Жанр: Любовные романы
Фамильное кольцо
...о
тяжелым вздохом ответил Макс. Все ее проповеди оказались тщетными. —
Вот он и отдал его нам. Разве ты не видишь, что теперь мы независимы?
— Независимы? С деньгами брата и кольцом деда, которые на самом деле
нам не принадлежат?
— Ну что ж, это хорошая шутка-воспользоваться деньгами Теодора, которые
он дал тебе в качестве отступного. Хотел бы я видеть его лицо, когда это
обнаружится!
— Не правда, — с горечью ответила Мария, — У тебя не хватит
на это духу. Твоей смелости хватает только на фокусы. Ты выставил меня в
ванную, чтобы все забрать. Как ты мог?
— Я сделал это ради тебя! — возмущенно воскликнул Макс. — Нам
понадобятся деньги, чтобы дожить до венчания. А потом... Я уверен, что
дедушка будет платить мне содержание!
— Содержание?! — повторила она. — Ты что же, всю жизнь будешь
сидеть у кого-то на шее? Любимый, я так не могу!
— Не поднимай шума, — вновь с досадой сказал он. — Что здесь
такого? Это деньги семьи, а значит, и мои.
— Точнее, семейной фирмы. Но ведь ты в ней не работаешь, правда?
Макс пожал плечами. Мария смотрела на него с ужасом.
Они молча пили кофе. Женщину одолевали невеселые мысли.
— Что имел в виду Теодор, когда говорил о конфликте с законом? —
внезапно спросила она. — Зачем ты начинаешь этот разговор?
— Затем, что я никогда об этом не слышала. Что случилось?
— Ничего особенного. Я превысил скорость, и меня хотела остановить
полиция. Началась гонка, и полицейская машина разбилась.
— О Боже! Кто-нибудь пострадал?
— Нет, успокойся. Полицейские выбрались наружу, обругали меня на чем
свет стоит, но машину пришлось списать.
— И когда это было?
— Давно. Как раз перед моей поездкой в Мексику.
— Ты хочешь сказать, что удрал в Мексику, чтобы избежать суда?
Теперь все становилось ясно.
— Теодор велел мне залечь на дно, пока он все не уладит. Через месяц
брат позвонил и сказал, что можно возвращаться, но к тому времени я
познакомился с тобой.
Он улыбнулся с видом победителя, однако теперь эта улыбка уже не трогала
сердце, как раньше.
— Ничего удивительного, что твой брат невзлюбил меня с первого
взгляда, — пробормотала Мария.
Допив кофе, Мари решительно открыла дверцу, вышла из машины и обошла ее.
— Поехали, — сказала она и села за руль.
— Эй, я поведу! — запротестовал Макс.
— Нет, я, — решительно ответила Мария, включая двигатель и
разворачивая машину.
— Ты куда? — завопил Макс. — Нам не в ту сторону!
— Именно в ту. Мы возвращаемся.
— Что?! С ума сошла! Ты знаешь, каков он в гневе?
— Малыш, ты что, не понимаешь? Мы обязаны вернуться и отдать деньги и
кольцо! Они не наши. Я не прикоснусь к ним ни под каким видом.
— О'кей, о'кей, мы отошлем их с ближайшей почты. А теперь поворачивай.
— Нельзя посылать такую ценную вещь почтой. Кроме того, я хочу
посмотреть Теодору в глаза. Швырну деньги ему в лицо и скажу, что он может с
ними сделать!
— Как раз его лица я и не хочу видеть! — простонал Макс.
— Не бойся, я тебя защищу, — не успев подумать, бросила Мария и
прикусила язык.
Но жених, вместо того чтобы обидеться на столь унизительное предложение,
чуть не заплакал.
— Ты так думаешь, потому что никогда не видела его в настоящем гневе... Ради Бога, поворачивай!
— Нет!
— Послушай, сначала мы обвенчаемся, а потом вернемся и встретимся с
ним.
— Нет, — упрямо повторила Мария и в тот же миг поняла, что никакой
свадьбы не будет. Даже ради ребенка она не сможет выйти замуж за его отца.
Этот взрослый младенец всю жизнь будет лгать и изворачиваться. Пусть видится
с сыном или дочерью сколько захочет, но брак с ним будет безумием. Ей
следовало давно понять это.
