Жанр: Любовные романы
Рожденная летать
...на
взглянула на Рида.
— Ты уверена, что хочешь лететь сама? — спросил он. — Можно
связаться с Ди или Карлой.
Шейла решительно покачала головой.
Рид понимающе кивнул. Он пристально посмотрел ей в глаза и внезапно спросил:
— Ты могла бы меня поцеловать?
Шейла замерла на мгновение, затем, словно опомнившись, бросилась на шею и
прильнула к его губам. Огонь желания вспыхнул с новой силой. От охватившей
их страсти закружилась голова. Шейла чувствовала себя незащищенной,
уязвимой. Впервые она целиком зависела от другого человека. Любовь обещала
наслаждение, но и лишала самообладания.
Коннорс оторвался от нее, перевел дыхание и прильнул к шее, нащупав губами
пульсирующую жилку. От этого прикосновения Шейла задрожала. Жаркий рот и
сильное тело Рида пробудили в ней вулкан страстей. Она безумно хотела вновь
доказать ему свою любовь.
Продолжая целовать Шейлу, он ослабил объятия и заглянул ей в глаза.
— Увидимся через несколько дней, — пообещал он хриплым голосом.
— Я буду скучать, — тихо призналась Шейла.
Рид вздохнул и отстранился. Теперь они оказались на расстоянии вытянутой
руки. Оба чувствовали: это больше, чем случайная связь.
— Ты будешь осторожен? — спросила Шейла.
— Буду. А ты?
Она улыбнулась, кивнула и забралась в кабину
саратоги
. Мысли витали
далеко, и только привычная обстановка вернула Шейлу к действительности.
Бросив последний взгляд на Рида, она завела двигатель и вывела самолет на
взлетную полосу. Дальнейшее Шейла помнила как в тумане.
Начинался вечер, когда перед Шейлой наконец появились знакомые огни
аэродрома Прескоттов. Колеса коснулись земли, и девушка постаралась взять
себя в руки, чтобы родные ничего не заметили.
На полосе ее встречала вся семья. Пропеллер еще не остановился, а к самолету
уже бежали четыре фигуры. Вылезая из кабины, Шейла попала в крепкие объятия
Медведя и, чтобы скрыть навернувшиеся слезы, уткнулась лицом в его плечо.
Секундой позже подскочили мать и сестры и бросились ее целовать.
— Мы так волновались! — воскликнула Бэл, украдкой смахивая слезу.
— Господь спас тебя в бурю, — сказала Карла.
— Аминь, — ответила Шейла и повернулась к отцу: — Я разбила
самолет.
Он еще раз обнял ее.
— О
саратоге
не беспокойся. Ты долетела — значит, ничего серьезного. Утром я посмотрю машину.
— Пора закрывать контору, — напомнила Бэл. — Девочки, идите
домой, мы с папой управимся сами. За обедом все расскажешь, —
обратилась она к Шейле.
Дом находился в полумиле от аэродрома, и сестры любили прогуляться пешком.
Взявшись, как в детстве, за руки, они пошли по полю, и Шейла почувствовала
себя в полной безопасности. Некоторое время все хранили молчание.
— Мама и папа знают, что ты предупредила нас? — спросила наконец
Шейла у Ди.
— Нет. Они и так переволновались, узнав об аварии. Я им сказала, что ты
ударилась головой.
— Сейчас все в порядке? — озабоченно поинтересовалась Карла.
— Вполне. Просто царапина — ничего серьезного, — ответила Шейла.
— А что с другими? — спросила Ди.
— К сожалению, я не могу всего рассказать, но ситуация была опасной.
Твое предупреждение пришло как раз вовремя, чтобы мы успели подготовиться к
нападению. Ты спасла мою жизнь и жизни еще троих людей.
Ди кивнула:
— Слава Богу, что офицер, с которым я говорила, не счел меня
сумасшедшей. А кто были остальные трое?
— Рид, агент Эд Уэйтс и женщина по имени Сэнди. Они ее охраняли.
— Вот это да! — воскликнула Карла. — Не могу поверить, чтобы
Рид позволил тебе попасть в беду.
— Он сам не ожидал этого. Я должна была улететь домой, но буря спутала
все планы.
— Никого не ранило? — с подозрением спросила Ди.
— А ты что-то чувствовала после предупреждения? — вопросом на
вопрос ответила Шейла.
