилось ее
лицо, Рикардо быстро добавил: — Это правда, Трейси. Жаль, что ты склонна
верить кому угодно, а не мне, своему мужу.
— Ты так говоришь, словно наш брак настоящий! — вспылила Трейси и
попятилась в страхе, услышав раздраженное шипение Рикардо.
Она повернулась, чтобы бежать отсюда к
...Закладка в соц.сетях