Она смотрела на дорогу, дожидаясь момента, когда вернется на виллу Хантеров,
швырнет Теодору его деньги и уедет снова, на сей раз одна и совершенно
свободная.
— Мари, ты обязана повернуть!
— Я хочу посмотреть ему в глаза, — не оборачиваясь, бросила
Мария. — Он ничего нам не сделает.
— О Боже! — простонал Макс. — Ты сама не знаешь, что
говоришь! Ты не знаешь, какой он!
Когда Мария промолчала, он посмотрел на нее безумными глазами и вдруг с
отчаянной решимостью схватился за руль. Она снизила скорость, попыталась
оттолкнуть его и выровнять машину, но Максимилиан боролся и продолжал
выворачивать баранку.
Машину резко занесло.
— Отпусти руль! — крикнула Мария, не в силах стряхнуть его
руки, — Макс! Пожалуйста...
Но было уже поздно. Мир завертелся, машина опрокинулась и перевернулась.
Это было последнее, что видела Мария. Но слышала она все: скрип шин, удар об
землю, голос Макса, с каждым разом все слабее звавший ее и наконец умолкший.
Пронзительная боль не помешала Марии понять, что значит эта тишина.
— Малыш... — прошептала она, зная, что Макс ее не слышит и больше не
услышит никогда.
Прошло немало времени, прежде чем Мария очнулась и поняла, что находится в
какой-то белой комнате. Белыми были и стены, и потолок, и кровать, на
которой она лежала.
А рядом с кроватью сидела темная тень. Она медленно повернула голову и
увидела Теодора. Он не сводил с нее глаз, и у Марии чуть не остановилось
сердце. Никогда прежде на нее не смотрели с такой лютой ненавистью.
4
Они долго смотрели друг на друга, пока Мария наконец не прошептала:
— Мой ребенок?..
— Ему ничто не угрожает, — отчужденно сказал ей Тео. — Вам
повезло.
— А Макс?
— Мой брат мертв, — не колеблясь ответил он.
— О Боже! — в ужасе прошептала девушка. В глубине души она знала
это. Затихающий голос, который она слышала в бреду, сказал ей правду, но тем
страшнее было слышать подтверждение.
— Сколько времени я здесь? — хрипло спросила она.
— Три дня. Сначала врачи думали, что шок убьет и вас. Но вы выжили.
— А вы бы хотели, чтобы и я умерла? — спросила Мария, испуганная
угрюмым выражением его лица.
— Я скажу доктору, что вы очнулись, — бесстрастно ответил он и
встал. — Поговорим позже.
Теодора сменила медсестра, и больная снова погрузилась в сон. Несколько дней
она то впадала в забытье, то вновь приходила в себя. Тео сидел рядом и не
сводил с нее суровых глаз. Даже во сне она чувствовала силу его ненависти.
Наконец однажды она очнулась окончательно. Он снова был здесь.
— Мне не приснилось? — спросила она. — Вы говорили, что
Максимилиан мертв.
— Мертв, — ровно подтвердил Тео. — Вчера были похороны.
Она заплакала.
— О Боже! Бедный Малыш!
— Да, поплачьте, — презрительно фыркнул он. — Поплачьте о
человеке, которого вы убили, но не ждите от меня жалости.
— Я не убивала Макса, — слабо возразила Мария. — Это был
несчастный случай...
— Да, несчастный случай, вызванный вашей алчностью, — парировал
он. — Вашим желанием схватить все, до чего дотянутся руки, и побыстрее
удрать!
— Нет... нет... мы ехали на виллу Хантеров... Макс не хотел
возвращаться... он пытался остановить меня...
— Не отягощайте свою вину ложью!
— Я не...
— Вы взяли деньги, которые я предложил вам, взяли кольцо деда и
уговорили брата бежать среди ночи. Разве вам пришло в голову подумать о тех
людях, которых он любил? Когда дед услышал о смерти Макса, он перенес удар,
попал в больницу и до сих пор на пороге смерти.
— Нет! — воскликнула Мария.
Разве может человек вынести столько несчастий сразу? Она отвернулась к стене
и зарылась лицом в подушки.
Услышав крик, в палату торопливо вошла сестра.