— Полный разгром.
Шейла вздрогнула, услышав спокойный голос сестры.
— Ты не слишком ошиблась. После нападения дом, где мы прятались, был
изрешечен пулями, как в каком-то боевике, но все остались целы.
Понадобилось несколько минут, чтобы сестры пришли в себя от этого известия.
Наконец Карла произнесла:
— Попади я в такую передрягу, я была бы счастлива иметь защитником Рида
Коннорса. Хорошо, что он оказался рядом.
Воспоминания о Риде взволновали Шейлу, и сестры это сразу заметили.
— Я всегда знала, что вы с Ридом полюбите друг друга, — сказала
Карла, и в ее голосе не было ни капли удивления.
— По крайней мере его чувство к тебе такое же глубокое, —
подхватила Ди.
Не проронив больше ни слова, сестры дошли до дома. Когда они вошли в
освещенную прихожую, Шейла обратилась к Ди:
— Забыла сказать, что в Лексингтоне встретила твоего друга.
— Моего друга?
— Вернее, поклонника. Очень видный мужчина, — насмешливо сказала
Шейла, вспомнив высокого, самоуверенного ковбоя, принявшего ее за Ди.
— Кто это?
— Не знаю.
— А почему ты решила, что он мой поклонник?
— Он перепутал тебя со мной, чуть не сбил с ног и вдобавок потребовал
его поцеловать.
Сестры расхохотались.
— Ты уверена, что говоришь не о Майкле? — спросила Карла. —
Он очень любит поднимать людей на руки и сбивать их с ног.
Шейла замотала головой:
— Нет. Майкла я встретила накануне.
— Ты меня заинтриговала, — сказала Ди, — опиши его.
— Ну если одним словом — великолепно.
— Ммм... мой тип мужчины, — мечтательно произнесла Карла. — А
ты уверена, что это был не мой поклонник?
— Абсолютно, — ответила Шейла. — Я почувствовала что-то
необычное. Меня обдало волной боли, одиночества и разочарования. Как в
прошлом году, когда Ди вернулась из отпуска.
Она взглянула на Ди и увидела, что та побледнела. Более того, и Шейла и
Карла внезапно почувствовали смятение сестры.
— Прости, я не хотела тебя расстраивать, — попросила Шейла.
— Это из-за него у тебя был нервный срыв в прошлом году? —
покровительственно поинтересовалась Карла. После своего неудачного
замужества и неприятного развода она особенно была чувствительна ко всему,
что касалось мужчин.
— А как он выглядел?
— Высокий, стройный, мускулистый. На нем была ковбойская шляпа, и
волосы я не видела, но мне запомнились поразительные серебристо-голубые
глаза.
Ди кивнула. Несомненно, она вспомнила, о ком шла речь, и воспоминания
расстроили ее.
— И он попросил поцеловать его?
— Не совсем так. Я его дразнила, но просьба была очень деликатной.
— Но зачем?
— Я думаю, он, как и другие, хотел проверить свои ощущения, целуя одну
из сестер-тройняшек, — предположила Шейла.
— Очень оригинально, — сказала Ди, удивив сестер непривычно
раздраженным тоном.
— Но мы были не одни. Это произошло в аэропорту на глазах у сотен
людей, — поспешила объяснить Шейла. — И у меня сложилось
впечатление, что он страдает от разлуки с тобой.
Ди отрывисто рассмеялась:
— Поверь, не стоит расточать симпатии Логану Брэдфорду. Он прекрасно
может сам позаботиться о себе. Я точно знаю, что была для него минутным
увлечением.
С этими словами Ди прошла в гостиную, оставив сестер г в полном недоумении.
— Логан Брэдфорд, — пробормотала Карла. — Запомним...
Шейла засмеялась, и они пошли вслед за Ди. Весь вечер Шейла убеждала
родителей, что с ней все в порядке, что она не пострадала при аварии и
чувствует себя превосходно. Ей было приятно рассказывать, как Рид согревал
ее, когда было холодно, лечил, когда больно, развлекал, когда становилось
скучно, и защищал, когда возникала опасность. Она только не рассказала, что
он еще и любил ее.
Глава 12
Прошла неделя. В субботу утром Бэл с дочерьми составляла расписание полетов.