— Пожалуйста, мистер Хантер, не волнуйте больную, — настойчиво
попросила она.
— Не бойтесь! — услышала Мария голос Теодора. — У этой
больной нет сердца. Она сеет вокруг себя смерть и разрушение, но сама
выходит сухой из воды!
Катастрофа закончилась для Марии шоком и переломом трех ребер, но ребенок
каким-то чудом не пострадал. Вскоре она начала замечать окружающее и поняла,
что лежит в роскошной палате на одного. За ней тщательно ухаживала немолодая
сиделка по имени Джейн. В ответ на вопрос пациентки она сообщила:
— Мистер Хантер велел поместить вас сюда и оплачивает все расходы.
— Какая щедрость... — пробормотала Мария.
— Да, мистер Хантер очень щедрый человек, — кивнула Джейн. —
Он попечитель нашей больницы и регулярно делает большие пожертвования.
Но Мария знала, что щедрость не имеет к этому никакого отношения. Тео
поместил ее туда, где мог отдавать приказы. Следующие слова Джейн
подтвердили это.
— Полиция хочет поговорить с вами о несчастном случае, когда вы
оправитесь, — сказала сиделка. — Но им ответили, что это случится
не скоро. Так что не волнуйтесь, ничто вас не потревожит.
Джейн хотела ее подбодрить, но Мария поняла, что она здесь пленница...
пленница мистера Хантера и ее будут держать в палате, пока он не решит, что
с ней делать. Она вздрогнула.
Мария ненавидела чувство беспомощности. Надо было проверить, может ли она
ходить. Как только сиделка отлучилась, она сбросила одеяло и опустила на пол
ноги. В груди все заныло, закружилась голова. Мария уцепилась за край
кровати, медленно встала и перевела дух.
Затем, едва переставляя дрожащие ноги, она подошла к большому настенному
зеркалу.
Увиденное потрясло Марию. Ее мертвенно-бледное лицо было обезображено
кровоподтеками. Она криво усмехнулась и попыталась отвернуться, но вдруг все
поплыло перед глазами. Ощутив приступ тошноты, она вытянула руки, пытаясь за
что-нибудь уцепиться, однако пальцы судорожно хватали воздух. Когда Мария
готова была рухнуть на пол, дверь открылась, кто-то чертыхнулся, и в
следующее мгновение ее подхватили сильные мужские руки.
— Черт побери, это еще что за фокусы? — отрывисто спросил Теодор.
— Я только хотела... — Мария осеклась, накатил новый приступ. Радуясь
поддержке, она машинально положила голову ему на плечо. Он осторожно обнял
женщину за талию, чтобы не коснуться сломанных ребер, и повел к кровати.
Затем Тео уложил ее и накрыл одеялом.
— Я позову сиделку, — мрачно сказал он.
— Нет, со мной все в порядке, — прошептала она. — На тумбочке
стоит стакан с соком. Если можно...
Он приподнял Марию за плечи и поднес к ее губам стакан. Движения мужчины
были мягкими, но голос не содержал и намека на мягкость.
— Я запрещаю вам вставать. Если у вас не хватает здравого смысла, я
прикажу сиделке не спускать с вас глаз.
— Какое вам до этого дело? — воинственно спросила она.
— Вы носите ребенка моего брата... или по крайней мере хотите, чтобы я
в это верил.
— Но ведь вы не верите этому, правда? Так почему бы не отпустить меня?
— Когда я буду в этом уверен, тогда и решу, что с вами делать.
Эти слова отдались в воздухе зловещим эхом. Мария устало откинулась на
подушку. Он заботился о ней, но ничуть не смягчился. И станет делать все,
что нужно, пока не
будет уверен
. Внезапно Марии стало ясно, почему
Максимилиан привык бояться тени брата.
— Когда вы позволите полиции поговорить со мной? — спросила она.
— Когда поговорю с вами сам. Хотя Господь знает, что это вряд ли
необходимо. Правда и так достаточно ясна.
— Ив чем же, по-вашему, она состоит?
— Я предложил вам отступного, но вас обуяла жадность. Вы уговорили
брата бежать и взяли с собой деньги и кольцо.
— Не правда! — резко возразила она. — Я оставила деньги и
кольцо! Их взял Макс. Я обнаружила это только на заправке. Я разозлилась и
сказала, что нужно вернуться. Мне хотелось швырнуть эти грязные деньги вам в
лицо!
— Ох, перестаньте! — презрительно уронил он. — Придумайте что-
нибудь получше. Машина стояла носом на запад. Вы ехали из Лонг-Айленда, а не
наоборот. Должно быть, вы слишком торопились и попали в аварию.
От негодования у Марии закружилась голова, но она заставила себя
успокоиться.
— Я говорю вам правду. Я была за рулем, и мы ехали к вилле. Макс
пытался меня отговорить. Видя, что я не реагирую, он вырвал руль. Машина
потеряла управление. Я помню, что мы перевернулись два раза... — Она умолкла
и вздрогнула от страшных воспоминаний. — Должно быть, потом... машина
встала на колеса и развернулась в обратную сторону.
— Ловко придумано, чтобы свалить вину на Макса! — проскрежетал
Теодор.
— Наверняка кто-то видел случившееся.
— Свидетелей нет. На шоссе не было никого, кроме вас. Как вы могли
попасть в аварию на прямом и совершенно пустом в столь ранний час участке
дороги!
— Я же говорю вам. Малыш...
— О да! Очень удобно, что погибший брат не может выступить в свою
защиту. Почему он так боялся вернуться домой?
Силы Марии были на исходе, но она не могла позволить этому человеку запугать
себя.
— Наверное, был сыт по горло тем, что вы наехали на него как паровой
каток, — спокойно ответила она. — Загляните в свою душу, мистер
Хантер, и спросите себя, почему он так боялся снова встретиться с вами.
Лицо Теодора исказилось от гнева. Если раньше он просто терпеть не мог Мари,
то теперь стал ее заклятым врагом. Он долго молчал, а потом поднялся и вышел
из палаты. Мария спала, просыпалась и засыпала опять. Когда она окончательно
открыла глаза, стояло утро. Теодор сидел около кровати.
— Я больше не могу скрывать вас от полиции, — холодно заявил
он. — Они будут здесь с минуты на минуту. Я должен знать, что вы
собираетесь им сказать.
— Только правду.
Хантер поджал губы.
— То есть будете держаться своей версии?
— Я собираюсь говорить только правду, — устало повторила Мария.
Всего минуту назад она чувствовала себя бодрой, а теперь вернулась слабость.
Так на нее влияло присутствие этого властного человека. Никто не смел
перечить ему, но она обязана была сделать такую попытку.
Десять минут спустя в палату вошел молодой полицейский.
— Мисс Санчес еще плохо себя чувствует, — сказал Теодор. —
Надеюсь, вы ненадолго.
— Мне нужны только факты, мистер Хантер, — ответил полицейский.
Молодой человек говорил с Теодором уважительно — как и все прочие.
Он повернулся к Марии.
— Кто вел машину?
— Я.
Его лицо омрачилось.
— Куда вы ехали?
— На виллу Хантеров.
Полицейский нахмурился.
— Когда мы обнаружили машину, она смотрела в другую сторону.
— Так мне и сказали.
— Кажется, незадолго до этого вы уехали с виллы?
— Мы выехали рано утром и были в пути примерно час. Затем мы
остановились у заправки и решили вернуться. Вернее, решила я. Мистер
Максимилиан Хантер спорил, но я сидела за рулем. Я развернулась и хотела
поехать обратно, а он... он вцепился в руль, пытаясь остановить машину.
Машину занесло, и... — Она закрыла глаза.
— Мисс Санчес, почему вы решили вернуться почти сразу после отъезда?
— Мы обнаружили, что случайно забрали чужую вещь. Надо было вернуть ее,
а затем продолжить поездку, — сказала она, тщательно подбирая слова.
— А мистер Хантер не соглашался на это?
— Да, он хотел ехать дальше. Мы поспорили, и он... схватился за руль.
— Следовательно, вы утверждаете, — без всякого выражения сказал
полицейский, — что катастрофа произошла по вине мистера Максимилиана
Хантера.
Она вздохнула.
— Да, именно так... — Ужасно было обвинять в случившемся погибшего
Макса, но у нее не было выбора.