Внезапно открылась дверь и в контору вошел Рид. На нем были потертые джинсы,
голубая футболка и куртка защитного цвета. Войдя, он снял темные очки и
взглядом отыскал Шейлу.
Она замерла. В комнате сразу стало душно и тесно.
— Доброе утро, мистер Коннорс, — приветствовала его Бэл. — Я
думаю, вам скоро понадобится самолет.
— Доброе утро, миссис Прескотт, леди. — Он обратился ко всем
сразу, лишь на мгновение отрывая взор от Шейлы.
Рид подошел к столу, и Шейла встала, не зная, что сказать ему. Ей хотелось
броситься к нему в объятия.
— У Сэнди все в порядке, она устроилась?
— Да, и просила передать тебе привет. — Голос Рида звучал
совершенно бесстрастно.
Шейла просияла. Она не слышала шума самолета и решила, что Рид приехал на
машине.
— Как ты добрался сюда?
— Меня подвез Эд. Он разговаривает с вашим отцом о самолетах. Эд
собирается сам организовать частную фирму.
— Правда? — Шейла внимательно посмотрела на Рида, удивляясь, что
он разговаривает так, словно между ними ничего не произошло. — Он
собирается уйти со службы?
— Да, как только заведет свое дело.
Шейла было удивилась, но вспомнила разговор с Сэнди, которая говорила, что
они с Эдом ищут возможность остаться вместе. Ясно, что для этого он должен
оставить службу в ФБР.
— А Сэнди вернула деньги? — спросила Шейла, начиная разбираться в
ситуации.
Рид широко улыбнулся:
— Да, но не все. Кое-что приберегла на черный день.
— Наверное, этого хватит и на небольшую авиакомпанию для Эда? — со
смехом сказала Шейла. — А где он собирается обосноваться?
— По-моему, хочет купить участок в Айове.
По глазам Рида нетрудно было догадаться, что это он предложил выбрать этот
штат, а может, и продает свою ферму.
— В Айове хватит работы для летчика? — вмешалась в разговор Бэл.
— Наверное, — ответил Рид. — Эд рассчитывает открыть летную
школу и получать заказы от фермеров на опыление полей.
— Это тот Эд, который починил
саратогу
? — поинтересовалась Бэл.
Рид посмотрел на Шейлу, подававшую ему знаки, — она не хотела
углубляться в эту тему.
— Эд хороший механик и отличный пилот, — заметил он.
— Хотелось бы поблагодарить его за помощь, — сказала Бэл. — А
лично вам я хочу сказать огромное спасибо за заботу о Шейле.
— Медведь уже сказал мне это. Вполне достаточно. Я выполнял свой
долг, — закончил Рид разговор.
Он посерьезнел, снова посмотрел на Шейлу. Щеки девушки порозовели.
Находиться рядом с Шейлой и не прикоснуться к ней было пыткой. Он подошел к
столу и попросил ключи от своего автомобиля.
Бэл протянула ему связку:
— Машина, наверное, грязная. Если бы я знала, что вы придете сегодня, я
бы велела ее вымыть.
— Пустяки, не стоит беспокоиться, — ответил Рид, взял ключи и
повернулся к Шейле: — Мне пора идти, можно тебя на минутку?
— Конечно, — отозвалась она, откладывая бумаги. Рид попрощался со
всеми, и они вышли на улицу, направляясь к автостоянке за домом.
Стоял прекрасный весенний день. Ярко сияло солнце, легкий утренний ветерок
играл золотистыми кудрями Шейлы, Риду страстно хотелось коснуться их, и,
чтобы избежать искушения, он крепко сжал кулаки. Все это время он думал
только о ней, вспоминал ее лицо, тело, ее поцелуи и ласки. Эти мысли
прерывались, и перед его взором возникали полные ужаса глаза Шейлы,
державшей в руках простреленную куртку. Его чувство могло принести только
боль и разочарование. Ведь Рид не сможет создать с ней полноценную семью. Не
имело значения, что думала Шейла сейчас, но в конце концов она встретит
человека, способного дать ей все радости жизни. Рид решил для себя, что им
надо расстаться. Это было самое ответственное и самое трудное решение в его
жизни, но он считал, что так будет лучше для всех.
— Ты вернулся сегодня утром? — спросила Шейла, чтобы прервать
затянувшуюся паузу.
— Вчера.
Красный
корвет
Рида стоял в тени старой ивы. Он подошел к машине и,
скрестив на груди руки, облокотился о капот. Шейла почувствовала обиду, что
Рид не приехал к ней сразу, но старалась скрыть это. Он шел с ней рядом и
даже не попытался коснуться ее, взять за руку, обнять. Все это
настораживало.
— Твой лоб совсем зажил, — сказал Рид.
— Только долго отсвечивал всеми цветами радуги, но не болел.
— Хорошо.
Все, что связано с Шейлой, хорошо, отметил он про себя. Пока Шейла стояла и
играла с веткой ивы, Рид жадно впитывал каждую черточку своей любимой. Но
это причиняло ему боль.
Молчание затянулось, нервы Шейлы напряглись до предела. Рид не собирался
обнять ее. Не хотел. Он позвал ее не для того, чтобы поцеловать или сказать,
как скучал в одиночестве. Для чего же? Шейла ждала его слов о том, что их
свидание в Теннесси было ошибкой или, на худой конец, минутным увлечением.
Сколько раз она попадала в такие ситуации, только тогда в роли жертвы был
очередной поклонник! Ей не раз приходилось подыскивать слова, чтобы отказать
мужчине. А сейчас она сама должна услышать такое. Сердце бешено колотилось в
груди. Шейла приготовилась с достоинством принять весть, что Рид отвергает
ее любовь. Взяв себя в руки и еле удерживаясь от слез, она повернулась к
Коннорсу:
— Если ты подыскиваешь слова утешения, можешь не трудиться. Хоть меня
бросают впервые, я справлюсь с бедой.
Рид стиснул зубы, по телу пробежала дрожь. Слова Шейлы разлучали их. И хотя
ее голос звучал ровно, в глазах застыла боль. Он постарался взять себя в
руки и произнес:
— Я думаю, что остаться вместе будет ошибкой.
Но ты обещал! — хотелось крикнуть Шейле. Он же обещал, что они останутся
вместе. Обещал и солгал. Ей пришлось собрать все силы, чтобы голос звучал
спокойно.
— Я думаю, ты не прав, но не собираюсь навязывать себя мужчине, который
не хочет меня. Я согласна с твоим решением.
Глаза Рида потемнели, губы сурово сжались. В каждой черточке его лица
чувствовалось огромное напряжение, но он молчал. Просто смотрел на Шейлу
пустыми глазами.
— Только ответь честно на один вопрос, — попросила она. Взглянув
на зеленые холмы, раскинувшиеся вокруг дома, Шейла справилась с собой.
— Что ты хочешь знать? — обеспокоено произнес Рид, надеясь, что
она не спросит, любит ли он ее.
— Я что-то сделала не так? — сказала она едва слышно, и у Рида
защемило сердце.
Взяв Шейлу за плечи, он посмотрел ей прямо в глаза.
— Нашим чувствам нельзя было противиться! — почти выкрикнул он и
продолжил уже спокойнее: — Это было как в сказке.
Прикосновение Рида обожгло огнем, но Шейла сумела унять дрожь и спросила:
— Это из-за того, что я не выстрелила в Гортона?
Рид встряхнул ее.
— Нет, черт возьми!
— Я все равно не знаю, что мне делать, если снова попаду в такую
ситуацию, — сказала Шейла, уверенная в том, что во всем виновато ее
замешательство, которое Рид принял за трусость. — Я никогда не держала
человека на мушке и растерялась, но не испугалась.
— Будь я проклят, Шейла, — простонал он. Она сводила его
с ума. Рид крепче сжал ее плечи, ее тело стало еще
ближе, так что чувствовались тепло и запах, от которых кружилась голова. Ему
пришлось отстраниться, чтобы не потерять самообладания.
— Я не ждал, что ты выстрелишь в Гортона, — огрызнулся он. —
И я совсем не хочу, чтобы ты опять оказалась в такой ситуации.
— И поэтому выбрасываешь меня на свалку? Не хочешь, чтобы я вмешивалась
в твою работу? — настаивала Шейла.
— Я не выбрасываю тебя! — в отчаянии схватившись за голову, почти
крикнул рид. — Моя работа — только часть проблемы.
У Шейлы стоял комок в горле. Если это не секс и не трусость, значит, он
просто понял, что не может ответить ей взаимностью. Ну почему, почему он так
решил?