— Какая жалость, что он не может подтвердить ваши показания,
пробормотал полицейский, и Мария поняла, что он ей не верит. — Я
составлю протокол и пришлю вам на подпись.
Теодор проводил молодого человека, через несколько минут вернулся и плотно
закрыл за собой дверь.
— Бы спасли свою шкуру, свалив вину на моего брата, — с презрением
сказал он. — Довольны?
— Я не лгала! — взмолилась Мария. — Почему вы мне не верите?
— А почему я обязан вам верить? Поставьте себя на мое место. Еще
несколько дней назад моя жизнь была безоблачной. Затем явились вы жадная,
лживая и готовая сокрушить все на своем пути. Теперь мой дед при смерти, а
брат лежит в могиле.
— Перестаньте! — крикнула она и закрыла лицо руками.
— Что, правда глаза колет? — глумливо спросил он. — Теперь
вас всю жизнь будет мучить совесть!
— А вас? — спросила Мария, заставив себя посмотреть ему в
лицо. — Какая правда колет глаза вам, мистер Хантер?
— Меня правда не страшит.
— В самом деле? Вы не желаете признавать, что брат всю жизнь боялся
вас? А ведь именно поэтому он и не хотел возвращаться.
— Хватит! — бросил он. — Вы ничего не знаете, ничего! Вам
мало, что вы опорочили перед полицией моего брата, теперь вы хотите
опорочить и меня?
— Максимилиана правда не опорочит! — вызывающе заявила она. —
Почему вы так боитесь заглянуть в себя?
Теодор бешено уставился на нее.
— Не заставляйте меня ненавидеть вас сильнее, чем прежде!
— Возненавидеть человека вам раз плюнуть, но в любви вы не смыслите
ничего! Я любила Макса, иначе бы не зачала от него ребенка. Я сделала его
счастливым. Он хотел быть со мной. Он сбежал от вас ко мне, и за это вы
ненавидите меня!
Дрожа всем телом, Тео ударил кулаком по тумбочке, затем поднял голову.
— Перестаньте мучить меня... Зачем вы вообще вошли в нашу жизнь?
— Потому что мы с Максом любили друг друга! — крикнула она.
— А вы хотели того, что он может вам дать.
— Да! — дерзко ответила Мария. — Я хотела того, что он мог
мне дать. Любви и нежности. Когда Макс узнал, что я ношу его ребенка, он
заставил меня почувствовать себя королевой. Никому другому это было не под
силу. Но если бы я знала о вас, мистер Хантер, я бы никогда не приехала
сюда. Чем скорее я уеду отсюда, тем лучше. Надеюсь, что больше никогда вас
не увижу.
— Это легко устроить, — сказал он, белея от гнева.
— Только позвольте мне еще раз увидеть мистера Франка Хантера.
— Никогда! — Это слово просвистело в воздухе, как удар бича.
— Тогда мне придется уехать, не попрощавшись с ним. А вы забудьте о
моем существовании!
— Если бы я мог, — с горечью уронил Тео. — Но теперь в моем
доме пусто, и благодаря вам будет пусто всегда.
— Мне очень жаль, — прошептала она. Несмотря на всю свою антипатию
к этому человеку, она чувствовала его боль. — Но к чему эти разговоры?
Я всегда буду для вас исчадием ада. Вы успокоитесь, когда я перестану
мозолить вам глаза.
— А ребенок? Тот ребенок, отцом которого вы называете Макса?
— Забудьте обо мне. Забудьте о ребенке. Это будет лучше всего. И...
заберите вещи Макса.
Она вынула из тумбочки визитку Макса и увидела в ней злополучный конверт с
деньгами и кольцо.
— Оказывается, это еще у меня, — прошептала Мария. — Я
думала, что вы все забрали.
— Пока вы были без сознания? — резко спросил он. — Я не
воришка и не роюсь в вещах больных женщин. Кроме того, я не мог отказать
себе в удовольствии забрать все у вас на глазах.
— Значит, вы можете сделать это сейчас. — Она протянула ему
конверт. — Пожалуйста, возьмите. Я ничего не хочу от вас.
— А на что вы будете растить ребенка?
— Это вас не касается.
— Отвечайте! — злобно приказал он.