— Итак, ты считаешь, что мы не должны видеться?
Для Рида Шейла была самой красивой, самой желанной женщиной. Он жаждал ее с
безумством, граничившим с помешательством, но испортить ей жизнь было выше
его сил.
— Мы не подходим друг другу. Это было ясно с первого мгновения нашего
знакомства. Поэтому никто из нас и не делал шагов к сближению. Только тот
ужасный случай бросил нас в объятия друг друга. У тебя свой мир, у меня —
свой, и не стоит ничего менять.
Шейла хотела возразить, но поняла, что любые слова прозвучат как мольба. Она
и так зашла уже слишком далеко.
— Я не могу предложить тебе будущего, — мягко сказал Рид. — У
тебя семья, работа. Я хочу, чтобы ничто не могло омрачить твоего счастья.
Шейла посмотрела ему прямо в глаза и чуть слышно произнесла:
— Почему ты, как другие мужчины, не хочешь взять то, что тебе
предлагают?
Эти слова больно задели Рида. Он отвел глаза и сказал:
— Ты не подходишь для случайных встреч.
Случайные встречи. Шейла вспыхнула. Он отказывался даже от случайных встреч,
а она-то боролась за всепоглощающую, беззаветную любовь. Не говоря ни слова,
она развернулась и пошла к дому. Даже услышав звук заработавшего двигателя,
Шейла не обернулась. Так, смотря прямо перед собой и ничего не видя, она
подошла к контору и чуть не столкнулась с Ди и Карлой. Почувствовав ее боль,
сестры вышли навстречу.
— Все они мерзавцы, — процедила сквозь зубы Карла. Ди протянула
Шейле план полетов.
— Может, останешься сегодня дома?
— Нет, — только и смогла ответить сестра.
— Не буду говорить, что время лечит, но работа помогает забыть о
потерях, — мягко сказала Ди. Она могла так говорить: недавно у нее тоже
был такой болезненный опыт.
Карла начала влюбляться еще в старших классах. Ди была более осторожна и
только один— два раза испытывала подобные чувства. У Шейлы же вообще
существовал иммунитет на крепкие мускулы. Она всегда была самой независимой
и не попадала под влияние мужчин. Ди и Карла всей душой сочувствовали
сестре.
Последующие недели Шейла работала не покладая рук. Если не было полетов, она
что-то делала в офисе, хлопотала по дому, изводя себя до такой степени, что
засыпала, едва касаясь подушки. Если вдруг в голову приходили мысли о Риде,
она нещадно гнала их прочь, обзывая себя дурой.
Кончился апрель, наступил май. Шейла стала ходить на свидания, если
поклонник был очень настойчив, но не могла выдержать ни с одним более пары
часов общения.
Труднее всего было в выходные, которых становилось все больше. Дела фирмы
шли в гору, и Бэл настаивала на отдыхе. В эти дни было слишком много времени
для раздумий. В середине мая, когда стало совсем жарко, семья Прескоттов
открыла купальный сезон в своем бассейне.
В один из воскресных вечеров, после веселого отдыха с барбекю и купанием,
Шейла вернулась домой. У каждой сестры были свои апартаменты, включавшие
гостиную, спальню, ванную и кухню. Приняв душ и надев желтую ночную рубашку,
она собралась лечь в постель, как в комнату неожиданно постучали. Думая, что
это кто-то из домашних, Шейла открыла дверь и застыла как каменная. На
пороге стоял Рид Коннорс.
На нем был поношенный джинсовый костюм, так плотно облегавший сильную,
стройную фигуру, что Шейла различала буквально каждый его мускул. Она
упивалась этим зрелищем, а Рид наслаждался ею. На Шейле была только тонкая
ночная рубашка, за спиной горела лампа, и ее силуэт был виден очень
отчетливо. Рид ласкал взглядом ее восхитительные кудри, тонкую белоснежную
шею, обнаженные плечи. Когда же его взор различил под тонкой тканью
округлость нежной груди, кровь закипела, и он понял, что опять теряет
рассудок.
— Рид? — с трудом смогла вымолвить Шейла. После некоторого
колебания Рид произнес:
— Можно войти?
Его голос проник в самые потаенные уголки души, сердце забилось так, что
готово было выскочить из груди. Под пристальным взором Шейла ощущала себя
обнаженной и беззащитной, но страха перед Ридом не было. Отступив в сторону,
она впустила его.