— У меня есть профессия, и я всегда найду работу.
— А кто будет заботиться о вашем ребенке, пока вы будете работать?
Приходящая Бог знает откуда нянька, потому что вам придется нанимать самую
дешевую?
Она пристально посмотрела на собеседника.
— Вы сами сказали, что мой ребенок не от Макса. Какое вам до него дело?
Он вырвал у Марии конверт и швырнул его на пол.
— Признайтесь! Скажите, что это не ребенок Макса, и я обеспечу вас. Но
только признайтесь, ради Бога!
На секунду ей стало жаль его. Он не знал, чему верить, был сбит с толку и
разрывался от горя. Но гнев пересилил чувство жалости.
— Я ничего не хочу от вас, — хрипло сказала она. — Неужели не
понятно?
— Признайтесь! Скажите, что это не ребенок Макса, и вы получите все,
что хотите! — Его лицо исказилось от боли.
— Я хочу только одного — избавиться от вас! — крикнула
Мария. — Ребенок Максимилиана, но он будет носить мою фамилию, а не
его, потому что я не желаю иметь с Хантерами ничего общего! Я постараюсь
уехать отсюда как можно скорее и больше не хочу ни видеть, ни слышать вас. А
теперь уходите, пожалуйста! Я устала и хочу остаться одна.
Теодор смерил ее взглядом и вышел из комнаты.
Поздно вечером он сидел в саду и не сводил глаз со струи фонтана,
переливавшейся в лунном свете. Подошла Кларисса и сказала, что полицейский
просит принять его. Но Тео так глубоко ушел в свои невеселые мысли, что ей
пришлось повторить это дважды. Он взял себя в руки и попросил узнать фамилию
посетителя. Лейтенант Симпсон, одногодок и одноклассник Теодора, занимал
слишком крупный пост для простого визита.
Тео вышел в холл и сердечно поздоровался.
— Рад видеть тебя, Фил...
— Извини, что так поздно, но я подумал, что тебе не терпится узнать
хорошие новости.
— Какие новости?
— Нашелся свидетель аварии.
Теодор ликующе вскрикнул и со стуком поставил бокал.
— Наконец-то! Теперь правда обнаружится. Никакой лжи! Почему этот
свидетель не объявился раньше?
— Он боялся жены. Малый посещал даму сердца.
Тео фыркнул.
— Парень выбрался от нее на рассвете и шел по шоссе, когда заметил
приближение белой спортивной машины. Его заявление дословно совпадает с
рассказом мисс Санчес. Он говорит, что машина ехала на восток, в сторону
вашего дома...
— Что?! — недоверчиво переспросил сбитый с толку Теодор. — Ты
уверен?
— Совершенно. Он говорит, что за рулем была женщина, а рядом сидел
мужчина. Малый видел, как мужчина схватился за руль, машина пошла юзом,
дважды перевернулась и встала на колеса капотом в обратную сторону. Он бегом
вернулся к подружке, вызвал полицию и исчез... Должен признаться, я считал
рассказ мисс Санчес в высшей степени не правдоподобным... Да, но почему Макс
схватился за руль? Это значит, что...
— Неважно, — резко перебил его Теодор.
Лейтенант откашлялся.
— Так что теперь дело заводить не будем. Я понял, что эта женщина...
ну, скажем... близкий вашей семье человек, и решил первым сообщить тебе эту
хорошую новость.
— Да, — удрученно сказал Теодор. — Что и говорить, новость
отличная...
Марию тревожило состояние старого Хантера. Старик искренне радовался ее
приезду, а она причинила ему горе. По словам сиделки, мистер Франк Хантер
чувствовал себя так,
как и следовало ожидать
, и она поняла, что сиделка
выполняет указания Теодора.
Но с ночной сиделкой ей повезло больше. Та была любительницей поболтать и
проговорилась, что старик лежит в дальнем конце здания, этажом выше. Мария
сделала вид, что это ей безразлично, но на рассвете выскользнула из палаты и
поднялась по лестнице на следующий этаж.
Она проходила коридор за коридором, читая таблички с именами на дверях
палат. Сердце колотилось от дурных предчувствий. Что будет, когда она найдет
Франка? Девушка знала только одно: она должна попросить п
...Закладка в соц.сетях