В руках Рида была сумка. Точно такую же Шейла брала с собой в полет. При
обстреле она сильно пострадала, и, чтобы не заметила мать, Шейла выбросила
ее по дороге домой.
— Я купил тебе новую сумку. Извини, что не смог привезти ее раньше.
— Это совсем не обязательно.
— Но я хотел. Если ты скажешь, какие вещи пострадали, я все возмещу.
— Это не важно.
С минуту они не отрываясь смотрели друг на друга. Слова были не нужны. Снова
вместе — это было самым важным для них.
— Я очень скучала, — наконец осмелилась сказать Шейла.
Рид напрягся, и в его взгляде загорелось желание.
— Ты мне очень нужна, — сказал он хрипло.
Шейла пристально посмотрела ему в глаза. Он не признавался в любви, не
просил прощения, не давал обещаний, но его взгляд говорил больше, чем слова.
Да, она нужна ему.
Но и он ей был нужен не меньше. Шейла могла прогнать его, осыпать градом
упреков, устроить истерику, но вместо этого развела руки и бросилась в
объятия Рида.
Их губы встретились. Шейла обвила Коннорса руками за шею, а он крепко прижал
ее к себе. Они упивались друг другом очень долго, пока хватало воздуха. Рид
стал ласкать ее кудри, не отрывая взгляда от ее глаз. Из радиоприемника
доносилась популярная песенка о влюбленных.
— Потанцуй со мной, — попросил Рид. Шейла кивнула в ответ, и он
медленно закружил ее по комнате. Они танцевали, глядя в глаза друг другу.
Шейла хотела, чтобы он говорил с ней, хотела услышать, как он страдал без
нее, чтобы признался, что был не прав. Она жаждала услышать, что он любит
ее, но Рид молчал.
Он не хотел возвращаться к Шейле, но чувство было сильнее разума. Сумка была
лишь предлогом. Ему было необходимо увидеть Шейлу, и вот теперь он совсем
потерял голову. Рид медленно кружил Шейлу по комнате, все сильнее и сильнее
сжимая ее в объятиях. Их движения замедлились, они почти совсем
остановились. Шейла откинула голову, и Рид припал губами к ее шее, покрывая
поцелуями все нежные изгибы, медленно продвигаясь к губам. Девушка
застонала, и их рты вновь слились, языки переплелись, изучая друг друга и
наслаждаясь любимым вкусом. Сильные, но нежные ладони Рида скользили по
плечам, спине, приблизились к бедрам, и Шейлу охватило сладкое томление.
Вдруг он поднял ее на руки и понес к постели. Через несколько мгновений оба
погрузились в пучину страсти, так долго не находившей выхода.
Спустя несколько часов они, обессиленные, наслаждались покоем.
— Ты обещал, — тихо напомнила Шейла.
— Я помню, — хрипло ответил Рид, обнимая ее, — и хотел
сдержать свое обещание.
— Почему ты изменил решение?
— Я не мог потерять тебя.
Рид понимал, что его признание запоздало, но все же он старался уберечь их
от большей боли.
— Почему ты должен потерять меня? Ведь я тебя люблю.
Рид собрался с силами и рассказал Шейле, как часто он огорчал людей,
любивших его. Родители так и не сумели простить его за непокорность.
— Иногда одной любви недостаточно, — закончил он свое признание.
— Неужели ты думаешь, что мои родители стали любить меня меньше, когда
я выбрала профессию пилота? — спросила Шейла.
— Бэл и Медведь обожают тебя и могут гордиться тобой.
— Но это был мой выбор. Мама потратила годы, чтобы я получила
образование, подходящее, по ее мнению, для леди. Она мечтала, что я окончу
престижную школу, благополучно выйду замуж, стану примерной женой и матерью.
Мое решение стать пилотом огорчило ее, но это не значит, что она стала меня
меньше любить.
— Такая, как Бэл, — одна на миллион, — пробормотал Рид.
— Держу пари, что твои родители тоже были особенными, — прошептала
Шейла, пряча лицо у него на груди. — Уверена, что они с гордостью
рассказывали всем соседям в округе, что ты служишь офицером. Они,
несомненно, очень скучали по тебе. И хотя пытались вернуть сына домой, все
же гор
...Закладка в соц.сетях
